электронная
72
печатная A5
290
18+
Антонов блог

Бесплатный фрагмент - Антонов блог

Повесть о самом известном блогере России

Объем:
88 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4490-3653-7
электронная
от 72
печатная A5
от 290

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

— Люди подумают…

— Люди подумают то, что я им велю.

Из фильма «Гражданин Кейн»

Глава 1. Начало

Антонов чувствовал себя неважно. Да что греха таить — он чувствовал себя откровенно плохо.

Вот лишь несколько событий, которые имели к нему отношение за последние полгода.

В мае ушла жена. Давно хотела, давно было всё не гладко в их отношениях. Но ушла именно сейчас, как бы поставив жирную точку в этой и без того чёрной полосе жизни Леонида Антонова.

В марте угнали машину. Не ахти что, бюджетный Hyundai с приличным пробегом и заметными вмятинами на обоих боках. Но иномарку ищут до сих пор, а на новую машину денег нет.

В феврале, когда 15-летней Ане нужно было удалять аппендицит, Антонов в кои-то веки решил включить «правильного отца» и долго уговаривал дочку не морочить ему голову, придумывая очередной способ никуда не ходить и ничего не делать. В результате он чуть не довёл собственное дитя до могилы. Как сказали врачи, ещё бы чуть-чуть и всё. И вне всяких сомнений, на тот момент ещё жена Лена убила бы его тоже, если бы с Аней что-то случилось.

А так… Лена просто ненавидит его, последние лет семь-восемь, как минимум. Тёща Елизавета Павловна просто считает его худшим зятем из всех возможных. Даже отец Леонида Александр Иванович, человек пьющий и сам не сильно чего-то добившийся в этой жизни, и тот как будто поставил на нём крест.

Наконец, старшая сестра Марина — образец для подражания, всеобщая любимица, влиятельный телевизионный продюсер, вращающийся в каких-то неведомых кругах и «рулящая» какими-то рейтинговыми ток-шоу типа «Пусть говорят» или «Давай поженимся», лишь изредка, раз или два в год, в очередных подписях под пляжными фотками с Бали или Мальдив в своём «Фэйсбуке» или «Инстаграме» нет-нет, да и напишет: «А у меня ведь есть младший брат… Который тоже живёт в Москве… Просто он не любит публичность… Просто он не пользуется гаджетами… Просто он живёт обычной жизнью миллионов россиян…» И далее в таком же духе.

Это всё о нём. О Леониде Александровиче Антонове, москвиче не в первом поколении, наполовину русском, на четверть — белорусе, на четверть или восьмую часть — еврее (смотря по кому определять национальность, по бабушке или дедушке), 46-х лет — по паспорту и 50-55-ти — по внешнему виду… Невысоком, полном, слегка одутловатом и лысоватом человеке, живущем в съёмной однокомнатной квартире на северо-востоке Москвы, официально пока ещё не разведённом и временно безработном…

По образованию Антонов — учитель начальных классов. В своё время поступил в университет, только исходя из стереотипа, что какое-то образование современному человеку всё-таки нужно. Да чтобы некоторым более продвинутым родственникам (старшей сестре) соответствовать. Да и в армию не ходить, пока за пять лет обучения в вузе не заболит что-нибудь, препятствующее службе (в его случае — слабое сердце). Но детей он не любил. К преподавательской деятельности ни склонности, ни тяги никогда не имел. А действовал больше по известному принципу «ума нет — иди в пед», чем по какому-то ещё.

После института совсем недолго работал по специальности. Скрепя сердце, довёл один из начальных классов до конца первого года обучения и фактически сбежал оттуда. Надеется, что никто из этих малолетних засранцев его никогда не вспомнит. Да и сам он после описанного опыта стал ненавидеть школу не меньше, а даже больше, чем раньше.

После этого были попытки найти себя в разных видах «бизнеса». Мастер шиномонтажа, распространитель косметики, озеленитель приусадебных участков, пиццемейкер, делопроизводитель, охранник, мойщик окон в офисных небоскрёбах, портье в гостинице, тренер детской футбольной команды (случайно получилось, но уже на второй день понял, что это ничем не лучше работы в начальной школе и на третий всё бросил), экскурсовод, библиотекарь, и, наконец, продавец книг.

