Бесплатный фрагмент - Абхазия головного мозга. Записки сухумской отельерши

Предисловие

Прежде всего, спасибо, что выбрали именно наш Гостевой дом «Роза». Мы знаем, что у вас был огромный выбор — Крым, Сочи, Турция и прочие солнечные побережья всего мира. А вы решили приехать в наш дом, что невдалеке от сухумской набережной, в конце проспекта Мира. Вы нам доверили свой отдых, и мы очень ценим ваше доверие. Постараемся, чтобы ваш отдых у нас стал тем, о чём вы будете всегда вспоминать с особым теплом и улыбкой.

Именно этот экземпляр книги, что вы сейчас взяли с тумбочки гостиничного номера в «Розе» и держите в руках, — наш подарок вам.

Зачем вам эта книга? Не для того, чтобы заменить гида или путеводитель. А для того, чтобы получить ключи к хорошим местам, к правильным людям, к пониманию того, как всё устроено в этой уникальной, тёплой, немного абсурдной стране, в которую вы приехали (Абхазия в переводе с абх. — Страна Души).

Здесь вы найдёте:

* Нужные подсказки для туриста

* Дружеские советы

*И просто смешные истории для отпускного настроения — которые случались в стенах нашего гостевого дома. У нас тут действительно душевно и весело.

Читайте её утром за кофе, чтобы спланировать сегодняшний день. Листайте вечером перед сном, чтобы спланировать завтрашний маршрут. А можете даже дополнить её своей собственной историей, поделившись сюжетом вечером с хозяйкой на лавочке.

Приятного отдыха и интересного чтения.

Елена и Олег. Ваш отдых — наша работа.

Абхазия, Сухум, Гостевой дом «Роза», февраль 2026 г.

Особенности национальных абхазских революций

(Все совпадения имён — случайны, события — нет)

Январь 2020 года. Мама звонила из России в панике.

— Революция! Что там у вас опять происходит?! Вы живы? Спасайтесь!

Мы с Олегом пили кофе на балконе, телевизор не смотрели. А в центре Сухума в это время народ уже бунтовал, негодовал, а в перерывах между митингами бунтовщики дружно грелись у костра, пили кофе. Таким уже привычным нехитрым образом народ пытался свергнуть очередного своего Президента, которого сами же и выбирали не очень давно.

В Абхазии народные бунты против власти — это что-то вроде традиции. Они, как шторм на море: он непредсказуем, неизбежен, начинается внезапно и на утро все о нем забывают. Главное во всей сухумской революционной традиции — во-первых, чтоб во время бунда не пролилась настоящая кровь, иначе все забудут про Президента и в том же составе начнут гоняться за негодяем, допустившим кровопролитие (не дай Бог случиться кровной мести); и, во-вторых, чтоб бунты не мешали курортному сезону. Поэтому идеальное время для подобных народных гуляний (зачеркнуто) восстаний — это абхазская зима. Как показывает практика, в климатических условиях субтропиков с крайне высокой зимней влажностью, на холоде долго бастовать по абсолютно понятным причинам никто не хочет. Поэтому уже к вечеру политическая повестка и риторика резко смещаются в сторону «быстрей бы уже за стол, поесть горячей мамалыги и выпить от души доброго вина с тостом «За Абхазию!»

В этот раз все шло традиционно: люди вышли, покричали у Парламента, сбегали в ближайший ресторан выпили, закусили, вернулись, опять покричали. Сгоряча окно в здании разбили, сломали что-то — кровь горячая, понять можно. Но в целом — всё по-семейному, потому как абхаз абхазу — брат, сосед и одноклассник. Или брат одноклассника. Или сестра жены одноклассника. Короче, все свои. Сильно ругаться стыдно — что люди подумают? Помашут кулаками на камеру, наведут жути в медиа, на набережной подожгут коробки, погреются. А потом отойдут вместе покурить, за жизнь поговорят и друг друга в гости позовут.

