электронная
252
печатная A5
482
18+
Агиросион

Бесплатный фрагмент - Агиросион

Объем:
310 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4483-3886-1
электронная
от 252
печатная A5
от 482

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Глава 1: Детектив Джаспер

Приближалась зима, и по улицам то и дело пробегал, сырой и пронизывающий ветер. К ночи температура опустилась почти до нуля. Улицы были пустынны, в преддверии выходных, все люди спешили попасть домой, в тепло, к семье и друзьям. Только один темный силуэт не торопясь плыл по улице, как будто не замечал холода, и никуда не торопился. Проходя мимо одно из домов, незнакомец остановился на несколько секунд, вглядываясь в завешенное полупрозрачной шторой окно. За столом сидело двое взрослых, и двое детей, по их задорному обсуждению, и веселому смеху, становилось ясно — они счастливы. Мужчина фыркнул, плюнул на землю, и подняв повыше ворот плаща, продолжил путь. Преодолев еще несколько кварталов, мужчина в сером, потрепанном и промокшем от моросящего дождя плаще, подошел к входу подъезд четырехэтажного дома. Он, набрав комбинацию цифр, открыл кодовый замок, и вошел в помещение. Остановившись у почтовых ящиков, незнакомец достал ключ, и открыл ящик, с подписью «Азраил Джаспер». Мистер Джаспер достал стопку конвертов и две газеты, и внимательно пролистав полученную почту, выбросил все в стоящую неподалеку урну, оставив в руках лишь газету со спортивными обзорами. Квартира мистера Джаспера располагалась на последнем этаже, и он направился к лифту. Добравшись до своего жилья, и неспешно отворив дверь, детектив прошел в коридор, и захлопнул за собой дверь. Квартира детектива представляла собой нечто среднее, между студенческой раздевалкой, и пунктом приема макулатуры. Беспорядочно разбросанные вещи, были местами покрыты кипами справок, фотоотчетов с мест преступлений, и прочих бумаг, касающихся расследований. Мебель была покрыта толстым слоем пыли, а квартира в целом, требовала капитального ремонта. Выделялся только телевизор, современный, и относительно новый, подаренный бизнесменом за раскрытие дела о хищениях его работниками. Сам хозяин жилища абсолютно гармонично вписывался в окружающий интерьер. Он был далеко не стар, всего тридцати пяти лет отроду, но его поведение и внешность, выдавали тяжесть его жизни. Слега сутулый, что делало его в глазах окружающих еще более низкого роста. Двухнедельная щетина, неухоженные волосы, уставшее лицо. Азраил Джаспер сливался с общим, серым и тусклым фоном, и его можно было бы принять за безработного, ведущего праздный образ жизни. Но, стоило взглянуть в его глаза, говорящие о нем больше, чем окружающая обстановка. Холодные, бездонные, как будто излучающие далекое, мистическое, зеленое свечение. Эти глаза невозможно было забыть, они оставляли отпечаток на душе. Пронзительный взгляд, видел тебя насквозь, от него невозможно было скрыться. Он видел в жизни многое, а знал еще больше.

Азраил, налил себе полную кружку крепкого кофе, и разместился перед телевизором. Переизбыток кофеина, и монотонное бурчание телепередачи, для него это был единственный действенный вариант, чтобы уснуть. Взглянув на часы, он устало вздохнул, и принялся читать свежеполученную газету. Его глаза плавно передвигались по напечатанному тексту, но информацию он не воспринимал. Его мысли были где-то далеко, за десятки километров на юге страны. В большом, красивом доме, с множеством комнат, бассейном и прилегающим садом. Там, где живет один из самых крупных бизнесменов в округе. Азраилу казалось, что жизнь не справедливо обошлась с ним, с издевкой отдав все кому-то другому. И этот кто-то бессовестно пользуется тем, что ему не принадлежит по совести. Подобные мысли, в последнее время неустанно преследовали детектива, и даже работа со временем перестала отвлекать его от раздумий. В глубине души, Азраил понимал, что во многом виноват только он, но признаться себе в этом он не мог. Он готов был обвинить кого угодно, но только не себя, ведь если прозрение придет, и он покается перед собой, все увидят его слабость, и будут считать его ничтожеством.

