электронная
333
печатная A5
543
18+
1+2: Честная книга о материнстве от мамы двойни

Бесплатный фрагмент - 1+2: Честная книга о материнстве от мамы двойни

Объем:
354 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4498-5315-8
электронная
от 333
печатная A5
от 543

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

1 +2: честная книга о материнстве от мамы двойни

Начинаем

Много лет назад в Германии произошел странный случай.

В немецкой семье воспитывали двух девочек: муж работал, жена сидела с детьми. Видя, как любимая устает и немного подавлена, муж предложил ей съездить на неделю в Испанию, одной, отдохнуть, прийти в себя. Женщина согласилась. После недельной поездки мама девочек дома не появилась. Мужчина забеспокоился, отправился сам в Испанию для розыска жены. Пробыл несколько недель в испанском городке, но поиски не дали результатов.

«Да, была. Да, жила, но съехала ровно в срок», — примерно так отвечали в гостинице местные жители. Женщину больше никто не видел.

Муж периодически отправлял запросы в Германское посольство в Испании, те теребили полицию, но пропавшая женщина исчезла. Может, ее украли, может, она утонула, ее убили? Девочки и муж прожили двадцать лет в догадках и с чувством вины, что не смогли докопаться до правды.

Когда на немецком телевидении вышла программа аналог нашего «Ищу тебя», дочки обратились с необычной просьбой в редакцию: отыскать, возможно, уже мертвого человека. Заявку приняли. Журналисты вернулись в город, где последний раз видели женщину. И тут их ждал сюрприз. Жители опознали пропавшую. Она прожила в этом местечке все двадцать лет в браке с немцем, но пару месяцев назад, по рассказам очевидцев, они с мужем переехали обратно в Германию.

Дотошные журналисты отыскали беглянку и рассказали, что ее дочери хотят знать правду, хотят видеть свою пропавшую мать. Женщина обещала подумать о встрече.

Журналисты поведали дочерям, что их мама на отдыхе познакомилась с мужчиной, и он предложил остаться с ним в Испании, а не возвращаться обратно в семью на родину. Они поженились, детей у них не было. И, когда второго мужа перевели на работу в Германию, она поехала за ним. Никакого раскаяния в том, что мать бросила детей, не сообщила о своих переменах, не захотела уладить мирно развод, по-человечески разойтись, у нее не было. Она вычеркнула прошлую семью и завела новую.

Ни девочки, ни та женщина не захотели увидеться в итоге. Им нечего было сказать друг другу. Дочки выдохнули спокойно и отпустили чувство вины, которое преследовало на протяжении двадцати лет.

Никто не узнает, что могло случиться, если бы женщину не отправили отдыхать от рутины: жила бы она дальше в своем маленьком аду, свыклась бы или нашла способ поменять в корне свою жизнь?

В чем я убеждена, что постродовая депрессия или депрессия материнства чревата последствиями. Это не женская блажь, модный термин — это явление, с которым надо считаться, и обществу надо относиться лояльно к тем, кому материнство дается с трудом. Как и самим новоиспеченным мамам понимать, что материнство — это не подборка отретушированных фото в социальных сетях, восторги и сладкие усипусечки. Это работа, которую можно научиться выполнять хорошо.

Зачем тебе читать про чужой опыт и почему появилась эта книга?

Я была не готова к материнству.

Я купила пару книг о родах и пролистала их, сходила на курсы будущих матерей, старательно закупила все необходимое и даже сверх меры по спискам в интернете, советам продавцов-консультантов и знакомых. Но, когда родились малыши, я не представляла, что с ними делать. Как понимать двух орущих детей? Как справляться с той бурей гормонов, впечатлений и ожиданий, что свалились на меня. Почему иногда во мне было столько злости к двум беззащитным существам? «Я чудовище? Да, я отвратительная мамаша!». Я съедала себя. И не находила вразумительных ответов на то, что со мной происходит.

Практически 90% женщин, особенно в первые годы материнства, испытывают подобное раздражение, если решаются признаться себе. Но у нас не принято превозносить молодых мам и вменять им уход за детьми в подвиг.

