Бесплатный фрагмент - Агенты Ц. Е. П. И.

Глава 1. Пробуждение

Снился ли тебе когда-нибудь один и тот же сюжет? Тот самый навязчивый сон, который возвращается к тебе спустя много лет, опустошает изнутри и отступает, чтобы повториться в будущем. Совсем неясно когда: или через месяц, или через год. Такие сны, скорее кошмары, запоминаются лучше других, потому что в них много страха, насилия и боли. Даже когда ты открываешь глаза посреди чёрной ночи и чувствуешь облегчение от возвращения в реальность, тело сохраняет напоминание о кошмаре — оно отзывается жгучей болью в спине, будто там остался ожог от опаляющего дыхания монстра.

Аде эти чувства были хорошо знакомы. Порой ей снились повторяющиеся сны, спасение от которых одно — пробуждение. Освобождающее от страха и боли, но вместе с тем такое тревожное и тяжёлое. Когда она рассказывала об этом маме, та лишь отмахивалась.

— Наверное, сонный паралич. Ты слышала о таком явлении?

Ада знала, что такое сонный паралич, но то был не он. Янг никогда не спала на спине и не видела во сне свою комнату или какие-то силуэты. Кошмар всецело проглатывал её, не оставляя и намёка на обычную жизнь. Ада становилась кем-то другим. Она видела страшные подвалы, воняющие сыростью и гнилью, бесконечные грязные коридоры и небо, на котором никогда не появлялись ни солнце, ни звёзды, ни луна. И всюду был разбросан мусор и человеческие останки.

— Нечего свои тупые передачи про криминал смотреть, — сказал за завтраком Мелтон — сводный брат Ады.

Ада терпеть его не могла. Мама вышла замуж за отца Мелтона, когда Аде было десять. Двенадцатилетний братец шёл к отчиму в подарок. Хотя скорее Ада бы предпочла котёнка или собачку, чем это рыжее недоразумение, которое постоянно пыталось поучать новоиспечённую сестру. Через ещё несколько лет на свет появилась Кира — плод любви (хотя назвать это любовью язык не поворачивался) молодой семьи, а у Ады появилась большая и шумная семья, в которой она быстро стала белой вороной. Практически буквально: отчим, Мелтон и Кира были рыжими от природы, а мама всю жизнь выбирала краску цвета позднего заката: что-то между рыжим и красно-фиолетовым. Ада же унаследовала тёмно-русые волосы своего биологического отца, которые с семнадцати лет постоянно осветляла в блонд. К двадцати одному она с ужасом осознала, что сожгла волосы до такой степени, что те стали выпадать. Однако даже это не остановило Аду от того, чтобы окрасить несколько прядей в розовый цвет.

— Сок хочу! — закапризничала шестилетняя Кира.

— Дорогой, налей ей сока.

— Я похож на прислугу? И без того скоро опоздаю на работу с вашими капризами, — мрачно сказал отчим, переворачивая страничку газеты. — Вы только вдумайтесь… пишут, что за последний месяц увеличилось число пропавших без вести. И куда они все деваются?

— На это у тебя, значит, есть время?

— Пусть сама нальёт. Должна уже в таком возрасте уметь.

— Она всё разольёт. Кто убираться будет? Явно не ты.

— Почему я должен выполнять женские обязанности? Это твоя дочь.

— Твоя тоже.

Даже если бы отчим довёл маму до точки кипения, она бы всё равно никуда не ушла, ведь уйти было некуда. Им с Адой не принадлежало ровным счётом ничего. Машина, дом, даже посуда на кухне — всем владел отчим.

— Начинается…

Мелтон закатил глаза, не отрываясь от ковыряния своей яичницы с беконом.

— Лучше бы маме помог, — сказала Ада, не в силах вытерпеть вида этого противного лица.

— Сама помоги. Ты же девушка.

— И что с того? А ты двадцатитрёхлетний лоб, который не работает и не учится, а только сидит на шее у родителей.

— Ты тоже могла бы свалить из родительского гнёздышка в своё общежитие. Ой, я забыл, ты же даже готовить не умеешь.

— Успокойтесь, — разозлился отчим. — А то оба отсюда вылетите.

— Спасибо, что-то я наелась.

Ада встала из-за стола, не обращая внимания на ворчание отчима, надела сумку через плечо и, поцеловав мать и сестру в щёку, поспешила на автобус в университет. Она давно уже думала о том, чтобы переехать в комнату общежития и жить там с сокурсницами, но боязнь не справиться со взрослой жизнью останавливала её. Общежитие стоило немаленьких денег. Родители вряд ли смогли бы позволить себе лишние расходы на прихоть дочери, ведь даже деньги с подработки Аде приходилось отдавать матери, чтобы помочь с закрытием долгов, оставшихся от первого мужа. Отец Ады был жутким игроманом и любил влипать в неприятности.

Наверное, именно поэтому Янг с раннего детства решила, что она сделает всё возможное, лишь бы вытащить себя и свою мать из бедности. Она всегда прилежно училась, подрабатывала в выходные, была первой во многих конкурсах и соревнованиях, без труда поступила в университет на повышенную стипендию. Вот только что-то изменилось. Аде казалось, будто у неё села батарейка. Если раньше она без труда могла заниматься учёбой, творчеством и спортом, а в свободное время выступать ведущей на разных школьных праздниках, то в университете всё пошло наперекосяк. Сил не хватало даже на учёбу.

Единственной отдушиной был Эрик — парень, который учился на курс старше. Он руководил подготовкой ко всем мероприятиям в университете, был талантливым актёром, отлично пел и танцевал. Одним словом — идеал. Ада познакомилась с ним ещё на первом курсе и поняла, что ради него необходимо срочно записаться в активисты университета. Эрик был натуральным блондином с голубыми глазами и чёрными ресницами. Он прекрасно подошёл бы для обложки журнала «идеальные мужчины», если такой журнал существовал бы.

Вызвавшись на роль главной помощницы Эрика, Ада была вынуждена чуть ли не каждый день оставаться после занятий и до поздней ночи сидеть за подготовкой очередного дурацкого мероприятия. Аде это быстро надоело, но Эрик… он с лихвой компенсировал все неудобства.

Сегодняшний день не стал исключением. Отсидев все пары, Ада поспешила в аудиторию на первом этаже, которая после занятий становилась их мастерской. Здесь уже был Эрик, несколько его друзей и лучшая подруга Ады — Мэри.

— Всем привет! — радостно поздоровалась Янг, хоть голова раскалывалась на тысячу частей.

— Привет.

— Ты вовремя, — сказал Эрик, не поднимая головы. — Нам нужно сделать до понедельника тысячу птиц из бумаги.

— Серьёзно? Я думала, мы отказались от этой идеи.

— Куратору она очень понравилась.

Когда Ада села за парту позади подруги, скидывая сумку на пол и устало подпирая подбородок, Мэри повернулась к ней и погладила её по голове.

— Не парься. Сделаем двести, кто будет пересчитывать?

— Дело не в этом. Просто… замоталась.

— Опять снился тот кошмар?

Ада кивнула и, достав из кармана зеркальце, принялась переплетать растрепавшуюся за день косу.

— Может, сходишь к психологу? Это ведь ненормально.

— Глупости. Меня мама в детстве таскала по врачам, чтобы посмотреть, как все они разводят руками и говорят «с возрастом пройдёт, не давайте ей смотреть мультики». Психолог мне точно не поможет.

— А вдруг? Сны — это проекция наших дневных переживаний.

— Я не переживаю о горе трупов и двух круглых человекоподобных монстрах, которые гонятся за мной. Меня больше пугают экзамены, которые я наверняка завалю. В последнее время вообще ничего в голову не лезет. Как тут учиться?

— А ты подумай о кошмаре, как о символе твоего страха. Трупы — это плохие оценки и осуждение, с которым ты боишься столкнуться впервые в жизни. А два монстра…

— Этот сон снится мне с детства. Дело не в моих переживаниях.

— Значит, проблема в твоём детстве. Ты боялась своего отца, когда он приходил злой и пьяный домой?

— Он не пил. Только изредка, когда праздновал победу на ставках. И он не был злым. Идиотом, но не злым. А ещё меня в детстве никто не обижал, поэтому мой кошмар — просто повторяющийся плохой сон.

— Дамы, — обратился к девушкам Эрик, — мы с Уильямом и Леоном сейчас пойдём на репетицию, и вам придётся справляться вдвоём.

— А как же Катерина и её компания?

— Вряд ли придут на этой неделе.

— Кто бы сомневался, — пробубнила Мэри, — этим только бы в университетских газетах светиться, а не работать.

— Забей. Зато мы ответственные.

После ухода парней мотивация складывать оригами совсем пропала. От долгого сидения на стуле спина начала ныть, а взгляд никак не хотел сосредотачиваться на бумаге. Закончив со своей двадцатой птицей, Мэри подошла к зеркалу у двери и принялась подрисовывать размазавшиеся стрелки.

— А у нас с Айком скоро годовщина. Уже целый год вместе.

— Завидую тебе… по-доброму. Вы такие милые.

— Да, он предложил жить вместе. Я согласилась.

— Так здорово…

Мэри закончила с макияжем и перешла к расчёсыванию вьющихся каштановых волос.

— Мы ведь не в школе, Ада. Если тебе так сильно нравится Эрик, ты можешь ему просто об этом сказать.

— Тебе легко говорить. Признаться ему в любви — значит признаться, что мне плевать на его дело и всё это время я приходила сюда только для того, чтобы поглазеть на красивого парня.

— Можно подумать, что он этого не понимает. Почти все девочки приходят в клуб за этим.

— Не хочу быть очередной фанаткой.

— Ишь ты, — усмехнулась Мэри. — Что плохого в том, что девочки любят красивых парней?

Ада пожала плечами. Время близилось к позднему вечеру — за окном уже начало темнеть.

— Пойдём домой. Надоело тут сидеть.

Девушки на скорую руку прибрались, выключили свет и закрыли аудиторию на ключ. В это время в университете было довольно тихо, только музыка из актового зала, который располагался в подвале, напоминала о нахождении здесь кого-то ещё.

Ада шла по коридору, погружённая в свои мысли, и даже не заметила, что у стены стояло ведро с водой. Она зацепила ведро ногой, и то перевернулось, выплёскивая грязную воду на только что помытые полы.

— Вот блин! Я все туфли и колготки испачкала!

Ада отпрыгнула от лужи, приподнимая юбку и разглядывая свои белые колготки, которые в нескольких местах приобрели серый цвет. Мэри звонко рассмеялась.

— Смешно вам? — хриплый голос заставил девушек вздрогнуть.

Из кладовой вышел уборщик. В университете у него была очень плохая репутация. Какие только истории не ходили вокруг этой личности. Даже его внешность кричала о странности: у него были тёмные глаза, острые черты лица и большой лоб, который он прикрывал грязными волосами. Впрочем, периодически уборщик брился налысо, и тогда все могли лицезреть его неровную форму черепа.

— Я не заметила, — сказала Ада, неловко переминаясь с ноги на ногу.

— Не заметила? Может, ты решила, что это будет смешно? Перевернуть ведро — какая хорошая шутка!

— Не надо разговаривать со мной в таком тоне.

— Ты мне перечить решила?

— Простите нас. Ада, пойдём.

Мэри взяла подругу за локоть и повела прочь от неприятного уборщика.

— Ты в своём уме? Зачем с ним ругаться? Все же знают, что он… — она покрутила пальцем у виска.

— Почему его вообще здесь держат? Давно пора уже уволить. Он же чокнутый! — Ада оглянулась и продолжила: — Особенно после той истории, когда он запер студентку у себя в каморке. Кто знает, чем он собирался с ней заняться?

— Да-да, я слышала, что она была без сознания.

— Как после такого ему удалось отвертеться?

— Не знаю. Айк сказал, что почти все подробности этой истории — выдумка. Мол, она всё равно ничего не помнила. А он якобы нашёл её без сознания и притащил к себе, чтобы привести в чувство. Но это же звучит как бред! Если бы я была уборщицей и нашла первокурсницу на полу, то отнесла её к медсестре или вызвала скорую. У него проблемы с головой, я тебе точно говорю.

На выходе из университета девушкам пришлось расстаться. Мэри пошла на автобусную остановку, а Ада решила прогуляться до метро, чтобы быстрее добраться домой. Успело окончательно стемнеть. Идти в мокрых туфлях было холодно. Ада заткнула уши наушниками и включила на всю громкость любимую рок-группу. Идти стало веселее.

Когда она добралась до парка, в душе поселилось необъяснимое беспокойство. Янг часто ходила вечерами одна и не испытывала тревоги по этому поводу, но сегодняшний вечер ощущался иначе. Ей показалось, будто кто-то следит за ней. Ада несколько раз обернулась и ускорила шаг, мечтая скорее добраться до метро. Пришлось снять наушники, чтобы лучше слышать звуки улицы.

«Что, если это уборщик? Если он и вправду маньяк? Я же его обидела своими словами», — подумала она. Разум подкинул пугающую картинку: уборщик хватает её, усыпляет и притаскивает в подвал своего дома, где держит на цепи и издевается всеми возможными способами. Аде стало нехорошо. Голова закружилась. Она была готова перейти на бег, но боялась, что потеряет сознание.

Ада вышла из парка, перешла через пешеходный переход и пошла длинной безлюдной дорогой к подземному спуску. Вот оно, спасение. Вдруг головокружение усилилось, и Ада схватилась за стену, чтобы не упасть. Она прикрыла глаза, протёрла холодный пот со лба и, подняв веки, обомлела. Рот беспомощно открылся, но Янг не смогла издать ни звука. Перед ней стояло существо, похожее на то, что преследует её по ночам. Оно было больше обычного человека, его тело раздулось в форме шара, по бокам торчали маленькие ручки и нормального размера ноги. Лицо же у существа было абсолютно нечеловеческим: огромный рот и какие-то чёрные точки чуть выше губ.

Ада почувствовала, как слёзы текут по щекам. Она вновь зажмурилась, но когда открыла глаза, видение никуда не исчезло. Тогда Ада собрала оставшиеся силы и бросилась в узкий переулок, заполненный мусором. Существо поспешило за ней. Всё это до жути напоминало кошмар, который с детства мучил её. Наверное, она просто спит и скоро проснётся.

Глотая слёзы, Ада остановилась у высокой стены — тупик. Она медленно повернулась — существо приближалось, улыбаясь во весь свой огромный рот. Ада сползла вниз, закрыла уши руками и сжалась. Когда же этот сон закончится?

Вдруг раздалось лязганье металлических цепей. Ада подумала, что ей показалось. Она подняла глаза к небу и увидела, как с крыши соседнего здания спускается человек в чёрном плаще. Из-за его спины появились металлические цепи, при помощи которых он ловко спрыгнул на землю и преградил монстру путь.

— Не бойся, — сказал человек. — И не таких побеждали.

Существо начало злиться. Оно зарычало и обнажило ряд острых зубов. Тогда человек махнул рукой, и в его ладони материализовалась трость, из которой он извлёк длинный клинок. Монстр кинулся на незнакомца, но тот легко отпрыгнул, словно гравитация на него не действовала. Человек оказался за спиной противника и пронзил его клинком. Полилась чёрная бурлящая кровь, пахнущая гнилью. Незнакомец нанёс ещё несколько ударов, разрезая монстра надвое. Существо издало предсмертный рык и испарилось, оставляя после себя лужицу бурлящей крови.

— Вот и всё, — сказал человек, пряча клинок в трость. — Вы спасены.

— Кто ты? — спросила Ада, вжимаясь в стену.

Человек подошёл к ней и опустился на корточки, чтобы оказаться на одном уровне. Ада была не в силах отвести взгляд от синих глаз, в которых плескались добрые огоньки света. Из-под шляпы парня волной спускались волосы, отливавшие сапфировой синевой. Это выглядело так волшебно, что Ада боялась даже дышать, лишь бы не спугнуть прекрасного спасителя.

— Это неважно. Дай мне свою руку.

Пусть лицо человека ото лба до носа скрывала чёрная тканевая маска, Ада его не боялась. Она протянула руку — спаситель бережно закатал рукав её кофты, достал какой-то продолговатый предмет и поднёс его к плечу Ады.

— Будет чуть-чуть больно.

Ада почувствовала лёгкий укол. Человек внимательно посмотрел на этот предмет и улыбнулся.

— Отлично. Теперь всё в порядке.

Она вцепилась в чужую руку, чувствуя, как быстро стучит сердце.

— В своей жизни я не видела никого прекраснее тебя. Кто ты?

Спаситель самодовольно улыбнулся, явно тронутый комплиментом.

— Поверь, прекраснее меня ты никого и не встретишь.

Он коснулся губами губ Ады, и та растаяла. Она охотно ответила на поцелуй, хватаясь за голову незнакомца, пытаясь понять, какие его светящиеся волосы на ощупь. Это было так чудесно, так чарующе, что даже дышать не получалось. Вдоволь насладившись поцелуем, Ада открыла глаза и поняла, что лежит в своей кровати. Она вскочила на ноги, оглядываясь.

— Какого чёрта?

Часы показывали одиннадцать часов вечера. Янг бросилась в гостиную и застала маму за просмотром её любимого турецкого сериала.

— Мама, когда я пришла домой?

— Несколько часов назад. Что за странные вопросы?

— Я сама пришла?

— Конечно, сама. Ада, ты меня пугаешь.

— А ты не видела человека в шляпе со светящимися волосами и глазами?

Мама искоса посмотрела на дочь с выражением полного непонимания. Ада тяжело вздохнула.

— Наверное, приснилось. Так странно, я не помню, как добралась до дома.

— Ай-яй, кажется, кто-то бухал после университета, — усмехнулся проходящий мимо Мелтон.

— Пошёл ты! Я трезвая.

— Как скажешь. Всё равно тебе только мужики со светящимися волосами светят. Оценила каламбур?

Ада зарычала от злости, чем вызвала недовольный взгляд матери, которая никак не могла сосредоточиться на сериале.

***

— Каковы результаты теста?

— Все показатели положительны, Винсент.

— Я и не сомневался. Значит, у нас появился новый агент. Как её зовут?

Девушка в очках и больничном халате взглянула в монитор компьютера.

— Ада Янг. Двадцатиоднолетняя студентка. Ничего особенного.

— Завтра же займёмся ею. А пока подготовьте полную биографию, хочу знать о новом агенте абсолютно всё.

Седовласый мужчина в таком же белом халате забрал несколько папок со стола, учтиво поклонившись коллеге, ввёл код доступа в панель у двери и вышел из комнаты.

Глава 2. Юми и Рэй

— Когда я вернулась домой, то сказала маме, что не голодна, и сразу ушла спать в свою комнату. Но я этого не помню! Вообще. Понимаешь, Мэри?

Подруга кивнула, попивая остывший латте.

— Последнее, что я помню — это поцелуй с загадочным человеком, — продолжила Ада. — Он был таким… я даже не смогу описать это словами. Как если бы Эрик надел стильный наряд чёрного цвета и отправился бы меня спасать от монстров из сна.

— Мне кажется, ты совсем уже помешалась на Эрике.

— Не знаю, не знаю. Странно понимать, что всё это всего лишь сон. Происходящее было таким реалистичным.