Если объективно посмотреть на то, что Леонид Антонов умеет делать не хуже других, вы удитесь, — ничего. И есть лишь одно качество, которое выделяет его среди остальных, качество, которое вроде бы никогда особенно ему не мешало, но и не помогало тоже.

Это странное устройство памяти, когда разрозненные энциклопедические знания из разных областей практически полностью вытесняют из мозга знания практические, касающиеся нашего бренного мира, окружающей нас действительности. Он знал немного из химии, немного из физики, немного из философии, немного из японского языка, немного из истории спецслужб или мировой дипломатии… Немного — это значит не до конца. Антонов никогда не имел стремления в чём-либо докопаться до истины, стать знатоком, экспертом, профессионалом в той или иной сфере. Он просто каким-то случайным образом запоминал годы жизни премьер-министра Великобритании конца XIX века Бенджамина Дизраэли, единожды их услышав, или формулы неорганических кислот, или полный список номинантов на премию «Оскар» 2013 года. Зачем они ему? Незачем. Просто запоминал и всё.

Да, сестра Марина в своё время пыталась направить эти знания в некое практическое русло. В конце концов, по телевизору с успехом идут шоу с участием знатоков разных сфер жизни: «Своя игра», «Что? Где? Когда?», «Кто хочет стать миллионером?». Но Леонида тошнило от одной мысли о телевидении. Об этой куче народа, которая вечно ищет скандалы, интриги и расследования и, в общем, занимается ерундой, при этом прикладывая максимум усилий для того, чтобы эта ерунда выглядела максимально значительной в глазах населения.

Поэтому Леонид просто стоял с лотком книг неподалёку от ВДНХ и телецентра «Останкино», где его сестра Марина, по слухам, стала чуть ли не «крёстной матерью» всего Первого канала или что-то вроде того. Книги раскупались плохо. Уговаривать прохожих купить тот или иной том Антонов считал ниже своего достоинства. Если хорошая книга — сами должны понимать. Если …овно, то пусть пылится дальше, какую бы прибыль не сулила. Разве только купят по собственной глупости, позарившись на красивую обложку или что-то ещё. Но маркетологов, рекламщиков и пиарщиков он ненавидел с той же силой, что и телевизионщиков или детей школьного возраста. Поэтому «бизнес», что называется, не шёл.

Впрочем, временами получалось что-то продать и даже быть в неплохом плюсе. На книжной ярмарке, например. Или когда начиналась мода на ту или иную книгу или автора. Тогда практически за счёт одной позиции из всего ассортимента он «делал кассу». Но и это, скажем прямо, не доставляло ему удовольствия. Что, мол, такого: сегодня заработал, завтра потерял. Какой в этом всём смысл?

И вот тут мы подошли к самому главному — Антонов хотел понять смысл своей жизни, и ему это никак не удавалось.

В ход шли алкоголь (не так, чтобы сильно), женщины по вызову (опять же, нечасто), совсем немного аудионаркотиков и галлюциногенов (он и курил-то в последний раз лет пять назад). Нет, Антонова нельзя было назвать апологетом «всех тяжких», вёл он относительно здоровый, пусть и ленивый образ жизни. Вот только смысла в ней по-прежнему не было, пока…

…Однажды, а было это в воскресенье, 16 июля 2017 года, он не начал новую жизнь. Звучит пафосно, попахивает штампами. Но это так. И не то, чтобы, к примеру, он решил кардинально изменить свой имидж, рацион питания, заняться спортом или нашёл новую перспективную работу. Нет, нет, нет и нет. Жил он так же, как и до этого. В целом. Вот только к его прежней жизни добавилась одна новая составляющая. Он начал вести собственный блог в интернете.

