электронная
94
печатная A5
395
16+
Земля

Бесплатный фрагмент - Земля

За поворотом поворот


Объем:
244 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4474-5467-8
электронная
от 94
печатная A5
от 395

Часть 1

Холодная тишина не спеша надвигалась. Она поглощала все вокруг себя, каждый сантиметр, каждый завиток этого леса тонул в ее массивных ручищах, которые тянулись к этой чарующей мгле. Алисон прислонилась к дереву, а потом и вовсе сползла в низ. У нее в голове прокручивались события прошлого. Совсем недавнего прошлого, но в тоже время такого далекого. Она смотрела перед собой, но не видела ни увесистых деревьев, ни одинокой луны, свисающей красным облаком, ни путника, который шел где-то далеко, а вот и вовсе скрылся из виду. Девушку поглотили совсем другие события. Она улыбалась своей младшей сестренке, она обещала ей, что все скоро закончится, она смотрела в эти ясные зеленые глаза и просто лгала. Она прекрасно знала, что хорошо уже не будет, по крайней мере, не сейчас, не в этой ситуации. Но сердце Алисон сжималось совсем не от осознания своего лукавства перед сестрой. Больнее всего было то, что эта малышка тоже все осознавала. Ведь она ясно слышала удары ракет, чувствовала, как содрогаются стены их дома, как уходит, в прямом смысле этого слова, земля из-под их ног, уже ощущала терпкий запах химического оружия. Эта ядовитая смесь поглощала дом за домом с такой стремительностью, что бежать было просто бессмысленно. Но Алисон продолжала смотреть в ее зеленые глаза и обещать, обещать, обещать…

— Эй! Кто здесь? Покажись? — резкий голос испугал Алисон. Она вскочила на ноги и тут же была вынуждена снова пригнуться, в лицо ей ударил резкий свет от ручного фонарика. — Кто ты? Откуда? Имя? Возраст?

— Я… Меня зовут Алисон.

— Откуда ты?

— Из детского дома неподалеку, — Алисон старательно прищурилась, чтобы разглядеть человека перед собой, но увидеть ничего не удавалось. А вот голос у него был уж очень уверенным и наглым. А, может, просто слишком напуганным? Трагедия случилась несколько дней назад, по крайней мере, примерно такой промежуток времени ощущала Алисон, но это был первый человек, которого она встретила с тех пор. Все эти дни девушка провела в одиночестве. Вернее сказать в некоем трансе. После того, как за окном восстановилась тишина, она просто вышла на улицу и шла. Она даже не помнит, чтобы останавливалась поспать или перекусить. И вот теперь этот обнаруживший ее путник… В голове закралась тревожно-радостная мысль — а может, остальные города целы, и, наконец, пришла помощь? Ведь с самого начала Алисон была уверенна по какой-то внутренней интуиции, что трагедия охватила всю планету. Но, похоже, она ошиблась. Иначе откуда взялся этот живой, здоровый и уверенный в себе человек. Словно вселенская трагедия и не затронула его.

— Собирайся! Нам пора идти! — мужчина подхватил девушку за локоть и поволок за собой.

— Ай! Больно, — Алисон попыталась вырваться, но безуспешно. На руках у незнакомца были шипованные резиновые перчатки, они вцепились в ее слабую руку и не отпускали, несмотря на все попытки освободиться.

— Молчать. И… тихо ты. Не надо привлекать внимание «других», — впервые в его голосе просквозили нотки страха, и Алисон сдалась. Она поняла, что, возможно, он и правда хочет ей помочь. А вообще ей просто стало легче на душе от того, что не только ее пронзает страх и опустошение от полного непонимания того, что происходит.

Они шли быстро. Мужчина явно торопился. Либо он и правда не хотел привлекать внимание тех самых «других», либо просто всегда так ходил, военная привычка, а, возможно, Алисон просто настолько обессилела, что никак не могла поспеть за своим спасителем. Спасителем ли?

— Слушай, — мужчина резко остановился и повернулся к ней лицом, — давай я тебя лучше понесу.

— Что? О-о-о, — девушка даже не успела возразить, как оказалась на плечах у спутника. Он просто перекинул ее через плечо и, похоже, его совсем не смущало, что ей было не очень удобно, ведь висеть, уткнувшись носом в землю, не самый комфортный способ передвижения. Но сопротивляться было бесполезно, и они просто пошли дальше.

— Куда мы идем? — попыталась начать разговор Алисон.

В ответ тишина. Похоже, ей попался не самый разговорчивый спутник.

— Нам далеко идти?

В ответ снова тишина.

— Если ты устал, мы можем отдохнуть, или я могу пойти сама, — предложила Алисон. Это была еще одна попытка поговорить с незнакомцем и понять, чего же ей ожидать.

— Мы не можем останавливаться. И, вообще, молчи лучше. Просил же по тише.

Их путь продолжился в полной тишине. Зато у девушки была возможность все хорошо обдумать. Итак, она оказалась в неизвестном для себя месте где-то в пригороде. И теперь какой-то человек несет ее в другое еще менее известное ей место. И человек этот одет в… защитный костюм! Он точно ее спаситель. Просто такой неразговорчивый. «Ну, так зачем много говорить? Надо делать, ведь верно? — думала Алисон. — Интересно, он долго меня искал? И сколько же еще людей удалось спасти? Может… моя сестренка жива? — в голове пронеслась заветная мысль, скорее мечта. Алисон прекрасно понимала, что это невозможно, потому что хорошо помнила этот туманный взгляд некогда красивой зеленоглазой малышки. Все было потеряно. — Но я однозначно не единственный человек на этой планете. И это очень хорошо! — Девушка невольно улыбнулась. Впервые за последние дни у нее на душе стало тепло и уютно. Она почувствовала себя защищенной и как бы в кругу семьи. Правда вот из кого состояла эта ее новая семья совсем не подозревала».

— Почти пришли. Пить хочешь? — неожиданно спросил спутник.

«Хм… так он решил позаботиться обо мне?» — съязвила про себя девушка, чувствуя, что голова налилась кровью и скоро лопнет. Нельзя же столько времени вниз головой висеть, но в слух ответила совсем другое:

— Да, пить хочу. А куда мы почти пришли? — еще раз попытала свою удачу Алисон, а в ответ как всегда тишина. Спутник молча опустил девушку на землю, дал сделать пару глотков из своей фляжки, затем сам допил то, что осталось, и также молча снова перекинул ее через плечо, и они продолжили свой путь.

***

— Товарищ Абзуков, почему вы вернулись раньше времени? — строгий голос будто барабанил воздух своими низкими нотками.

— Так… это… Нет все равно никого. Зачем время терять, здоровье портить, — попытался пошутить солдат. Его военная кепка сползла на одну сторону и стала похожа на женскую панамку, да и вообще весь его вид совсем не сочетался со строгостью военной формы, а добродушная улыбка, не сходящая с лица, явно злила командира.

— Абзуков, приказ есть приказ! Вы между прочим один такой лентяй. Все остальные ищут, — не успокаивался командир.

— Товарищ Смирнов, ну так пусть ищут, но ведь погибли же все… Все погибли… Некого искать, — солдат тяжело вздохнул, и даже его вечная улыбка пропала с лица. — Жалко людей.

— Не ныть, — прорычал командир, но голос его все-таки дрогнул.

Они стояли у грузовика в ожидании остальных солдата. Абзуков так и поглядывал на салон автомобиля, хотелось присесть, ведь с раннего утра они были на ногах, но он не решался залезть внутрь при командире, ведь тот был раза в три старше его, но ничто не могло поколебать его упругую спину и идеальную военную выправку. Командир зашагал из стороны в сторону, терпение явно покидало его. Время от времени он нервно поглядывал на часы, а затем каждый раз щурился вдаль. Похоже, за годы службы это превратилось в привычку, а здесь так вообще обзор был идеальным, и любой спутник был виден, как только тот показывался на горизонте.

— Товарищ Смирнов, время уже вышло, что-то никто из наших не возвращается, — Абзуков попытался начать диалог, и каждый раз он как бы распробовала на вкус это слово «товарищ». Никак не мог привыкнуть к тому, что в части теперь все как бы были на равных. И все должны называть друг друга именно так, а не командир, и ни в коем случае не по званию. Все дело в том, что официально они здесь находились добровольно, и звания были неуместны. Так-то оно так, добровольно. Слишком привлекательной была оплата, вот и привлекала самых молодых и талантливых ребят. Да и сам Абзуков, при всей своей внешней наивности и ленивой нерешительности, на деле был настоящим воякой, мастером спорта, человеком прошедшим огни и воды, леса и степи, большие и маленькие города.

— Абзуков, ты видел кого-нибудь во время похода? Где расстался с ребятами?

— Товарищ Смирнов, так я… это… я шел…

— Та-а-ак, Абзуков, не зли меня, — прошипел командир. — Отвечай четко на поставленные вопросы.

Ну вот, подумал солдат, на бумаге мы конечно все на равных, без званий, а на деле… Как всегда. Но все-таки взял себя в руки, спорить не стал.

— Товарищ Смирнов, мы с ребятами поделились по направлениям, все разошлись в разные стороны. Я свой периметр проверил и вернулся обратно. — Солдат хотел еще что-то добавить, но передумал. А именно, следовало сказать, что на своем пути он увидел странное существо, испугался и вернулся быстрее к командиру. Сейчас молодой человек был уже не уверен, что именно он видел и видел ли вообще. Может, его спугнуло собственное воображение, но в тот момент он не сомневался, что его позвоночник насквозь пронзал чей-то злобный, практически нечеловеческий взгляд. Солдат испугался признаться в собственной трусости и решил утаить причину возврата, но это оказалось сделать не так-то просто.

— Как далеко ты зашел? — Не отставал командир.

— Сложно сказать… Обошел все окрестности по своему периметру. — А потом еще добавил. — Никого не видел.

— А хоть что-то ты видел? Абзуков, ну что ты все тянешь. Давай по-серьезному, так сказать, по-военному, отчитывайся, что видел, что делал. — Командир начинал терять терпение, и опять нервно заходил взад-вперед, несколько раз посмотрел на часы. Их команда явно задерживалась. И ведь ни звука от них, ни сигнала бедствия, ни единого выстрела. Тишина. Тишина и никого нет.

— Товарищ Смирнов, я шел вперед… Видел дома вдали… — В голове у солдата пронеслась целая жизнь, и все это за считанные секунды. Что же делать, думал он, ведь соврет, а сейчас вернутся солдаты, расскажут, что там на самом деле, и его поймают на лжи! Это же и под суд можно попасть за такие проделки. Ведь он так и не дошел даже до леса. Как увидел то чудовище, так и повернул обратно. А теперь вот… отдувайся за свои «шалости». — В общем, шел я, и тут…

— Смирнов, помоги! — Как раз в тот момент, когда Абзуков решился сознаться в содеянном, на горизонте показался Кружкин. На плечах у него кто-то висел, похоже это был человек.

Ух, выдохнул про себя Абзуков, кажется, пока пронесло.

Командир бросился навстречу своему заместителю и помог ему донести девушку до грузовика.

— Давайте, я сама пойду. Я могу. — Также безрезультатно попыталась Алисон привлечь к себе внимание, но они словно и не слышали ее слов.

— Что случилось? Где остальные? — Закричал командир, как только опустил девушку на землю. Его лицо покрылось испариной.

— Товарищ Смирнов, — Кружкин махнул головой в сторону Алисон. Ну, наконец, подумала девушка, они признали тот факт, что я здесь есть. — Давайте, как приедем все расскажу. Не место здесь.

На этом разговор закончился, и впервые Алисон пожалела, что так привлекала к себе внимание. Беседа явно намечалась интересная, а теперь она ничего не узнает.

— Значит, никого больше не ждем? Едем в часть? — осторожно уточнил командир, а в голосе сквозила робкая надежда, что кто-то еще вернется. Он сразу понимал, что задание не из простых. Это в рапорте черным по белому все кажется просто. Доехать до пункта А, обследовать территорию квадрата Б и вернуть в часть всех тех, кому удалось спастись. Но вот что вернется их только трое из 20 ребят, Смирнов и не мог себе представить. Что же это за такой квадрат Б, судорожно думал он.

— Да, командир, возвращаемся. — Просто ответил Кружкин.

— Не называй меня «командиром»! — Вскрикнул Смирнов. — Не в армии мы. Не в армии. — Затем резко развернулся и залез в грузовик, так и не помог ни погрузить девушку, ни собрать вооружение.

***

— Джекки, Джекки, почему они нас боятся?

— Не знаю, Маш, а может это игра такая? — Джекки пожала плечиками и побежала дальше. Она была так рада, что осталась жива. Только вот сестру ее унес какой-то странный человек. Она видела издалека, как он погрузил ее себе на плечо и понес. Сначала Джекки хотела прибежать на помощь, броситься изо всех сил спасать единственного своего родного человека, но вспомнила, что ей всего 9 лет, а он похож на военного… Куда ей с ним бороться, даже сестра совсем не сопротивлялась. А может, он хочет ей помочь, успокаивала себя девочка. Сестра так медленно передвигалась, наверное, она пострадала после бомбардировок. Но вот Джекки чувствовала себя прекрасно, ее тело наполняла неведомая сила, энергия, которая перетекала по жилам и сосудам стремительным потоком и заставляла ее двигаться без остановки. Да и вправду, остановиться было очень трудно. Как только девочка пыталась присесть или поболтать со своей подругой Машей, то мышцы тут же начинало ломить, голова кружилась.

А поговорить очень хотелось. Хотелось понять, что же произошло, почему забрали Алисон, и как им удается столько бегать и не уставать?

— Маша, а давай побежим за Алисон? Посмотрим, куда они ее забрали? — Голос звенел и растекался капелью по лесу.

