«Ощутить дыхание ангела» — Сергей Сызганцев о книге «Золотой желудь»

«Золотой жёлудь» Ольги Батлер — сборник рассказов об обычных людях, которые сталкиваются с метафизическим и переживают духовную трансформацию. Добродушный ангел за одну ночь меняет жизнь одинокой старушки из дома престарелых («Асгарэль»); горделивая мечтательница Зина после встречи с душевнобольным видит себя во сне космонавткой («Милорд»); старушка с разбитым сердцем отправляется в путешествие с молодым коллегой и вдруг осознаёт, что в прошлой жизни они были парой («Пещера Максуса»); самоуверенный сердцеед надевает очки, купленные на пляже у африканца, и ныряет в глубину мироздания («Сердце Севесей»). Заглавная повесть сборника «Золотой жёлудь» рассказывает о дружбе двух советских девочек, которые придумали игру с волшебным королевством на чердаке, его королеве нужно преподнести золотой жёлудь.

Ольга Батлер известна, в основном, благодаря детским книжкам. И это, на самом деле, многое объясняет. Жанры для своих рассказов Батлер выбирает самые разные — от магического реализма до фантастики и совсем уж абсурда. Сугубо реалистических историй в этом сборнике у Батлер нет; её персонажи всё время существуют между двумя мирами: чувствуют на себе дыхание ангела, путешествуют по сновидениям, перемещаются в другие миры — в фантазиях или наяву. Но и совсем уж за грани реальности Батлер не улетает, например, действие повести «Золотой жёлудь» отчасти разворачивается в Советском Союзе, но и там, в мире доносов, арестов и ссылок, Батлер находит ворота в мир детских фантазий.

Батлер не ограничивается расхожими образами ангелов-хранителей или другими бесплотными духами. В бестиарии писательницы встречаются и собака с крыльями, которая всегда готова прийти на помощь, и огромный человек «с прозрачными крыльями и нимбом», что с любовью смотрит на Землю; и чудаковатая огородница, в которой сидят несколько других личностей. Мифологическое и духовное прочно вплетены в ткань мироздания, то есть Батлер ни разу не ставит под сомнение существование высшего разума или других духов, с которыми взаимодействуют её персонажи.

При всём обаянии фантастических существ и жанровом разнообразии, в рассказах Батлер встречается неприкрытое назидание, когда мечущийся атеист в конце обязательно обращается к Богу или посреди обескураживающей суеты вдруг «кто-то огромный простирает свои добрые руки над обитателями планеты». Впрочем, назидание Батлер не доходит до религиозного фанатизма, а останавливается где-то между чуткой верой и теологической прямолинейностью в духе Клайва Льюиса и его «Хроник Нарнии».

«Золотой жёлудь» Ольги Батлер можно сравнить с одним из её рассказов под названием «Гобелен». Самый абсурдистский, яркий и по-хорошему впечатляющий, он похож на работы Иеронима Босха, где всё смешалось в одну кучу, и ты пытаешься среди карликов, уродцев и пыточных инструментов разглядеть прекрасный город, милых зверушек и голубое небо. Только Батлер, в отличие от Босха, любит своих персонажей и каждому готовит второй шанс, и вот старушка, закалённая советским атеизмом, попадает в рай, а отчаявшийся читает молитву и склеивает своё разбитое сердце.