электронная
144
печатная A5
564
16+
Жизнь оправдывает жизнь

Бесплатный фрагмент - Жизнь оправдывает жизнь


5
Объем:
460 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4496-4273-8
электронная
от 144
печатная A5
от 564

У одного мудреца спросили, — что делать, если вас разлюбили?

Забрать свою душу и уйти, — ответил он.

ПРОЛОГ

Хотя и сладостен азарт по сразу двум идти дорогам,

нельзя одной колодой карт играть и с Дьяволом и с Богом…

Игорь Губерман

СССР. Кронштадт 1961 год.

Осеннее небо нависло над Кронштадтом. Низкие, темно-серые облака давили своей тяжестью и дышали влагой. Крикливые чайки ловко лавировали в воздушных потоках на расправленных белых крыльях, создавая иллюзию сумбура и тревожности. Порывы ветра приносили брызги морской воды и запах солярки. Подводная лодка проекта 613 «Whiskey» виднелась у длинного причала. В свете фонарей её мокрый корпус отливал серебром.

На пирсе, твердо уперев ноги в настил, стояла девушка, сотрудник службы радиосвязи. Она старалась прикрыть лицо от порывов пронизывающего, морского ветра большим шарфом, накинутым на темные, жесткие волосы. Почти чёрного цвета глаза смотрели не отрываясь на подводную лодку. Поджатые, неумело подкрашенные губы на круглом грубоватом лице, выражали недовольство и нетерпение. А две большие, выпуклые родинки на лбу и щеке, похожие на бородавки, дополняли и без того унылый портрет. Наконец с подлодки начали спускаться люди.

Один из матросов невысокий, худощавый направился прямиком к девушке. Он на ходу застегивал бушлат и подняв воротник, прикрылся от очередного порыва ветра. В глазах цвета моря в пасмурный день отразилось удивление и настороженность.

— Нелли! Что ты здесь делаешь? Я же сказал, что как освобожусь, сам зайду к тебе, и мы куда-нибудь сходим, — почти прокричал мужчина, перекрывая шум ветра и моря. При этом его низкий лоб собрался морщинами.

— Виктор! Мне очень нужно поговорить с тобой! Срочно! — нервно ответила девушка. Она взяла молодого человека под локоть, и они быстро пошли в направлении скопления огней на берегу. Звук шагов по настилу заглушали шум волн, налетающих на причал и превращающихся в сероватую пену. Крики чаек привносили свой вклад в эту привычную какофонию безостановочного движения соленой воды.

Несколько матросов, сошедших с подводной лодки, переговариваясь и посмеиваясь смотрели в сторону удаляющейся парочки.

— Во дает старшина! Такой красавчик, а дал себя охомутать такой тётке как эта Неля, — сказал один из мужчин, покачав головой.

— О да. Она ему прохода не дает, теперь еще и на причал пришла. Но ты знаешь, они в детстве жили на одной улице в каком-то городишке. Когда Виктора направили служить в Кронштадт, она смогла получить допуск и устроиться в радиослужбу в ту же Часть.

— А еще она его старше лет на пять! — добавил другой матрос.

— Да, я это слышал, — ответил первый собеседник, — поначалу и думал, что она его опекает по старой дружбе. Но похоже, что нашего старшину тянут под венец. Жаль парня! Что тут скажешь, говорят, она настоящая ведьма, — парень засмеялся и изобразил причудливые пассы руками, — может быть, она его околдовала.

— Ага, опоила колдовским зельем, — матросы, продолжая переговариваться, подняли воротники бушлатов и быстро пошли в сторону береговых построек, где их ждал отдых и ужин.

Мрачное, низкое небо быстро темнело, и тем ярче казались огни фонарей, освещавших дорогу вдоль красных казарменных строений Кронштадта. Осень вошла в свои права, и повсюду ветер пересыпал цветные опавшие листья. Порывами ветра они поднимались в воздух и описав круги, снова опускались на землю. В свете фонарей мелькали как в калейдоскопе и складывались в причудливые фигуры.

