Подводим итоги десятого юбилейного сезона литературной премии для молодых прозаиков и поэтов «Лицей» с представителями блогерского жюри номинации Rideró «Выбор книжных блогеров».
Наш издательский сервис проводит эту номинацию шестой год и, пожалуй, это был самый активный сезон по внутренней работе блогерского экспертного совета. Рабочий чат кипел от впечатлений, все делились мнениями, кто-то выражал сомнения и даже разочарования, кто-то восторг, определились лидеры финала. Кто в итоге победит в номинации «Выбор книжных блогеров» узнаем уже завтра, 6 июня, на церемонии награждения на Красной площади. А пока, накануне объявления победителей, есть возможность узнать мнение членов нашего жюри о тенденциях сезона и самых сильных работах, которые они выделяют.
Подробные рецензии книжных блогеров можно прочитать здесь.
В третий раз читаю шорт-лист «Лицея» в составе блогерского жюри по приглашению Rideró, и самое поразительное здесь то, что из года в год в нем меняются тенденции. Казалось бы, что может произойти в литературных процессах и вокруг них за 12 месяцев? Очень многое.
Этот год запомнится обилием экспериментальных текстов. Дело не столько в форме, сколько в содержании. Молодые авторы добавляют в тексты сверхъестественные и фантастические элементы, придумывают альтернативные развития мировой истории, размышляют об экологических изменениях, но замахиваются при этом именно на серьезную литературу, не желая оставаться в рамках жанра.
Мне в этом видится поворот на эскапизм, но не в плане уютных детективов и романчиков о волшебных кафе, а в плане попыток переработать реальность во что-то литературное и метафоричное, как будто бы более понятное и с ясными правилами. Тут прежде всего хочется выделить роман «Дети, рожденные грибницей» Ирины Родионовой.
Шорт-лист прозы в этом году совершенно неоднородный: к 60% работ из него очень серьезные вопросы в плане проработанности, целостности и общего посыла, 30% работ как будто бы уже почти готовые, в них есть за что зацепиться, и 10%, то есть одна работа, — совершенно готовая к изданию. Это, конечно же, «Всё ещё здесь / Кенотаф» Полины Крайновой. На мой взгляд, конкурентов в шорт-листе у нее нет.
И, как обычно, с большим смущением скажу про шорт-лист поэзии, в которой понимаю чуть меньше, чем ничего, поэтому ориентируюсь на ощущения и очевидность принципа, по которому стихи были собраны под одной обложкой. Для себя я отметила «Три цикла» Ольги Лапенковой за позитивность и «Люцерну» Марины Марьяшиной — поэзия очень личная и горькая, но в то же время теплая. Неплохо, но очень неоднородно получилось у Егора Спесивцева в сборнике «Ваша любимая жевательная резинка вышла из моды и больше не продается».
Это мой первый год в жюри, я рада и благодарна, что получилось приобрести такой опыт. Было очень волнительно читать в ряду первых тексты, часть из которых определенно обретет своих читателей. Сравнить с предыдущими сезонами не могу, но исходя из того, что часть работ финалистов прошлых сезонов я читала после их издания, видела знакомые имена, то предположу, что этот сезон не самый сильный. Но приятные открытия есть!
В шорте в основном пишущие женщины, в этом году до него дошли всего лишь два мужчины. Преобладает большая форма, среди финалистов всего лишь один сборник рассказов. Видно, что актуальные проблемы и события все больше находят отражение в работах современных молодых авторов (это и ковид, и СВО) в разных формах и жанрах.
Один из моих фаворитов — это роман участника СВО Кирилла Минина «Доброволец. Письма не о любви», в котором автору удалось передать весь спектр чувств человека на войне, связав это со своей личной довоенной историей.
О прошлом тоже продолжают говорить. Очень талантливо написан роман Полины Крайновой «Все еще здесь / Кенотаф». Он рассказывает истории трех женщин, чьи беды свяжут их жизни спустя время. Яркая, увлекательная и даже шокируюшая история.
Хочется выделить еще постапокалиптический роман «Дети, рожденные грибницей» Ирины Родионовой и находящийся как будто бы на стыке реализма с фольклорно-мистичексой составляющей роман «Пыжма» Елены Антиповой. И там и там видно мастерство работы с языком и стилем.