— Конечно, Джекки, побежали! Быстрее, а то они уедут. Только не выходи из леса! Бежим по обочине, чтобы нас не заметили. — И Маша понеслась сломя голову туда, где на горизонте уже исчезал грузовик, в котором была заключена Алисон. Машина была очень далеко, и девочки боялись, что не успеют. Вернее, они даже были уверенны в этом, но неудержимое желание к движению и страх остаться одним заставили их бежать вперед к грузовику. Но вот всего через несколько шагов они настигли машину.

— Стой, Джекки, давай помедленнее, просто пойдем шагом, а то нас увидят и тоже заберут. Я не хочу, чтобы нас забрали. — Начала хныкать Маша.

— Не плачь. — Твердо произнесла Джекки, а про себя подумала, что так ее подруга и останется навсегда малышом, а сама перешла на шаг.

Девочки взялись за руки и пошли рядом, и самое удивительное, что, несмотря на то что они не спеша переступали с ноги на ногу, они нисколько не отставали от грузовика, который несся на всей скорости, разбрасывая куски грязи и гравия в разные стороны. Машину заносило на поворотах, а несколько раз она и вовсе чуть не слетела в кювет.

— Мы такие быстрые с тобой! — Удивилась Джекки.

— Что же происходит? Почему так? Мы что, совсем выросли? Это и значит быть взрослыми? — Медленно проговорила Маша, ковыряя в носу.

— Не знаю. — Призналась Джекки. — Сомневаюсь. Я себе взрослую жизнь всегда по-другому представляла.

— Стой, они приехали.

— Я не могу стоять на месте.

— Смотри, там какое-то огороженное здание. Давай бегать вокруг? Заодно посмотрим, большое ли оно?

— Бежим! — Девочки громко засмеялись, их звонкий хохот разнесся эхом по окрестностям и еще долго повторялся, пока они наворачивали круги вокруг загадочной постройки.

***

Кружкин уселся за руль и жал на педаль газа изо всех сил. Его словно подгоняла невидимая сила, несла на своих крыльях, удаляя от трагического места. Он постоянно оборачивался назад, его никак не покидало чувство, что кто-то уставился ему в затылок и сверлит своим взглядом. Кружкин машинально помотал головой. «Черт возьми, — подумал он, — что такое, возьми себя в руки, — твердил он под нос, — это все тебе мерещится».

Машину резко занесло на повороте, и она чуть не улетела в обочину.

— Эй, поаккуратнее за рулем! — Гаркнул командир.

— Простите. Просто надо бы быстрее в часть.

— Да что там у вас стряслось. — Пробурчал про себя командир, но спорить больше не стал.

Как только машина въехала не огороженную территорию, Кружкин выхватил девушку из кузова и поволок куда-то внутрь. Абзуков лениво собирал вещи, раскладывая все то в алфавитном порядке, то исходя из веса оружия, потому плюнул и просто сгреб все в одну кучу. «Ну, и набрали оружия с собой, — подумал про себя солдат, — столько всего везли, а команда все равно пропала, и главное без единого выстрела. Может, не услышали просто? Так вроде рукой подать до того места, и оружие-то военное без глушителей. Чертовщина какая-то творится». Но все-таки Абзуков остался доволен, что сразу испугался и вернулся к командиру. Теперь он уже ясно понимал, что если бы не странный животный страх, то его здесь, скорее всего, не было бы, да и был бы он вообще, это большой вопрос. Пока что ситуация оставалась неясной, т.к. во время поездки Кружкин так ничего и не рассказал, а только постоянно поглядывал назад и несся сломя голову, не замечая перед собой поворотов дороги и оврагов.

***

— Что стряслось? — Взревел начальник части Петр Самохин. Его выпученные глазища разъяренно уставились на Смирнова. — Почему мне докладывают, что из всей группы вернулось только три человека?

— Я… я не знаю пока еще. — Промямлил Смирнов.

— Как это не знаю! Вы были назначены ответственным за всю операцию! Где солдаты? Что там за чертовщина произошла? — Не успокаивался генерал.

— Товарищ Самохин, — начал Смирнов чуть увереннее. — А почему бы вам не рассказать нам о настоящей цели задания? Вы ведь ожидали подобное? Не случайно нам столько оружия выдали? Да вот оно не помогло…

В дверь постучали, и, не дождавшись приглашения, она отворилась. Вошел Кружкин, он не спеша проковылял через всю комнату к круглому столу, за которым проходило обсуждение, и встал около свободного стула.

— Товарищ, присаживайтесь. — С презрением вымолвил Самохин. — Вы ведь один спаслись. Вот и расскажите нам, в чем дело.

— Я постою, так будет удобнее. — Кружкин явно чувствовал себя неловко в сложившейся ситуации, и задерживаться не желал.

— Если хотите, так стойте, товарищ Кружкин, только будьте добры рассказывать, что видели, что делали. — Продолжил допрос генерал.

Кружкин поднял глаза и, наконец, осмотрел помещение. За большим круглым столом сидели незнакомые люди в серых костюмах. Все они были не молоды, что подтверждала легкая седина, усыпавшая их волосы, словно первый запоздалый снег. У всех них были яркие голубые глаза с неестественным металлическим отблеском, заглянув в них, Кружкин невольно сжался. Пять мужчин и одна женщина. Напротив него расположился генерал, а справа сидел Смирнов. Абзукова не позвали, похоже, никто не воспринимал его всерьез, а зря, подумал Кружкин, парнишка ведь первый убежал, словно почувствовал нутром опасность. Люди в сером внешне были абсолютно спокойны, и только легкое, и такое неуместное движение пальцами выдавало их волнение. Каждый что-то теребил в руках. Кружкин присмотрелся и увидел, что у всех в руке был небольшой круглый медальон из белого золота, при попадании света он отливал ярким пятном и слегка слепил глаза. На медальоне было что-то написано, то ли цифры, то ли буквы, разглядеть Кружкину так и не удалось.

— Ситуация нестандартная, — начал Кружкин. — Мы прибыли на место назначения, разделились по секторам и начали осмотр. Двигались в парах по два человека. Мы с напарником пошли на восток. После того как вошли в лес, увидели, как Алехин и Павлов… испарились. Сначала мы не поняли, что произошло. Они шли впереди, чуть левее, а потом разом исчезли из виду. Затем мы стали продвигаться дальше, старались не говорить об увиденном. Спустя метров 300 мне показалось, что я разглядел человека, сидящего сгорбившись на земле. Согласно инструкции, я направился в ту сторону, повернулся к напарнику, чтобы позвать его за собой и он… тоже… исчез прямо перед моими глазами. Я несмотря ни на что сохранил спокойствие, — на этом моменте Кружкин сделал паузу, чтобы собраться с мыслями и скрыть дрожь в голосе, которая все стремительнее старалась вырваться наружу и выдать его пошатнувшуюся нервную систему. — Я дошел до обнаруженного мною человека. Это была девушка, и она оказалась жива, поэтому я нажал на кнопку помощи на приемнике. Мы специально взяли их с собой на случай необходимости. Я отправил сигнал со своими GPS координатами. Другие солдаты должны были прислать мне свои координаты, чтобы я обнаружил ближайших коллег и вызвал их оказать мне помощь с найденным человеком, но никто не отозвался. Тогда я взял девушку и как можно быстрее направился в часть. Еще хочу добавить, что в самом начале операции, как только мы стали подходить к лесу и во время всего нахождения там, меня не покидало чувство, что кто-то за нами наблюдает. Ведь местность совсем пустая, но ощущение такое, будто ты находишься среди многолюдной толпы, как в моменты празднований на площади в честь дня города. Со всех сторон люди. А здесь… со всех сторон что-то.

Кружкин резко замолчал и снова взглянул на людей за столом. Они совсем не изменились в лице, ярко-голубые глаза смотрели также пронзительно, губы не дрогнули ни в улыбке, ни в ужасе, только пальцы продолжали теребить этот странный медальон. Кто же они такие, подумал докладчик, никогда их прежде не видел, и странно, что генерал даже не представил. Женщина слегка отклонилось в кресле, она посмотрела пристально на Кружкина, впилась в него взглядом, и голова солдата резко закружилась, в глазах потемнело, и все вокруг куда-то исчезло. И только в ушах появился странный гул, похожий то ли на морской прибой, то ли на звук скрежетания сверла о железо.

***

Рассвет не спеша заполнял комнату, проникал во все ее уголки и вот подобрался и к кровати, на которой лежала Алисон. Девушка зажмурилась во сне — солнце ударило ей прямо в глаза. Дверь слегка скрипнула, и в комнату кто-то зашел. Алисон приоткрыла веки и увидела перед собой белый защитный костюм. Этот костюм неуклюже передвигался по комнате, поправлял какие-то шнуры, что-то переключил на аппарате, расположенном слева от ее кровати, а потом наклонился над самой Алисон и посвятил ей в глаза небольшим ручным фонариком, затем что зафиксировал и ушел. Теперь девушка могла оглядеться. Она находилась в небольшой светлой комнате, которая напоминала больничную палату. К ее рукам и ногам были подключены множественные датчики, руки прикованы к боковым перилам кровати. Впереди располагался экран с множественными показателями. Алисон смогла разобрать только кровяное давление и температуру тела, вроде они были в норме. В палате не было окон, и девушка не понимала, где именно она находится. А яркий солнечный свет в полудреме она спутала с огромной светодиодной лампой на потолке. Последнее, что Алисон помнила, так это то, что ее привезли на некую огороженную территорию и передали врачам. Наверное, они сделали мне снотворное, подумала девушка, или это усталость меня свалила с ног. Алисон попыталась встать, но вспомнила, про прикованные руки. Зачем? Неужели, они боялись, что она откажется от помощи. «Интересно, они могут меня слышать? — Подумала девушка».

— Эй, — позвала она. Ее голос был осипшим и еле слышным. — Я проснулась. — Попробовала она еще раз, теперь увереннее и громче. — Я хочу пить! Можно мне воды?

Дверь снова слегка скрипнула, и в комнату вошел тот же самый белый защитный костюм, в руках у него был стакан с чем-то оранжевым, похоже, это был апельсиновый сок. Костюм подошел к Алисон, нажал какую-то кнопку, и верхняя часть ее кровати согнулась, превратившись в сидячее кресло. Костюм поднес стакан к ее губам и жестом показал, что надо пить. Похоже, отвязывать руки никто не собирался. Алисон только вздохнула, но говорить ничего не стала, а просто попыталась выпить жидкость. На вкус это оказался совсем не апельсиновый сок, а что-то соленоватое, но жажду утолило хорошо. Как только Алисон попила, костюм снова потянулся к кнопке, чтобы опустить ее.

— Стой! — Попросила Алисон, — Не надо, я устала лежать.

Костюм ничего не ответил. Девушке показалось, что человек, облаченный в защитное объемное одеяние, только пожал плечами, а затем просто повернулся и ушел, а Алисон так и осталась сидеть с прикованными к кровати руками. Куда же я попала, судорожно думала девушка, но ее сознание снова стало заполняться туманом, и постепенно она погрузилась в вязкую пустоту и уснула.

***

Наконец Кружкин очнулся, голова ужасно болела, в глазах некоторое время плыли красные круги. Постепенно он пришел в себя и огляделся. Солдат находился совсем не в своей комнате в части и не у себя на квартире. Обстановка была простой, но незнакомой. Светлые высокие стены, плоский белый потолок. В одном углу находился небольшой шкаф, напротив входной двери узкая кровать. Последнее что он помнил, это собрание в кабинете генерала и непонятные люди в серых костюмах. «Где же я теперь? — думал Кружкин, и в тоже время пытался оценить обстановку». Окон не было, это плохой знак. Вдруг дверь отворилась.

— Добрый день, Александр! — В комнату вошла невысокая и очень улыбчивая девушка, на ней был обычный белый халат, красные туфли на высоких каблуках и чудесные локоны, покрытые сединой. Это то, что бросалось в глаза моментально. — Как вы себя чувствуете?

— Где я? — Резко спросил Кружкин.

— В реабилитационном центре. Мы проводим обследование, чтобы бы убедиться, что после вашего последнего задания все показатели в норме. Нам важно знать, что вы не подверглись воздействию никакого химического или иного оружия. — Бодро ответила девушка. — Меня кстати зовут Евгения, можете именно так ко мне и обращаться.

— Хорошо, Евгения. Я здесь надолго? — Кружкин заметил, что его пальцы на руках истыканы иголками. Похоже, у него брали кровь и ни раз.

— Точно не могу вам ничего сказать. Как только мы убедимся, что с вами все в порядке, то тут же вас отпустим. — Так же дружелюбно отрапортовала Евгения.

— А я здесь долго нахожусь?

— Достаточно, чтобы у нас была возможность уже провести немалое количество исследований. — Девушка по-прежнему улыбалась, и у Александра появилось внутри неприятное чувство, что-то было в ней очень неестественное. Да и к тому же ни на один его вопрос она не ответила конкретно.

— Я здесь один? А где Абзуков и Смирнов? Где девушка, которую я нашел? — Начал выходить из себя Кружкин.

— Александр, успокойтесь. Вам нельзя волноваться. Ваши друзья также в безопасности.

— Но они здесь? — Не успокаивался солдат.

— Они в безопасности. — Ответила девушка также дружелюбно, — Вам что-нибудь принести?

— Пока нет. — Сухо ответил Кружкин.

Не получив никаких заданий, девушка просто резко развернулась и вышла из комнаты.