— Сходи с Эриком на баскетбольный матч, который будет через две недели. Он же утром искал, с кем пойти. Его друзья не могут, так что это отличная возможность побыть вдвоём.

— Я ничего не смыслю в баскетболе.

— Ну и что? Ты идёшь не на экзамен по баскетболу, дурочка. Просто прояви заинтересованность. Неужели мне тебя учить?

Ада тяжело вздохнула и поспешила доесть сэндвич, ведь времени до лекции оставалось совсем мало. Однако не успела она толком прожевать, как у их столика возник Эрик. От неожиданности Ада чуть не подавилась. Она отвернулась, розовея, и постаралась проглотить недожёванный сэндвич.

— Привет, девочки. Сегодня не смогу остаться после пар, так что ставлю тебя, Ада, главной. Ты же не против?

Она мило улыбнулась и закивала, хотя в мыслях у неё было только то, что Эрику безумно идёт эта зелёная рубашка в клетку.

— С тобой всё в порядке, Ада? Если ты не хочешь, то можешь мне так и сказать.

— Нет-нет, я просто плохо сегодня спала. Говорят, вспышки на солнце и всякое такое…

— Правда? Я не слышал. Тоже сегодня плохо спалось. Мне снился какой-то странный сон.

— Странный сон? О чём он был?

— Уже не вспомню. Ладно, увидимся завтра. Я попросил Сашу купить блёстки и воздушные шары, так что надеюсь, завтра получится закончить с декорациями.

Ада ещё раз кивнула, провожая взглядом возлюбленного.

— Ты это слышала? — шёпотом спросила она у подруги. — Ему снился странный сон. Мне тоже он снился. Совпадение?

— Он мог иметь в виду всё что угодно.

— А что, если он, будучи в своём сне, спас меня в моём сне?

— Тебе точно нужно к психологу, Ада.

День шёл привычно медленно. Ада и Мэри вместе с другими членами клуба сделали больше сотни бумажных птиц, а потому довольные результатом решили уйти домой пораньше. Солнце ещё не успело сесть, а, значит, идти домой одной будет не так страшно. Перед уходом Ада купила стаканчик кофе в буфете. Размешивая напиток деревянной палочкой, студентка прошла мимо открытой аудитории и почувствовала на себе внимательный взгляд. Она повернула голову и увидела уборщика. Тот стоял у окна, сдвинув брови к переносице. Пугающий взгляд его был направлен прямо на Аду. По коже прошлись мурашки, так что она ускорила шаг, чтобы быстрее уйти из его поля зрения.

В голове родилась очередная жуткая мысль. Что если вчера её действительно преследовал уборщик, и ему даже удалось её настичь, уколов в руку какое-то снотворное. Это объяснило бы то, почему Аде приснилось, будто спаситель уколол её необычным предметом. Но зачем уборщику-маньяку было отводить жертву домой? Или, может, она сама сбежала и вернулась домой, ничего не помня?

Однако хорошенько обдумать вчерашнее Аде не дал серый автомобиль с тонированными стёклами. Он остановился рядом со студенткой. Дверца машины открылась, и из салона вышел мужчина лет сорока с абсолютно седыми волосами.

— Простите? — Ада заметно напряглась, поняв, что мужчина смотрит на неё.

— Не бойтесь, мисс Ада Янг. Мы правительственная структура, а не какие-то бандиты. Вы должны проехать к нашему офису.

— Никуда я не поеду.

— Оставьте страх.

— Да что вам всем от меня надо?

Ада отвернулась и уже хотела рвануть обратно к университету, который казался единственным безопасным местом, но слова мужчины заставили застыть на месте:

— Мы знаем о повторяющихся кошмарах. Знаем, что вчера Вы пережили нападение отвратительного монстра, от которого Вас спас наш агент.

— В-Ваш агент? — переспросила Ада, повернувшись лицом к незнакомцу в деловом костюме.

— Да, мисс Янг. Вы наверняка хотите узнать, что это было на самом деле. Садитесь, я всё расскажу по дороге.

Ада сомневалась. Конечно, садиться в тонированную машину к подозрительному типу — идея очень плохая, но с другой стороны… как этот человек узнал о кошмарах?

— А если Вы меня похитите?

— Можете отказаться, но тогда Вы никогда больше нас не увидите и не узнаете, почему эти сны возвращаются вновь и вновь.

Мужчина звучал очень убедительно. Ещё немного поколебавшись, Ада всё же села на заднее сиденье машины, прижимая к себе сумку с тетрадями. Незнакомец закрыл за ней дверцу и, обойдя автомобиль, сел на сиденье за водителем.

— Как Вас зовут? — спросила она, когда машина тронулась.

— Винсент. Зовите меня просто Винсент.

— Откуда Вы узнали про меня?

— У нас есть свои источники информации. Если присоединитесь к нашим рядам, тогда узнаете всё, что необходимо.

— Присоединюсь? Вы сектанты, что ли? Никуда я не хочу присоединяться, вступать или… Вы обещали рассказать про кошмары.

— Ваши кошмары вызваны Вашими скрытыми способностями. Эти способности помогут в борьбе с монстрами или, как мы их зовём, существами. Так что я здесь для того, чтобы сделать предложение о работе на нашу организацию.

— Что за чушь? Выгодное предложение о работе… мне этого спама и на почте хватает. Выпустите меня, я не хочу слушать этот бред.

— Ада…

— Выпустите меня!

Она рванулась к ручке двери, но та не поддалась.

— Прошу прощения, это было слишком прямолинейно, — спокойно произнёс Винсент и, прежде чем она успела что-то предпринять, достал из внутреннего кармана пиджака предмет, похожий на авторучку с острой иглой на конце, и вставил внутрь стержень из футляра, заполненный прозрачной жидкостью. Понадобилась всего секунда, чтобы уколоть шею Ады. Она вздрогнула, её глаза расфокусировались. Ада растерянно моргнула, глядя на мужчину.

— Что… что произошло?

Винсент убрал устройство.

— Давненько я агентов не вербовал, — тихо пробормотал он себе под нос, а затем снова повернулся к ней с вежливой улыбкой. — Мы остановились на вопросе о том, откуда я узнал о Вас. Давайте начнём по порядку. Видите ли, наш мир очень сложно устроен. В этом сложном устройстве человек лишь частичка пыли. Он отнюдь не совершенен даже на уровне восприятия окружения. Многие аспекты мира скрыты от человека, ведь он просто не может их увидеть, потрогать, услышать или понюхать. Для этого нужен совсем другой орган восприятия. Между тем мир продолжает своё существование именно таким, каким он является, а не таким, каким его привыкли ощущать люди.

— Я не совсем понимаю.

— Мы дали название «катаэстезия» этой форме взаимодействия с миром. Переводя дословно, ощущение падения. Проваливаться, если будет угодно. Сны, которые Вы видели, — это результат того, что Вы «провалились». Некоторые люди обладают этой способностью. Для того чтобы защитить обычных людей от невидимых для них обитателей мира, и существует наша организация Ц. Е. П. И. Центр паранормальных инцидентов. Наши агенты — люди, которые способны «проваливаться» — отслеживают существ или аномалии и убирают их из жизни обычных граждан. После успешной ликвидации объекта агенты вкалывают жертвам специальный раствор, который полностью стирает следы происшествия. Жертвы забывают об инциденте. Вместе с тем мы берём немного крови на проверку, чтобы выяснить, чем было вызвано нападение на жертву. Если результаты отрицательные — это просто случайность. В Вашем же случае все результаты оказались положительными. Из-за этого раствор не стёр Вашу память об инциденте до конца. Поздравляю, мисс Ада Янг, Вы избранная. Теперь Вы можете стать агентом Ц. Е. П.И. и защищать от ужасов реального мира всех нуждающихся.

Ада нервно рассмеялась, но по лицу Винсента стало ясно, что он не шутил.

— Подождите… Вы серьёзно?

— Абсолютно.

— Агент — это как тот человек со светящимися волосами, который спас меня?

— Да, агент Рэй в одиночку стоит на защите нашего города. Пора ему обзавестись напарницей.

Так вот как его зовут… Рэй.

— Все агенты подвергаются нападениям монстров?

— Далеко не все. Существует много способов становления агентом, если Вы об этом. Здесь уже зависит от того, кто найдёт будущего агента раньше: существа или же представители Ц. Е. П. И. Вам просто не повезло.

Увлечённая рассказами Винсента, Ада даже не сразу поняла, что машина остановилась. Седовласый мужчина вышел из автомобиля и открыл дверцу со стороны Ады, галантно подавая руку, которую она охотно приняла.

— Добро пожаловать в сердце Ц. Е. П.И.

Офисом организации оказался пятидесятиэтажный небоскрёб в центре города. Ада ахнула от удивления: она и подумать не могла, что стеклянная высотка укрывает в своих стенах секретную организацию. Поднявшись сначала на одном лифте на тридцатый этаж, а на другом — на сорок пятый, Винсент пригласил гостью зайти в один из кабинетов. В центре располагался стол с компьютером, за которым сидела миловидная девушка в очках. Волосы карамельного оттенка были уложены в аккуратный пучок.

— Здравствуйте, мисс Ада Янг. Меня зовут Шэйла. Присаживайтесь.

Девушка указала на стул напротив её рабочего места. Ада послушно села, оглядываясь. У стен стояли стеллажи с какими-то папками и книгами, в углу располагалось мягкое кресло с журнальным столиком. Винсент упал в кресло, вальяжно и свободно, словно был в кабинете один.

— С моим коллегой Вы уже познакомились. Мы с Винсентом отвечаем за все инциденты, которые происходят в пределах столицы. Следим за тем, чтобы люди продолжали жить в спокойном неведении. Такова наша работа. Если Вы согласитесь присоединиться к Ц. Е. П.И. в качестве агента, то мы станем Вашим непосредственным начальством.

— Понятно. Приятно познакомиться. Как мне следует к Вам обращаться?

— Просто Винсент и Шэйла.

— Ладно.

— Винсент объяснил Вам, для чего наша организация функционирует?

— Да, объяснил. Вы боретесь с существами и аномалиями из потустороннего мира.

— Можем назвать это так. К сожалению, наш мир и их един, только человеческий мозг не способен распознать другую сторону реальности. Прямо сейчас, возможно, эти монстры стоят за Вашей спиной, но Вы не знаете этого.

Ада на всякий случай обернулась.

— Впрочем, забивать Вам голову ненужными фактами было бы слишком некрасиво с нашей стороны. Вы можете отказаться от нашего предложения. Тогда Вы забудете об этом разговоре и обо всём, что произошло. Если же отваги в сердце хватит для того, чтобы стать агентом, мы с радостью поделимся всеми имеющимися у нас знаниями.

— А что мне нужно делать, как агенту? Тот человек… Рэй, — Ада едва заметно покраснела, вспоминая поцелуй. — У него были сверхспособности. Я же ничего не умею.

— Вы умеете не меньше, только ещё никогда не использовали свои силы. В первую очередь мы дадим значок Ц. Е. П.И., при помощи которого Вы сможете раскрыть свои способности. Создадим костюм, в котором Ваша настоящая личность будет скрыта от чужих глаз. Как только Вы получите значок, откроются способности. Задача агента проста. При помощи значка Вы будете получать сообщения о паранормальной активности, а затем, оказавшись на нужном месте, ликвидируете источник активности. Вот и всё.

— Звучит просто.

— Поверьте, так оно и есть. На первое время Вы будете приставлены к агенту Рэю. У него большой опыт.

— Я буду вместе с ним летать по городу и убивать чудовищ? Звучит дико.

— Если Вам так будет угодно. Что скажете?

— Я всё ещё сомневаюсь, но не хочу отказываться.

— Ваши сомнения улетучатся, когда Вы сами узнаете, каково использовать свои способности. Я проведу Вас в комнату испытаний.

Ноги дрожали от волнения. В комнате испытаний — небольшом помещении с белыми стенами и стеклянной перегородкой, делящей комнату надвое, Аде прикрепили на грудь значок с аббревиатурой Ц. Е. П.И. и положили на кушетку. Она зажмурилась. Всё это напоминало какое-то медицинское обследование.

— Расслабьтесь, — через настенный громкоговоритель попросила Шэйла, стоявшая по ту сторону стекла за панелью с приборами. — Это не больно.

Ада глубоко вдохнула, чтобы унять дрожь в теле. Через несколько минут, которые показались ей вечностью, комната залилась странным свечением. Ада открыла глаза и с удивлением осмотрела себя. Вместо розового свитера на ней был надет чёрный короткий плащ по колено, а вместо юбки — мальчишеские шорты. Ноги были закрыты тёмными чулками и сапогами по щиколотку.

— Вы всем такие костюмы создаёте? — спросила она, чтобы услышать свой голос и убедиться, что происходящее реально.

Волосы были собраны в низкий хвост, резинка держала пряди ровно посередине длины, а спереди появилась длинная чёлка по уши, разделённая на две стороны ровным пробором. На голове был надет гладкий чёрный обруч. Но самое удивительное было то, что волосы поменяли свой цвет на тёмно-коричневый. Ада внимательно оглядела наряд, стараясь унять бешено бьющееся сердце. Тело наполнилось такой лёгкостью, что казалось, будто оно вот-вот взлетит. Ада махнула рукой, и из пустоты возникли металлические цепи, такие же, какие она видела у Рэя. Она не понимала, что это и как оно работает, но чувствовала, что может управлять ими.

— Вы молодец, агент. Теперь Вы можете придумать себе новое имя, чтобы скрыть реальную личность.

— Я… — Ада задумалась. — Юми. Агент Юми.

— Я занесу Ваше новое имя в базу. Прошу, подойдите ко мне.

Дверь открылась, и Юми вышла к Шэйле, не в силах налюбоваться новым образом.

— Теперь дело за малым. Мы почти составили договор. Как только Вы его подпишете, начнётся наше с Вами сотрудничество.

— Да, но… — Юми почесала затылок. — Я ещё до конца не решила. Это так ответственно. Может, я скажу Вам завтра?

— Простите, агент Юми, но мы не можем отпустить Вас домой, пока Вы не подпишете договор или откажетесь это сделать. Таковы правила безопасности Ц. Е. П. И. Никому нельзя знать о нашей организации, за исключением сотрудников, конечно. Подписав договор, Вы пообещаете нам, что никому не расскажете. Даже своим родителям.

Юми выглядела растерянной.

— Но у Вас ещё есть время подумать здесь, в офисе. Попробуйте использовать свои способности. Уверена, тогда все сомнения отпадут. Разве это не поражает Ваше воображение? Вы можете стать супергероиней, агент Юми. Спасать жизни людей.

— Я всегда мечтала стать супергероиней, — прошептала она.

Двери испытательной комнаты открылись, и внутрь вбежал парень лет восемнадцати, весь раскрасневшийся и напуганный:

— Прости, Шэйла, он не слушал меня…

— Где новенький?

Юми застыла на месте. Следом за парнем зашёл человек в чёрной шляпе. Это был он. Тот самый незнакомец, спасший её. Рэй выглядел раздражённым. Он то и дело призывал цепи, которые застревали острым концом в стенах и потолке, тем самым только сильнее пугая забежавшего в комнату парнишку.

— Вы нарушаете устав, агент Рэй. Немедленно покиньте комнату испытаний. Вы могли узнать личность нового агента, что строго запрещено.

— Жаль, что не успел, — ответил он. — Боже мой, это ещё и девочка. Вы с Винсентом с ума сошли?

Шэйла скрестила руки на груди.

— Немедленно покиньте комнату, агент, — повторила она.

— Почему о появлении нового человека я узнаю последним? Когда вы собирались поставить меня в известность?

— Мы не обязаны отчитываться перед тобой.

— Тогда я не обязан слушать ваши тупые правила. Я хочу поговорить с новеньким агентом.

— Это невозможно.

— Возможно. Я так решил.

— Рэй, пожалуйста…

— Вы меня вообще ни во что не ставите? Думаете, будто мне нравится отскребать мозги очередного новенького от асфальта? Послушай, новенькая, — сказал Рэй, обращаясь к Юми. — Если ты ещё не подписала договор, то подумай трижды. Пути обратно не будет. Оставь защиту города профессионалам, а сама иди домой и радуйся жизни.

— Рэй, хватит. Ты сказал достаточно.

— Как всегда… Хорошо, я уйду. Но правда никуда не уйдёт.

Рэй отвернулся и медленно пошёл прочь, а забившийся в угол мальчишка облегчённо выдохнул и, сто раз извинившись, скрылся в коридоре.

— Прости, Юми.

Шэйла выглядела расстроенной. Она пригласила новоиспечённого агента сесть на стул рядом с собой. Юми с любопытством заглянула на приборную панель огромного аппарата, который контролировал любые изменения за стеклом.

— Что он имел в виду, когда говорил про мозги на асфальте?

— Наша работа действительно может быть опасной. Сама понимаешь… Ты видела этих существ вживую. Но если не мы, то кто их остановит? Вчера на твоём месте могла оказаться любая другая девушка. Если бы тебя не спас Рэй, представляешь, что от тебя осталось бы? Я не хочу представлять.

— Значит, я могу погибнуть.

— Шанс погибнуть есть всегда, даже если ты работаешь школьным учителем.

— Да, но ведь это так страшно… видеть монстров каждый день.

— Со временем привыкаешь. Тем более далеко не каждый день будет наполнен ужасами.

— Почему тогда агент Рэй пытался меня отговорить?

— У него скверный характер. Рэй привык работать один. Он… волк-одиночка, понимаешь? Таким образом Рэй пытается избавиться от потенциального напарника. Он часто так делает.

Видя сомнение в глазах напротив, Шэйла взяла Юми за руку и нежно погладила её ладонь кончиками пальцев.

— Ты особенная, Юми. Мы давно не видели таких показателей, как у тебя. Ты можешь стать сильнейшим существующим агентом. Это твой шанс показать, чего ты стоишь.

Юми тяжело вздохнула и отвела взгляд.

— Нет, прости… наверное, мне не стоит соглашаться. Вдруг я пожалею и вообще… так будет лучше. Прости, Шэйла.

— Ничего страшного, я не буду осуждать тебя за твой выбор.

— Мне следует сдать значок?

— Да, положи его на стол.

Юми дотронулась до значка, который висел на жилетке под плащом. Металл приятно холодил кожу пальцев, незакрытых тканью митенок.

— Жаль, — тихо сказала Шэйла. — Я надеялась, что у тебя всё получится, и ты сможешь помочь своей семье жить безбедно.

— Прости?

— За свою работу ты будешь получать достойную зарплату. Этих денег с лихвой бы хватило, чтобы закрыть долги твоей матери, которые она взяла из-за своего первого мужа.

— Вы всё обо мне знаете?

— Конечно, мы очень ответственно подходим к работе. Это помогает обеспечивать безопасность сотрудников.

— Как много я буду получать?

— Точные цифры будут занесены в договор. Но по секрету могу сказать: Рэй за несколько лет работы в Ц. Е. П.И. заработал столько, что может спокойно выйти на пенсию уже сейчас и обеспечить беззаботную жизнь для себя, своих детей и внуков.

Юми нахмурилась. Несколько лет… около трёх или, может, пяти? Деньги могли бы сильно изменить её жизнь в лучшую сторону. И ради этого не придётся терпеть компанию Мелтона ещё с десяток лет. Она смогла бы купить свою квартиру или даже дом. Жить ни в чём себе не отказывая.