Есть еще работы, которые показались интересными, но не до конца доработанными, можно сказать, что виден потенциал.
Для оценки поэзии не чувствую себя достаточно компетентной, но выделю тексты Дмитрия Ларионова.
Для меня это первый и очень ценный опыт участия в блогерском жюри премии, я с интересом прочла все тексты из шорт-листа. Если работы лицеистов воспринимать как отражение коллективного бессознательного текущего времени, то они складываются в тревожный калейдоскоп людей, которые уже пережили внутренний конец света. И общий психологический узор — это состояние хронической внутренней заморозки.
Практически все герои живут не в предчувствии катастрофы, а после неё. Катастрофа уже произошла: умер от онкологии Митя во «Всё ещё здесь / Кенотаф» Полины Крайновой, разрушена спортивная идентичность в «Навыках игры в теннис, необходимых в реальной жизни» Анастасии Древаль, идет война в «Добровольце» Кирилла Минина, растворение человека в труде в «Поэме будущих пролетарских снов» Антона Ермолина, уже случилась болезнь и распад реальности в «Гадах и рыбах» Катерины-Ксении Гашевой. При этом почти никто из героев не умеет жить после этого опыта — они умеют только существовать внутри последствий.
Очень для меня показательно, что центральным конфликтом большинства текстов становится не внешний сюжет, а кризис идентичности. Полина из «Навыков игры в теннис…» не понимает, существует ли она вне спорта и чужого взгляда. Ксюша из одноимённого романа автора Марии Следевской не может ответить, где её настоящий дом — в Москве или в пространстве семейного долга. Герой «Добровольца» Кирилла Минина идёт на войну не только из идеологии, а из потребности наконец почувствовать структуру, братство и собственную значимость. Это литература людей, потерявших внутренний центр.
Что еще бросается в глаза? Почти во всех романах семья перестаёт быть пространством безопасности. В «Ксюше» Следевской любовь деда к внучке превращается в форму эмоционального удержания через дом и долг. В «Пыжме» Елены Антиповой семейная память буквально заражена страхом и мужским насилием. Во «Всё ещё здесь / Кенотаф» Крайновой материнская любовь становится формой одержимости умершим ребёнком.
Еще, отдельно ярко видно, на примере 10 текстов из шорт-листа «Лицея», как исчезла сильная мужская фигура. Мужчины в текстах авторов — номинантов 2026 года либо отсутствуют, либо инфантильны, либо уходят на войну, либо растворяются в алкоголе или труде. Мужчин будто бы нет…
Симптоматично, что психологизация проникла в ткань текстов. Герои почти перестали действовать, они больше наблюдают, рефлексируют, анализируют, пытаются понять свое состояние. Пожалуй, именно поэтому у многих текстов возникает общая проблема: избыток осознанности и нехватка внутреннего риска. Герои слишком хорошо понимают себя, авторы слишком точно чувствуют интонацию поколения — но иногда это мешает живой непредсказуемости человека.
На мой взгляд, эти тексты — литература эмоционального голода и героев, которые не понимают, как жить дальше. Если искать общую метафору, то все эти романы напоминают большой дом после долгой зимы: люди в нём ещё живут, в некоторых комнатах до сих пор горит свет, но тепло почти ушло, и каждый пытается сохранить хотя бы маленький внутренний источник жизни.
Мой внутренний рейтинг текстов:
1) Полина Крайнова «Кенотаф / Все еще здесь» за яркое высказывание о невозможности прожить утрату. Горе становится новой идентичностью и способом продолжать отношения с умершим.
2) Кирилл Минин «Доброволец. Письма не о любви» за добровольное вхождении в катастрофу в поисках себя. Герой одновременно романтизирует войну и фиксирует ее абсурд, бюрократию, телесную унизительность и психологическое разрушение, и делает это очень достоверно.
3) Елена Антипова «Пыжма» за роман о семейной памяти, деревенской России, страхе и разрушенности «кто я?»
Стихи, которые я хотела перечитывать — Ксении Правиковой «У взросленья вкус шпината», Румяны Грумезы «В городе и за ним» и Дмитрия Ларионова «Есмь».
