электронная
180
печатная A5
438
16+
Ангел Капелька

Бесплатный фрагмент - Ангел Капелька

Объем:
238 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4493-8647-2
электронная
от 180
печатная A5
от 438

Часть — 1

— Танька, ты уже третью сигарету подряд куришь, — упрекнула девушка в форме лейтенанта свою напарницу, — что твой Вольдемар скажет? Ты же, как мне помнится, обещала ему бросить … — с едва заметной подковыркой заметила лейтенантша.

— Он мне тоже кое-кого бросить обещал, а что-то до сих пор обещания своего не выполнил, — резко парировала Татьяна. — В отличие от меня…

И, поймав полный скепсиса взгляд подруги, с коротким смешком пояснила:

— Не переживай, я при нём не курю, — в голосе прапорщицы явно слышалась неприятная хрипота, свойственная заядлым курильщикам. — Типа, перевоспиталась, — добавила она, стараясь придать и без того не самому мелодичному голосу знакомую по кинодетективам «конкретную» тональность, которая скорее подходила «боевой подруге» какого-нибудь вора в законе, нежели верной спутнице советского офицера.

— А что? — не без ехидства поинтересовалась «подруга»: — Считаешь, если бы ты, хм-хм, «перевоспиталась», может, скорей бы дело к свадьбе пошло?

Несмотря на, вроде бы, дружеское любопытство, в голосе лейтенанта слышалось явное осуждение…

— Оля! — недовольно фыркнула Татьяна. — Мы же с тобой договорились не поднимать больше эту тему!.. — от возмущения голос Татьяны сорвался. Она на минуту замолчала, но, восстановив дыхание, продолжила с ещё большим негодованием: — Шахов, козёл старый, резину тянет, — молнии, которые метали на подругу глаза Татьяны, говорили куда красноречивей её слов.

— Ты мне ещё соль на рану сыплешь! — гневно прорычала прапорщица. — Знаешь же, что Вольдемар женат, а жена у него, — Татьяну перекосило от ненависти, — Ангел Капелька… Почти тридцать лет бабе, а она всё… Капелька! — Татьяна картинно плюнула в лицо воображаемой сопернице. — Дурдом! Ненавижу!!!

И рука её потянулась за четвёртой сигаретой. Подруга сочувственно вздохнула, но во взгляде, хоть она и старалась этого не показывать, читалось явное осуждение.

— Зря ты так на неё ополчилась, во-первых, она, действительно капелька! Как ещё назвать женщину ростом метр шестьдесят, с тридцать пятым размером обуви и сорок вторым одежды? — Татьяна насторожилась — в голосе Ольги слышался упрёк в адрес любимой подруги и явная симпатия в адрес её соперницы: — Ну, а во-вторых, не она у тебя мужа уводит — это ты её Вольдемара в койку затянула…

— Ну, знаешь, — вспыхнув, возмутилась Татьяна, — скажешь тоже — затянула… Это он меня, фактически, изнасиловал…

Лицо Татьяны при этих словах исказила брезгливая гримаса, видимо, воспоминания об этом событии её жизни было не слишком приятным… Но Ольга хорошо изучила свою напарницу. Уж кого — кого, а её этими ужимками было не обмануть!

— Подруга, рожу попроще сделай, — усмехнулась лейтенант Ольга и уже совершенно серьёзным тоном добавила, — мы обе прекрасно знаем, что это не так…

— А как бы там ни было, Оля, — грубо оборвала подругу прапорщица Татьяна, — извини, что не по уставу, субординацию не соблюдаю, но ведь мы не при исполнении сейчас и не о служебных делах здесь рассуждаем… Так вот: он оказался не только на мне, но и во мне по своей собственной воле… И было это не один раз… Значит, не такой уж ангел — его жёнушка, раз он от неё налево пошёл… И вообще, товарищ лейтенант, Вы чья подруга — моя или этого недоделанного ангела?

— Ладно, ладно, не кипятись, — сдаваясь перед натиском подруги, примирительно произнесла Ольга. — Но Капитолина, действительно, душа — девка… медсестра отличная… людям помогает… И семья у них с Владимиром отличная… — при этих словах Татьяна слушавшая тираду подруги с недовольной гримасой в голос рассмеялась:

— Конечно, отличная, нет, образцово-показательная, кто бы сомневался?

