электронная
216
печатная A5
404
16+
Жизнь, как иллюзия

Бесплатный фрагмент - Жизнь, как иллюзия

Ад — это не место, а состояние души

Объем:
226 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4493-5066-4
электронная
от 216
печатная A5
от 404

Посвящается моей бабушке, Голяевой Томаре Петровне,

и моему дедушке,

Голяеву Гарри Васильевичу.

Я люблю вас, и спасибо вам за все!

Пролог

— Посмотри на меня! Смотри на меня! Смотри мне прямо в глаза!

— Нет… Нет! Этого не может быть! Я просто сошла с ума! Прошу, скажи мне правду, скажи, что я сошла с ума!

— Посмотри мне в глаза! Это и есть правда, Леся! Ты не сошла с ума! Ты знаешь ответ. Теперь ты знаешь все!

— Но это невозможно! Этого просто не может быть! — Леся испуганно смотрела на человека напротив себя, который держал ее за плечи и в упор глядел на нее.

Они все еще стояли на темной дороге. Под сломанным фонарем, который то и дело мигал, раздражающе щелкая. Тяжелые капли дождя били по щекам. А вокруг уже суетились какие-то люди. Останавливались машины, но никто не обращал на них никакого внимания.

— Почему ты ничего не рассказал мне раньше?

Алеся смотрела на мужчину, который еще недавно был ей так знаком. А сейчас она его не знала. Он был незнакомцем. Но она не боялась его. Это было странное чувство, но девушка не испытывала в душе страха. Тревогу, грусть, отчаяние, но не страх.

— Нам надо расстаться! Не думал, что скажу это, но нам надо! — Марк натянуто улыбнулся.

— Не понимаю, что это значит?!

— Я должен отпустить тебя! Но, давай не сегодня. Завтра! Ты согласишься провести со мной последний вечер?

Алеся еще раз внимательно посмотрела на мужчину напротив себя. Стоило бы бояться этого человека. И можно ли вообще его так называть?

— Мне так грустно, Марк! Мне грустно, что я больше никогда не смогу увидеть своих родных. Не смогу обнять их. Не смогу сказать им, как я люблю их. — Девушка посмотрела вокруг себя и печально вздохнула.

— Ты увидишь их, обещаю!

Алеся удивленно взглянула на своего собеседника.

— Ну как? Ведь это невозможно!

— Не бывает ничего невозможного.

— Если ты обещаешь это, то я соглашусь поужинать с тобой сегодня. — Леся печально усмехнулась, до сих пор не осознавая до конца все происходящее с ней.

— Значит, такой уговор? — Марк подмигнул девушке.

— Да! Сделка! По рукам? — Алеся протянула руку навстречу мужчине с изумрудными глазами, которые всегда так притягивали ее. И казалось, что даже сейчас, ночью, под светом периодически мигающего фонаря, они светились в темноте.

— По рукам! — Марк охотно взял ладонь девушки и пожал ее в знак согласия.

«Я вижу во всех только хорошее? Или этот мужчина напротив и правда не такой уж ужасный и плохой парень, как все думают?»

— Уведи меня отсюда, прошу! Я не хочу больше находиться тут. — Леся с тревогой посмотрела на суетившихся рядом людей.

Марк, молча, взял девушку за руку, и они скрылись в густых сумерках ночи. Оставляя позади себя суету, крики и сирены машин.

Глава 1

Теплый летний ветер играл с растрепанными волосами Леси. Девочка бежала вниз по склону холма, широко разведя руки в стороны, как птица, свободная и беспечная, парящая высоко в небе. Именно так она и чувствовала себя в тот момент — беззаботной птицей, умеющей летать. Леся остановилась и подняла голову вверх. Солнце слепило глаза, девочка зажмурилась и с наслаждением вдохнула свежий воздух, такой дурманящий. В нем чувствовались нотки полевых цветов, свежескошенной травы и… неких «душистых» мин — сюрпризов от крупного рогатого скота, которые скрывались повсюду на лугу. Девочка улыбнулась и посмотрела вдаль. Там, за пригорком, виднелся рубленый деревенский домик. Он был такой уютный и знакомый ей. Каждое лето они с дедушкой приезжали сюда на каникулы. Леся взмахнула руками и побежала вниз, удивляясь сама себе, насколько хорошо и быстро она умеет бегать и как это у нее превосходно получается!