От очередного сеанса самобичевания, и душевных терзаний, Азраил был отвлечен внезапно зазвонившим телефоном. Глянув на время, он только выругался, и вернулся к чтению газеты, в расчете, что звонки в скором времени прекратятся. Телефон продолжал, нещадно надрываясь, сотрясать воздух своим пронзительным звоном. Еще более красочно выругавшись, детектив нехотя встал, и направился к телефону:

­­ ­– Джаспер. Говорите, — голос Азраила был таким же монотонным, скучным, и откровенно не слишком добродушным. Как в целом и все, что его окружал.

— Детектив, прошу прощения, что отвлекаю. Встречи с вами требует одна состоятельная особа, я ей объясняла, что вы будете только утром, но она не успокаивается, — в динамике раздался приятный женский голос, принадлежащий одной из дежурных полицейских.

— Анна, неужели в участке нет других детективов? Отведите к ним. И незачем мне звонить в двенадцать ночи, — голос Азраила стал еще менее добродушным.

— Я ей говорила, но она хочет видеть именно вас, — ожидая предполагаемую гневную тираду, Анна говорила как можно более мягко, чтобы не разозлить Азраила.

— Мне что, нужно каждый раз повторять одно и тоже? Работа и так отравляет мне жизнь, оставьте меня в покое хотя бы на какое-то время. Пусть ждет утра, — детектив в чувствах бросил трубку, и что-то бормоча себе под нос, вернулся к прежнему занятию.

Телефон больше не звонил, и Азраил окончательно успокоившись, начал медленно погружаться, в тяжелый, но такой долгожданный сон. Монотонный разговор аналитической передачи, действовал безотказно, и вскоре по квартире разнесся прерывистый, и беспокойный храп. Даже погружаясь в сон, тело и мозг детектива не могли обрести покой. Периодически подергивались мышцы по всему телу, то скула, то бедро, а изредка он весь вздрагивал, как будто его били током. Ему очень часто снился один и тот же сон: он пытался догнать отъезжающую машину, кричал, махал руками, но потом спотыкался, и со всего размаху, падал в лужу. И тут же со всех сторон, как будто из спрятанных динамиков, начинал раздаваться, надменный, откровенно издевающийся мужской смех. И он смеялся, смеялся, пока Азраил не просыпался в холодном поту. В этот день ему повезло, и сновидений не было вообще, он просто спал, пытаясь восстановить силы. Везение, к сожалению, закончилось менее чем через два часа. Раздался резкий, и настырный стук в дверь. Детектив Джаспер встрепыхнулся от неожиданности, и поднявшись на кровати огляделся. Вытерев пот со лба, и прислушавшись, он подумал про себя, что ему, скорее всего, приснилось это. Но стук раздался снова, еще более настойчивый и громкий. Зная, что по своей воле, к нему в гости вряд ли кто-то пойдет, да к тому же глубокой ночью, детектив достал из висящей неподалеку кобуры пистолет, и осторожно прошел к двери:

— Чего надо? — громко, и совсем не ласково спросил он.

— Детектив Джаспер, это вы? — раздался за дверью, незнакомый женский голос. И только сейчас Азраила осенило — та самая женщина, о которой говорила Анна.

— Что вам от меня нужно? Вы на часы смотрели? Уходите, — приказным тоном проговорил детектив, и уже собирался вновь отправиться спать.

— Мне нужна помощь. У меня пропала дочь, — женщина заговорила умоляющим голосом, что вынудило Азраила остановиться, и тяжело выдохнув вернуться к двери.

— Вернитесь в участок. Там полно дежурящих полицейских, они вам помогут.

— Нет, мне нужны именно вы. Мне сказали, что вы лучший детектив в городе, — не унималась женщина.

— Врут. Уходите, — коротко бросил Азраил, но сам откровенно задумался. Мужское эго все же было в нем живо.

