Вера Некрасова

Об авторе

Вера Некрасова — журналист, писатель, путешественник, художник. Родилась и выросла в Перми, окончила Пермский государственный университет, филологический факультет. Работала тургидом в Азии, копирайтером, администратором в гостинице, статисткой в массовке, корреспондентом газеты «Жизнь», руководила кружком. Пишет сказки, байки, вдохновляющие истории о людях. С 2013 года живет в Сантьяго де Чили. Ведет одноименный блог на портале «Сноб».

Последние события

Вера Некрасова: «Чили — это не навсегда». …Я раньше много путешествовал и в какой-то момент вдруг понял, что куда бы я не направлялся, на самом деле я перемещаюсь только по одному пространству и это пространство — я сам. В. Пелевин Мы сидим с Верой в ее аутентичном внутреннем дворике или патио, как их тут называют на латиноамериканский манер, в районе со смешным названием Тобалаба. Все дома здесь в немецком стиле фахверк, вокруг много зелени и раскидистых деревьев. Мимо нас бегают взмыленные подростки с розовыми и фиолетовыми волосами в стиле-панк, с ног до головы в татуировках и пирсинге, перетаскивая музыкальное оборудование. По дорожке с платьями на вешалках в руках дефилируют почтенные дамы с надменным видом. — Как у вас тут оживленно, — замечаю я. — У нас тут на первых этажах домов мастерские, каждый дом переоборудован в офис, — объясняет мне Вера. –Вот моя соседка, например, пенсионерка, открыла свой маленький бизнес, начала шить и продавать винтажную одежду, и у нее неожиданно стало круто получаться. Красавец-архитектор здоровается с Верой, знакомится со мной и через пять минут возвращается с туркой со свежезаваренным кофе на восточный манер и медиалунами: аргентинскими круассанами, которые тут же где-то за углом и выпекают. — Угощайтесь, — улыбается он. Мы беседуем с Верой о жизни в Чили, о ее новой книге «Чилийский дневник: пой, а не плачь» и о том, каково это вообще одинокой девушке-филологу забраться на другой конец света. — В Чили я стала ко многому относиться очень просто, — рассказывает Вера. — Здесь настолько размыты возрастные границы, например, у людей после сорока, как у героини известного советского фильма «Москва слезам не верит» реально жизнь только начинается… Многие только к сорока годам выплачивают свои кредиты за обучение, за квартиру. Жениться тут тоже принято, как я вижу по моим знакомым чилийцам, лет в тридцать, не раньше. Ну, а когда люди в стране живут в среднем до 85 и больше лет, — действительно понимаешь, что сорок лет — это даже не «экватор». В Чили, кстати, в прошлом году одному из долгожителей исполнилось 105 лет! А отцу моей подруги дону Карлосу стукнуло 101 в этом году, и он прекрасно себя чувствует! О книге «Чилийский дневник: Пой, а не плачь» — Знаешь, что меня больше всего удивило в твоей книге? Искренность, с которой ты описала свои переживания, не боясь показаться неидеальной в наш век отчаянного самопиара и прилизанных картинок из инстаграма, где муж обязательно «мужчина мечты», дети — идеально воспитаны, а завтрак — сбалансирован… — Ну, у меня был, конечно, соблазн показаться лучше, чем я есть на самом деле, но помнишь, кто-то из классиков сказал: «Главное самому себе не лгите». Когда я начала книгу — так и было. И в какой-то момент я поймала себя на мысли, что в собственной книге пытаюсь показаться самой себе круче, чем я есть! Я посмеялась тогда, и поняла что мне важнее сейчас зафиксировать честную картинку. Ведь главным образом, я написала книгу для себя. И мне будет куда приятней вспомнить именно несовершенную, напуганную, одинокую девушку, думающую про себя к тому же, что она — лузер, чем фальшивую историю успеха, понимаешь? — Достоевский про это сказал, в «Братьях Карамазовых». — Да, точно! Но неизвестно еще, каким бы он предстал современникам, будь у него аккаунт в социальных сетях, — улыбается она. — Почему, кстати, книга называется «Пой, а не плачь»? — Мне очень нравится эта строчка из песни на стихи Лопе де Вега «Небушко красивое», которую я услышала у мексиканских марьячес, об этом в книге тоже есть. — Каков главный месседж «Чилийского дневника»? — Мне просто захотелось в какой-то момент зафиксировать свои первые впечатления о Чили, они были не всегда позитивными, зато очень яркими. Вообще, мне кажется, что самое интересное восприятие страны обычно в первый год, потом начинается глубокий анализ реальности и постепенно «глаз замыливается». Лучше всего, мне кажется, записывать свои впечатления именно свежими. — В