электронная
108
печатная A5
392
18+
За школьной гранью

Бесплатный фрагмент - За школьной гранью

Вы не заметите, как ваших детей используют!

Объем:
218 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4474-3758-9
электронная
от 108
печатная A5
от 392

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Вы уверены, что знаете про своих детей достаточно?!

Владимир Алмаметов

Деньги, деньги и еще раз — деньги!

Эта история берет свое начало, примерно в начале октября месяца. Точнее, события, о которых пойдет сейчас речь, начали зарождаться, намного раньше. Однако, именно в этот, уже в полной мере, зимний день, все приняло решающий оборот, который запустил роковое колесо.

Как я уже сказал, стоял вполне уже зимний день, а зимний потому, что на улице, все было занесено сугробами и люди одевались, как можно теплее. Не знаю почему так происходило, но все ужасно мерзли и при этом, на градусниках было всего, около минус десяти. Наверное, поводом для этого послужило то, что многие просто-напросто, забыли одеться как можно теплее. То место, которое заслуживало особого внимания, было ничем иным, как обыкновенным парком, коих в нашей стране — большое множество. В этом парке, не было ничего примечательного кроме тех остатков от детских аттракционов, что когда-то в нем работали. Сейчас, это место служило лишь путем следования из одной точки города — в другую. Конечно, те, кто отвечал за порядок такого рода мест, пытались что-то отстроить заново, например, поставить не дорогостоящие качели или, имитирующих скачки лошадок, наверное, большой смекалки стоило поставить детские горки, потому что они появились, уже много после всего остального. Главная дорога, которая и была соединяющим звеном, имела по своим сторонам, ровно выставленные друг напротив друга скамейки, которые совсем недавно, были заменены, на более современные и прочные. Удивительно, что этот самый парк, располагался рядом с рекой, ну то есть не так, что ступите шаг влево и окажетесь в воде, а в непосредственной близости, потому что свежим ветерком, все же отдавало и особенно это ощущалось в такую холодную погоду. Был уже темный вечер, а в это время года и семнадцать часов, считаются темным вечером. А, кстати говоря, время не особо отличалось от моего примера, но все-таки, было более поздним. Где-то в стороне от главной дороги, по которой ходили пешеходы, находилась лыжная тропа, собственно, лишь те, кто находились на ней и составляли «прохожих» парка. Нет, я совсем не хочу сказать, что по самому парку или его дороге, совсем никто не ходил. Наоборот, ходили и очень много, потому что выдавались деньки, когда это место, становилось особо людным. В общем и целом, был обычный и в тоже время — совсем необычный день, когда на улице ходит много людей и они мало что способны заметить рядом с собой.

Удивительно, но на скамеечках, которые располагались на той самой основной дороге, в этот вечер, никого и не было, кроме одной неприметной и в тоже время — очень примечательной особы. Эта особа была, примерно лет тридцати с небольшим, полного телосложения. На ней была надета, какая-то легонькая курточка с капюшоном, которая, как бы выразились бабульки на скамейках около домов: «…даже задницу не закрывает, тьфу ты — срамота!». На ногах красовались какие-то тоненькие колготки, которые плавно перетекали в сапоги. В свои годы, она, мягко сказать, являлась не совсем спокойным человеком, во многом это было из-за ее внешности, по поводу которой женщина переживала. Как бы там ни было, но этот факт, сделал ее не очень доброй и любезной в общении, хотя опять же, все зависело от настроения. Ее лицо, имело очень характерный оттенок, постоянного недовольства, это даже не зависело от внешних обстоятельств, просто как она себе это объясняла — «являлось особенностью типажа». Вы, наверняка знакомы с такими людьми в жизни или видели их, хотя бы один раз, так вот, про них говорят — «вечно чем-то недовольны». Скажу, что ее недовольство, не было на сто процентов объективным, потому что по сути, основывалось лишь на ее полноте, а как следствие, по ее мнению — «непопулярностью у мужчин». Да, она не была ни разу замужем, а в институте ею, в основном «пользовались по пьяне, когда лучших кандидатур не было». Кроме того, она была человеком, который считал, что для нее, еще должен быть какой-то герой любовник, который будет красив, как голливудская звезда. С другой стороны, она скорее была той, которая должна радоваться тому, что есть под рукой. Она, по всей видимости, кого-то ждала и нервничала из-за того, что так легко оделась.