— Знаешь, Шэйла… ты права. Я хочу попробовать. Хочу стать агентом Ц. Е. П. И. Я готова подписать договор.

Глава 3. Сонник

С крыши пятидесятого этажа открывался волшебный вид на ночной город. С высоты люди казались муравьями, возящимися в своих крохотных норках. В окнах соседних зданий горел свет, и можно было легко разглядеть, кто чем занимался.

Агент Рэй сидел на краю крыши, свесив ноги в пустоту. Ветер трепал его потухшие тёмно-синие волосы. Юми собралась с мыслями, одолеваемая страхом перед знакомством с напарником. Так странно, ведь с его губами она познакомилась прежде, чем узнала его имя.

— Меня зовут Юми. Теперь мы напарники.

Рэй глухо усмехнулся, но головы не повернул.

— Значит, всё-таки подписала договор.

— Я знаю, что ты не хочешь работать со мной. Что ты предпочитаешь быть один.

— Правда, что ли? Кто тебе это сказал? Шэйла?

— Да.

— Тебя обманули, Юми. Поздравляю, можешь забрать с полки медаль за непростительную наивность.

— Это ещё почему?

— Дай угадаю. Они говорили тебе, что ты избранная. Что ты особенная. Не такая, как все. Самая сильная в этом мире. Ты наверняка прошла тест на особые результаты, каких никогда не было у других. Замечательно, мисс исключительность. Я верну тебя с небес на землю. Ты обычная дура, Юми. Ничем не отличаешься от других таких же дур.

— Можно подумать, что ты особенный.

— Нет, я из себя особенного никогда не строил. Неважно… уже ничего не исправишь. Ты скована договором, Юми.

Она подошла к краю крыши, чувствуя, как от высоты кружится голова.

— Шэйла предупреждала, что ты будешь мне не рад.

— Дело не в тебе, любительница онлайн-стратегий. Дело в Ц. Е. П.И.

— Почему ты назвал меня любительницей стратегий?

Рэй взглянул на напарницу снизу вверх, и сердце Юми забилось ещё быстрее. Пусть голос его был строг и равнодушен, в синих глазах плескался бесконечный океан грусти. Похоже, ему действительно было не всё равно, и эта мысль приводила Юми в странный восторг.

— Кто ещё возьмёт дурацкое имя кошки из игры?

Губы против воли расплылись в улыбке.

— Знаю, я вообще довольно дурацки выгляжу.

Рэй кивнул и, смотря на дорогу у себя под ногами, спросил:

— Они рассказали тебе о правилах?

— Да, я внимательно прочитала договор. Нельзя открывать свою личность даже друг другу, нельзя рассказывать об организации в повседневной жизни, нельзя пользоваться способностями в личных целях, нельзя…

— Да-да, именно так. Но все эти правила — мусор по сравнению с одной непрописной истиной. Всегда, при любых обстоятельствах и в любом положении ты будешь слушаться меня. Иначе не дотянешь и до весны.

— Зачем ты продолжаешь меня пугать?

— Если тебя пугают мои слова, то не стоило подписывать договор. У агента не должно быть чувства страха. У него вообще не должно быть чувств. Тогда будет проще провалиться, чтобы использовать способности на максимум.

— Но мы же люди. Страх — это нормально.

Рэй пожал плечами. Он поднялся на ноги. Носки его ботинок заступили за край крыши.

— Ты чего? — Юми стало не по себе от одного только вида чужого безрассудства. — Ты же можешь упасть.

Агент расставил руки в стороны и легко подался вперёд. Юми вскрикнула, когда его тело полетело вниз. Она за несколько секунд достигла края и, упав на колени, со страхом взглянула на землю, но тут же перед лицом появился Рэй. Казалось, что цепи, появившиеся за спиной, были продолжением его тела. При их помощи он опустился рядом с Юми, а кончики его волос вновь загорелись синим светом, словно заполненные жидкостью из неоновых палочек.

— Видишь? Никакого страха.

— Как ты цепляешься цепями за здания? В стенах должны оставаться дыры.

— Цепи — это такое же явление, как и эти существа. Мы видим их как металлические кольца, но на самом деле они абсолютно другие. И цепляются они не за реальную материю, осязаемую нами, поэтому и следы не остаются. То, что ты видишь перед собой — подсказки, благодаря которым ты можешь хоть чуть-чуть представить реальный мир таким, какой он есть на самом деле. Но это не действительность. Совсем не она.

— То есть я не соприкасаюсь с настоящими предметами, но при этом… зависнуть в воздухе без опоры я не смогу?

— Ты упадёшь. Мы живём в одном мире с цепями и монстрами, не забывай об этом.

— Сумасшествие. Мне кажется, у меня голова лопнет.

— Голову лучше поберечь. Она тебе ещё пригодится.

Рэй лёг на спину и сложил руки на груди. Он выглядел уставшим.

— Ты ведь поможешь мне адаптироваться?

— Куда же мне деться?

— Спасибо. Шэйла сказала, что у тебя скверный характер, но мне так не кажется. Ты… очень милый.

— С твоей наивностью долго здесь не протянуть.

Юми неловко пожала плечами. Она никак не могла избавиться от мыслей о том поцелуе. Интересно, её напарник целует каждую девушку, которой помогает, или Ада стала исключением?

— Мне пора возвращаться. Шэйла обещала провести инструктаж и спланировать даты обучения и тренировок. Она сказала, что даже несмотря на неопытность, я всё равно буду участвовать в заданиях, почти как полноценный агент, поэтому не хотелось бы ударить в грязь лицом.

«Особенно перед тобой», — мысленно добавила она.

— Иди.

— Было очень приятно познакомиться. До свидания, Рэй.

Агент не ответил.

***

Утро началось сумбурно: Ада проспала все будильники и опоздала на автобус. Пришлось ехать в университет на такси, отдав водителю целое состояние, лишь бы не опоздать на лекцию к профессору Касперу. Тот отличался своей нелюбовью к опоздавшим, и Аде очень не хотелось испортить с ним отношение. Опасения не оправдались: она успела вскочить в аудиторию за несколько секунд до звонка.

Лекция проходила, как всегда, скучно. К счастью, профессор объявил десятиминутный перерыв, так что Ада и Мэри решили потратить немного баксов в автомате со снеками. Купив несколько шоколадных батончиков, Янг сама не заметила, как съела всё за пару минут.

— Обычно ты ешь шоколад, когда нервничаешь. Всё нормально?

Ада нервно кивнула. Она не могла остановиться, если речь заходила о шоколаде, поэтому старалась его избегать.

— Просто немного переживаю из-за… учёбы, — соврала она.

Рассказать правду Ада не могла из-за договора с Ц. Е. П. И. Но и молчать было слишком сложно. Она чувствовала, что должна с кем-то поделиться переживаниями, которые появились со вступлением на должность агента. Если так подумать… договор не запрещал ей упоминать о факте работы. Нельзя было упоминать название Ц. Е. П.И. и существование незримого мира. Остальная информация не попадала в категорию «запрещённой».

— Обещай, что никому не расскажешь.

— Обещаю.

— Я устроилась на работу, но боюсь, что не справлюсь с ней. Сейчас я прохожу сложное обучение и абсолютно не представляю, как будут проходить мои настоящие задания.

— Ты сумасшедшая? Когда ты будешь всё успевать?

— У моей работы гибкий график. Могу выходить на смену по ночам.

— И кем же ты теперь работаешь?

— Я не могу сказать. Моя компания очень конфиденциальна.

Глаза Мэри округлились. Она схватилась за голову и воскликнула:

— Ты проститутка?!

— Чего орёшь? Нет, конечно. Откуда у тебя вообще такие ассоциации?

— А кем ещё можно устроиться с условиями гибкого графика и ночных смен?

— Моя компания связана с современными технологиями, поэтому я не могу рассказать, кем именно работаю.

— То есть… ты уверена, что это законно?

— Конечно.

— Я тебе не верю. Слушай, знаю, что ты всегда хотела больших денег, но не любыми же способами их зарабатывать.

— Я не продаю себя, ясно? Подруга, называется.

— Прости, Ада, но ты хоть слышишь, как звучишь со стороны? Что я могу подумать? Тем более учитывая тот факт, что твой отец сейчас в тюрьме за торговлю запрещёнными веществами.

— Может, ты права. Но клянусь, что не ввязалась ни во что плохое. Это просто работа с удобным мне графиком. Ничего более.

Зайдя в аудиторию, Ада сразу заприметила на своём столе белый лист бумаги, вырванный из тетради. Он был сложен вчетверо и оставлен возле пенала. Ада развернула листок и прочитала послание:

«Я не поэт и не прозаик, потому надеюсь на твою милость. У меня нет опыта в написании подобных писем. Я лишь хотел сказать, как сильно запали в мою душу твои чудесные карие глаза и запах сладких духов. Спасибо».

— Спасибо? Кто вообще заканчивает любовное письмо словом «спасибо»?

Ада протянула письмо подруге, чтобы та смогла прочитать. Быстро пробежавшись по строчкам, написанным кривоватым почерком, Мэри расхохоталась.

— Почему-то я испытала жуткий стыд за это чудо.

— Не смейся. Человек ведь старался. Как думаешь, это мог написать Эрик?

— Ты меня, конечно, извини, но я очень сомневаюсь, что Эрик написал бы что-то подобное.

— Блин… А кто тогда?

Мэри обвела аудиторию внимательным взглядом.

— Кто-то из присутствующих здесь.

— Тот, кто посещает курс истории?

— Или профессор.

Подруга показала пальцем на кашляющего пожилого мужчину, который разглядывал лес за окном.

— Очень смешно. Из всех, кто выбрал историю, такое мог написать только Мэтт, но у нас напряжённые отношения после того, как он выдал мой проект за свой на курсе по искусству.

— Решил извиниться за свой проступок.

— Через два года? Нет, точно не он. Вот как всегда! То пусто, то густо.

— Так-так, у тебя есть на примете кто-то ещё?

Профессор оповестил о конце перемены, и студенты послушно замолчали. Мэри пододвинула подруге последний лист своей тетради и вывела карандашом слово «пиши». Ада ответила: «это парень с моей работы». На лице Мэри появилось удивление.

«И какой он?».

«Ещё не определилась, но у меня внутри всё переворачивается, когда его вижу».

«А как же Эрик?».

Ада задумалась. Эрик и Рэй были очень разными. Первый всегда поддерживал её, смешно шутил и был невероятно обаятельным. Второй же манил загадочностью и лёгкостью, с какой он использовал свою силу. Внезапно пришло озарение: а что если Эрик и есть Рэй? Агенты скрывают свою личность, поэтому за мрачным костюмом может находиться любой житель столицы. К тому же это объяснило бы, почему Рэй поцеловал её в первую их встречу, но при этом не проявил романтического настроя по отношению к Юми.

«С Эриком всё серьёзнее. Нужно предложить пойти вместе на баскетбол. Заодно узнаю, он ли написал записку».

Мэри нарисовала в ответ улыбающуюся рожицу и вернулась к записыванию лекции. Ада собиралась последовать её примеру, как вдруг значок Ц. Е. П.И., бережно прикреплённый под свитером к рубашке, завибрировал. Она на секунду растерялась, не зная, что делать. Прошептала подруге, что скоро вернётся, а сама выбежала из аудитории. Спрятавшись в кабинке туалета, Ада достала значок. Под аббревиатурой организации, где раньше был крохотный серый экран, появилась карта города. Красная точка означала цель.

— Не очень далеко. Могу добраться на метро.

Ада кивнула своим мыслям и, сжав значок в кулаке, перевоплотилась. Получилось у неё не с первого раза: никаких кодовых фраз или жестов для перевоплощения в агента не было. Шэйла говорила, что достаточно просто подумать, и всё произойдёт само собой. На деле же пришлось хорошенько сосредоточиться, прежде чем голова закружилась и Ада смогла «провалиться», дотронувшись до неосязаемого мира.

Ещё Шэйла говорила, что в форме агента Юми станет невидима для обычных людей, ведь всё, что принадлежит неосязаемому миру, включая агентов, цепи и монстров, человеческий мозг воспринять не в силах. Подойдя к зеркалу, Юми придирчиво осмотрела наряд. Верхнюю часть лица закрывала тканевая маска, такая же, как у Рэя. Раньше она смеялась над глупостью фильмов и комиксов, где герои не могут узнать друг друга из-за куска ткани на лице, но, похоже, Ц.Е.П.И. использовали какую-то особую технологию. Внешность и даже мимика изменились до неузнаваемости. Узнать в этом человеке девушку по имени Ада было практически невозможно.

Значок вновь завибрировал, заставляя Юми вздрогнуть. Это было её первое настоящее задание, а потому придётся вспомнить всё, что она узнала за это время, и применить знания на практике.

— Блин, я же могу упустить цель!

Осознавать, что никто вокруг не способен тебя увидеть, было странно. Юми без пропуска вышла из корпуса университета и побежала в сторону метро. Спустилась, перепрыгнула через турникет и дождалась своего поезда. В это время людей было мало, поэтому удалось даже посидеть. На нужное место Юми прибыла спустя двадцать минут.

— Ты опоздала.

Голос раздался откуда-то сверху. Юми подняла голову и увидела напарника, который сидел на балконе второго этажа.

— Прости. Метро сейчас не очень часто ездит, поэтому я…

— Ты серьёзно ехала на метро?

— Да… А как ещё мне добраться сюда?

Рэй медленно спустился на землю при помощи цепей.

— Как все нормальные агенты, Юми.

— Но ведь мне не дали даже потренироваться. Я не умею пользоваться своими силами так, как это делаешь ты.

— Сегодня тебе выпал шанс потренироваться. Я выбрал инцидент под стать твоим умениям. Мы называем его Сонником, — агент указал на длинную чёрную фигуру на другом конце улицы. — Днём он безобидный. Выбирает себе жертву, долго приценивается. Потом ходит за жертвой по пятам, пока та не ляжет спать, и нападает во сне. У тебя есть, — он сделал вид, будто смотрит на наручные часы, — ещё десять часов.

— Но я же ничего не знаю! У меня даже оружия нет.

— У всех агентов есть оружие. Оно находится по ту сторону.

— Я понятия не имею, как его одолеть.

— Используй воображение. Здесь как с плаванием: лучший способ научиться держаться на воде — пойти однажды ко дну.

— Я… ладно. Попытаться стоит. Но если что-то пойдёт не так, ты ведь мне поможешь?

— А зачем я здесь?

— Спасибо.

Юми сделала глубокий вдох. Ничего страшного, она часто встречалась лицом к лицу с монстрами в своих снах. Перебежав через дорогу, агент смогла ближе рассмотреть существо: оно напоминало сгорбленного человека, чьи руки волочились по асфальту. Лица у существа не было вовсе.

Юми выставила руку перед собой — из спины вышли металлические цепи. Это не доставляло дискомфорт, лишь небольшое жжение в районе лопаток. Цепи обвили тело существа, но не нанесли значимого урона.

— Так… что делать дальше?

— Убей его.

Рэй возвысился над дорогой, открыл пачку жвачки и бросил несколько пластинок в рот. Для него происходящее было забавным фильмом. Когда цепи ослабли, монстр без труда высвободился из плена и побрёл в сторону Юми. Она попыталась поразить его острым концом цепи, но существо уклонилось.

— Он боится тебя больше, чем ты его.

Юми так не считала. Она отступила на несколько шагов назад, но Сонник быстро настиг её.

— Он убьёт меня! — закричала Юми.

— Он убивает только спящих. Кстати, я нахожусь в опасности. Ещё пару минут, и я точно усну.

Монстр схватил шею Юми своими костлявыми пальцами. Мир погрузился во мрак, и она оказалась в подвале из своего сна. Пол был усыпан трупами. У железной двери рыдала Кира. Юми почувствовала, как болезненно сжимается сердце при виде младшей сестры. Она кинулась в её сторону, но дверь отворилась, и двое толстых монстров подхватили Киру на руки.

— Нет! Только не её!

Сколько бы усилий Юми ни прилагала, дверь только отдалялась. Монстры унесли Киру, закрыв за собой дверь на замок. Страх поразил конечности. Юми упала на колени, корчась от удушья и ужаса. Всё это было неправдой. Просто сон. Очередной кошмар.

— Ты беспомощна, — эхом от стен отскочил чей-то голос. — Тебе проще забыть или всю жизнь помнить?

Юми попыталась закричать, но все силы уходили в пустоту. Кошмар. Дурной сон. Такое уже случалось прежде. Кошмар. Паника.

С потолка начала течь кровь. Ужас. Оцепенение. Выход закрыт.

— Сражайся, Юми! — сквозь сон прозвучал голос Рэя. — Ты же агент, чёрт возьми!

Он был прав. Теперь у неё есть шанс дать отпор, и им следовало воспользоваться. Юми сжала до скрипа зубы. В руках её появилась огромная коса с массивным лезвием. Юми замахнулась и нанесла удар в пустоту. Видение растворилось, а на лицо посыпался град из чёрной крови. Сонник был повержен.

Тяжёлая коса сама выпала из рук. Юми посмотрела на испуганного напарника, который готов был уже вмешаться в драку, и нервно рассмеялась. С каждой секундой её смех становился всё безумнее.

— Я провалилась…

— Всё правильно. Ты же убила его.

— Да, но…

Смех сменился слезами. Растерянный Рэй приблизился к напарнице и тихо сказал:

— Ты молодец, Юми. Ни у кого не получается с первого раза. Но ты это сделала… Ты уничтожила монстра.

Юми несколько раз кивнула и, не выдержав, обняла агента так сильно, что тот даже потерял возможность дышать.

— Я ужасный агент. Я не выдержу следующей встречи с другими монстрами.

Рэй похлопал напарницу по спине и мягко попросил отстраниться. Когда она разорвала объятия, он вдохнул полной грудью и улыбнулся.

— Не люблю физический контакт. Извини, если обидел. Знаю, что первый раз у агентов всегда проходит трудно, но ты показала отличные результаты. Сам факт, что ты жива — это достижение.

— Когда монстр дотронулся до меня, я увидела место из своих кошмаров.

— Это тоже допускается в пределах нормы.

— Ты говоришь честно или пытаешься меня ободрить?

— Разве я похож на человека, который врёт?

Юми потёрла заднюю сторону шеи.

— Да, прости. Что-то я совсем потеряла самообладание.

Рэй поднял косу и направил лезвие в сторону Юми, сохраняя дружескую улыбку. Она давно уже поняла, что её напарник, мягко говоря, странный. Сначала он целует незнакомую девушку, а потом говорит, что не выносит физический контакт. Издевается над её беспомощностью, а потом стремится успокоить.

— Огромная штука. Выглядит очень контрастно на фоне миниатюрной любительницы компьютерных игр.

— Я не люблю компьютерные игры! Разве что самую малость…

— Как скажешь. Теперь ты полноценный агент, Юми. Возьми же своё оружие и поклянись использовать его только в благих целях.

Юми была уверена, что слышала эту фразу в какой-то компьютерной игре.

— Клянусь, — тихо сказала она. — Такова моя миссия, верно?

Глава 4. Баскетбол

Казалось, что бешено стучащее сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Чтобы хоть как-то унять волнение, Ада смочила щёки холодной водой и вернулась в аудиторию. Причина её переживаний сидела у окна, придирчиво вчитываясь в сценарий.