Но Ольга невозмутимо продолжала:

— Ну, была отличная, пока ты не влезла… А Лина Викентьевна, действительно, ангел… Так все говорят, кто с ней столкнулся… Мне её жалко… Вокруг тебя столько мужиков, а ты зациклилась на Владимире Сергеевиче…

— Мужиков — как грязи, — с вызовом ответила Татьяна, — только вот замуж никто не зовёт. А этот слишком порядочный — того и гляди, предложение сделает… Потом — звание, денежное довольствие приличное, в скором времени — перевод в Питер… У меня на него серьёзные планы…

— При живой жене?

— А что здесь такого? — невинно поинтересовалась Татьяна. — Пожила с мужиком, уступи место другой. Как там умный мужик написал: «Мавр сделал своё дело — мавр может удалиться…» Замуж все хотят… За хорошего мужика надо бороться! А я за её здоровье в церкви свечку поставлю, — хохотнула разбитная прапорщица и, нахмурив брови, с подозрительной интонацией поинтересовалась: — Слушай, Оля, что-то я не пойму тебя. Когда я с ним в койке кувыркалась, тебе было всего лишь любопытно… ты меня позором не клеймила. А как до дела дошло, ты как-то сразу такой моралисткой стала… Жена… жена… Сколько таких, как я, и, как она? Никто не считал… Недаром говорят: жена не стена…

— Ну, во-первых, я тоже жена, и, будь я на месте Лины, патлы бы тебе выщипала в ниточку, ну, а во-вторых, делай, как знаешь, — махнула рукой Ольга, — Бог тебе судья…

— Вот именно! — Татьяна победно подняла вверх указательный палец правой руки. — И не бери на себя его функцию, — язвительно посоветовала она Ольге. — Бог судья, говоришь, так Бог пускай и судит. А с людьми я как-нибудь разберусь…

— Знаешь, Танюша, — задумчиво взглянув на Татьяну, уверенным голосом вынесла свой приговор Ольга, — ничего у тебя не получится…

— Это почему, стесняюсь спросить? — с вызовом поинтересовалась Татьяна.

— А таких женщин, как Ангел Капелька, не бросают, — уверенно поставила точку в споре на тему морали лейтенант Ольга.

— Да брось ты, — отмахнулась Татьяна, — и не таких королев бросают! А эта!..

Татьяна вложила в эту фразу всё презрение, какое накопилось у неё к сопернице. Не меньшее презрение было написано и на её искажённом отвратительной гримасой лице. Но у Ольги на этот счёт было совершенно другое мнение.

— Королев, может, и бросают, а таких, как Капелька, не бросают, — стояла на своём Ольга.

— Интересно, что в ней такое особенное, чего во мне нет? — с вызовом поинтересовалась Татьяна. — Или ты на моё «облико — недостаточно — морале» намекаешь?

Татьяна удостоила подругу испепеляющим взглядом, который та совершенно проигнорировала.

— Ни в коем случае! — Ольга напрочь отвергла «подозрения» дерзкой прапорщицы в своей неблагонадёжности. — Многие мужики в полном восторге от таких женщин, как ты. — Татьяна презрительно хмыкнула, но за этим возгласом она старательно прятала обиду на бывшую «верную наперсницу». А Ольга, как ни в чём не бывало, продолжала свою «воспитательную работу»: — Дело в другом. Просто Капитолина — идеальная жена офицера, а ты искательница мужика побогаче. Поэтому, если вдруг Владимир и уйдёт к тебе, то через несколько дней приползёт к своей Капельке и будет на коленях умолять простить и принять обратно блудного мужа в лоно семьи…

Такая позиция подруги, в солидарности которой Татьяна ещё несколько минут назад была уверена на сто процентов, заронила в её душу горькую обиду. И обида эта была тем горше, что сама Татьяна думала о своих отношениях с Владимиром приблизительно то же самое… Но ложная гордость и устоявшаяся слава записной сердцеедки, которая шлейфом тянулась за Татьяной из гарнизона в гарнизон, не давали женщине возможности признать своё поражение и отступиться от мужчины, заполучить которого она могла, только прибегнув к самой гнусной лжи…

— Ну, это мы ещё посмотрим, — резко ответила Татьяна и, развернувшись на каблуках, скомкав в кулаке так и не зажжённую сигарету, метким движением бросила её в ведёрко, служившее общей «пепельницей» и, не оглядываясь на подругу, чеканным шагом последовала к «прапорщицкой».