Александр Кружкин, солдат разведки с большим опытом, понимал, что ситуация сложилась очень многозначительная и непростая, но подавать вида нельзя. Выяснить правду и остаться в живых можно, только если продолжить играть в их игру и делать вид, что он всему верит и ни во что не вникает. Нужно найти остальных, решил он, особенно Абзукова, у парнишки чертовски хорошее чутье, оно может пригодиться. Александр лег на кровать и попытался вспомнить как можно больше информации. На допросе у генерала он рассказал не все, и остановили его именно ясно голубые глаза мужчин и женщины в серых костюмах. Дело в том, что когда они шли по лесу, и когда его напарники пропадали, со всех сторон ему виделись именно такие насыщенно голубые глаза с тем самым металлическим отблеском. Было такое чувство, что эти голубые островки «гуляют» отдельно от тела, вернее сказать, без тела. Были только глаза, у которых своя жизнь и свой способ коммуникации. «Эти люди пришельцы? Или это новый вид биологического оружия?…» Но рассуждения Кружкина были резко прерваны очередным стуком в дверь. В комнату вошла та же улыбчивая девушка, но на этот раз не одна, а с мужчиной, причем с тем самым, который был в комнате на допросе. Эти седоватые волосы и голубые глаза было невозможно забыть.

— Добрый день, Александр! Мы рады, что вы пришли в себя. — Начал он. — Меня зовут Макс, я являюсь вашим доктором. Как вы себя чувствуете?

— Кислорода не хватает. — Начал прямо Кружкин.

— Э-э-э, что это означает? — Не понял Макс.

— Давно в помещении нахожусь. Прогуляться надо, на воздух. — Уточнил Кружкин, а у самого закрался план. Надо бы поскорее узнать, где он находится, хотя бы определиться — на поверхности или под землей.

— Ах, это! Да, конечно, вам будет полезен свежий воздух. В вашем случае я бы посоветовал морской. Евгения, — обратился он к девушке, — организуй для товарища Александра прогулку.

Кружкин выпячил глаза в недоумении. Как можно подготовить морской воздух? Но решил не задавать лишних вопросов, а дождаться результатов, и все увидеть самому.

***

— Джекки, очнись! Просыпайся же! — Маша теребила подругу за плечо, но это не помогало. Девочка была напугана, она сжала свои маленькие кулачки и начала изо всех сил ударять по хрупкому телу Джекки. В ее голове рождались самые страшные мысли. Маша совсем не помнила, как они уснули, просто разом потеряли сознание, их тела рухнули на землю в неуклюжих позах. Возможно, виной всему было безудержное желание девочек постоянно бежать, находится в непрерывном движении. Теперь же Маша чувствовала себя практически нормально, только рука слегка болела, скорее всего, от неудобной позы, в которой она спала. А вот Джекки никак не приходила в себя. Маша слегка огляделась. Они находились все там же, недалеко от военной базы, которая вмещала в себя всего одно небольшое здание, территория была огорожена невысоким забором, причем без проволоки. Похоже, бежать никто не собирался. Или у хозяев были другие методы удержания пленных? Судя во всему никто из вернувшихся из леса не выезжал обратно, по крайней мере, машина была на месте, на территории по-прежнему трудились солдаты. Кто-то тренировался, кто-то занимался хозяйством. Внешне все было спокойно, и напоминало глухую деревню, в которой жизнь течет своим размеренным потоком, и нарушается только раз в год в дни проведения масштабной ярмарки.

— Маша, ты почему не моргаешь? — раздался за спиной у девочки неожиданно голос Джекки. Маша подскочила на месте.

— Ты что меня пугаешь? Ты жива! — Радостно воскликнула отчаивавшаяся подруга и бросилась на шею к Джекки, крепко прижимая ее к себе.

— Конечно, жива. Ух, куда ты там смотришь? Что-то случилось? — Джекки подобралась поближе к Маше и подперла голову руками.

— Нет, все спокойно. Твоя сестра, судя по всему, еще там.

— Это хорошо. Ты ее видела?

— Нет. — Маша колебалась, как бы подобрать слова помягче, ведь Джекки очень переживала за Алисон и мечтала снова ее встретить. — Я не видела ее, но я уверена, что с ней все хорошо!

— Ты не можешь быть в этом уверена. — Джекки поднялась на ноги и подошла ближе к дороге. На глаза у девочки выступили небольшие слезки. — Мы должны все сами проверить!

— Но как? Это же военная база! Как мы туда проберемся?

— Помнишь, ведь вчера мы так быстро двигались, и нас никто не замечал! Мы сможем. — Принялась убеждать ее Джекки.

— Но это было вчера, а сегодня мы стали снова обычными. — Маша подошла ближе к Джекки, словно пыталась отговорить ее силой мысли.

— Нет, Маша, мы не обычные, мы особенные! А Алисон моя сестра, и мы просто обязаны ее найти. У меня ведь больше никого нет! — Джекки слегка пригнулась и приблизилась к лицу Маши. — Что случилось с твоими глазами? — Удивленно произнесла Джекки.

— А что случилось с моими глазами? У меня царапина? — испугалась Маша, и ее рот искривился в испуге.

— Нет-нет, не царапина. Они… они такие яркие! Ярко-голубые. — Джекки не могла оторвать взгляд от этих глаз, они словно гипнотизировали ее.

— Джекки, что ты такое говоришь? У меня же карие глаза. — Засмеялась Маша. Ну, и устала моя подруга, подумала девочка, уже цвета перестала различать. Но тут она сама открыла рот. Ее взгляд совпал со взглядом Джекки, и на нее внимательно смотрели ярко голубые глаза подруги. — Но ведь у тебя были всегда зеленые глаза…

— А теперь? — Не удержалась Джекки. — Тоже голубые?

— Да. — Только и смогла тихо вымолвить Маша. Значит, Джекки была права, они не стали снова обычными детьми, уже никогда ими не станут.

***

Мэтью сидел в своем кабинете и рассматривал картину на стене. Этот пейзаж украшал его офис с того самого момента, как он начал здесь работать, а ведь прошло уже 10 лет. Мэтью много раз хотел снять этот вид на лазурное побережье, он никогда не любил море, да и женщины, которая сделала этот подарок, больше не было в его жизни. Так, осталось только ненужное напоминание. Но работы было всегда много, руки не доходили сменить интерьер, и картина продолжала покорно висеть на своем месте. «10 лет, — думал Мэтью. — Прошло уже целых 10 лет. Столько всего изменилась, но вот эти чайки, летящие низко над морем, да и эта странного цвета рамка по-прежнему на том же самом месте. И зачем она только подарила мне этот пейзаж? Знала ведь, что я боюсь плавать. Лучше бы лес… Я как раз здесь живу в окружении леса уже 10 долгих лет. Долгих, но в то же время таких быстрых лет».

В дверь кто-то постучал. Так не вовремя, Мэтью совсем не хотелось разговаривать по работе, а в этих стенах обсуждали только эти вопросы. Бывало, что они засиживались с коллегами пару раз допоздна, вспоминая жизнь «до», но это только приносило всем душевные страдания и неминуемо возвращало ностальгию по родным местам. Так что такие праздноства постепенно сошли на нет.

— Кто там? — Пробурчал Мэтью.

На вопрос никто не ответил, но дверь отворилась, и в комнату вошла невысокая хрупкая женщина. На вид ей было около 50 лет, может чуть больше. Она встала в дверях, небрежно поправила волосы, словно набираясь решительности и наконец спросила:

— Я не вовремя? Хотела узнать, как все прошло?

— Как что прошло? — Продолжал Мэтью. Он резко развернулся на стуле и повернулся к вошедшей спиной.

— Вся операция? Кто-нибудь выжил на этот раз? — Женщина прошла к столу и присела на стул напротив, уходить без ответов она явно не собиралась.

— Да, есть выжившие, есть жертвы. Все как всегда. — Мэтью решился повернуться к гостье. — Джесс, что тебе нужно?

— До этого выживших не было… Мэтью, я старею. Стремительно старею. Мне нужны ответы! — Ее голос слегка надорвался. Она хотела еще что-то добавить, но остановилась.

— Мы все стареем. — Подмигнул ей Мэтью.

— Ты не понимаешь…

— Я все понимаю, — перебил ее Мэтью. — Вы, женщины, всегда зацикливаетесь на возрасте и седых волосах. — Его лицо освятила улыбка, и, впервые за этот день, на душе стало светлее от того, какие женщины непоследовательные в своих действиях, и как много для них значит их внешность.

— Ох, Мэтью, выслушай меня. Я старше тебя на три года, а значит, мне сейчас 36, а по показателям, мое старение намного опережает твое… Я вчера была на приеме у Макса.

— У кого? Прости, я задумался о своем, не расслышал. — Мэтью явно летал в облаках и выслушивать эту историю еще раз у него не было ни малейшего желания. Каждый раз, как только они завершали очередные испытания, к нему приходила Джесс и начинала ныть и изливать душу о своей старости. Все находящиеся на объекте были высококвалифицированными учеными, которые принимали активное участие в поисках противоядия. Все, кроме Джесс. Она попала сюда совершенно случайно. Ее парень хотел наделить бессмертием и свою подружку, но в ходе процедуры у него появилась сильная аллергическая реакция на вещество, которая привела к его смерти. Джесс же осталась жива, и теперь была обречена на существование в их мире, в котором она всегда будет чужой и одинокой. Она немного общалась только с Мэтью, т.к. он был хорошим другом Сезан, ее умершего молодого человека.

— Я была у нашего врача Макса. — Продолжила Джесс. Она словно не замечала равнодушия Мэтью, — Он сказал, что мои процессы ускорились.

— После наступления тридцатипятилетнего возраста такое случается у всех. — Спокойно ответил Мэтью.

— Но меня это не устраивает! — Не отставала Джесс.

Мэтью посмотрел на нее с яростью и решил, что пора таким разговорам поставить точку. Всем было плохо, все пытались найти выход, но она, Джесс, не прилагала к этому никаких усилий. Да, у нее не было нужных знаний, но за эти десять лет можно было все изучить, или хотя бы помогать в лаборатории, стать ассистентом. Но эта престарелая девушка не привыкла трудиться, ее подход был очень прост — найди мужчину, начни ему жаловаться и он решит твою проблему. Все, с меня хватит, решил Мэтью и собрался сказать ей все, что думал об этой «проблеме». Но тут зазвонил телефон.

— Да, я слушаю. — Пробурчал Мэтью и понял, что не судьба распрощаться с Джесс. Теперь момент уже упущен. — Уже? Хорошо, сейчас буду.

— Кто звонил? — Обрадовано спросила Джесс. Она тоже почувствовала, что перегнула палку и была рада, что их прервали.

— Из лаборатории. Они завершили исследовать выжившую девушку. Мне нужно просмотреть результаты.

— Да, конечно. Не буду мешать. — Джесс встала и направилась к выходу.

— Хочешь со мной? — С надеждой в голосе спросил Мэтью.

— Нет, пожалуй, ты сам. Так будет лучше, я же в этом ничего не понимаю. — Улыбнулась Джесс.

— Ну да, ну да… — Только и смог ответить Мэтью.

***

— Итак, что мы имеем? — Начала совещание Маргарет. Она окинула взглядом собравшихся, и еще раз убедилась, что общий дух команды стремительно падает. Они собрались в той же самой комнате, где допрашивали Кружкина, только теперь уже без него и без генерала. Маргарет являлась руководителем базы и, в тоже время, ее идейным вдохновителем, который всегда умело поднимал дух коллег и вселял им веру светлое будущее, даже когда свет в конце их тоннеля почти гас. Теперь же даже Маргарет находилась на грани отчаяния.

— Мы обследовали девушку, которая спаслась. — Начал Макс.

В комнате наступила тишина. Каждый хотел задать этот вопрос, но никто не решался, поэтому Макс продолжил:

— Да, на этот раз, впервые у нас есть человек, которому удалось выжить атаку.

По комнате пронеслась волна облегчения. Маргарет откинулась на спинку стула и слегка улыбнулась. Мэтью вздохнул и поджал губы, он чувствовал, что в этом подарке судьбы есть подвох.

— Значит, решение испытать вещество на детях оказалось верным? — Спросил он.

— Не совсем. — Засомневался Макс. — Девушка, которой удалось спастись, ее зовут Алисон, уже не ребенок. Ей 19 лет, и она работала в детском доме.

— Мы разве меняли формулу? — Удивилась Маргарет.

— Нет, мы использовали то же вещество. — Возразил Мэтью. — Но почему же так вышло?

— Я не знаю. — Угрюмо ответил Макс, и слегка опустил голову.

— Вы проверили ее карту? Возможно, она принимала новые не исследованные на совместимость лекарственные средства. — Уточнил человек, сидящий в углу. Это был Робертс, самый старый из всех. Ему было уже около 40, и его дни в прямом смысле истекали, а, значит, он как никто другой был заинтересован в успехе исследования.

— Мы все проверили. — Начал Макс, — В этой девушке нет ничего особенного. Более того… то что я сейчас скажу не поддается логике, но все ее показатели в норме и никак не изменились после атаки. Это выглядит так, словно ее там и вовсе не было. Мы также исследовали солдат, которые спаслись, и они проявляют изменения в рамках нормы, вернее, в рамках той корреляции, которую мы получали в предыдущих опытах. А вот девушка…. Она совсем не изменилась! — Макс не выдержал и перешел на крик.

— Успокойся, — холодно сказала Маргарет. — Всему есть свое объяснение, надо только его найти. Значит, показатели в норме?…Вы точно все проверили?

— Да, сколько можно повторять, что мы все проверили?! — Макс, явно вышел из себя.

— Успокойся, — вмешался Мэтью. — Этот случай выпадает из всех наших предположений, наша реакция вполне понятна.

— Вся эта история с самого начала не соответствует нашим ожиданиям. — Макс нервно встал и стремительно вышел из комнаты, напоследок еще и хлопнув дверью.

В комнате снова наступила тишина. Все понимали причину такой реакции Макса, но никто не хотел защищать его открыто, ведь паника недопустима.