Глава 2. Блог

Блог — это громко сказано. Он просто впервые завёл себе страничку в «Фэйсбуке». Логин — dartweider141 (не удивляйтесь, большинство других «дартов вейдеров» были уже заняты), пароль — nichtozhestvo1 (тут Леонид улыбнулся — не то, чтобы он считал себя таковым, скорее решил «потроллить» судьбу, мол, я в этом блоге такое напишу, такое, что стану известным, модным и уважаемым и потом буду только смеяться над своим ничтожным паролем).

Заводил страницу довольно долго, никак не мог приноровиться к этой социальной сети, клял себя за то, что безрукий, технически отсталый, сам ничего не умеет, а спросить не у кого… В общем, несложная техническая операция заняла у него три дня. Из которых сутки он восстанавливался после первых неудачных попыток с вводом пароля и прочими тонкостями и перед тем, как собрать в кулак все силы, чтобы довести начатое до конца.

Итак, 18 июля, незадолго до полуночи, он уже немного освоил этот ваш «Фэйсбук». Настолько, чтобы уметь оставлять в нём записи, перечитывать и исправлять, что выходит из-под собственного «пера» и реагировать на посты других.

Первым, тестовым постом в 23:39 стал вполне нейтральный: «Тест тест тест тест». Но уже в 23:46: «Проверка связи прошла успешно. Проверка связи прошла успешно». И, наконец, в 23:59: «Я начинаю вести свой блог на facebook. Здесь я буду делиться новостями из моей жизни…»

Основную попытку достучаться до интернет-общественности Антонов оставил уже на утро 19 июля, чтобы уже по-нормальному, собравшись с силами и мыслями, написать что-нибудь стоящее.

Времени было навалом. Леонид никуда не торопился. Фактически он не работал с конца мая. Сначала приболел на две недели, потом решил взять себе внеплановый отпуск, потому что давно не отдыхал, потом пил неделю, потом снова приболел, потом что-то ещё. В общем, рано утром вставать на работу он сейчас даже не планировал. А благополучно проспал до 10:40. Трижды за это время кидал что-то в будильник, который звонил в 8:00, 9:00 и 10:00. А потом встал, и ещё до того, как пойти умываться и чистить зубы, нажал «вкл» на компьютере.

Компьютеру, которого хозяин называл почему-то Петей, было уже около 10 лет. Он страшно грелся и нормально работал только с третьей загрузки. Первая обычно длилась минут пять-семь. И когда Петя становился горячим, как включённый утюг, Леонид привычно заходил в «Пуск» — «Завершение работы» — «Перезагрузка» или «Выключение компьютера». Вторая попытка длилась меньше, минуты три-четыре. Петя по-прежнему был горяч, но уже не так, как в первый раз. Но Леонид перезагружал его ещё раз на всякий случай. И только с третьего раза с Петром можно было договориться. Он с теплотой воспринимал почти любые виды деятельности внутри себя. Разве что одновременное открытие больше двух десятков окон по-прежнему могло вывести его из себя и даже привести к внеплановому отключению.

Сегодня компьютер работал, как надо. Вернее, как всегда. К примеру, на его клавиатуре периодически «западали» клавиши «ш», «щ» и «з», а «й», «ф» и «1» не отражались на экране, примерно с декабря прошлого года. Вместо них приходилось использовать виртуальную клавиатуру, ну или искать в лексиконе слова, не имеющие указанных букв и цифр…

Итак, три-четыре минуты пыхтения операционной системы, и перед Леонидом загружается его страничка в «Фэйсбуке». Пока практически пустая. Под оставленной ночью надписью о том, что «здесь я буду делиться новостями из моей жизни», не замечено ни одного лайка, ни одного комментария. Но есть четыре просмотра… Кто эти сумасшедшие? Или кто эти неизвестные поклонники? Хотя, будем откровенны, велика вероятность того, что часть этих просмотров, если не все, принадлежат самому Леониду…

С улицы доносится какой-то шум. Антонов отвлекается от компьютера и подходит к окну. Отсюда плохо видно за деревьями. Но, кажется, внизу произошла авария. Видна задняя часть легковушки, вроде бы это Ford Focus. Дальше — только деревья, мешающие обзору. А с другой их стороны — грузовик. Не то «Газ», не то «Зил». Вокруг уже собрались люди. Громко разговаривают (но с девятого этажа, где снимает квартиру Леонид, слов всё равно не разобрать), ходят вокруг с сотовыми телефонами, прислонёнными к ушам.