— Черт бы побрал его! Должна еще ждать! Да, что же такая боль-то! — Бубнила она себе под нос, скудным голосом и несколько раз изогнула спину, в области поясницы.

Пока она ждет того, кого ей нужно, я расскажу еще немного информации о ее роде деятельности. Собственно, звали эту женщину — Елизавета Николаевна Носова. Она работала учительницей информатики, в местной частной школе, носящей крикливое название — «Вершина». Непонятно, что означало такое наименование, многие утверждали, что это определенный максимум, к которому должен стремиться каждый ее обучающийся. Была учительницей и имела свой класс. Дело в том, что данная школа, с самого первого дня существования приняла для себя систему, при которой, каждый преподаватель берет под свое руководство один класс и ведет его «от порога к порогу», то есть все годы обучения. В целом, это было точно такое же образовательное учреждение, как и все другие. Елизавета Николаевна не любила своей работы, но старалась этого не показывать. Она, как и многие в нашей стране, рассуждала таким образом: «А что любить, когда платят копейки?!». Собственно, именно на данной работе и ухудшилось ее отношение к самой себе или попросту говоря — упала самооценка, опять же как она это объясняла: «Все из-за этих дебилов!», — ругая так учеников.

Она сидела на этой лавочке и ждала уже лишний час. Засунув руки в соседние рукава, она трясла ногами, чтобы хоть как-то согреться. Маленькие снежинки, что падали на лицо, а следовательно и глаза, мешали просмотру вдаль, из-за чего, иногда требовалось доставать ладошки и обтирать глаза от влаги. Она смотрела по обеим сторонам, откуда мог появиться нужный ей человек, но видела лишь не важных для нее прохожих. Скажу что в одной из рук этой женщины, была маленькая флэшка, которую она берегла, как зеницу ока и особо ей не хвасталась напоказ. Так или иначе, но она, все-таки дождалась появления того, кто так задержался и был чрезвычайно важной для нее персоной.

Человек, так интересующий эту женщину, появился с правой стороны парка. Это был мужчина. На нем была надета болоньевая куртка, с капюшоном, по бокам обшитым мехом. Он шел спокойной походкой и, по видимому совсем не замерз. Хотя на самом деле, он просто не хотел привлекать к себе внимание окружающих людей. Если рассматривать данного гражданина ближе, то можно было отметить его серьезное лицо, с чуть сдвинутыми вместе бровями и темные очки для зрения. На вид, ему было, чуть больше сорока лет. В целом же, он выглядел очень опрятным человеком. Пока он шел по дороге до скамейки, то все время копался в своем телефоне и что-то рассматривал на дисплее.

Подойдя к скамейке на которой сидела женщина, он прошел сначала ее мимо, но начал класть телефон в задний карман брюк и, как бы не заметил, что, на самом деле, оставил его торчащим. Телефон от шагов, естественно выпал на землю. Елизавета Николаевна прекрасно знала, что это был очередной, обыкновенный ритуал, как бы случайного знакомства. Она подняла телефон, на котором был счетчик времени, который заканчивался через пять секунд. Ровно спустя отведенное время, она окрикнула мужчину:

— Постойте, вы обронили!

Мужчина обернулся и посмотрел на женщину, затем, спустя несколько секунд, произнес:

— Я ничего не терял. — Твердо и четко сказал он, после чего, развернулся и пошел дальше.

— Да проверьте же свой карман и вы убедитесь в этом! — Проговорила с насмешкой в голосе Елизавета Николаевна.

