электронная
20
печатная A5
245
18+
Жизнь как она есть

Бесплатный фрагмент - Жизнь как она есть

Объем:
36 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4474-7549-9
электронная
от 20
печатная A5
от 245

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Предисловие

Моросил мелкий осенний дождь. Ветер раздувал полы плащ — палатки накинутой на плечи офицера, руководившего погрузкой тяжелых деревянных ящиков. Солдатики по двое брали каждый ящик за ручки и втаскивали внутрь небольшого военного самолета. На расстоянии, по кругу стояли солдаты внутренней службы КГБ с автоматами «наизготовку». Грузившие уже порядком устали и промокли. Казалось, что от тяжести ящиков руки вытянулись ниже коленок. Пот градом стекал с юных лиц. Гаврюшин служил первый год — это было видно по его форме, еще новенькой и обвисшей на худеньком теле мальчика. Он взялся за ручку и вместе с сержантом Никитюком понес очередной ящик к трапу самолета. Они уже почти внесли тяжелый ящик вовнутрь, когда Никитюк поскользнулся и ящик полетел с высоты на бетон площадки под самолетом. Крышка ящика отлетела в сторону и из ящика посыпались слитки золота. Никитюк не удержал равновесие и полетел вслед ящику. Падая, он ударился головой об угол разбитого ящика и потерял сознание. Офицер скомандовал, золото быстро собрали в пустой ящик. Никитюк лежал без движения, пока не окончилась погрузка. После, к нему подошел офицер и потрогал пульс. Парень был мертв. Самолет взмыл в воздух и взял курс по направлению западной границы СССР.

Глава I. Секретарь обкома

Небольшой поселок Н — ск в далекой Сибири осветили первые лучи света после долгой зимней ночи. Елена Петровна открыла глаза. Вставать не хотелось, и она плотней укуталась в теплое шерстяное одеяло. Елене Петровне исполнилось 36 лет. С мужем, Данилой Ивановичем, они не развелись, но жили формально. Оба были членами коммунистической партии, и разрушать семью никто бы не позволил. Пригласили бы на партком и всыпали бы по первое число, а то и партбилетов могли лишить. Вот и жили без любви. Единственно, что их связывало — это дочь, Веруня, такая же красавица, как и ее мать в молодые годы.

Данила Иванович был старше Елены Петровны на семнадцать лет. Когда он брал ее в жены, то был статный черноволосый и красивый мужчина. Она же, еще совсем молодая девочка из бедной семьи, вышла за него замуж по настоянию мамы.

Родилась Алена в конце 46 года. Незадолго до ее рождения отец ушел с друзьями на охоту и случайно был застрелен. Мама замуж больше не выходила, и жили они вдвоем. Мама работала в колхозе, и они еле сводили концы с концами. Данила Иванович был сыном председателя сельсовета, и в их доме всегда была «полная чаша». Молоденькая Аленка с русой косой, свисавшей до самой поясницы, нравилась всем мужикам поселка. Но все они были женаты, а молодые парни после школы уезжали на учебу в город, и там оставались жить. Только Аленка не могла уехать — жаль было мать.

Так и получилось, что после сбора урожая, в воскресный день, отец Данилы, Иван Иванович Решетников зашел в домик к Плотниковым, это была фамилия Аленкиной мамы по мужу, и стал сватать девушку в невесты своему Даниле. Мать не стала отказывать Ивану Ивановичу, но сказала, что поговорит с дочкой и постарается ее убедить.

Данила уже один раз был женат на девушке из города. Они учились в сельхозинституте, где и сошлись. Оба жили в общежитии института — он в мужской комнате на втором этаже, она в женской, на третьем. Звали девушку Ольгой. Как — то вечером, Данила зашел к Ольге за конспектом. В комнате она была одна — подруги уехали на два дня домой за продуктами. Дальше парнишка помнил произошедшее урывками. Распахнувшийся халатик девушки, ее молодое красивое тело, красивые упругие грудки с розовыми кругами и пуговками сосков — кровь била в голову и не давала возможности подумать. Молодость, молодость. Даниле казалось, что он полюбил Олю, а она ловила моменты и старалась оставаться с ним наедине. Через два месяца Оля объявила, что беременна. Сыграли свадьбу, институт она оставила, и в положенное природой время Ольга родила сына, Пашку. Но к семейной жизни, да еще в деревне оказалась неприспособленной, да и Данила понял, что она ему не нужна, и они развелись. Ольга с сыном уехала в город. Отец Данилы, Иван Иванович, поехал в город и разыскал Ольгу с внуком. Иван Иванович настоял, что бы она вернулась в деревню, и поселил невестку с внуком в своем родительском доме. Потом устроил невестку по специальности агрономом. За Пашкой присматривала жена Ивана Ивановича, Ирина Парамоновна. Данила в воспитании сына участия не принимал. Так и рос Пашка баловнем у бабушки и дедушки. По окончании семи классов сельской школы дед отправил его в ремесленное училище в город обучаться на механизатора. Учился он из рук вон плохо, зато приобрел компанию таких же ребят, как сам. Начал выпивать и играть в карты. Только авторитет деда не позволил учителям отчислить Пашку из училища.