«Об этом можно было бы написать в блоге», — мелькает мысль в голове Антонова.

Он отходит от окна и снова садится на «рабочее место» у компьютера. Но вместо того, чтобы писать об аварии, лишает полистать ленты тех, кто у него в друзьях. Их всего двое. Это сестра Марина и дочка сестры — 13-летняя племянница Оксана. Оксана активно занимается танцами, ушу, английским и французским, ходит в театральную студию и уже снимается в телепрограммах, пару раз была чьей-то подставной дочерью или что-то вроде того. В общем, занимается всем, что только можно придумать. Поэтому в её ленте многочисленные фотографии со всех этих занятий и много разных наград и кубков.

Лента Марины ещё солиднее. Если уж она выкладывает сюда какую-то фотографию с подписью (не считая пляжных), то там будет, как минимум, Игорь Верник, целующий ей руку или Сергей Безруков, которому она фамильярно ставит рожки.

У Леонида, естественно, таких знакомых и таких фотографий нет. Того же Сергея Безрукова он видел один раз в жизни. Когда пришёл к сестре на работу — мать попросила подвезти Марине забытый загранпаспорт, когда та должна была умчаться то ли на отдых, то ли в командировку. По дороге Антонов решил отлучиться в «останкинский» туалет. И именно там Безруков прищемил ему ногу дверью. Было больно. И смешно. Безруков ничего не заметил. А сестра потом говорила, что Лёня всё выдумал. Не было в тот день в телецентре Безрукова. Вернее, в расписании известных ей программ не было. Она даже проверила, когда обсуждала этот случай в курилке с коллегами.

Но бог с ним, с Безруковым. Свидетелей действительно не было. А прищемлённая знаменитым артистом нога в мужском туалете — не такой уж и повод чем-то гордиться или всем об этом рассказывать.

В общем, Антонов полистал недолго ленту новостей от сестры. Узнал, что в недавнем интервью «Комсомольской правде» она рассказала о том, что родилась в фамильном замке на западе Белоруссии. Хотя, вроде бы оба они, и Леонид, и Марина, прожили первые несколько лет своей жизни в пятиэтажке рядом с заводом отца в Капотне. Ну, да бог с ней, с Мариной. Может, она и не говорила такого. Может, журналисты всё переврали или перепутали…

Закрыл Антонов её страницу и снова обратился к своей. Странице не хватало фотографии. Какой образ, прежде всего, ассоциируется с dartweider141? Черная железная маска-шлем? Или что-то ещё из «Звёздных войн»? Леонид не хотел настолько прямых ассоциаций. Равно, как не хотел ставить и свою реальную фотографию. Поэтому он убил примерно три часа своего времени, чтобы на аватарке в «Фэйсбуке» появилось изображение… московского Кремля. По крайней мере, какая-то привязка к реальности. Он действительно живёт в России, в Москве, на первое время и такая фотография сгодится…

В 14:43 — неожиданный звонок от сестры. Не разговаривали до этого, наверное, месяца три, не меньше. И тут звонит с Бали (это не фигура речи, это правда), и сквозь шум от какой-то вечеринки и океанского прибоя, перекрикивая не то дельфинов, не то своих собутыльников, интересуется:

— Лёня, я тут в «Фэйсбуке» — это такая социальная сеть, сеть для общения в интернете (поясняет для убогих, ничего не понимающих в современных технологиях, таких как её младший брат) … Добавилась в друзья к какому-то Дарту Вейдеру, который, приглашая меня, написал, что он якобы Леонид Антонов, то есть ты… Я была пьяная, сразу добавилась, а теперь мы с девчонками (при их упоминании слышен многоголосый девичий смех) засомневались. Думаем, что это за развод такой? Ты ведь не используешь «Фэйсбук»? Ты даже не знаешь, что такое бывает?