Виктор шел, опустив голову, и все большее выпячивая нижнюю губу, почти касаясь ей носа. Он всегда так делал, когда был чем-то недоволен. А теперь он был недоволен и еще как! Вместо ужина и партии в шахматы в клубе, его ждет какая-то очередная проблема подруги.

Нелли едва поспевала, повиснув у него на руке. Она быстро перебирала ногами в ботах на низком каблуке, надетых на шерстяные носки собственной вязки. Их шаги глухо раздавались по тротуару, а ветер подвывал пробираясь через решетку ограждения. Виктор остановился, высвободил свою руку из цепких пальцев девушки.

— Неля, я очень устал, давай завтра увидимся и поговорим, — сказал он вяло, закатив глаза и не надеясь на освобождение от наседавшей подруги.

— Нет! Завтра, может быть, уже поздно! — напирала на него Нелли. Ее глаза при этом сузились и превратились в черные мазки, а выбившиеся из-под шарфа жесткие волосы, торчали во все стороны, — мы должны пожениться! Срочно! Все дело в той квартире на Невском проспекте! Давай сейчас пойдем к начальнику и напишем заявление, что мы хотим пожениться!

— Неля! Я тебе уже сказал, что мы поженимся. И это не обязательно делать вот так с бухты-барахты! Успокойся. Я пойду отдыхать, и ты отдохни, а завтра все обсудим, — заискивающе промямлил Виктор, но шаг при этом ускорил. Девушке тоже пришлось прибавить скорость.

— Ты не понимаешь! Это наш шанс! Я уже все сделала сама, но чтобы квартира досталась нам вся целиком, мы должны срочно пожениться! — с легким рычанием произнесла Нелли, вцепившись в рукав бушлата и вприпрыжку двигаясь рядом.

— Я написала донос на мою соседку по комнате, и теперь ее выгонят с работы. Естественно, она потеряет право на жилье! А соседка из второй комнаты Валентина Петровна такая старая и больная, что долго не проживет. А тебя ко мне можно прописать, только если женишься на мне! — она в отчаянии остановилась, сжала кулаки и топнула ногой.

— И ты уверена, что все получиться, и мы сможем остаться в той квартире одни? И твою соседку выселят? — уже более заинтересованно произнес Виктор. Его лицо приняло задумчивое выражение, а на пухлых губах возникло что-то похожее на улыбку.

— Конечно получиться! Я написала начальнику Части, что Светка любовница его зама, и что я их застукала в нашей комнате! А еще она несколько раз не приходила на работу потому, что я ей в еду добавляла лекарство, и она не могла утром встать. А это, сам понимаешь, убойная причина выгнать ее с работы! — с довольной ухмылкой, глядя исподлобья, проговорила Нелли.

Виктор всмотрелся в злобно сверкающие глаза подруги. Он стоял некоторое время неподвижно, переведя взгляд на свет фонарей и хоровод разноцветных листьев на асфальте. Ветер становился все сильнее и пробирался под куртку.

Нелли смотрела на него, сощурив глаза и ожидая одобрения своей идеи. Теплый шарф съехал с головы, и ветер трепал ее волосы. Мясистые, крупные уши покраснели от холода, но она этого не замечала. Девушка не отрываясь смотрела на Виктора и видела, что мозговая деятельность её другу дается с трудом. Одна эмоция сменяет другую, и все это, как на экране, отражается на его красивом лице. Наконец он перевел взгляд на Нелли. Она победоносно вскинула голову. Победила! Теперь все будет так, как она задумала, они зарегистрируют брак, Виктор сможет сразу же прописаться к ней в комнату, а старушка долго не протянет. Нелли потерла озябшие руки, поправила шарф и с энтузиазмом потянула Виктора за собой.

— Идем быстрее к моему начальнику! Он нас ждет, — радостно сказала она.

Виктору ничего не оставалась как последовать за подругой.