Через несколько месяцев после рождения детей я осознала, что должна пересмотреть общепринятый подход к материнству, потому что, если буду следовать неведомым правилам «идеальных матерей», я сойду с ума. Я придумала свою философию «адекватного материнства» и теперь к воспитанию и уходу подходила с позиции: «А разумно ли это?». Это облегчило мою жизнь.

Я хочу, чтобы твой путь в материнство был проще, поэтому села и написала о четырех годах моей жизни. О желании быть идеальной матерью и все успевать. О моих педагогических провалах и срывах. О растущей любви к двум невероятным мальчикам и о моей трансформации как женщины.

О том, что нам следует уходить от гламурного, навязанного образа идеального материнства, а быть любящей матерью, которая может злиться на своего ребенка, быть недовольной, уставать — и это нормально, и при этом она не перестает любить своего малыша или быть монстром.

О том, что в материнстве нужно уповать на то, как чувствуешь, чем как правильно или как советуют, особенно на многочисленных разросшихся по интернет сети форумах.

О том, что материнству учатся только в процессе материнства, но к нему можно подготовиться.

О том, как упростить себе жизнь, не в ущерб ребенку.

О том, что материнство — это поиск компромиссов и простоты.

Главы я сделала максимально короткими, потому что понимаю, что тебе некогда зачитываться увесистыми «кирпичами». Это короткие нарезки о моей жизни и опыте. Я не хочу тебя учить, не хочу настаивать на собственном видении материнства. Мне важно, чтобы ты была счастлива рядом со своим ребенком, потому что только счастливая мать сможет воспитать счастливых полноценных детей.

Бог не может поспеть повсюду, и поэтому создал матерей. Редьяр Киплинг

«Ты справишься!»

Тебе, вряд ли, кто-то с радостью расскажет (читай, признается), как жизнь бывает невыносима с двумя громко плачущими или больными детьми наедине. И как ты будешь повторять про себя: «Если б я знала, как это будет сложно, я бы тысячу раз подумала». И как все будут врать, что тяжело до полугода, потом полегче. Или «После года станет попроще», «Ну, к трем годам точно проще». И я точно не скажу, когда будет легко-легко и беззаботно. Но знаю, что ты способна с этим справить и ты хорошая мама.

Не бывает одинаковых матерей, так же как не бывает похожих по характеру детей. Но мы проходим через одни и те же этапы. Только по-своему. Материнство — это сложно, тяжело и захватывающе интересно одновременно. Это счастье, от которого бывает больно.

В первый год моего материнства, мне больше всего хотелось, чтобы кто-то подошел ко мне, обнял и сказал: «Ты все делаешь правильно, Полина, как надо. Все будет хорошо». Поэтому эту книжку я пишу именно для таких слегка растерявшихся мам, какой была я, у которых все шло не по плану.

Ты все делаешь правильно, исходя из того, что ты знаешь сейчас. Ты большая умница. Ни у кого не получается идеально. Быть матерью учатся в процессе, и твои «хорошие отметки» — это не похвала других, это радость от улыбки малыша, от его достижений и от твоего хорошего самочувствия в течение дня.

Тебя могут душить страхи. Ты будешь мучиться от мысли о необратимости: что теперь так будет всегда, грустить о потерянной свободе. Ты испытаешь весь спектр возможных и невозможных эмоций.

И будет казаться, что пеленки, подгузники, испачканная одежда (твоя), недосып навечно, но это не так, время быстро проходит.

Если тебя оставили с ребенком или тебе не хватает поддержки, знай, что ты не одна в этом мире. Я тоже прошла через испытания в беременность, роды и первые несколько лет рождения двойняшек. Я тебя крепко обнимаю, я на твоей стороне. Ты хорошая мама!

Надеюсь, моя честная книга от мамы двойни и мои правила адекватного материнства пригодятся:

— Упрощай материнство, но не в ущерб ребенку.

— Учись делегировать.