Женщины обычно в митингах не участвуют, у них задача иная: они присутствуют фоном на заднем плане на тот случай — если какой-нибудь провокатор все же достанет оружие. Вот тут «мать/жена» и выйдет из-за пальмы, чтоб пристыдить. Мол, ора, шалишь! Политика-политикой, а хулиганить тут тебе мама не разрешала. Честно сказать, абхазские женщины не мало конфликтов погасили, вставая между «заигравшимися революционерами».

Как объяснить моей русской маме в двух словах все эти нюансы абхазской национальной революции, я не знала:

— Мам, да у нас просто в Абхазии жизнь такая политически-активная, но все же стабильная и волноваться тут не о чем, телек лучше не смотри, а вечером созвонимся.

Вечером зашли в гости старые знакомые — Алхас с женой Мадиной. Стол накрыли чем богаты. Ну и, понятное дело, автоматически включился режим «диванных экспертов-политиков».

Алхас — интеллигентного вида сухумчанин в очках, бригадир отделочников — возмущался:

— Я объект жирный взял в центре города. Сроки горят. А милиция сегодня весь центр Сухума перекрыла — плитку выгрузить не смог. Я их всё! Политика — дело важное конечно, но обязательства по объекту мне сейчас важнее.

Мадина, учительница биологии, в шутку нахмурилась и его поддевает:

— Вот у всех мужья как мужья — целый день орут у Парламента. А ты… Эх ты! Придётся мне за тебя завтра с утра идти митинговать. Иначе стыдно. Что люди про нас скажут?

Алхас, мужик спокойный, мудрый и остроумный, не стал жену одергивать. В его голове явно созрела шахматная комбинация против Мадины, он глаз прищурил, затянулся сигаретой, спрашивает ее спокойно:

— Мади, вот ты биофак АГУ (Абхазский государственный университет) закончила, детей в школе учишь. У меня вопрос есть, давно он меня мучает. Ты уж точно должна знать ответ. Вот скажи мне: и коза, и корова едят одно и то же — траву, сено. Так?

Мадина сразу почуяла подвох, медленно в его сторону голову повернула, бровь приподняла:

— Ну… Так. Да. Одинаково, — медленно порционно выдавила она в ответ мужу.

— Тогда скажи, — Алхас сделал драматическую паузу, привстал, руку к груди приложил (извиняюсь, мол, за некрасивую тему) — почему же тогда какают они по-разному? Коза — горошками, а корова — лепёшками?

Вопрос был настолько неожиданным, что мы втроём, не сговариваясь, прыснули со смеху и дружно перевели взгляд на Мадину. Теперь мы все искренне ждали ответа учительницы биологии на этот столь важный сейчас для нас вопрос.

Мадина отмахнулась:

— Да ну тебя! Одни глупости у тебя вечно на уме!

— Ну ответь! Или не знаешь, да?

— Не знаю! Представь себе, не знаю!

Алхас, по-прежнему спокойно, как охотник, загнавший косулю по нужной ему траектории:

— Воот, Мади! Ты даже в говне не разбираешься (Алхас опять дежурно быстро привстал с кресла, приложив руку к груди, извиняясь за нехорошее словечко). Зачем ты тогда в политику лезешь, Мадина? По-братски тебя прошу — не ходи ты на эти митинги.

Мы замерли ровно на полсекунды. А потом так громко захохотали, что не сразу услышали звонок сотового.

Звонила мама. И уже абсолютно без волнения, дежурным тоном интересовалась закончилась ли наша очередная абхазская революция. У нее был подготовлен ко мне целый ряд резонных вопросов: Президента Рауля Хаджимба уже проводили в отставку? Кто у вас будет следующий Президент? Уже назначили дату выборов?

А я в ответ только и сказала обычное сухумское:

— Мам, извини, я за столом, у нас сейчас гости… Да и к тому же в политике я совсем не разбираюсь.

Все еще раз дружно захохотали. Маму мой ответ устроил, в трубке раздались гудки.

