электронная
270
печатная A5
459
12+
170 стрелковая дивизия первого формирования

Бесплатный фрагмент - 170 стрелковая дивизия первого формирования

Боевой путь (июль — август 1941 г.) и тайна гибели


5
Объем:
208 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-4474-4314-6
электронная
от 270
печатная A5
от 459

Предисловие

В начале войны на Западный фронт была отправлена 170 стрелковая дивизия, сформированная из приписного состава мужского населения Башкирии. Долгое время о воинах этой дивизии почти ничего не было известно, да и о самой дивизии тоже старались не вспоминать, словно ее и не было, предавая тем самым забвению подвиг ее солдат.

170 дивизия оказалась на ответственном и очень трудном участке нового Западного фронта, в июле — августе 1941 г. ей противостояли части эсэсовской дивизии «Мертвая голова», танковые, моторизованные, пехотные и другие части противника.

Расстояние между Себежем и Великими Луками около 150 километров, которые можно преодолеть за два с половиной часа, немецкие части в июле и августе 1941 года преодолели его за два месяца. Сдерживая упорное наступление врага, жертвуя своей жизнью, части Западного фронта дали стране возможность сформировать новые армии, начать эвакуацию промышленных предприятий и населения…

Восстановить историю 170 стрелковой дивизии трудно: участников Смоленского сражения почти не осталось, утрачены письма и похоронки. В устных рассказах остались подвиги отцов и дедов, а потом и забылись, стерлись из памяти.

В разных частях 170 стрелковой дивизии по подсчетам автора воевало 607 солдат и офицеров, призванных Давлекановским райвоенкоматом. В это число входят также и офицеры, чьи семьи проживали в Давлеканово. В 717 стрелковом полку, по неполным данным, числилось 226 наших земляков, в 512 гаубичном артиллерийском полку — 75 человек, остальные — в других подразделениях дивизии. Цифры, разумеется, могут измениться, но не более чем на несколько единиц, ведь поиск солдат продолжается.

52 земляка, призванные в 170 сд награждены, орденами и медалями, большинство из которых получили награды в дни службы в других частях Красной армии. Бережной Иван Фотиевич был представлен к присвоению звания Героя Советского Союза, но звания не получил.

Списки солдат и офицеров дивизии были утрачены во время отступления, уничтожены в дни окружения частей. Для их восстановления в Башкирию были направлены представители штаба армии, которые в июне — июле 1942 года через райвоенкоматы, сельские советы, архивы, путем опроса ближайших родственников военнослужащих составили новые списки. Изъяны восстановления видны: фамилии и имена искажены иногда до неузнаваемости, что затрудняет сличение фамилии солдата из этого списка с другими списками, составленными в военкомате, в действующей армии или госпиталях. В восстановленных списках выявлено 58 повторов.

Из 607 человек — 376 солдат пропали без вести. В 376 семьях так и не узнали, где погиб их муж, отец, сын, брат… Лишь ниже приведенный список фамилий солдат, составленный автором, может пролить свет — все они погибли на Себежской, Невельской, Великолукской земле — в крупном и тяжелейшем Смоленском сражении летом 1941 года. Известно, что только 32 солдата числятся погибшими. Еще 12 человек умерли от ран и болезней. Их место упокоения можно установить. 135 человек вернулись: кто-то уже в 1941 году, а кто-то только по окончании войны. С учетом 25 солдат, возвратившихся из плена, общее число вернувшихся составляет 160 человек. 18 солдат умерли в немецком плену и похоронены на территории Польши, Германии, Австрии, Норвегии, Финляндии… Два солдата были приговорены в высшей мере наказания и расстреляны (в 1942 г.), одному дали 8 лет лагерей. Трое были отправлены в штрафные части. Три солдата служили у немцев.

49 кадровых офицеров также внесены в списки, хотя часть из них призваны другими военкоматами страны, но их семьи проживали в Давлеканово и весточку о их гибели или пропаже без вести присылали семьям, проживавшим в Давлеканово. 66 человек числятся как младший начальствующий состав.

В результате работы со списком выявлено 12 фамилий, чьи имена не занесены в книги «Памяти». Возможно, часть из них остались живы, но встали на учет в других военкоматах страны.

Публикуя нижеследующую информацию о боевом пути 170 стрелковой дивизии, мы отдаем дань светлой памяти советскому солдату — мужественному воину, доблестному защитнику Отечества. В рядах 170 дивизии сражались башкиры и русские, татары и осетины, чуваши и грузины, и даже — немцы…

Вся информация добыта из открытых источников и подкреплена боевыми донесениями, боевыми приказами, справками, сведениями из архивов, а также воспоминаниями непосредственных участников событий лета 1941 года.