— Ада, я думал, что ты ушла вместе с остальными, — Эрик отвлёкся от чтения.

Она ушла бы, если не назойливое желание остаться наедине.

— Хотела проверить, что всё готово к понедельнику.

Ада неуверенно приблизилась к столу, спрятав руки за спиной.

— Можешь не переживать. Всё под контролем.

У него была мягкая, очаровательная улыбка, из-за которой невольно хотелось улыбнуться в ответ.

— Я слышала, что ты идёшь на баскетбольный матч на выходных. Недавно я увлеклась баскетболом, поэтому подумала, что мы могли бы сходить вместе…

На секунду на лице Эрика промелькнуло замешательство.

— Не думал, что тебе нравится баскетбол.

— Пару месяцев назад увидела матч по телевизору и так вдохновилась… В общем, мне стало интересно увидеть всё вживую. Не переживай, я не буду тебя заваливать глупыми вопросами.

— У меня и мысли такой не было. Почему бы и нет? Сходим втроём.

Ада опешила.

— Втроём?

— Да, со мной ещё идёт младший брат. Тебя это не смутит?

— Нет-нет-нет, всё чудесно!

Она чувствовала себя главной неудачницей на планете. Взгляд медленно скользнул к сценарию, исписанному ровным, круглым почерком. Явно не тот, каким была написана любовная записка. Это заставило Аду почувствовать себя ещё хуже.

— Тогда заеду за тобой в пять часов в субботу.

— Да, спасибо. Что же, раз с реквизитом всё в порядке, то я пойду домой.

— Давно уже пора быть дома, — сказал Эрик и вычеркнул строчку текста. — Отдых никто не отменял.

«Какой же он заботливый», — подумала она и, выйдя из аудитории, направилась к выходу. Интересно, каков шанс, что Эрик — это и есть Рэй? Учитывая количество населения столицы, значение будет исчисляться 0,01 процентом. Или что-то в этом духе. За маской Рэя может скрываться кто угодно. И самое отвратительное, что даже размышления о настоящей личности агента могли привести к непоправимым последствиям. Если Ада найдёт верный ответ, это грозит Рэю увольнением. Может, даже увольнением их обоих. Пока-пока память и шанс стать сказочно богатой.

С другой стороны, разве возможно не думать о реальной личности своего напарника? Хочешь не хочешь, а мысли возникнут. Теперь Ада замечала необычное поведение каждого своего знакомого или простого прохожего, анализируя, может ли он подойти на роль Рэя. Благодаря своим размышлениям, она выяснила, что на роль агента лучше всего подходит человек мужского пола в возрасте от 18 до 40 лет, скорее всего, не слишком занятого работой или учёбой, чтобы иметь возможность большую часть дня проводить в офисе Ц. Е. П. И. Девушки или жены у него быть не должно, либо он просто козёл, ведь при поцелуе с жертвой инцидента третьего варианта не существует. Ада всё же склонялась к первому.

В холле она встретила студенток, активно обсуждающих какого-то парня, которого поймали за списыванием на экзамене. Ада слушала их разговор вполуха. Они поражались наглости списывающего и вскользь упомянули университетскую библиотеку. Аду словно молния поразила. Точно! Она совсем забыла, что не сдала учебник на прошлой неделе. Схватив сумку, Янг со всех ног побежала в соседний корпус, игнорируя косые взгляды студенток. Библиотека скоро должна была закрыться, поэтому стоило поспешить.

Посетителей в библиотеке почти не было. Ада подошла к высокому столу библиотекаря и хотела уже нажать на колокольчик, чтобы оповестить о своём приходе, как вдруг заметила странное копошение под столом. Ада обогнула стол и встретилась глазами с уборщиком. Он сделал вид, будто что-то искал на полу, а затем встал и отряхнул рабочие штаны.

— Вы же не работаете в этом корпусе.

Лицо уборщика приобрело ещё более жуткое выражение лица, чем обычно.

— Подменяю, — холодно буркнул он и направился в сторону выхода.

Ада проводила его взглядом, а потом заглянула под стол. Там стояла женская сумочка с расстёгнутым замком.

— Простите, Вы что-то хотели?

Библиотекарь, услышав голоса, вышла из-за стеллажа. Она держала в руках несколько одинаковых книг в оранжевой обложке.

— Да, я хотела сдать книги. Немного ошиблась с датой.

***

На свидание с Эриком Ада надела короткое розовое платье с чулками, а на шее завязала шёлковый голубой шарф. Она несколько раз поправила макияж и причёску, чтобы выглядеть идеально. Подстать Эрику, конечно.

Спустившись на первый этаж, Ада выслушала целый ворох неуместных комментариев от сводного брата. И про то, как вызывающе она выглядит, и про то, что в неё влюбится только слепой.

— А как же твой мужик со светящимися волосами? Уже позабыла? — спросил напоследок Мелтон, переполняя чашу терпения.

— Закрой рот, Мелтон! — вспылила Ада. — Я, в отличие от тебя, хотя бы чем-то занимаюсь, а не сижу целыми днями дома!

— Я много чем занимаюсь, просто не выпендриваюсь, — он засунул в рот фруктовую жвачку, издевательски громко и медленно жуя.

— Надеюсь, ты потеряешься к моему возвращению.

Она вышла из дома, громко хлопнув дверью. Какой-то там Мелтон не мог испортить хорошее настроение, особенно когда возле твоего дома стоит машина красивого парня.

— Привет!

Ада с ослепительной улыбкой забралась на переднее сиденье. В нос ударил запах ароматизатора, а из зеркала заднего вида на неё исподлобья смотрел мальчик лет четырнадцати. Ада скрыла дискомфорт за глупым смешком.

— Давайте я вас познакомлю, — сказал Эрик, выезжая на дорогу. — Это Лукас, мой младший брат. Лукас, это Ада. Моя университетская подруга.

«Подруга… как по-издевательски звучит», — подумала она и приветливо помахала Лукасу ладошкой, но тот недовольно отвернулся.

— Не обращай внимание.

Ада кивнула. Она украдкой взглянула на Эрика, который сосредоточенно следил за дорогой. Почему он не пошёл в модели? Его профиль казался идеальным: прямой нос, хорошо заметные скулы, слегка взъерошенные волосы чуть ниже ушей.

— Так ты часто ходишь на баскетбол? — спросила она, пытаясь поддержать разговор.

— Нет, времени не хватает, — ответил Эрик, не отрывая глаз от дороги. — Когда окончу университет, смогу выкраивать пару часов на хобби, но не сейчас.

— А чем ты занимаешься кроме учёбы и клуба?

— Много чем. Помогаю семье по вечерам. У нас семейный бизнес. Мама недавно открыла свою кондитерскую. Любишь сладости?

— Да, обожаю.

— Тогда обязательно как-нибудь тебя угощу.

Ада поправила выбившуюся из причёски прядь. Наверное, её симпатию к этому парню было видно на другой стороне земного шара — слишком ярко светилась глупая улыбка.

Когда они наконец добрались до спортивного комплекса, Эрик поспешил выйти из машины, чтобы открыть Аде дверь. Она неловко придерживала короткое платье руками. Что-то Ада переборщила с очаровательностью. Вокруг царила оживлённая атмосфера: мест на стоянке почти не осталось. Повсюду были болельщики в футболках с символикой команд.

— Пойдём, займём места, — предложил Эрик, взяв Аду за руку.

От его прикосновения у неё заколотилось сердце, но Янг быстро напомнила себе, что обольщаться слишком рано. Друзья ведь берут друг друга за руки, верно?

Отыскать свои места оказалось непросто: Ада и предположить не могла, что на баскетбольные матчи приходит настолько много народу. Если бы не Эрик, она наверняка бы затерялась в толпе. Тем не менее самое страшное оказалось позади: места заняты, а игра началась.

Первое время Ада честно старалась вникнуть в суть баскетбола и убедить себя, что процесс её безумно увлекает. Но уже через двадцать минут происходящее начало надоедать. Даже комментарии Эрика не спасали ситуацию. Ада никак не могла понять, что интересного в бросках мячика в кольцо.

— Да это же фол! — воскликнул Лукас.

Эрик согласно закивал.

— Команде Малена нужно включаться в защиту.

От скуки Ада подпёрла щёку рукой и прикрыла глаза. А она ведь по своей глупости надеялась попасть на камеру поцелуев. Это было бы так романтично — поцеловаться на стадионе под аплодисменты толпы. Но даже если бы камера указала на них, Ада могла бы поспорить, что Эрик откажется целоваться в присутствии брата. Она бы точно отказалась целоваться при Мелтоне. Это же позор до конца жизни!

— Ты вообще понимаешь, что происходит? — вдруг спросил Лукас, перегнувшись через брата. Ада даже не сразу поняла, что он обращается к ней.

— Конечно.

— Ну и кто сейчас выигрывает?

Она напряжённо посмотрела на табло.

— Ну…

— Лукас, хватит. Не приставай к ней.

Эрик умел чувствовать перемену в настроении, и Ада была этому как никогда благодарна. Он ведь наверняка понимает, почему она на самом деле напросилась на баскетбольный матч, только не показывает вида. Во время тайм-аута Эрик предупредил, что ему нужно отлучиться. Оставаться наедине с его младшим братом до жути не хотелось, поэтому лёгкая вибрация значка Ц. Е. П.И. стала настоящим спасением. Ада извинилась перед Лукасом и со всех ног побежала к выходу, чтобы незаметно перевоплотиться. Она была уверена, что успеет закончить работу агента до того, как закончится перерыв.

На этот раз она последовала совету Рэя и использовала способности, чтобы добраться до цели. При помощи цепей она поднялась на высоту пятиэтажного здания, быстро преодолевая крышу за крышей. Страх никуда не исчез, но когда речь шла о свидании с Эриком, стоило засунуть страхи куда подальше и начать действовать как настоящий агент. Превращение в Юми сильно в этом помогало: тело будто становилось легче, обострялись рефлексы и повышалась ловкость.

Юми заметила цель издалека. То было огромное существо, достигающее в высоту третьего этажа соседнего дома. Тело его словно состояло из камня. Самое удивительное, что по дороге, на которой стоял монстр, как ни в чём не бывало ездили автомобили, а по пешеходной части прогуливались родители с детьми. Они не были способны ни увидеть, ни дотронуться до существа.

Рэй тоже был здесь. Он ожесточённо сражался с монстром и, судя по всему, проигрывал. Одним только ударом гигантского кулака существо отправило агента в нокаут. Рэй отлетел в окно кофейни и упал замертво на асфальт. Миловидная девушка, сидевшая в нескольких шагах от упавшего тела, даже не оторвалась от поедания шоколадного круассана.

— Рэй!

Юми спустилась к напарнику, помогая тому встать.

— Я была уверена, что ты не переживёшь такой удар.

— Мы же агенты. Оставь меня, лучше уведи жертву инцидента в безопасное место, — он указал на плачущую под деревом женщину, к которой приближалось существо.

Юми кивнула и бросилась к жертве, которая оказалась также невидима для остальных.

— Идём!

Она хотела взять безутешную женщину за руку, как вдруг её настигло осознание: жертвой была университетский библиотекарь.

— Берегись! — крикнул Рэй.

Повернув голову, Юми увидела каменную лапу существа, удерживаемую цепями. Ещё бы несколько секунд, и его кулак впечатал бы их в землю. Юми подняла женщину на руки — на удивление сделать это оказалось просто — и побежала прочь.

— Не бойтесь, мы вас спасём.

Она была абсолютно не уверена в своих словах, особенно слыша за спиной топот огромных ног. Существо быстро их настигло и, ударив по земле, подняло такое землетрясение, что Юми упала прямо под колёса автомобиля. Успев среагировать, она откатилась в сторону. Библиотекарь ползла по тротуару, вся в синяках и крови, и умоляла равнодушных прохожих помочь. Существо взяло тело женщины в ладонь и сжало, лишая доступа к кислороду.

Рэй прыгнул на монстра, в полёте доставая клинок, и попытался отрезать толстую руку. Каменная кожа оказалась достаточно прочной, чтобы выдержать удар. Тогда Рэй выпустил цепи прямо в открытый рот существа. Оно зарычало и закашлялось, выпуская женщину из хватки.

— Если жертва умрёт, я сам тебя убью, Юми!

Юми схватила несчастного библиотекаря за руки и потащила в переулок. Сердцебиения не было. Юми упала на колени и принялась проводить сердечно-лёгочную реанимацию, как то учили ещё в школе. В голове гудел белый шум. После тридцати надавливаний она приблизила свой рот ко рту жертвы и выдохнула. Так ещё несколько раз, пока пальцы женщины не зашевелились.

По щекам Юми полились слёзы. Она огладила лицо женщины, шепча слова утешения. Голова кружилась так сильно, что казалось, будто Юми сама сейчас потеряет сознание.

— Юми!

Всё произошло слишком быстро. Она почувствовала холод металлической цепи, сдавливающий талию. Рывок, и земля ушла из-под ног. Юми ударилась о бордюр, и в это же мгновение нога монстра опустилась на землю. Из-под его стопы растеклась лужа крови. Юми всё видела. Её глаза были направлены прямо на то место, где лежала женщина, а теперь стояла нога монстра.

Рэй подхватил напарницу на руки, перекинул через плечо и забрался при помощи цепей на крышу кофейни.

— Ты цела?

— Он… раздавил её…

Агент покачал головой, пытаясь отдышаться. Выглядел он, мягко говоря, скверно.

— Бой ещё не кончен. Мы должны…

— Он уходит, — равнодушно сказала Юми. — Просто уходит.

Рэй залез на ярко-зелёную вывеску и хорошенько выругался. В руке его появился клинок, но броситься вновь на монстра агент не решился. Юми взглянула на свой значок: красная точка, обозначающая цель, медленно розовела, пока вовсе не исчезла. Монстр просто растворился в воздухе.

— Нужно рассказать обо всём Винсенту. Пойдём в офис.

— А как же… её тело?

— Оно навсегда останется по ту сторону. Достать его можно было, только если бы мы устранили существо.

Из-под маски текла кровь. Рэй вытер её небрежным движением руки.

В офисе их усадили на стулья возле кабинета Винсента, сказав подождать. Сколько прошло времени, Юми не знала. Минуты то тянулись бесконечно долго, то ускорялись. Единственным ориентиром были настенные часы. Юми вглядывалась в серый циферблат, разделённый на двенадцать частей. Секундная стрелка шумно бежала по циферблату.

Порой до неё доносился шум поднимающихся или опускающихся лифтов. Приглушённые шаги и голоса на этаже ниже. Ровное дыхание напарника. Жужжание мухи над горшком с зелёным растением. Любой шорох заполнял пустоту в голове.

Винсент вышел из лифта и торопливо открыл кабинет при помощи ключа-карты. Он пригласил агентов внутрь. Теперь мучительное ожидание продолжилось — поменялось только место. Винсент налил себе в стакан воды и залпом его опустошил. Вытер рот рукавом рубашки. Опустил жалюзи и включил свет. Юми зажмурилась.

— Что вы мне скажете?

Винсент опустился в кожаный стул на колёсиках.

— Жертва инцидента мертва. Цель не уничтожена, — сказал Рэй равнодушным голосом.

— Ты хоть представляешь, что это значит для нас? Мы под прицелом после Веро́ники. Нам нельзя ошибаться.

— А что я мог сделать?

Мужчина ударил от злости по столу, но тут же натянул фальшивую улыбку. Только сейчас Юми поняла, насколько дискомфортно находиться в одном помещении с этим вечно улыбающимся человеком.

— Вы оплошали. Серьёзно оплошали. Кто будет нести наказание за смерть невиновного человека?

— Я буду, — ответил Рэй, выпрямляясь. — Для Юми это было второе задание. Она ничего не могла сделать.

— Второе задание или нет, начальство в её дело смотреть не станет.

— Вы даже не дали ей достаточно потренироваться!

— Я не нянька, а ваш начальник. Спешу напомнить: тренировочные комнаты открыты в любое время суток. Если обучения оказалось недостаточно, то добро пожаловать. Нет, конечно, я рад, что за столь короткий срок вы успели найти общий язык, но вышестоящим лицам Ц. Е. П.И. наплевать на оправдания. Есть только результат. Их будет волновать только то, что двое агентов не справились с заданием.

— Ты знаешь, Винсент, что в последнее время существа стали гораздо опаснее и смышлёнее. И это не совпадение. У меня есть доказательства.

— Пока не время.

— Но это важно!

— Мы сейчас говорим как начальник и подчинённый, Рэй. Всё, что ты хочешь сказать мне, относится к личному разговору.

— Как подчинённый я имею право делать только то, что прописано в договоре. А если ты хочешь иметь в команде действительно полезного агента, то простым договором тут не отделаешься. Поэтому не смей делать мне выговоры за то, на что я повлиять не в силах. И Юми тоже. Я старше и опытнее, поэтому несу за неё ответственность.

Винсент покачал головой, складывая руки на столе.

— Ладно, перед начальством буду отдуваться сам. Но чтобы больше не случалось никаких неудач. Делайте что угодно, но не допускайте смертей. Рэй свободен, а вот Юми попрошу остаться.

Она замерла. Рэй явно не хотел подчиняться приказу, но выразительный взгляд начальника заставил его недовольно цыкнуть и выйти из кабинета.

— Юми… Почему именно такое прозвище?

— А это важно?

— Я для вежливости интересуюсь. Пытаюсь разрядить обстановку, понимаешь?

Юми пожала плечами.

— Хорошо, тогда перейду к сути, — продолжил Винсент, барабаня по столу. — Тебе нужна эта работа?

— Нужна.

— Тогда тебе достаточно всего лишь следовать правилам, чтобы её не потерять. Первое, не жди помощи извне. Второе, не иди на поводу эмоций. Третье… не пытайся обмануть Ц. Е. П. И. Даже если ты думаешь, что о нарушении договора никто не узнает, это далеко не так.

— У меня и мыслей таких не было.

— Да?

— Да.

— Значит, ты уяснила: то, что происходит в стенах этой организации, остаётся в стенах этой организации. Ни единого слова. Ни подругам, ни семье, ни случайному прохожему. Ты теперь часть механизма. Если будешь неудовлетворительно себя вести… всякое может произойти. Понимаешь?

— Понимаю.

— Тогда можешь идти.

Вновь коридор с тикающими часами. Юми казалось, что она заблудилась в бесконечном туманном лабиринте. Писк лифта, и в коридоре появился тот самый парень, которого агент видела в свой первый день в офисе.

— Добрый вечер, агент Юми! — радостно поздоровался он, махая рукой. — Меня зовут Карл, я стажёр. Шэйла попросила меня проводить в Вашу комнату.

— Я пойду домой, — отрезала она. — Мне нужно срочно вернуться.

— К сожалению, Вы не можете уйти, пока проваленное задание не будет рассмотрено нашим…

— Бла-бла-бла, — сказал стоящий у стены Рэй, пародируя парня. — Можешь заняться чем-нибудь полезным, я сам отведу Юми в её комнату.

— Но Вы ведь не знаете, где она находится.

— Я похож на идиота?

— Ни в коем случае! — боязливо ответил Карл. — Тогда я пойду.

— Иди-иди.