— Умоляю вас детектив. У меня вся надежда только на вас, никто не смог ее найти, — немного поразмыслив, Азраил все же сдался, и щелкнув замком, отворил дверь. В коридор, через образовавшуюся щель, промелькнула тень, детектив даже не успел рассмотреть ночную гостью. Захлопнув дверь, он повернулся к незнакомке:

— Рассказывайте, только скорее, — заговорил детектив, а сам из любопытства принялся рассматривать странную посетительницу. Стоит отметить, было на что посмотреть. Она была красива, ухожена, и всем своим видом, производила впечатление некой особы королевской крови. Волосы цвета вороньего пера, струились как водопад. Белая, гладкая и шелковистая кожа, на фоне которой, ярко алые губы, выделялись потрясающим весенним тюльпаном, среди еще не растаявшего снега. Аккуратный, точеный носик, словно нарисованный на холсте. Темные, загадочные глаза, источающий удивительный завораживающий свет. Фигура. Ее фигура была эталоном совершенства, как будто выточенная лучшими мастерами резьбы по дереву. Детектив, на секунду даже обрадовался, что столь обворожительная прелестница, посетила его с визитом. Но тут же одернул себя, вспомнив скорбный повод.

— Меня зовут Тереза Клема, — незваная гостья заметила на себе, весьма многозначительный взгляд, но пожелала сделать вид, что пропустила эту деталь, — у меня пропала дочь Лулу. Мне очень нужна ваша помощь.

— Пройдемте на кухню, и там вы мне все расскажете, — Азраил показал жестом на ближайшую открытую дверь. Ночная гостья по пути на кухню искоса оглядывала представившуюся взору, запущенную, депрессивную обстановку.

— Детектив, не могли бы налить горячего чаю, я промокла, и очень замерзла? — расположившись на стуле, обратилась Тереза к хозяину квартиры.

— Нет. Я теряю драгоценное время на сон, не ради чаепития. Рассказывайте все, что знаете, решим, как быть, и вы уйдете, — скрестив руки на груди, и облокотившись на холодильник, отрезал Азраил.

— Меня предупреждали, что вы не отличаетесь манерами, но я не думала, что все настолько запущенно, — покачала головой Тереза.

— Если вас что-то не устраивает, я вас не смею задерживать! — еще более грубо сказал детектив, показывая в сторону двери. Незваная гостья, только ухмыльнулась, и продолжила:

— Хорошо, я и так должна быть благодарна, что меня не стали выслушивать из-за двери, — съязвила Тереза, — вы моя последняя надежда. Моя дочь пропала. Помогите ее найти.

— Это я уже понял, вы можете не ходить вокруг да около, и по порядку рассказать, что именно произошло. Я не телепат. — начал уже откровенно нервничать детектив.

— Её похитили, я в этом уверена. А ведь она, совсем еще ребенок, — Тереза Клема начала тихонько всхлипывать.

— Слушайте дамочка! — повысил голос, уже порядком разозленный Азраил, — либо вы нормально, по порядку рассказываете всю историю, либо вы убираетесь из моего дома, и не мешаете моему и так короткому сну, — после этих слов, Тереза подняла глаза на хозяина жилища, и в них сверкнул огонек.

— Нет в вас ни капли человечности. Так и быть, слушайте, и записывайте важные моменты, — Тереза начала рассказ, — мою дочь зовут Лулу Клема, ей двадцать лет, она учится в колледже на преподавателя младших классов. Очень добрая, отзывчивая девушка, она никому не желала зла, всем помогала… — Тереза снова начала всхлипывать.

— Миссис Клема, вы успокоитесь, наконец? Мое терпение заканчивается. — Тереза подняла влажные глаза, и, наконец, осознав, что Азраил не тот человек, который способен на сочувствие, протерла глаза платком, и продолжила:

— Мисс Клема. Я, к сожалению уже несколько лет вдова. Два дня назад, Лулу ушла после полудня в библиотеку, и до сих пор не вернулась, — гостья хотела было зарыдать, но кое-как сдержалась.