***

После выпуска новостей по российским каналам в тот же вечер в моем инстаграме (INSTAGRAM- запрещенная социальная сеть в РФ) случилась гиперактивность потенциальных гостей. Понятно, что все нормальные люди были взволнованы нашей очередной революцией. Большую часть взволнованных мне удалось успокоить, но, увы, два-три летних бронирования все же пришлось отменить и вернуть предоплату.

Про революцию на следующий день в Сухуме уже не вспоминали. Мастера меняли разбитые окна на первом этаже резиденции Президента, узбеки мели набережную и расставляли скамейки на их привычные места под олеандры.

P.S. Официальной версией того народного бунта в январе 2020 года было «желание избирателей пересмотреть результаты выборов». Но существует и другая, более земная версия — настоящей причиной январских массовых беспорядков у резиденции президента стал арест охранника Президента Хаджимбы Дато Ахалая, который подозревался тогда в групповом нападении в ноябре 2019 года у ресторана «Сан-Ремо» на набережной Сухума Тогда были застрелены криминальные авторитеты Астик Гудаутский и Алхас Авидзба (Хасик), от шальной пули погибла 22-летняя официантка и ещё два человека получили ранения. Это резонансное кровопролитие с жертвами повлекло отставки в силовых структурах республики. Свои должности потеряли, в частности, министр внутренних дел и генеральный прокурор.

«Политическая» ситуация в Сухуме тогда действительно сильна накалилась, забурлила, закипела. Потом она, как паровоз, выпустила пар и остыла. Вся энергия ушла в свисток. И каждый по-прежнему стал жить своей жизнью — народ своей, Президент — своей, криминал — своей, курорт — своей…

Страна 404. Особенности национальной экономики

Гости часто спрашивают: «А как вы живёте в такой изоляции?» Мы в ответ лишь пожимаем плечами: «Изоляция?.. не слышали. Санкции?.. что это?»

Абхазия — суверенное государство. Да, на сегодняшний день из 193 стран — членов ООН её независимость признали всего 4: Россия, Никарагуа, Науру и Венесуэла. Весь же остальной мир в худшем варианте думает, что мы — часть Грузии, в лучшем — о нашем существовании вообще не подозревает.

И что с того, что Абхазия лишь частично признана «мировым сообществом»? В конце концов, что такое то «Мировое сообщество»?! Обычно на этом месте в мою патриотическую риторику вступает убойный аргумент «И ЧО?!» Как любят шутить в Сухуме: я того сообщества его маму на рынке видел.

Абхазская политическая уникальность давно пропитала быт и современную культуру республики. Здесь люди научились жить не в системе «признан — не признан», а в системе «свой — чужой».

Ну а если серьезно поговорить на языке цифр, то в государственном бюджете Абхазии (в 2025 году он составил около 20 миллиардов рублей), примерно ¼ часть суммы составляет российская помощь.

«А с чего это вам Россия помощь оказывает?» — периодически спрашивают мои российские гости, недовольно приподнимая бровь.

А с того, что согласно последней переписи населения (2011) население Абхазии составило примерно 240 тыс. человек, и из них более 90% являются гражданами России (или имеют право на получение гражданства РФ в упрощенном порядке). Поэтому помогая Абхазии, таким образом Россия по факту помогает своим собственным гражданам.

ВВП Абхазии вообще, боюсь, посчитать невозможно. ВВП Абхазии — предмет темный и исследованию не подлежит. Его можно только взвесить (как соседского бычка), или засушить (как хурму) или выпить (как чачу). Вот такая вот хитрая политэкономия получилась. Лучше и не пытайтесь ее понять.

Законы экономики в Абхазии вообще не работают. Больше скажу: в этой стране даже фундаментальные законы физики и те работают не всегда. Я, имея диплом финансиста, прожив почти 20 лет в Абхазии, так и не разгадала тайну ее экономики… Как при тотальной 99% официальной безработице дороги наводнены крутыми иномарками, а большая часть местной молодежи дефилирует по набережной в руках с последними моделями айфонов; как при официальном МРОТе в 10 тыс. руб. и официальной пенсии в 5000 руб., можно играть детям свадьбы на тысячи приглашенных гостей; как при мизерной зарплате бюджетника можно учить одновременно двух-трех детей в платных престижных московских ВУЗах… Вопросы без ответа.