Мужчина стал трогать свой задний карман и действительно обнаружил, что телефона там не было. Он постоял на месте и затем прошел несколько шагов назад, до самой скамейки.

— Благодарю вас, за внимательность! — Проговорил он и протянул руку, чтобы забрать свою вещь обратно.

— А, а! — Начала с интригующей интонацией женщина. — Не так быстро, я думаю, что мне полагается вознаграждение, как нашедшей его, вы так не считаете?

— Да, конечно, сколько вы хотите за вашу помощь? — Поинтересовался мужчина.

Понимая, что можно доигрывать до конца, женщина сделала следующее:

— Судя по модели вашего телефона, он обошелся вам, примерно в десять тысяч, тогда, вполне справедливо, если вы заплатите мне пять. — Улыбаясь проговорила она.

— Хорошо! — Произнес мужчина и начал садиться на скамейку рядом с женщиной.

— А, а! Не так быстро, мы с вами еще не знакомы! Сначала, будьте добры мое вознаграждение. — Проговорила женщина, явно давая понять, что пока, садиться не стоило.

— Эээ… Да, конечно… — Вынул он кошелек и нашел там пятитысячную купюру, затем отдал Елизавете Николаевне.

Елизавета Николаевна взяла деньги, но все еще не давала сесть этому гражданину, рядом с собой. Она поднесла купюру на свет, чтобы проверить ее подлинность. Когда она убедилась в том, что деньги действительно были настоящими, то предложила мужчине сесть и отдала ему телефон.

— Может быть представитесь? — Поинтересовалась женщина, еле сдерживая смех.

Мужчину звали Сергей Георгиевич Мортелов. Он являлся учредителем фирмы, которая занималась, так называемыми мгновенными займами. То есть, весь смысл в том, что вам дают деньги, как в банке, такой своеобразный кредит, но при этом, проценты капают не каждый месяц, а каждый день и притом, довольно большие. Так например, вы можете взять десять тысяч, а через неделю, отдать все пятнадцать. Он, для большей убедительности, назвал свое имя и фамилию, затем продолжил разговаривать с Елизаветой Николаевной.

— Не правда ли в этом году, зима слишком рано наступила? — Поинтересовалась женщина.

— Да, безусловно вы правы! — Ответил он.

— Если бы только зима была вечной, а ведь бывает так, что снег идет, идет, а потом раз и солнце. На этом, снега становится все меньше и меньше и вскоре, он совсем исчезает. — Проговорила она.

— Так может нужно искать больше мест, где снега достаточно всегда? — Поинтересовался мужчина.

— Если бы снег шел просто так, а не зависел от определенной погоды?! — Сделала она особый акцент, на слово «погоды».

— Все в этом мире, от чего-то зависят. — Ответил мужчина и стал протирать свой телефон от снега.

— Даже вы? — Поинтересовалась Елизавета Николаевна.

— Конечно. — Отрезал мужчина.

— Возможно ли ни от кого не зависеть? — Спросила женщина.

— Да, если у вас есть достаточное количество «снега»… — Тонко намекнул мужчина.

— Ну, это как сказать, количество осадков зависит от правильного настроения того, кто их заказывает! — Проговорила Елизавета Николаевна.

— Иногда количество, превосходит качество и тогда осадков становится очень много! — Ответил он.

— Если мне известно то количество осадков, которое меня интересует, то изменится ли что-то, если я вам об этом расскажу? — Продолжала играть женщина.

— Да, если у вас есть нужная снегоуборочная машина! — Ответил мужчина, явно на что-то намекая. — У вас ведь имеется снегоуборочная машина?

— Конечно, с довольно современным подходом ко всему делу! — Ответила женщина.

— Ну и как? Способно ваше чудо техники осилить нужное вам количество осадков? — Все на что-то намекал мужчина и как-то необычно шевелил рукой.