Юбилейный «Лицейский» сезон — парадоксальная смесь восторга и разочарования. Много вещей интересных, все абсолютно разные — финалистов прозаиков не упрекнешь в следовании некоему единому премиальному стандарту, даже если очень хочется. Однако, при всем многообразии, есть ощущение, что ни одна книга этого года не дотягивает до уровня «Выше ноги от земли», «Павла Чжана», «Полунощницы» или прошлогодней тройки Баснер-Бабина-Павлова. Даже безусловный лидер, Полина Крайнова, хороша скорее «на фоне». По соотношению между номинациями, «Поэзия» оказалась сильнее прошлогодней и ярче «Прозы», но и более одинаковой — порой казалось, что все финалисты транслировали единое коллективное послание.
Лучшее «Проза»
«Все еще здесь / Кенотаф» Полина Крайнова
Безупречное чувство языка в сочетании с даром сторителлера рассказывать так, что невозможно оторваться. Непростая по структуре, разнесенная во времени и пространстве, история воспринимается единым целым, виртуозно соединенная финальным панчлайном. Беллетристика в лучшем из возможных смыслов.
«Доброволец. Письма не о любви» Кирилл Минин
Невероятная по силе воздействия военная проза. Высочайший уровень гражданской смелости. Фрагментарное включение предыстории многое объясняет в событийном «здесь и сейчас» рассказчика. Современный преемник «Смерти героя» Олдингтона, до которого, литературные достоинства «Добровольца», к несчастью, не дотягивают.
«Пыжма» Елена Антипова
Роман-перевертыш, многократно и к лучшему обманывающий читательские ожидания. Настроившись на один жанровый канон, нечувствительно для себя оказываешься совсем в другой истории. Блуждания во времени и пространству героя, страстно желающего привести жизнь в соответствие с неким идеальным порядком, и действительность, которая всякий раз возвращает его к метафорическому разбитому корыту.
Лучшее «Поэзия»
«В городе и за ним» Грумеза Румяна
Яркая творческая индивидуальность, сочетание интеллигентности со «шпанистостью», удивительное и органичное. Простота и естественность в обращении со словом, свобода переключения между регистрами высокого и низкого стиля, оптикой мужской и женской, позицией ребенка и старика. Сильный своеобычный голос.
«Люцерна» Марина Марьяшина
Соединение цыганской, «перекати-поле» бесприютности с какой-то очень естественной укорененностью в культурном слое. Элегичная созерцательность — Марьяшина не бунт, не требование непременного к себе внимания, но усталое принятие без смирения.
Хороша в обращении с разными стихотворными размерами, ритмом и рифмой.
«Ваша жевательная резинка вышла из моды и больше не продается» Егор Спесивцев
По-хорошему снобская, с нешуточным заходом на территорию интеллектуальности, поэзия, яркая, метафоричная, предельно эстетская, со свободным переключением со сленга на разговор «о вечном». Продолжение и развитие прошлогодней поколенческой темы отнятых надежд.
Книги этого сезона создают довольно мрачное ощущение. Почти в каждой из них рассказывается о жизни, которая чем-то повреждена. Это характерно для прозы и особенно для так называемой большой литературы, но в этот раз степень повреждений заметно превышает средний литературный уровень (если бы такой был): война, болезни, смерти, утрата дома, распад личности — обо всем этом подробно рассказывают молодые писатели и писательницы. Не знаю, о чем это больше свидетельствует — об ощущениях пишущих людей или членов жюри, составлявших короткий список.
Главным критерием убедительности в этом году стала для меня степень честности авторской дистанции. Даже если это не автофикциональная проза, а фантасмагория, как, например, роман Антона Ермолина «Поэма будущих пролетарских снов». Когда речь идет о катастрофах, прямой опыт и личная интонация кажутся наиболее убедительными.
Возможно, когда-нибудь снова станет важнее говорить о композиции и структуре, но, похоже, не в этом году.