— Будь любящей мамой, забудь о программе «идеальная мать» и «успеть все».

— Смейся больше и фотографируй детей чаще, они растут незаметно быстро.

Часть 1. БЕРЕМЕННОСТЬ

Две полоски

Все началось с необычных ощущений в области груди. Они не набухли, просто внутри появились другие ощущения: странная теплота, какие-то покалывания, потом новые странные симптомы опустились ниже на все тело.

Я не должна была быть беременной. Этого просто не могло быть. Но месячные не начинались. Я купила тест от нечего делать, чем, серьезно веря в беременность. Вечером пописала (прости за подробности) на тонкую линеечку и ничего не обнаружила. Одна яркая полоска. Спокойная я уснула до утра.

Коробка от теста лежала перед ванным зеркалом, когда утром я крутила ее в руках, чистя зубы. Я внимательно прочитала мелкий шрифт, и, не моргая, уставилась на коробочку: «Даже если вторая полоска неяркая, тест положительный». Я достала выброшенную полоску: одна яркая черточка, вторая — чуть заметная. Я прекратила дышать на несколько секунд.

В обед сходила за вторым тестом и проделала процедуру, как полагается, с утра. Одна яркая полоска, вторая бледная. Две полоски. Я беременна?

Еще не осознавая происходящего, я позвонила подругам, те сказали, что самый информативный метод — тест ХГЧ.

На следующий день с утра я шла на ватных ногах в ближайшую медлабораторию у дома. Как так? Не может быть? Я не должна быть беременной!

Улыбчивая медсестра с особой нежностью взяла мое запястье: «Ой, я тоже так надеялась… Сама недавно делала анализ, но он не подтвердился». «Я надеюсь, мой тоже». Улыбка медсестры сменилась на вопросительное выражение лица.

После трех часов на почту прислали результаты теста. Цифры гормонов. Я была взбешена. Мне нужно было просто сказать «да» или «нет». Я не медик. Я написала запрос в гневной форме, чтобы они объяснили присланные показатели. Через полчаса пришел ответ — анализ положительный. Поздравлять меня не стали.

В тот день моя жизнь перевернулась. Нет, вернее сказать, тогда, когда с отцом ребенка мы решили оставить ребенка. Незапланированная беременность — не означает, что дети нежеланны. Для меня было неожиданностью узнать о беременности, но сейчас я четко осознаю, что это было как проведение, чтобы жизнь обрела новый смысл и новое направление.

Я встала на учет в женской консультации в родном городе и собиралась каждую неделю, как и все эти годы жизни в Москве, ездить на выходные домой. Я вообще много чего планировала и представляла, как будет проходить моя беременность, но не предполагала, как все обернется в реальности.

В первый прием врач меня похвалила, что я рано встала на учет, до 12 недель. Выдала стопку анализов и посоветовала попасть на УЗИ, чтобы исключить внематочную беременность.

Мне ужасно не хотелось облучать ребенка, наносить ему невидимый вред, как будто, живя в центре Москвы, я меньше ему вредила. Но тогда я жила в плену мифов вокруг беременности. Я оттягивала поход к специалисту по ультразвуку, вместо этого решила правильно питаться, беречь себя как хрустальную вазу, слушать классическую музыку, ходить по музеям, впитывать только положительное. Я была немного окрыленной в первые недели. Плевать на весь мир с его гнильем, конфликтами и разборками, во мне зародился новый мир, который каждую минуту стремительно развивается. Что может быть важнее?!

Позже здравый смысл взял вверх. Я пошла в тот же медицинский центр у дома. Я помню, как дрожали руки, как меня колотил дикий озноб внутри, несмотря на две теплых кофты.

Молодой врач попросил прилечь. Он достал прибор похожий на фаллоимитатор и надел на него презерватив. «Что за черт?» — видимо, он прочитал мое недоумение на лице.

— До 12 недель УЗИ делают с помощью такой трубки, — успокоил врач, — все будет хорошо, расслабьтесь.