— Вот так лучше мисс Клема. У вас есть фотография? Кто видел ее последним? Много ли у нее друзей? Кто из них мог желать вреда вашей дочери? — Тереза поспешно открыла сумку, и достала фотографию. Детектив взял ее в руки, и присмотрелся. Он не подал виду, но смотрящая замершим взглядом девушка, произвела на него сильно впечатление. По фотографии никак нельзя было сказать, что ей всего двадцать лет. На него смотрела вполне зрелая, эффектная девушка.

— Красивая, правда? — заговорила Тереза, — мне становиться страшно от мысли, что с ней могли сделать, она такая хрупкая, беззащитная, — очередная порция всхлипываний, стала последней каплей в переполненную чашу терпения детектива:

— Все, с меня хватит. Собирайте свои вещи, и убирайтесь из моей квартиры! — от крика, на который перешел Азраил, лицо Терезы наполнилось не то, злобой, не то страхом. Он не могла проговорить ни слова.

— Я не собираюсь вытирать вам слезы до утра. Если же вы все-таки рассчитываете, найти свою дочь, соберитесь, наконец, подберите ненужную жидкость, и приходите завтра к одиннадцати утра в полицейский участок. Подготовьте четкую, ясную, и полную информацию, и тогда я возьмусь за ваше дело. В противном случае, ищите сентиментального детектива в другом месте, — Азраил четким жестом, показал Терезе, что ей пока уходить. Она встала, и сохранив свое достоинство, не проронив ни слова, вышла из квартиры, и даже не удосужилась закрыть дверь.

Азраил еще несколько секунд, постоял на кухне, после чего выйдя в коридор, захлопнул дверь. И все же, что-то в этой женщине задело его, ему стало любопытно. Он крадучись подошел к окну, и сквозь щель между штор, стал разглядывать улицу. Спустя какое-то время из подъезда показалась Тереза. Она как будто знала, что детектив будет смотреть ей в след, повернувшись, перевела взгляд на его окна, и ненадолго замерла. Затем она подошла к автомобилю припаркованному неподалеку. Это был не просто автомобиль, а настоящее произведение искусства. Азраил видел такие только на фотографиях, или в многочисленных фильмах, которые смотрел.

— Странная женщина, — пробормотал себе под нос детектив, и снова отправился на кухню. Уснуть так просто уже не удастся, ему необходимо было выпить горячего чая, или кофе.

Азраил зашел на кухню, и тут же заметил лежащую на столе фотографию дочери загадочной незнакомки. Он взял ее, и стал пристально разглядывать. Она была очень красива, даже по своему изящна на фоне все того же черного автомобиля своей мамы. Но было в ней что-то странное, наводящее на мысли. Ее лицо, даже не смотря на улыбку, было каким-то грустным, или даже встревоженным.

— Ладно, завтра с тобой разберемся, Лулу. Если твоя мать будет себя хорошо вести, — детектив бросил фотографию на стол, и налил полную кружку горячего чая. Выпив его, Азраил взглянул на часы, и вздохнув от увиденного, отправился досыпать оставшиеся полтора часа. Как назло сон покинул его, и по мыслям бродил образ таинственной незнакомки, было в ней что-то такое, завораживающее. Придет, она или нет придет. Может он зря погорячился, нет, она сама виновата, нет она должна прийти. Внутри Азраила шел нешуточный спор, по вине которого, еще почти час сна был потерян безвозвратно. Наконец, скверная половина одержала верх, и отбросила переживания в самый подвал души. Детектив погрузился в тяжелый сон. Сколько бы Азраил проспал, неизвестно, его разбудил без остановки трезвонящий телефон. Проснувшись, детектив чувствовал себя разбитым, настроение его было не самое радостное. Громко выругавшись, он с трудом встал с дивана, и подошел к издающему страшные звуки, особенно по утрам объекту:

— Говорите, — хмуро произнес он.

— Аз, ну ты где? Начальник тебя потерял? Ты опять за старое взялся? — в динамике раздался взволнованный мужской голос.