Этот сезон «Лицея» во многом особенный. Во-первых, я двоечник — в номинации «Проза» полностью прочитал только половину работ, остальное лишь надкусил. Каждый специалист должен быть профессионалом, а ещё он должен быть честным — поэтому так. Во-вторых, «Лицей» 2026 года не только юбилейный, но и репрезентативный — практически во всех работах встречается тема войны, не говоря уже о том, что один из финалистов прямо сейчас находится в зоне «специальной военной операции». С одной стороны, это прискорбно, с другой — красноречиво: молчать об этом больше нет сил, да и неправильно. Поэтому герои конкурсных работ уходят на войну добровольцами, хоронят близких, коротают дни в больницах, видят кошмары, превращаются в ящериц и выживают в мире после био-бомбы.
Коллеги по блогерскому жюри ругают этот сезон за слабые тексты. Наверное, не соглашусь — из пяти полностью прочитанных мною работ только одна показалась слабой, да и то — поправимо. Фронтовой автофикшен участника «СВО» Кирилла Минина«Доброволец. Письма не о любви» бьёт наотмашь и рассказывает о российской армии всё, что вы хотели знать, но боялись спросить (и после этого больше никогда не захотите). Хитроумный роман выпускницы школы «БЭНД» Полины Крайновой «Всё ещё здесь / Кенотаф» — торжество писательского мастерства и находка для книжных клубов. Заводская хтонь в рассказах челябинца и заводчанина Антона Ермолина «Поэма будущих пролетарских снов» — блестящая стилизация под Платонова и броская фантазия на тему дня сегодняшнего. Если Ермолин играет на хтони всеми струнами, то Елена Антиповав «Пыжме» эту хтонь разрушает и пишет о сумрачной деревенской душе глазами городского. Интригующий роман Анастасии Древаль «Навыки игры в теннис, необходимые в реальной жизни» — о турбулентности в женской дружбе между жизнью и спортом; та самая работа, которой не помешала бы опытная редакторская рука. О текстах, которые не успел дочитать, лучше напишут мои коллеги. Отмечу только, что с интересом буду ждать выхода «Детей, рожденных грибницей» Ирины Родионовой и «Гадов и рыб» Ксении-Катерины Гашевой в бумаге, чтобы дочитать.
Если говорить о фаворитах, то в первенстве разрываюсь между Мининым и Крайновой. Кто-то из них, скорее всего, окажется в тройке победителей основного жюри, а кто-то — в номинации Rideró «Выбор книжных блогеров». «Доброволец. Письма не о любви» Минина поражает честностью и трагизмом, «Всё ещё здесь / Кенотаф» Крайновой — чисто читательский или блогерский выбор. Что касается третьего фаворита, то пусть это будет Антон Ермолин с «Поэмой будущих пролетарских снов» — приза от основного жюри не получит, конечно — слишком нишевый, но у парня талант, так что пусть порадуется специальной наградой.
Несмотря на то, что в номинации «Проза» представлены работы 8 девушек и всего 2 молодых людей, сезон выдался «жёстким». Герой одного из романов, похоже, хочет попасть в группу создателей сериала по вселенной Мартина. Думаю, многие финалисты могли бы в ней оказаться, переплюнув маэстро по количеству смертей и болезней в тексте.
Из общих тенденций — в русскую прозу уверенно входят темы СВО и переосмысление ковидных времён.
Локальность повествований сохраняется, но все чаще местом действия становятся Москва и Санкт-Петербург. Многие авторы ищут и находят способы метафорично рассказать о том, что их волнует.
Мой фаворит — роман Ирины Родионовой «Дети, рождённые грибницей», жанрово увлекательный и философски многослойный. Кто-то воспримет его как постапокалиптическую фантазию, а кто-то проведет множество параллелей с действительностью.
Ещё хочу отметить роман Марии Следевской «Ксюша». Это было очень комфортное чтение, а главная проблема героини — как оставаться собой и не обидеть тех, кого любишь, — думаю, знакома многим.
Что касается поэзии, то рад был прочесть новые стихи Артёма Ушканова, очарован сборником Румяны Грумезы и нашёл множество душевных созвучий в городской лирике Дмитрия Ларионова.
Финалисты этого года очень разные. В прошлые сезоны разворачивалась борьба между авторами. В этом же году кажется, что лидеры видны сразу, их высота недосягаема.
Из тех, чьих наград я жду, выделю Полину Крайнову, Ирину Родионову и Кирилла Минина. Еще понравились сны Антона Ермолина, эдакий Слава Сэ, только на заводе.