Когда за стажёром закрылись двери лифта, Рэй раздражённо цокнул и сказал:

— Цепные псы.

— Что?

— Все в этой проклятой организации. Все они всего лишь цепные псы. Кем вообще нужно быть, чтобы добровольно устроиться сюда?

Он нажал на кнопку со стрелкой, указывающей направление вверх. Кнопка загорелась зелёным цветом.

— Ты говоришь обо мне?

— В том числе.

— Значит, тебя притащили сюда силой? Может быть, заставили подписать договор под дулом пистолета? — голос Юми начал срываться, и она обиженно замолчала.

— Нет. Мне было десять.

— Что?

— Мне было десять, когда я начал работать агентом.

Он зашёл в лифт, облокачиваясь о металлическую панель, и нажал кнопку верхнего этажа. На щеках его остались следы от высохшей крови.

— Разве такое возможно? Десятилетний ребёнок не может сражаться с монстрами.

Рэй пожал плечами.

— Я же сражался.

— И… сколько тебе сейчас лет?

— Больше десяти.

— Ах, прости. Конфиденциальная информация, — догадалась она. — Просто Шэйла говорила, что ты работаешь несколько лет.

— Пятьдесят лет — это тоже несколько.

Юми пристально смотрела на него. Спутавшиеся волосы спадали на лицо, синие глаза заметно потемнели, а губы были покрыты сетью мелких трещин.

— Теперь ты понимаешь, — сказал он своими искусанными губами. — Почему нельзя было подписывать договор.

Красная цифра на электронной панели достигла значения «50». Рэй пропустил Юми первой, а сам вышел за ней.

— У меня есть собственная комната?

— Да, у всех агентов она есть.

Агент дёрнул ручку одной из двери, но та не поддалась.

— Какой код? — спросил он.

— Я не знаю. Мне никто не говорил код.

— Ясно, стоило догадаться. Пойдём, посидишь у меня.

Он открыл соседнюю дверь при помощи четырёхзначного кода и пригласил напарницу внутрь. Комната была огромной. Огоньки погрузившегося в сумерки города проникали внутрь сквозь панорамное окно во всю стену. Слева стояла большая круглая кровать, застеленная наспех белоснежным бельём. Вся мебель выглядела дорого, сверкая холодным блеском металла и гладкой поверхностью полированного дерева.

— Ты здесь живёшь? — спросила Юми.

— Порой.

Рэй включил телевизор. Юми никогда не видела такие модели вживую. Он был огромным и тонким, как лист бумаги. Остановившись на канале со старыми песнями, агент прибавил громкость. Комната сразу заиграла другими красками.

— Хочешь пиццу? — простодушно спросил Рэй.

Юми пожала плечами. Тогда он стянул с себя плащ, открыл мини-холодильник, достал несколько кусков пеперони, завёрнутые в пластиковые пакеты, и поставил их в микроволновку на одну минуту. Из телевизора заиграла песня Элтона Джона «I’m still standing».

— Почему ты спас меня? — спросила Юми, опускаясь на край кровати. — Ты мог спасти жертву.

— У меня не было времени думать. Я спас того, кто был ближе. Вот и всё.

Она сжалась и зажмурилась. Ей казалось, что так вернётся мнимое чувство безопасности. Но каждый раз, стоило только опустить ресницы, жуткая картинка окутывала сознание.

— Ты не виновата, Юми. Нельзя спасти всех. Я знаю, о чём говорю. Ты моя не первая напарница.

— Сколько их было до меня?

— Шесть.

— Все умерли?

— Почти все.

Открыв глаза, Юми увидела перед собой Рэя, держащего баночку с перекисью и рулон ваты.

— Я не ранена.

— Точно?

— Да. Лучше позаботься о себе. Тебе здорово досталось.

Рэй сел рядом с напарницей, закатал рукава, обнажая синяки и шрамы от прошлых ран. Смоченной в перекиси ватой он промокнул длинную царапину, идущую от костяшек до локтя, и тихо вздохнул.

— Мне нравится, как она шипит, — признался Рэй.

— Хочешь, я тебе помогу?

— Не думаю.

— Да, точно. Физический контакт.

В глазах его появилось сомнение. Он протянул окровавленную вату со словами:

— Если тебе это поднимет настроение.

Юми продолжила промакивать царапину. Рэй внимательно следил за каждым движением чужих пальцев. Было видно, что для него подобное поведение непривычно.

— Но ты же не можешь работать в Ц. Е. П.И. вечно? — спросила она, отрывая новый кусочек ваты.

— Чтобы уйти нужно согласие руководства.

— Его сложно получить?

— Не знаю. Сложно, но, наверное, возможно.

— Тогда почему ты продолжаешь здесь работать?

— Чтобы уйти, мне придётся забыть. Забыть всю свою жизнь после десяти лет. Как думаешь, почему я не уйду?

— Я бы не смогла так жить. Мне хочется уйти уже сейчас. Не представляю, как ты, будучи десятилетним ребёнком, убивал монстров.

— Я воспринимал всё как игру.

— Мне очень жаль, Рэй.

— Почему? Ты едва меня знаешь.

Слёзы сами потекли из глаз. Юми отодвинулась, закрывая лицо ладонями. Казалось, не существует ничего в этом мире, что могло бы облегчить её боль.

— Ладно тебе, — сказал Рэй. — Не так всё ужасно, как ты себе представляешь. Меня вкусно кормили.

— Я из-за себя плачу, — всхлипнула она.

— Когда закончишь, можешь взять пиццу.

Рэй достал из микроволновки ароматно пахнущие треугольники и откусил сразу половину куска. Нет, он не просто странный. Он абсолютно больной. «Зато очень добрый», — пронеслось в мыслях.

— Слезами ничему не поможешь, — сказал Рэй, закончив жевать. — Главное, чтобы Винсент правильно объяснил руководителям ситуацию.

— Что ты имел в виду, когда говорил, что существа стали опаснее? — спросила она, размазывая слёзы по лицу. — Вы говорили что-то про личный разговор.

— Ничего.

— Не хочешь мне говорить?

— Дело не в этом.

— Ты мне не доверяешь?

Агент закатил глаза.

— Ты пытаешься мной манипулировать.

— Нет, я хочу знать правду. Это может стоить мне жизни. Пожалуйста, Рэй.

Он подошёл к кровати, чтобы достать из кармана плаща круглый амулет, сплетённый из чёрных нитей, а затем протянул его Юми.

— Что это?

— Я не знаю. Винсент не знает тоже. За последние два месяца я нашёл два таких амулета у двух разных жертв. Лабораторные тесты показали, что они созданы по ту сторону. Винсент не хочет докладывать руководителям об активном распространении амулетов, пока не убедится, что материала для начала расследования достаточно.

— Не понимаю. Откуда жертвы могли взять эти амулеты?

— Связь с той стороной могут установить не только агенты Ц. Е. П. И. Есть люди, которые недовольны деятельностью организации, а потому действуют автономно. Мне кажется, что кто-то пытается координировать нападение существ. Этим амулетом этот кто-то обозначает следующую жертву.

Глаза Юми округлились. Она вспомнила, как накануне уборщик ошивался возле сумки библиотекаря. Всё совпадало: нападение произошло через два дня после её похода в библиотеку. Юми открыла рот, жадно хватая воздух, как рыба, застрявшая на береге. А ведь она знала, что уборщика боятся не просто так. Вот только всё оказалось куда серьёзнее. Как рассказать об увиденном, чтобы не открыть свою личность?

— Я… мне кажется, что ты прав, — пробормотала она.

— Если бы только у нас было больше доказательств… Два амулета можно списать на случайность. Если же их будет больше, Ц.Е.П.И. не сможет это проигнорировать.

Юми кивнула. Нужны доказательства? Что же, она их добудет.

Глава 5. Уборщик

Ада стояла у стены, нервно переминаясь с ноги на ногу. В руках она держала небольшую коробочку, аккуратно перевязанную розовой лентой. Внутри лежало печенье, которое она испекла ночью, пытаясь заглушить чувство вины перед Эриком. Ей было катастрофически стыдно за испорченное свидание.

Занятие закончилось, и из аудитории один за другим начали выходить студенты. Эрик шёл вместе со своими друзьями, так что Аде пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы окликнуть его. Уильям скосил взгляд и едва заметно покачал головой. Ада поняла, что Эрик обо всём им рассказал.

— Привет.

— Привет. Как поживаешь? — равнодушно спросил он.

— Всё хорошо. То есть… не совсем. Я должна извиниться перед тобой.

Эрик поднял бровь, но ничего не сказал.

— Я… я знаю, что это было глупо. Сбежать так, не объяснив ничего. Это не из-за тебя, правда. Просто я… — она замолчала, сжав коробку в руках. — Я испекла тебе печенье. В знак извинения. Вряд ли дотянет до уровня кондитерской, но я старалась.

Она протянула ему коробочку, и он принял подарок. Взгляд его по-прежнему оставался холодным.

— Прости, Эрик. Мне нездоровилось, поэтому я сбежала.

— Ты могла бы предупредить моего брата.

— Мне было стыдно. Женские проблемы, понимаешь? Даже сейчас говорить неловко.

— Ты не отвечала на звонки.

— Мне было очень стыдно.

— То есть ты ушла не из-за того, что тебе надоело смотреть матч?

— Нет, что ты! Я бы ни в жизни так не поступила. Если ты не хочешь больше со мной общаться, то я это приму.

Эрик развязал ленту и открыл коробку. В нос ударил запах ванили и шоколада.

— Очень вкусно пахнет. Уверен, на вкус ещё лучше, — сказал он, легонько улыбнувшись. С души словно упал камень. — Попробую после обеда. Я слежу за рационом.

— Конечно-конечно, когда тебе будет удобно. Так… ты не злишься?

— Сначала злился, потому что не знал причины. Если ты ушла из-за здоровья, то это меняет дело. Поэтому нет, больше не злюсь.

— Спасибо за понимание.

Повисла неловкая пауза. Эрик опустил глаза на печенье, а потом взял Аду за руку. От неожиданности она вспыхнула, как маков цвет.

— Ты мне нравишься, Ада.

— Т-ты мне тоже.

— Отлично. Это всё, что я хотел услышать. В таком случае нужно будет сходить куда-нибудь вместе. В кино, например.

— Точно. Я с радостью.

— Ладно, мне пора. Увидимся.

Он ушёл, оставив Аду в полной растерянности. Она и подумать не могла, что всё так просто. Ада взглянула на свои дрожащие руки. Неловкость, волнение, смятение — те чувства, которые поселились в её душе. Но когда же наступит счастье? Эйфория от осознания, что то, о чём она долго мечтала, наконец-то исполнилось. Почему слова «ты мне нравишься» застряли комом в горле, мешая сделать вдох полной грудью?

Ада знала ответ. После инцидента она не чувствовала себя прежней. Не могла отвлечься от мысли, что причастна к смерти человека. У неё был шанс спасти жертву, но из-за неуверенности и неопытности всё закончилось трагично. Имеет ли Ада право радоваться жизни, когда перед глазами, подобно слайд-шоу, прокручиваются сцены того вечера?

Из оцепенения её вывел голос подруги:

— Ты чего тут стоишь одна? Эрик принял твои извинения? Или… — Мэри прикрыла рот рукой. — Мне так жаль, Ада…

— Всё хорошо. Он признался мне в любви. Мы типа… нравимся друг другу.

Лицо Мэри тут же изменилось.

— Серьёзно? Где тогда восторженные крики? Ты стоишь с таким лицом, как будто мертвеца увидела.

Мертвец? Нет, это даже хуже. Тело женщины превратилось в бесформенное пятно, мерзкую лужу, стекающую по улицам неосязаемого мира. Её останки даже не смогут найти. Никогда.

— Прости, мне нужно в туалет.

Ада рванула к двери ближайшего женского туалета. Она остановилась у умывальника, сдерживая тошноту. Из зеркала на неё смотрела всё та же обаятельная девушка, обожающая розовый цвет и всё милое. Изменения были настолько неуловимы, что даже сама Ада не понимала, в чём дело. Она открыла кран и посмотрела на воду, льющуюся по белым стенкам раковины. Мирное журчание успокаивало.

— Что с тобой, Ада? — спросила Мэри, зайдя в туалет.

Ада смочила губы и закрыла кран.

— Мне нужно серьёзно с тобой поговорить. Обещай, что поможешь.

Мэри неуверенно кивнула. Тогда Ада проверила все кабинки на наличие лишних свидетелей и, убедившись, что они здесь одни, сказала:

— Университетский библиотекарь пропала. Ты смотрела новости?

— Да, смотрела. Ужасно. Надеюсь, её скоро найдут.

— Послушай… Просто поверь мне. В её пропаже замешан уборщик. Я уверена в этом.

— Не может быть.

— Звучит странно, но я видела, как за несколько дней до этого он копался в её сумке.

— И что? Он же явно бедный. Может, просто решил украсть пару купюр. Воровство и похищение человека — абсолютно разные преступления.

— Ты обязана мне довериться. Я хочу найти доказательства его вины. Ты должна отвлечь его, а я обыщу каморку.

— Думаешь, что он стал бы хранить похищенного человека в кладовой для швабр?

— Нет… нет, но так нужно.

— Я тебя не узнаю, Ада. Тебе только что в любви признался парень, которого ты обожаешь, а ты думаешь про уборщика?

— Это другое! Речь идёт о человеческих жизнях!

— Даже если бы я тебе поверила, то всё равно не стала бы приманкой для маньяка. Я же умру со страха, если заговорю с ним!

— Прошу, Мэри.

Ада с силой сжала руки подруги.

— Прошу, — повторила она. — Это очень важно.

— Ты меня пугаешь.

— Я знаю, что права.

— Ладно… — сдалась Мэри. — Если тебе так хочется поиграть в детектива, то пусть будет по-твоему. Но если что-то пойдёт не так, то меня в это не впутывай.

Ада заключила Мэри в крепкие объятья. Та чуть не потеряла равновесие.

— Что мне ему сказать?

— Скажи, что кто-то залил туалет водой.

— Он пойдёт проверять и…

Янг кивнула, не дав закончить. Она вытряхнула из ведра весь мусор прямо на пол, набрала в опустевшее ведро воду и вылила её возле раковин.

— Нам точно влетит за такое.

— Никто не узнает. Идём.

Приблизившись к кладовой, Ада заглянула внутрь сквозь замочную щель. Уборщик сидел на стуле и смотрел какой-то испанский сериал на языке оригинала. Он выглядел сосредоточенным.

— Давай, Мэри, — прошептала Янг, прячась за колонной неподалёку.

— Убью тебя, честное слово, — голос подруги дрожал. Она громко постучала в дверь, и когда та открылась, сказала: — Простите, там на третьем этаже в женском туалете кто-то устроил бардак. Пройти невозможно. Всё в воде.

Вопреки ожиданиям, уборщик воспринял новость спокойно. Он выкатил тележку с бытовой химией и различными приспособлениями для уборки и пошёл в сторону лестницы. У Ады было около десяти минут, и не воспользоваться ими было бы преступлением. Она шмыгнула в каморку.

Больше всего её заинтересовал рюкзак тёмно-синего цвета. Ада расстегнула передний карман и достала оттуда удостоверение на имя Хосе Васкеса. На фотографии был запечатлён уборщик. Судя по дате рождения, ему было всего двадцать семь. Это настораживало, ведь выглядел он гораздо старше.

В рюкзаке она также нашла зажигалку, блокнот с карандашом, бутылку воды, сломанный бейджик и ключи. Ничего противозаконного обнаружить не получилось. Тогда Ада проверила потайные карманы, которые часто делали в рюкзаках. Бинго! На её ладони лежал плетёный амулет. Такой же, какой ей показывал Рэй. Сомнений быть не могло — уборщик и есть тот загадочный человек, кто помечает жертв инцидентов амулетом. Но зачем ему это? Связан ли он как-то с неосязаемым миром или всего лишь ведомая пешка?

Наспех убрав чужие вещи обратно в рюкзак, Ада вышла из каморки и увидела уборщика, спускающегося по лестнице. Она застыла на месте, однако, похоже, он не обратил на студентку никакого внимания — просто прошёл мимо, словно Ады не существовало. На секунду она даже усомнилась, не превратилась ли она случайно в Юми. Но нет — на ней всё ещё был розовый свитер с длинными рукавами.

Хосе открыл дверь и скрылся в кладовой, оставляя за собой запах хлорки и мокрых тряпок.

***

Хоть Юми возмущали странные намёки Винсента, в чём-то она была вынуждена с ним согласиться. Она действительно оказалась не самым талантливым агентом. Короткий курс обучения явно был рассчитан кого-то посмышлёнее и посильнее. Поэтому Юми решила всерьёз заняться самообучением в тренировочной комнате — огромном помещении с мягким полом и стенами из звуконепроницаемого полимера, способного выдержать практически любой удар.

— Здесь всё довольно просто, — сказала Шэйла, указывая на панель с кнопками. — Ставишь режим симуляции задания, потом нажимаешь на кнопку с уровнем и выставляешь дополнительные характеристики. Например, «Особые погодные условия».

— Поняла. Спасибо большое, что научила. Неловко было бы постоянно тебя гонять с этажа на этаж, чтобы включить программу.

— Всё нормально. Это часть моей работы.

— Если бы Винсент также реагировал на просьбы… Мне он сказал, что занимает должность начальника, а не няньки.

Шэйла как-то нервно улыбнулась и закивала.

— Очень на него похоже. Не обращай внимание, он просто больше любит решать глобальные вопросы.

— Вопросы «жизни и смерти», я угадала?

Ассистентка поднесла розовые ногти к губам, но тут же одёрнула себя.

— Дурная привычка, — пояснила она. — У нас всех довольно ответственная работа, особенно у Винсента. Поэтому не стоит обижаться на него. Винсент просто поглощён более важными мыслями.

— А повседневные задачи… выполняешь ты?

— Помогаю.

— Ладно, как скажешь.

— Не буду тебя задерживать. Развлекайся.

Юми выбрала базовую программу с пометкой «уровень 3». Не слишком сложно, но и нелегко. Пол задрожал, и из скрытых люков поднялись пять макетов, имитирующих существ с длинными когтями и клыками. Юми глубоко вздохнула, и из её спины вырвались четыре массивные цепи. Первые движения были неуклюжими: одна цепь хлестнула по стене, другая запуталась в ногах манекена, но не смогла его обездвижить. Монстры, подчиняясь программе, наступали, издавая записанные звуки рычания. Стиснув зубы от досады, Юми отскочила назад. Она верила, что рано или поздно что-нибудь точно получится.

Время пролетело незаметно. Вымотанная, но довольная, агент посмотрела на пять сломанных макетов. Когда-нибудь это будут настоящие существа.

Выключив программу, Юми поднялась на крышу. Ей очень хотелось поделиться своими успехами с напарником. Она слышала от Шэйлы, что Рэй часто патрулировал город по ночам, а когда заканчивал с патрулём, возвращался в свою комнату или на крышу офиса. Так было и сегодня: Юми застала Рэя сидящим на краю с наушниками в ушах. Он смотрел на ночной город, качая головой в такт музыке.

— Прекрасная ночь, не так ли?

Рэй не ответил.

— Ты давно здесь сидишь?