сети мы видим блогеров, которые не успев погрузиться в реальность, переехав в другие страны, тут же начинают все очень поверхностно описывать, претендуя на какие-то глубокомысленные выводы. — Можно легко скатиться в глупость или пошлость, поэтому надо найти какой-то оптимальный баланс между новизной и хоть какой-то объективностью. — Вера, а что тебя вдохновило на написание книги? — Наверное, мои читатели на «Снобе», которые следили за моими приключениями в Латинской Америке с самого начала, и когда блог начал набирать популярность, стало понятно, что из всего из этого может получиться книга про опыт эмиграции, который возможно еще кому-то пригодится. И мне самой однажды вечером, лет в девяносто пять, возможно покажется забавным пролистнуть ее у камина. — Ты планируешь и дальше писать книги? — Конечно, у меня столько идей, следующая книга, например, «Чилийский дневник: за кадром» будет о самых ярких и контрастных ситуациях, случившихся здесь со мной. Все же, эмиграция — это не просто, это какой-то вызов себе, испытание на прочность что ли… — А есть еще какие-то русскоязычные книги о Чили? — Хм… насколько я знаю, нет. Мне попадались как-то в сети еще воспоминания англичанки, побывавшей в Чили, написанные сто лет назад, и я даже обнаружила в них нечто схожее со своими впечатлениями, как ни странно. Об эмиграции как идее — Скажи, пожалуйста, ты ощущаешь себя в эмиграции? — Вообще, меня разочаровала сама идея эмиграции, главное, что я поняла для себя: переезжая в другую страну, ты все равно остаешься самой собой, меняются лишь декорации, поэтому не стоит ждать от страны очень уж многого. — Интересно, что лично тебе дает опыт жизни в другой стране? — Знаешь, говорят, что Индия — катализатор всех изменений, а я считаю что любая другая страна, не похожая на твою, — это и есть Индия для тебя. Любое путешествие — в первую очередь открытие себя. И, конечно, это такой сложный выход из уютной зоны комфорта. В большинстве случаев гораздо легче реализоваться на родине, мы не рассматриваем сейчас профессиональную эмиграцию. — В чем, по-твоему, самый большой минус жизни заграницей? — Я чувствую себя оторванной от своей культуры, грустно, когда тебе зачастую не с кем обсудить экзистенциальный кризис и иногда, когда некому рассказать сон, тоже печально. — А у тебя есть позитивные примеры эмиграции? — Да, мне очень помогли адаптироваться русские девушки в Сантьяго, например, поделившись со мной опытом, предупредив о чем-то. Надеюсь, мой опыт описанный в книге, также пригодится кому-то. Вообще, все фильмы и книги про эмиграцию, которые мне попадались об одном и том же: о том, что невозможно прервать внутренний диалог с родиной, наверное, поэтому я вожу из России огромные чемоданы книг. Про электронные книги в курсе, конечно, тоже читаю. — Вот на меня огромное впечатление в детстве произвел эпизод из книги Лимонова про Эдичку, в котором он от первого лица описал близость с афроамериканцем от полного отчаяния и вселенского одиночества от жизни в эмиграции. — Этот опыт тебе помог как-то? — Ну, я, наверное, совершенно не боюсь одиночества, понимаю, что это неизбежно заграницей, не постоянно, конечно, но иногда накрывает. — А я после года жизни в Малайзии перестала уезжать навсегда, теперь стараюсь хотя бы раз в год приезжать в Россию на несколько месяцев. И не исключаю мысль, что мы с мужем когда-нибудь поселимся в России. Он бизнесмен, и Россия очень ему интересна. Он недавно побывал там вместе со мной и остался в полном восторге от людей, страны, нашей культуры. Расстроился, правда, что медведи по улицам не ходят. О плюсах и минусах жизни в Чили — Что тебя больше всего шокировало в Чили? — Наверное, эти противоречия: с одной стороны, в Чили защищены права женщин, их можно встретить на высоких позициях, все очень лояльно и демократично, а с другой стороны: строжайше запрещены аборты. Сейчас правда, их разрешили в особо исключительных случаях. Но о какой свободе идет речь, если женщина не имеет права распоряжаться своим телом? — А какие ты видишь плюсы в Чили? — Здесь просто потрясающая природа, я обожаю пустыню, горы, океан. Люди такие приветливые и дружелюбные, нет агрессии на пустом месте, как мне кажется. Отношение к жизни, к внешнему виду, к проблемам упрощенное. В Сантьяго я чувствую себя очень комфортно, даже несмотря на смог. Еще мне нравится забота горожан о собаках. Видела в городе, как волонтеры кормят животных и одевают их в смешные попонки зимой, чтобы