Среди всех Полина Крайнова пишет ту самую литературу, в которую хочется укутаться и не отпускать. Она методично влюбляет читателя в своих героев, а потом, когда он уже размяк и на все согласен, начинает бить под дых. Радуюсь за тех, кому еще предстоит прочитать ее прозу.
Ирина Родионова совместила харизматичных героев и постапокалиптичные землянки. Любовь к детям и зависимость от пагубных привычек. Коктейль получился взрывной, но не выпить его до конца невозможно. Кстати, именно концовка вызывает бурные обсуждения. А мне она показалась логичной.
Кирилл Минин никогда не оказался бы в поле моего зрения, если бы не премия. Но я рада, что прочитала эту честную, искреннюю и тяжелую книгу. Она многослойна. Она про войну, любовь, родину, стремления и отчаяние. Удивительно, что такие книги существуют в 2026 году.
В остальном — есть интересные моменты. У других участников безусловно есть своя аудитория. Но литература вида «дорогой дневничок», на мой взгляд, выглядит в топ-10 «Лицея» не слишком органично.
Из тенденций отмечу то, что в прошлом году темы СВО едва-едва начинали касаться. В этом году эта тема активно звучит в каждом втором произведении. И если в прошлом году едва ли не половина финалистов пришли с рассказами, в этом такой автор только один, у остальных крупные формы. С интересом послежу за дальнейшей судьбой произведений. Спасибо авторам за труд!
Как жить дальше, когда привычный мир разрушен, а нового еще не выдали? Кажется, именно на этот вопрос отвечает большинство рукописей этого сезона «Лицея».
Да, действительно, тема войны звучит смелее, многие работы касаются ее в том или ином виде, но как будто главное — не фон жизни, не шум времени, а персонаж, который перестал быть героическим героем и стремится к какой-то великой цели. В основном, этот сезон населяют персонажи, которые учатся выживать. И именно это как нельзя лучше отражает российскую действительность на данный момент.
Тема потери собственного «я», пересборки личности как будто смежная с темой выживания, и она тоже прозвучала в этом сезоне на полную мощность. В остальном — шорт получился очень разным: сатира, миллениальская проза, большой роман, социальная фантастика, мистика и окопная проза. Такой вот коктейль жанров в 2026 году.
Я выделю четырех авторов, работы которых мне полюбились чуть больше других:
Полину Крайнову за красоту текста и его качество;
Анастасию Древаль за исследование эмоциональной зависимости, маскирующееся под дружбу;
Ирину Родионову за глубокий, многослойный, по настоящему увлекательный роман;
Антона Ермолина за смелость замысла, юмор и за то, что не боится показаться слишком сложным.
Спасибо за этот сезон!
Проза и поэзия молодых авторов этого сезона — о любви и семье. В этом нет ничего удивительного — что ещё может волновать юных? Поражает то, насколько по-разному можно об этом рассказать. Одни авторы предпочитают реализм, другие уходят в антиутопию и фантастику, третьи сочетают в одном тексте самые разные элементы жанров. Не все эксперименты видятся мне удачными, но в любом случае, это нескучно.
В прошлом году я обратила внимание на то, что женщины в составе финалистов премии преобладают. В этом году картина ещё ярче: из 10 прозаиков всего двое мужчин, из поэтов — трое.
Зато мужчины выступили по-настоящему с интересными текстами в обеих номинациях. Самая честная и актуальная проза — у Кирилла Минина, самая необычная и по-хорошему сложная, на мой взгляд, у Антона Ермолина.
В поэзии порадовал Егор Спесивцев, которого заметила ещё в прошлом году, а сейчас он явно шагнул вперёд и выше. За Артёмом Ушкановым тоже слежу не первый год, он не удивил, но и не разочаровал — примерно таких стихов я от него и ждала: техничных. Только показалось, что в погоне за техникой на этот раз он растерял былую нежность.