Подозреваю, что секрет экономики скрыт всего в двух пунктах: 1) в мудрой абхазской поговорке «Хороший понт дороже денег»; и 2) в сильно выраженной клановости общества, слабости законов и силе традиций: любой старик, инвалид, имеющий семью или соседей, бедствовать не будет, чужих детей не бывает.

А если действительно вам хочется увидеть, понять и прочувствовать ту абхазскую хитрую экономику — ступайте на сухумский рынок, там, где торгуют вином, сыром и мёдом. И только там вы увидите настоящую внешнюю и внутреннюю политику: вы поймёте весь абхазский принцип экономических международных отношений.

Абхазы — очень добрые и веселые люди, они ко всему относятся с юмором и никогда не унывают. Вот, например, абхазский анекдот, актуальный уже много десятилетий.

Купил мужик на рынке зайца, принес домой и говорит жене:

— Пожарь!

Жена ему отвечает:

— Не могу! Газа у нас нет, КПП Псоу закрыли!

Муж с горяча кричит:

— Ну тогда засоли его!

— А как? Соли-то нет, Псоу закрыли!

Короче, мужик психанул и швырнул того зайца в окно. Заяц счастливый шмякнулся о землю и заорал: «Да здравствует независимая Абхазия!» И сиганул в кусты.

Вот такая вот Абхазия уникальная страна — страна 404, как жители иногда сами над собой шутят. Страна, в которой ничего нет, но все есть. Добро пожаловать в рай!

Две розы или план «Перехват»

Забронировала у меня одна взрослая, милая, интеллигентная дама номер на двоих. Говорит: «А зовут меня Розой, и приеду к вам с подругой, встречайте».

До заезда время было еще много, звонила она еще часто, вопросов у нее было много — от «где купить лучшую аджику?» до «ходит ли автобус до Пицунды в 5 утра?». Я терпеливо отвечала, для меня это нормальные вопросы, я привыкла.

В назначенный день приехали две интересные, миловидные дамы — молодые пенсионерки. Знакомлю их с мужем:

— Олег, вот Роза и её подруга…, — оборачиваюсь ко второй, — как, кстати, вас? Вторая дама улыбается и как бы даже малость виновато произносит: — Знаете, может, трудно поверить… Но меня тоже Роза зовут.

Мы с Олегом переглянулись. Дело, конечно, не совсем обычное. Ни разу такого совпадения не было. Посмеялись от души. На том бы и закончилась эта милая история про двух Роз, но это было всего лишь многообещающее начало невыдуманной истории.

Отпуск у Роз явно удался: море, солнце, романтические знакомства. Вот из-за знакомств всё и вышло. Повстречались они на свою беду с некими «джентльменами» из Карачаево-Черкесии — те приехали отдыхать на автомобиле. Новые знакомые пригласили моих Роз на романтическое свидание. А оно, как водится, затянулось до глубокой ночи и закончилось на морском берегу у Сухумского маяка.

Закончилось, прямо скажем, неожиданно. Неожиданно для обеих Роз, тех самых «джентльменов», пограничных сил Абхазии, отдела МВД по Сухуму, сухумского ГАИ, а также для нас, хоз яев гостевого дома «Роза».

Проснулась я в ту ночь около трёх. Чуйка, как всегда, сработала. По старой чекистской привычке первым делом смотрю в окно — и вижу: в номер к Розам заходит мужчина.

Сделав морду кирпичом, я стремглав выскользнула из дома — тихо, чтобы не будить мужа и наших двух шарпеев-охранников. В голове уже строился план: как аккуратно, «без шума и пыли», выпроводить этого ночного ухажёра за ворота.

К моему изумлению, «ухажером» оказался… молодой человек. Слишком молодой. В белоснежной рубашке, с видом испуганного студента-первокурсника.