Полчаса спустя девушка, с довольной ухмылкой на лице, выпорхнула из кабинета своего шефа и за руку с женихом спустилась на первый этаж здания. Она открыла дверь с табличкой «тех. персонал» и втолкнула туда Виктора. Быстро заблокировала ручку двери шваброй, бросила на полку свое пальтишко и начала стягивать с жениха штаны.

— Что ты делаешь? Ты хочешь здесь? — мужчина вяло взял ее за запястье.

— Да хочу здесь и сейчас! Я столько этого ждала, — с жаром зашептала Нелли.

Девушка расстегнула форменную юбку, и она упала к ее ногам, обнажив бледные ноги в дешевых чулках с простыми подвязками. Она начала стягивать пояс для чулок, — ну же, помоги мне.

Виктор протянул руки и обхватив ее за бедра, прижал к себе, почувствовал как бешено колотится её сердце.

— Но здесь не удобно, здесь грязно, давай в другой раз, — зашептал он порывисто.

Нелли с недоумением уставилась на жениха. Ее глаза не скрывали разочарования.

— Ну давай, пожалуйста, — она нежно заглянула ему в глаза и потерлась щекой о его шею.

— Нет, не стоит, пойдем.

Нелли, не скрывая разочарования, надела юбку, убрала швабру с двери, прислушалась, выглянула в коридор. и быстро нырнула в туалет.

Она плескала холодной водой в разгоряченное лицо, а слезы сами струились по её щекам, — он не любит меня, не любит, — крутилось в голове.

— И пусть, что не любит. Все будет так, как я хочу, — девушка перестала всхлипывать, вытерла лицо, улыбнулась своему отражению и вышла к Виктору, ждущему её в коридоре.

— Может быть, всё и получиться, — размышлял он, — если у меня будет прописка, то я останусь служить в Ленинграде, а потом смогу перевезти сюда и маму. Да и жениться на Нелли он всё равно собирался.

* * *

Начальник Части Егоров сидел за необъятных размеров столом в своем кабинете. На его волевом, красивом лице отразилась озабоченность и брезгливость одновременно, а карие глаза выдавали усталость. Егоров легонько постукивал пальцами по листку, лежащему перед ним на столе.

— Вот дерьмо, как же я не доглядел то, — в который раз тихо произнес он вслух.

Егоров снова взял в руки листок и перечитал его. Письмо было написано на его имя аккуратным женским почерком, внизу стояла дата и подпись. Наконец, он вздохнул, как перед прыжком в воду, и нажал кнопку вызова секретаря.

— Светлана, пригласите, пожалуйста, Морозова. Найдите его и попросите зайти ко мне, — произнес он хорошо поставленным командным тоном.

— Да, сейчас найду, Сергей Петрович, — ответила секретарь и отключила селектор.

Егоров еще раз глубоко вздохнул и обвел глазами уютный кабинет. Он любил свою работу и море, а еще он любил жену и дочку. Фото обеих красавиц стояли перед ним на рабочем столе. Он был уверен, что бы не случилось в жизни, его любят и ждут дома. А сейчас ему придется копаться в чужом грязном белье и выяснять отношения не просто с его замом, а еще и с давним другом. Да и Светлана хороша! Что я скажу ее маме, как объясню сложившуюся ситуацию? Конечно, если все это правда. Во что его разум верить категорически отказывался.

Светлана по его рекомендации была принята на работу, и стала его личным секретарем. Целеустремленная девушка, легкая в общении, знала чего хочет от жизни, поэтому училась в университете на вечернем отделении и днем работала. Как знал Егоров, училась она практически на «отлично». Светлана выросла в маленьком городке только с мамой, дальней родственницей Егорова, её отец погиб на войне.

Он еще раз брезгливо взглянул на листок. В дверь легонько постучали.

— Войдите, — сказал Егоров, выпрямился на стуле, и его лицо приняло серьезное выражение.