— Нужно провести полный анализ этой девушки, — решила взять на себя инициативу Маргарет. — Собрать полную информацию о ее жизни, в том числе глубокий анализ ДНК. Причина должна быть.

— А если ее и правда там не было во время атаки? — Все-таки решился спросить Робертс.

— Как это так? — Удивился Мэтью.

— Очень просто, у нас уже были случаи, когда компания Родсен мешала нам карты, и отдаляла нас от разгадки.

— Робертс! — крикнула Маргарет. — Эти случаи были не доказаны, к тому же, зачем им это делать, не понятно. Мы работаем на эту компанию! Так зачем же они станут сначала нанимать нас, а затем мешать в работе?

— Чтобы мы дольше мучились. — гаркнул Роберст и тоже вышел из комнаты.

— Всем понятны задачи? — уточнила Маргарет. Участники только молча покивали в ответ. — Значит за работу! Следующее собрание завтра в это же время. Встречаемся и отчитываемся о результатах.

Когда Маргарет уже вышла в коридор и свернула на лестницу, ее окликнул Мэтью:

— Маргарет, стой!

— Что-то срочное? — спросила она как можно невиннее. Она-то прекрасно понимала, о чем он хочет поговорить.

— Хотел подробнее обсудить план действий по лаборатории, чтобы… спланировать работу своего отдела. — Также «невинно» ответил он.

— У меня в кабинете через 10 минут. — жестко ответила Маргарет и резко пошла дальше по коридору, но совсем не в сторону своего кабинета.

Как скажешь, дорогая, подумал Мэтью, и решил перед разговором перехватит чашечку кофе, ведь день предстоит быть не из легких.

***

Джекки стояла возле обозначенного ими места встречи и ждала Машу. Девочки договорились обследовать территорию вокруг и собрать как можно больше информации о военной части, чтобы спланировать вторжение внутрь. Она должна была найти сестру! Джекки уже закончила обход, а вот Маша опаздывала, и девочка начинала беспокоиться за подругу. Они не спали всю предыдущую ночь, обговаривали возможные планы, продумывали схему движения по части, но одно было ясно — без возможности передвигаться быстро, проникновение будет не из легких. Джекки услышала шорох листьев недалеко от врага, правее от их самодельного подобия лагеря, и пригнулась. Скорее всего, это возвращается Маша, но все же она не хотела рисковать. Джекки спряталась за кустом и сначала разглядела ботинки, которые и заставляли шуршать листья. Это была не Маша. Обувь была мужской, похоже, это был мальчик, живший в комнате напротив. Вот он подошел ближе, и Джекки смогла разглядеть его лицо, это действительно был Питер. Он шел не спеша, недоумевая смотря по сторонам. Его взгляд был затуманен, будто он находился в трансе, голова повернута на правый бок. Потом мальчик увидел что-то вдали и бросился бежать в ту сторону. Алисон продолжала сидеть, скрываясь от посторонних глаз. Она не хотела встретиться с ним, по крайней мере, пока что. Джекки только сейчас поняла, что они были так заняты обсуждением их поисков Алисон, что девочки совсем забыли о других детях, которые жили с ними в детском доме. «Ведь они все стали такими же, как и мы? — удивилась собственной мысли Алисон. — Или не все?»

— Джекки! Джекки! Ты где? — это вернулась Маша.

Наконец, с облегчением подумала Джекки, а вслух добавила:

— Найди меня, если сможешь! — и весело засмеялась. Но ничего не произошло, а Маша только монотонно повторила:

— Джекки! Джекки! Где же ты?

Теперь Джекки заметила, что голос подруги звучал не естественно. Она слегка выглянула из своего укрытия, чтобы попытаться разглядеть Машу и ужаснулась. Ее подруга приняла такую же странную позу, как и Питер, которого она видела пять минут назад. Ее голова была повернута на правую сторону, глаза словно в трансе. Джекки испугалась и решила сохранять молчание, с подругой что-то случилось и ей сперва следует подольше понаблюдать за ней. Маша ходила неровными кругами, еле переставляя ноги, затем, как и Питер, увидела что-то вдали и резко бросилась бежать в ту сторону.

Что же это было, недоумевала Джекки, неужели я осталась одна? А затем девочка вскочила и побежала догонять Машу, ей было необходимо проследить что же случилось, и возможно ей удастся приблизиться на шаг ближе к разгадке всего происходящего.

***

Евгения решила проводить Кружкина до номера. Его прогулка по морскому побережью оказалась совсем не тем, что он представлял. Перед выходом из комнаты девушка одела ему на глаза плотные очки и вывела, держа за руку. Они долго шли, несколько раз поворачивали направо, затем налево, далее их ждал спуск вниз по лестнице. Затем солдат оказался в каком-то помещении. Маску с его глаз так и не сняли, а просто усадили на кресло, в руки вручили пластиковый стакан с арбузным соком (такова эта жидкость была на вкус) и оставили на неопределенное время. Все попытки солдата встать и изучить местность заканчивались тем, что неизвестная сильная рука опускалась ему на плечо и усаживала обратно на стул. Воздух в комнате действительно был морским, и даже был слышен шум моря, но весь этот антураж однозначно был создан искусственно. Кружкин не знал, сколько времени он провел в «лицизрении» моря, но его спина начала затекать от нахождения в одной позе, а ноги ломило.

— Может, достаточно? Я хочу в палату. — на его призыв никто не ответил, но через некоторое время в комнате снова оказалась Евгения. Она пообещала, что совсем скоро он вернется «к себе», и предложила проводить его таким же образом, как они и попали сюда. Только вот их дорога обратно явно отличалась. Александр тщательно запоминал маршрут до этой комнаты, количество шагов, повороты и т. д. Ведь он, обученный солдат, имел все навыки, чтобы без труда повторить маршрут, даже если его вели с завязанными глазами. Похоже, врачи, которые его опекали, были в курсе таких особенностей, и теперь, отводя его обратно в палату, они просто дошли до лифта и поднялись наверх. Зачем так делать? Не понимал Кружкин. Я ведь уже запомнил маршрут, а теперь они мне подсказали еще одну дорогу. Но как только он оказался в палате, то все стало ясно. Это была совсем другая комната. Интерьер оставался прежним, но вот ее размеры отличались, и мебель стояла немного иначе. Значит, я теперь никогда не смогу найти начальную точку, понял Кружкин. Люди, с которыми он имел дело, понимали толк в своей работе и запутывали следы очень качественно. Неужели каждый раз они будут переводить меня в другую палату? Сколько же здесь комнат, чтобы это было возможно?

Евгения сняла повязку, пожелала хорошего отдыха и удалилась. Александр же рухнул на кровать и даже не заметил, как его поглотил глубокий, вязкий сон.

***

Мэтью вошел к Маргарет без стука. Он бесцеремонно прошел через кабинет, уселся на кресло и закинул ноги на стол. Маргарет только обвела его спокойным, ничего не выражавшим взглядом. Либо ее такое поведение не удивляло, либо она была слишком поглощена другими проблемами, которые была важнее, чем наглость коллеги.

— Давай поговорим, — решительно начал Мэтью.

— Мы уже разговариваем, — спокойно ответила Маргарет и что-то записала в свой ежедневник.

— Я серьезно. Как такое могло случиться? Девушка, совершенно обычная девушка подвергается воздействию нашего препарата, заметь, неизменной формулы препарата, и остается не просто цела и невредима, она совсем не проявляет никаких симптомов! Если бы она осталась жива, но скажем, у нее выросла вторая голова или четыре сердца, я бы не удивился, но… Остаться совершенно нормальным, здоровым человеком? Это, знаешь ли, не нормально при таких обстоятельствах!

— Возможно, она была чем-то больна? Я же сказала на собрании, что мы изучим ее биографию подробнее, — Маргарет продолжила что-то писать в ежедневнике.

— Ты что-то скрываешь! — начал Мэтью, но Маргарет его перебила:

— Мэт, ты ворвался в мой кабинет и начал меня оскорблять! Это неприемлемо. Хочешь поговорить — прекрасно, давай поговорим. Но я не позволю повышать голос и обвинять меня в том, что я не совершала. Я также как и ты не понимаю, как это могло произойти, и почему выжила только одна девушка… но я держу себя в руках и продолжаю работать, чтобы найти ответы на эти вопросы, а не обвиняю своих коллег!

— А давай вспомним проект Дрефт? — Мэтью взглянул на Маргарет исподлобья и злобно ухмыльнулся.

— Никакого проекта Дрефт нет! И никогда не было, — Маргарет швырнула ежедневник и уставилась на Мэтью. Она была в ярости, но это только добавляло энтузиазма интервьюеру.

— Сезан мне рассказывал перед смертью, что мы — это только часть проекта, — продолжил Мэтью. — Что есть еще люди, другие, которым ввели иную модификацию вируса, но ничего не произошло. Их оставили в покое, но просто продолжили наблюдать за ними.

— Мэтью, прекрати, — прервала его Маргарет. — Это все сказки. Никакой другой модификации нет. Есть только мы, только эта база, только наши исследования.

— Сезан говорил, что ты, как руководитель этой базы, в курсе всех операций, — не успокаивался Мэтью.

— Все чушь! — Маргарет, начала нервно покачиваться на стуле.

— Тогда зачем ты каждую неделю уезжаешь в столицу? — Мэтью слегка наклонился в ее сторону и оперся руками об стол.

— Чтобы предоставить отчет. Не поверишь, но мы должны отчитываться, куда уходят средства, которые нам выделяют, — Маргарет попыталась добавить в голос немного сарказма, но получилось фальшиво.

— Зачем уезжать? Сейчас век Интернета и телефонов. Можно же просто устроить телеконференцию. Ты уезжаешь, что бы мы ничего не знали! Ничего не слышали! — Мэтью перешел на крик. Маргарет хотела что-то добавить, но потом передумала.

Мэтью был в ярости, он подскочил к девушке и попытался схватить ее за рукав халата, но, к счастью, Маргарет удалось увернуться. Она стремительно подбежала к своему рабочему месту и просто нажала красную кнопку под крышкой своего стола. Незамедлительно в комнату вошла охрана, ловко подхватила Мэтью под плечи и с вывела из комнаты. Уже на пороге Мэтью обернулся, пристально посмотрел точно в зрачки Маргарет и добавил низким голосом:

— Ты ведь знаешь, что многие не верят в смерть Сезана. Такой молодой и здоровый и один не выжил инъекции…. Многие считают, что это ты его убила. И они правы!

Охрана вытолкала Мэтью в коридор и отвела в его комнату. Маргарет же осталась у себя и еще долго смотрела в пустоту и о чем-то напряженно думала.

***

Джекки бежала не долго, через несколько метров от дороги начиналась просторная поляна. Ее окружали высокие увесистые деревья, и создавалось впечатление, что это сцена античного амфитеатра, огороженная со всех сторон зеленым забором. На поляну со всех сторон стекались дети-зомби. Они не спеша передвигали ногами, то ли знали, что их ждет смерть, то ли жизнь уже давно покинула их сознание, и осталась только механика движения, которая оставляла их с каждой минутой. Джекки спряталась за одним из деревьев и стала наблюдать за тем, что происходит дальше. В центре поляны находилось несколько солдат. Они были хорошо вооружены, и одеты в защитный костюм. Недалеко от них стоял небольшой фургон.

Детей становилось все больше и больше, через некоторое время один из солдат подошел к грузовику и взял в руки необычное приспособление: металлический цилиндр вытянутой формы, с одного края на его корпусе разместился зловещий черно-желтый знак. Джекки никак не могла понять, что это за приспособление. Инструмент не был похож ни на ружья, ни на дубинку. Но буквально через пару минут незнание закончилось. Солдат навел прибор на толпу детей и нажал на рычаг, из отверстия вылилось стремительное огненное пламя, оно поражало все на своем пути, в том числе и недавних соседей Джекки по детскому дому. Девочка вскрикнула, она хотела выбежать, остановить их. Но потом осознала, что это все бесполезно, это уже не были ее прежние друзья, ведь несмотря на губительное пламя они слепо продолжали идти навстречу своей окончательной гибели. Джекки видела, как Маша, ее ближайшая подруга, шла также упрямо вперед, и когда ее настигло пламя, она совсем не сопротивлялась, а затем исчезла навсегда. Эта картина никогда не покинет память Джекки, и в самые горькие и страшные моменты жизни она будет видеть перед собой покорность подруги, вернее того, что от той осталось.

Всего минут десять и солдаты закончили свое задание. Поток детей завершился, они подождали еще немного, а потом собрали оружие, запрыгнули в фургон и быстро уехали. Джекки села на землю и неожиданно для себя заплакала. Она так долго и так старательно держалась. Она пыталась быть сильной несмотря на свои девять лет, но теперь одиночество и безысходность накрыли ее стремительной лавиной. Джекки вспоминала, как они играли с Машей, как строили планы на будущее, как ругались иногда, очень редко. Но ведь где-то там, за забором у Джекки осталась сестра! Она еще не знала, жива ли та, и сможет ли Джекки ее отыскать, но теперь у девочки не было другого пути, ей было некуда идти, только туда, к сестре.

Слезы постепенно начали высыхать на бледных щечках Джекки, она окончательно сползла на землю, свернулась калачиком и заснула.

***

Абзуков и Смирнов возвращались в фургоне с задания. Сначала они ехали молча, Абзуков никак не решался начать разговор, но та куча вопросов, которая заполняла его мозг, не давала покоя языку, который у него, по утверждению многих, был, есть и всегда будет без костей.

— Товарищ Смирнов, почему мы их всех сожгли? И что с ними? Такие странные… Бездушные… –начал он, постоянно поглядывая на начальника, в надежде разглядеть в его чертах зеленый свет к продолжению разговору.