Там, внизу, возле калитки дома, она увидела дедушку. Какой же он был молодой и красивый, полный сил и энергии. Он протянул ей руку, и девочка, ухватившись за нее, пошла рядом с ним.

— Куда мы идем, дедушка?

— На речку. Я хочу научить тебя плавать.

Речка находилась недалеко от дома и славилась своим быстрым течением. Леся всегда боялась, что оно унесет ее далеко от берега, а дедушка не успеет ее спасти. Уже не первый день он учил внучку плавать. Вода в реке была жутко холодная, но это пугало Лесю меньше, чем сильное течение. И как же тут было красиво! Ивы, склонившись над зеркальной гладью, купали свои ветви в прозрачной воде. Русло реки имело ширину не более четырех метров, и в некоторых местах ее несложно было перейти вброд. На левом берегу красовался огромный могучий дуб, в тени которого, всегда можно было укрыться от палящего солнца.

Дедушка, прислонившись спиной к стволу старого дерева, покусывал тонкую соломинку. Девочка пристроилась рядом, и краем глаза стала наблюдать за ним, в очередной раз, удивляясь, насколько дедушкин профиль был аристократичен. Он вполне бы мог сойти за английского лорда, не иначе! Даже его имя — Генри, заставляло многих задуматься о его национальном происхождении. Конечно же, он был русский. И вряд ли имел британские корни. Отца его звали Петр, маму — Нина. В семье он был четвертым ребенком. И по именам двух его братьев, Даниэля и Роберта, и младшей сестры Эммы, можно было судить о явной любви его матери к английской классической литературе ХIХ века. Кто знает, может быть, британское имя, а может, все-таки порода сказались на его внешнем виде. И эта стрижка «британка», с характерно зачесанной назад челкой, в которой так уместно сочетались элегантность и небрежность, и высокий прямой лоб, и тонкие губы, и ярко выраженные скулы — все черты лица в нем были европейские и аристократичные. В молодости дедушка любил носить шляпы, шейные платки и классическое пальто. На улице Piccadilly в пятидесятых, его бы явно могли принять за своего. «Good Morning, sir Henry!» — Приветствовали бы его аристократы, уважительно приподнимая шляпы. А он бы в ответ смущенно махал рукой и кротко улыбался.

«Я навсегда запомню его таким — молодым, красивым и интеллигентным. Настоящим джентльменом, ведь никаким другим он и не мог быть».

На обратном пути к дому им повстречались дворовые собаки — здесь, в деревне, их было слишком много. Но пока дедушка с Лесей гостили тут, голодать им не приходилось. Для дворняжек у него всегда было угощение. Каждый раз, выходя из дома, он брал с собой контейнер с остатками еды после завтрака, обеда или ужина, ведь на улице столько бездомных животных, нуждающихся в его заботе. Он мог не доесть сам, но никогда не забывал отложить кусочек курицы, или котлеты в бокс, приготовленный, для бедных голодных собак или кошек. И Леся всегда поражалась, насколько же сердце дедушки было велико, что вмещало в себя столько заботы и любви ко всем живым существам на планете. Мог бы он обидеть кого-то? Никогда!

«Я бы выдала ему медаль и премию за самое доброе сердце и любовь к братьям нашим меньшим».

— Что мы будем делать после обеда? — спросила девочка, весело глядя на дедушку, который только что скормил последнюю котлету большому серому псу с репейником по всей шерсти.

— А давай сходим на рыбалку? Я научу тебя ловить рыбу.

— Ух ты! И мы сварим уху?

— Конечно, можно было бы сварить уху. Но, скорее всего, мы поймаем не так много рыбы. Хватит на ужин только коту, — улыбнулся дедушка и зашагал вперед по тропинке к дому.

Девочка вприпрыжку догнала его и, уцепившись за его руку, хотела было еще что-то спросить, но…


                                 * * *

Открыла глаза и уставилась в белый потолок. Снова этот белый потолок, возвращающий ее от снов к реальности. А, может быть, наоборот? От реальности в страшный сон? Каждый раз после пробуждения она задавала себе этот вопрос: «Где же сон? А где реальность?»

Леся прислушалась к звукам за дверью спальни. Ничего. Безмолвная тишина. А буквально недавно каждое утро она слышала ругань супруга, который имел такую привычку — кричать в телефонную трубку на своих сотрудников и отчитывать их довольно громко.