В кабинет легкой походкой вошел его заместитель Морозов, с которым их связывала многолетняя дружба. Морозов много занимался спортом и выглядел эдаким эталоном Советского Офицера. Мундир на нем сидел как влитой, и надо сказать, что шел ему необыкновенно.

— Красавец, нечего сказать, вот на него женщины и западают. А у него, между прочим, есть жена и двое мальчишек погодков, — подумал Егоров. А вслух произнес серьезным тоном, — проходи, Дмитрий Александрович, присаживайся, разговор у меня к тебе есть.

Он дождался когда Морозов плотно закрыл дверь и сел с другой стороны стола.

— Я тебе дам почитать один интересный документик. Ты его внимательно почитай. Потом подумай хорошенько, а потом попробуешь мне объяснить хоть что-нибудь в этой жизни, — произнес Егоров ровным тоном и протянул Морозову листок.

Дмитрий внимательно посмотрел на Егорова, но по лицу шефа невозможно было понять что-либо. Короткие волосы идеально причесаны, а в глазах только спокойствие и уверенность. Они дружили много лет, и он знал, что если Егоров начинает разговаривать вот таким ровным, ничего не выражающим тоном, это далеко не к добру. Он перевел взгляд на лист, который подал ему шеф, и начал читать. Дмитрий с первых же строк понял что произошло, быстро подавил волну гнева. Дочитав до конца, положил листок на стол перед собой и поднял глаза на Егорова. Так они сидели некоторое время, глядя друг на друга и не произнося ни слова. Наконец Морозов молча встал и подошел к окну.

Вид из окна шефа был превосходный, хоть картины пиши, и Морозов очень любил вот так стоять и любоваться отрывающимся пейзажем, но сейчас ему было не до природных красот. Он не знал что сказать Егорову, как объяснить, все, что изложено в письме, это лишь искаженные факты. Да, он был в тот день в квартире на Невском проспекте, и Светлана там была, и да, это именно Светлана попросила его зайти разобраться в том, что происходит в той квартире. И да, старенькая соседка из второй комнаты Валентина Петровна его тоже видела. Но все это было совсем не так, он не любовник Светланы, и между ними ничего нет и никогда не было. Но как все это объяснить Егорову? Дмитрий Александрович повернулся, еще раз взглянул на листок, лежащий на столе, и из глубины души снова поднялась горячая волна гнева. Но гнев здесь не помощник, он это прекрасно понимал. Морозов снова сел за стол и глядя на Егорова, наконец заговорил.

— Сергей Петрович, мы с тобой знакомы много лет, и ты меня хорошо знаешь. Ты знаешь, что нашкодить там, где живу и работаю, не в моих правилах, а уж тем более с такой девушкой как Светлана. Она у тебя работает уже пару лет, и ты знаешь, что все попытки ухаживания со стороны сотрудников пресекает на корню, её не в чем упрекнуть. Она девушка очень красивая, но серьезная и ответственная. Я тебе расскажу все как было на самом деле, а ты уж сам решай кому верить, а кому нет, — Морозов говоря все это, слегка наклонил голову и теперь смотрел на Егорова немного исподлобья.

Выражение лица начальника никак не изменилось, он пристально смотрел на своего друга. А Морозов продолжал говорить всё тем же ровным тоном, стараясь как можно точнее и короче объяснить ситуацию.

— Некоторое время назад ко мне обратилась Светлана. Она поделилась опасениями, что соседка выживает ее из дома. Живет она в большой двухкомнатной квартире по типу коммуналки на Невском проспекте. Одну комнату занимает одинокая, старенькая блокадница Валентина Петровна, а вторую комнату занимают две девушки, которые работают в нашей Части. Это твой секретарь Светлана и вторая девушка из радиослужбы, её зовут Нелли Белова.

Сначала Нелли, мотивируя тем, что она собирается замуж, и ей нужна вся комната целиком, уговаривала Светлану обратиться к тебе с просьбой поселить её отдельно в более удобное жилье. Но Светлана девушка скромная, и к тому же, то место, где она проживает, ей нравится, её все полностью устраивает. Она отказалась от переезда.

