электронная
360
печатная A5
397
6+
Апшеронск: страницы истории

Бесплатный фрагмент - Апшеронск: страницы истории

Краеведческие очерки

Объем:
72 стр.
Возрастное ограничение:
6+
ISBN:
978-5-4485-8379-7
электронная
от 360
печатная A5
от 397

От автора-составителя

Данная публикация посвящается 100-летию со дня рождения моего отца, Михаила Ивановича Провозина (1917–2001), учителя и многие годы директора СШ №16 (№1) города Апшеронска. Его всегда интересовала история Апшеронска. Он занимался собиранием архивных материалов, газетных публикаций, записями бесед со старожилами города. По-видимому, эта его работа стала одной из первых в апшеронском краеведении второй половины XX века. Он, по сути, первым обратил внимание и на подполковника Пистолькорса как организатора поселений в станице Апшеронской.

Часть записей М. И. Провозина была опубликована мною в серии статей в газете «Вестник Предгорья» (2003). В них представлены систематизированные факты истории Апшеронского полка, давшего название и начало станице и городу, а также описание уклада жизни первых поселенцев. Частично материалы М. И. Провозина под названием «Поселение станицы Апшеронской и других станиц. 1981 г.» опубликованы 19.04.2012 г. в Интернете ([Электронный ресурс]. — Режим доступа: http: //самурская.рф/?p=1337). На научно-практическую конференцию «Редкие фонды библиотек Кубани» Н. В. Каримовой представлен доклад «Работа Михаила Провозина как источник краеведческих знаний по истории Апшеронска» ([Электронный ресурс]. — http://pushkin.kubannet.ru/News/n12042016_2.php). Ссылки на материалы М. И. Провозина представлены в работах учителей Апшеронска — Н. Г. Карпусь, Т. А. Кушнарёвой, Н. Б. Маляровой.

Однако много материала, собранного М. И. Провозиным, осталось в черновых заметках. Позволив себе сделать их обработку, а также внеся некоторые уточнения и дополнения (в частности, из записей военного историка К. Гейнса «Пшехский отряд»), предлагаю читателям данный очерк.

Н. М. Провозина

I. К истории апшеронского полка

В 1981 году М. И. Провозин написал очерк, составивший 33 страницы машинописного текста, озаглавленный «К истории города Апшеронска» и полностью посвящённый истории Апшеронского полка. Основными источниками для этого исследования были работы военных историков: «В горах Кубанского края. Быт и хозяйство жителей нагорной полосы Кубанской области» Л. В. Македонова (Воронеж, 1908), «История Апшеронского полка. 1700—1892» в 3 томах, составленная «штабс-капитаном 81 пехотного Апшеронского полка Л. А. Богуславским» (СПб., 1892) и его же «Апшеронская памятка» (1894) и «Апшеронский полк. 1700—1900. На память к 200-летию родного полка» (1900).


Известно, что своё имя кубанский город Апшеронск получил в наследство от станицы. Известно также, что станица стала называться Апшеронской по имени полка. Его же история началась с Астрабатского полка: в конце 1723 года генерал Матюшкин «испрашивал Петра Императора разрешения образовать из находившихся на Кавказе и в персидских провинциях батальонов полки». Пётр Великий дал согласие и приказал 10 полкам, образованным из 80 рот, дать 20 батальонам названия занятых ими провинций. Так появились полки Астрабатский, Бакинский, Дагестанский, Кескерский, Ширванский и другие, составившие Низовой корпус.

Астрабатский полк как пехотный был сформирован в крепости Святого креста в июне 1724 года из находившихся в персидском походе роты гренадёров Зыкова полка, четырёх рот Великолуцкого и четырёх рот Шлиссельбургского полков. Своё наименование «Астрабатский» полк получил по названию Астрабатской провинции в Персии, которая, как указано в Военной энциклопедии (СПб, 1882), «прилегает к юго-восточному углу Каспийского моря и растянута с юго-запада на северо-восток на 230 вёрст. На севере примыкает к Закаспийской области».

В 1832 году императрица Анна Иоанновна после заключения Рештского договора возвратила Персии все завоёванные Петром I провинции. Поэтому многие полки изменили свои персидские названия: Ранокуцкий стал Кабардинским, Аджеруцкий — Наваганским и т. д. Полк Астрабатский был упразднён 7 (6) ноября 1732 года и переименован в Апшеронский.