«И когда это было? — подумала девушка. — Как будто бы в прошлой жизни, я была счастливой и любимой женой. А может быть, и не была ею вовсе, если Макс сбежал к своей любовнице — секретарше? Значит, не такой уж и любимой я была! Какой классический сюжет — начальник и секретарша».

Леся села на кровати и посмотрела в окно. Серое осеннее небо, закрытое тучами, явно усугубляло ее настроение.

«А я уже не та маленькая девочка с растрепанными волосами, бегущая по цветущему лугу. Странные сны. Ведь каждую ночь мне снится одно и то же — мое детство. Мое прошлое — как напоминание о радостных и счастливых днях, которые никогда больше не повторятся в моей жизни». Эти и другие депрессивные мысли крутились в голове у девушки.

Леся варила кофе и продолжала обдумывать свою жизнь, которая теперь казалась ей пропастью.

«Куда делись все мои друзья? Ведь буквально недавно у меня было их довольно много. А сейчас кому ни позвони — все заняты. Все женаты или замужем, у всех свои дела, заботы и проблемы, у всех дети. У всех, кроме меня. Если бы мой благоверный не сбежал к любовнице, возможно, они могли быть и у меня… вернее, у нас».

Леся перевела взгляд от окна на плиту, на которой в турке малахитового цвета томился бодрящий напиток, готовый вот-вот закипеть.

«Друзья… — думала Леся. — А были они у меня вообще? Когда в моей жизни случилась эта неизбежность — именно таким словом называет развод мой психолог Андрей Павлович, они все пропали. Такая вот неизбежность!»

После того, как муж ушел из семьи, к другой женщине, от него в квартире остались только зубная щетка, гора мусора, в виде газет, ненужных бумаг и папок, и записка, в которой он красиво написал слова прощанья и прощенья и прикрепил свою кредитную карту — это была большая щедрость с его стороны. Такой бонус для разведенной женщины, которая не работала прежде, являясь супругой состоятельного бизнесмена. Собственно, остались еще сама квартира и новенькая иномарка. Мама Леси, Светлана Генриевна, довольно импульсивная женщина, советовала засунуть эту кредитку в одно очень интересное место бывшего мужа и ни в коем случае не пользоваться ею. Леся пару дней обдумывала это, но все-таки решила, что каждое СМС-оповещение о той или иной покупке будет лишний раз напоминать супругу о ней. Сам виноват, если уж подумал оставить ей свою карточку.

Лесе было интересно, когда же экс-супруг приостановит этот ее разгул по бутикам и заблокирует счет? Прошло около трех месяцев, а карта все еще была безлимитной для Леси. Да и походов по бутикам было не так уж и много. Один раз Леся заехала в дорогой брендовый магазин и купила там сумку от известного модного дизайнера и три пары обуви. Но это было на пятый день после ухода мужа, девушка была сильно расстроена, эмоционально неустойчива и жаждала мести. А разве это не потрясающая месть — заставить бывшего платить за такие дорогие покупки?

«Надо купить побольше всего, чтобы его лохудре секретарше досталось меньше!» В тот момент Леся думала именно так.

Второй раз она шиканула в ресторане. Запивая устрицы дорогим шампанским, девушка ревела, размазывая черную тушь по щекам, тем самым привлекая к себе внимание всех гостей и официантов.

Были и еще периодические траты в магазинах. Все вещи Леся хватала с вешалок, даже не глядя, некоторые брала без примерки. Лишь бы взять и лишь бы в очередной раз расплатиться кредитной картой супруга.

Потом наступил период затишья, и девушка, уставшая от шопинга и от того, что бывший муж все равно никак не реагирует на ее траты, замкнулась в себе. Закрылась дома перед телевизором, отключила телефон и выпала из жизни, путаясь в датах и днях недели. Мама Леси укатила на Бали и оттуда закидывала ее беспокойными эсэмэсками и звонками. Но аппарат абонента был недоступен для всего внешнего мира. Когда же Леся наконец-то решила включить свой смартфон, она получила миллион пропущенных лишь только от своей мамы, и ни одного от бывшего мужа, или от кого-либо из друзей. Смирившись с тем, что муж ушел навсегда и безвозвратно, а настоящих друзей у нее, видимо, никогда и не было, Леся решила обратиться к психологу. Опять же по настоянию своей матери. В десяти СМС из ста заботливая матушка писала про психологическую помощь бедным и брошенным женщинам и про какого-то известного психолога, который сможет помочь дочери выйти из этой депрессии.