Пару недель назад Светлана легла спать вечером, как обычно, но смогла проснуться только через сутки. Когда она проснулась, то смогла только дойти до туалета и позвонить в Часть, сказать, что заболела. Наш доктор навестил её и констатировал, что давление очень низкое. На вопросы какие лекарства принимала, Света ответила, что ничем не болела, никакими лекарствами не пользовалась и абсолютно не может объяснить, что с ней произошло, почему она смогла проспать так долго. Через день ей стало лучше и она вышла на работу.

Несколько дней спустя все повторилось, и она снова не пришла на работу. Я тогда решил, что она готовится к экзаменам в университете и не обратил на это особого внимания. А еще через пару дней она зашла ко мне в кабинет и попросила меня поговорить. Она рассказала о своих страхах и опасениях, но я не воспринял все это всерьез. На следующий день она позвонила и попросила приехать к ней домой чтобы я сам смог убедиться в том, что там не все хорошо. И да, я поехал. Когда поднялся на второй этаж и позвонил в квартиру, то дверь открыла соседка и сказала, что Свете нездоровится и она попросила проводить меня к ней.

Светлана лежала на постели одетая, лицо было очень бледным, едва могла говорить. Она мне сказала, что собиралась на работу, но после завтрака почувствовала себя плохо. Сразу же сделала себе промывание желудка и позвонила мне. Завтрак готовила Нелли и ушла куда-то еще до того, как Света села завтракать. Я предложил Светлане вызвать нашего доктора, но она отказалась. Тогда я собрал остатки еды со стола и решил сделать анализ на предмет опасных веществ.

Я вернулся в комнату, Светлана уже уснула, я пощупал пульс, в этот момент вошла Нелли. Она взяла сумку, сказала, что не станет нам мешать, ехидно хихикнула и ушла. Я попросил соседку Валентину Петровну присмотреть за Светланой и если что-то будет нужно, то звонить лично мне. Я ей оставил мой номер телефона.

Остатки завтрака я отдал на анализ моему знакомому, но ничего не стал объяснять. Вскоре он мне позвонил и сказал, что в чае был антигистаминный препарат в большом количестве, и что он мог вполне спровоцировать изменение артериального давления, повышенную сонливость, нарушение координации и т. д.

Светлане я разрешил временно переехать в гостевую комнату в гарнизоне. И ждал твоего возвращения из поездки. Вчера ты вернулся. Сегодня я и сам хотел поговорить с тобой, но, конечно, и предположить не мог, что про меня и Светлану такое напишут. Сам понимаешь, что я не в праве судить и принимать решение в таком непростом случае. Ведь лекарство в чай могла положить и сама Светлана, чтобы изобразить жертву, но могла положить и Валентина Петровна, например, по забывчивости. Девушки питаются отдельно, но очень часто кушают все вместе. То есть девушки покупают продукты, а Валентина Петровна готовит еду на всех. И тогда они вместе трапезничают.

То, что Светлана обвиняет в происходящем Нелли, это мне понятно, но я хочу понять что там на самом деле произошло. А сейчас ты мне еще и это письмо показал. У меня все, больше мне добавить нечего, — Морозов прикрыл глаза и замолчал.

Егоров не сказал ни слова, лицо по-прежнему осталось непроницаемым. Морозов снова встал и подошел к окну, но сразу же повернулся и сел на место.

— Что скажешь? — спросил он, слегка наклонившись вперед.

Егоров взял одну из папок, лежавших на его столе, и протянул ее собеседнику.

— Посмотри, это досье на Нелли Белову. К нам она попала как невеста одного из матросов Виктора Табунова. Но к нам в Часть ее бы все равно не взяли, если бы не личная просьба из КГБ Ленинграда.