Ольга проводила Татьяну долгим тяжёлым взглядом… «Поговорили…»

Часть — 2

— Милая деточка, у Вас что-то случилось?

Ася, словно очнувшись ото сна, с трудом оторвала глаза от скачущего возле её ног клубка. Она даже не заметила, что он выпрыгнул из корзинки для рукоделия и весело заскакал по траве. Несмотря на то, что спицы в её руках мелькали, как заведённые, она почти не видела своего вязания — в глазах до сих пор не высохли слёзы обиды. Сергей обещал ждать ещё два часа назад на «их» месте. Она заранее пришла в эту удалённую от центрального входа аллею, где по утрам почти не бывало людей. Чтоб скоротать ожидание, достала из корзинки начатый шарф… Шарф, конечно же, предназначался Сергею…

Спицы быстро замелькали в её пальцах, а сама она предалась своим мечтам. Естественно, все они были о Сергее и их совместном будущем… Ася так погрузилась в свои мысли, что перестала замечать всё, что происходит вокруг…

Из состояния то ли глубокой задумчивости, то ли полусна её вывел незнакомый и по-молодому звонкий, совсем не вязавшийся с солидным возрастом его обладательницы голос:

— Кто Вас обидел, прелестное дитя? Нельзя, чтобы такая необыкновенная девушка лила слёзы в столь славный день!

Перед Асей стояла интеллигентного вида старушка и с доброжелательной улыбкой смотрела прямо в её заплаканные глаза. Девушка невольно вздрогнула. Казалось, что взгляд этих удивительных глаз редкого оттенка молодой зелени проникал прямо в душу.

Смутившись, что незнакомый человек застал её в столь неприглядном виде, Ася покраснела. Она вообще не любила открывать свою душу перед кем бы то ни было. Но, взглянув ещё раз в глаза старушки, девушка не увидела в её взоре ни презрения, ни брезгливой жалости, напротив, пожилая женщина смотрела с такой искренней симпатией, а во взгляде её читались покой и умиротворение, что Асины слёзы высохли сами собой. Она попыталась изобразить на лице такую же приветливую улыбку. А то человек к ней со всей душой, а она сидит, как нахохлившийся воробей!

— А почему Вы решили, что я необыкновенная? — всё ещё смущаясь, с лёгким румянцем на щеках, спросила Ася.

Старушка рассмеялась и пояснила:

— Конечно необыкновенная! Какая же ещё? — уверенно подтвердила она свои слова. И, сделав взмах рукой, указав на противоположную сторону площадки, предложила: — Вы посмотрите, прелестное дитя, сколько народу собирается в парке в это время…

Ася окинула взором площадку перед лавочкой, на которой устроилась со своей неожиданной собеседницей. И действительно, уже все лавочки напротив них и рядом с ними были заняты: мамы, няни, бабушки вывели на прогулку своих питомцев. На одной из скамеек пристроилась целая стайка юных красавиц, девушки листали толстые тетради и что-то живо обсуждали.

«Наверное, студентки, к сессии готовятся», — промелькнуло в сознании Аси.

— И обратите внимание, милая деточка…

— Меня Ася зовут, — перебила разглагольствования старушки Ася.

— Капитолина Викентьевна, — кивнув, в ответ отрекомендовалась старушка и продолжила свою речь — она ничуть не смутилась, заметив вытянувшееся от изумления лицо девушки — очень многие современные молодые люди именно так реагировали, впервые услышав её имя-отчество.

И ничего тут страшного нет! Именно это она и попыталась объяснить прелестной молодой особе, в печальном одиночестве сидевшей на скамье в этот прекрасный день:

— Не смущайтесь, Асенька! Я уже привыкла, что моё имя звучит вопиюще несовременно. Что поделать? Мои родители не отличались изысканным вкусом и творческим воображением. Вы, вообще, можете называть меня так, как мои внуки: бабушка Капа. Впрочем, я что-то отвлеклась… — теперь смутилась старушка. — Вы только взгляните, Асенька, что держат в руках большинство из присутствующих людей?