Я поджала руки под спину, чтобы они не танцевали перед носом у доктора в нервном тике. Врач держал трубку во мне и внимательно вглядывался в экран. Он придвигался поближе, слегка крутил прибором, который оставался во мне и снова впивался глазами в экран.

Это были чудовищные минуты. Может, их было три, может, пять. Для меня они растянулись в бесконечность.

— Что там? — у меня физически содрогалось тело: дрожал голос, тряслись руки. Я умоляюще смотрела на врача, слегка подергиваясь.

— Еще одну минуту, — доктор продолжал разглядывать монитор, как будто видел его впервые.

— Там что-то серьезное? Внематочная?

— Ой, — мотнул головой врач, — нет-нет, внематочной нет, тут все в порядке.

— Тогда что? — я привстала и хотела выдернуть его компьютер, повернув к себе.

— Мне надо удостовериться, полежите еще, пожалуйста, несколько минут, — и врач уже привычно воткнулся в экран.

Я лежала на кушетке и в прямом смысле тряслась от страха. Наконец, доктор, видимо, договорившись с собой, выдохнул и повернул экран лицом ко мне:

— У вас двойня, — доктор был горд и обрадован, произнося это.

Мое лицо вытянулось, я привстала и снова упала на кушетку.

— Не может быть, — протянула я.

— Может, — закивал восторженный доктор, — разнояйцовые. Вот один, вот второй. — Он продолжал тыкать в черно-белый рябой экран и надеялся на мое понимание.

— Ага, двойня, — эхом отозвалась я.

— Я вам сейчас сделаю фотографии, — и с каждой секундой он превращался в довольного папашу, будто это у него должна была вот-вот родиться двойня. — Я просто такое нечасто встречаю, редко двойни попадаются, поэтому это заняло больше времени. Так, что поздравляю, разнояйцовые близнецы у вас. Все в норме. Отклонений нет.

Я натянула трусы и получила заключение с длинным шлейфом черно-белых листков. На ватных ногах дошла до дома. «Я же мечтала о Ване и Василисе, но за один раз? И в роду не было двойни, как так?». И чем больше я сама смотрела на черные снимки с белыми разводами, обозначающими моих малышей, тем больше влюблялась в них, тем сильнее крепла моя ответственность за двух существ внутри меня.

История с работодателями

Надеюсь, этот совет тебе не пригодится, но, если отмотать временную пленку назад, я бы ни за что не пришла к начальству и не сказала: «Друзья, я скоро ухожу в декрет». Поскольку вместо счастливых возгласов и поздравлений меня ждала другая история.

На новую работу я вышла в июне. В сентябре случайно обнаружила, что на популярном сайте по подбору персонала обновлена моя вакансия. Я подошла к руководителю и спросила — не ошибка ли, что моя должность висит на сайте поиска работ? Оказалось, что директора не устраивает, как я… пишу. Но пока они ищут, я могу сама начать поиски, все остается по-прежнему.

Прошел еще месяц, они кандидатур не нашли, а я была в положении. Поэтому я снова пришла к начальству и сообщила, что нужно отложить поиски на четыре месяца, поскольку уйду я от них в декрет в феврале. На это две владельцы той конторы, одна из этих женщин сама была в долгожданной беременности, ответили: «Тогда мы вычитаем с твоей зарплаты 20 тысяч рублей. Мы не твои спонсоры».

Конечно, было ошибкой приходить в компанию, где часть зарплаты выдают в конверте. «Мы же тебе урезаем не официальную часть», — подбодрила непосредственная начальница.

Я оказалась в Москве в съемной квартире, с огромной дырой в бюджете. Мне предстояло отработать в компании 4 месяца. Там, где со мной обошлись несправедливо. Но оказалось, что я рано расстраиваюсь, потому что неприятности только начинались.

Я достойно и продуктивно отработала оставшиеся месяцы. Даже, когда приболела, потащилась на работу, потому что надо было сдавать какую-то презентацию. Сейчас бы я ни за что не рискнула здоровьем детей, но тогда я не догадывалась о степени ответственности за другого человечка.