(Касаясь происхождения названия Апшеронского полуострова, в битве за который в своё время Апшеронский полк проявил себя, М. И. Провозин приводит два мнения учёных-этнографов: одни считают, что название «Апшеронский» происходит от названия древних племён афшаров, живших в этих краях в древности, другие считают, что эти места названы «Апшероном» из-за избытка солёных вод: «аб» на азербайджанском языке — «вода», «шор» — «солёный»  Н. П.).

По сведениям историка Апшеронского полка Л. А. Богуславского [Примеч. 1], Апшеронский полк сначала был определён как мушкетёрский, затем гренадёрский («отборные части пехоты и/или кавалерии»), а с 1811 года стал называться пехотным. Полк имел своё, отличное от других, обмундирование [Примеч. 2].

К началу 1880-х годов Астрабатский /Апшеронский полк за 157 лет своего существования провёл в походах 110 лет, участвовал в 176 сражениях. Уже в 1736 году полк отличился в Турецкой войне при взятии крепости Азов. В 1736–1739 годах «апшеронцы» совершили ряд походов в Крым. В 1740-х годах действовали в Финляндии и Швеции, сражались в Польше и Пруссии. В 1760 году полк принимал участие в европейской Семилетней войне и за «Берлинскую экспедицию» получил первую боевую награду — «серебряные трубы».

В войну 1787–1791 гг. «апшеронцы» отличились при взятии крепости в устье Дуная Измаила (1790) под руководством генерал-аншефа А. В. Суворова, который сказал: «Апшеронского полка стрелки и Фанагорийцы как львы дрались». «Вот, братцы Апшеронцы, какую похвалу заслужили предки наши от великого полководца Суворова, а ведь он на похвалы был скуп», — отмечал «летописец» полка Л. А. Богуславский.

Правда, «апшеронцы» познакомились с Суворовым, тогда ещё молодым генералом, много раньше — в сражении с турками при Туртукае (1768–1774): «На правом берегу Дуная, около города Туртукая, стоял лагерем значительный турецкий отряд. Генерал-майору Суворову приказано было переправиться через Дунай и разбить неприятеля. В отряде Суворова находился уже один батальон нашего полка; но он выпросил ещё и 2-ой батальон апшеронцев… 17-го июня войска русские переправились на лодках через Дунай и атаковали турок; противник наш дрался храбро, но всё-таки был разбит» (Л. А. Богуславский).

Историк детально описал и сражение при Измаиле: «Суворов взял …150 охотников Апшеронского полка и поспешил к Измаилу… Крепость Измаил была самая грозная у турок. …Апшеронцы под начальством капитана Аркадия Аршеневского шли в голове первой колонны. …Суворов ходил между солдатами, вступал с ними в разговор и напоминал про былые подвиги… Турки дрались с яростью, пощады не просили… Наконец …вся крепость была взята. Апшеронцы потеряли 13 человек убитыми и 41 ранеными» [Примеч. 3].

Два батальона Апшеронского полка в составе Суворовской армии (колонна полковника Дмитрия Лобанова-Ростовского) принимали участие и в «польской кампании» 1794 года. (Об этом написано А. Замостьяновым, современным биографом знаменитого полководца: «Суворов, стараясь держать руку на пульсе варшавских процессов, послал к королю князя и полковника Апшеронского полка Дмитрия Ивановича Лобанова-Ростовского»). В 1798 году Апшеронский гренадёрский полк выступил в итало-швейцарский поход во главе со своим шефом М. А. Милорадовичем (тем самым генералом, что от выстрела Каховского погибнет на Сенатской площади в день Декабристского восстания).

В 1805 году Апшеронский полк участвовал в битве под Аустерлицем, о чём Л. Н. Толстой написал в романе «Война и мир», посвятив четыре страницы своей эпопеи храбро сражавшимся «молодым апшеронцам», не раз упоминая о них и в связи с другими событиями («Война и мир», т. 1, ч. 3, главы ХХV–ХХ; т. 4, ч. 3, главы ХIV, ХV; т. 4, ч. I, главы ХII, ХIII; т. 4, ч. 2, глава ХI и др.). Кстати, очаровавший Пьера Безухова Платон Каратаев был солдатом Апшеронского полка.

В войне 1812 года полк находился в составе 3-й армии генерала А. П. Тормасова, который с 1809 года был главнокомандующим Кавказским войском. Сражением при Березине «апшеронцы» завершили своё участие в Отечественной войне и выступили в заграничный поход.