— И тебе не хворать, Марина, — отвечает Леонид.

Его начинает забавлять эта «игра». Ничего ещё не сделано, он по-прежнему «неудачник Антонов», «слабое звено», «позор семьи», «плохой муж», «плохой отец», «тряпка» и так далее и тому подобное. Но к нему впервые за четверть года проявили неподдельный интерес. И не потому, что он сделал что-то выдающееся или что-то очень плохое. А просто пьяная сестра на Бали заметила, что кто-то завёл в Сети новый аккаунт и представился именем её брата.

— Да, это моя страница, — поясняет Леонид. — Я планирую и дальше наполнять её содержанием.

В трубке секунд на пять воцаряется тишина. Маринка думает. Вокруг по-прежнему звучит громкая музыка, галдят её подруги, а шум прибоя напоминает помехи сотовой связи. Словом, уровень звука такой же, какой и был. Но Леонид слышит, а скорее даже чувствует, что его сестра чуть ли не начала трезветь от полученной от него информации.

Наконец, она находит нужные слова:

— Опа… Прикольно… Я не думала… Не думала, что это правда… Ладно, брат, мне пора. Тут у нас небольшое мероприятие намечается… Буду в Москве, созвонимся… Как-нибудь…

— И тебе не хворать, Марина.

— Да что ты заладил «И тебе не хворать»?! Я что больная, какая? (дружный смех Марины и её подруг). Это мой брат (поясняет она для них, но Леонид тоже всё слышит). Серьёзный-пресерьёзный. Здоровья, говорит, у меня нет. Лёня, всё, давай, вешаю трубку.

— А у тебя разве стационарный телефон? Чтобы её повесить?

— Что? Что ты говоришь такое? Какой телефон?

— Ладно, забудь, проехали…

— Давай, пока! Целую, чмоки.

Марина «вешает трубку». А спустя секунд 15 под первым опубликованным постом Леонида на «Фэйсбуке» появляется первое сердечко. Марина лайкнула его запись.

Ещё через минуту в разделе «Новости» появляется новая запись и у Марининой дочери Оксаны. Это фотография её нового кубка по дзюдо. Странно… Он почему-то думал, что она занимается ушу. Или она подвязалась и в том, и в другом? Вот есть люди, которые везде успевают…

Антонов ищет и находит страницу собственной дочери, Ани. Но там почему-то всё скрыто и закрыто для приёма новых друзей. Во всей ленте только одна фотография двух-трёхлетней давности. На ней Аня с друзьями стоят где-то в чёрных балахонах с нарисованными белыми костями и черепами. Антонов чувствует, что Аня активно пользуется этим вашим «Фэйсбуком», но вся эта активность проходит в закрытом режиме, только среди её друзей и для друзей. Леонид к ним не относится.

Попробовал он найти страницу и бывшей жены Лены. Но не нашёл. Какую фамилию она там указала? Его — Антонова? Или своего нового хахаля и будущего мужа — Казакова? Она уже где-то называла себя Казаковой, он слышал. Или свою девичью — Устинская? В общем, не нашёл он ничего ни там, ни там, ни там.

Глава 3. Френды

Как-то бесполезно прошёл весь этот день. Пока что-то обдумывал, просматривал чужие ленты, параллельно «смотрел» (затылком) по телевизору несколько фильмов по каналам «Наше новое кино» и «ТВ1000», ненадолго сбегал в магазин прямо в арке у своего подъезда, быстро ел и добавлял очередную тарелку в гору немытой посуды. Так весь день и прошёл.

Вторую запись на своей странице 19 июля Леонид оставил только в 23:44. Это был пост без особых претензий на что-либо: «Спокойной ночи!» Но к нему Антонов прицепил ещё и свежую фотографию московского неба, сделанную из окна этой квартиры на телефон. Скачка фотографии с телефона на компьютер и далее на страницу в «Фэйсбук» потребовала недюжинных усилий «отсталого» Антонова. Он занимался этим с 17 часов, едва не разбил в сердцах телефон об пол, покушался и на компьютер, но примерно к полуночи, наконец, довёл дело до конца и лёг спать.