— Вы знаете, у меня имеется подробный план работ моей машины, но иногда, я в него не укладываюсь и приходится отступать от чего-то незначительного. Как вы думаете, такие отступления, как-нибудь отразятся на количестве оставленного снега? — Проговорила женщина.

— Как вы уже сказали, многое зависит от правильного настроения! — Ответил мужчина, все еще чего-то ожидавший от Елизаветы Николаевны.

— Вы как мужчина, должны знать, как правильно настраивать такую машину, не так ли?

— Если у вас действительно, есть готовый план, который мне останется только подкорректировать, то я вполне могу помочь с этим! — Отозвался мужчина и как-то обрадовался.

— Вот, возьмите — отдала она ему, свою флешку, которую держала под рукавом — нам с вами, будет необходимо обсудить то, что вы порекомендуете.

— Разумеется… — он успел засунуть флешку, в свой карман и хотел что-то сказать еще, но вдруг, неожиданно для него и Елизаветы Николаевны, к ним обоим подошли двое полицейских.

Один из них, представился по форме и попросил предъявить документы, сначала женщину, затем мужчину. Оба полицейских смотрели на сидевших на скамейке людей, с каким-то подозрением. Посмотрев паспорт женщины, они долго не могли поверить, она ли на фото или нет. Спустя несколько секунд, проверяющий отдал документ Елизавете Николаевне и стал смотреть в книжечку Сергея Георгиевича.

— Снимите, пожалуйста очки. — Попросил полицейский.

Отмечу, что оба подошедших мужчины, были очень напряжены и создавалось ощущение, словно они в любой момент могли достать оружие и задержать беседующих. Все выяснилось в следующий момент.

— А в чем дело? — Проговорил Мортелов, слегка изменив свой голос, от страха.

— Обычная проверка документов, снимите очки. — Чуть более тверже произнес полицейский.

— Я вообще не обязан ничего делать, пока не выясню причин, по которым вы меня допрашиваете! — Заявил Мортелов.

— Хорошо! — Проговорил с какой-то ухмылкой полицейский. — Мы только что видели, как вы положили себе в карман какой-то предмет, в нашем городе, объявлена неделя проверки на вещества, содержащие наркотические элементы. Достаньте все из ваших карманов.

— Ничего я доставать не буду! У вас нет права, чтобы меня обыскивать! — Начинал заводиться Мортелов.

— Встать! — Крикнул полицейский, так, что даже некоторые из лыжников испугались и упали с лыжни. От испуга и сам Мортелов встал со скамейки, но вовремя сообразил, что в таком случае можно сделать.

— Вы читали, что написано в моих документах? — Поинтересовался он. Полицейские переглянулись друг с другом, то ли от удивления, то ли еще от чего-то, но стали дальше его слушать. — Вам ничего не говорит эта фамилия, о полковнике, с такой же, в нашем городе?

Оба полицейских стояли и ничего не могли произнести. Заметив это, Мортелов стал еще больше на них наседать.

— Может быть, вам знакома фамилия Генерала, а по совместительству и моего деда — после этого, он приблизился к ним и прошептал какую-то фамилию, от которой оба проверяющих удивились еще больше.

Когда они оценили всю ситуацию, а Мортелов продолжал следить за их реакциями, то сначала, уже отдали документ обратно и хотели уйти, но тут ввязался в разговор второй полицейский, который не поверил гражданину с «такими» родственниками и стал дальше его допрашивать.

— Сказать — может каждый, поэтому выполните наши требования! — Твердым голосом произнес второй полицейский.

— Ну хорошо! — Как-то неуверенно сказал Мортелов. Он достал телефон и стал набирать какой-то номер. Набрав его, он ожидал пока ответят. Отмечу, что в эту минуту, он волновался, наверное сильнее всего в своей жизни. Через, примерно полминуты, на том конце, ответил голос, который даже не успел договорить, как его перебил сам звонивший.