— Ну, зачем так орать то в трубку? И так голова раскалывается! Ни за что я не взялся, приеду в офис, расскажу. Купи капитану кофе, пусть расслабиться. Скоро буду, — с этими словами детектив повесил трубку, и хорошо потянулся. От его движений раздался громкий хруст в суставах — занятия спортом были заброшены довольно давно.

Наскоро умывшись, и выпив очередную огромную чашку кофе, Азраил отправился в офис. В половине десятого утра он прибыл по нужно адресу, и направился в полицейское управление. Опоздание на полтора часа, для детектива Джасперса не казалось чем-то необычным, и вины он своей не ощущал.

Как только он покинул машину такси, в его сторону быстрым шагом от парадного входа в управление направился высокий, худощавый мужчина в таком же сером плаще. Его походка, одежда, и вид в целом, вызывали искреннюю улыбку: рукава, как и штанины короткие как будто с чужого плеча. Большая голова на тонкой шее смотрелась не менее комично. Особый колорит добавляла шляпа, с настолько узкими полями, что из-под нее торчал непропорционально огромный нос. Вблизи Изикейл Никополидис, являющийся напарником Азраила, выглядел еще более комично — смуглая кожа, густые, черные волосы, кудрями выбивающиеся из-под шляпы, не менее темные и густые брови, свисающие над глубоко посаженными глазами, хитро выглядывающими из глубины. Вышеописанный нос, свисавший над тонкими, выбивающимися из общей картины усами, с аккуратно закрученными концами вверх.

— Сразу говорю, даже не начинай! — сурово проговорил Азраил, как только его напарник и друг приблизился.

— Аз, как не начинать? Я волнуюсь за тебя! Ты же помнишь, что было в прошлый раз?

— Я тебе не жена, чтоб обо мне так печься! Я вполне в состоянии сам за собой следить! Не зли меня. Если бы я снова запил, ты бы узнал об этом первым.

— И то верно! Припоминаю, те ночные звонки… — Изикейл под суровым взглядом товарища, моментально проглотил остаток фразы.

— Одна особа, не давала мне покоя всю ночь. Заснул только под утро. Чувствую себя, как будто спал на холодных и острых камнях.

— О! Так у тебя уважительная причина? Ты, наконец, переступил через себя, и снова сблизился с женщиной?

— Что за бред ты несешь Иззи?! Она просила меня взяться за одно дело. Сегодня должна прийти сюда. И не смей лезть в мою личную жизнь, а тем более напоминать мне о том, что меня выводит из себя.

— Хорошо, намек понял. Пошли, тебя капитан с нетерпением ждет. Расскажешь все по дороге.

Азраил с напарником зашли в управление, и направились к кабинету начальника, не отказав себе во временной смене маршрута, ради кофе в кафетерии. По дороге детектив Джаспер рассказал своему другу о «веселой» ночи, не забывая использовать красочные эпитеты для более ясной картины. Изикейл внимательно слушал, и молчал. И только практически дойдя, до кабинета начальника, неожиданно остановился, и сказал, что лучше подождет напарника за дверью. Азраил удивленно пожал плечами, но все же продолжил движение, и как к себе домой, без стука, и приветствий пошел к капитану в кабинет:

— У меня много дел, можно сразу к делу, Леон, — за столом сидел мужчина, уже прилично за сорок, слегка седой, и благодаря сидячей работе, полноватый.

— Это что за наглость Джаспер? — моментально завелся начальник, — мало того, что опоздал, ввалился в мой кабинет без стука, так еще и ко мне на ты? Это что за фамильярность, и панибратство? Для тебя я капитан Киприано! А ну быстро выйди вон, и зайди, как подобает подчиненному! — лицо капитана налилось багрянцем, и в целях успокоения, он сидел и гладил рукой, свои густые, огромные усы.

Азраил развернулся, и уже было хотел выйти за дверь, но не с целью войти, как положено, а для того, чтобы отправиться на завтрак в кафетерий. Он прекрасно знал, что капитан не сможет его уволить, а вот выслушивать очередную нотацию не было никакого желания. Как вдруг в углу кабинета, он увидел сидящую на стуле с весьма высокомерным видом Терезу Клема.