— Что тебе сказать, Абзуков, — вздохнул Смирнов. — Они и есть бездушные… Чертовщина здесь происходит, и нам лучше не вмешиваться, чтобы спокойно дослужить срок и вернуться домой, — продолжил он.

«Задушевного разговора не получится», — подумал Абзуков, но все-таки решил задать главный вопрос, который его мучил:

— А куда делся Кружкин? Я его не видел с того дня.

— Он в больнице. Его обследуют на вопрос заражения, — отрапортовал как всегда Смирнов.

— До сих пор? Меня быстро осмотрели и все… — Абзуков снова украдкой взглянул на Смирнова, тот сохранял спокойствие, значит, можно было продолжить задавать вопросы. — А вам не кажется, что он там что-то видел, и его просто прячут? Просто теперь Кружкин знает что-то секретное, и ученые его никогда не выпустят. А может они его уже… того…

— Абзуков, ну что за чушь ты несешь, — только и ответил Смирнов, но его взгляд и мимика говорили об обратном, он вовсе не считал это чушью, и явно подобные мысли появлялись у него самого. Но в заключение только добавил. — Ты главное никуда не ввязывайся, просто спокойно дослужи и быстрее возвращайся к семье. Обещаешь?

— Обещаю, — уверенно ответил Абзуков. Он вспомнил свою девушка Маринку, он обещал ей, что скоро вернется, и он вернется. Но вот Кружкин… Жаль товарища, но ничего не поделать, ему одному не справиться с целой военной базой. Если только навести справки, может удастся что-то узнать? Но лучше быть осторожнее, твердо решил он и переключился на воспоминания о доме и родных.

***

Алисон уже спала, когда в комнату кто-то вошел. С тех пор, как ее привезли в это здание, она практически не выходила из состояния сна. Доктор Макс навещал ее по несколько раз в день, и ни разу не уходил без образца ее алой крови или других анализов. Ее тело просканировали вдоль и поперек, нашли и проанализировали все детские травмы, посчитали, сколько раз она болела простудными заболеваниями, выявили все лекарственные средства, которыми ее лечили, но, на счастье Алисон, аптечка детского дома не отличалась большим разнообразием. Алисон, все видела словно в бреду. Невысокая женщина с объемными седыми волосами тихонько подошла к ее кровати, достала из кармана шприц (очередной анализ, только и успела подумать Алисон) и взяла у нее кровь. Затем также неслышно вышла из комнаты, а Алисон снова провалилась в сон.

***

Маргарет очень торопилась, она практически неслась по коридору к своему кабинету. Ей нужно было успеть доставить в столицу кровь Алисон, которую она только взяла, и сделать это как можно быстрее, пока был анализ свежим. В кабинете ее уже ждал Смирнов. Он резко подскочил на ноги, когда она вошла, и так и продолжал стоять молча. Было видно, что мужчина боится задавить вопросы, и не хочет подорваться на этом минном поле. Хорошо, что он понимает, что задание секретное, подумала Маргарет, страх лучшая защита, а лишние вопросы мне сейчас не к чему.

— Добрый вечер, — начала Маргарет. — Спасибо, что не опоздали.


— Добрый… — замялся Смирнов.


— Я передам вам коробку, которую нужно вывезти за пределы части. Никому ни слова. Сделать нужно прямо сейчас и как можно быстрее, — параллельно с объяснениями Маргарет подошла к высокому шкафу у окна, достала от туда небольшую металлическую коробку и переложила в нее пробирку с кровью. Смирнов успел увидеть только краем глаза, что за посылка ему досталась, но все было понятно без слов. Он без труда догадался, что это была кровь кого-то из спасшихся, только не был уверен, кому она принадлежала, той девушке или Кружкину. Но задавать вопросов Смирнов не стал. — Вот, это сама посылка, — Маргарет передала Смирнову холодную металлическую коробку, которая оказалась тяжелее, чем он представлял. — А это подробное описание, куда ее нужно доставить. Когда будете на месте, отдадите листок курьеру, — информация была указана на визитной карточке Маргарет, написана мелким сбивчивым почерком, было понятно, что она писала текст в спешке.

Смирнов только успел обежать координаты взглядом, как Маргарет строго произнесла:

— Пора ехать. Нельзя терять ни минуты.

— Прошу прощения, — Смирнов быстро спрятал карточку в карман брюк, и направился к выходу.

— Как вернетесь в часть, — сказал Маргарет, когда он уже закрывал за собой дверь. — Зайдите сначала ко мне в офис. Я хочу знать, как все прошло.

Смирнов только кивнул в ответ, и отправился на секретное, но с виду такое простое задание. На улице была непроглядная темь. На ночь все освещение специально выключали, чтобы не привлекать внимание. Он хотел достать фонарик, но передумал из тех же соображений, чтобы не привлекать внимание.

Солдат достал визитку с инструкцией и прочитал, что первый и главным пунктом было следующее — нельзя использовать средства передвижения, а значит, прокатиться не удастся. Смирнов только пожал плечами, секретность так секретность, и пошел пешком.

Дорога заняла у него около часа. Смирнов не привык к таким длительным прогулкам и заметно устал, ноги налились свинцом, и в его голове было единственное желание — упасть на мягкую кровать и уснуть.

Обогнув обрыв, он заметил недалеко от опушки, на которой они были днем с Абзуковым, вертолет! Целый вертолет! Ничего себе, серьезные ребята, подумал Смирнов. Он зашагал быстрее, чтобы произвести впечатление на заказчика, ну и чтобы немного взбодриться.

— Добрый вечер, господа! — начал бодро Смирнов как только добрался до вертолета. Из кабины вяло вылезли два широкоплечих парня в штатском. Похоже, они уснули, пока ждали его.

— Посылка у тебя? — спросил один из них.

— Да, вот она. В целости и сохранности, — ответил Смирнов, протянув коробку. Спросивший молча взял ее и убрал в кабину. Смирнов удивился, он думал, что посылку вскроют, чтобы убедиться в ее целостности, или хотя бы в том, что там есть такая заветная пробирка, ради которой даже прислали целый вертолет. Но, похоже, ребят это не интересовало. Пока солдат задумался и наблюдал, как первый убирает коробку в кабину, второй, в штатском, застал Смирнова врасплох. Он стукнул его по голове дубинкой, и тот потерял сознание, и совсем не сопротивлялся, когда его запихнули в вертолет и улетели. Больше солдата никто никогда не видел.

***

Маргарет ждала Смирнова до самого утра. Она привалилась в кресло и укрылась теплым пледом, который ей подарили родители после окончания школы. Это было прекрасное время надежд, ей казалось, что все научные достижения впереди, и премии тоже, если уж на это пошло. Рассвет уже просачивался сквозь плотные шторы, закрывающие окна, когда она наконец провалилась в сон. Надежда дождаться Смирнова практически покинула девушку. У Маргарет было два предположения. Первое заключалось в том, что Смирнов обманул ее, и сдал их план остальным. Но это было маловероятно, потому что она до сих пор в своем офисе, а не в камере заключения. Второе, более неожиданное, но именно оно казалось наиболее правдивым. ОН обманул ее. ОН обещал, что вернет посыльного, но его ликвидировали. ОН — это человек, с которым Маргарет общалась из вне и который давал все указания. Именно к нему на отчеты она ездила каждую неделю. Его звали Клод (по крайней мере, так он себя называл), и он являлся сотрудником некой фармацевтической компании, которая официально выпускала медикаменты, а негласно работала на армию, разведку и другие военные структуры, занималась разработкой нового биологического и химического оружия. По крайней мере, так представляла себе их цели Маргарет, с Клодом они никогда ничего не обсуждали. Она только приезжала, отчитывалась и получала дальнейшие указания, которые не должны были поддаваться ни обсуждению, ни сомнению.

В дверь раздался стук, и Маргарет проснулась. Она с трудом оторвала тяжелую голову от подушки, ее тело затекло от сна в неудобной позе. В офис вошел Макс:

— Маргарет, я нигде не мог тебя найти? Ты спишь? Ты заболела? — череда вопросов налетела на Маргарет, но думалось и тем более отвечалось ей не просто.

— Сколько времени? — скорее прошептала, чем проговорила она.

— Уже почти 12… — Макс стоял в растерянности и не знал, как лучше поступить, уйти или все-таки остаться и сообщить то, о чем он пришел сюда сказать.

— Черт! — выругалась Маргарет, вскакивая с кресла и пытаясь привести себя в порядок: ее непослушные локоны стали еще меньше поддаваться укладке после того как поседели, теперь структура волос изменилась, они стали жестче и «упрямее». — Кто-нибудь заметил мое отсутствие?

Макс помотал головой в знак отрицания и спустя некоторое время добавил:

— Только Мэтью спрашивал, не уехала ли ты опять на встречу к боссам. Он явно переживает, что ты умалчиваешь факты и… — Макс замолчал, почувствовав, что сболтнул лишнего. Конечно, доктор не хотел лезть не в сове дело и задавать неудобных вопросов, но правда заключается в том, что эта ситуация широко обсуждается среди остальных ученых, они подозревают Маргарет в нечестности и склоняются ко мнению, согласно которому их, талантливых и высокообразованных ученых используют с другой целью, которая им не разглашается. Нахождение в состоянии неведения коллег не устраивает, да и Макс его не одобряет, но в отличие от других старается придерживаться более нейтральной позиции, и вот теперь он взял и ляпнул такое. Но судя по всему Маргарет такое предположение ничуть не удивило, она только кивнула головой и продолжила заниматься своей прической. Через несколько минут усердных маневров с расческой и пару попыток привести ее вид в приемлемый, а именно в деловой и отдохнувший (ведь никто не должен ничего заподозрить и начать задавать вопросы), Маргарет сдалась и решила просто собрать волосы в хвост. Она часто так делала в молодости. Конечно, и сейчас она еще была молодой женщиной, но вот внешне ей явно было лет 50—55, так что седые волосы и морщинки плохо сочетались с девичьим высоким хвостом. Но если не сегодня, то когда я на такое решусь, подумала Маргарет и справилась с задачей в считанные секунды. Ловкие пальцы помнили все на уровне механических движений и ловко соорудили на ее голове прекрасный высокий хвост.

— Макс! –Маргарет резко обернулась к врачу, она так увлеклась своей прической, что совсем забыла, что была в офисе не одна, к тому же ведь именно Макс к ней пришел, значит, на это была какая-то причина, возможно, новость по обследованию. Либо что-то произошло… Маргарет похолодела от этой мысли, она вспомнила ночь накануне и то, что Смирнов так и не вернулся. По позвоночнику пробежала холодная змейка страха и отчаяния, но она твердо решила не показывать вида и пыталась приложить к этому максимум усилий. — Прости, я забыла, что ты здесь…. Что-то случилось? — осторожно спросила Маргарет.

— Да, — начал осторожно Макс. Он никогда не видел Маргарет такой… несобранной и взволнованной. Врач боялся, что его новости еще больше расстроят девушку. — Маргарет, в общем, мы пока не поняли, как это произошло, но возникли проблемы с теми солдатами, которые вернулись с задания…

Худшие подозрения Маргарет подтверждались:

— И? Что именно произошло. — Она замерла, и даже, кажется, перестала дышать на какое-то время, сердце быстро билось, в висках стучало, ну вот, думала она, он не вернулся. Маргарет поняла, что до этого момента в ней еще жила пусть и слабая, но все-таки надежда, вера в то, что Смирнов просто устал или забыл зайти к ней, или он стучал, а она уже уснула. Девушка не хотела быть причиной его гибели, ведь раз она его отправила на эту роковую встречу, то получается она стала палачом, который привел в действие этот смертный для солдата приговор.

— Смирнов, это старший солдат, командир задания, пропал. Кружкину, солдату, который нашел девушку, резко стало хуже, у него начали проявляться симптомы заражения, но только намного стремительнее, чем обычно. Это особенно странно, учитывая, что до сегодняшнего дня он чувствовал себя абсолютно хорошо. — Макс, замолчал, и внимательно смотрел на Маргарет, он ждал вопросов.

— А… а третий? Там же вроде был третий? — Маргарет подошла к окну и смотрела вдаль, ей совсем не хотелось встречаться взглядом с Максом, страх выдать себя, свое причастие к пропаже Смирнова не давал ее покоя. Одна ее часть хотела, чтобы этот разговор завершился как можно быстрее, другая же половина, жаждала узнать все подробности, ведь без них разобраться в обстоятельствах и вырваться из этой ловушки такого стремительного старения было невозможно.

— Ах да третий…. Макс задумался. — Маргарет, я совсем забыл, что их было трое. Мы так увлеклись поисками Смирнова и срочным обследованием Кружкина… Я сейчас же дам указание найти и допросить его! Возможно, он сможет рассказать о тех солдатах и пролить свет на их жизнь и причины этих событий. И что важно — есть ли между ними связь.

— Не надо, я сама займусь третьим солдатом, — Маргарет приняла решение не привлекать к расследованию «лишних» людей, т.к. она не была уверена, рассказал ли Смирнов о своем задании товарищу по казарме, а ведь после прибытия в часть, он продолжал жить именно вместе с этим третьим. — Я займусь солдатом, а ты, Макс, лучше потрать больше времени на обследование Кружкина, никто не сможет заменить тебя как врача, сейчас это важнее. Мы должны понять, что спровоцировало такое резкое ухудшение.

