электронная
360
печатная A5
544
18+
100 дней до весны

Бесплатный фрагмент - 100 дней до весны

Как пережить зиму в Петербурге и не сойти с ума


5
Объем:
282 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-0050-6088-4
электронная
от 360
печатная A5
от 544

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Моим родителям,

жене Марине,

дочерям Дарье, Серафиме и Елизавете

21 ноября

НЕЗНАКОМКА

Я чувствую её шаги, я слышу её веселое дыхание. Ощущаю торопливую поступь её смешных изящных каблучков, тревожный шорох её платья. Она проходит мимо, совсем неслышно, она бежит так быстро, будто спешит куда-то.

Куда спешить сегодня, когда время и так уже ничего не значит? Зачем таиться, когда никто не следит за тобой?

И спросят меня: о ком ты? Кто она — та, что проходит мимо? Та, что уходит, даже не скользнув по нашим лицам взглядом? Что за таинственная незнакомка?

Я прошепчу, приложив палец к обветренным губам: тихо, это проходит жизнь…

Задержите её! Остановите! Посмотрите ей в глаза, ведь вы еще можете быть вместе. Есть еще время, чтобы все исправить! Есть даже время, чтобы начать все заново! Жить! И не отпускать её от себя, радоваться вместе, грустить, любить, летать! Ведь скоро весна!


100 дней до весны


Всего каких-то 100 дней…


22 ноября

СОЛНЦЕ СВЕТИТ ВСЕГДА

Конец ноября. Холодный, мокрый Петербург. Неба нет. Над головой словно во сне ворочается серая вата. Резкий ветер и моросящий дождь. Мы можем бесконечно изучать эти сто оттенков серого, но это не прибавит нам радости и желания жить.

А вы помните, что за этими плотными и тугими облаками всегда светит солнце?

«There is always sunshine above the grey sky», — пел Дэвид Силвиан. Я вспоминаю его слова всегда, когда взмывающий ввысь самолет протыкает облака и солнце заливает светом салон.

Над этим серым небом всегда светит солнце. Если мы не видим его, это не значит, что его нет. Солнце есть всегда. Оно излучает свет и тепло. Даже ночью. Это просто мы его не видим, но оно всегда есть.

Если просто подумать о солнце, уже становится теплее.


99 дней до весны

23 ноября

КАКИМИ СТАНЕМ МЫ?

Джон Лилли, известный американский врач-психоаналитик и ученый нейробиолог, в конце своей жизни произнес замечательную фразу: «Все, что мы можем вообразить, существует в действительности».

Не знаю, насколько можно ему верить, учитывая, сколько времени он провел в депривационной камере под воздействием психотропных препаратов. Это были популярные в семидесятых опыты по расширению сознания. Много кто способен на глубокомысленную фразу, но каждой ли такой фразе стоит верить?

Однако идея многим пришлась по душе и прижилась среди ленивых мечтателей, энергичных мистиков и вялых созерцателей. Меня самого очень тянет к ней. Я знаком с массой людей, которые чаще «визуализируют», чем пытаются что-нибудь сделать. Кто-то даже ссылается на Христа и его слова про веру с горчичное зерно, способную двигать горы.

Вот только горы все еще стоят на прежних местах, а мы восторгаемся теми, кто на них карабкается, и сочувствуем тем, кто с них свалился.

Если даже мы соберемся все вместе и представим, что завтра начнется весна, — деревья не зазеленеют, и солнце не растопит снег. Всему свое время.

Но, если представить, что мы стали добрее, честнее и счастливее, я верю в успех. Если представить, что наше настроение зависит не от мрачного неба над головой, а от солнца, горящего в груди, я тоже поверю. Я даже поверю, что мы можем поблагодарить кого-то за что-нибудь, когда-то сделанное для нас, и простить кого-то, когда-то обидевшего нас. А еще мы умеем терпеть. И ждать.