Морозов быстро просматривал страницы досье. Со стандартной фотографии на него смотрела далеко не красавица. Лицо с широкими скулами, довольно низким лбом и темными волосами. Глаза смотрели настороженно и обиженно на весь белый свет. Портрет дополняли две крупные родинки и мясистые уши. Нелли была из семьи раскулаченных купцов, окончила техникум в городе Иваново, ничем особым не выделялась. Никаких нареканий за время работы в их Части Нелли не получала. Она исполнительна, расторопна, пунктуальна. Из мужчин тесно общалась только со своим женихом Виктором Табуновым.

А вот следующий лист заинтересовал Морозова гораздо больше. Там было указано, что Нелли Белова является близкой подругой Валентины Быковой, часто бывает у них в доме, и даже некоторые праздники проводит в их семье. Но важно не это, важно то, что отец Валентины Быковой — начальник отдела КГБ в Ленинграде. И это он прислал запрос на зачисление Нелли Беловой в Часть.

— У девушки из глубинки такая подруга? Довольно странно. Как они могли познакомиться, да ещё и подружиться, где Иваново и где Ленинград? — поднял голову Морозов.

— Возможно, что они познакомились когда Нелли шесть месяцев проходила стажировку в Ленинграде. Девушки работали вместе. Видимо Нелли втерлась в доверие к Быковой. Стала бывать у неё дома.

— Но что это меняет?

— Ты читай дальше, — ворчливо откликнулся Егоров.

Читая дальше Морозов даже не сдержал эмоций.

— То есть получается, что 15 сентября она написала вот этот донос, 16 сентября они с женихом подали прошение о регистрации брака, 17 сентября они этот брак зарегистрировали и в этот же день написали заявление на прописку новоявленного мужа в комнату к Нелли на Невском проспекте. Оперативненько однако! Но что нам с этого? Доказать, что Нелли пыталась умышленно отравить Светлану, мы все равно не сможем! — воскликнул Морозов.

— Дело даже не в этом, — тихо ответил Егоров, — мне сегодня утром звонил Быков. Да, тот самый Быков начальник отдела КГБ Ленинграда и отец близкой подруги Нелли — Валентины Быковой. Как я понял, Нелли попросила свою подругу Валентину, а та в свою очередь попросила своего отца, надавить на меня, и чтобы я обеспечил хорошим жильем молодоженов. Я ответил, что посмотрю, что можно сделать. И могу сказать, что если бы не этот донос, то я бы, действительно, нашел им подходящее жилье и без звонка Быкова. А теперь, после получения этого письма, сам понимаешь, я должен что-то предпринять. И получается, что я должен уволить Светлану или вышвырнуть эту Нелли! Подозреваю, что она испугалась и обратилась за помощью к отцу своей подруги не случайно.

В тишине кабинета стали слышны крики чаек за окном. Оба собеседника сидели неподвижно.

— Так понимаю, ты мне веришь и все, что я тебе рассказал, принял в расчет? — тихо спросил Морозов.

— Так в том и дело! Сколько лет мы с тобой проработали бок о бок. А Светлану я знаю еще с пелёнок. Что здесь скажешь, все и так ясно. Я еще позвонил в Иваново и попросил дополнительную информацию об этой Нелли. Ничего особенного мне не прислали. Примечательно то, что она приложила большие усилия и нажала на все доступные кнопки, чтобы попасть к нам в Часть, но ей отказали дважды. Тогда она обратилась за помощью к подруге Валентине Быковой, а вернее к возможностям ее отца, чтобы попасть сюда и она победила, ее приняли на работу к нам. Сам понимаешь, это характеризуют её не с лучшей стороны. Это человек беспринципный, считающий, что для достижения цели все средства хороши.

Мужчины еще некоторое время молчали и смотрели друг на друга.

— Значит так, вот что я решил, — твердым голосом произнес Егоров.

Он взял еще одну папку со стола и открыл её.

— Это личное дело Виктора Табунова. Ничего особенного я в нем не нашел, но раз уж ситуация повернулась вот таким образом, то я принял решение демобилизовать Табунова! Здесь есть рапорт доктора, что у Табунова несколько раз подскакивало давление. А служить на подводной лодке с повышенным давлением ну никак нельзя. А так как он только что женился, то жена поедет вместе с ним к месту прописки. А именно в город Иваново, — Егоров с ухмылкой посмотрел на Морозова, — как тебе такой гамбит?