Утром 20 июля (а вернее, в 11:57) Антонов ел бутерброд с рыбными консервами и параллельно, одним глазом, просматривал свою ленту сообщений. Рядом с его фотографией московского неба, надо сказать, достаточно тривиальной фотографией, которая нужна была только для того, чтобы рядом с пожеланием «Спокойной ночи!» было хоть какое-то изображение, появились сразу три сердечка. Их поставили какие-то женщины: Кузьмина Людмила, Олешко Наталья и Касаткина Дарья. Ни одну из них Леонид не знал. Возможно, кто-то из друзей сестры, которая у него в друзьях… В худшем случае — кто-то из взрослых подруг племянницы Оксаны… Если таковые вообще существуют.

Впрочем, происхождение «лайков» можно попытаться проверить. Леонид нажимает на аватарки своих «поклонниц». Кузьминой Людмиле на вид — лет 60, вряд ли она дружит с 13-летней Оксаной. Олешко Наталье — немногим меньше, и судя по тому, что она сфотографирована на фоне Останкинской башни, буквально свисает с неё, она вполне может иметь какое-то отношение к телевидению, где работает сестра Леонида Марина. Наконец, Касаткина Дарья имеет вместо нормальной фотографии на аватаре букет полевых цветов. Антонов никогда особенно не разбирался в цветах. Поэтому тайна личности этой «поклонницы» вряд ли будет раскрыта.

Из общих новостей: Джибути снова подрался с Аникеевой. Путинцев ответил Маккензи на ответ того Лаврикову по поводу ответа российского МИДа Госдепу. На Украине в очередной раз выразил озабоченность происходящим президент Петрушенко. Вверху страницы «Яндекса» так прямо и написано — «Петрушенко выразил озабоченность по поводу ситуации на Украине». Упал доллар. Но через полчаса пришло «опровержение». Доллар немного подрос.

В общем, Антонов не думает, что хоть что-то из перечисленного как-то его касается. Вместо этого он решает устроить себе второй завтрак. Греет в микроволновке две сосиски, щедрым жестом намазывает на булку толстый слой масла и кладёт половинки сосисок поверх, наливает крепкого горячего чая и, разложив всё это на импровизированный поднос из пустой коробки для книг, выходит с ним на балкон.

Внизу, там, где недавно произошла автомобильная авария, теперь всё заставлено другими машинами. Никаких следов ДТП. Никаких следов ничего хоть сколько-нибудь выходящего за рамки обыденного. Всё теперь, как всегда.

Антонов присаживается на незаконно выведенную на балкон батарею. Откусывает кусок бутерброда, с которого уже начинает капать вниз расплавившееся под горячей сосиской сливочное масло. И представляет, как… даёт интервью корреспонденту одного из центральных изданий Российской Федерации.

— Какова концепция вашего блога? — спрашивает корреспондент, поправляя очки на переносице.

— То, что я делаю, сложно назвать блогом… Это так… — отвечает Леонид.

Нет, не так.

Он сидит уже в более вальяжной позе. Рядом хорошая мебель (в его новом доме?). На нём хороший костюм. И пока молодая журналистка с глубоким декольте и одновременно большим боковым вырезом на платье рассматривает гигантскую китайскую вазу в центре зала, Леонид отвечает, неспешно цедя слова:

— С самого начала концепцией «Антонова блога» (именно здесь впервые прозвучало это знаменитое название, впоследствии превратившееся в один из самых известных российских брендов) стало гипотетическое допущение, что жизнь одного маленького человека может быть интересна и другим людям. В сущности, большинство из нас — это маленькие люди, которые не прочь посмотреться в зеркало, чтобы понять что-то о себе, пусть и читая чужую страницу в одной из самых популярных социальных сетей…

— А откуда эта ваза? — неожиданно прерывает Антонова сексапильная журналистка и добавляет, — Она, наверное, стоила Вам целого состояния?