Все месяцы на той работе меня не покидало недоумение, почему с людьми можно поступать так? Никакая бизнес-экономия не выгорит, если ты ведешь себя с другими подло.

Как-то я заметила, что у одной из владелицы фирмы везде висят прошлогодние календари: у нее в закутке, в кабинете бухгалтерии. «Денег не будет, если старые календари висят. Это какая-то древняя примета прошлое хранить», — объяснила я. Она пробежалась по всем кабинетам и выбросила старые календари и выдохнула облегченно, поблагодарила за бдительность.

«Вот странность, — удивлялась я перед коллегами, — в то, что денег от календарей не будет, она верит, а в то, что если подло поступаешь с беременной — никаких последствий не предвидится. Так что ли? И где логика?».

Я не знаю, откуда у меня было столько мужества трудиться там до декретного отпуска и последующие пару лет приезжать за документами. Я искренне пыталась их понять и оправдать. «Мне никто ничего не должен, — говорила я себе. — Просто работай, получи документы, и ты больше никогда сюда не вернешься».

Через три месяца меня ждал новый поворот: с урезанной зарплатой, в съемной квартире, беременная двойней и уже без отца детей. Такое ощущение, что я из своей жизни в духе милого романтического ситкома переместилась в российский телесериал, с обязательной драмой и трагедией. «Ее уволили, бросил мужик, осталась одна с ребенком». Но у российских сериалов частенько голливудский финал и моей оплошностью было поверить, что и у меня появится герой, который спасет, поможет и все исправит.

И герои все-таки появились, только они предстали в образе принцесс — четыре подруги — и одной королевы — мамы, которая поддержала меня в беременность.

Подруги ездили со мной за продуктами, ходили на УЗИ, выбирали кроватки — Наташа, Марина, Аня и Ксюша. Они заменили мне одного принца, который потерялся в пути.

Как я стала придирчивым покупателем в продуктовом

Есть некоторые заблуждения насчет питания беременной: мол, раз вас теперь двое-трое, то и питаться надо усиленно. Это не так. Есть надо не за троих, а для троих. Отныне я строго следила, что кладу себе в рот. Придирчиво читала этикетки, избегала химии и вредностей.

На время беременности мужественно отказалась от фастфуда и полуфабрикатов. Вместо колбасы и сосисок — покупала мясо, вместо замороженных «рыбных палочек» и «крабового» мяса — свежую рыбу, вместо чипсов — картофель.

Я бы не рисковала покупать мясо, фрукты, овощи, молоко у частных лиц, торгующих вне специальных мест (во дворах, на обочинах дорог и т.д.). На рынке лучше покупать только те продукты, которые производятся вручную: мед, соленья, варенья, но контроль за качеством продукции не такой строгий, как в магазине, и ответственность ниже.

Походы за провизией я совершала с утра, если шла на рынок, или после работы брала с собой друзей, поскольку больше 5 килограмм поднимать было нельзя. При этом главное правило — идти на сытый желудок и с подробным списком покупок, чтобы избежать ненужных трат.

Чтобы купить «правильные» и безопасные продукты, нужно усвоить несколько несложных правил и ими руководствоваться, об этом ты можешь прочесть в конце книги в приложении.

Питание по триместрам

Во время моих 8 месяцев ожидания двойни во мне засела мысль: «Я и мои будущие дети живут тем, что я ем», поэтому я ответственно подошла к выбору продуктов, процессу приготовления, исключила почти всю «запрещенку», типа кофе, крепкого чая и, естественно, алкоголя.

Первый триместр — прощай, жареное, соленое, острое, кофе, алкоголь, черный чай. Объем потребления примерно 2400 кк.

Второй триместр после 12 недель. Примерный объем в сутки 2800—3000 кк.

Конечно, я принимала выписанные врачом витамины, но делала упор и на натуральные продукты. Кальций — творог, сыр, йогурт, молочное. После 30-й недели врачи посоветовали отказаться, как от творога, так и от лекарств с кальцием.