Елена Петровна встала с постели и оделась. Затем вошла в комнату дочери — та свернувшись «калачиком» мирно спала. Жаль было ее будить, но Елена пересилила жалость и откинула одеяло дочери.

— Вставай, солнышко, пора. Иди, умойся и приготовь завтрак, а я пойду во двор — помогу отцу. Он уже давно там возится с коровой.

— Ма-аа, сегодня же выходной. Дай еще поспать немного. Такой хороший сон перебила…

— Вставай, вставай. Пора завтракать и по — хозяйству. Скоро отец зайдет и будет ругать, что на стол не накрыли.

Веруня нехотя вылезла из под одеяла, и в одной ночнушке, заспанная поплелась к умывальнику.

Через час вся семья сидела за столом. Самовар закипел, стопка блинов возвышалась на столе. Рядом стояла миска с медом. Открылась дверь, и вошел Иван Иванович.

— Здравствуйте, папа. Присаживайтесь за стол.

Веруня метнулась за чашкой и тарелкой. Иван Иванович присел за стол.

— Алена, к нам едет второй секретарь обкома. Будет смотреть наше хозяйство, наверняка заглянет на ферму. Что у тебя там? Подготовься встречать хлебом — солью. Мы на Катьку спишем удои Светки и Нюрки — будет в передовых выступать.

— Да как же, папа, ведь надои не все ее. Что люди скажут?

— Молчи и слушай что говорю. Это решено сверху. Наш район должен иметь передовиков. Задним числом выпишем ей грамоты от колхоза и подадим на награду в область. Кого я еще могу представить? Не чужого же человека, а она жена моего младшенького, непутевого, царство ему небесное. И женщина она видная — секретарь обкома заметит — в Москву поедет на выставку представлять наш район. Не красней — не девочка уже. Все понимаешь. Подложу я ее под секретаря — гляди и получится что. А мне на покой пора. Видимо секретарь отправит на почетную пенсию. Данила мужик умный — все поймет и за брата не обидится.

Николай Николаевич Векшин занимал пост второго секретаря недавно. Его прислали с Москвы в наказание за любовные похождения. Вроде бы приехал с повышением, а мог подняться в Москве. Но не по чину начал любовные отношения — на его женщину положил глаз ответственный работник ЦК. Что бы ни поднимать шума, его вызвали и объяснили, что будет лучше, если Николай Векшин уедет на время из Москвы.

Векшин был женат на дочери секретаря ЦК партии. Николай работал в отделе, который курировал Георгий Валентинович. Николая Векшина, женили на ней, что бы унять разговоры в обществе о слишком свободной жизни дочери секретаря. Если дойдет слух о ее похождениях на самый верх — секретарю может не поздоровиться. Взамен Векшину предложили перспективную должность заместителя начальника его же отдела в ЦК партии. Детей они с новоиспеченной женой не имели, и вообще, любви в их семье не наблюдалось. Его жена, как и раньше, вела светский образ жизни, и муж ей в этом не мешал.