В 1817 году полк вернулся в Россию и в 1819-м был направлен на Кавказ. Здесь, ещё с 1777 года, от Азова до Моздока создавалась кавказская линия укреплений, вдоль которой размещались русские регулярные войска, называвшиеся «линейными» (стоящими «по линии»). С 1783 года южной границей Российского государства официально была признана река Кубань. По её правому берегу русские помещики неохотно брались за освоение земель. Когда с 1792 года туда начали переселять запорожских казаков, а позднее — донских, то они и взяли на себя опасную тяжесть охраны южных границ России, высвобождая тем самым регулярные войска, занятые несением пограничной службы. (Кроме того, с переселением запорожцев устранялся беспокойный казачий элемент на юге Малороссии).

В 1816 году в Кавказскую губернию прибыл генерал Алекей Петрович Ермолов [Примеч. 4]. Его приказом как главнокомандующего Кавказским войском Апшеронский полк в 1819 году был переименован в Троицкий пехотный, но в 1826-м ему вернули прежнее название.

После генерала Ермолова главнокомандующими Кавказским войском, на которых возлагались дела как военные, так и гражданские, были И. Ф. Паскевич (до 1831 г.), И. К. Розен, Е. А. Головин (30-е гг.), А. И. Нейгардт, М. С. Воронцов, Н. Н. Муравьёв, А. И. Барятинский (4050-е гг.). Из «линейных» казаков в 1860 году было создано Кубанское казачье войско.

Апшеронским полком командовали Д. В. Пассек, М. К. Ковальский, З. Д. и Г. Д. Орбелиани (40-е гг.), Н. С. Кишинский, Ф. Н. Сумароков-Эльстон (50-е гг.). В 60-х годах, когда происходило заселение Кубанских станиц, командирами полка были А. А. Тургукасов (18591865) и Н. И. Евдокимов (18651867) [Примеч. 5]. Позже, в 70-х-80-х годах, Апшеронским полком командовали Л. К. Чижиков (1876–1885) и Э. И. Ленц (1886).

Об участии Апшеронского полка в сражениях с кавказскими племенами достаточно подробно рассказал Л. А. Богуславский. Так, в 1858 году, писал историк, «приходилось Апшеронцам ходить в походы с генералом Врангелем… Росту генерал Врангель был высокого, из себя красивый; ровный, спокойный и толковый был генерал». А. Е. Врангель, в 1858 году начальник 21-й пехотной дивизии, управляющий Дагестанским отрядом, провёл операцию по пленению Шамиля, за что был награждён орденом Св. Георгия 3 степени.

Как известно, первое крупное сражение с Шамилём состоялось ещё в 1839 году в крепости Ахульго. Раненый Шамиль тогда ускользнул из окружения, но вскоре возобновил военные действия.

Эти исторические места запечатлены на зарисовках и картинах И. Айвазовского: «Вид с Каранайских высот на Ахульго и Гимры», «Вид Гуниба», «Аул Гуниб», «Стычка ширванцев с мюридами на Гунибе» [мюриды — «последователи, гвардейцы» Шамиля] и других. Художником Ф. Рубо, автором панорам «Оборона Севастополя» и «Бородинская битва», написана картина-панорама «Штурм аула Ахульго 22 августа 1839 года» (Н. П.).

Л. А. Богуславский, воздавая славу храбрым русским воинам, не умалял и сил фанатической самоотверженности кавказцев во главе с Шамилём: «Он сразу забрал в руки всех горцев… и сделался у них как бы царём, даром, что был простой мулла».

Однажды, как пишет историк, Шамилю удалось ворваться в русскую крепость и жестоко расправиться с воинами-апшеронцами. На Гунибе воздвигли памятник «Апшеронцам за Гунибъ». На Гунибе же, последнем убежище Шамиля, он был взят в плен, перевезён в Калугу, затем в Киев, а в 1870 году получил разрешение выехать в Мекку, затем в Медину, где и умер на 73 году жизни.

Памятник Апшеронцам на Гунибе

Л. В. Богуславский описывает не только боевые сражения Апшеронского полка, но и быт, и обычаи, сложившиеся в нём: «Хорошая страна Кавказ, хорошие войска живут здесь, да много и обычаев в войсках было хороших, а самый лучший — куначество. Кунак по-татарски значит друг [татарами русские называли тогда всех кавказцев не христианской веры — Н. П.]. Кунаками нашими были Ширванцы молодцы, Кабардинцы и Куринцы лихие. Мы их лесовиками прозвали, потому что им больше приходилось… в лесах возиться, а они нас звали горцами, …по горам Апшеронцы лазали и в этом мастерстве ни одному дикому горцу не уступали. …А про Ширванцев и говорить нечего: мы жили с ними словно братья родные. Стоял ещё у нас в Дагестане Нижегородский драгунский полк, лихой, хороший полк…».