Так, витая где-то в своих мыслях, Леся не заметила, как кофе залил всю поверхность плиты.

— Вот черт, — выругалась она. — Ну почему все наперекосяк в моей жизни? Даже кофе — и тот сбежал!

Посмотрев на часы, Леся ахнула, понимая, что ее раздумья затянулись надолго и она уже опаздывает к Андрею Павловичу — психологу, который два раза в неделю пытался ей помочь. Леся до последнего убеждала себя, что помощь ей не нужна, но осознав тот факт, что расплачиваться с психологом она намерена кредитной картой мужа, а тот, в свою очередь, будет получать очередные СМС-оповещения о расходах на психологическую помощь своей несчастной экс-супруги, охотно согласилась пройти все необходимые сеансы.

Глава 2

— Скажите, док, я некрасивая? Почему муж сбежал от меня три месяца назад? Я же была идеальной женой. Не делала ему замечаний по поводу его носков, которые он не раскидывал на полу, нет, он их аккуратно сворачивал и складывал, но только на все диваны и кресла. Готовила ему изысканные ужины. Какой же все-таки дурой я была, если, помимо носков, я не замечала очевидного! Он мне изменял…

Леся замолчала и сделала глоток свежесваренного кофе в кабинете у своего психолога. Викторианский стиль в интерьере демонстрировал статус и уровень достатка владельца этого кабинета. Леся всегда считала профессию психолога легкомысленной, но при этом высокооплачиваемой. Незнакомый тебе человек выслушивает о твоих проблемах, затем выдвигает одну из своих теорий, которая, безусловно, является верной, далее — вердикт и счет с нулями. Вот и вся работа. Покопаться в чужом грязном белье, выслушать весь этот бред, покивать и получить гонорар.

Андрей Павлович внимательно смотрел на девушку сквозь приспущенные очки в дорогой итальянской оправе.

— Вынужден заметить, что вы говорите об этом уже месяц. Во время сеансов я не являюсь мужчиной, я прежде всего психотерапевт. Но вы красивая женщина, спешу вас утешить. Причина ухода вашего супруга явно не в этом.

Алеся была привлекательной девушкой. Высокой кареглазой шатенкой.

«Ты как изящная, фарфоровая статуэтка», — говорила ей всегда бабушка.

И правда, Леся обладала точеной, аккуратной фигуркой, такая обычно нравится противоположному полу. А особенно ее очаровательная улыбка, которая украшала ее даже больше, чем длинные стройные ноги. С виду ей было не больше двадцати пяти, хотя четыре месяца назад ей исполнилось тридцать.

— Тогда в чем причина? Что произошло три месяца назад? Моя жизнь просто рухнула за мгновение. Ведь накануне вечером у нас все было не так уж и плохо. Мы ужинали в хорошем ресторане, разговаривали и строили планы на будущее, думали, куда можно полететь отдыхать. А потом все закончилось. Утром я уехала к родителям и вернулась, кажется, дня через три, не помню точно, а его уже не было дома. Только записка. — Леся говорила эмоционально, прерываясь периодически только на очередной глоток бодрящего горячего напитка.

— Алеся Викторовна, я слышал эту историю от вас не один и не два раза. Давайте лучше вернемся в тот день, когда вы поехали к родителям, около трех месяцев назад, вы помните это?

— Конечно. Я проснулась, позавтракала и уехала, вот и все. Максим знал об этом, мы обсуждали мою поездку за неделю до этого. Что в этом странного, доктор?

— Вы направились в дом к своим родителям? — Андрей Павлович снял очки и краем рубашки, также итальянского производства, протер окуляры.

— Совершенно верно. Я хотела немного отдохнуть и повидать своих родных.

— Сколько времени вы провели у своих родных?

— Я не знаю, вернее, не помню. Может, дня три или четыре.

— И чем вы занимались? Расскажите мне о своих каникулах в отчем доме.

Леся посмотрела в окно позади Андрея Павловича и поняла, что не может дать ответ на такой простой вопрос, потому что попросту не помнит этих дней.

— Какое это имеет значение в нашей с вами терапии? Я не знаю и не помню. Что еще можно делать в доме у родителей? Да ничего не делать. Ходить по магазинам. В кафе. Встречаться с друзьями.