Работа написана на основе многочисленных источников, в их числе архивные материалы Центрального архива Министерства обороны РФ (ЦАМО), многие из которых доступны на сайте «Подвиг народа», «ОБД Мемориал», опубликованные «Сборники боевых документов Великой Отечественной войны». Использованы воспоминания непосредственных участников Смоленского сражения: маршала Андрея Ивановича Еременко, генерал-лейтенанта Николая Федоровича Чистякова, военврача 134 орб Виктора Семеновича Зуева, командира 3 батальона 717 стрелкового полка Константина Ефимовича Мыльникова и некоторых других. Воспоминания участников имеют определенные недостатки, среди них путаница в датах, сугубо субъективное восприятие и отражение событий, отдельные неточности в фамилиях и т.д., но эти воспоминания, безусловно, ценнейший источник. Есть некоторая надежда на то, что в ближайшее время найдутся воспоминания и других авторов, солдат и офицеров 170 стрелковой дивизии.

Выражаю благодарность моим добровольным помощникам: Ф. Т. Хаматдинову, Е. В. Нуретдиновой, Р. В. Фаизову, Азату Абдульманову, С. Ю. Чикову, Н. А. Воронову, Н. И. Бабич, С. Н. Бодиной, а также И. З. Бикбаеву, Ю. А. Иванко, Г. Г. Хабибуллиной и многим другим…

Смоленское сражение

По своим масштабам оно было одним из крупных сражений Второй мировой войны и «представляло собой сложнейший комплекс взаимосвязанных наступательных и оборонительных действий советских войск на огромном участке фронта в 650 км и в глубину до 205 км». С самого начала на огромной территории сошлись в противоборстве войска общей численностью свыше 1,6 млн. человек. А «общий замысел действий противника на смоленском направлении сводился к тому, чтобы рассечь оборону Западного фронта на три части, окружить и ликвидировать его невельскую, смоленскую и могилевскую группировки и создать тем самым благоприятные условия для наступления на Москву».

В современной историографии по характеру боевых действий и содержанию выполнявшихся задач Смоленское сражение подразделяется на 4 этапа, и первый из них — с 10 по 20 июля. За этот период немецко-фашистские войска (13 пехотных, 9 танковых и 7 моторизованных дивизий) прорвали оборону Западного фронта на его правом крыле и в центре.

К 16 июля противнику удалось окружить западнее Невеля 51-й стрелковый корпус, а 20 июля — занять Великие Луки. Однако на следующий день — 21 июля войска армии выбили врага из Великих Лук (спустя месяц город был вновь захвачен врагом и освобожден от него 30 сентября 1943 г.).

Решительными контратаками против противника в районе Невеля соединения и части 22-й армии обеспечили выход 51-го корпуса из окружения, отведя свои войска восточнее Невеля. В дальнейшем сковывая в течение целого месяца до 10 дивизий противника, и обеспечивая стык между Северо-Западным и Западным фронтами, войска 22-й армий вплоть до окончания Смоленского сражения вели упорные оборонительные бои с превосходящим противником на торопецком направлении. В ходе их главные силы армии были окружены, однако благодаря высокой организованности и героизму воинов им удалось сохранить боеспособность, прорвать фронт окружения, отойти в район Андреаполя и севернее, приостановить вражеское наступление.

Ко второму этапу Смоленского сражения отнесен период боевых действий войск западного направления с 21 июля по 7 августа, к третьему — с 8 по 21 августа, и к четвертому — завершающему — с 22 августа по 10 сентября. Как видим, продолжительность каждого из этих этапов составила соответственно — 8, 14, 20 суток. Первый — самый короткий этап — длился 11 суток.

Цена Смоленского сражения для Красной Армии оказалась непомерно большой — безвозвратные потери составили 486 171 человек, а санитарные — 273 803 человека, всего 759 974 (сюда не вошли потери пограничных и внутренних войск). За 63 суток сражения наши войска потеряли 233,4 тыс. единиц стрелкового оружия, 1 348 танков, 9290, орудий и минометов, 903 боевых самолета.

В мирное время

170-я стрелковая дивизия формировалась летом 1939 года на территории Башкирии. 16 июля 1939 года Военный Совет Уральского военного округа представил Начальнику Генерального штаба дислокацию частей Уральского военного округа. Согласно представлению «170 сд развертывается из 308 сп в Стерлитамаке».