Вновь молчание. Не сдержавшись, Юми подошла к парню со спины и легонько толкнула того в плечо. Рэй выглядел удивлённым. Он снял наушники и, достав из кармана очень мятную жвачку, вместо приветствия протянул напарнице несколько пластинок.

— Гадость. Я такое не люблю.

— Зря. Что ты тут делаешь? Всё ведь спокойно.

— Пришла тебя навестить. Шэйла говорит, что ты любишь зависать здесь один, вместо того, чтобы спать как все нормальные люди.

— Если я захочу спать, то лягу прямо здесь. Агенты не чувствуют холода.

— Да, но… впрочем, неважно. Ты выглядишь радостнее обычного.

— Не думаю.

— Я же вижу.

Юми села рядом, с опаской заглядывая за край. Хоть сейчас было далеко за полночь, улица полнилась жизнью.

— Всё ещё боишься высоты?

— После инцидента я боюсь не только высоты. Хотела спросить… как ты справляешься с пережитыми ужасами?

Рэй задумчиво отвёл взгляд.

— Я агент. Для меня ужас — привычное ощущение.

— Ты всё время повторяешь это. Но так не может быть. В первую очередь ты человек.

— Наверное. Но быть Рэем мне нравится чуточку больше. Я могу вести себя так, как считаю верным. Могу быть настоящим.

— Ясно.

Какое-то время они провели в тишине. Юми показалось, что её напарник не заинтересован в разговоре, поэтому и не пыталась его возобновить. Однако Рэй всё это время думал. Закончив, он встал на ноги и помог Юми подняться.

— Хочешь, научу тебя справляться с переживаниями?

Она кивнула. Тогда Рэй обнял её за талию и сказал:

— На счёт три.

— Подожди, что ты хочешь сделать?

— Раз…

— С ума сошёл? Я не готова!

— Два…

— Отпусти меня!

— Три.

Тело заполнилось всепоглощающим страхом, когда Рэй оттолкнулся от крыши и полетел вниз, прижимая Юми к себе. Небо и земля поменялись местами: звёзды, едва различимые из-за паразитного свечения города, начали отдаляться, а огни фонарей становились всё больше. Холодный ночной воздух забрался в лёгкие, лишая возможности закричать. Юми крепко зажмурилась, но страх никуда не исчез. Мышцы сжимались, ища опору в воздухе, но безуспешно. Спустя ещё пару мгновений все эмоции отступили, оставив место только для эйфории невесомости. Стало так легко и просто… Юми даже поверила, что способна взлететь, но перед неизбежной встречей с асфальтом ясность ума вернулась. Это не полёт. Всего лишь миг между «до» падения и «после» падения.

Но удара об землю не произошло. Вместо этого Юми хорошенько тряхнуло, и полёт продолжился. Открыв глаза, она увидела металлические цепи, пронизывающие стены соседних зданий. Юми даже смогла улыбнуться, чувствуя, как слезятся глаза от ветра. Это не укрылось от Рэя. Он явно намеревался помучить напарницу, поэтому начал набирать высоту.

— Меня скоро стошнит! — закричала она.

Рэй засмеялся и отпустил её. Адреналин тут же заполнил кровь. Юми сама не поняла, как призвала цепь, на которой повисла железной хваткой, раскачиваясь из стороны в сторону. Это было очень страшно, но вместе с тем так весело, что не хотелось останавливаться. Рэй осторожно перехватил Юми и поднял её на крышу жилого комплекса.

Твёрдая поверхность под ботинками ощущалась так неестественно, что Юми чуть было не упала. Она успела схватиться за шею напарника и громко рассмеялась. От Рэя пахло мятной жвачкой и ещё чем-то приятным, что она распознать не смогла. Юми подняла взгляд, встретившись с синими глазами напротив. Сердце пропустило удар. Рэй был так близко, что отчётливо чувствовалось его дыхание.

— Смотри, мы попали на чью-то вечеринку, — сказал он как ни в чём не бывало.

Юми отстранилась. Среди разбитого на крыше сада стояли пластмассовые столы, шезлонги и зонты, укрывающие днём от солнца. Клубная музыка, казалось, была слышна на другом конце улицы. Здесь танцевала и выпивала толпа молодёжи. Они выглядели до неприличия счастливыми.

— Думаю, они не будут против, если у них исчезнет две баночки пива, — сказал Рэй и забрал с ближайшего стола две банки. — Ты же не против?

— Нет.

Он протянул одну банку напарнице. Их пальцы на мгновение соприкоснулись, и Юми показалось, что её ударило током. Не в буквальном смысле, конечно.

Они скрылись в глубинах сада, где музыка не мешала их разговору. Рэй нащупал металлическое кольцо — щелчок — пиво вспенилось и потекло по рукам.

— Да твою же! — ругнулся Рэй. Юми засмеялась. — Смешно тебе?

— Очень.

Он смущённо улыбнулся, делая глоток холодного напитка. Юми учла его ошибки, поэтому подошла к парапету и открыла банку на расстоянии вытянутой руки.

— Ой-ёй, думаешь, что самая умная?

— Хотелось бы.

— А мне нет. Умные люди больше страдают.

— Глупости.

— Нет, так и есть. Я в этом убедился.

Рэй положил локти на ограждение, подставляя лицо ветру. Он выглядел умиротворённым. Спокойствие было ему к лицу — с бледной кожи исчезали морщины, а в глазах появлялись едва заметные огоньки.

— Почему ты на меня смотришь? — неожиданно спросил агент.

— Просто смотрю. А ты это тоже запретишь?

— Это запретил не я, а Ц. Е. П. И. Агентам нельзя иметь служебные романы.

— Мне бы твою самоуверенность. Думаешь, что любая девушка готова броситься к твоим ногам только из-за одного взгляда?

— Нет, что ты. Я должен был предупредить. Ты ведь под моим надзором, пока не начнёшь полноценно бороться с существами. Тем более у меня уже есть возлюбленная.

Последняя фраза заставила Юми оцепенеть.

— У тебя есть девушка?

— Не совсем… Мы официально не начали встречаться, но, вообще-то, это личная информация. Я сказал тебе только потому, что мне больше не с кем поделиться.

— Здорово.

— Да, я тоже так думаю. Раньше мне казалось, что признаться в любви — очень страшно, но оказалось, что всё просто. Я ей признался и очень этим горжусь.

— И она ответила согласием?

Рэй хитро улыбнулся.

— Это личная информация.

Совпадение или нет, но ведь сегодня Эрик тоже признался ей в любви. Неужели… Юми испуганно уставилась на парня, будто видела того впервые. Неужели она догадалась, кто скрывается за маской Рэя?

— Что такое?

— Ничего, — она покачала головой. Нет, этого не может быть. Юми просто выдаёт желаемое за действительное. — Хотела сказать, что мне повезло с таким напарником, как ты.

— Спасибо. Ты тоже ничего.

Глава 6. Антикварная лавка

Вести двойную жизнь оказалось совсем не так просто, как Ада себе представляла. Инциденты чаще всего случались ночью, поэтому, придя вечером с университета, Ада стремилась быстрее лечь спать, в надежде урвать хотя бы два часа сна. За полночь она часто просыпалась от вибрации значка, перевоплощалась и бежала за целью. Ада была безмерно благодарна Рэю, ведь если бы не он, то она давно бы разбилась об стену или была съедена очередным уродливым монстром. Рэй всячески поддерживал напарницу и защищал в критических ситуациях. Если разобраться, то с появлением нового агента работы у него стало вдвое больше. На прошлой неделе, например, он даже достал из архивов Ц. Е. П.И. толстый и пыльный сборник, описывающий всех известных обитателей неосязаемого мира, и отдал его напарнице. Ада отнеслась к книге серьёзно, пообещав себе, что непременно выучит всю информацию о монстрах, чтобы хотя бы теоретически быть готовой к новым инцидентам.

Параллельно с работой, Ада продолжала учиться и ходить на свидания с Эриком. К счастью, он тоже был постоянно занят, поэтому свидания случались нечасто. Но когда им всё же удавалось выбраться куда-нибудь, всё проходило просто волшебно. У Эрика в запасе имелись сотни смешных историй о его жизни. Ада не переставала улыбаться, с восхищением смотря на возлюбленного и, наверное, своего нового парня. Они так и не поговорили о том, являются ли парочкой или нет, но у Ады просто-напросто не хватало сил, чтобы завести этот разговор, а Эрик не поднимал эту тему первым. По-видимому, его устраивали редкие свидания и неловкие касания в те моменты, когда они оставались одни.

В дополнение к тому, чтобы устранять инциденты, прилежно учиться, поддерживать связь с семьёй и парнем, она продолжала следить за уборщиком. Как назло, в университете он вёл себя ниже травы, тише воды. Возможно, почувствовал хвост или решил залечь на дно. Если бы у неё только было время следить за ним и вне стен университета…

Продолжить слежку подбивали слова Рэя о том, что осталось совсем мало времени. Что произойдёт потом, когда время кончится, он не говорил. На встречные вопросы Рэй отвечал очень расплывчато, и Янг списала это на очередную странность напарника. Ей очень хотелось помочь.

В один день удача повернулась лицом: Ада, заметив, как уборщик направляется в сторону запасного выхода, решила за ним проследить. Он вышел на улицу, прислонился спиной к стене и набрал чей-то номер. Студентка пристроилась у соседнего приоткрытого окна. Отсюда должен был быть слышен его разговор.

— Здравствуйте, — поздоровался Хосе с человеком по ту сторону провода. — Я звоню по поводу амулетов. Да-да, они самые. Ещё остались? Хорошо, я подойду сегодня к закрытию.

Губы расползлись в довольной улыбке. Наконец-то она узнает, где этот мерзавец берёт амулеты.

— Что ты тут делаешь? — раздался знакомый голос за спиной.

От неожиданности Ада тихо пискнула и, схватив Эрика за запястье, толкнула того под лестницу. Он упал на старые маты. Дёрнулась ручка двери, и Ада без капли стеснения забралась на Эрика, усевшись на колени и заткнув ему рот ладонями. Послышались шаги. И вот когда казалось, что опасность миновала, у самой двери уборщик развернулся и пошёл в сторону лестницы. Шаги стали громче, а затем, повернув голову, Ада увидела его поражённые до глубины души чёрные глаза. Несколько секунд участники неловкой сцены смотрели друг на друга, пока Хосе наконец-то не прервал молчание:

— Что вы себе позволяете?! Я немедленно сообщу об этом ректору!

Ада спешно слезла с Эрика, поправляя задравшуюся юбку и стараясь сохранить невозмутимое лицо.

— Всё совсем не так…

— Больные, — прошипел он. — Не хочу ничего слышать.

Он ушёл, оставив Аду в полной растерянности. Однако самое страшное было впереди. Как объяснить случившееся Эрику?

— Я… я могу всё объяснить.

— Уж постарайся, — раздражённо сказал студент. — Из-за тебя меня могут отчислить с последнего курса.

— Всё в порядке! Здесь даже нет камер. Да и мы ведь ничем таким не занимались!

— Выглядело очень двусмысленно.

— Ему ведь всё равно никто не поверит. Он всего лишь уборщик.

— Хотелось бы.

— Эрик, прости. Я… — Ада тяжело вздохнула. — Тебе ведь можно довериться?

— А у тебя есть сомнения?

— Нет-нет, что ты?

— Тогда говори.

— Уборщик замешан в пропаже университетского библиотекаря. Помнишь, женщина со смешным пучком на голове? Я уверена, что он участвовал в этом, поэтому установила слежку. Сегодня он пойдёт в какое-то место, и мне необходимо узнать, куда именно. Ты мне не поверишь, я знаю…

Эрик покачал головой.

— Больше всего на свете я ненавижу ложь.

— Я не лгу. Могу поклясться. Это… связано с амулетами, — тихо сказала она. Если Эрик — это Рэй, то он наверняка поймёт.

— Боже мой, таких девушек, как ты, у меня ещё не было.

— Каких?

— Безбашенных.

Ада улыбнулась.

— Приму за комплимент.

— Так… то место, куда он пойдёт… ты думаешь, что это его логово?

— Скорее всего, он лишь пешка, выполняющая приказы кого-то другого. Мне нужно выяснить, кого именно.

— А не проще позвонить в полицию?

— Нет, Эрик. Нужны доказательства.

— Тогда я пойду с тобой. Если он и вправду замешан в чём-то, то ходить одной будет опасно. Я же неплохо дерусь. Но если ты всё это придумала, чтобы оправдать свои сталкерские наклонности…

— Если бы мне хотелось кого-то сталкерить, то я бы выбрала тебя, а не… его.

— Воу, звучит очень пугающе.

Он приблизился к Аде и коснулся её губ невесомым поцелуем.

***

— Ты даже бинокль взяла? Я начинаю тебя опасаться, — нервно засмеялся Эрик, когда его девушка достала бинокль и, выглянув из-за скамейки, уставилась на проходящего вдалеке уборщика.

— Это брата.

— Не сказал бы я, что это меняет дело…

— Прошёл мимо остановки — значит, идёт пешком. Отлично! Пойдём за ним.

Они старались держать достаточную дистанцию, чтобы уборщик ничего не заподозрил. Эрик явно не ожидал, что Ада настолько серьёзно подойдёт к делу. Минув несколько улиц, они спрятались за углом здания. Цель покупала себе кофе из уличного кофе-автомата.

— А как ты вообще узнала, что уборщик причастен к преступлению?

— Увидела, как он ошивается возле жертвы инцидента, — не подумав, выдала Ада и тут же осеклась: — то есть… я имела в виду женщину из библиотеки.

Эрик выразительно приподнял правую бровь, смотря на Янг. Кажется, он был озадачен. Ада в очередной раз ощутила собственную никчёмность. Агент из неё выходил, мягко говоря, так себе. Но даже если Эрик и есть Рэй, то он не расскажет Винсенту о проколах напарницы по той простой причине, что сам не выносит Винсента и Ц. Е. П. И. Они уже нарушили договор, вступив в отношения, пусть даже не зная о двойных жизнях друг друга.

— Не люблю сплетни, которые разносят некоторые личности по университету, — сказал вдруг Эрик, — но я слышал, что он даже не окончил старшую школу. Мне это показалось странным: как человек, который даже не смог закончить среднее образование, попал на работу в наш университет? Это ведь престижное учебное заведение. Такого, как он, ни в жизни бы не взяли.

— Может быть, он не смог выучить наш язык, поэтому не окончил школу?

— Навряд ли. Ты слышала его речь. Слишком чисто говорит для человека, который выучил язык недавно.

— Верно. Если он мигрант, то мог пойти на преступление ради того, чтобы остаться жить здесь.

— Кто знает? В чём я уверен, так это в том, что у него наверняка есть влиятельный знакомый. Иначе он бы не смог так долго продержаться в университете после скандала со студенткой, которой он вколол транквилизатор. Как всё просто, а? Кому-то приходится всю жизнь впахивать, а кому-то достаточно просиживать штаны в кладовой, не имея ничего за душой.

— Я таких подробностей про студентку раньше не слышала.

— Она сама так говорила. Мия ходила со мной на историю, поэтому я хорошо её знал. Потом, конечно, дело замяли, и она отказалась от своих слов. Поэтому, если он окажется поехавшим, я несильно этому удивлюсь. Однажды я видел, как он во время ссоры с профессором Брауном закрыл уши руками и бормотал что-то невнятное себе под нос.

— Возможно, он всего лишь жертва. Тронулся головой, поэтому не окончил школу. Такими людьми легко манипулировать.

Уборщик привёл их в старую часть города. Ада вспомнила, как несколько дней назад здесь произошёл инцидент. Узкие, вымощенные булыжником улочки извивались, словно змеи, между невысокими старыми постройками. За зданиями располагались небольшие зелёные дворики. Почти все они были ограждены воротами с тяжёлыми замками. Эрик и Ада минули аптеку, мастерскую часовщика, несколько продуктовых магазинов. Когда окончательно стемнело, Хосе остановился возле старой антикварной лавки. Вывеска, потрёпанная временем, едва читалась, а в окнах виднелись пыльные безделушки: фарфоровые вазы, статуэтки, часы и прочий старинный хлам, который теперь назывался антиквариатом и оценивался куда дороже, чем стоил на самом деле. Уборщик заглянул в телефон и зашёл внутрь. Звон колокольчика оповестил о новом посетителе.

Ада и Эрик подошли ближе, стараясь не привлекать внимания. Они прижались к стене рядом с окном лавки и заглянули внутрь сквозь пыльное стекло. Хосе долго разглядывал абажур персикового цвета, на котором были вышиты цветы, птицы и виноградные лозы. Он дотронулся до бахромы, и тут же отдёрнул руку. Похоже, владелец лавки сделал ему замечание.

— Что-то пока не происходит ничего подозрительного, — сказал Эрик. — Да и дедушка за прилавком не выглядит как преступник. Я начинаю подозревать, что тебе просто нравятся необычные свидания.

— Внешность очень обманчива, мой дорогой.

Уборщик подошёл к владельцу лавки и завёл разговор. О чём именно Ада понять не могла. Она прижалась к стеклу, пытаясь угадать слова по движению губ, но безуспешно. Седобородый дедушка указал рукой в сторону какой-то деревянной коробки, и Хосе поднёс палец к подбородку, словно раздумывая.

— Ада, тебя заметят!

Ада проигнорировала своего спутника. Она видела, как уборщик запустил руку в коробку и достал оттуда небольшой чёрный предмет, очень похожий на амулет. Он показал предмет владельцу лавки и что-то спросил. Дедушка растерянно засмеялся. Ада смогла прочитать по его губам фразу «я не знаю». Потом он пригласил посетителя в складское помещение прямо за его спиной. Хосе сделал несколько шагов в сторону владельца лавки и убрал руки за спину. Из его рукава прямо в ладонь выпал какой-то прямоугольный предмет, украшенный красными камнями. Складной нож.

— У него нож! — испуганно воскликнула Янг, отстраняясь от окна. В этот момент уборщик повернул голову, и лицо его страшно исказилось. Он убрал нож в карман и выскочил из лавки, злобно скалясь.

— Что вам от меня нужно? — закричал он.

Эрик закрыл Аду собой, что привело Хосе в ещё большую ярость. Жёлтый свет фонаря создавал на его чуть загорелом лице причудливую игру теней.

— Успокойтесь, мистер. Всё это глупое недоразумение.

Уборщик не сводил с неё глаз. Аде казалось, что он готов прямо сейчас кинуться к ней и задушить голыми руками.

— Валите отсюда по-хорошему, озабоченные. Или вам не поздоровится.

— Что ты сказал? — переспросил Эрик.

— Что слышал, мудак. Оставьте меня в покое! Вы всё испортили!

Хосе сделал шаг в сторону студентки, и Эрик без тени сомнений схватил того за плечо, знатно впечатав в окно антикварной лавки. Стекло задрожало. Пожилой владелец лавки поспешил закрыть дверь и опустить жалюзи.

Эрик был намного выше уборщика, а из-за постоянных занятий спортом — гораздо сильнее. Во всяком случае, Ада не сомневалась в том, кто выйдет из драки победителем.

Хосе попытался отстраниться, но Эрик ему не дал.

— Как ты меня назвал?

— Я назвал тебя мудаком. Ещё раз повторить?