— Нет, ваза не так уж и дорога… Справедливости ради стоит отметить, что она находится на значительно более дорогом столике, инкрустированном драгоценными камнями, сделанном вручную, по заказу, в самом конце XVIII века, вот он действительно стоил целого состояния… — поясняет Антонов, не отрываясь от декольте спросившей.

Но в этот момент с его бутерброда по слою расплавившегося масла съезжает одна из половинок сосиски и летит с балкона вниз. Интервью надо заканчивать…

Антонов в хорошем костюме и в дорогой квартире встаёт, провожая журналистку к двери. И на ходу поясняет:

— Между нами — девочками: я просто описывал свою жизнь. Видимо, я оказался, единственным из 140 миллионов человек, кто был в своих записях искренен. Поэтому, не имея за душой ничего больше, я и стал блогером №1 в России…

Антонов в последний раз бросает взгляд на декольте, в последний раз — на вазу. И возвращается к реальности. Компьютер всё ещё работает. Чай он почти допил. Сосиски, за исключением прилетевшей кому-то внизу, доел.

На странице Антонова в «Фэйсбуке» наблюдается некоторая активность. Некая Тамара М., «модель +», как она сама себя называет, напрашивается в друзья. Интересная тенденция. Все посетители страницы Леонида — дамы. Антонову явно нужно сделать из этого какие-то выводы. Или не стоит?

В общем, он решает самостоятельно поискать себе интернет-друзей, причём обоего пола. Казалось бы, первое, что приходит на ум, — искать по сообществам, к которым Антонов имеет хоть какое-то отношение. Продажа книг, коллекционирование книг, любители книг, русская литература, зарубежная литература и так далее. Вот только Антонов никогда не любил свою профессию, никогда не любил узкие профессиональные кружки по интересам, и ущербную, какой он её считает, психологию, когда переводчик с японского должен крутиться среди других переводчиков с японского, а фанат «Спартака» не должен общаться с болеющими за ЦСКА. А если и общаться, то только, чтобы облить их грязью.

Вместо этого Антонов решает самостоятельно разыскать интересные сообщения в общей новостной ленте и отправить их авторам, независимо от пола, возраста и любимой футбольной команды, письма с предложением «дружить» в «Фэйсбуке». Чтобы иногда обмениваться оценками происходящего вокруг, не более.

Так, в виртуальных друзьях Леонида оказываются «актёр театра и кино», которого пока не берут ни в один фильм, психолог — специалист по девиантному поведению, дальнобойщик, который тут же Антонова удаляет из друзей обратно, домохозяйка, женщина-фотограф и даже «милиционер» (скорее, наверное, полицейский, нужно будет уточнить).

В своём следующем посте Антонов честно признаётся, что не знает, о чём ему написать. И спрашивает у остальных, нет ли у кого каких идей? Но идей нет. Либо остальным по-прежнему наплевать на Антонова. Во всяком случае, ни одного ответа на его вопрос не просматривается.

Глава 4. Милиция

Публикации от Антонова 21 и 22 июля, не сильно отличающиеся по содержанию от той, что была 20-го, также не собирают моря лайков и комментариев. dartweider141 всё ещё никому не интересен.

Тогда автор «Антонова блога» — так уже официально называется эта страница — предпринимает попытку «научного подхода» к решению проблемы. Он штудирует статьи в интернете о том, как именно нужно вести блоги и что писать в социальных сетях, быстро просматривает несколько электронных книг об интернет-маркетинге. После чего делает вывод, что если бы все, кто прочитал эти статьи или книги, а этих людей наверняка были сотни, тысячи и даже десятки тысяч, стали интернет-миллионерами, среди пользователей Рунета уже давно не осталось бы бедных и не успешных. Никто тогда и не работал бы.

Поэтому Антонов принимает рискованное, но также сулящее и неведомые перспективы решение — опираться только на собственную интуицию, ничего не бояться, «идти от себя», делиться самым сокровенным и попытаться разрушить стереотипы, посредством социальных сетей из ничего (читай, из собственной жизни) сделав нечто противоположное, значительное и наполненное смыслом.