им теплее было? — Да, отношение к животным — это показатель человечности, я кстати, именно так и оцениваю страны иногда. В Израиле, где собаки сидят в ресторанах со своими хозяевами за одним столом — это просто верх человечности, мне кажется. — Чили же относительно молодая страна, я вижу как прямо на глазах она быстро развивается, это радует. И некоторые мои знакомые, владельцы небольших бизнес проектов, достаточно успешны и неплохо зарабатывают. Мне кажется, что в Чили я стала позитивнее смотреть на жизнь, хотя никогда не была пессимисткой. — Общаешься ли ты с чилийцами? Насколько трудно вообще было адаптироваться в Чили? — Конечно, у меня есть как русскоязычные друзья, так и чилийцы. Первый год у меня весь прошел в путешествиях, было очень весело и позитивно, потом я встретила своего будущего мужа. И неожиданно для самой себя вышла замуж, хотя вообще не планировала ни замужество, ни переезд в Чили. Когда у мужа начались финансовые трудности, я увидела в Чили уже другую, более реальную жизнь. — А каковы твои главные претензии к Чили? — Мне нравится Чили, но меня возмущают высокие цены на базовые потребности людей: медицину, образование, культуру. Но ведь не существует идеальных стран. Здесь я живу с внутренним ощущением, что вполне возможно, «Чили — это не навсегда». — То есть, ты думаешь, что это какой-то этап в твоей жизни? — Совершенно верно! И с моим чилийским мужем мы и в этом тоже совпадаем. Пока мы здесь, но возможно, позже еще куда-нибудь переедем. — Чилийские мужья, кстати, какие они? Вера надолго задумывается. — Я не знаю, честно говоря. Мне особо не с чем сравнивать, ведь я впервые замужем. Чилийские мужчины — не совсем в моем вкусе, но мой муж оказался с первых же минут знакомства таким своим, таким родным. Так что для меня он, прежде всего, близкий человек, а потом уже чилиец. Но вообще, русские девушки, которые живут с чилийцами, редко на них жалуются, в основном все довольны и счастливы, как в голивудских хэппи-эндах. Я в этих вопросах вообще фаталист и верю, что свою судьбу можно встретить и в Антрактиде, и в Германии, и в Доминикане, счастье вообще не зависит от национальности. Я думаю, что чилийские мужчины, они все — разные. Бывают, что смешанные браки русскоязычной девушки и чилийца заканчиваются очень грустно. Но ведь это могло случиться и в любой другой стране? Нет у меня склонности к обощению. Никогда не угадаешь, как поведет себя мужчина после десяти лет в браке. Но есть определенные черты характера, больше свойственных чилийцам, чем аргентинцам, например. Определенные типажи, манера поведения, образ мысли. Но об этом подробнее в следующей книге. — А что тебе не нравится в чилийцах? — Меня окружают интересные образованные люди, путешествующие, думающие, совсем не обыватели. Я очень довольна своим чилийским окружением, но в целом, если говорить о каких-то типичных чилийских недостатках, то это, пожалуй, инфантильность и необязательность, например, если тебя пригласили на асадо (барбекю) в следующее воскресенье, это еще не значит, что оно вообще состоится. — Как мы в молодости шутили, «пообещать — не значит дать». — Точно! Это про Чили! Сложно привыкнуть к их необязательности. Я всегда удивляюсь, когда кто-то вовремя приходит на встречу, например! — С другой стороны, эта черта присуща всей Южной Америке, и странам, близким к экватору… — Ты права, это что-то скорее континентальное. Еще мне не хватает здесь культуры, и очень грустно, что такие чилийские звезды как Изабель Альенде и Алехандро Ходоровски живут заграницей, а не в Чили. Здесь, конечно, есть и театры, и музеи и выставки, но традиционно высокий уровень российской культуры вряд ли можно сравнить с культурой потомков колонизаторов. — Что бы ты могла посоветовать тем, кто мечтает написать свою книгу, или уехать жить в другую страну, но думает, что это — нереально? — Я бы посоветовала делать и не сомневаться. Если вам очень хочется написать книгу — скорей всего кому-то захочется ее прочесть. Если вам очень хочется поехать пожить в другую страну — делайте это прямо сейчас. Ведь ближе к сорока годам вам начнет казаться, что уже «поздно». Начнутся дурацкие предрассудки по поводу возраста, и так далее. Никогда не поздно. Езжайте! Пробуйте! Пишите! Вдохновляйте! Скачать книгу можно здесь: https://ridero.ru/books/chiliiskii_dnevnik/ Чили. Сантьяго. 16 марта 2018 МЕТКИ: а не плачь, вера некрасова, лора зиндер, сантьяго, чили, чилийский дневник: пой

18 мар. 2018 г.