В состав дивизии входили: 391-й, 422-й и 717-й стрелковые полки, 512-й гаубично-артиллерийский полк (гап), 294-й легкий артиллерийский полк (лап), 210-й отдельный батальон связи (обс), 210-й отдельный артиллерийский дивизион (оад), 134-й отдельный разведывательный батальон (орб), 286-й отдельный зенитный артиллерийский дивизион (озад) и 154-й медико-санитарный батальон. Штаб дивизии и большинство частей дислоцирова­лись в городе Стерлитамаке, 422-й стрелковый и 512-й гаубичный артиллерийский полки находились в городе Белебее, 717-й стрелковый полк располагался в городе Давлеканово, а 294-й легкий артиллерийский полк — в городе Миассе Челябинской области. Командиром дивизии был назначен полковник Тихон Константинович Силкин.

В конце ноября 1939 года началась советско-финляндская война, более известная как финская. В некоторых воспоминаниях военнослужащих 170 сд упоминается, что эту дивизию готовили для участия в этой войне. Так, старший военфельдшер 134 отдельного разведбатальона Виктор Семенович Зуев в своих воспоминаниях записал: «В это время шла война с Финляндией и 170-я сд формировалась и готовилась к этой войне».

Николай Федорович Чистяков, служивший в 717 стрелковом полку в 1939—1941 гг. (впоследствии — генерал-лейтенант юстиции) пишет: «В начале марта 1940 года командир полка на одном из совещаний сказал, что дней через пять наш полк отправится на фронт. И мы были готовы к этому, но 12 марта военный конфликт с Финляндией закончился и был подписан мирный договор».

В апреле 1940 года часть командного состава, призванного из запаса, была демобилизована, а 170 сд переведена в штат мирного времени. Штат мирного времени был предназначен для поддержания в определенной степени боевой готовности соединения, содержания и обслуживания боевой техники, вооружения, для несения внутренней и гарнизонной службы и создания условий для приема личного состава из запаса и развертывания дивизии до полного штата.

Приписной состав соединения состоял из людских ресурсов Башкир­ской АССР. Эти люди занимались мирным трудом на предприятиях, в колхозах и совхозах, в различных учреждениях. Они имели мобилизационное предписание и были предназначены военными комиссариатами для службы в частях и подразде­лениях дивизии.

Н. Ф. Чистяков службу в 717 сп начал в конце 1939 года, вот что он пишет: «В поселке (Давлеканово — А.К.) всех нас влили в роту связи 717-го стрелкового полка 170-й стрелковой дивизии.

Рота связи размещалась в крайне неблагоустроенном помещении. Спали мы на нарах, покрытых соломой и брезентом. Постельных принадлежностей не было. Под головы клали противогазы, а сверху укрывались шинелями. Условия службы и быта были трудные, но мы понимали, что сейчас не до нас. Главная задача — победить врага.

Весь январь и февраль 1940 года прошли в активной подготовке к фронтовой жизни. Почти каждый день проходили тактические занятия, учения, стрельбы. Занимались по двенадцать часов в день».

Между командованием дивизии и Башкирским обкомом ВКП (б), Верхов­ным Советом и Совнаркомом БАССР сложились тесные деловые взаимоотноше­ния и сотрудничество. Свидетельством тому является их переписка. Так, инфор­мируя Башкирский обком ВКП (б) об итогах сборов военнообязанных запаса, при­писанных к 170-й стрелковой дивизии, комдив в январе 1941 года писал: «Личный состав военнообязанных запаса, приписанных к частям дивизии, за период прохо­ждения боевой и политической подготовки в лагерях показал себя готовым высту­пить в любое время на защиту Советского Союза. Политико-моральное состояние личного состава за весь период лагерного сбора было здоровым».

По итогам зимней боевой учебы в апреле 1941 года 15 военнослужащих 170-й стрелковой дивизии были награждены грамотами Президиума Верховного Совета БАССР.

1 мая 1941 г. город Стерлитамак, маршируют бойцы 170 сд.

Весной 1941 года Н. Ф. Чистяков был назначен политруком роты вместо убывшего в Москву политрука Карпушина. «Несколько месяцев я исполнял эти обязанности. Проводил политические информации, руководил партийно-политической работой в роте. Словом, выполнял все обязанности политического руководителя».

Заместителем командира полка по политической части был батальонный комиссар А. В. Вагжанов, он проводил совещания с политруками рот. Некоторое время спустя Н. Ф. Чистяков, имевший высшее юридическое образование, был откомандирован в распоряжение прокурора дивизии, где его назначают на должность практиканта военного следователя.

Весной 1941 года части 170 дивизии отправили в лагеря. В. С. Зуев пишет, что 5 июня 1941 года его командировали на военные медицинские курсы в Чебаркульские военные лагеря. «Однако занятий, — пишет он, — не проводилось», а вечером 16 июня курсантам объявили, чтобы они возвращались в свои части.