— С друзьями? Пару сеансов назад вы утверждали, что у вас нет друзей!

— Так и есть. Но, скорее всего, с кем-то я встречалась и общалась. Просто не придала этому большого значения.

— Значит, вы не помните. А что было потом, когда вы вернулись?

— Он исчез. И я вам это рассказывала. Я вернулась, а его уже нет. И моя жизнь закончилась. Все рухнуло в один момент. Я не понимаю почему. Все как будто бы во сне. Может, я сплю, док? Хотя вряд ли, ведь каждую ночь мне снятся одни и те же сны — о моем детстве. Вот уже месяца три точно. Видимо, я сошла с ума. После ухода мужа эти сны символизируют, наверное, мое беззаботное счастливое прошлое, если уж мое настоящее такое ужасное. И вся моя жизнь ни к черту!

«Жизнь ни к черту! Интересное заявление!» — пронеслось в голове у психолога, но вслух он сказал:

— Я слышу об этом впервые. Вы мне не рассказывали про свои сны. Что вы имеете в виду? Вам снится ваше детство?

— Вот именно. Снится то, что уже было со мной когда-то. Это как сериал, очень хорошо тебе знакомый. Я пересматриваю его каждую ночь. И самое странное, я помню каждый свой сон, который мне приснился за последние три месяца. Хотя человек забывает любые свои сновидения уже через час после пробуждения. Я прочитала это в какой-то статье в интернете.

Андрей Павлович с минуту, молча, смотрел на девушку, после сделал глоток воды из стакана, стоявшего рядом на тумбе из красного дерева. Тяжеловесная мебель из дуба, ореха или красного дерева — одна из характерных черт интерьера викторианского стиля.

«Видимо, после меня этому психологу самому понадобится психолог», — мысленно усмехнулась Леся.

Андрей Павлович негромко откашлялся и поставил стакан на место, на серебряный подстаканник, чтобы не оставить никаких следов на дорогой тумбе.

«Перезагрузка системы! Я его точно загрузила. Спорим, такого он еще не слышал?»

— Алеся Викторовна, вы только что утвердительно сказали, что помните все свои сны. Расскажите мне, что вам снилось, ну, скажем… три дня назад.

— Это был балкон. Балкон в квартире у бабушки и дедушки. Был летний вечер, и мы сидели с моей бабушкой и прабабушкой на этом балконе и пили чай. Мы часто так сидели в детстве теплыми вечерами, если не было дождя. Мне нравилось их слушать. Они обсуждали какие-то последние новости из телевизора, соседские сплети, цены на продукты. В принципе, обычная болтовня. Но эти вечера были одними из самых моих любимых. Я бы отдала все, чтобы снова оказаться на этом балконе и увидеть своих родных. Но, к сожалению, прабабушки уже давно нет в живых. После того как ее не стало, мы перестали так сидеть…

Леся замолчала из-за подступившего к горлу кома и принялась рассматривать свои сапоги. Это был отвлекающий маневр, прежде всего для нее самой, чтобы отвлечься от воспоминаний и не дать себе расплакаться.

— Вы мне только что рассказали случай из своего детства. Это ведь не было вашим сном? — заговорил психолог спустя пару минут, дав девушке успокоиться. В его голосе слышались нотки скептицизма.

— Это был случай из моего детства, и он приснился мне три дня назад! Я не выдумываю свои сны, я говорю вам то, что мне приснилось. Но мне же снится только то, что уже было со мной в детстве. И ничего больше. Я больна, док? Вы же не верите мне, правда?

Андрей Павлович снова откашлялся.

— Алеся Викторовна, ко мне не могут приходить абсолютно здоровые люди. Я пытаюсь помочь каждому разобраться в их проблемах.

— И в чем моя проблема?

— Тут все очевидно. Для меня. После расставания с мужем вы переживаете нелегкий период своей жизни. Затянувшаяся депрессия, стресс — все это свалилось на вас в одно мгновение. Вы чувствуете себя несчастной в этой реальности. А эти сны являются как бы олицетворением вашего представления о счастливой и полноценной жизни. Это ваш панцирь и защита от окружающей агрессивной среды, вы — маленькая девочка, у которой есть родители и бабушки, и они никогда не дадут вас в обиду. Вы хотите оставаться этим ребенком, каким были когда-то. Ведь там не было таких проблем, с какими вы столкнулись в зрелости. Буквально недавно. Вы ищете защиту и поддержку, но не находите ее в реальной жизни. А сны — это ведь голос нашего подсознания.