Бог с ними, с горами, пусть остаются на своих местах. Весна и так придет, потому что не может не прийти. Важнее, какими будем мы, когда она пробьется сквозь тающий снег.

Так же и с поставленными целями.


98 дней весны

24 ноября

И ЭТО ПРОЙДЕТ

Когда-то я играл роль морского офицера флотилии атомных подводных лодок, и однажды мне довелось исполнять обязанности заместителя начальника караула на гарнизонной гауптвахте.

Нас предупредили, что две камеры заняты приговоренными к смертной казни, которых перевозили из дисциплинарного батальона к месту исполнения приговора. Мы не знали их вины, но смертная казнь еще была. Шел 1991 год.

Один из них всегда молчал, забившись в угол. Он не реагировал на команды и отказывался от еды. Второй был шумный. Он выкрикивал оскорбления, даже когда никто не подходил к его камере, плевался через решетку, но никто из караула не решался заставить его замолчать. Мы впервые видели человека, которого казнят через несколько дней, и были подавлены присутствием приближающейся смерти.

Была очень холодная зима, часовые стояли на посту в овчинных тулупах и валенках. Мне было отведено время для сна с десяти до двух часов ночи. Понятно, что заснуть я не мог. Заключенный кричал и проклинал нас. Теперь я понимаю, что так он пытался привлечь к себе внимание. Хоть какое-то внимание, ведь он еще был жив. Ему было необходимо, чтобы его заметили, а не проходили мимо, стыдясь его присутствия среди тех, кто намерен продолжать жить.

Была очень холодная зима, часовые стояли на посту в овчинных тулупах и валенках. Мне было отведено время для сна с десяти до двух часов ночи. Понятно, что заснуть я не мог. Заключенный кричал и проклинал нас. Теперь я понимаю, что так он пытался привлечь к себе внимание. Хоть какое-то внимание, ведь он еще был жив. Ему было необходимо, чтобы его заметили, а не проходили мимо, стыдясь его присутствия среди тех, кто намерен продолжать жить.

Была очень холодная зима, часовые стояли на посту в овчинных тулупах и валенках. Мне было отведено время для сна с десяти до двух часов ночи. Понятно, что заснуть я не мог. Заключенный кричал и проклинал нас. Теперь я понимаю, что так он пытался привлечь к себе внимание. Хоть какое-то внимание, ведь он еще был жив. Ему было необходимо, чтобы его заметили, а не проходили мимо, стыдясь его присутствия среди тех, кто намерен продолжать жить.

В два часа я принял пост начальника караула. У меня было два яблока. Не помню, кто мне их дал. В то время и в том месте купить их было практически невозможно. Заключенный затих, я подошел к его камере. Он сидел на полу и смотрел на меня пустым взглядом. Я показал ему яблоко, он никак не отреагировал. Я просунул ему яблоко сквозь прутья решетки, и оно упало на пол, покатилось в его сторону.

Не вставая, он подполз к нему, взял в руки, удивленно посмотрел и откусил кусок. Но не успел даже толком разжевать, как его разорвали рыдания. Кусочки яблока вываливались изо рта. Я оставил его и вышел на улицу, чтобы скурить две папиросы «Беломорканала», сжатые вместе, как мы иногда делали.

Я стоял на тридцатиградусном морозе и думал: неужели это когда-нибудь закончится? Этот караул, эта холодная жуткая ночь, этот жалкий на пять тысяч душ гарнизон, эти так похожие на спящих бегемотиков подводные лодки, каждая из которых в состоянии уничтожить город размером с Лос-Анджелес? Неужели когда-то закончится весь этот бред? Мне казалось, что никогда. Но больше всего бесило осознание, что я ничего не могу сделать, чтобы в данный момент хоть как-то изменить ситуацию.

Вчера я вспомнил об этом случае. Прошло тридцать пять лет. Это кончилось — кончилось раньше, чем я вспомнил о том, что все кончилось.