Ася скользнула взглядом в направлении, указанном разговорчивой старушкой, и до неё дошёл смысл слов Капитолины Викентьевны: пожалуй, она была единственной в этой людской толпе, у кого в руках вместо привычного гаджета — мобильного телефона или планшета — мелькали в руках спицы.

— У-у-м, — с немного грустной улыбкой понимающее покивала головой «бабушка Капа», — а ведь сегодня такой славный день… Какое солнце… А как пахнет листва… А ведь никто не обращает на это внимание… Уткнулись в свои планшеты и ай-фоны…

— Да, Вы правы, — улыбнулась Ася, — в этом плане я раритет. — И, в который раз смутившись, добавила: — А я вот никак не привыкну к мобильнику. Вечно забываю его дома… А звонят — не слышу… И интернетом почти не пользуюсь… Только по работе…

И тут, как опровержение её словам, раздался звонок. Конечно же, этот звонок она пропустить не могла! Не доведя фразу до конца, Ася схватила телефон, от волнения путаясь в значках на дисплее, наконец, включила телефон. Сначала, услышав голос в трубке, Ася улыбнулась и с облегчением вздохнула. Но через минуту лицо её словно заволокла туча. Настроение девушки изменилось в одно мгновение, и на глазах опять выступили непрошеные слёзы… Ася поднесла кулачок ко рту и прикусила кожу на указательном пальце — очень не хотелось разрыдаться в голос перед, хотя и очень симпатичным, но, всё-таки, малознакомым человеком. А в трубке уже звучали короткие гудки…

— Что, не придёт? — сочувственно поинтересовалась старушка.

Не в силах произнести ни слова, Ася только кивнула головой.

— Жена-а-а — т… — опять угадала старушка.

Ася опять кивнула головой. И тут её словно прорвало. Эта незнакомая пожилая интеллигентного вида женщина, ах, да, они же познакомились — Капитолина Викентьевна, бабушка Капа, первая, кто заговорил с Асей о Сергее без осуждения и нравоучительных бесед. Как же? Все подруги наперебой обсуждали и осуждали её «пошлый адюльтер». Как она, образец нравственности, посмела влезть в чужую семью!!! Неужели «бедная Ася» до сих пор не поняла, что Сергей — обычный кобель?!! Он не собирается разводиться с женой! Ещё бы! Ему и так хорошо! И жена, и любовница! Мечта любого Казановы! К тому же, если бы развод входил в его планы, он бы уже давно ушёл от своей «нелюбимой», с его слов, жены… А ей, небось, пытается втюхать, что жена его неизлечимо больна, а он, такой — сякой — благородный, не может бросить на произвол судьбы женщину, которая отдала ему свои лучшие годы… Короче, аргументам «против» не было конца…

Слушая все эти «дружеские» советы и нравоучения, упрёки и откровенные осуждения, Ася, глотая слёзы, молчала, понимая, что не права. Но вот так случилось… Полюбила женатого… Нет, сначала она не знала, что мужчина её мечты женат… А потом узнала… Ну, и что? К этому времени она была уже по уши влюблена в Сергея… да… зацепило так, что не отпустило… А он то приблизит, то холодом окатит… Вот и сегодня придумал причину… Ася даже задохнулась от гнева, так её возмутила ложь Сергея. Ну, кто поверит, что его жена откуда-то узнала про их роман и теперь угрожает самоубийством, если он только выйдет из дома… Он и ей-то смог позвонить, извините за интимную подробность, из туалета… Это единственное место, куда его благоверная одного отпускает… И раньше его Виктория была подозрительна и ревнива… А с некоторых пор стала настоящей фурией…

Ася припомнила, как недавно в разговоре с ней Сергей проговорился, что он однажды застал супругу шарящей по его карманам. Видимо, пыталась найти там следы его измены…