Возвратившись 19 июня в Стерлитамак, В. С. Зуев узнает, что «разведбатальон уже был на зимних квартирах», а в частях «шла подготовка для выезда, как мне сказали, — пишет В. С. Зуев, — в лагеря в Прибалтийские страны». При этом В. С. Зуев был проинформирован, что некоторые части 170 сд уже выехали из г. Стерлитамака. «Каждый день с железнодорожной станции Стерлитамака отправлялись 1—2 воинских эшелона».

На базе войск Уральского военного округа (УрВО) к июню 1941 года была сформирована 22-я армия, в составе которой числились 170-я и 186-я стрелковые дивизии, сформированные в Башкирии. Другие части 22 армии, до начала войны, располагались в Свердловской, Пермской, Челябинской областях.

22-й армией командовал генерал-лейтенант Филипп Афанасьевич Ершаков (1893—1942).

Из частей 22 армии были сформированы 51 и 62 стрелковые корпуса. 12 июня 1941 года Командованием 62 корпуса был получен приказ от Военного Совета Уральского Военного округа о передислокации частей корпуса в район г. Идрица.

Силкин Т. К., генерал-майор, командир 170 сд. Дзарагазов Л. А., полковой комиссар 170 сд.

В ночь с 12 на 13 июня был собран начальствующий состав Управления 62 ск, где были даны указания о подготовке и отправке частей. До 20 июня большая часть комначсостава Управления корпуса работала в частях, проверяя готовность и отправку частей. Части корпуса также находились в лагерях. По плану перевозок Управление 62 ск с корпусными частями — корпусной госпиталь, военная прокуратура, трибунал, взвод связи от корпусного батальона связи — 20.6. 1941 г. по штату мирного времени (без приписного состава) было отправлено в район Идрица. Весть о начале войны корпусное начальство узнало в пути, на станции Зуевка. К исходу 25 июня Управление 62 ск прибыло в Идрицу.

Переброска 22-й армии на западные границы СССР была определена директивой Генерального штаба 13 мая 1941 г. Первыми начали переброску 98, 112 и 186 дивизии. К 22 июня к месту назначения прибыли только 112 и 98 дивизии 51 стрелкового корпуса.

Директивой Ставки Главного Командования 25 июня 1941 года 170-я сд была определена в 62 стрелковый корпус 22-й армии, вместе с 174 и 186 сд сосредотачивалась в районе городов Себеж, Идрица. Директива определяла окончание сосредоточения 1—2 июля 1941 г. К исходу 27 июня частями 186 сд был занят Себежский укрепрайон, который в начале июля был передан 170 дивизии.

Переброска основных частей 170-й дивизии на запад в район сосредоточения происходила в условиях начавшейся войны.

Начало войны. Отправка на фронт

Отметим, что дислоцировавшийся в зимнее время в поселке Давлеканово 717 стрелковый полк с весны 1941 года находился в Стерлитамаке.

22 июня 1941 года части 170 сд были подняты по тревоге, а в 12 часов 30 минут «в военном лагере у рек Белая и Стерля гор. Стерлитамака» состоялся митинг, на котором выступил комиссар 170 сд полковник Дзарагазов Лазарь Андреевич. После митинга командир 170 дивизии Т. К. Силкин собрал всех офицеров в штабе и объявил приказ «о назначении начальников эшелонов, готовность и сроки отправки на фронт». Начальником первого эшелона 717 сп был назначен ст. лейтенант Мыльников Константин Ефимович.

23 июня части дивизии стали убывать на фронт, однако, как уже было сказано, некоторые части дивизии были отправлены еще до начала войны. Так, в воспоминаниях И. Воробьева встречаем следующее: «Наш 391-й стрелковый полк выехал из Стерлитамака ночью с 21 на 22 июня 1941 года. Об объявлении войны мы узнали уже в Куйбышеве. Везли нас круглые сутки без остановки: Уфа, Куйбышев, Рыбинск, Ярославль, Бужец и Маскатиха, Бологое, Осташков, Великие Луки, Пустошки, Себеж».

Н. Ф. Чистяков вспоминал: «Время перед отправкой эшелонов тянулось очень медленно. Во всяком случае, мне так казалось. Мучительно больно было смотреть на слезы родных и близких, прощавшихся с командирами и красноармейцами, уходящими на фронт. Каждый понимал, что, может, видятся в последний раз…». «Через два дня после начала войны на ближайшую станцию были поданы эшелоны, и началась погрузка в вагоны техники и личного состава нашей дивизии». «Под вечер 24 июня эшелоны тронулись в путь».