Отеками я начала страдать уже в конце первого триместра, поэтому против отеков мне помог брусничный чай и шиповник.

У меня была нехватка железа, поэтому в рационе я делала упор на мясо, язык, фасоль, чечевицу, яблоки, гранаты, зелень. Выписанные препараты железа принимают на сытый желудок, а при употреблении витаминов врачи советуют больше пить.

Я исключила возможные аллергены, типа шоколада, цитрусовых. Сократила потребления картошки, макарон, винограда, бананов, газировки с красителями. После еды — небольшая ходьба вокруг дома или офиса, если была возможность. Ела маленькими порциями. Кстати, курага, чернослив, мюсли, изюм, кефир, киви имеют послабляющий эффект, потому что и кишечник начнет со временем подводить.

Третий триместр

Соль, как и соленое, жареное, острое, маринованное, обилие специй — с этим тоже я повременила. Для полноценного питания беременной нужны — белки, живы и углеводы. В качестве белков делала упор на индюшатину, куру.

Углеводы, которые медленно усваиваются — это каши, овощи, хлеб грубого помола. Помимо комплекса витаминов для беременных, которые я принимала, я добавляла в рацион и естественные витамины:

Витамин А — абрикосы. Витамин Е — яйца, печень, салат. Магний — гречневая крупа, морская рыба. Клетчатка — тыква, овощи, фрукты, отруби.

В общем, образцовая беременная: тщательно следила за качеством продуктов, питалась дробно, пила до 2 литров воды и двигалась физически.

Не болит

У каждой беременной болит что-то свое и по-своему. У меня в первые месяцы жутко болел копчик, будто туда воткнули саморез и периодически его подкручивали в разные стороны — боль то усиливалась, то слабела. Внизу живота тоже что-то растягивалось и раздвигалось. Со временем, отекли ноги и мой 37-й превратился в полноценный 39. Я походила на расширяющийся шар в пространстве.

Я узнала столько новых глаголов, описывающих мое состояние, и тщательно записывала в блокнот обо всех ощущениях, что описать моему гинекологу на приеме — тянет, сводит, содрагает, дергается, расширяется внутри, сжимается. Потому что каждую минуту, если чуть отвлечься от рутины, я ощущала — во мне происходит активная жизнь.

Однажды утром, на пятом месяце, я проснулась и не почувствовала ничего. Ни сверлящей точки в копчике, ни тянущих болей внизу, ни сдавливаний. Ничего. Обычное тело. Меня охватила паника — «Раз ничего не болит, значит, ничего и не происходит. Ничего внутри меня больше не растет. Замерло».

Я просила, чтобы мои неприятные ощущения вернулись, но тело превратилось в равнодушно здоровое. Я позвонила в слезах маме: «Мама, у меня ничего не болит». Я всхлипывала, идя по тротуару, опаздывая на работу. «Прям ничегошеньки! Значит, с ними что-то не в порядке, раз ничего не растягивается, значит, они перестали расти».

— Не говори, глупостей, не должно же постоянно что-то болеть.

— Но ведь болело, а теперь ничего! — орала я в трубку маме, которая была за 300 километров и при всем желании ничего не могла подправить в моем животе. Она смеялась, как если бы я говорила какую-то чушь и ерунду и ни капельки не сочувствовала моему состоянию.

— Потом заболит, — успокоила мама, — если что-то пойдет не так организм даст знать. Природа умнее нас устроена. В конце концов, она избавляется сама от лишнего, чтобы сохранить ценное, и продолжить род, — зарассуждала мама, — радуйся передышке.

Я добрела до работы и добросовестно проработала до шести часов. Когда я встала с кресла внизу в пояснице резко кольнуло. С поясницы перешло на копчик, а потом и вниз живота. Я улыбнулась. Жизнь внутри меня продолжала кипеть. Счастливая я пошла домой.

