Об авторе

ОЛЕГ АНАТОЛЬЕВИЧ СТЕПЧЕНКО — известный режиссёр, сценарист и продюсер, создатель таких картин как: «МУЖСКОЙ СЕЗОН. БАРХАТНАЯ РЕВОЛЮЦИЯ», «ВИЙ-3D» и «ТАЙНА ПЕЧАТИ ДРАКОНА». НАДЕЖДА ВАДИМОВНА ПЛАХУТА — член МО СП РФ, детская писательница.

Последние события
синопсис

«Цветок Декабриста» – история о тотальном одиночестве, и о том, как одно неправильное действие ломает всю жизнь героя. Многоголосье сущностей в голове Петра Матвеевича подчиняет его собственной воле, приводя к последнему шагу - в шахту лифта. «Мусорное Счастье»– история парня и девушки, нашедших на мусорке ничейные, халявные деньги, ставшие невольной причиной разрыва пары, (точнее, бегства Юрика). «Пусть будет Он» – диалогичный монолог, или ироничная мини-пьеска о том, как одна из подруг( бедная), но не лишённая писательской жилки, пытается рассказать богатой подруге о своём непутёвом муже-пьянице, но так, чтобы та не догадалась, о ком идёт речь: «Как он на морду? Да ничё так! Хошь честно, урод уродом, но улыбка, если зубы, конечно, вставить, и глаза большие, когда трезвый, наверное. Он на бровях, на рогах когда – страшный, хамский, значительный». «Ведро» – рассказ о муках совести топящего новорожденных котят, деда, каждый раз исповедующего свой грех и совершающего его по новой, и о его ни в чём не подозревающей внучке. «Завтра в космос», «Под кустом чёрной смородины», «Рыбина» и «Кресло де Голя» – объединены темой детства. «Завтра в Космос» – миниатюра о взрослении девочки с душой пацана, ни за что не желающей расставаться с любимой космической темой, тогда как ей «завтра в школу». «Ключ на старт! Отошла первая ступень ракетоносителя. Счёт пошёл на секунды: «Он сказал, поехали, и махнул рукой…» Махни папе ручкой! Папа спит? Тогда в бок пихни, нежненько, чтоб не храпел за штурвалом». «Рыбина» – коротенькая зарисовка. Сценка из советского детства героини ,история зарождения страха как такового, в частности, и страха перед турникетами, оставшаяся на всю её жизнь. «Под кустом чёрной смородины» – история дачных событий с дневниками космоиследователей, и другими важными экспериментами детства, рассказанные с позиции 10-тилетней девочки. «Кресло де Голя» – тоже воспоминания детства на той же дачи, но это рассказ имеет драматическую составляющую. Здесь тема детства переплетается с темой любви тёти и дяди героини, а также с темой смерти Васи, «безголосого певца любви к своей Ирине». « Дед Васины гвозди заржавели внутри стен дома, планомерно съедаемого жучком, срослись с ним в одно; маки на кресле вытерлись, став калькой с самих себя; когти имперских львов сточились от стуканья детской обуви, и, не успела Ирина и глазом моргнуть, как уже и их с Васей дети выросли, а потом, совсем для неё невидимо, и дети детей, которые в свою очередь опять торопились стареть. И во всей этой широкой картине совсем не оставалось ни места, ни, что ли, времени для осознания мужниной смерти». В финале этой истории, Ирина, унаследовавшая от мужа василько-львиное кресло, кресло главы семьи, находит в себе новые силы, давая отмашку к началу праздника, побеждая любовью смерть! Рассказ «Одеяло» – ременисценция на тему Адама и Евы нашего времени. В то время, как Он и Она спят под одним одеялом, рассказчик и интерпретатор жизни пары, змей искуситель не дремлет: «Нога из-под надгробия одеял в поисках воздуха. Подышала и нырк, обратно, в меж простынную западню. Ляг, отдохни. Накрутившись в жаровне страстей, поостынь под снежком одеяльного холофайбера. Втяни носом души аромат его с лёгкой отдушкой Ваниша. Чуешь, в чём счастьишко?» «Двадцать семь ступенек» – рассказ о 80-ых, когда молодой беременной женщине приходилось подрабатывать, «выгуливая», и практически вешая на себя еле передвигающуюся старушку-немку НатРуд - Наталью Рудольфовну. «Лужа, это ужас, лужа– незапланированное. Водомоина распласталась от подъезда до самой арки. Свернуть – невозможно. Но если цель –дышать, идти и дышать, добраться, доползти, доплыть туда, где маячит сырная арка, где выход. Глотнуть несвежего воздуха. У-ууу, там что-то шумит, колышется страшно, машины ли, люди, неведомое. Дойти, высунуться, как мыши, из норки-арки, и в путь. Нет, мы не мыши, кроты. Вернуться домой. По лестнице в двадцать семь ступенек, съеденных человечьими ногами». И только после тихого ухода старушки, оставившей всем, кого она знала «безвозвратный кредит», героиня в состоянии оценить чуткую душу НатРуд. Рассказ «Томкино время» – история героини, с болью осознающей своё старение. Здесь, как и в «Цветке Декабриста», использован приём полифонизма, (несколько «потоков сознаний»), но в отличие от голосов «тёмных сущностей», донимающих Петра Матвеича, в «Томкином времени» Анне Старостиной помогают «светлые силы», подготавливающие героиню не к смерти, а к «переходу». «…под капюшоном ангела – белый снег, похожий на свет, возвестивший о празднестве Перехода; о том, что им нужно лететь с этим небесным снегом, летящим вверх: Знать бы …, сколько там у них теперь придётся платить за Свет?»

22 мая 2020 г.