электронная
180
печатная A5
509
12+
40 лет шагая по Морскому

Бесплатный фрагмент - 40 лет шагая по Морскому

К 15-летию журналистской деятельности

Объем:
350 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-4493-3527-2
электронная
от 180
печатная A5
от 509

Недавно просматривая сайт газеты «Навигатор» — www.navigato.ru, сообразил, что пишу для газеты ровно 15 лет. А поскольку пишу о том, что близко и дорого, стало понятно, что газета стала своеобразным дневником не только жизни нашего района, но и моим. Это статьи и новостные заметки о людях с которыми довелось встретиться и о делах этих людей.

Хочется поблагодарить весь коллектив газеты «Навигатор», с которым я сотрудничаю с 16-го номера, с апреля 1996 года. Эти годы не прошли даром. Они принесли много волнительных минут, дней полных забот и лет, затраченных на труд вместе с любимым городом Новосибирском.

Особую благодарность хочется выразить Максиму Долгову за проявленную инициативу вовлечения меня в журналистскую деятельность, Валентине Рудневой и Татьяне Осиповой за подготовку в печать моих опусов. Благодарю главного редактора — Дмитрия Данилина за многолетнюю стабильность в движении единожды выбранным курсом.

15 лет в журналистике Академгородка

40 лет шагая по Морскому

Как ни странно, но в историческую рубрику «Навигатора» сравнительно редко приходят рассказы об Академгородке. А жаль, ведь наш маленький город уникален, такого больше нет нигде на свете. И история его уникальна.

Сегодняшняя публикация, мы надеемся, доставит добрые чувства патриотам Академгородка. Пусть люди за чтением этой страницы согреются теплыми воспоминаниями, узнавая милые подробности нашей общей судьбы. (Предисловие редактора)

Зимой 1963 года моя мама получила комнату в доме N°1 по улице Золотодолинской. Окно выходило на перекресток. Перспектива Морского проспекта, уходящего к Обскому морю, стала одним из самых первых моих зрительных образов Академгородка того времени.

Темным зимним утром свет лился из окон новеньких пятиэтажек, и снежинки искрились на синих сугробах. Мама везла меня на санках в садик мимо строящегося большого темного дома за забором. У дома была странная круглая крыша. Мама говорила: «Наверное, это будет цирк».

А когда дом построился, оказалось, что это ресторан торгового центра. В новом торговом центре мы первым делом купили пирожных с цветочками и грибками и радиолу «Ригонда». Все лето мы радовали соседей песнями в исполнении Эдуарда Хиля, Магомаева и Эдиты Пьехи.

Море виднелось с Морского проспекта уже от нашего перекрестка. В дождливую погоду я забирался на подоконник в кухне и смотрел на проезжающие автомобили. Это были чаще всего «Волги», иногда «Москвичи». Машины ходили редко, и я учился считать: «Три машины проехали к морю, две — от моря…»

Мне исполнилось четыре года, я уже был большой, а деревья на Морском были маленькие, некоторые даже ниже меня. Они были привязаны тоненькими проволочками к колышкам. Я спрашивал у мамы: «Зачем такие маленькие деревья посадили?» А мама отвечала: «Вот вырастешь — и деревья подрастут вместе с тобой». «Как долго еще ждать», — расстраивался я.

Летом 1964 или 1965 года асфальтировали Морской проспект. Это было замечательное событие. Огромные катки разглаживали ароматную черную массу, и улица становилась гладкой, как зеркало, а народ толпился по тротуарам и глядел на эти красивые машины, на рабочих в нарядных оранжевых жилетах. «Вырасту, обязательно стану строителем! — думал я. — Буду ходить в большой каске, оранжевой куртке…»

«Оранжевое лето!..» — пела пластинка. А мы с мамой, взяв коврик, резиновый мяч, лимонад и надев большие соломенные шляпы, шли к Обскому морю. В том здании, где сейчас поликлиника, тогда располагалась гостиница. Возле ее подъезда были клумбы с цветами портулака, а возле клумб скамеечки. На скамеечках сидели синие африканцы. Они были синими не от холода (ведь на дворе стояло лето). «Просто вот такие они родились», — объяснила мама. Иностранную речь можно было услышать на каждом углу. У нас в доме жила семья греков. Они убежали от страшной хунты, говорили соседи.