— Я не понял! А вы тут что делаете? У нас с вами на одиннадцать назначено — искренне возмутился Азраил. Еще больше он не любил, когда делают не так, как он говорит.

— Я вот тебя и хотел спросить Джаспер, какого… простите мисс. Ты почему не помог нуждающейся в помощи и поддержке? Как ты мог ее выгнать?! У нее горе, а в тебе даже капельки человечности не проснулось? — судя по всему, капитан был зол, и явно не собирался спускать дело на тормозах.

— Это я то виноват? Она притащилась ко мне но… — Азраил даже не успел высказаться в свою защиту, как на него обрушилась очередная порция отборной ругани, после чего последовал четкий приказ:

— Я ничего не желаю более от тебя слышать. Ты возьмешь это дело. И, если мисс Клема скажет мне, что ты дурака валяешь, или не уделяешь ей внимания, ты пожалеешь, что тогда вернулся на работу! Все! Пошел вон! А вы милочка, проходите к детективу в кабинет, и он сделает, все, что необходимо!

У Азраила кипело все внутри, но выбора не оставалось, он со злостью повернулся к Терезе, и молча кивнув, вышел из кабинета. Тереза засеменила за ним. При дневном свете, она выглядела еще более эффектно, а ее короткое, но при этом не вульгарное платье, и легкое пальто, придавали ей особый шарм.

— Детектив, не подумайте ничего лишнего, я даже ничего не успела сказать вашему начальнику, только назвать фамилию. И он вышел из себя, — елейным голосом завела разговор Тереза.

— Стоп! Я ничего не хочу слышать, не касающегося дела! Есть приказ взять дело — я его возьму, но ничего постороннего слышать не желаю! — отрезал Азраил.

По дороге в свой кабинет, Азраил встретил Изикейла, и на его вопросительный взгляд, только устало закатил глаза. Еще через несколько лестничных пролетов, все трое были рядом с рабочим офисом детективов. Им на встречу соскочила из-за стола, розовощекая и весьма упитанная, но очень миловидная, молодая особа.

— Доброе утро детективы. Кофе горячий, почта у вас на столах, — затараторила она, но вмиг умолкла, стоило увидеть Терезу, — ясно, не буду мешать, — уже менее добродушным тоном проговорила девушка.

— Спасибо Анна. Хоть ты меня не подводишь, — пробурчал Азраил, и вошел в кабинет.

Офис детектива Джаспера кардинально отличался от квартиры. Сходство было только лишь в обилии папок с делами. Но везде царил идеальный порядок, все было разложено как в аптеке, по наименованиям, размерам, и даже цветам. Если не знать, кто хозяева кабинета, можно было бы ложно подумать, что владельцы страдают синдромом навязчивости в отношении порядка. Увиденное, произвело крайне сильное впечатление на Терезу, она даже тихонько ахнула, обводя комнату глазами. Азраил незаметно повёл пальцем у виска, и повесив куртку на крючок, сел за свой рабочий стол. Изикейл, представляя собой в этом тандеме светлую половину, тактично предложил Терезе присаживаться на кресло.

— Руками, что-либо трогать, категорически запрещено, — своевременно заметил Азраил. Обратив внимание на любопытный взгляд мисс Клема, обращенный в сторону различных наград, фотографий и прочих личных вещей.

— Я и не собиралась, больно нужно, — слукавила Тереза.

— Хорошо, а теперь давайте по порядку. Что у вас случилось, когда, где? В общем, все, что может быть полезным для следствия, — начал разговор Изикейл, но ответа от посетительницы не последовало. Тереза недоумевающе смотрела на совершенно спокойного Азраила, мирно перебирающего почту.

— Детектив Джаспер, вы не желаете заняться своей работой? — строго заметила мисс Клема, проигнорировав детектива Никополидиса.

— Что? Ах, да. Я отвлекся, жду важное письмо, — встрепенулся Азраил, и отложил почту в сторону.

— Спасибо за одолжение! Так вот, на чем мы остановились в нашу первую встречу? Верно, на том, что у меня пропала дочь! И благодаря вам, мы теряем драгоценное время, которого у нас и так может и не быть!