— Нам надо быть осторожнее, — назидательно уговаривал Асю Сергей. — Нельзя, чтобы мы прокололись на какой-нибудь ерунде… Не вздумай подложить мне в карман какой-нибудь очередной сюрприз…

Он явно намекал на недавний казус, когда он пришёл домой и, раздеваясь, выронил из кармана куртки шикарную шоколадку, привезённую Асей из Финляндии. Сам Сергей был ещё тем сладкоежкой, вот Ася и положила ему «подарок от зайчика»…

— Ты представляешь, как мне на ходу пришлось придумывать легенду о сослуживце, который привёз мне сувенир для любимой жены? А потом исходить слюной, когда Вика на моих глазах уплетала эту шоколадину? — вроде бы, и со смешком, но, всё-таки, отчитывал «свою глупышку» Сергей.

— Запомни, Асенька, милая моя, любимая, будь умницей: больше никаких подарков… — и, подражая знаменитой ленинской картавости, напоследок ещё раз пошутил, видимо, стараясь сгладить неловкость ситуации, — конспирация, конспирация, и ещё раз конспирация, дорогая моя и любимая боевая подруга…

А кому и зачем нужна эта конспирация, Ася никак не могла взять в толк. Ведь он же постоянно говорил ей о неминуемом скором разводе с Викторией… Так какая разница, когда его жена узнает о них?! А может, её подруги правы? Она — лишь временная блажь, отдушина, чтобы отдохнуть от семейных проблем? Она со страхом гнала эту мысль. Но подобные мысли в последнее время всё чаще и чаще посещали её.

Вот и сегодня, пока Ася сидела в парке и ждала прихода своего «принца», она хотела ему связать тёплый шарф… Так ведь не возьмёт… Сам ей подарки делает, а от неё ничего не берёт…

Обида новой жгучей волной окатила Асю с головы до ног… А Капитолина Викентьевна всем своим видом была просто олицетворением сочувствия, понимания и готовности выслушать «бедную деточку…

— А жена его балует, — с обидой в голосе пожаловалась Ася старушке, — вот недавно опять свитер новый купила… На мой взгляд — полная безвкусица, — девушка взглянула в глаза Капитолине Викентьевне, как бы ища поддержки, и успокоилась, когда та кивнула ей головой, то ли соглашаясь в её «критикой» в адрес Виктории, то ли просто кивая в такт рассказу девушки.

…И Ася продолжила:

— Он настолько пёстрый, что, кажется, нет такого цвета в палитре земных красок, который не присутствовал бы в рисунке этого «шедевра» трикотажного искусства… Полный «Лас-Вегас», — презрительно сморщилась Ася, явно не ободряя вкусовые пристрастия Виктории, — а Сергей из этого мешка просто не вылазит… Хотела связать ему нечто подобное, но таких ниток просто не найти… Ведь что — главное? Свитер этот — полный китч! Его стразами можно обшить — никто не заметит! — возмущению Аси не было предела. — Надо же было мужика в такой прикид нарядить! Филипп Киркоров и Николай Баской, по-моему, в своих концертных нарядах скромнее выглядят! Но я старалась… Думаю, раз ему таким петухом гамбургским ходить нравится, свяжу ему нечто подобно… Но нет! Весь Питер оббегала в поисках этой пряжи — даже ничего похожего нет! — закончила она с возмущением, разводя руками.

Старушка слушала её сумбурный рассказ, не перебивая, не задавая лишних вопросов, только кивала в так её речи…

Конечно, Капитолина Викентьевна могла бы рассказать этой милой девушке Асе, которую угораздило влюбиться в чужого мужа, свою историю. Но… вряд ли девушке нужна сейчас чужая история, какой бы поучительной она ни была…

Часть — 3

…И кто придумал, что самое унизительное положение в извечном треугольнике «муж — жена — любовница» именно у обманутой супруги? Особенно, если муж и не думает заводить новую семью, а так, вышел на время «попастись в чужом огороде»? Он возвращается по вечерам в свой дом, ужинает со своей семьёй, даже ходит к детям на родительские собрания и вообще ведёт себя так, как будто ничего не произошло… А «коварная разлучница», вроде этой Аси, сидит дома, вяжет сто тридцать шестой шарфик и тихо льёт слёзы. Она не может лишний раз даже выйти погулять, поскольку косые взгляды вездесущих бабушек, вечно сидящих на лавочках у подъезда и всё про всех знающих, ей обеспечены. И не только взгляды!