***

Джекки проснулась ночью, ее разбудил шум вертолета, во время посадки его крылья задели за ветки деревьев и обрубили их с треском. Джекки испуганно вскочила, но потом решила спрятаться и проследить, что будет дальше. Долгое время ничего не происходило, из вертолета никто не выходил, и он просто одиноко стоял на опушке, на той самой, которая стала местом страшных событий. Теперь же, этой глубокой ночью, поляна была пуста, ночной свет скрывал последствия страшной трагедии, и со стороны она казалась совсем невинной и даже располагающей, например, к пикнику. Джекки уже начала снова погружаться в сон, когда послышался хруст веток, он был слышен из глубины леса со стороны военной части, а еще минуты через две показался один из солдат, которых она видела днем. Он шел быстро, сильно торопился, в руках крепко сжимал небольшую металлическую коробочку. Джекки насторожилась, солдат явно направлялся к вертолёту. Он хочет уехать, предположила Джекки, но потом вспомнила коробку у него в руках, и догадалась, что он только исполняет роль посыльного, передает что-то.

Сначала все шло хорошо, солдат подбежал к вертолету, отдал посылку и уже был готов возвращаться в часть, когда один из штатских нанес ему удар по голове. Солдат упал, двое в штатском запихнули его тело в вертолет и улетели.

Как только шум мотора стал не слышен, Джекки выбежала из укрытия и подбежала к тому месту, где совсем недавно находился солдат. Конечно, он был причастен к смерти ее друзей из детского дома и особенно ее подруги, но, с другой стороны, эти дети уже перестали быть полноценными людьми, и ведь он просто исполнял приказ, как и сейчас, а с ним обошлись так жестоко. Тем более что он был среди тех солдат, которые спасли ее сестру. Джекки должна была найти Алисон несмотря ни на что, а именно этот человек, который еще совсем недавно был от нее на расстоянии каких-то десяти метров, мог стать ключиком к решению этой задачи. Теперь же его не вернуть.

Джекки склонилась над землей, девочка поджала под себя ноги, села на корточки и словно попыталась нащупать мужчину. Она никак не хотела верить, что от него не осталось и следа. На глаза Джекки выступили слезы, ведь все, кто мог ей помочь, кого она встречала на своем пути последние несколько дней, погибали. Возможно, девочка бы продолжала так сидеть еще долго, но тут что-то завибрировала под листьями справа от девочки.

— Телефон! — вскрикнула она. — У него был телефон!

Джекки тут же извлекла устройство из кучи старых листьев и веток, Смирнову звонил Абзуков. Джеки радостно нажала на кнопку принятия вызова и закричала в трубку:

— Привет! Это Джекки! Мне нужна помощь! — девочка так кричала, что поначалу даже не заметила, что голос в трубке жил своей жизнью. Низкий мужской голос продолжа повторять одно и тоже:

— Смирнов! Смирнов! Ты слышишь меня? Это Абзуков? Ты где? Ты слышишь меня? Я ничего не слышу…

— Как не слышишь? — удивилась Джекки. — Абзуков, это Джекки, я нашла твоего друга.

— Ничего не слышу. Эй, что со связью? Напиши, если ты слышишь меня, я отключаюсь, — и разговор на этом оборвался.

— Стой! Стой! — закричала Джекки в трубку, но было уже поздно. — Черт, что случилось со связью?… Он просил написать, та-а-а-к, где здесь сообщения.

Девочка ловко разобралась в телефоне и отправила Абзукову сообщение следующего содержания: «Солдат умер. Его убили в лесу. Я Джекки, я нашла его. Мне нужна ваша помощь». Через несколько минут пришел ответ: «Смирнов прекрати шутить… Не смешно! Какая еще Джекки? Мы же всех спалили и… в лесу никого не осталось».

Джекки разозлилась, прочитав сообщение. Как он смел так говорить о ее друзьях! Но решила не обрывать связь, так как это была ее единственная ниточка к сестре, и немного подумав Джекки написала: «Ок, ты меня раскусил. Никому не говори, что мы переписывались. Я кое-что узнал. В часть не вернусь, это опасно. Надо встретиться завтра днем. Напиши мне, как сможешь выбраться в лес». Ответ не приходил долго, Джекки уже начала разочаровываться в надеждах, которые она возлагала на этого Абзукова, но, наконец, телефон издал долгожданный звук вибрации Бжик-бжик, и на экране появилось сообщение: «Я знал, что что-то не так! Тебя понял, я никому ни слова. Завтра свяжемся. И… будь осторожнее».

***

Маргарет очень торопилась. Она уже приняла душ, переоделась, и сейчас ее единственной целью было, как можно скорее поговорить с третьим солдатом. Ситуация накалялась, она не могла допустить, чтобы кто-то ее опередил, особенно Мэтью. Если же ему удастся найти какие-то компрометирующие факты против нее, то он однозначно не станет сомневаться и раздумывать, а тут же их обнародует. Маргарет была уверена, что даже если коллеги ее пощадят, то Клод, узнав об утечки информации, приложит все усилия, чтобы ликвидировать ее, и просто назначит на пост руководителя исследовательской лаборатории другого человека, к примеру, того же Мэтью, так сказать за заслуги перед отечеством.

Маргарет практически вылетела из своей комнаты и уже повернула в сторону лестницы, ведущей к корпусу солдат, как ее настиг Мэтью.

— Куда-то спешишь? — холодно произнес он. — Ты снова ездила совещаться к своим «боссам»?

— Я?… С чего ты взял? И да, я спешу, если ты не в курсе у нас пропал солдат, — резко ответила Маргарет.

— Я в курсе. Так может ты и приложила к этому руку, чтобы замести следы? А теперь спешишь припугнуть последнего, который остался? Ах, и да, — Мэтью оперся рукой об стену, перегородив Маргарет проход, — ты еще специально заразила инъекцией солдата, который нашел девушку, устраняешь следы, Маргарет?

— Прекрати нести чепуху, — ее голос сорвался, она была в ярости, но даже не столько на Мэтью, а на Клода, и остальных руководителей, которые отдавали такие указания, и даже на того солдата, которому стало хуже. Ведь Мэтью был прав, все действительно выглядело именно так, словно Маргарет была виновна и подстроила все события, чтобы скрыть некие факты. Но я же не причем! — кричала про себя Маргарет. — Я ничего не делала, я не виновна. Как так вышло?

— Маргарет, знай, я уже поговорил с последним солдатом.

Маргарет застыла, ее лицо окаменело, краска покинула и без того бледные щеки, и она спросила дрожащим голосом:

— И? что он сказал?

— Значит, все-таки шла к нему, — улыбнулся Мэтью. — Не переживай, он тебя не выдал, похоже ты его хорошо обработала заранее. А вообще странно, что солдат, живущий с другим солдатом в одной комнате, который ко всему прочем еще и его командир, совсем не беспокоится, когда его сосед не приходит ночевать… И не задает лишних вопросов, не бьет тревогу и даже не пытается с ним связаться. Паленным пхнет, Маргарет, — Мэтью снова улыбнулся, на этот раз его улыбка скорее походила на оскал, глаза сверкали яростью и чувством торжества и превосходства. Похоже, в этот момент он ощущал себя умнее всех, по крайней мере, умнее Маргарет однозначно.

— Мэтью, пусти меня, — голова Маргарет немного кружилась, мысли отчаянно путались, но она должна была поговорить с этим солдатом сама, а вдруг это Мэтью его запугал, обработал, как он выразился? — У меня и правда есть дела.

— Конечно, дорогая. Хорошего дня, — язвительно добавил он и решительно зашагал в противоположную сторону.

Маргарет выдохнула, голова продолжала кружиться, и девушка поняла, что ей срочно необходимы хотя бы пара глотков кофе и что-то перекусить, ведь она так спешила, что до сих пор ничего не поела. Но теперь разговор с солдатом придется отложить, так как она должна быть в полной форме, ведь с ним уже поговорил тот, кто так старательно пытается найти ее ошибки и опорочить перед лабораторией.

***

Абзуков был на ногах с самого утра, он всячески пытался отвлечь себя от мыслей о Смирнове и о том, что тому удалось узнать. Скорее всего, дело касалось Кружкина, возможно, Смирнов убедился, что они его держат в палате и никого не пускают совсем не в медицинских целях. Судя по всему, Кружкин и правда стал свидетелем событий, которые стоили ему свободы. Но почему никто не забил тревогу, когда Смирнов бежал? Никто не знает, что ему стало известно? Вопросы возникали в голове солдата один за другим, и он так явно помнил их последний разговор наедине, когда они возвращались в фургоне с задания по поджогу зомби… Смирнов просил Абзукова, чтобы он не вмешивался, не лез ни в свое дело, спокойно дослужил и вернулся домой к семье. А теперь получается, что он сам просил его «влезть» в эти самые дела. Похоже, все и правда очень серьезно, возможно, дело даже касается национальной безопасности! От этой мысли у Абзукова перехватило дыхание, но он тут же помотал головой — сейчас не время воображать себя супергероем, дело касается его жизни, и не только его.

Абзуков думал, какой бы момент выбрать для связи со Смирновым. Как только обнаружится пропажа солдата, а это случится на утренней тренировке или завтраке, ему будут задавать много вопросов, и лучше не рисковать, пытаясь улизнуть из части, а то и его запишут в диверсанты.

Как только пропажа Смирнова обнаружилась, его отыскал Мэтью, один из ученых. Абзуков как раз в это время проходил очередное обследование. Макс, местный врач, без лишних объяснений и даже скорее бесцеремонно отвел его в лабораторию и принялся брать неисчисляемое количество анализов, делать снимки всех частей тела и испытывать его сердечно-сосудистую систему посредством физических упражнений. Мэтью попросил Макса оставить их наедине, сел напротив и поначалу просто пристально разглядывал лицо солдата, то ли он собирался с мыслями, то ли нагонял страху, но, если быть честным, то допрос был не из легких, а осознание того, что Абзуков практически прикован к медицинскому креслу кучей трубочек и датчиков и не в состоянии никуда уйти, даже если очень захочет, совсем не добавляли ему оптимизма.

— Итак, — начал Макс. — Смирнов пропал. Где он? — спросил Мэтью сразу в лоб и сощурил глаза, пытаясь прочитать ответ в зрачках Абзукова.

— Да, я слышал. Я ничего не знаю, — резко ответил солдат и тут же пожалел о таком скором ответе, слишком неубедительно он выглядел и только наоборот убеждал вопрошающего в том, что Абзукову было что-то известно. Надо было немного поломаться, пусть слезу…

— Я не верю, — спокойно ответил Мэтью и немного отпустил «прицел» и даже слегка откинулся на спинку кресла. — Ты все знаешь, все до мелочей. Признайся, и тебя не тронут.

— Кто меня не тронет? — голос солдата слегка дрожал. Черт, судорожно думал Абзуков, нужно срочно брать себя в руки, иначе они сейчас додумают такое, что мне и в голову не приходило.

— Товарищ Абзуков, не надо делать вид, что вы ничего не понимаете, — продолжал гнуть свою линию Мэтью, но на этот раз его голос стал мягче, а давление на солдата ослабло. Это невинное и даже глуповатое выражение лица Абзукова подсказывало ему, что тот и правда ничего не знал, а тревогу не забил, потому что судьба товарища его не особо заботила. Правда заключалась в том, что Мэтью ничего не знал ни о каком заговоре между Маргарет и солдатами. Впрочем, как и тайная связь между Маргарет и фармацевтической компанией была лишь плодом его фантазии. Просто эта ситуация с пропажей солдата казалась ему странной, и очень хотел найти отсылку к Маргарет, тем более, что именно сегодня когда она так нужна, ее нигде нет. Мэтью решил, что она выполнила некое указание и отправилась отчитываться о результатах к боссам.

— Я правда ничего не понимаю, — медленно, можно сказать задумчиво, произнес Абзуков. Он старался не показывать никаких эмоций, чтобы не вызвать лишних сомнений.

— Хорошо. Отдыхайте тогда, — Мэтью резко встал и направился к выходу.

— А почему меня решили обследовать? — наконец решился спросить Абзуков. Этот вопрос его мучил с того самого момента, как Макс привел его в лабораторию. Он боялся, что его, как и Кружкина, закроют в палате, и он не сможет помочь Смирнову…

— Отдыхайте, товарищ Абзуков, — только и ответил Мэтью и вышел в коридор.

Дверь не успела захлопнуться, как в комнату уже вошла Евгения с очередным списком процедур и манипуляций, которые она планировала проделать с Абзуковым, и солдат понял, что он здесь надолго.

***

Кружкин слегка приоткрыл глаза, все предметы двоились и отливали странным белым светом. Он попытался встать, но ничего не вышло, силы словно утекли в неизвестную черную дыру, покинули его безвозвратно, и теперь он лежал распластанный в палате, не в состоянии даже поднять голову. Сознание возвращалось постепенно, периодически в голове начали всплывать воспоминания прошедшего утра. Она вспомнил, как его разбудил стук в дверь, в комнату вошла Евгения, помнил, как она склонилась над ним, а на ее лице застыло выражение ужаса, затем его куда везли, потом пустота. Теперь он находился в просторной палате, со всех сторон она была уставлена неизвестными большинству человечества медицинскими приборами и установками, от его тело отходило множество трубочек, через некоторые в организм поступала разноцветная жидкость, зеленая, желтая и даже фиолетовая, через другие трубки из организма постоянно капала по капле кровь в один из приборов. Это происходило с периодичностью примерно в две минуты, установка судя по всему совершала химический анализ крови, а затем выдавала на своем табло показатели. Значение этих цифр было непонятно Кружкину, но то, что они успевали измениться кардинально за каждые две минуту однозначно настораживало солдата. Кружкина немного подташнивало и одновременно хотелось пить, он попытался позвать кого-нибудь. Но губы не поддавались и просто отказывались разомкнуться и издать звук. Однако, его попытки были замечены каким-то образом, судя по всему за пациентом велся пристальный видеоконтроль, в комнату тут же вошла Евгения со стаканом той самой жидкости, которая была внешне так похожа на апельсиновый сок. Но вопреки ожиданиям Кружкина она не поднесла стакан к нему, а извлекла новую стерильную трубку, опустила ее в стакан, а конец с иглой ловко запустила ему в вену. Оранжевая жидкость быстро потекла по трубке в тело. И через пару минут Кружкин почувствовал, как жидкость работает, и жажда действительно начала отступать.