Березы на косогоре, спускающемся к золотому пляжу, были тоже маленькими, и с переходного моста через железнодорожные пути открывался замечательный вид на Обское море и Бердский залив. Море казалось бескрайним, белесо-синим, оно отдыхало после зимних льдов и ждало нас…

Сама природа радовалась такому чуду, как Академгородок. Оранжевым золотом огоньков расцветала по весне Золотая долина. Зайцы спали под лавочками, лоси выходили на проспект Науки, а быстроглазые белки бегали по газонам, прося семечек. У нас на балконе осенью сушились подсолнухи, и белки быстро, за неделю их вышелушили, перетаскали семечки по своим гнездам. А одна особенно настойчивая запрыгнула с березы к нам на кухню и перевернула кастрюлю с супом.

За белками заботилась организация под названием ЛОС. Белок кормили в специальных маленьких балкончиках-кормушках, привязанных к деревьям. Еще ЛОС ухаживал за газонами и разводил цветы на клумбах. Самые яркие цветники были разбиты в сквере напротив Института экономики и на перекрестке Морского проспекта и улицы Жемчужной.

Зимние впечатления того времени не менее яркие, чем летние. Всех детей сотрудников институтов приглашали на новогодние утренники в Дом ученых. И все зимние каникулы шли детские спектакли и представления. Вечерами с катка на Детском проезде звучала музыка, и сотни людей в красивых костюмах кружились на коньках в свете прожекторов. По воскресеньям мы, одев комбинезоны, катались на лыжах по пологим берегам речки Зырянки. А еще были моржи, это мужчины и женщины — любители зимнего плавания. Они купались в большой проруби на море. На льду у лунок сидели рыбаки, у них можно было купить живого ерша и посадить дома в аквариум.

…Прошли годы. Повинуясь детской мечте, я стал строителем и работал в замечательной бригаде Анатолия Зайкова. Мы стоили жилые дома на Шлюзе, институтские корпуса клиники Мешалкина, здание управления «Сибакадемстроя». Я всегда любил смотреть с крыши строящегося дома на подрастающий Академгородок. Постепенно деревья становились большими.

Мы с мамой уже давно не ходим, взявшись за руки, на Обское море… Сидя в кафе на Морском, я смотрю на вечерние огни домов и вспоминаю свои детские годы.

Зима. Снежинки искрятся на голубых сугробах…

Евгений МАРКОВ

(«Навигатор» №48 от 05.12.2003)

В ледовых лабиринтах

Помните знаменитую картину Сурикова «Взятие снежного городка»? На Руси такие городки строились зимой для всеобщего увеселения во время гуляний. И кульминацией зрелища было именно «взятие» или эффектное разрушение строения в завершение праздника.

Аркадий Гайдар в повести «Снежная крепость» уже несколько по-иному интерпретировал старинную русскую забаву. Здесь снежная крепость — атрибут детской игры, несколько милитаризованной, как, впрочем, и все Советское государство тех лет.

А вот ледовые городки строились не для разрушения. Используя уникальные свойства необычного материала, а именно прозрачность и отличную технологичность льда, издавна во многих северных странах ледовыми постройками украшались городские площади во время рождественских праздников. Потешный ледовый дворец императрицы Анны Иоанновны, построенный зимой 1740 года в Петербурге между Адмиралтейством и Зимним дворцом, стал широко известен благодаря историческому роману И. Лажечникова «Ледовый дом».

Эскимосы использовали спрессованный в естественных условиях снег как единственный подручный материал для строительства жилья в Арктике. Эскимосский снежный дом «иглу» — очень прочное сооружение и способен надежно защитить человека, особенно в штормовую погоду.

В свои отроческие годы я в полной мере воспользовался щедростью нашей сибирской зимы. В снежные зимы в низких местах, а особенно вдоль железнодорожной насыпи, скапливались огромные, в рост человека, сугробы. Мы с друзьями из двора детскими короткими лопатками рыли в них пещеры со многими выходами и внутренними комнатами. А еще на льду Обского моря строили «иглу». Родители наши не знают до сих пор про эти похождения.