Правда, есть и другой сорт любовниц. Эти, во что бы то ни стало, пытаются поставить супругу в известность о своём существовании! Ночные звонки, подмётные письма, разные слухи и сплетни о большой любви мадемуазель NN c господином XX, которые распускает сама разлучница и сочувствующие ей ближайшие подруги… Наконец, прямой контакт с обманутой женой с предложением не стоять на пути у большого чувства, высказанным в ультимативной форме. Впрочем, как говорит криминальная статистика, кислотой в лицо любовницам плещут, как правило, жёны… Короче, на войне, как на войне.

И что самое показательное и типичное: большинство мужчин, почему-то, старается не вмешиваться в это противостояние. То ли ждёт, чтоб победила сильнейшая, то ли эго своё тешит? Всё чудеса те, и чудеса те… Измельчал мужик… Раньше кавалеры завоёвывали дам, теперь всё наоборот.

А ведь есть ещё и такие герои, которые не скрывают своих отношений на стороне, но старательно убеждают жён, что лучше их на свете нет, а «поход налево» для них — всего лишь сродни похода жены в парикмахерскую… Интересно, а как бы отреагировали эти, мягко говоря, «эпикурейцы», если бы точно такое отношение к жизни с аналогичными аргументами постоянно демонстрировали их жёны? Наверное, возмутились бы…

Да… Воистину, мир перевернулся, и, похоже, не спешит вернуть всё на круги своя… Как было сорок лет назад, так и теперь всё точно так же…

И только, когда Ася замолчала, а на глазах её опять показались слёзы обиды и бессилия, Капитолина Викентьевна, прервав свои «философские» размышления о семье и браке, ласково погладила девушку по руке, успокаивая и ободряя.

— Знаете, что, Асенька? — задумчиво сказала она. — Пожалуй, я Вам сделаю подарок… — она порылась в своей необъятной пёстрой сумке и достала небольшой клубок ниток. Не больше яблока. Пёстрый. Кажется, что нет в природе такой краски, какой бы ни было в этом клубке. Именно таким и должен быть клубок, цвет которого Ася определила, как «Лас-Вегас»! И старушка протянула клубок девушке.

— Вот, — вручая подарок Асе, проговорила Капитолина Викентьевна, — возьмите, деточка. Свяжите из этих ниток свитер своему Сергею и увидите, что будет… И помните: он Вас не обманывает… Его жена давно знает о вашей связи… А к подружкам своим приглядитесь… Подружки — то разные есть…

Ася с недоумением протянула руку: «Разве из такого малюсенького клубка получится свитер?» — она исподлобья с подозрением взглянула на старушку, у неё промелькнула мысль, что странностям пожилых людей существуют очень даже конкретные объяснения, поэтому спорить со странноватой, но такой доброй старушкой она не стала.

Пока девушка аккуратно размещала в корзинке свои вязальные принадлежности и подарок бабушки Капы, та незаметно удалилась. А когда Ася подняла голову от корзинки, старушки и след простыл.

— Ну, вот, — с досадой на себя прошептала Ася, — и поблагодарить-то толком не успела… — и, припомнив добрый взгляд старушки, её тёплый голос, она мысленно сказала «спасибо» своей неожиданной собеседнице, — да, не перевелись ещё добрые люди на земле, и не все старушки — противные зануды и сплетницы…

По пути домой Ася подводила итоги сегодняшнего дня: он, к сожалению, не очень-то и удался: и Сергей не явился, и забавная старушка неожиданно пропала…

Но странное дело! Несмотря на то, что долгожданное свидание не состоялось, настроение девушки с каждой минутой становилось всё бодрее… С этой мыслью, размахивая корзинкой в руке, Ася легко вспорхнула по ступенькам крыльца и скрылась в подъезде своего дома.