— Иной раз мне не хочется просыпаться. А просыпаясь, я часто плачу. Потому что понимаю, что вернулась в эту реальность. В которой я одна. В один миг рядом не оказалось никого.

Леся говорила тихо и отрешенно, рассматривая свой маникюр, который она никогда не запускала, несмотря даже на долгое затворничество в квартире. Мастер по маникюру навещал ее пару раз, приводя ногти девушки в порядок.

— А вы помните, что вам снилось месяц назад? — с заинтересованным видом слушателя спросил психолог.

— Дедушка учил меня кататься на коньках. Он купил мне первые фигурные коньки, когда мне было восемь лет. Сам же в молодости он прекрасно катался, не хуже олимпийского чемпиона, честно! И вот в тот день он поставил меня на коньки в нашем дворике возле дома, где я провела большую часть своего детства. Думаю, ставить сразу меня на лед он просто побоялся, для моей же безопасности. Поэтому все происходило на заснеженных дорожках, а мне в тот момент было абсолютно все равно, учитывая, что я не могла держать равновесия и падала каждые три минуты.

Леся снова посмотрела на свои руки и сглотнула подкативший к горлу ком. Все эти воспоминания давались ей нелегко; рассказывая очередную историю из своего детства, девушка переживала все это заново в своем подсознании, осознавая, что больше никогда с ней это не повторится. Как в той самой песне: «Не повторяется такое никогда…»

Психолог продолжал внимательно смотреть на девушку. Выражение его лица теперь казалось более мягким, понимающим и сочувствующим. Впервые Леся почувствовала к нему некое доверие.

— Именно такой сон приснился вам месяц назад? — Интонация в голосе психолога уже не была такой скептической.

— Именно такой, — кивнула Леся. — Как же это возможно? Почему я помню все, что мне снится? Это ведь ненормально.

— Ученые доказали, что тридцать процентов людей вполне могут вспомнить свои особо яркие сновидения, которые им снились на протяжении месяца. И это нормально.

— Да, но не каждый же свой сон?

— Вы не должны зацикливаться на своих снах. Вам нужно найти себе занятие по душе. Чем бы вам хотелось заняться? Что бы вы хотели сделать больше всего? Может быть, научиться рисовать? Или записаться на курсы английского?

— А можно записаться на курсы снайперов или киллеров и пристрелить эту белокурую секретаршу, которая увела моего мужа? — Леся улыбнулась впервые за время пребывания в этом кабинете.

— Я вас прекрасно понимаю. Вымещение злости. Жажда мести. Все это пройдет со временем. И вы поймете, насколько это было неважным для вас. Вашу энергию надо пустить в полезное русло. В любое занятие по душе! — Андрей Павлович мельком посмотрел на свои часы, уже не итальянского производства, а, судя по всему, швейцарского, и продолжил:

— Давайте все-таки еще раз вернемся в тот неприятный для вас день, когда супруг ушел из дома. Вы сказали, что не помните события, которые происходили с вами с момента вашего отъезда и до момента возвращения обратно. Так не помните совсем или просто забыли отдельные фрагменты?

— Я не придавала этому значения. Ну что могло произойти такого важного за это время? Я просто была у родителей. Я же говорила вам об этом.

— Да-да, говорили. Я просто хочу понять, почему вы даете свой ответ на такой простой вопрос довольно поверхностно? Будто бы сами сомневаетесь в своих словах. У вас ранее случались когда-либо провалы в памяти?

Леся нервно усмехнулась.

— Нет, конечно. О чем это вы? Никогда и ничего подобного со мной не происходило.

Внезапно на столе завибрировал телефон Андрея Павловича.

— Что ж, Алеся Викторовна, наше время на сегодня истекло. Я скажу своей ассистентке выписать вам рецепт на антидепрессанты. Уверяю вас, они абсолютно безвредны и не вызовут никакого привыкания.

— Вы считаете, что я в них нуждаюсь?

— Я уверен, что вам будет лучше. Увидимся с вами через два дня. Я хочу помочь вам. И я обещаю, что обязательно помогу.

…Леся стояла в пробке и размышляла над словами психолога.

«Вообще-то он прав, и мне просто необходимо найти себе хобби, чтобы не сойти с ума. Рисование, танцы?»