Так же и ноябрь закончится, и зима придет и тоже закончится. И воссияет весна. И мир снова расцветет. А мы сейчас сидим и думаем: неужели это никогда не кончится? Обязательно кончится. Весны не может не быть.


97 дней до весны

25 ноября

КУПИТЬ ЧЕРЕПАШКУ

Когда меня спрашивают: «Как бы ты поступил на моем месте?» — я всегда отвечаю: я не могу оказаться на твоем месте. Каждая жизнь уникальна, а каждый пережитый опыт индивидуален, но, когда я однажды был в похожей ситуации, то принял для себя вот такое решение, и оно, скорее всего, тебе не подойдет, но я могу рассказать о нем.

Меня спрашивают: зачем я пишу эту книгу? Мне просто стало интересно: есть ли у меня сто историй, мнений, впечатлений, которыми я хочу поделиться с людьми? Мне кажется — есть. И не сейчас ли, когда до весны почти сто дней, лучшее время рассказывать их?

Даст Бог, это сможет помочь кому-то, кто оказался в похожей ситуации. Я уверен, что будущее за бескорыстным трудом. Именно так легче всего работать от души.

Вершиной искусства хорошего рассказа я считаю форму дзен-буддистского коана, когда размышление над историей раздвигает границы сознания и рождает ощущение чего-то большего, что не поддается описанию, но явственно ощущается душой.

И пока я писал этот текст, мы приблизились к весне еще на один день. Дни тают, как этот гадкий мокрый снег за окном.

Но! Не забывайте: именно сейчас проходит жизнь. Следите, чтобы она не проходила мимо. Это мгновенье не повторится никогда. Мы будем счастливы не тогда, когда доживем до весны. Мы счастливы уже сейчас. Оглянитесь вокруг! Неужели рядом нет ничего, что может вызвать радость и умиление?

И если ничего такого не попадается на глаза, купите себе черепашку. Похожую на ту, что завелась вчера у нас. Какая забавная форма органической жизни!

Как говорил Ауробиндо Гхош: «Если бы у Бога не было чувства юмора, Он не смог бы создать такую забавную вселенную».


96 дней до весны

26 ноября

КАК ДОЛГО СЕЙЧАС?

How long is now? Английский язык в своей деловитой лаконичности иногда позволяет уместить в одну короткую фразу такое объемное понятие, для которого на русском потребовался бы целый абзац.

Шел, должно быть, 2005 год. Как сценарист нашего первого с Сергеем Потемкиным фильма «Машина пришла» я был приглашен на Berlinale Talent Campus. Я люблю Берлин и всегда стараюсь заполнить свободное время прогулками по городу.

Я шел со стороны Александерплац по Ораниенбургерштрассе, не думая о маршруте. В голове бурлили мысли, я вспоминал прошлое и мечтал о будущем. Дома в Петербурге по мне скучали жена и три тогда еще совсем маленькие дочери.

Обычно я затыкаю уши музыкой из плеера. Я хожу, глядя себе под ноги, и только изредка поднимаю глаза, чтобы оценить панораму окрестностей и постараться нащупать контакт с «духом места». Так было и сейчас.

Я поднял взгляд, и передо мной оказался брандмауэр дома, в котором располагался Tacheles, музей современного искусства. Мне понадобилось время, чтобы понять смысл написанного, но, когда я понял, о чем идет речь, момент настоящего захлестнул меня. Я ощутил похожую на лезвие бритвы грань, разделяющую прошлое и будущее. И осознал, что эта грань отделяет не только будущее от прошлого, но и внутреннее от внешнего. Внешнему нужна форма, в то время как внутреннее ее не имеет. Все, что имеет форму, зависит от времени, а что не имеет, существует вечно. Для вечного нет времени. И это сейчас может быть таким долгим, каким ты сможешь удержать его.