…День подходил к концу. Усталое солнце бросило прощальный взгляд в распахнутое окно Асиной квартирки. Сергей так и не позвонил…

Ася сидела в кресле и отсутствующим взглядом смотрела на экран включённого телевизора. У её ног сиротливо пристроилась верная наперсница одиноких вечеров — корзинка для рукоделия. Погружённая в свои печальные мысли, Ася совершенно забыла о любимом занятии. Спицы незаметно выскользнули из рук девушки и упали на колени. Бесконечный шарф, предназначавшийся «коварному возлюбленному», связанный ею с такой любовью, свернулся на полу какой-то бесконечной змеёй скучного оттенка. Ася критически посмотрела на плоды своих рук и решительно покачала головой: нет, этот шарф ни на что не годится. Она без сожаления потянула за нитку — шарф начал медленно распускаться… Через несколько минут клубок грязно-коричневого цвета был брошен в корзинку. Он приземлился в аккурат рядом с разноцветным клубочком, подаренным старушкой. Ася засмотрелась на необычный клубок: несмотря на небольшие размеры, он резко выделялся на фоне всех остальных клубков, почти доверху заполнивших старую корзинку. Казалось, что он переливается всеми цветами радуги и светится каким-то матовым цветом, идущим откуда-то изнутри, из самого сердца, этого поистине волшебного клубка. Ася улыбнулась, вспомнив назидательную фразу любезнейшей Капитолины Викентьевны: «Деточка, непременно свяжите из этих ниток свитер Вашему молодому человеку!»

— Ага, два свитера, — с глубоким сарказмом возразила воображаемой собеседнице Ася. — Клубок — то — не больше яблока!..

Но любопытство взяло верх. Очень интересно, что же получится, если взять за основу подобные нитки… И Ася решила, что свяжет небольшой фрагмент просто для того, чтобы иметь представление, как выглядят нитки в изделии.

Ася удобно устроилась в любимом кресле перед телевизором и набрала нужное для передней полочки количество петель. Что произошло дальше, наша вязальщица не могла объяснить самой себе: изнаночная — лицевая, накид — спицы сами собой запорхали в её руках. Казалось, что какой-то невидимый модельер руководят спицами, и вовсе не пальцы ведут спицы, а спицы ведут пальцы за собой… Строчка за строчкой нитки собирались в полотно, и уже через час передняя полочка была готова. А клубок, как был размером со среднее яблоко, таким и оставался. Ася с удивлением и восторгом переводила взгляд с волшебного клубка на только что связанный фрагмент свитера… Едва законченная деталь выглядела восхитительно! Ася никогда не видела такого чудесного рисунка!

Она уже представляла, как Сергей наденет этот замечательный свитер! Он и так-то красавец писаный, а в этом свитере будет просто неотразим!..

Всю ночь девушка просидела за вязанием. И часам к восьми утра обновка для Сергея была готова… Ася натянула свитер на себя и подошла к зеркалу. Свитер сидел на ней безупречно. Казалось, что он сам принял размеры девушки. Ася несколько удивилась, что свитер был ей как раз, ведь она вязала по меркам Сергея.

— Надо же, — подумала она, с удивлением рассматривая в зеркале своё отражение, — один в один — свитер Сергея!

Совсем не о таком подарке для любимого мечтала она, но вдруг в голову ей пришла гениальная идея! А ведь это сходство вовсе не случайное!

— Ай да Капитолина Викентьевна! — с восхищением подумала Ася о своей новой знакомой. — Эта бабушка Капа, оказывается, не так уж и проста, как хотела казаться… Она заранее всё знала! А клубок — то, клубок!

И девушка, удовлетворённо рассмеявшись, прижала к себе свитер и закружилась в вальсе с воображаемым кавалером. Роль кавалера успешно исполнял свитер…

Единственное, что не устраивало Асю– это расцветка будущего подарка любимому мужчине: тот самый пресловутый «Лас-Вегас», к тому же подаренный соперницей!