Женская проза этого сезона широко представлена романами взросления: Анастасия Древаль, Елена Антипова и Мария Следевская рассказывают истории героев из разных социальных слоёв, но все они ищут и находят смысл жизни. Однако интереснее всего выступили те, кто вышел за эти рамки: Катерина Гашева, Полина Крайнова и Ирина Родионова представили довольно зрелые тексты, рассуждающие на тему семьи, материнства и отцовства. При этом сделано это во всех трёх случаях своеобразно и с разных точек зрения. Сборник рассказов Леры Макаровой оставил неопределенное впечатление: слишком широк разброс тем и смыслов, слишком пёстрым и «лоскутным» видится всё полотно в целом.
К сожалению, в этом году я не могу сказать, что все тексты были одинаково сильными. Некоторые удивили литературной беспомощностью и надуманностью сюжета. В прошлом году таких «пустых» текстов среди финалистов не было.
Совсем скоро будут известны победители. Все волнуются. И мы тоже. Если говорить про поэзию, то я разочарована этим сезоном. Работы слабоватые, но хочу заметить, что это на мой взгляд. Тем не менее, два поэта получили от меня высокие баллы.
Румяна Грумеза «В городе и за ним» — это достаточно зрелая поэзия, в которой эмоциональная искренность сочетается с высоким мастерством. С наслаждением читала красивые лирические обороты.
Дмитрий Ларионов «Есмь» — здесь тоже всё на высоком уровне. Привлекла работа поэта с метафорами и как один образ незаметно переходит в другой. В центре не конкретные герои, а время. Города, районы, речные набережные — невероятно эстетично и глубоко.
Что касается, прозы, то здесь уже ситуация лучше.
«Всё ещё здесь / Кенотаф» Полины Крайновой — хорошая работа о боли, потере и любви. Затрагивает болезненные темы, но автор смогла показать, что память о человеке может жить долго и помогать другим людям двигаться дальше.
«Ксюша» Марии Следевской — произведение о миллениалах. О самоопределении, о внутреннем мире. Это спокойная, психологическая глубокая книга, которая заставляет задуматься о семейных отношениях и как непросто бывает стать самим собой.
«Доброволец. Письма не о любви» Кирилла Минина — на первый взгляд кажется, что это военная история. Но нет. Здесь ещё история человека и его чувств. Здесь о панике и тревоге в опасных ситуациях. И о любви. К жизни.
«Поэма будущих пролетарских снов» Антона Ермолина — работа, на которую стоит обратить внимание. Тот случай, когда быстро проглотить не получится, потому что надо будет читать вдумчиво, попутно наслаждаясь красотой и образностью.
«Навыки игры в теннис, необходимые в реальной жизни» Анастасии Древаль — интересная работа, но нужна доработка. Эмоции и размышления по ходу чтения вы получите.
«Гады и рыбы» Катерины-Ксении Гашевой — что-то из фантастического. Загадочная болезнь, попытки победить и не сдаться. Неплохо, но временами текст кажется перегруженным. С одной стороны — присутствует атмосфера тайны, а с другой — ощущение недосказанности.
«Пыжма» Елены Антиповой — а вот не могла оторваться. Понравилось, как автор играет реальностью и призрачным прошлым, которое в буквальном смысле «приходит» к главному герою. Достойное многослойное повествование, размышление о судьбе человека и его связи с землёй и предками.
«Дети, рожденные грибницей» Ирины Родионовой — пронзительное произведение о выживании человечества в условиях неизвестной катастрофы. Женщины, обычно, слабоваты в антиутопиях, но здесь вы увидите качественную работу, держащую читателя в напряжение до самой последней страницы.
«Интима» Леры Макаровой — сборник рассказов, объединённых общей тематикой человеческих отношений и внутренних переживаний. В целом, несмотря на некоторые недостатки в построении рассказов, сборник отлично подойдёт любителям современной малой прозы.
«Ракурс. Фотогеничный роман» Полины Агибаловой — слабоватая работа. Но! Основной посыл, довольно-таки, важный. Любить себя и ценить свою семью. Тем, кто любит love-story или СЛР, точно понравится.
Хочется поблагодарить Rideró за возможность принять участие в работе блогерского жюри: я открыла для себя новых авторов и поразмышляла о том, что сегодня по-настоящему волнует молодых прозаиков и поэтов. Одна из ключевых тем — переживание утраты, ее я встретила сразу в нескольких работах.