Примерно до конца июля 2017 года никакого смысла в том, что делал Антонов, не было. Но записи в его блоге время от времени всё равно появлялись. Иногда самые пустые из них (по мнению самого Леонида) сопровождались лайками и даже комментариями. Особенно людям нравились ни к чему не обязывающие изображения неба и вида из окна. А когда Леонид случайно закачал на свою страницу несколько домашних фотографий, они неожиданно удостоились самого большого количества сердечек, причем, как от женщин, так и от мужчин. Представительницам слабого пола понравился шкаф, который Антонов откуда-то приволок, но на вид могло показаться, что мебель построена руками блогера. Аналогично на ура прошёл и «чужой ремонт» в ванной съёмной квартиры Антонова. Мужики же организовали целую дискуссию о том, какой модели его пылесос и где ещё такой раритет можно увидеть.

Тогда же к странице в «Фэйсбуке» добавились ещё несколько друзей. «Антонов блог» понемногу начинали читать. И чем глупее (по мнению Леонида) были записи, тем активнее на них реагировали. Хотя ажиотажа по-прежнему не было.

А 31 июля в дверь позвонили.

— Открывайте, милиция! — слышится бас из-за двери.

— Полиция! — поправляет второй голос.

В то время, как в «глазок» кто-то уже тыкает полицейским удостоверением, тем самым совершенно ограничив видимость.

Леонид открывает. Оказывается, что соседка снизу — баба Арина, под 90 лет или около того, вызвала правоохранительные органы, потому что в квартире Антонова ПОСТОЯННО играет громкая музыка, ПОСТОЯННО устраиваются какие-то вечеринки, и бабушка уже ЗАМУЧИЛАСЬ на него жаловаться.

Учитывая, что вы уже примерно знаете про достаточно тихий и уединённый образ жизни господина Антонова, в голову приходят только два объяснения происходящего. Объяснение первое — бабушка сошла с ума. Объяснение второе — кто-то хочет подставить Антонова, возможно, хозяин его съёмной квартиры, недовольный чем-то и так далее.

Но полицейские, кажется, придерживаются первой версии. Бабушка и им показалась не совсем здоровой. Говорят даже, что она не хотела пускать их к себе и параллельно размахивала ножом. В общем, обошлось. Ничего Антонову «не пришили», но для порядка заполнили какую-то бумагу. А один полицейский, уходя, пошутил — мол, сейчас такое время, что через минуту вся эта история окажется в «какой-нибудь социальной сети».

Только не в какой-нибудь, а в конкретном «Фэйсбуке», и не через минуту, а минут через 15. За это время Антонов успел наскоро поужинать и составить в голове основные речевые обороты применительно к возникшей ситуации.

Потом запись о визите полицейских действительно появится на его странице и действительно внесёт в ряды пока ещё немногочисленных читателей «Антонова блога» некоторое оживление. Будет несколько лайков и несколько комментариев. Кто-то знал совершенно такую же бабулю, только из другого дома и из другого города. А будут и те, кто обвинит Антонова в нескольких смертных грехах, в том, что он врун, лжец, хохол и представитель «Пятой колонны».

Леонид ещё не знает, как правильно реагировать на подобные «словоизлияния». И ограничивается пока только чтением. Да, ещё пользователи интернета советуют Антонову прикладывать больше фотографий полицейских и душевнобольных бабушек, тогда читать будут лучше.

Глава 5. Народная артистка Советского Союза

С 1 августа Антонов, скрепя сердце, снова выходит на работу. Он ненавидит её. Она его не радовала раньше, не радует и сейчас. Но другой нет. И пока не предвидится.

Записи в блог он продолжает делать, но какого-то ажиотажного спроса на них не наблюдается. Лишь иногда усматривается некоторая активность. По мнению Леонида, людей по-прежнему интересуют всякие глупости, в частности, житейские истории по типу той бабули с полицейскими. Но бабушка больше на него не жаловалась, и полицейские к нему больше не приходили. А врать он как-то не очень любит…

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 72
печатная A5
от 290