Но свитер был таким мягким и уютным, что девушка тут же выбросила из головы все тревожные мысли. Теперь осталось только каким-то образом заставить Сергея надеть его на себя…

И эта задача, как оказалось позднее, была «проще некуда»… Когда, несколько дней спустя, Сергей всё-таки изволил к ней явиться, Ася ещё раз убедилась, что свитер, который подарила мужу Виктория, и тот, который всю ночь вязала она — просто близнецы — братья! И как только Сергей удалился в ванную (он никогда не принимал перед свиданием с Асей душ дома — у жены тотчас бы возникло подозрение — своей ревностью она изведёт кого угодно), Ася, как коршун на цыплёнка, набросилась на свитер Сергея, суетливо засунула его в пакет, ногой быстро запихнула пакет под кровать, а на то место, где ещё секунду назад лежал Викин подарок, уверенно улёгся его двойник, спешно связанный Асей из клубка, вручённого ей замечательной Капитолиной Викентьевной, за одну ночь… Прямо, как в сказке… И Ася иронично назвала себя Василисой премудрой…

— А что? Где Вася, там и Ася… — подумала она, намекая на созвучие имён…

Далее действие развивалось по давно сложившемуся сценарию: триумфальный выход Сергея из ванной, умопомрачительный секс, кофе в постель, изысканный ужин, долгое прощание с очередным обещанием, что скоро они навсегда будут вместе… Но именно в этот раз Асе показалось, что Сергей говорит искренне. И уже потом, прощаясь, без всяких подозрений он совершенно спокойно надел «свой» свитер и отправился восвояси…

А ещё через три дня, когда Ася, не успев накинуть на себя пеньюар, выскочила из спальни на звонок в дверь, она увидела на пороге своей квартиры Сергея с чемоданом в руках.

В этот раз он, как и обещал, пришёл к ней навсегда…

Часть — 4

…Весенний вечер был тёплым и необычайно солнечным… В парке на скамейке сидела молодая женщина. В её глазах застыла тоска… Со стороны женщину можно было принять за манекен — вот уже почти два часа она не меняла позу… Но внимательный глаз, конечно же, тотчас подметил бы, что, несмотря на «полную замороженность» фигуры, глаза женщины жили своей, отдельной от хозяйки жизнью: они зорко следили за двумя резвившимися в центре площадки мальчуганами. Конечно же, Капитолина Викентьевна не смогла пройти мимо этой бедняжки…

— Деточка, какие у Вас милые мальчишки! — женщина, едва заметно кивнув головой и слабо улыбнувшись, одними губами поблагодарила старушку за комплимент. И опять полная неподвижность и безучастность ко всему происходящему вокруг, кроме сыновей. Всем своим видом эта грустная особа показывала, что не имеет никакого желания поддерживать беседу. Но старушка не уходила и, совершенно не обращая внимания на настроение молодой женщины, продолжила свои размышления вслух. Она восхищалась погодой, цветущими кустами сирени, изумительными резвыми детишками… Незнакомка никак не реагировала. Казалось, что она совершенно не слышит обращённую к ней речь. Наконец, упорная старушка решилась обратиться к своей молчаливой собеседнице напрямую. Её голос был ласков, а глаза смотрели доброжелательно и участливо:

— Милая деточка! У Вас, наверное, что-то случилось?

— Ничего особенного, — безучастно, почти механически, произнесла молодая женщина, — просто меня бросил муж…

— Ну, это не такая уж страшная трагедия, — пытаясь успокоить девушку, проговорила старушка. — Это случается со многими женщинами… Надо учиться жить дальше… А меня, к стати, Капитолина Викентьевна зовут, можно просто — бабушка Капа…

— Какое редкое имя, — удивилась девушка. — У меня всё проще — Виктория…

— Прекрасное имя, — одобрила Капитолина Викентьевна. — Виктория — значит победа! От этого и оттолкнёмся…

— Не стоит, — отмахнулась Виктория. — Он ушёл к женщине, которую давно любил… Держала его, сколько могла… Даже дети не остановили…

— Ну, что же… — рассудительно промолвила Капитолина Викентьевна. — Вы уже на пути к выздоровлению.

— В смысле? — не поняла Вика.

— Да в прямом, — тоном опытного психолога пояснила Капитолина Викентьевна, — Вы избегаете ошибки, которую делают многие женщины. Они готовы бороться за мужчину, который их не любит… Неужели приятно отдаваться мужчине, который, держа вас в объятьях, думает о другой женщине, а вас в этот момент ненавидит? Надо себя больше любить… А Вы вот уже перешагнули этот этап…

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 180
печатная A5
от 438