«Синдром счастья»: подходить к зеркалу только с улыбкой

В один из первых приемов у гинеколога, врач сказал, что я хрустальная ваза и мне надо себя беречь. На дорогостоящий сосуд я плохо походила, потому что мне надо было работать, ходить на обследования, улыбаться и общаться с теми, кого хотелось схватить за подгрудки и трясти: «Да нельзя же так с людьми. Где ваша человечность?».

Я была роботизированной машиной: утром задавала себе программу, которую должна выполнить в течение дня. Если что-то шло не так, я учила себя решать вопросы, когда это возможно, и старалась не съедать себя заживо гипотетическими вариантами. Я просчитывала шаги, и это был отличный способ пройти до конца маршрута.

Первые несколько приемов я могла посещать врача только по субботам, когда приезжала из Москвы, поэтому каждый раз встречала нового врача, который дежурил в этот день. И после каждого приема уходила с маленькой порцией мудрости.

«От душевного состояния матери зависит состояние ее детей, — сказала немолодая женщина, когда я разревелась у нее в кабинете. — Хватит себя жалеть, Полина, люби себя. Может, у тебя больше не будет такого времени. Практикуй позитивный настрой. Вот чувствуешь, что накатывает паника, представь мысли как комки пыли, и в руках золотой совочек и золотой веник. Говори себе — „Я стряхиваю с себя все плохое“ и золотым совочком убирай».

Я вышла озадаченная. «Что она несет? Золотой инвентарь? Серьезно? А еще врач».

Но я решила экспериментировать. И в следующий раз, когда страхи обступили, я представила их жуками, я ловила их совком, веником и выбрасывала в золотую урну. (С фантазией никогда не было проблем). И так мысленно веселилась, что страхи на время отступали, мне становилось спокойнее, появлялась вера в положительный исход.

В другой раз я наткнулась на доктора, который исповедовал восточную философию.

«Кто загадывает далеко вперед, не спокоен сердцем. Не тревожься ни о чем заранее и не радуйся тому, чего нет». Я послушно кивала.

Еще одна врач научила меня «синдрому счастья». «Если подходить к зеркалу с улыбкой или просто чаще улыбаться, в организм поступают эндорфины, ты запускаешь естественный процесс, как если бы была счастлива на самом деле». Видимо, вид у меня был слишком опечаленный в тот раз. «Ты же носишь двоих детей. Бог не дает испытаний, если знает, что ты не выдержишь. Ты под защитой, понимаешь». Не помню, но, наверное, я и на том приеме ревела. «Если неприятности одолевают, то представь, что у тебя есть огромный щит. Щит любви. Если идея с Богом тебе не нравится».

Мои первые врачи оказались в большей степени практикующими психологами для меня. Они снабдили виртуальным хозинвентарем, мудростью и невидимым оружием.

Потом, когда я вернулась в родной город, то ходила на консультации к постоянному врачу и ее рекомендации касались течения беременности.

История скрининга

Я была дисциплинированной беременной. Сдавала вовремя анализы, придерживалась диеты, соглашалась на все анализы, потому что доверяла врачам, платила за необходимые процедуры деньги, потому что многое из желательного не входит в реестр обязательных.

Скрининг я делала в платной клинике у самого популярного врача в родном городе. Собственно, скрининг — это УЗИ и анализ крови. На второе УЗИ я шла с мамой.

УЗИ 12 недель — событие знаменательное для будущих родителей. У плода уже сформированы основные органы и их отчетливо видно на экране монитора. Можно и пол узнать, но обычно на этом сроке его говорят за отдельную плату.

Я дрожала и в тот день. Я боялась патологий. На тот момент, мне казалось, что если пойдет что-то не так и в малышах обнаружат изъян, вся вина ляжет на меня. Это же я их вынашиваю, это же во мне они зародились.

Врач медленно водил по обляпанному в смазке животу:

«Ну что вам сказать. Тройни у вас не получилось, — подмигнул доктор, — но вышла отличная двойня».

Я распылалась в улыбке, будто до этого не знала, что ношу двойняшек. Врач продолжал колдовать правой рукой, выписывая круги и смотря в экран.

— Патологий нет, — объявил он.

Я разревелась.