Став постарше, мы подрабатывали подмастерьями у художников, оформлявших новогоднюю площадь перед ДК «Академия». Художник рисовал контур будущей фигуры на большом кубе спрессованного снега, а мы с другом топориками срубали лишний снег. А вечером играли с одноклассницами «на поцелуй» — кто первым выберется из ледового лабиринта…

В этот год зима не поскупилась на снег. Мы с женой, планируя неделю праздничных мероприятий, решили познакомиться со всеми снежными городками Новосибирска. Полностью осуществить задуманное не получилось — очень уж велик наш город. Но кое-что все-таки успели. Итак, 1 января мы наняли небольшой экскурсионный автобус, взяли своих племянников и отправились «по городкам и весям».

Утро первого дня года. Самое первое, на что обратили внимание, — полное отсутствие пробок на дорогах. Даже улица Большевистская, особенно тесная в обычные дни, в этот раз пропустила нас беспрепятственно. Первый городок, который встретили на пути, — снежная крепость возле гостиницы «Обь». Довольно широкая площадь обнесена высокой стеной с арочными входами и башенками. Внутри дворика большая снежная фигура смешной обезьянки и медведя с гармошкой, снежный Дед Мороз. Красивая высокая елка с игрушками. Хорошо утоптанная накануне танцплощадка. Чувствовалось, что народ здесь недавно хорошо повеселился.

Кинув взгляд вниз по берегу Оби, увидели строения ледового городка на набережной возле пристани. Забрались обратно в автобус и поехали к нему. Вход в городок платный, но недорогой, с нескольких сторон у входов строгие охранники, похожие больше на бойцов ОМОНа, проверяют билеты, пропуская первых гостей. Среди посетителей в эти утренние часы довольно много откровенно нетрезвых парочек и компаний, но на свежем обском ветру хмель улетучивается быстро. Много семей. Мамы и папы катают своих карапузиков с больших и маленьких ледяных горок. А горок великое множество. Ледовый городок на набережной изображает старинный порт. Одиноко стоящий высокий маяк. Корабли у пристани. Статуя бывалого «морского волка» на площадке. Елка тоже сделана из прозрачного льда. Вечером лед, подсвеченный сотнями ламп, играет разноцветными лучами на гранях. Это незабываемое зрелище. Но в то утро лишь не очень яркое солнышко освещало прозрачный сказочный город. Прохладный ветерок загнал нас обратно в автобус, и мы покатили дальше.

Столь привычных в прежние годы роскошных новогодних украшений на площади Ленина теперь нет. А потому мы отправились на елку в Центральный парк. Уютный, знакомый с детства парк встретил нас приветливо. Охрана по периметру выставлена, как и положено, вход бесплатный. По широкой аллее выходим на центральную площадь парка. Огромный надувной Дед Мороз. Он кажется даже больше елки. С ним все фотографируются, а про маленькую синюю Снегурочку, прикорнувшую возле эстрады, почему-то забывают. Снежного городка в прямом смысле нет, но фигуры сказочных персонажей окружают пышную елку, и всевозможные символы года — обезьяны, вытесанные из больших снежных глыб, — встречаются на каждом шагу. Играет музыка, работают все аттракционы, даже карусели. Веселый разноцветный паровозик катает детей под липами и кленами. «Конфетки, бараночки!» — слышится музыка. Горячий кофе и бутерброды в многочисленных киосках, стоящих на перекрестках аллей.

Наскоро перекусив, отправились дальше искать приключений по новогоднему Новосибирску. Отдыхая, мы кружили по проспектам и улицам, наблюдая из окна автобуса первый день нового года в нашем большом зимнем городе. Красиво оформленный снежный городок встретили еще в Калининском районе на площади возле Ледового Дворца спорта «Сибирь». Плавные изгибы декоративных конструкций из снега и льда красиво вписываются в окружающий архитектурный ансамбль. Большая лохматая елка. Улица Богдана Хмельницкого — знаменитая «Богданка» — полна народу. Гулять по ней от Сухого лога до Учительской — одно удовольствие.

Мы еще проехали через, наверное, самый северный микрорайон города — «Снегири», полюбовались стройными домами на фоне заснеженных полей и перелесков и через Дзержинский район отправились к дому.