Тут у меня случился разрыв шаблона. ERROR. Переделать свою морду, заранее сделанную кирпичом, уже никак не получалось — заклинило, поэтому я продолжала наезд:

— Объяснитесь, молодой человек! — прошипела я. — Какого хрена вы тут в три часа ночи делаете? Вашу мамашу я на рынке видела! Валите отсюда для начала разговора!

Я, как могла сильно осуждающе зыркнула на обеих Роз сразу.

Парень затараторил, словно из пулемёта:

— Вы всё неправильно поняли! Я объясню. Я — исполняющий обязанности начальника погранзаставы! Я при исполнении! У меня нарушитель! Проникновение на территорию части! План «Перехват»!..

Я его, понятное дело, слушать его не стала, оборвав:

— Быстро документы предъявляй! Мне ты хоть Папа Римский! Документы должны быть!

— Документы… в машине, машина припаркована за вашими воротами, — сник он. — Пройдёмте, я всё объясню без свидетелей.

Мы вышли. По дороге к его УАЗику военной окраски история начала складываться в уморительный, нелепый и абсолютно абсурдный пазл.

***

Оказалось, романтика на берегу закончилась не по сценарию. «Джентльмены», видимо, повели себя совсем не по-джентльменски. Моим Розам пришлось спасаться бегством — врассыпную.

Одна Роза сориентировалась верно и через полчаса была уже в номере. А вот со второй вышла громкая история.

В районе маяка стоит воинская часть пограничных войск Абхазии, адрес ее конечно секретный, раскрыть не могу, не просите. Но если будете возле маяка, то она по левую руку. Вот на нее-то и набрела заблудившаяся в кромешной тьме вторая Роза. Наткнулась на ворота той воинской части, это единственное место где горел свет.

Она отчаянно начала дубасить по воротам руками и ногами, кричать, уговаривать впустить её. Но абхазские служивые ворота открывать не торопились. Была у них на то веская причина: они крепко и дружно спали всей своей погранзаставой.

Деваться было некуда, и Роза пошла вдоль забора, ища хоть какую-нибудь лазейку. Забор уходил прямо в море. В море она с упорством шпиона сплавь забор преодолела — и, будучи еще по шейку в воде, но уже оказалась на территории погранчасти. И вот она мокрая, замерзшая и в край потерявшаяся шла по территории строго охраняемого объекта. Врагов там, понятное дело, той ночь не ждали, поэтому крепко спали всем составом.

Роза дергала все двери подряд, все закрыто. Как говориться, граница была на замке. Она выбилась из сил, уже абсолютно не понимая, как выбраться из очередной ловушки.

И тогда наша Роза применила безотказный дамский метод: она стала истошно орать «Спасите! Помогите!»

Мирный сон погранзаставы был прерван её отчаянным ором. И уже через одну минуту вся военная часть была поднята криком проснувшегося дежурного «Застава, в ружье!»; через две минуты о несанкционированном проникновении со стороны моря уже знало начальство военной части; а еще через три минуты- всё сухумское военное начальство. Закрутилось.

Вояки, разобравшись, что мокрая орущая «нарушительница» — не враг, а потерпевшая гражданка-гостья республики, вызвали милицию. Милиционеры, те вообще долго разбираться не стала — сразу объявила план «Перехват» автомобиля согласно описания мокрой гражданки-потерпевшей. Тут уж пришлось резко просыпаться всем сотрудникам ГАИ. Гаишники на «Эшерском» посту быстренько изловили тех самых «ухажеров» на автомобиле.

Пойманные подозреваемые к тому времени были немного не живые от количества выпитого с горя вина. Казалось бы, можно понять мужчин: причиной их алкогольной невоздержанности стала неразделенная любовь к Розам. При допросе же оказалось, что ухажеры, к тому времени напрочь забывшие про сбежавших невест, объяснить работникам ГАИ толком ничего не могут. ГАИшники отвезли их в сухумское МВД, там память к ним вернулась быстро.