15 апреля 1860 года апшеронцы пришли в Кубанскую область. К этому времени роль одного из передовых пунктов Кавказа, куда сходились дороги военных отрядов, стала играть крепость Майкоп, созданная в 1857 году в Майкопском ущелье (слово «Майкоп» происходит от адыгского «Мыекуапэ», по-русски — «Долина яблонь»). «Наступали мы по рекам Илю, Афипсу и Убину… В октябре [сентябре?] 1861 года в Кубанскую область приехал государь Император Александр Николаевич. Наш стрелковый батальон имел счастие представиться своему Государю и получить Царское спасибо за молодецкий вид и прекрасную выправку», — писал Л. А. Богуславский.

С 1863 года шефом Апшеронского полка являлся Великий князь Георгий Михайлович: «Шеф — значит покровитель части; он должен знать всё, что делается в части, …поэтому-то нашему Шефу ежемесячно представляются рапорты о состоянии полка… Недавно [в 1892 г.] он издал историю нашего полка для офицеров; потом помог нам соорудить памятник при Шуре „Апшеронцам  героям взятия Гуниба“, а теперь [в 1894 г.] для вас, солдаты, памятку напечатал», отмечал Л. В. Богуславский.

Повествуя о дальнейших передвижениях полка в 1863 году по Пшишу и Пшехе, историк пишет: «Первого марта в Пшехский отряд ожидали нового Главнокомандующего Кавказской армией Его Императорское Высочество Великого Князя Михаила Николаевича… В 9 часов приехал Великий князь, поздоровался с войсками и затем все батальоны двинулись к реке Пшишу… К вечеру мы прибыли на р. Мартá и остановились здесь на ночлег. На реке Пшиш Его Императорское Высочество милостливо выслушало солдатскую песню». Возможно, что и на слова, которые приводит Л. А. Богуславский:

Апшеронцы молодцы и Ширванцы тоже!

Кабардинцы и Куринцы все на них похожи…

До 1 января 1871 года, как отмечено в «Истории колонизации Закубанского края» Л. В. Македонова [Примеч. 6], Кубанское войско с населёнными пунктами составляло 6 бригад и отдельные полки 22-й, 24-й, 25-й (с правлением в ст. Хадыженской), 26-й (с правлением в ст. Апшеронской), а также Псекупский, Абинский, Адагумский и Шапсугский береговые батальоны, которые действовали самостоятельно.

Первого января 1871 года была образована Кубанская область, разделённая в гражданском отношении на уезды и в военном — на отделы. В 1873 году начальником Кубанской области и атаманом Кубанского казачьего войска был назначен Н. Н. Кармалин. Военный министр Д. А. Милютин, сам участник Кавказской войны (1839–1844, 1859), в своём дневнике отметил: «Кармалин, …ученик военной академии и офицер Гвардейского генерального штаба, — человек умный, образованный, слывший в своё время опасным либералом, „красным“» [Примеч. 7].

В 1896 году 81-й пехотный Апшеронский Его Императорского Высочества великого князя Георгия Михайловича полк был переведён во Владикавказ и вошёл в состав 21-й пехотной дивизии 3-го Кавказского армейского корпуса. Прибыв во Владикавказ, апшеронцы сразу же включились в общественную и культурную жизнь города. Офицеры преподавали в учебных заведениях, их жёны занимались благотворительностью и организацией культурных мероприятий. (В том же 1896 году в городе появился Апшеронский переулок, существующий и по настоящее время — Н. М.).

Апшеронский полк, основавший кубанскую станицу и давший ей название, продолжал походы до окончания Кавказской войны. Официально эта война закончилась 21 мая 1864 года, когда последний очаг сопротивления черкесского племени убыхов пал в урочище Кбааду [Красная поляна], в горах на восток от Адлера. Полк участвовал и в Первой мировой войне, по окончании которой отбыл из Галиции вновь на Кавказ, где в 1918 году демобилизовался и был расформирован. Возродился он в 1919 году, но уже в составе Белой Армии. В 1920 году полк ушёл в Грузию, затем в Крым, где офицеры и нижние чины воевали до эвакуации в ноябре 1920 года. Оказавшись в эмиграции, офицеры создали объединение своего полка (в 50-х гг. в это объединение входило 27 человек). Последним «апшеронцем» считается полковник Аполлинарий Александрович Рябинский, скончавшийся в Аргентине в 1982 году [Примеч. 8].