Вечером гуляли по Академу. Наш снежный городок растянулся почти по всей улице Ильича. В уютном дворике у фонтана высокие темно-зеленые живые ели — наши ровесники. Рядом горки в виде старинных замков. Родители гуляют вокруг, дети катаются и внутри и снаружи таких необычных горок. Замерзли? Сходим в ТЦ погреемся, посидим в кафе — и опять на улицу, к елке у ДК «Академия». Как всегда, большая горка собрала множество народу. Площадь перед елкой тоже полна. Девичий визг, музыка, смех, вспышки ракет. Закрытый от ветров со всех сторон соснами наш снежный городок — самый уютный. Свет праздничной иллюминации далеко виден в аллеях окружающего парка. Слегка уставшие от этого длинного дня, мы возвращаемся домой и вспоминаем все снежные и ледовые городки, в которых побывали сегодня — 1 января 2004 года.

Е. Марков.

(«Навигатор» №1 от 09.01.2004)

Улица, ведущая к храму

Предыдущая в этой рубрике статья Евгения Маркова «И деревья стали большими…» нашла широкий отклик у читателей. Если вы помните, тогда мысли автора все больше витали вокруг главной дороги его детства — Морского проспекта. Сейчас речь пойдет о другой замечательной улице Академгородка. (Предисловие редактора)

Морской проспект, Золотодолинская, Жемчужная, Пирогова — улицы нашего Городка. Родные, знакомые с детства названия, дорогие для каждого его жителя. Для каждой найдется в душе отклик. Мы оставляем на улицах свои следы, они оставляют следы в нашей памяти. У каждой из них свой неповторимый образ. И маршруты прогулок мы определяем тем настроением, которое создают эти такие разные наши улочки.

Из улиц Академгородка одна настолько своеобразна, что стоит рассказать о ней особо. Ее не назовешь ни прямой, ни красивой. Эта улица как талисман — хранительница городковского духа, в ней имеются черты многих других улиц.

Не буду долго секретничать — это улица имени Валентины Терешковой. Начинается она в нескольких десятках метров от храма науки — университета, а заканчивает свой бег в веселом лесу у храма Всех Святых в Земле Российской просиявших. Многообразие архитектурных стилей вносит в ее облик достаточную сумбурность, а извилистость порой напоминает горные серпантины. Но по ней можно отследить историю Академгородка чуть ли не от первого колышка.

На фотографиях далеких пятидесятых годов, в еще докосмическую эпоху, когда на будущих чистеньких улочках не было ни бетона, ни асфальта, еще не существующая улица Терешковой угадывается по зданию одной из первых котельных.

Каждый въезжающий с проспекта Лаврентьева в Верхнюю зону в первую очередь пересекает улицу Терешковой. Небольшой, полный загадочного очарования сосновый парк с шикарными клумбами пионов расположился напротив здания Президиума СО РАН — это отличное место для прогулок в любое время года. В середине шестидесятых моя бабушка часто ходила через этот парк на овощной рынок и брала меня с собой. Никогда мне не забыть аромата цветов на клумбах в те годы. В то время был в моде портулак и львиный зев, а особенно люпин, разноцветные свечки которого казались мне, трехлетнему, замками сказочных гномов.

Несколько позже, в 1968—69 годах, заболоченную березовую рощицу на четной стороне улицы Терешковой обнесли забором, а еще через некоторое время здесь поднялись четыре красавца — 9-этажные дома. Это были самые первые дома знаменитой серии 111—90, в народе их прозвали «корабли».

Сейчас чего только нет на улице Терешковой! Коттеджи, 3-, 4-, 5-, 9-этажные жилые дома, Институт гидроимпульсной техники, два гаражных кооператива, супермаркет, рынок, парк, детский садик, комбинат бытового обслуживания. В березовой роще напротив «кораблей» в конце лета растут отличные грузди и желтая, напоминающая морошку, малина. Садоводы катят в сады свои тележки, а народ, следящий за фигурой, бегает трусцой.

…Я живу на улице Терешковой уже полтора десятка лет. Утром я иду по ней в торговый центр за кефиром — мимо сосен, под сенью кудрявых лип и березок. Иду по самой замечательной улице Академгородка. Улице, которая ведет к храму.

Евгений МАРКОВ

(«Навигатор» №3 от 23.01.2004)

А дрозды поют…

Я не был участником киностудии «Поиск», но в «Поиске» творили мои лучшие друзья, и я не мог обойти вниманием их дела. А киностудия «Поиск» по праву считается гордостью нашего района.