Роман Полины Крайновой «Все еще здесь / Кенотаф» рассказывает о судьбах трех разных женщин, столкнувшихся с утратой, чтобы соединить их в одной точке. Автор описала переживание горя с психологической достоверностью, читать ее роман больно, но оторваться не удается. История о торжестве жизни заставляет задать себе два вопроса: кто тебя любит и по кому ты горюешь, они во многом определяют путь персонажей Крайновой.
Ирина Родионова в «Детях, рожденных грибницей» тоже касается темы утраты — герои оплакивают прежнюю жизнь, пытаются сохранить хотя бы крупицы нормальности в постапокалиптическом мире. Фантастика становится инструментом, чтобы порассуждать о том, кем мы станем без цивилизации, о том, как легко мы делим людей на своих и чужих, способны ли мы жертвовать собой и уходить оттуда, где нам плохо, даже если это место — единственный дом.
В романе «Пыжма» Елена Антипова переосмысляет образ российской деревни и человека в поисках дома. Одинокий, потерянный герой, привыкший к городской жизни, возвращается в дом детства, знакомится с населяющими деревню людьми и сначала смотрит на них свысока, а затем пытается стать среди них своим. В снах и видениях героя Пыжма становится особым пространством, где нет смерти, где иначе течет время — качается на волнах барка-беляна, бродит по лесу древний ящер.
Еще одно инфернальное пространство — завод в «Поэма будущих пролетарских снов» Антона Ермолина. Каждая глава сон, события развиваются по сновидческим законам — пугающим, жутким, а порой и смешным. Это сатира: сотрудники отменяют смерть, разгоняются в работе до космической скорости, грезят об ипотеке. Но за абсурдными образами угадывается реальность.
Радует, что многие романы из шорт-листа «Лицея» будут изданы. Надеюсь, что и другие книги дойдут до широкой аудитории. А я уже точно знаю, что буду делать после вручения премии «Лицей»: читать другие романы финалистов, которые я уже успела купить.
В этом году короткий список вновь собрал любопытные заявки. По традиции хочу выделить три текста, которые впечатлили меня сильнее остальных.
Полина Крайнова — «Все еще здесь / Кенотаф»
Три женщины переживают утрату и пересобирают себя после того, как их мир вывернулся наизнанку. Роман исследует природу горевания и иллюстрирует процесс создания внутренних опор вопреки внешним трагедиям.
Ирина Родионова — «Дети, рожденные грибницей»
Миф о подменышах в сеттинге постапокалиптической фантастики. После биологической катастрофы люди утратили культуру и возможность рожать детей, а лес обрел сознание и способность создавать «грибных младенцев», опасных для рода человеческого. Роман выходит за границы жанра и местами тонко созвучен сегодняшнему дню.
Анастасия Древаль — «Навыки игры в теннис, необходимые в реальной жизни»
Две девушки из разных миров встречаются на теннисном корте, но одна ошибка стоит им дружбы и будущего. Миллениальский роман о поиске идентичности.
После пяти сезонов в составе блогерского жюри премии «Лицей» могу с уверенностью утверждать: книжные блогеры с легкостью распознают читательских фаворитов и будущих литературных звезд. Уверена, и в этот раз мы не промахнемся с выбором!
Елена Васильева — когнитивно-поведенческий психолог, член Ассоциации когнитивно-поведенческой психотерапии. В 2020 году Елена решила, что хочет рассказать свою историю, историю, которая протягивает руку помощи тем, кто воспитывает особенных детей. Так ... Читать далее
Издательский сервис Rideró традиционно выступает партнером и основной площадкой подачи заявок на Литературную премию «Лицей» имени Александра Пушкина для молодых прозаиков и поэтов, которая в этом году отмечает десятилетний юбилей. ... Читать далее
Собрали для писателей и поэтов гид по самым важным литературным премиям этого года. Рассказываем, где и когда они проходят, какие условия участия и какие призы получат победители. Напоминаем, что на ... Читать далее
«Все связано!» стал самым популярным конкурсом на Rideró: мы получили 125 рассказов в самых разных жанрах. Определить три лучших было непростой задачей. Тройку победителей мы выбирали из шорт-листа из 10 ... Читать далее