— Спокойней дамочка! Я вас еще вчера предупредил, говорите по существу, не отвлекайтесь от сути, и мы прекрасно поладим. Давайте с самого начала. Как зовут вашу дочь?

— Вы, что, издеваетесь?! Я вам вчера все рассказала, и даже фотографию показывала, которую к слову вы должны мне будете потом вернуть, — Азраил действительно все прекрасно помнил, но простить жалобу начальству, он никак не мог.

— Опять не по делу говорите. Но от вашего крика, у меня всплыли детали бессонной ночи, за что, я вам отдельно благодарен. Вашу дочь зовут Лулу Клема, она студентка, умная, порядочная, не гулящая. Верно?

— Все верно.

— Но вот вопрос, действительно ли она настолько порядочна, насколько вы мне ее описали? Может быть все-таки есть вероятность того, что она устав от вашей опеки, и прочих материнских примочек, решила отдохнуть с друзьями? Провести недельку в компании загорелого красавца?

— Что вы такое говорите? Да как вы смеете? — не на шутку разозлилась Тереза, — меня наипорядочнейшая дочь. Для нее на первом месте стоит учеба, и это ее выбор, я ни к чему ее не принуждала. Похоже, что я ошиблась в вас, и вы далеко не такой хороший детектив, каким мне описали. А просто негодяй, хам, и подлец, издевающийся над людьми, которые нуждаются в помощи, — с этими словами Тереза соскочила с кресла, и уже направилась к выходу.

— Тереза! Стойте, вы разве не хотите найти свою дочь? — остановил ее Азраил.

— Хочу, но, по всей видимости, вы этим заниматься не хотите.

— Значит, вернитесь, присядьте, и давайте побеседуем, — включился в разговор Изикейл.

— Послушайте Тереза, я так говорю не потому, что мне хочется вас обидеть. Вы можете себе представить, в нынешнее время, когда свобод и развлечений становиться все больше, сколько подростков желает вырваться из цепких родительских лап, и отдохнуть? Нам приходится сутками работать, обыскивать притоны, вечеринки, и прочие злачные места, чтобы накачанных, в лучшем случае алкоголем, отпрысков волочить в отчий дом, а в это время мы упускаем что-то действительно важное.

— Я вас прекрасно понимаю детектив, и где-то в глубине души, может быть, даже поддерживаю, но поверьте, Лулу не такая. Она ни за что не поступила бы так же. У нее было много поклонников, благодаря ее внешности, и уму, но она никого к себе не подпускала, зная, что от нее хотят только одного. Я боюсь, что именно ее внешность стала причиной пропажи, — голос Терезы задрожал, и по щеке покатилась слеза, — я не хочу потерять свою дочурку.

— Это другое дело Тереза. Поклонники это уже повод задуматься, почему же вы сразу не сказали. Я беру это дело!

Глава 2: Агиросион

— Лулу Клема изучив все доводы сторон, и доказательства предоставленные свидетелями, давшими непреложный обет правды. Вы обвиняетесь в ряде ужасающих по своей циничности, и надменности нарушений «Кодекса посвященных» — во главе помещения, на первый взгляд ничем не отличавшегося от обычного зала судебного заседания, стоял большой стол. По центру стола расположились три человека в таких же мантиях, как подобает судьям, их отличало лишь белый цвет и то, что лицо каждого из них было закрыто маской, с вырезанными на ней символами. За их спинами висел большой, и очень реалистичный гобелен с изображенным на нем существе, отдаленно напоминающим минотавра, с завязанными глазами. В правой руке он держал огромный объятый пламенем клинок, левая была поднята от локтя, и обращена ладонью наружу. Посреди ладони, красовался змеиный глаз, обладающий невероятно пронзительным взглядом. Само существо было изображено на черном фоне, но окружено светящимся ореолом, и создавалось впечатление, что оно парит над тьмой. В двух метрах от стола, стояла связанная по рукам и ногам девушка, вдобавок ко всему с кляпом, закрывавшим ее рот. По краям зала располагались скамьи, на которых сидело около десяти-пятнадцати человек в насыщенно бордовых мантиях. Их лица были закрыты масками, как и у верховных, но символов было заметно меньше. Все участники процесса соблюдали мертвую тишину, и неподвижность, говорил лишь тот, кто, судя по всему, был лидером, и председательствовал.