Евгения продолжала стоять неподвижно до тех пор, пока стакан не опустел, затем она вытащила иглу и выбросила остатки процедуры в корзину рядом с кроватью. Кружкин хотел спросить, что с ним случилось, но тело по-прежнему не поддавалось.

— Вам лучше молчать и постараться отдохнуть, — ласково произнесла Евгения, она слегка склонилась над кроватью Кружкина, в ее лице было особое умиротворение и… жалость, какая бывает, когда родственники утешают тяжелобольного человека, но при этом все понимают, что спасение не придет.

Евгения подкрутила один из рычажков на дозаторе с лекарствами. И голова Кружкина начала быстро затуманиваться, предметы снова поплыли перед глазами. Его резко потянуло в сон, и через считанные секунды он уже не лежал в больничной палате, он рассекал гладь океана на лодке, встречался с друзьями и даже вернулся к своей семье; а на его лице отображался только глубокий крепкий безмятежный сон.

***

Маргарет слегка постучала в дверь, прежде чем зайти в палату, в которой проходил обследование Абзуков. Молодой человек немного встрепенулся при виде ее, он попытался оправить рубашку и всклоченные волосы, но выполнить задуманное ему помешало множество трубочек и датчиков.

— Добрый день, Маргарет! — нарочито весело произнес он и натянул на лицо веснушчатую улыбку. Абзукову было достаточно одного взгляда, чтобы понять, что Маргарет была одной из ученых. Ее серебристые волосы и ярко-голубые глаза говорили громче научных наград и достижений.

— Здравствуй. Как ты себя чувствуешь? — Поинтересовалась Маргарет. Она присела на край кровати и поджала под себя ноги, было очевидно, что данная поза была совсем не удобна и доставляла девушке дискомфорт, но она чувствовала свою вину, что этот молодой человек оказался заточенным на базе, и теперь Маргарет уже серьезно сомневалась, вернется ли он когда-либо домой. Последнее задание закрутилось вереницей непредсказуемых событий, оно несло ее героев по неизвестному им сценарию, и Маргарет не хотела загадывать даже то, как закончится сегодняшний день.

— Не знаю… Уже не знаю, — солдат улыбнулся. — Утром все было хорошо, а потом меня привели сюда и начали делать кучу анализов, и теперь я уже начинаю чувствовать как мое состояние и правда ухудшается. Наверное, это паранойя, — Абзуков засмеялся, и Маргарет улыбнулась в ответ. — И потом еще ученый Мэтью приходил, допрашивал меня…

— Он спрашивал про твоего товарища? Смирнова? — Маргарет пыталась всем своим выражением выявить благосклонность и расположить Абзукова к себе, взрастить в нем желание поделиться с ней даже сокровенными секретами, ведь если Смирнов задумал ловушку, чтобы подловить Маргарет, то Абзуков точно в курсе хотя бы части дела, а если тот просто погиб, то… то уже ничего не исправить.

— Он не мой товарищ, — резко возразил Абзуков, он пытался всех убедить, что никак с ним не связан и ничего не знает. А всех, значит всех. В том числе и Маргарет, несмотря на то, что к ней он относился с особой теплотой. Абзуков видел девушку в первый раз, но ее яркие синие глаза непонятным образом сразу расположили его к ней, и он чувствовал по отношению к девушке, сидящей сгорбившись напротив, особую теплоту.– Да, он думает, что я участвовал в каком-то сговоре против Смирнова, — продолжил рассказ Абзуков.–Но это неправда! Мы с ним почти не общались, поэтому я и не забил тревогу, когда он не пришел ночевать. Да, что скрывать, я даже не заметил этого… — На этот раз не обошлось без слез, и Абзуков слегка всплакнул, насколько позволяли его театральные способности.

— Не переживай, — Маргарет слегка погладила солдата по плечу. — Я тебе верю, и ни в чем тебя не обвиняю. Просто расскажи мне, что было вчера? Когда ты его видел последний раз?

— Я не помню точно… — Абзуков прищурился и попытался вспомнить в какой из последних моментов они были вдвоем со Смирновым и когда их мог кто-то видеть. — Когда мы вернулись с задания. Мы ездили вычищать территорию, — на слове «вычищать» голос Абзукова слегка поник, он словно перемалывал это слово как кусок старого жесткого полена, который плохо поддавался обработке. — И когда мы вернулись, разобрали вооружение и разошлись. Все, больше я его не видел. Я потом пошел в спортзал, потом ужин и спать… Еще погулял немного перед сном.

— А такое уже бывало, чтобы Смирнов не приходил домой ночевать? — до сих пор Абзуков ни слова не упомянул о разговоре Смирнова с Маргарет, и судя по всему, он и, правда, ничего не знал.

— Не знаю, вроде нет. Бывало, что я ложился спать раньше, но утром когда просыпался, Смирнов был на месте, — соврал Абзуков. Возможно, два солдата и не были близкими друзьями, и, скорее всего, назвать их товарищами в «гражданском» смысле слова, как это бывает у одногруппников или ребят, живущих по соседству, их было нельзя; но они в полной мере могли именовать себя военными товарищами, а это значило, что каждый стоял друг за друга горой, и случись что (например, один из них не придет ночевать, это же все-таки не город, задержаться в ночном клубе нельзя), то другой обязательно отправиться на поиски своего «военного товарища». Как результат, подобной ситуации не возникало, Смирнов и Абзуков всегда знали о местонахождении друг друга, и в случае трудностей каждый был готов незамедлительно отправиться на помощь.

***

Маргарет откинулась на спинку кресла, в ее руке дымила очередная сигарета. Судя по наполнению пепельницы, стоящей недалеко от края стола, это была уже даже не первая пачка сигарет. Маргарет курила очень редко. Ей удалось побороть эту привычку студенчества. Но в моменты, когда ее жизнь наполнялась чередой непредсказуемых событий, ей не удавалось себя сдержать, и пристрастие к сигаретам снова всплывало на вершину ее привычек и желаний. Она нервничала, их телефонный разговор с Клодом откладывался уже на два часа, вернее сказать, он просто не звонил по непонятной для Маргарет причине, и в голове начинали возникать самые страшные картины возможных событий, которые откладывали их разговор. Раньше такого никогда не случалось. Как-то раз Клод перенес разговор, но сообщил об этом своевременно. Теперь же девушка сидела в абсолютном неведении и непонимании, есть ли смысл не отходить от телефонной трубки и дальше, либо можно отправиться в лабораторию.

Наконец, аппарат издал звук. Маргарет напугалась, это случилось так неожиданно, в тот самый момент, когда надежда уже практически покинула ее. Девушка слегка подскочила на стуле, затем застыла и так и сидела недвижимая, пока телефон надрывался. Маргарет поняла, что несмотря на то что она хотела поговорить с Клодом и спросить его, что произошло с их солдатом, с другой стороны, она безумно боялась этого разговора. Да и к тому же, кого Маргарет пыталась обмануть, ведь она бы никогда не решилась ничего спрашивать у Клода, его действия всегда были вне сомнений. Телефон издал последний надрывной трезвон и умолк.

— Черт! — сухо вскрикнула Маргарет, она сжала кулаки и со всей силы начала колотить себя по животу. — Он больше не позвонит! Что я теперь буду делать… — Слезы начали подступать, как телефон зазвонил снова. Девушка отчаянно схватила трубку и прохрипела. — Алло! Маргарет у телефона.

— Маргарет, добрый день! — в трубке раздался радостный голос Клода. Он был как всегда приветлив, а его корявый французский акцент добавляла фразам комизма. Раньше это поднимало Маргарет настроение, но не сегодня. Сегодня она даже не слышала его слов, будто их смысл сразу оседал в ее сознании, минуя тот участок мозга, который отвечал за восприятие эмоций и настроений.

— Добрый день, Клод, — ответила Маргарет также угрюмо, как и ощущала себя сейчас.

— Что же вы не берете трубку? Я уже начал переживать, — нарочито притворно выразил жалость и сочувствие Клод, что только добавляло, даже как бы подчеркивало смысл, мне все равно, чтобы с вами не случилось, главное это только выполнение наших целей.

— Простите, Клод, не успела подбежать. Наш разговор начался чуть позже… — начала Маргарет, но продолжить эту тему не решилась. — Я успела отвлечься. Прошу прощения.

— Вы прощены, Маргарет, — также весело ответил Клод.

— Клод, вы хотели что-то обсудить? — не просто же так он написал о звонке, вряд ли Клод жаждал поговорить о погоде или королеве Виктории.

— Да, конечно, хотел узнать новости. Как дела на базе? — голос собеседника стал чуть жестче. Незнающий бы даже не заметил этих изменений, но Маргарет общалась с ним не первый год, и могла определить подобные перемены в настроении.

— Все… стабильно. Ухудшилось состояние солдата, который спас девушку.

— А сама девушка как? — Клод слегка кашлянул, что только делала более очевидным его желание узнать эту новость как можно скорее.

— С ней все хорошо. По-прежнему все хорошо. Как результаты анализов? — Решилась спросить Маргарет. — Вам потребуются еще образцы?

— Нет, всего достаточно. Маргарет, на самом деле я хотел обсудить другой вопрос. — Клод выждал паузу, но Маргарет продолжала сохранять молчание. — Нас интересуют останки детей, которых вы уничтожили в лесу.

— Что? Что вы имеете в виду? Это невозможно, мы же применяли специальные огнеметы, они ничего не оставляют!

— Пепел? — в голосе Рона сквозил сарказм, который можно было интерпретировать следующим образом: нам это необходимо, а то как вы обеспечите решение нашей проблемы, никого не волнует.

— Пепел… — Маргарет сомневалась. Она не была уверена, можно ли еще собрать пепел, ведь его быстро разносило ветром, но еще больше она сомневалась, стоит ли задавать лишние вопросы и сопротивляться. — Да, я думаю, пепел мы сможем собрать.

— Вы думаете или вы соберете? — Клод уже откровенно издевался.

— Мы соберем. Сколько нужно? — и все? Он звонил ей только ради этого? Ради пепла? Да и зачем он им… похоже они нашли в анализе Алисон что-то необычное.

— пробирку. Можно больше, если сможете собрать больше.

— Хорошо. Завтра утром будет готово, — кто-то постучал в кабинет Маргарет, разговор нужно было заканчивать быстрее.

— Нет, завтра поздно. Сегодня ночью снова пришлем наш вертолет, он и заберет посылку, как и в прошлый раз.

— Клод! — Маргарет сама не ожидала, что ее слова прозвучат настолько грубо.– Не надо как в прошлый раз! У нас может не остаться солдат для очередной посылки.

— Хорошо, — Клод слегка засмеялся, Маргарет чуяла нутром, как его толстые губы расплылись в улыбки до ушей, и он еле сдерживал себя, чтобы не залиться поросячьим смехом.

— И еще, Маргарет, — Клод снова преднамеренно выдерживал паузу, Маргарет на этот раз подала голос.

— Да, Клод, я вас внимательно слушаю, — смиренно ответила она.

— Больше никаких исследований и анализов девушки, которая спаслась. Никого к ней не пускать. Дальнейшие указания вы получите позднее, — звуки металлического голоса отскакивали от телефонной трубки как мячик и пронзали череп Маргарет.

— Почему? –постаралась ответить также холодно она.

— Дальнейшие указания будут позднее, — только ответил Клод и просто положил трубку.

В кабинет снова постучали, и Маргарет, наконец, пригласила посетителя войти. Это был Макс, на его лице сияла радостная улыбка.

— Маргарет, ты занята? — он вбежал в комнату вприпрыжку, и явно не мог устоять на месте. Молодой человек постоянно перескакивал с ноги на ногу.

— Нет, я тебя слушаю. У тебя хорошие новости? — впервые с вчерашнего вечера Маргарет слегка улыбнулась.

— Да! Просто превосходные! Я нашел необычные антитела в крове Алисон! — заметив на лице Маргарет недоумение Макс пояснил. –Алисон, это та девушка, которую мы спасли.

— Ах… и что с ней? — Маргарет чувствовала, что Макс на пороге важного признания, но… скорее всего его находки придется скрыть.

— В ее крови есть антитела к неизвестному нам вирусу, вернее сказать, на данный момент мы не смогли его определить. Нам потребуется доступ к международной базе, а для этого нужна ты, — Макс широко улыбнулся, его слегка кривоватые зубы сверкали как лысина на солнце, но он ничуть не смущался.

— Так вот зачем ты ко мне пришел? — весело подразнила его Маргарет. Оптимизм врача явно был заразителен. — Зачем еще вам нужна старая Маргарет? — засмеялась девушка.

— Маргарет, ты не старая! И к тому же скажем так, я смог оторвать себя от микроскопа только благодаря тому, что мне потребовался твой доступ к базе. Находка слишком необычная! Идем же скорее.

— Кто еще об этом знает? — Маргарет спросила осторожно, она не спеша встала со стула и начала ходить из стороны в сторону, периодически поглядывая из окна.

— Никто, пока что только я… А что? Что такое? — Макс убрал руки в карманы и сделал несколько шагов к двери. Он никогда не разделял стремление других ученых обвинить Маргарет в сговоре с властью, но вот сейчас… когда все так ждали ответов, она боялась, что остальные их все-таки получат? И эта мысль наталкивала Макса на определенные выводы…

— Нет. Нет, ничего, — Маргарет поспешила успокоить врача. — Я только не хочу обнадежить коллектив. Макс, пойми, ситуация очень серьезная. Дать людям надежду, а потом отобрать… это ведь еще хуже, чем совсем ничего не обещать.