Девушка резко свернула в переулок и остановилась возле тротуара.

«Библиотека» — гласила надпись над крыльцом дома, возле которого она и припарковалась.

«А почему бы и нет? Когда в последний раз я была в библиотеке? Кажется, в школе». Леся уверенно вышла из машины и направилась к неприметному серому зданию.

Внутри царила гробовая тишина. Леся дала паспорт одиноко сидящей пожилой библиотекарше, и та медленно принялась выводить буквы в новом формуляре, одной рукой придерживая громоздкие очки. Процесс заполнения этой незамысловатой карточки слегка затянулся, и девушка принялась расхаживать между стеллажами с художественной литературой. Леся периодически брала ту или иную книгу с полки и открывала ее, с наслаждением вдыхая запах типографской краски и переплетного клея.

«Какое тут умиротворение. Никаких антидепрессантов не нужно. Определенно в практике у докторов должна существовать такая библиотерапия. Есть тут своя определенная магия. Среди этого книжного царства, в котором хранятся многовековые тайны, исторические рукописи или просто любовная проза, чувствуешь себя такой мелкой песчинкой, но все-таки частью огромной истории. И почему я раньше никогда сюда не приходила?»

В итоге девушка нашла тот раздел, который искала. Джейн Остин. Леся открыла книгу и принялась читать. Всем прекрасно известно, что свои ощущения по отношению к той или иной книге можно понять по первым двум страницам. Либо она тебе захватит целиком, либо не заинтересует вовсе.

— Как бы я хотела помочь тебе, моя дорогая!

Леся вздрогнула, и Остин, стремительно выпав из рук, упала к ногам. Девушка испуганно посмотрела вокруг себя и заметила лишь библиотекаршу, которая стояла неподалеку от нее и с удивленным видом таращилась на читательницу.

— Вы что-то сказали? Или это не вы…

Пожилая женщина в круглых очках с толстыми линзами все еще продолжала смотреть на нее.

— Я сказала, могу ли я вам чем-то помочь? Может, вы ищете что-то конкретное и не можете найти?

Леся отрицательно покачала головой и подняла с пола упавшую книгу.

— Ну, хорошо. Если я вам понадоблюсь, я буду в читальном зале. — Библиотекарша отвернулась и не спеша удалилась, шаркая ногами по старому паркету.

Леся осталась одна. Все еще не двигаясь с места, она продолжала смотреть по сторонам.

— Бабушка? — Голос девушки испуганно дрожал.

«Мне ведь не могло это послышаться? Если я расскажу своему психологу, что услышала голос человека, которого давно нет в живых, он отправит меня к психиатру!»

Глава 3

Доехав до дома, Леся продолжала сидеть в машине, таращась на руль и обдумывая то, что с ней произошло в библиотеке.

«Галлюцинации! Только этого мне еще не хватало!»

Переведя взгляд на часы, девушка обнаружила, что уже вечер.

«Сколько же я тут сижу?»

Леся на пассажирском сиденье нащупала свой мобильный.

«Ни одного пропущенного звонка. Ни одного СМС. Вот уже очень давно мне никто не звонит и не пишет, кроме моей мамы, естественно».

Неохотно девушка все-таки выползла из машины и направилась в сторону дома.

— Привет, милая. Как прошел день? Ты была у своего психиатра?


Мама звонила каждый вечер и всегда в одно и то же время. Если бы однажды в квартире сломались все часы, то по звонку матери можно было бы определить точное московское время —20:00.

— Мама, я не хожу к психиатру. Я была у психолога.

«Хотя после сегодняшнего случая в библиотеке мне нужно к психиатру».

— Ну и что говорит этот твой психолог? Когда у тебя, наконец, закончится депрессия? И вообще, я не понимаю, откуда она взялась? Ты же не Бритни Спирс, обычно у всех этих звезд такое случается; сначала у них нервные срывы, потом депрессии, потом они бреют себе головы… бьют машины…

— Мама, хватит! Депрессия бывает не только у звезд, но и у простых смертных. Ты смотришь слишком много ненужных телепередач и читаешь «желтую» прессу! Я не собираюсь брить себе голову. А если я тебе расскажу, что начала слышать голоса мертвых, ты точно отправишь меня в какое-нибудь ток-шоу!

На другом конце провода замолчали. Секунда, две, три… пять… восемь.

— Мама, ты там?

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 216
печатная A5
от 404