— Поэтому ты начальник, а я твой заместитель, — слегка стукнув ребром ладони по столу, довольно откликнулся Морозов.

— Дмитрий Александрович, попроси, пожалуйста, Светлану подготовить все необходимые документы и побыстрее. Ведь молодоженам нужен отпуск, чтобы провести медовый месяц, да и переезд в Иваново займет время.

— Конечно! Я сейчас же всем этим займусь! — ответил тот и вышел.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Три фрукта варятся в компоте, где плещет жизни кутерьма:

судьба души, фортуна плоти и приключения ума…

Игорь Губерман

1

СССР. Москва — Франция. Париж 1963 год.

Восходящее солнце, еще едва касалось крыш в осенней Москве, давая тени длинные, но прозрачные и рассеянные. Казалось, что этот золотисто-розовый свет подсвечивает город снизу на фоне неба фиолетово-синих оттенков и оранжевых с золотом облаков. А жизнь на улицах уже вовсю бурлила и гудела тем особым букетом звуков, присущим лишь большим городам.

Люди, толпы людей куда-то спешили, переговаривались, выплескивались людской волной из метро и растекались по всему видимому пространству. Кто-то вел детей в школу, а кто-то опаздывал на работу, выгуливал собаку. Дворники подметали улицы, а стаи голубей и воробьев деловито сновали, придавая классическому городскому пейзажу оживление.

Громада здания КГБ из серого и розового гранита на Площади Дзержинского выглядела спокойно и величественно. Но так казалось только снаружи. Внутри здания, наполненного кабинетами, темницами, архивами кипела жизнь. Кто-то куда-то шел, кто-то поднимался или спускался по многочисленным лестницам и переходам, кто-то печатал документы или вел инструктаж, все были заняты своими повседневными делами.

Майор КГБ Анатолий Лазарев сидел в кабинете начальника. Он иногда проводил рукой по русым, коротко подстриженным волосам, которые слегка торчали на макушке, что придавало их владельцу немного задиристый вид. Анатолий внимательно слушал информацию, которую излагал шеф. А говорил он удивительные вещи, отчего в глазах Лазарева, темно-голубых с коричневыми крапинками в глубине, затаился интерес и недоумение одновременно.

Лазарев достаточно проработал в спецотделе и уже давно научился ничему не удивляться, никак не реагировать на разного рода поручения, которые ему приходилось выполнять. Врожденный такт и прекрасное воспитание помогали ему сохранять хладнокровие в критических обстоятельствах, но еще это было его отличительной чертой, можно сказать жизненным принципом, искусством, которое он постигал с самого рождения. Но сейчас он поймал себя на том, что готов не поверить услышанному. Его новое задание было довольно необычным.

То, что всегда, и до, и после Октябрьской Революции спецслужбы отслеживали жизнь и передвижения русской царской семьи, а также всех их близких родственников, удивления у Лазарева не вызвало. А вот то, что у императора Николая II и его жены Александры Федоровны кроме общеизвестных детей Ольги (1895), Татьяны (1897), Марии (1899), Анастасии (1901) и Алексея (1904), были рождены еще двое детей, а именно две девочки, но их рождение было тщательно скрыто, вызвало некоторую волну недоверия и интереса.

Одна из них родилась в августе 1902 года. Так как обстановка в России в тот момент была предельно накалена рождением четырех дочерей у царской четы и отсутствием наследника, которого все так ждали, объявление о рождении пятой девочки стало бы для всех потрясением и могло обернуться серьезными политическими последствиями.