— Да… — Макс задумался, а может она была права? — Что ты предлагаешь сделать?

— Давай вместе посмотрим базу, сравним результаты, но… только ты и я, больше никто не должен ничего знать, — Макс только кивнул в ответ. — И еще, Макс, — поспешила добавить Маргарет, — никаких официальных записей. Ничто не должно выдать наш секрет, ты понял?

Врач явно выразил недоумение и недоверие по отношению к просьбе Маргарет.

— Почему? — медленно произнес он, словно пробуя слова на вкус, пытаясь их распробовать, и понять причину такой секретности.

— Верь мне, просто верь, я пытаюсь защитить нас всех, а чтобы это сделать, никто не должен обнаружить наши дальнейшие находки, никто даже не должен понять, что мы что-то продолжаем исследовать.

— Маргарет, — Макс посмотрел ей в глаза, слегка сощурился и, выждав некоторое время, добавил.– Я верю тебе. Вернее, я могу сделать вид, что верю тебе, но только при одном условии.

— Каком?

— Ты тоже будешь верить мне, или делать вид, мне не важно, но я хочу знать про проект, — Макс продолжал смотреть в упор на Маргарет.

— Какой проект? — попыталась спросить она как можно невиннее.

— Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду. Я приду сегодня вечером, и ты мне все расскажешь, а затем мы вместе отправимся исследовать необычные антитела Алисон, — Макс снова улыбнулся и, не дожидаясь ответа, повернулся к выходу из комнаты.

— Макс, — окликнула его Маргарет.– Я очень хочу все тебе рассказать, — соврала она.– Но давай не станем торопиться. Это и правда сверх секретная информация, и на самом деле, если ты ничего не знаешь, то это даже лучше для тебя самого. Давай начнем работать вместе, изучим глубже анализ крови Алисон, а затем… когда я пойму, что это безопасно, в первую очередь для тебя, я все тебе расскажу. Макс?

Врач ничего не ответил, а только молча вышел из комнаты, хлопнув дверью.

***

Абзуков находился в спортзале, когда Маргарет передала ему задание от Клода. Солдату не верилось, что удача так улыбнулась ему. Это был нестерпимо монотонный и однообразный день, солдат провалялся в палате его большую часть; всего части тела, каждая мышца и каждый суставчик невыносимо ныли и жаждали немедленного движения. Поэтому сразу из палаты, вопреки предостережениям врачей, Абзуков отправился в тренажерный зал. Гантели и беговая дорожка всегда помогали ему справиться с чувством ярости и беспомощности, а когда эти два состояния переплетались, то было достаточно добавить пару десятков кругов в бассейне, и все как рукой снимало.

Абзуков уже закончил тренировку и собирался в душ, когда его неожиданно настигла Маргарет и делала достаточно странное, секретное поручение. Ему было необходимо отправиться в лес, отыскать остатки пепла от зомби, собрать их в небольшую баночку и дождаться вертолета, чтобы передать пепел на исследование. Все вроде обычно и безобидно, даже вполне объяснимо. Все помимо секретности задания. Никому нельзя упоминать о его вылазке в лес. Скорее всего, начал осознавать Абзуков, у Смирнова было похожее задание, только что-то пошло не так.

На улице уже давно стемнело, когда Абзуков отправился в путь. Он натянул на себя теплую толстовку, на всякий случай прихватил припасы первой необходимости — фонарик и оружие — и вышел за периметр части. Теплый летний ветерок слегка колыхал макушки деревьев, от того в воздухе витало ощущение, что он не один, что кто-то постоянно за ним наблюдает и даже идет рядом. Абзуков помотал головой и постарался отбросить все сомнения подальше. Незадолго до выхода он написал Смирнову, что скоро будет в лесу, и, вопреки запретам Маргарет, также рассказал ему о своем поручении. Они договорились, что Смирнов сам его найдет, но он обязательно будет осторожен, чтобы люди из вертолета не смогли их увидеть вместе.

***

Джекки готова была прыгать от радости, когда получила сообщение от Абзукова. Девочка ждала новостей от солдата весь день, она не находила себе места, так как боялась, что Абзуков ее предал, вернее предал своего товарища Смирнова. Целый день он не выходил на связь и не подавал признаков жизни в целом. И вот он написал, что весь день над ним опять ставили опыты, а именно собирали анализа и проводили полное обследование всех органов. Оказывается, Абзуков только что освободился и получил очередное задание, которое связано с походом в лес. Теперь они могут без труда встретиться, и Абзукову даже не придется выбираться из части тайком, что самом по себе могло вызвать вопросы.

Как только Джекки увидела солдата еще издалека, она тут же подпрыгнула на землю, отряхнула ноги и побежала на встречу. Девочка старалась не шуметь, но безумная радость, наполнявшая ее, бурлила, растекалась по телу, и переполняла сосуды. Как только Абзуков перешел через дорогу, и его скрыли густые деревья и лесной полумрак, Джекки радостно подбежала к нему, весело махая рукой в знак приветствия. Она ожидала, что он не сразу поймет, в чем дело, ведь Абзуков ожидает увидеть Смирнова, а не маленькую девочку. Джекки предполагала, что он отпрянет или удивится, или… хотя бы просто остановится. Но Абзуков продолжал идти вперед, словно ничего не происходило, словно перед его глазами не появился из неоткуда в лесу ребенок, словно… словно он ее не видел!

— Эй! Привет, Абзуков! — прокричала Джекки, она жаждала докричаться до солдата, и интуитивно ей казалось, что если он ее не видит, то стоит только поприветствовать солдата по громче, и он тут же услышит ее. Но ничего не произошло, Абзуков продолжал идти и не замечать девочку, тогда Джекки подскочила сбоку и хлопнула его по плечу изо всех сил.

— Ай! — взвизгнул Абзуков как девчонка. Он подскочил на месте и испугался не на шутку. Похоже, чувство, не покидавшее его весь путь от части, будто кто-то его преследует, не было беспочвенным. — Кто здесь? — солдат принялся судорожно крутиться из стороны в сторону, пытаясь разглядеть нападавшего.

Джекки поняла, что он и правда ее не видит и не слышит. Девочка на этот раз пнула его в ногу и заливисто рассмеялась. Абзуков чуть не разревелся от страха, он схватился за ушибленное место, начал его поглаживать, глаза выпучил так, что стали видны кровеносные сосуды, оправляющие белки его глаз.

— Кто это? Я вооружен! Не подходи ко мне! — Абзуков принялся извлекать пистолет трясущимися руками, его мизинец застрял в ремне, руки не слушались, и ему удалось извлечь пистолет только спустя минуты три. Все это время Джекки молча наблюдала за солдатом и пыталась решить, что делать дальше. Она решила, что не стоит его дальше дразнить, так как молодой человек явно был на пределе и мог совершить неоправданные поступки. Джекки достала из кармана телефон и набрала очередное сообщение: Абзуков, не пугайся, это я Смирнов. Это я тебя касаюсь. Со мной что-то случилось, ты теперь не можешь меня видеть.

Не прошло и минуты. Как в кармане солдата почувствовалась вибрация, пришло сообщение от Джекки. Абзуков не сразу решился ослабить бдительность и потянулся к телефону спустя время. Он прочитал сообщение несколько раз и никак не мог поверить в том, что было написано. Кто-то его разыгрывал, однозначно кто-то просто пытался над ним подшутить. Иначе и не могло быть. Разве такое бывает, чтобы человек стал невидимым?

Джекки видела недоумение Абзукова, она понимала, что ситуацию нужно спасать, что он ей не верит; тогда девочка схватила небольшой заостренный сучок, который смирно лежал неподалеку, и принялась писать послание Абзукову, только на этот раз уже прямо на земле. Почва была рыхлой, ее покрывал пепел зомби, и буквы давались девочке легко. «Я и правда здесь» –написала она.

Абзуков покачнулся, его голова шла кругом, он не мог поверить, просто не мог поверить в то, что видел. Небольшой кусочек ветки поднялся в воздух и начал производить движения, похожие на танец; он касался почвы одним из своих концов, и в результате всего этого появлялся текст! Яи правда здесь, я и правда здесь, я и правда здесь — слова заели в голове солдата. Это невозможно! — кричало его сознание. Я и правда здесь — отвечали буквы на земле.

— Где именно? Как это возможно? — прокричал Абзуков. Он не хотел издавать этот истерический визг, но его сознание и, главное, его голос не поддавались контролю. Все то, что он видел в фильмах и что всегда высмеивал, сейчас происходило с ним самим. Солдат не успел дождаться ответа, как послышался рев вертолета. Ему нужно было срочно собрать пепел!

Абзуков побежал к опушке, к тому месту, куда садился вертолет, потом опомнился, что у него нет того, ради чего они прилетели. Он начал метаться из стороны в сторону: пепел, где взять пепел?

— Пепел, мне срочно нужен пепел! — прокричал в порыве он.

Абзуков забегал из стороны в стороны. Джекки поняла в чем дело, за то время пока она ждала солдата, у нее была возможность оглядеться по сторонам и найти желанный им пепел. Джекки подбежала к нему, выхватила баночку и сама наполнила ее таким ценным на данный момент веществом, а затем практически втиснула сосуд в сжатые пальцы Абзукова.

Вертолет уже сел. Абзуков понимал, что ему нечего отдать, надо бежать, решил он, если убегать быстро, то они его не заметят. Ведь не заметят? Солдат уже приготовился пуститься в бегство и выбирал направление, как заметил в своих руках некий предмет… Это была его банка! И в ней что-то находилось… Абзуков судорожно потряс сосуд, он был полон до краев, серый порошок легко пересыпался из стороны в сторону от его манипуляций с банкой. Пепел! Ах, осенило солдата. Это Смирнов ему помог!

— Спасибо! — сказал Абзуков в пустоту, и сияя от счастья, направился к вертолету.

Из салона вылез один в штатском. Невысокий коренастый мужчина стоял, широко расставив ноги, руки скрестил на груди и недвижимо смотрел вдаль. Было такое ощущение, что он застыл и даже перестал быть человеком, превратившись в мумию, даже его зрачки не двигались.

— Привет! — весело проговорил Абзуков, подойдя к нему, но штатский явно не разделял радости солдата, он только молча кивнул и протянул руку. Абзуков спокойно передал тому сосуд, и тут заметил, что из кабины незаметно вылез и второй человек, он тоже был в штатском, но разглядеть его Абзукову не удалось, так как тот быстро нырнул в темноту и скрылся за вертолетом. — Еще нужна моя помощь? — также весело продолжил Абзуков, но в его голове уже успели закрасться сомнения… Последний раз с ними встречался Смирнов и он… стал невидимым? Чертовщина! Люди не могут становиться невидимыми, продолжал твердить себе Абзуков, но тем не менее, после этой встречи его товарищ не вернулся. В этот момент Абзуков пригнулся, он почувствовал, что кто-то подкрадывался сзади. Солдату удалось в последний момент увернуться от удара. Он вынул из кармана небольшой пистолет и выстрелил два раза. Два метких выстрела поразили оба человека в штатском. Они повалились не землю, корчась от боли и издавая жалкие звуки, похожие на призывы о помощи.

— Так все-таки вы не немые! — пошутил Абзуков. Он вынул из большого нагрудного кармана изоленту и принялся связывать им руки и ноги, нужно было получить от них как можно больше информации, прежде чем отпускать обратно. И отпускать ли?

Телефон солдата завибрировал. Пришло сообщение от Смирнова: Ты молодец!

— Еще бы! — ответил вслух Абзуков. — У меня ведь был такой хороший учитель, — и улыбнулся. — Ну что друзья, продолжим беседу? — спросил Абзуков у штатских, приправив слова львиной долей сарказма.

Джекки стояла в стороне, наблюдая за происходящим, и ее наполняла нестерпимая гордость за этого солдата и чувство уверенности, что он ей поможет найти сестру. Даже ей, свидетелю трагических событий, которые приключились со Смирновым, не пришло в голову, что все может повториться… А он, он все понял заранее, вовремя среагировал. Это был тот случай, когда наивная внешность сбивала людей с толку и вводила в заблуждение.

Абзуков склонился над штатскими и начал их обыскивать. Карманы оказались пустыми, при них было только оружие, немного поразмыслив, солдат все-таки решил не брать его, к чему ему лишние улики, ведь в случае чего… затем Абзуков исследовал сам вертолет. Там с находками оказалось поудачливее. В кабине пилота нашлась небольшая книжечка похожая на ежедневник, но она не открывалась так просто. Абзуков повертел находку в руках. Как же ее развернуть? Телефон снова завибрировал. «Может она реагирует на отпечатки пальцев определенного человека?» — написал Смирнов.

— Хах! — весело проговорил Абзуков. — А ты умен! Сейчас проверим.

Солдат весело подбежал к первому в штатском, взял его руку и попытал удачу, приложив правую ладонь испытуемого к ежедневнику. Ничего не произошло, только лицо связанного мужчины озарила злобная улыбка. Он знал, как открыть ежедневник, но помогать солдату явно не собирался.

— Как это открыть? — Попытал удачу Абзуков, но в ответ увидел только все ту же злобную улыбку. Солдат только вздохнул и направился обратно к вертолету. В салоне он обнаружил еще несколько необычных предметов, понять суть которых ему не удалось. Например, небольшой компас, овальной формы, похожий на экран телефона, только вот он словно находился в выключенном состоянии, так как его темный плоский экран не показывал никакой информации. Также солдат прихватил с собой красный шарф, ключи (судя по всему, от машины) и ярко зеленый камень, похожий на гигантский изумруд.

***

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 94
печатная A5
от 395