Первое знакомство с детской киностудией «Поиск» у меня состоялось в далеком и незабвенном 1972 году. Собственно, киностудии тогда еще не было. В этом здании на бульваре Молодежи располагалась музыкальная студия Дома культуры «Юность».

1972 год. «Битлы» на пике популярности. Затертые катушки переписывали друг у друга на магнитофоне «Романтик». А Геннадий Белов спел замечательный советский шлягер про поющих дроздов.

Моя одноклассница Оля жила в соседнем дворе. Иногда я носил до школы ее портфель, а иной раз ждал возле музыкальной студии, где Оля училась играть на баяне и пела в хоре. На отчетном концерте в Доме культуры она сыграла на баяне полонез Огиньского, а потом в составе вокального трио спела «Дроздов».

«Вы слыхали, как поют дрозды? Нет, не те дрозды, не полевые…» — пели девчонки в ярких оранжевых платьях, пели так здорово, что хотелось взлететь к весеннему небу. Я от души завидовал Оле. Она занималась музыкой, пела на сцене ДК и была самой популярной девочкой в школе.

В 1973 году музыкальная студия переехала в «Юность», а в здании на бульваре разместилась изостудия и детский киноклуб «Поиск».

Прошли годы, и жизнь опять привела меня в это место. Я познакомился с замечательными ребятами — Володей Кашириным, Сашей Тюстиным, Максимом Воскобойником и многими другими. Они занимались в киностудии, снимали мультипликационные и короткометражные игровые фильмы. Эти фильмы мы потом смотрели на знаменитом кинофестивале «Гаврила», организованном Анофриковым (руководитель кино-клуба «Поиск») и проходившем в нашей любимой «Юности». В одном фильме я даже сыграл маленькую шуточную роль казака.

Съёмочная группа «Понизовой Вольницы»

Подготовка, которую давал киноклуб, помогла потом многим в выборе профессии. Володя Каширин стал известным московским дизайнером-полиграфистом, Саша Тюстин, профессиональный кинорежиссер, работает на Новосибирской студии телевидения.

Киноклуб «Поиск» в те годы был местом средоточия многих интересных дел. Помните строительство бассейна «Гаврик» во дворе дома №13 по ул. Иванова? А трибуны стадиона школы №61? Летний детский кинотеатр «Старый троллейбус» — тоже «поисковский» проект. Помню, как на одном из концертов, устроенном на агитплощадке «Старого троллейбуса», пела Таня Лазарева — наша новосибирская, а теперь московская «звездочка».

Проходят десятилетия. Сменяются правительства, государственные строи, а детская киностудия «Поиск» все в той же неизменной поре. Так же в уютных одноэтажных домиках проходят занятия. Дети рисуют, занимаются музыкой, снимают фильмы. Многим киностудия помогла раскрыть свой талант. И мне тоже определиться в жизненном пути во многом помогло знакомство с «Поиском».

Проходя мимо киностудии, я часто вижу ребятишек, возвращающихся с занятий, и где-то в глубине души опять слышится: «Вы слыхали, как поют дрозды?..»

Евгений МАРКОВ

(«Навигатор» №13 от 02.04.2004)

Восходя от корней

Весеннее сокодвижение кружит голову не только стосковавшимся по теплу березам. Хочется ходить на работу пешком, дышать влажным апрельским воздухом, впитывать терпкий запах оживающей хвои. Плачущие сугробы, умирая, открывают ворохи прелой прошлогодней листвы. Вот и асфальтовые дорожки между институтскими корпусами выгнулись серыми спинами навстречу теплу.

Иду, считая трещинки в асфальте. Кое-где трещины такой ширины, что открывают корни растущих поблизости деревьев. Корни, увидев свет, пускают тоненькие зеленеющие побеги. Начинается новая жизнь.

Недавно проходил мимо фонтана на улице Ильича. Фонтан сейчас на реконструкции. Посередине его возвышается новая бетонная чаша, закрывая старое основание. Конечно, обновленный фонтан будет куда лучше старого, но мало кто знает, что дно этого фонтана было выложено камнем по эскизам и при личном участии знаменитого художника из Академгородка Владимира Сокола. С Алтая привезли на «газике» красивую гальку, поднятую со дна реки Сараса. Всего оформили два фонтана: один из них украшает зимний сад Дома ученых, а второй находится во дворике торгового центра. Сейчас дно его скрыто под слоем железобетона.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 180
печатная A5
от 509