Эрик ухмыльнулся и ударил уборщика в челюсть. Из разбитой губы потекла кровь. Ада закричала, кинулась на Эрика, пытаясь оттащить того от уборщика. Она плакала, умоляла, но безуспешно. Его словно подменили — Ада никогда не видела его таким разгневанным и жестоким. Он несколько раз ударил обидчика в живот. Хосе не проронил ни звука, только тяжело дышал, сглатывая кровь.

Тогда Ада принялась бить кулаками по спине Эрика. В порыве ненависти он даже не сразу почувствовал её едва ощутимые толчки. Он отстранился, невидящим взглядом смотря на возлюбленную.

— В чём дело?

— Ты же его убьёшь! За что? За то, что он назвал тебя мудаком?

— Может, мне стоило его поблагодарить? Думаю, поводов достаточно. За то, что он сделал с Мией, за то…

— Это неправильно, Эрик!

— С каких пор ты командуешь мной? Если ты моя девушка, это не даёт тебе права за меня решать, что правильно, а что нет. Можешь позвонить в полицию, пусть они сами скажут, кто прав.

— Тебя заберут.

— Отлично! Мне нечего бояться.

— Я не буду никуда звонить.

— Давай я сам позвоню.

Когда в его руках появился телефон, Ада отчаянно замотала головой:

— Прошу, не надо.

— Почему? Может, ты больше волнуешься за этого отброса общества? Не переживай, он всё равно никому не нужен. Никто даже не хватится за него.

— Он живой человек, как ты можешь такое говорить?

— Ты сама так сказала. Ему никто не поверит, потому что он всего лишь уборщик, которому давненько пора вернуться на родину.

— Я так не говорила.

— Да что ты?

Эрик убрал телефон, спрятал руки в карманы и пошёл в сторону остановки. Ада смотрела ему вслед, вслушиваясь в шум проезжающих мимо машин. Они находились на этой стороне мира, но никто из прохожих и не подумал вмешаться. Хосе с трудом поднялся на ноги и неожиданно громко сказал:

— Не тебе решать, кому здесь жить, мудак.

Эрик остановился. Раздался тихий смешок.

— А тебя вообще ничему жизнь не учит, фрик?

Он в несколько шагов добрался до уборщика и уже было замахнулся, чтобы нанести очередной удар, как вдруг твёрдый кулак настиг его первым — Эрик отшатнулся и упал на асфальт. Кажется, он даже потерял сознание на несколько секунд. Хосе повернулся к Аде и сказал:

— Если я ещё хоть раз тебя увижу, ты сильно об этом пожалеешь. Не посмотрю, что ты девушка.

***

Мерцающий свет люминесцентных ламп, запах антисептика и тихий писк аппаратов за стеной. Ада сидела в коридоре больницы, ожидая, когда Эрик выйдет из кабинета доктора. Уборщик ударил парня настолько сильно, что тот даже не сразу сумел встать на ноги. Ада боялась, что у него сотрясение мозга. И всё это произошло из-за неё. Следовало заранее подумать о последствиях и не пытаться распутать клубок самой. Теперь Хосе знал о слежке. Кто знает, возможно, он даже догадался, что Ада как-то связана с неосязаемым миром.

— Где мой сын? — раздался истеричный голос в конце коридора.

Янг встала со скамейки, смотря на стремительно приближающуюся женщину. Её светлые волосы были идеально уложены в аккуратное каре, деловое чёрное платье гладко разглажено, а губы накрашены красной помадой. Таких женщин всегда слышно издалека.

— Вы мама Эрика? — спросила Ада, когда женщина поравнялась с ней.

— Да, я миссис Пасс, — ответила она, придирчиво разглядывая чужой наряд. — С кем имею честь разговаривать?

— Меня зовут Ада Янг. Я девушка Эрика.

Светлая бровь выразительно выгнулась. Её мимика невероятно точно повторяла мимику Эрика.

— Если честно, то я в первый раз о Вас слышу.

— Да? Странно, мы с Эриком…

— Мне не важны подробности. Что произошло? Почему Эрик в больнице?

— Он подрался с одним парнем.

— Подрался? Мой Эрик? — миссис Пасс театрально округлила глаза. — Что за чушь? Зачем моему Эрику драться с кем-то?

Ада поняла, что разговор предстоит сложный.

— Так получилось. Небольшая потасовка.

— По-Вашему, это так называется? Небольшая потасовка? Кто этот гад? Я хочу знать.

— Пусть лучше Эрик сам Вам всё расскажет.

— Вы отказываетесь со мной говорить? Подождите-ка, — лицо женщины озарила догадка: она поднесла указательный палец к губам и сказала: — Только не говорите мне, что Эрик подрался из-за Вас.

— Не совсем…

— Поверить не могу! Не успели Вы появиться, как мой сын сразу же влип в неприятности. Он дрался на улице единожды, в двенадцать лет, когда пытался защитить котёнка от хулиганов. И это я могла понять. Котёнок — не крашеная кошка.

— Я прекрасно понимаю, на что Вы намекаете, миссис Пасс.

— А мне кажется, что не понимаете, иначе давно бы исчезли из моего поля зрения.

— Ваш сын достаточно взрослый, чтобы решить, что делать.

От возмущения у женщины перехватило дыхание.

— Дамочка, Вы ещё будете мне хамить?

— Я не хамила.

Дверь кабинета скрипнула. Эрик вышел, прижимая к носу марлевую повязку, пропитанную кровью. Левый глаз заплыл, превратившись в сине-багровую щель. От ужаса миссис Пасс чуть не потеряла сознание. Она подбежала к сыну и принялась гладить того по плечам.

— Кто? Кто это сделал с тобой?

— Никто, мама. Какая разница?

— Этот негодяй обязан понести наказание.

— Его жизнь уже наказала. Хватит.

Ада прижала к себе сумочку, виновато смотря на парня.

— Хоть сотрясения нет? — спросила она.

— Ты ему льстишь.

— Кому? Кто это сделал? — не унималась миссис Пасс.

— Отвези меня домой, мама.

— Конечно, солнышко!

Ада чувствовала себя полной дурой, стоя посреди коридора, словно забытый манекен. Словно между ней и Эриком ничего и не было.

— Прости, Эрик, — сказала она.

— Извинениями тут не отделаешься, — с презрением произнесла миссис Пасс.

— Всё хорошо, Ада. Иди домой.

— Я живу далеко отсюда. Даже не подбросите меня домой?

— Нет, ну ты только посмотри на эту нахалку! Юбку покороче надеть не забыла, чтобы ноги свои длиннющие выставить. Вот и дойдёшь на своих ногах до дома.

Янг ждала, что Эрик возразит матери, но тот только покачал головой.

— Я думала, мы встречаемся, — сказала Ада.

— Я позвоню тебе завтра.

— Хорошо.

Они ушли под громкое причитание миссис Пасс. Оставшись одна, Ада позвонила матери, но так и не дождалась ответа — только постоянные короткие гудки. Тогда, прокляв весь этот чёртов мир, Ада набрала номер, подписанный у неё в телефоне как «козёл №1». Мелтон поднял трубку почти сразу же.

— Возьми машину отчима и забери меня. Адрес скину смской. И не веди себя как придурок, у меня нет сил с тобой спорить.

К чести Мелтона, он приехал почти сразу же. Ада даже не успела замёрзнуть. Она села в старенькую красную машину, пристегнула ремень и прислонилась к стеклу.

— Только не говори, что ты залетела.

— Что? Не вздумай эту чушь ляпнуть маме. Не надо давать ей ненужных надежд.

— Я просто уточнил. Врачи иногда ошибаются, да и я читал в интернете, что можно забеременеть даже при беспло…

— Хватит, — перебила его Ада. — Тебя моё здоровье и уж тем более личная жизнь не касаются.

— Я же вижу, что ты постоянно куда-то сбегаешь по ночам. Скажи спасибо, что не рассказал предкам.

— Я совершеннолетняя, так что могу делать всё, что захочу.

— Не можешь, пока живёшь в доме моего отца.

— Да пошёл ты.

Когда они проезжали мимо старого города, начался дождь. Крупные капли забарабанили в стекло. Ада равнодушно смотрела в окно. Она провалилась. К сожалению, не в другую сторону мира. Слишком много думала и делала, когда стоило пустить всё на самотёк. Слишком долго бездействовала, когда стоило принять решение. Может, ещё не поздно сдать значок и стереть себе память, вернувшись в тот злополучный вечер, когда на неё напал Пожиратель. Теперь Ада знала его прозвище и слабые стороны. Только какой в этом смысл?

Глава 7. Вероника

Все выходные Эрик не отвечал на сообщения и телефонные звонки. Первое время Ада чувствовала свою вину и пыталась всеми силами достучаться до возлюбленного, но на смену грусти быстро пришла злость. Что он себе позволяет? Почему она вообще должна бегать за ним, как ручной пёсик, особенно после того, что наговорила миссис Пасс? Куда проще было забыть и удалить его контакт. Но нажать на пиктограмму красного бака Ада так и не смогла.

Ко всему прочему вновь вернулись кошмары. После начала работы в Ц. Е. П.И. дурные сны отпустили Аду, и она даже имела наглость надеяться, что это навсегда. Но нет. Сегодняшняя ночь принесла очередной кошмар. В нём вновь разворачивался привычный ход событий с одним исключением: подвал, обычно залитый кровью и заполненный трупами, выглядел вполне обычно. Стены были окрашены в зелёный цвет, тускло светила одинокая лампочка, а вокруг игрались дети. Запомнить их лица не получилось. Когда Ада подошла к одному из малышей, свет погас, и она очутилась в тёмном коридоре, который вёл к одной-единственной двери с надписью «птенцы». Янг замерла перед дверью, чувствуя, как ледяная дрожь пробежала по спине. Одинокое слово пульсировало в темноте.

Проснулась Ада из-за вибрации значка. Она села на кровати, какое-то время смотря в одну точку. Сны начинали обретать явственные очертания, и это пугало даже больше, чем бесконечная жестокость.

Цель находилась за городом, практически в лесу. Прибыв на место, агент с удивлением обнаружила, что впервые оказалась на месте инцидента раньше напарника. Странно, ведь Рэй никогда не опаздывал. Дожидаться его Юми не стала. Она посмотрела на лежащего без сознания мужчину средних лет. Цель была где-то рядом.

Юми спустилась на землю. Тихо. Даже слишком. Она достала оружие из неосязаемого мира и встала в боевую стойку. Кем бы ни было сегодняшнее существо, оно явно не собиралось выходить на свет.

— Ну же! — воскликнула Юми. — Я готова.

За спиной послышался треск веток. Юми сжала зубы и, развернувшись, ударила по приближающейся к ней фигуре. Лезвие косы с громким лязгом упёрлось в две перекрещённые цепи.

— Ты меня напугал! — возмутилась она.

Рэй спрятал цепи, простодушно пожимая плечами.

— Извини. Неужели ты допустила мысль, что я оставлю тебя одну?

«Уже оставил», — с презрением подумала Юми и опустила косу.

— Кто у нас на повестке дня?

— Понятия не имею. Тебе же лучше знать.

— Не выспалась?

— Это тут при чём?

— При том, что ты срываешься на мне без причины.

Юми осеклась. Рэй был прав. Личные переживания стоит оставить для Ады.

— Прости.

— Ничего страшного. У меня тоже выдалась тяжёлая неделя.

Боковым зрением Юми заметила скользящую по траве тень. Она выставила косу перед собой. На них смотрели два мерцающих глаза, принадлежавших лосю или, во всяком случае, кому-то подобному лосю. Существо отличалось от настоящего животного только синим свечением, окутывающим его полупрозрачное тело. От этого зрелища по коже прошёлся мороз.

— Кто это?

— Пока не могу сказать. Справишься?

— Обижаешь.

Цепи, подобно гремучим змеям, обвили копыта и рога призрачного лося. Существо страшно загремело и кинулось в противоположную сторону, заставив Юми упасть и проехать по земле несколько метров. Она всё ещё плохо управлялась с цепями.

Существо не дало агенту подняться. Лось кинулся к ней и встал на дыбы, стремясь затоптать мощными ногами. Чтобы успеть перекатиться в сторону, Юми пришлось отпустить цепи. Она подняла тяжёлую косу и оторвалась от земли, нанося удар, но лось защитился рогами.

— Отступи и дай себе передышку, — посоветовал Рэй, оттягивая жертву инцидента в безопасное место.

Юми послушалась совета. Она запрыгнула на толстую ветвь соседнего дерева, держась за шершавую кору, и перевела дыхание. Существо разбежалось и со всей силы ударилось рогами о ствол. Юми чуть было не упала. Земля поднималась волной под его копытами, а воздух дрожал от надсадного дыхания.

— Пора заканчивать!

Прыжок. Юми перевернулась в полёте и рассекла спину лося, мягко приземляясь на обе ноги. Однако существо не исчезло. Синее пламя ослепило разрез, и он буквально за несколько секунд зарос новым слоем кожи.

— Вот уродец, — пробубнила Юми.

Она упёрлась ботинками в исполосованную землю. Лось повернулся, и когда Юми уже была готова разрезать его шею, широко открыл рот. Изо рта по пояс вылезло человекоподобное существо и выставило перед собой руки. Брызги крови залили глаза. Руки монстра отлетели куда-то в сторону.

— О, да это же старый добрый Отшельник, — радостно прокомментировал Рэй. — Типа как рак-отшельник. Тоже прячется в раковину.

— Я счастлива! — закричала Юми и отрубила человекоподобному существу голову.

Монстр рассыпался огоньками света, подобного тому, что порой озарял глаза и волосы Рэя. Юми уронила оружие и упала на колени, держась за живот. Ну и отвратительные выдались выходные.

— Сегодня ты сражалась как настоящий агент, Юми!

Она покачала головой. Её тёмные волосы закрыли глаза.

— Кто вообще придумал эти дурацкие названия?

— Думаешь, паранормальное существо номер 291 звучит лучше?

— Ты знаешь их номера наизусть?

— Если всю жизнь чем-то занимаешься, приходится запоминать. Ты же наверняка разбираешься в каких-нибудь девчачьих сериалах. Или какие сейчас увлечения у девушек? Смотреть сериалы — уже, наверное, не модно.

— Прекрати строить из себя старика, — хрипло усмехнулась Юми.

— Ты поранилась?

— Нет, вроде бы. Когда я использую силы, то потом чувствую себя так, словно по мне каток проехался. Ты это тоже чувствуешь?

Рэй задумчиво почесал затылок.

— Нет, я хорошо себя чувствую в образе Рэя. Слишком хорошо, что даже возвращаться домой не хочется.

— И куда ты пойдёшь сейчас?

— В офис. Но сначала нужно проследить, чтобы испугавшийся бедняга добрался до дома.

Они вышли на поляну, куда агент отнёс мужчину. К удивлению и разочарованию напарников, от жертвы и след простыл.

— Вот блин. Сбежал.

— Ты стёр ему память?

— Я же не какой-то дилетант. Конечно, я стёр ему память.

— Не представляю, что я бы делала без тебя. Защищать жертву и одновременно сражаться с чудовищем — это невозможно.

— Я же справлялся.

— Ты другой. Впрочем, что уж себя жалеть. Пожалуй, я тоже посплю в офисе. Не хочу возвращаться домой.

— Что-то случилось?

— Нет, — соврала она, — хочу сменить обстановку. Совсем мозги плывут в четырёх стенах.

Не успели агенты добраться до офиса, как пошёл ливень. Чтобы защитить голову напарницы от воды, Рэй отдал свою шляпу. Толку от неё было мало, зато на душе стало чуточку теплее.

— Ничего, сейчас сделаем кофе, чтобы согреться. Ты знала, что я отлично варю кофе?

— Нет, в первый раз слышу.

Они зашли в лифт, оставляя за собой мокрые, грязные следы, и поднялись на тридцатый этаж, чтобы пересесть на лифт для Ц. Е. П. И. Рэй нажал кнопку сорок восьмого этажа, и кабина двинулась вверх.

— Рэй, — тихо сказала Юми. — Тебе часто снятся кошмары о неосязаемом мире?

— Бывает.

— На что они похожи?

— Всегда по-разному. Я стараюсь не запоминать кошмары.

— Сегодня мне снился странный комплекс, похожий на больничный. На двери одного из кабинетов я прочитала слово «птенцы».

— Попугайня, что ли?

— Очень смешно.

Двери лифта открылись, и яркий жёлтый свет ударил в глаза. В коридоре было тихо, только офисные лампы монотонно гудели. Не успели Рэй и Юми дойти до кухни, как их остановил женский голос:

— Инцидент устранён?

Шэйла вышла из комнаты отдыха для персонала. Её волосы были слегка растрёпаны, словно она недавно проснулась. Без макияжа девушка выглядела гораздо старше: сегодня тонкий слой тонального крема не скрывал неровности кожи и синяки под глазами, а светлые ресницы, ненакрашенные чёрной тушью, терялись на бледном лице. Шэйла убрала красную папку за спину и добродушно улыбнулась, когда агенты обернулись.

— Да, всё как всегда.

— Рэй, я могу поговорить с тобой?

— Конечно. В чём дело?

— Наедине, — она кивнула в сторону комнаты отдыха.

— Какие-то тайны? — Юми с подозрением прищурилась. — Почему я не имею права знать?

— Личные дела, агент.

Рэй виновато посмотрел на напарницу и пошёл за Шэйлой. Когда дверь за ними закрылась, Юми позволила себе закатить глаза и тихо перекривлять начальницу. Эта парочка — седой псих и его молоденькая ассистентка — вечно позволяли себе недоговаривать что-то важное. Подумаешь, всего лишь можешь умереть, сражаясь с очередным чудовищем, — нет, ну что ты, инцидент не будет опаснее прогулки в парке. А когда Юми на днях сообщили, что за год из заработанных честным трудом денег она может вывести ограниченную сумму, агент и вовсе пришла в бешенство. Этот момент упоминался в договоре настолько обтекаемо, что, кажется, под такую формулировку можно было подвести всё что угодно. Оставшиеся деньги блокировались на счёте до окончания контракта — на «пенсию», до которой довольно тяжело будет дожить. Также часть средств уходила на содержание комнаты, обставленной как настоящее VIP-ложе. Только какой от этого смысл, Юми не понимала. Она даже не может привести подругу в свои апартаменты, чтобы похвастаться последней версией плазмы и постоянно обновляемым ассортиментом холодильника с газировкой и едой.

Тишину разорвал грохот, доносящийся из комнаты отдыха. Звук разбивающегося стекла смешался с испуганным женским криком. Юми, не раздумывая ни секунды, распахнула дверь и забежала внутрь. Шэйла стояла, вжавшись в стену, под её ногами валялись осколки разбитого графина, а в стену, всего в нескольких сантиметрах от лица ассистентки, был воткнут острый крюк, располагающийся на конце цепи.

— Что ты делаешь, Рэй? — возмутилась Юми. Тот, казалось, её даже не видел.

— Ты лгунья! Вы все здесь лгуны и убийцы!

— Винсент был против того, чтобы я сказала тебе правду. Но я посчитала молчание — злодеянием, — тихо сказала Шэйла.

— Я так и знал, что вам плевать на меня!

— Это не так, Рэй.

— Ты рассказала только из-за жалости.

— Ты имеешь право знать.

— Заткнись!