Николай был красавцем — высокого роста, смуглый брюнет с голубыми глазами, спортивного телосложения, за что и был замечен именитым тестем. Женщины повально влюблялись в него. Сейчас ему было около тридцати восьми. Первые седые волосы начали появляться в густой черной шевелюре. В отдел ЦК, перевели нового сотрудника — Ниночку Палеву, дочь одного из секретарей обкома партии. Она окончила журфак и могла работать журналистом. Но папа решил продвигать дочь по служебной лестнице. Девушка, как специалист «звезд с неба не хватала», и сама была легкомысленной особой, но фигурка и ножки у нее были замечательные. Она влюбилась в своего начальника с первого знакомства в его кабинете. Он встал с кресла и подал ей руку, а Ниночка смотрела на его мощные и длинные пальцы рук и представляла, как они гладят ее тело и грудь. В голове девушки возникли любовные образы, и у нее между красивых ножек все взмокло. Внизу живота начался пляс бабочек. Он о чем — то ей говорил, а Ниночка смотрела на его широкую грудь и хотела к ней прижаться. Через два дня вечером, когда он остался поработать, зашла в его кабинет и повернула ключ в замке двери. Ниночка бросилась к Николаю и ни слова не говоря, обняла его шею своими ручонками. Ее губы прижались к его губам. Николай понял все без слов, и решил продолжить отношения. Он губами коснулся за ушком девушки, рукой прикоснулся через блузочку к ее груди. Поцеловал кончик носика и каждый глазик. Ниночка стянула с его могучих плеч пиджак и распустила галстук. Его руки начали расстегивать пуговички на ее блузочке. Постепенно одежда падала на пол, пока она не осталась в одних только маленьких трусиках. Мужские губы трогали ее шею, грудь, язык ласкал ее губы и открытый рот. Его большие пальцы гладили волосики на лобке и входили между ног. Николай почувствовал под рукой горячее и нежное сокровенное местечко и ввел палец. Ниночка застонала и откинула назад голову с закрытыми глазами. Он положил ее на стол, стянул трусики, и продолжал языком ласкать твердые бусинки сосков. Его палец нашел клитор. Николай осторожно трогал восставший клитор и вход. Девушка громко стонала и выгибалась навстречу. Вдруг все ее тело содрогнулось в мощном оргазме. Он ввел в нее пенис и начал им двигать. Его движения то ускорялись, то замедлялись. Он полностью ввел пенис и коснулся самых сокровенных местечек. Тогда Ниночка громко застонала. Размер соответствовал росту, к тому же был твердым и доставлял девушке огромное наслаждение. Ниночка громко стонала, и Николай прикрывал ее рот поцелуями. Ножки сжали его бедра, и она напряглась в струнку. Еще один оргазм, на этот раз долгий и протяжный сотряс тело девушки. Николай уже не сдерживался, и поток заполнял всю Ниночку.

Теперь почти каждый вечер он задерживался на работе и, закрыв кабинет, они занимались любовью. И надо же случиться, что он сам послал ее на согласования документов начальнику отдела ревизий Петру Викторовичу, известному в их кругах — ловеласу. Тот, недолго думая, пригасил Ниночку вечером в ресторан. Она отказалась. Постепенно до Петра Викторовича дошло, в чем причина отказа и обрушил на Николая Николаевича всю свою власть. В итоге, Николай Николаевич попал «на повышение», а Ниночку уволили. Жена уезжать из Москвы отказалась наотрез, и поехал он в ссылку сам.

У здания правления выстроились все руководители колхоза. Отдельно стояли девушки с хлебом, на котором стояла солонка. Черная обкомовская «Волга» подкатила к собравшимся. Из нее вышел Николай Николаевич. Он был в длинном пальто и пыжиковой шапке. Как и принято — отломил кусочек от каравая, макнул в соль и вкинул в рот. Затем поцеловал в щеку девушку, подавшую ему хлеб. Всей гурьбой вошли в здание сельсовета. Впереди секретарь парткома забежал и открыл двери перед «высоким гостем». Посидели в кабинете председателя, тот начал отчитываться. Второму секретарю было скучно слушать цифры, и он велел отдать ему копии сводок с собой. Затем повели гостя в столовую, где был накрыт стол. Угощали «дорогого гостя» как следует — коньячок и водочка при хорошей закуске. Подавали молодые грудастые девушки в кокошниках. Николай Николаевич расслабился, лицо раскраснелось. Все чаще он посматривал на груди подавальщиц.

Иван Иванович, — обратился он к председателю сельсовета, — а на постой ты меня куда определишь?

— Решетников знал про слабость «второго» к женскому полу. И подготовил вдову Екатерину Решетникову, бывшую жену своего младшего сына. «После, — сказал, — выпишу премию». Она же и подавала в столовой. Ей в дом, заранее внесли новую мебель и постели.

— Николай Николаевич, вот определим вас, переночевать в дом к нашему передовику — Екатерине.

— Ну что же, Катя, веди меня. Остальные могут продолжать. Провожать не надо.

Глава II. Георгий Валентинович

Решетникова жила одна. Муж уже давно утонул в реке — выпивал и утонул на рыбалке. Она соскучилась по мужской ласке. Холодными зимними вечерами она снимала с себя всю одежду и ложилась в постель. Там она прикрывала глаза и представляла рядом с собой сильного молодого мужчину мускулистого, с втянутым животом и большим твердым пенисом. Он водит головкой по ее груди, касается сосков, его руки трогают ее мягкий живот, опускаются на лобок, входят между ног. Тогда кровь приливала к низу живота, жаром растекалась по телу. Соски твердели, и между ног становилось влажно. А руки мужчины уже входили между губ, и трогали клитор, ласкали его, палец глубоко проникал внутрь и раздражал стенки. Тогда она выгибала свое нежное женское тело и громко стонала. Оргазм наступал неожиданно, порой несколько раз подряд.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 20
печатная A5
от 245