II. Создание станиц в предгорьях западного кавказа

В Донесении военному министру от 17 августа 1863 года об итогах колонизации Закубанского края командующий Кавказской армией сообщал: «в двадцати одной вновь водвóренной и одной досéленной в текущем году станице» поселены офицерские семейства, семейства Кубанского казачьего войска, Азовского войска, Донского войска, «женатые нижние чины» Кавказской армии, семейства «охотников» [т.е. желающих, «изъявивших охоту» — Н. П.] государственных крестьян и лиц других сословий из Полтавской, Черниговской, Воронежской губерний. По данным военного историка К. К. Гейнса, «в течение последних лет кавказской войны в Закубанском крае возведено 111 станиц с тремя посёлками, в которых водворены были 14 396 семейств» [Примеч. 9].

Командующий Кавказской армией сообщал также, что «в течение лета сего года занято в Закубанском крае нашим казачьим населением два района: один к востоку от Адагумской линии до р. Иль, а другой — между течением рек Белой и Пшиша. <…> …Все …из вновь водворенных станиц поступают …на образование в Кубанском казачьем войске двух новых конных полков: Абинского и №26, которые, применяясь к условиям местности, я полагаю образовать на основании §56 высочайше утверждённого положения о заселении предгорий Западного Кавказа отдельными округами с особыми полковыми правлениями, по примеру некоторых полков Терского казачьего войска. <…> Командирами новых полков согласно высочайшего соизволения, сообщённого мне Вашим превосходительством от 8 мая сего года за №122, назначены полка №26 подполковник Пистолькорс и Абинского подполковник Фролов. <…> Cтаницам …впредь до высочайшего утверждения присвоены мною следующие наименования: … <…>

II. Между течением рек Белой и Пшиша

1. На р. Курджипсе, в 19 1/2 верстах от укрепления Майкопа — Курджипская.

2. На р. Курджипсе, в 13 1/2 верстах выше предыдущей — Дагестанская.

3. В верховьях р. Курджипса — Нижегородская.

4. На р. Пшехе, в 12 1/2 верстах выше стан. Пшехской — Кубанская.

5. На р. Пшехе, в 15 1/2 верстах выше предыдущей — Апшеронская.

6. На р. Пшехе, в 10 верстах выше предыдущей — Ширванская.

7. На р. Пшехе, в 15 верстах выше предыдущей — Самурская.

8. Между Пшехом и Курджипсом, на высотах — Прусская.

9. На р. Пшише, в 23 верстах от Константиновской переправы чрез Кубань — Гобукаевская.

10. На р. Пшише, в 17 верстах выше предыдущей — Бжедуховская.

11. На р. Пшише, в 15 1/2 верстах выше предыдущей — Пшишская.

12. На р. Пшише, в 12 1/2 верстах выше предыдущей — Тверская.

На образование этих полков назначаются следующие станицы: <…>

II. На образование №26 конного полка

Курджипская, Дагестанская, Нижегородская, Апшеронская, Ширванская, Самурская, Прусская, Гобукаевская, Бжедуховская, Пшишская, Тверская и водворенная в 1862 г. и доселенная в текущем — Пшехская. Штаб этого полка назначен в станице Апшеронской». (Позже, в 1864 году, №26 полк и его 10 станиц вошли в состав №24 полка, штаб-квартирой которого являлась станица Пшехская).

Новые поселения, которые основывались на отвоёванных землях, нередко получали названия по наименованию полков или батальонов Кубанского войска: станицы Апшеронская (по наименованию №81 пехотного полка), Самурская (по наименованию №95 пехотного полка), Ширванская (по наименованию №84 пехотного полка), Куринская (по наименованию №79 пехотного полка), Кубанская (по наименованию №76 егерского полка), Нижегородская (по наименованию №44 драгунского полка), Тверская (по наименованию №16 драгунского полка), Кабардинская (в честь №80 полка) [Примеч. 10].