Тогда я ничего не слышал про Экхарта Толле и его знаменитую книгу «The power of Now» — безусловно, лучший учебник осознанной жизни с ежеминутным переживанием присутствия в моменте сейчас.

Когда научаешься жить в присутствии, время теряет над тобой власть, которую имело ранее, и весна оказывается совсем близко.


95 дней до весны

27 ноября

ГЛАВНОЕ — БРЕЙТЕСЬ!

«Главное — брейтесь!» — советовал обитателям барака в Аушвице зашедший к ним заключенный с большим опытом. В то время там находился великий Виктор Франкл, и эту историю он приводит в своей книге «Сказать жизни: да!». Брейтесь любой ценой, меняйте еду на возможность побриться, ищите осколки стекла и скребите ими себя. Ваши щеки не только лишатся щетины, но и порозовеют, и вы будете выглядеть здоровее и моложе.

Дело в том, что в концлагере на самые тяжелые работы отправляли уставших и больных. Это окончательно добивало изможденных заключенных и позволяло быстрее отправить их в газовую камеру. Ведь все концлагеря всегда перенаселены.

Эта история — метафора всей жизни. Так же поступают с уставшими работниками работодатели. Если вы не хотите потерять работу, вы должны прекрасно выглядеть, а глаза ваши должны радостно сиять энтузиазмом.

А если вы все-таки остались без работы, вам также следует знать, что опытный рекрутер в мгновение ока заметит следы эмоционального выгорания на вашем лице.

Поэтому самое важное, чему следует научиться, — это скрести себя, свою личность, свою душу. Пока мы помним, кто мы, пока следим за тем, как выглядим, пока умеем любить и прощать, пока мы неравнодушны к радостям мира вокруг нас, пока стараемся учиться, меняться и не забываем, что живем свою жизнь, никто не осмелится отправить нас в газовую камеру.

В общем, главное — брейтесь! Я давно завел себе осколок стекла. А ещё…


94 дня до весны

28 ноября

СЕСТРЫ

«А теперь пребывают сии три: вера, надежда, любовь…»

Одни говорят, что надежда умирает последней. Другие говорят, что её следует убивать первой. Смотрю я на неё, и не поднимается моя рука, не сгибается палец на спусковом крючке. А она испуганно прячет глаза и сама понять не может, сколько ей жить осталось. Переживет ли она своих взбалмошных сестричек?

Сестрички пытаются ее успокоить. Одна глубокомысленно взирает на небо, другая улыбается глупо. Но им тоже страшно. Ведь близнецы они однояйцевые. Смерть любой из них станет концом для всех.

И я верю, что весна придет. И я надеюсь, что мы доживем до нее. И я не перестану любить это время, переживаемое с верой и надеждой.

Так и пребывают «сии три: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше».


93 дня до весны

29 ноября

УПРАВЛЯТЬ ВСЕЛЕННОЙ

Направляясь к цели путешествия, я всегда иду на зеленый свет светофора. Я ищу сигналы, знаки и жду, что Вселенная подскажет мне правильный маршрут. Даст мне совет, направление.

Мне рассказывали про «просветленного» человека, который, однажды объевшись псилоцибиновых грибов, до сих пор бродит по Петербургу исключительно светлыми тропинками силы, в то время как «слепые» ползут, не разбирая дороги.

Мы очень хотим, чтобы Вселенная с нами разговаривала, и продолжаем считать, что это возможно. Я достал из архива старую книгу и буду перечитывать ее долгими зимними вечерами. Она называется «Как управлять Вселенной, не привлекая внимания санитаров».

Нам ведь больше совсем нечем заняться. Нам ведь больше не нужно стремиться к духовному росту. Нам ведь сказали, что мы можем управлять Вселенной путем аффирмаций и визуализаций. Квантовые физики уверяют, что можно сделать скачок в область мечты, мгновенно переместившись по голограмме Бома. Нужно лишь правильно настроить сознание и точно определить координаты своего счастья.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 360
печатная A5
от 544