Рэй схватился за голову, закрывая уши ладонями. Казалось, что он вот-вот расплачется. Когда Юми сделала шаг в его сторону, Рэй закричал и выбежал прочь из комнаты. Шэйла покачала головой и осела на пол.

— Он ведь мог убить тебя, — сказала агент. — Ты связана с неосязаемым миром, поэтому уязвима к нашему оружию. Так?

— Так. Но он бы всё равно не убил.

— Если честно, я в этом не была бы так уверена, — Юми вспомнила драку Эрика с уборщиком. — У него совсем катушка слетела. И я хочу знать, что ты ему сказала, чтобы вызвать такую реакцию.

Шэйла отвернулась, уставившись в окно.

— Давай, конфетка, — агент присела на корточки возле начальницы. — Хватит водить меня за нос. Вы получили всё, что хотели, когда я подписала договор. Теперь можно быть откровенной.

— Знаешь, — задумчиво начала она. — В нашу первую встречу я подумала, что ты очень напоминаешь мне одного агента… Её зовут Вероника.

Имя Вероника — оно ощущалось как песок на зубах, как жара в полдень, как единственная сохранившаяся деталь пазла. Юми хорошо знала это имя, хоть среди её знакомых не было ни одной Вероники.

— И что?

— Она одна из сильнейших агентов за последнее время. Может, даже самая сильная. Вероника была последней напарницей Рэя до тебя. Несколько недель назад её задержали из-за подозрений в организации противоправных действий по отношению к Ц. Е. П. И. Всё это время руководители принимали решение и сегодня… они его приняли.

— Что они сделают с Вероникой?

— Любой мятежник подлежит уничтожению, и неважно, как много у него заслуг. Рэй надеялся, что сможет доказать невиновность Вероники, но не успел. Он так и не выяснил, кто стоит за созданием амулетов. У Ц.Е.П.И. есть все основания полагать, что их придумала и реализовала именно Вероника.

— Почему вы не помогли Рэю в расследовании?

— Ты не знаешь, Юми, всех особенностей организации. Мы с Винсентом не бессердечные уроды, какими вы нас считаете. Мы предприняли всё возможное.

— А если всё же нет? Если Вероника не виновата, и вы совершили ошибку?

— Не за мной стоит последнее слово.

— Когда её казнят?

— Не знаю, точная дата ещё не назначена. Возможно, нам даже не сообщат.

— Сколько у нас есть времени?

— Времени уже нет.

— Я повторяю вопрос. Сколько?

— Не больше недели. Но руководители не станут пересматривать решение, какие доказательства вы бы не предоставили.

Юми нахмурилась. Она помогла начальнице встать и прибрать осколки, а после поднялась на последний этаж. Хотела уже зайти в свою комнату, но замерла у кодового замка. Рэй… не заслуживал всего этого. Юми без стука зашла в соседнюю комнату. Он сидел напротив окна, обняв колени руками. Услышав, что кто-то зашёл, он крикнул:

— Убирайтесь! Я хочу побыть один.

— Это я, Рэй.

Юми тихо пересекла комнату и остановилась за спиной напарника. Слова поддержки казались слишком глупыми, громоздкими. Какая разница, если от её болтовни ничего не изменится?

— Быть может, ещё не поздно… Я знаю, что амулеты находятся в антикварной лавке…

— Хватит! — перебил её Рэй. — Уже слишком поздно. Мы ничего не изменим. Я знал, знал с самого начала, что мне не спасти Веронику, — голос его понизился до шёпота. — Должен был понять, что всё бесполезно. Я неудачник.

— Нет-нет, вовсе нет.

Юми положила подушку на пол, опустилась рядом с напарником и едва ощутимо провела своей ладонью по его руке. Рэй не отстранился и не возразил.

— Послушай, я не смогу облегчить твою печаль. Не смогу помочь, хоть я отчаянно пыталась это сделать. Но ты не один. Я твоя напарница, и ты можешь положиться на меня.

Агент кивнул и опустил голову на плечо Юми. Та не сдержала грустной улыбки — он был таким прямолинейным и наивным, как ребёнок.

— Я не печалюсь. Не сержусь. Не боюсь. Я агент, забыла?

— Да, точно.

— Но иногда мне всё же бывает плохо, как сейчас, например. У меня отняли всё, что я пытался создать. Так долго строил свои воздушные замки, и вот в очередной раз сижу перед окном на пятидесятом этаже и мечтаю о… жизни. О нормальной жизни, которую я так и не прожил. Но мне не жаль себя. Мне жаль Веронику. Её срок существования подошёл к концу.

— Я уверена, что ещё не всё потеряно. Руководители Ц. Е. П.И. не казнят её сегодня или завтра. До исполнения приговора ещё есть время.

— Точно?

— Да! Так сказала Шэйла. Нам нужно передохнуть и продолжить расследование. Мы успеем, я это чувствую своим сердцем. Осталось чуть-чуть до победы. Я могу даже не перевоплощаться несколько дней, пока не удастся найти настоящего виновника.

— Мне бы хотелось, чтобы ты оказалась права. Если удастся спасти хотя бы Веронику… Я был бы счастлив. Но у меня не получается избавиться от мысли, что наши судьбы заранее предрешены. Когда я стану не нужен, Ц.Е.П.И. просто выкинут меня на помойку, как выкинули её. Таков мой конец, и я жду его с десяти лет. Я аппарат, у которого срок годности подходит к концу.

— Все мы биологические аппараты.

— Да, но у других есть хоть что-то. У меня же… — он выставил руки перед собой. — Что у меня? Комната в здании офиса и микроволновка?

— А как же… твоя семья? — вкрадчиво спросила Юми.

— Это личная информация.

— Знаю. Прости.

— Помнишь, я говорил, что у меня есть возлюбленная?

— Так.

— Её больше нет.

— Она умерла?

— Нет, я обиделся на неё. Теперь нам никогда не быть вместе. Может, оно к лучшему.

В сердце Юми вскипела злость. Она отстранилась и раздражённо опустила брови.

— Ты обиделся?

Рэй выглядел растерянным.

— Да, а что?

— Какой же ты козёл!

— Почему?

— Потому что… нельзя так говорить, ясно?

— Я не собираюсь заставлять её любить меня, если она не любит. Почему я козёл?

Юми упёрла руки в бока, с сомнением смотря в удивлённые глаза. Каков же нахал!

— Я как девушка могу уверить, что ты наверняка всё не так понял.

— Откуда тебе знать? Знаешь что — я тоже на тебя обижусь, если продолжишь меня оскорблять.

— Перестанешь со мной разговаривать?

— Придумаю что-нибудь хуже.

— Разве агенты чувствуют обиду? — с издёвкой спросила она.

— Я думал, что ты пришла меня утешить.

— Да, но…

— Ты не утешила.

Юми в очередной раз почувствовала себя глупой. Разделять чувства и работу оказалось слишком сложно. Как убедить себя, что Эрик и Рэй — разные люди? Ей не стоит срываться на одного из-за проступков другого. Даже если речь идёт об альтернативной личности.

— Рэй, я…

— Не оправдывайся. Я уже слышал твои извинения. Порой мне кажется, что ты видишь во мне кого-то другого, — голос его звучал непривычно глухо. — Тебе так нравится больше, а? Загадочный образ, особая сила… без маски ты бы даже не посмотрела в мою сторону.

— Неправда. Я вижу в Рэе только Рэя.

— Врёшь.

— Не вру.

— Докажи.

— Как?

— Поцелуй меня.

Юми опешила. Она явно не ожидала подобных просьб, особенно от напарника, который не выносил даже простых прикосновений.

— Не стоит, Рэй. Если ты решил таким образом отомстить Винсенту и нарушить договор…

— Мне плевать на договор. Скажи честно, что ты боишься. Боишься того, что под маской окажется кто-то не тот, кого ты хочешь видеть. Я не идиот, Юми. Я знаю, что ты думаешь, будто разгадала мою настоящую личность. Но если бы узнала на самом деле, то давно бы сбежала.

— А если я уверена?

— Уверена, что знаешь настоящего меня? Не говори глупостей.

— Да. Я знаю.

Юми впилась в чужие губы поцелуем. Было… странно, ведь это их не первый поцелуй. Рэй целовал её в грязном переулке, когда она находилась в состоянии полуобморока. И это, пожалуй, был лучший поцелуй в её жизни. Неважно, кем он был, кто есть и кем будет. Юми чувствовала невыносимое притяжение, словно всю жизнь провела рядом с Рэем.

Отстранившись, он посмотрел на Юми взглядом, полным надежды и… неутолённого вожделения. Его губы вновь коснулись губ напарницы, не давая ничего сказать. Следовало немедленно отстраниться, уйти и больше никогда не возвращаться к подобным разговорам, но Юми потеряла возможность трезво мыслить. Ливень продолжал стучать в окно.

— Ты же это не всерьёз? Нам нельзя, — прошептала она, когда Рэй наконец отстранился. — Нас уволят.

— Пусть попробуют, — ответил агент.

Он огладил её подбородок кончиками пальцев, медленно приближаясь ими к чужим губам. Сердце, казалось, пульсировало в висках. Свободной рукой Рэй опустился к её груди и легонько сжал, будто проверяя границы дозволенного.

Юми поражала до глубины души наглость Рэя — она даже хотела ударить нахала, но вместо этого приоткрыла рот и поймала его палец, легонько посасывая. Что-то явно шло не так.

Румянец разлился по щекам парня. Ему не нужно было других намёков. Он взял девушку за щёки и страстно поцеловал. Юми запустила ладонь в его волосы, покорно отвечая на поцелуй и не сопротивляясь, даже когда он прикусил её нижнюю губу зубами.

Приятное тепло разливалось по телу. Отстранившись, Рэй нарочито медленно облизал свои покрасневшие губы и принялся расстёгивать жилетку Юми.

— Ты уверен? — переспросила она, хотя прекрасно знала ответ.

Рэй стянул жилетку и без капли стеснения поднял заправленную в шорты рубашку, обнажая небольшую грудь Юми. Её соски были твёрдыми. Агент удовлетворённо улыбнулся, расстегнул свою рубашку и скинул её на пол. Если бы Юми не чувствовала такое сильное возбуждение, то наверняка ужаснулась бы от количества шрамов. Но сейчас ей было плевать. Она провела ладонью невидимую дорожку от шеи до ремня брюк. Из-за касания мышцы живота сократились, и Рэй тихо застонал.

— А если маскировка спадёт, и мы увидим друг друга… настоящих? — вдруг спросила Юми.

Рэй толкнул её на чёрный кожаный диван, залез сверху и прошептал на ухо:

— Не столь важно. Просто представь, что ты сейчас отдашься абсолютно незнакомому человеку. Разве это не будоражит твоё воображение? Ведь на самом деле мы сейчас касаемся реальных нас, только не можем это увидеть. Глаза обманывают, но если бы мы могли абстрагироваться от привычных органов чувств, то узнали бы правду. Но зачем тебе волноваться. Ты ведь знаешь, кто я, верно?

Секс с незнакомцем?.. Звучало до ужаса пошло. Но ведь Юми знала, кто скрывается за маской. Поэтому, даже если она займётся любовь с Эриком, это не станет предательством.

— Безумие, — прошептала она.

Рэй с нескрываемым удовольствием снял с напарницы шорты и бельё. Волна стыда захлестнула разум Юми, но движения парня были очень напористы, поэтому она позволила раздвинуть свои ноги. Закрыв глаза, Юми услышала, как стучит пряжка ремня. Через несколько секунд брюки оказались на полу рядом с шортами.

Рэй принялся покрывать шею и лицо Юми поцелуями. Он не скрывал дрожи и тяжёлого дыхания, и это ещё больше будоражило.

Когда Рэй вошёл, она не сдержала громкого стона. Пришлось закрыть рот ладонью, чтобы не привлечь ненужное внимание. Если сейчас кто-то постучится в дверь, то им конец. Рэй двигался медленно, будто боялся сделать больно. Его волосы волнами спадали на обнажённые плечи. С закатанными глазами и приоткрытым от удовольствия ртом он выглядел просто волшебно. Юми поглаживала его руку, сжимая её, когда толчки усиливались. С каждой секундой Рэй становился всё смелее. Он опустился к губам Юми и поцеловал её с языком. Так страстно и настойчиво, что она совсем потеряла контроль над собой.

Кончил он непозволительно быстро. Юми даже немного расстроилась. Она не отказалась бы продолжить, но видела, как сильно дрожит его тело от волнения. Когда возбуждение прошло, Рэй принял растерянный вид и, прижавшись мокрым лбом к её лбу, спросил:

— Хочешь, я продолжу пальцами?

— Нет-нет, всё и так прошло чудесно.

— Честно?

— Да.

— Ладно. Это был мой первый раз.

— Серьёзно? — Юми не могла сдержать улыбки. — Почему ты сразу не сказал?

— Не хотел, чтобы ты подумала, что я неудачник.

— Как о тебе вообще можно подумать подобное, Рэй?

Напарник пожал плечами, всё ещё сидя сверху. Кажется, отстраняться он не собирался.

— Ты же подумала, что я козёл.

— Забудь всё, что я сказала.

— Как жестоко с твоей стороны.

— Не драматизируй… слезь с меня, мне тяжело.

— Прости.

Спустившись с дивана, он принялся спешно одеваться. Из-за темноты Юми даже не смогла рассмотреть самые интересные части тела напарника. Она опустила рубашку и натянула на себя шорты. Следов их провинности почти не осталось, если не считать раскрасневшихся щёк и жара от близости.

Рэй опустился на колени перед сидевшей на диване девушкой и, взяв ту за руки, со светящимися — на этот раз не в буквальном смысле — от счастья глазами, сказал:

— В следующий раз всё будет намного лучше. Я позабочусь. Ты не пожалеешь.

Юми смущённо захлопала ресницами. Ей было до неприличия хорошо и приятно ощущать себя настолько безрассудно любимой, но вместе с тем… Рэй явно не принимал или не хотел принимать возможные последствия. Словно всё, о чём он мечтал, центрировалось в чувстве любви.

Юми приблизилась к его лицу, желая поцеловать, как вдруг пол под ногами содрогнулся и завибрировал. Прозвучал раскат грома, а воздух заполнился низким гулом.

— Что это?

Рэй в ту же секунду подбежал к окну, пытаясь понять, что произошло. Чем дольше он вглядывался вниз, тем выше поднимался чёрный дым. Сирены, сначала далёкие, теперь звучали всё громче, сливаясь в один протяжный вой. Люди выходили из соседних зданий, чтобы понять, где находится источник дыма. Но здесь, наверху, было спокойно, будто ничего и не произошло.

— Рэй, что там произошло?

— Они в ловушке…

— Кто?

— Нас пытались взорвать, Юми. Все, кто находится в здании, не смогут выбраться.

В ушах зазвенело. То, что она приняла за гром, оказалось взрывом на нижних этажах. Юми словно очутилась в очередном кошмаре, но нужно было действовать быстро. В их руках оказались человеческие жизни. Опять.

Глава 8. Огненный плен

Агенты не знали, сколько человек находится в здании. Нижние этажи принадлежали страховым компаниям, юридическим фирмам и риелторским агентствам. Отдав под аренду часть этажей, Ц.Е.П.И. старались покрыть расходы на содержание явно неприбыльного исследовательского центра паранормальщины.

— Сколько человек могло остаться на ночь на работе? — спросила Юми, перепрыгивая через ступени на лестнице.

— Большая часть работников Ц. Е. П.И., охранники, обычные офисные планктоны… Чёрт, их может быть около полусотни. Вот до чего доводит культура переработок.

— Кто бы говорил.

Чем ниже они спускались, тем сильнее чувствовался запах гари. Оглушающе визжала противопожарная сигнализация. На одном из этажей Рэй вдруг остановился и указал на дверь.

— Нужно разделиться. Ты пойдёшь за всеми, кто работает на Ц. Е. П.И., а я вытащу простых людей.

— Там может быть очень опасно…

— Я знаю. Поэтому эту часть беру на себя.

Юми кивнула. Когда Рэй исчез в лестничных проёмах, она кинулась в коридор. Здесь находилась лаборатория. Двое — мужчина и женщина — пытались спасти дорогостоящее оборудование и пробирки с образцами.

— Сохраняйте спокойствие! — крикнула Юми, видя их тревогу. — Все вещи оставляем здесь.

— Ты не понимаешь, если здание рухнет… — запротестовал мужчина, закрывая телом что-то похожее на большой микроскоп, но она не дала ему договорить:

— Не рухнет. Я не собираюсь тратить время, вынося железки.

— Вы даже не понимаете, о чём сейчас идёт речь!

— Или вы слушайтесь меня, или умрёте, и тогда ваши игрушки перейдут в собственность крысам на помойке. Вам ясно?

— А где второй агент?

— Заботится о том, чтобы не начало пахнуть жареным мясом. Я ещё раз спрашиваю: вам ясно?

Вынужденные послушаться, они проследовали за Юми к ближайшему открытому окну.

— Крепко держись за меня.

Женщина обхватила её шею и невольно вскрикнула, когда агент выпрыгнула из окна. Цепи вырвались из её спины, цепляясь за стены соседних зданий и помогая затормозить падение. Юми приземлилась на асфальт и отпустила женщину.

— На сорок втором этаже тоже есть люди, — сказала лаборантка. — Будь осторожна.

На улице собиралось всё больше зевак с телефонами, снимающих пожар на камеру. Чтобы случайно не привлечь их внимание, всех последующих спасённых Юми относила на крышу высотки неподалёку. К зданию стягивались машины пожарных и бригады скорой медицинской помощи.

Сорок второй, сорок третий и сорок четвёртый этажи были пусты. На сорок пятом Юми столкнулась с Шэйлой, которая держала в одной руке планшет с планом помещений, а в другой — лом. Её белый халат был испачкан сажей.

— Юми, я так рада, что встретила тебя!

— Я тебя вытащу.

— Нет, подожди. Линда застряла в лифте где-то внизу. Она может задохнуться от дыма.

— Нужно открыть двери.

— Я пыталась, но панель управления находится на первом этаже. Там всё пылает.

— И ты решила открыть лифт самостоятельно? — она кивнула на лом.

— У меня не было выбора.

— Извини, но это работа не для ассистенток.

Юми отобрала лом и, вставив его конец в зазор между дверцами, надавила со всей силы на импровизированный рычаг. Двери начали расходиться. Когда расстояния между ними стало достаточно, чтобы пролезть внутрь, агент выкинула лом и заглянула в шахту лифта. Крыши кабины не было видно.

— Она очень низко. Но это ничего. Я справлюсь.

Юми зацепилась цепью за стену шахты, как цепляются пауки своей паутиной, и полетела вниз. Она делала это много раз, но сейчас что-то пошло не так: цепь растворилась в воздухе и Юми, не успев среагировать, рухнула на крышу кабины.

И вновь оказалась в самом центре пустого, тёмного подвала. Жар обжигал кожу — помещение было в огне. Пламя лениво ласкало стены, а запах дыма проникал в лёгкие. Юми поднялась на ноги, пытаясь найти глазами выход. Но выхода отсюда не было. Обшарпанной двери в углу, которая всегда появлялась на своём месте, на этот раз просто не существовало. Что делать дальше, Юми не знала. Она закрыла глаза руками, надеясь, что кошмар закончится, но он только начинался.