К. Е. Мыльников с сожалением пишет: «Не дождались наши любимые семьи первого эшелона на станции Давлеканово». Дело в том, что из Стерлитамака части 717 стрелкового полка были направлены на станцию Чишмы, а с нее были отправлены на Запад через Бугульму, т.е. минуя ст. Давлеканово.

Накануне войны призыв в 717 стрелковый полк, судя по ряду архивных документов, проходил 9, 10, 11, 15 мая, 1, 9, 10, 11 июня (и в другие дни), следующий призыв, уже в условиях начавшейся войны: 23, 24, 26, 29 июня и в июле.

Прибытие в район Великих Лук, ст. Кузнецовка, г. Себеж, Зилупе

Вернемся к воспоминаниям Н. Ф. Чистякова: «… наш эшелон 28 июня прибыл на станцию Шуя. Из вагонов, разумеется, никого не выпускали… На каждой станции эшелоны радушно встречали и провожали дети и взрослые, бросали в вагоны цветы, желали быстрейшей победы над врагом». «Вскоре прибыли на место нашего назначения — станцию Кузнецовку, находившуюся недалеко от живописного городка Себеж, в 15 километрах от старой границы с Литвой. Не успели разгрузиться, как появились два немецких бомбардировщика и сбросили несколько бомб. К счастью, бомбы упали в стороне от железнодорожной станции, не причинив нам вреда».

Эшелон, в котором находился В. С. Зуев, «первый раз был обстрелян из пулемета немецкой авиацией» недалеко от станции Великие Луки (ранены были один солдат и лошадь). Второй раз немцы обстреляли эшелон недалеко от станции Новосокольники.

К. Е. Мыльников: «Когда эшелон от Великих Лук шел на запад, в районе Пустошки и Идрицы, там железная дорога проходила по лесному массиву, эшелон остановился. По телефону с паровоза лейтенант Сидоров доложил: «На полотне железной дороги красные флажки, железнодорожник направлен к вам». Прибывший железнодорожник «доложил, что выброшен с самолета десант немцев, они могут пустить под откос поезд или обстрелять эшелон».

После полученной информации К. Е. Мыльников принимает решение: «Прочесать лес возле железнодорожной линии в сторону запада и эшелон медленно двигать за сформированным маршем походного охранения». Скоро с левой стороны эшелона завязалась стрельба. Командир охранения доложил о взятии в плен семерых немцев и еще о трех убитых. «Все они были погружены в грузовую — колхозную машину и отправлены на ст. Пустошка в РВК». Немецкий десант выдала красноармейская форма: «она отличалась от нашей тем, что была слишком новая».

За несколько минут до прибытия эшелона 717 сп на станцию Идрица последняя подверглась налету немецкой авиации. Немцы бомбили передовые эшелоны и железнодорожное полотно. В результате эшелон задержался на 30—40 минут.

Схема расположения частей 22 армии. Конец июня 1941 г. Карта оперативного отдела Западного фронта.

К. Е. Мыльников: «29 июня 1941 года первый эшелон 717 стрелкового полка прибыл на ст. Кузнецовка. Нас встретил полковник Бунин Василий Дмитриевич, зам командира 170 сд». После разгрузки офицеры были приглашены в штаб, где, в частности, части 717 стрелкового полка получили приказ: «Форсированным маршем выдвинуться правее гор. Себеж, в 6—7 км от ст. Кузнецовка, занять оборону фронтом на запад». Справа — шоссейная дорога, слева — окраина гор. Себеж. Задача — «стоять насмерть», не допустить прорыва противника вдоль дороги на восток. «717 сп под огнем авиации немцев и действующих диверсантов в ночное время поспешно вел оборонительные работы».

Н. Ф. Чистяков: «Штаб дивизии, в том числе военная прокуратура и военный трибунал, разместились в лесу, километрах в двух от станции Кузнецовка. Днем жизнь штаба и его подразделений протекала деловито и спокойно, но с наступлением ночи приходила какая-то необъяснимая тревога. В лесу то в одном, то в другом месте слышались выстрелы. При проверке выяснилось, что это стреляли часовые. Некоторым из них казалось, что к ним кто-то крадется. Такое тревожное состояние вызывалось слухами о диверсантах и шпионах, заброшенных противником. На моральном состоянии личного состава дивизии сказалась неприятная картина, которую мы увидели, — беспорядочная масса беженцев, а иногда даже каких-то военнослужащих, идущих по дороге с запада на восток. Их вид угнетал, наводил на горестные размышления, порождал боль и недоумение».

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 270
печатная A5
от 459