Царственные супруги прекрасно понимали, что немалое количество родственников мужского пола из ветвей дома Романовых были готовы унаследовать царский трон и с большим удовольствием водрузиться на нем. Поэтому роды проходили в обстановке полной секретности. Сразу же после рождения очередной дочери, но не сына, было принято решение девочку отдать на воспитание в надежную семью. А в официальном Правительственном вестнике опубликовали сообщение, что беременность императрицы окончилась выкидышем. Сама императрица была в отчаянии. Вздох разочарования прокатился по всей стране.

Вторая девочка родилась в 1906 году, уже после рождения наследника Алексея. Император и его супруга очень надеялись на рождение еще одного сына, но увы, императрица родила еще одну дочь. Тогда побоявшись новой волны недовольства, из-за сложной политической обстановки в стране и из-за слабого здоровья цесаревича Алексея, срочным порядком было принято такое же решение и ребенка тайно отправили в приемную семью.

Естественно, что спецслужбы, сразу же после рождения, начали отслеживать жизнь и этих двух девочек в их новых семьях. Одна из них Ирина была тайно вывезена в Голландию и русские спецслужбы продолжали лишь издалека наблюдать за семьей в которой жил этот ребенок. А вторая девочка, ее зовут Александра, осталась в России, ее отправили в Воронежскую губернию. Со временем она выросла, вышла замуж и у нее родилась дочь, а затем и сын. Все это время сотрудники КГБ не только отслеживали жизнь Александры и ее детей, но напрямую или косвенно принимали участие в их судьбе. Спецы были обязаны никак себя не проявляя, всячески помогать Александре и ее детям, а если понадобится, то и охранять их.

Руководство страны всегда знало о существовании прямых наследников царских кровей в России. А так как никто не знает, как там дальше сложится обстановка на политическом фронте, то возможно, что придет день, и такого наследника можно будет предъявить народу c подлинными документами, доказывающими его знатное происхождение. И в случае, если бы России вдруг опять понадобилось посадить царя на трон, то уж лучше искать его не среди сомнительных осколков дома Романовых по всему миру, а подлинных наследников, которые выросли в СССР под контролем службы КГБ. А поэтому, на самом высоком уровне было принято решение, что последующие дети будут рождаться под контролем и по максимальной возможности от продолжателей знатных родов, а в архивах КГБ фиксироваться вся информация о настоящих биологических родителях и о приемных семьях этих детей. Таким образом, царские крови будут поддерживаться в следующих поколениях так же, как это делалось веками до этого. И не важно знают такие дети о своем знатном происхождении или нет.

— Это в общих чертах прелюдия к твоему заданию, как тебе тема? — подытожил начальник и внимательно посмотрел на майора.

Лазарев все это время привычно слушал и не задавал вопросов. Но то, что дальше произнесет шеф, он и предположить не мог.

— Так вот, во всех последующих поколениях наследников, нас интересует по большей части рождения мальчиков, так как только представители мужского пола имеют право унаследовать трон. Как я тебе уже сказал, у Александры, дочери императорской четы, в 1941 году родился сын Глеб, ему сейчас 22 года и он собрался жениться. Вот его фото, — шеф протянул Анатолию большую фотографию.

— Так это же Глеб Светлов, актер, я видел фильм с его участием. Он потомок царского рода, внук Николая II и богатый наследник? — не сдержав удивления спросил Лазарев.

— Выходит, что так, — кивнул генерал, — мы получили информацию, что он собрался жениться на одной из актрис. Но она ему по статусу не подходит, поэтому рождение детей в таком браке не желательно, — продолжил он.

Лазарев рассматривал фото актера, лежащее перед ним на столе.

— Этот высокий, симпатичный парень с ярко-синими глазами и обаятельной улыбкой внук императора Николая II, — думал он и недоверие не оставляло его. Анатолий поднял голову и не скрывая изумления, уставился на начальника.

— Сейчас ты отправишься в архив, — генерал Ершов продолжал излагать параметры задания и театрально закатил глаза, — там, на особом хранении, в особой комнате, «под семью печатями и двадцатью замками», хранятся документы и материалы архива специальной службы. Нужные документы я тебе уже заказал, и тебя там ждут.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 144
печатная A5
от 564