— Нет, реветь не надо, вы что тут устроили, — мягко сказал врач, — все хорошо.

— А воротниковая зона? — я стала начитанной на предмет возможных патологий, в частности синдрома Дауна, — носик прослеживается?

— Малыши отличные, — заверил доктор, — вот машет вам рукой. Сейчас фотографии напечатаем. Идите, гуляйте, думайте о хорошем, жду вас на 16-й неделе. Если не здесь, то делайте в другом месте скрининг. Его смотрят в динамике.

Потом я получила распечатку с анализом крови — список патологий и цифры напротив, которые мне ни о чем не говорили.

В 16 недель на второй скрининг я отправилась с подругой. К тому моменту из двух родителей осталась только я одна. Марина сидела рядом и держала за руку, когда врач обследовал мой живот.

— Хотите знать пол?

Мы хором ответили: «Да».

— Мальчики, — улыбнулся доктор, — два здоровых малыша, все в порядке.

Я сдала кровь, и мы с Мариной вылетели из больницы на зимний прохладный воздух. Мы бодро шли к ближайшему кафе, чтобы сесть и обсудить. «Пацаны, два пацана. Будут твоими защитниками». Маринка скакала впереди, окрыленная и счастливая. Я поддакивала: «Да-да, защитники».

Через несколько дней я вернулась за анализами в лабораторию, открыла листок и пробежалась по горизонтали. Глаза уперлись в первую строчку: «Высокий риск синдрома Дауна».

— Что это? — тыкнула я листком в девушку, — мне может, кто объяснить?

— Я только выдаю результаты, — равнодушно отрезала девушка на ресепшене, — вам ваш лечащий врач все объяснит.

Я вышла на улицу, задыхаясь. Но и там не хватало кислорода. Я набрала Марину и сказала, что у меня риск рождения ребенка с синдромом Дауна. То, чего я боялась больше всего, претворялось в жизнь. Марина на том конце трубке просила не реветь и во всем разобраться, ведь на УЗИ не было намека на какие-либо отклонения.

Я позвонила маме и продолжила реветь взахлеб. Я должна была давно быть на работе, обед заканчивался. Мама попросила скан результатов и тоже просила успокоиться. Я доплелась до работы, отсканировала бумагу и договорилась с собой: весь плач оставить до вечера, когда окажусь дома.

Мама в это время добежала до доктора, у которого мы проходили ультразвуковое обследование, с этими результатами. Врачу было все равно. Он заявил, что ничего страшного не видит, а если я такая трусиха и сомневаюсь, то «пусть делает прокол». Мама вечером повторила его слова в точности.

— Прокол?

Мы с Мариной коллективно изучали возможности и необходимость этого «прокола». Процедура называется амниоцентез — тонкой иглой прокалывают живот, берут оттуда образец околоплодных вод и делают точный прогноз, но при такой процедуре есть риск преждевременных родов, если коротко сформулировать суть процедуры.

Я отчетливо помню себя в тот момент. Осталась с урезанной зарплатой, без мужчины, на работе, где начальницам хотелось надавать по щекам, а не улыбаться, теперь, возможно, я ношу малышей с синдромом Дауна. Одного? Обоих? Я шла по темному коридору бывшего ткацкого завода, и с каждым шагом выстраивала план будущих действий.

«Прежде всего, никаких нервов и сантиментов. Если жалость возьмет вверх, я проиграю. Если эмоции захлестнут, я не смогу действовать рационально. А мне сейчас нужна трезвость. Что нужно сделать в ближайшее время? Пересдать анализ крови в лучшей клинике в Москве». Это первое, решила я.

Второе: «Найду лучшего УЗИста в стране и попаду к нему на прием. Если догадки двух обследований подтвердятся, сделаю прокол. А потом уже буду решать, что делать дальше».

Только постепенные продуманные действия. Раз за разом. Шаг за шагом.

Сейчас я понимаю, что только здравый подход помог мне не сойти с ума, не впасть в панику и истерику.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 333
печатная A5
от 543