Население первых предгорных станиц поделилось на две резко разграниченные между собой категории: коренных жителей (казачьего сословия) и небольшого числа поселенцев других сословий — «иногородних», как называли здесь всех пришлых жителей, не имеющих земельного обеспечения. Наплыв иногородних в Кубанскую область начался после принятия 29 апреля 1868 года закона, отменившего запрещение лицам неказачьего сословия «селиться и приобретать какую-либо собственность в землях казачьего войска».

III. Станица апшеронская: первые полвека

Первые поселенцы — 202 человека — прибыли в станицу Апшеронскую в мае 1863 года: из Черноморской линии 49 человек, донецких казаков 91, государственных крестьян из Полтавской, Харьковской, Воронежской губерний 56 и 2 семьи казаков-офицеров. В 1870 году, когда закончился первый военно-сторожевой период жизни кубанских предгорных станиц, сюда потянулись обозы с казаками-переселенцами из Черноморской линии, из донских, уральских и оренбургских станиц, крестьяне из внутренних губерний России.

Сведения о создании станицы Апшеронской приводит и Л. А. Богуславский. Он указывает, что в 1862 году передовые укрепления с рек Белой и Курджипса были перенесены на реку Пшеху, а затем Пшиш. 9 августа 1862 года войска выступили из лагеря при реке Пшехе: «В совершенной тишине двигался отряд по левому берегу Пшехи… В январе 1863 г., окончив постройку Пшехинской станицы, отряд выступил вверх по реке Пшехе. Пройдя вёрст 15, войска остановились у впадения реки Тухи в Пшеху, где решено было заложить новую станицу и назвать её в честь храброго нашего полка „Апшеронскою“. <…> Всю весну и лето Апшеронский батальон стоял у станицы Апшеронской, достраивал её и от времени до времени ходил в набеги к немирным аулам». У другого историка, К. К. Гейнса, написано: «13-го марта началась постройка Апшеронской станицы …на р. Пшехе, в 15 1/2 верстах выше предыдущей [Кубанской]».

В предписании начальнику Пшехского отряда от 3 апреля 1863 года указывалось на необходимость построения на реке Пшехе трёх станиц — Пшехской, Кубанской и Апшеронской. Организация и охрана новых станиц по реке Пшехе, места для которых означил Апшеронский полк, была поручена сначала №23 полку 4-й бригады Линейного Казачьего войска:


ОТ КОМАНДУЮЩЕГО ВОЙСКАМИ

№759

3 апреля 1863 г.

гор. Ставрополь

Начальнику Пшехского отряда


Между Даховским (и) вверенным Вашему Высокоблагородию отрядами разделены новые станицы предположения к возведению в настоящем году за р. Белой. Таким образом, по Пшехе Вы должны построить станицы: Пшехскую, Кубанскую, Апшеронскую, постройка же самой верхней станицы на этой реке Самурской возложена на Даховский отряд. По окончании постройки Апшеронской станицы заняться устройством хорошей повозочной дороги от этой станицы вверх по Пшехе примерно 78 вёрст до места избранного для Аминовского поста [Примеч. 11], дорога эта должна быть очищена от леса, нужно строить хорошие спуски.


Во все станицы 26-го территориального Апшеронского полка предполагалось переселить более 1700 семей, в том числе:

16 — семей офицерских,

249 — черноморских казаков,

177 — из 1-й Кавказской бригады,

453 — из Донского войска,

143 — нижних чина Кавказской армии из резервных батальонов Кабардинского, Самурского, Ширванского, Наваганского и Кубанского пехотных полков,

49 — «охотников» Терского казачьего войска,

600 — государственных крестьян,

49 — «охотников» из государственных крестьян,

60 — временно обязанных крестьян Донского войска.


Был составлен и более подробный расчёт поселенцев по каждой станице, например, по Кубанской, Апшеронской, Самурской:


РАСЧЕТ

переселенцев по новым станицам

№26 полка. <…>

5. Кубанская

на реке Пшехе выше предыдущей на 12 вёрст —

200 новых дворов,

офицерские семейства — 2,

донские казаки — 75,

государственные крестьяне — 78,

женаты нижние чины — 17.

6. Апшеронская

на реке Пшехе выше предыдущей на 13 вёрст —

200 новых дворов,

2 офицерских семейства,

донских казаков — 75,

государственных крестьян — 95.

7. Самурская

на реке Пшехе выше предыдущей на 15 вёрст —

число новых дворов 200,

офицерские семейства — 2, донские казаки — 73,

государственные крестьяне — 94.


Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 360
печатная A5
от 397