Это мой второй роман по проблеме. Как получилось, — судить, конечно, не мне. В книге я попытался осмыслить пласт культуры лудомании, который неожиданно для многих стал бичом нашего времени. Это — часть культурного кода. Поместив его в «высокий» контекст художественной литературы, я стремился показать, что за «невидимыми» играми на ставку, стоят страсти, трагедии как «маленьких», так и «больших» людей. Моя задача была — не осудить, а показать драму там, где привыкли видеть лишь азарт.