— Вы предали уважаемого архи-ментора, добровольно вызвавшегося подготовить вас. Поставили под удар все наше благородное дело. Отказались выполнять законные требования, и условия для посвящения, которое было предначертано вам судьбой. Каждое ваше деяние заслуживает справедливого возмездия. Вы можете сказать что-то в свое оправдание, — обратился человек в маске с наибольшим количество узоров к испуганной девушке. Лулу, как к ней обращались, сподобилась лишь на стоны, и нещадно лившиеся слезы из глаз. Кляп не позволил проронить ни слова.

— Я так и думал. Вашим поступкам нет оправдания, и быть не может. Мудрое решение не навлекать на себя ещё более страшный гнев повелителя. Возможно, если «великий» будет к тебе благосклонен, тебе улыбнется удача. Уважаемые менторы, — перевел свое внимание выступающий на расположившихся по краям зала незнакомцев, — взываю к вашей мудрости и справедливости. Посмотрите на эту несчастную, заблудшую душу. Без нашей помощи, она не в состоянии обрести истинный путь, и познать «великий свет». Менторы, друзья! Я искренне, от чистого сердца, прошу вас проявить милосердие, и позволить практически потерянной душе, обрести, наконец, покой, и познать истинный путь посвященных. Я предлагаю вам провести традиционный ритуал, тайного голосования. Для этого, я прошу вас закрыть глаза. Я буду произносить наказания, предусмотренные нашими законами, и традициями. Если вы считаете, что наказание справедливое — поднимайте руку. Каждый ментор, имеет возможность, лишь однажды отдать свой голос, все согласны?

— Агир-ментор! — хором промолвили окружающие, не вложив ни единой эмоции в слова.

— Хвала великому. Я верил в ваше благородство. Прошу вас менторы, закройте глаза. Итак, мы начинаем голосование, — в зале повисла волнующая тишина, и только нечастная девушка, стояла, опустив голову, и плакала, тихонько всхлипывая.

— Всепоглощающее огненное чрево, — не поднялась ни одна рука.

— Тайная комната исцеления, — снова никакой реакции.

— Искупительное омовение, — и, вновь, ни один из присутствующих не пошевелился.

— Милосердно дарованное очищение, — все, как один подняли руки вверх, и глаза, спрятанные под маской предводителя, ярко блеснули.

— Очень хорошо. Единогласным решением стало помилование по отношению к обвиняемой. Благодарю вас менторы. Лулу Клема, — все внимание присутствующих вновь переключилось на меленький, испуганный комочек, стоящий посреди зала, — вы все слышали. Вас благородно, и милосердно помиловали все, кого вы поставили под удар. Первый раз такой прецедент на моей памяти, — агир-ментор нажал какую то кнопку, и в зал заседания спешно вошли еще двое в необычных костюмах, с тем отличием, что они были черного цвета. Предводитель, кивнул на связанную девушку, и один из вошедших, быстрым шагом направился к Лулу.

Неизвестный в черном, достал из под мантии нож, и начал постепенно освобождать девушку.

— Спасибо, спасибо, я у вас в долгу, — трясущимся голосом пролепетала Лулу, как только кляп был сброшен на пол.

— Ты просто заблудшее дитя. Мы не могли поступить иначе, — нежным, и мягким голосом пропел предводитель, и в тот же миг, девушку схватили за руки цепкие руки, и поволокли назад. Второй владелец черной мантии, пользуясь моментом отвлеченности Лулу на освобождение, вкатил в зал массивный стол, с выточенными на его поверхности впадинами, напоминающими силуэт человека, и все теми же, непонятными символами, что и на масках присутствующих.

— Что происходит?! Вы же сказали, что помиловали меня, сказали, что я освободите, — забилась в истерике плачущая Лулу.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 252
печатная A5
от 482