— Алле! Здравия желаю! Генерал-майор! Ваш внук беспокоит вас. — Очень весело начал разговаривать Мортелов, так что с внешней стороны, действительно складывалось впечатление, словно он разговаривал со своим родственником, который был генералом. — А? Да конечно! Нет, все там же. Ну сколько есть, все мои! Дед… дед… слушай, дед, тут ко мне привязались на улице двое полицейских, ну объясни ты им, что я порядочный гражданин, тем более у меня дед воевал, а то они меня подозревают в какой-то торговле наркотиками! Ага, сейчас, вот даю! — Он передал трубку одному из полицейских.

Скажу, что оба проверяющих, уже успели хорошенько испугаться, пусть и допускали такую мысль, что человек их просто обманывал. Взяв трубку и дрожащей рукой приложив ее к своему уху, полицейский неуверенным голосом произнес:

— До… добрый вечер! Да, эээ… здравия желаю! — После этого, в трубке раздался какой-то сильно громкий и низкий грубый голос, который потребовал назвать фамилии и участок, на котором служили оба полицейских. Еще даже не успев дослушать своего собеседника в телефоне, проверяющий быстро отдал трубку обратно и пожелав приятного вечера, ушел вместе со своим напарником, постепенно убыстряя темп.

— Алле! Да! Да все уже, ушли! Слушай, ну за мной должок, нет ну надо же, первый раз такое за многолетнюю практику. Ладно бы, в обычный день остановили. Давай, пока! — Мортелов повесил трубку и сел обратно на скамейку. — На чем я остановился? Ах да! Вы легко сможете со мной связаться, вы же часто здесь бываете, а я тоже вечерком прогуливаюсь именно здесь, как и сегодня.

— Но мне нужен залог за саму флэшку, потому что она очень дорогая! — Отозвалась Елизавета Николаевна.

— Не доверяете? — Спросил с игривой интонацией мужчина.

— Доверяй, но жить-то на что-то надо! — Коротко и ясно ответила женщина.

— Ну хорошо, вот возьмите… — Он расстегнул куртку и достал из своего внутреннего кармана толстый конверт с деньгами. По величине, там было ничуть не меньше, чем несколько сотен тысяч. Елизавета Николаевна взяла конверт и стала пересчитывать находящиеся там бумажки.

— Сто, десять, двадцать, триста, так… так… и так… — Да, вполне разумная цена, как залог за сохранность моей флэшки. — Стало быть, до свидания? — Она встала и уже хотела уходить, потому что вся: от ног до самой макушки — замерзла, но ее остановил Мортелов.

— Подождите, сядьте обратно… — Ухватил он ее за руку и посадил обратно на скамейку.

— Что такое? — Удивилась такому обращению Елизавета Николаевна.

— Дело в том, что необходимо, чтобы снегоуборочная машина, так сказать, поменяла немного, свое направление деятельности! — Объяснил он.

— Но зачем, если она, итак хорошо работает и снега убирает столько, сколько необходимо? — Не понимала Елизавета Николаевна.

— А так, снега будет еще больше! — Коротко и ясно проговорил Мортелов.

— Черт возьми! Сергей Георгиевич, я уже устала играть в ваши шпионские игры и маскироваться непонятными способами! — Сорвалась Елизавета Николаевна и тем самым испугала какую-то старушку, которая проползала мимо скамейки. Бедная старушка так испугалась, что отошла подальше от беседовавших, со словами: «Тьфу, ты! Ненормальная!».

— Есть! Есть! Есть! Я выиграл и продержался дольше, чем вы! — Обрадовался Мортелов.

— Мало того, что я вас прождала больше часа, так еще и вы тут устроили игру в кошки-мышки! Пришли, сели, отдали деньги и забрали флэшку. Что непонятного? Да, там немного меньше, чем мы договаривались, но качество — выше, поэтому все по-честному! — Негодовала Елизавета Николаевна.

— Тихо! Успокойтесь! Дело в том, что нам нужно, изменить, так сказать направление деятельности! То есть все то же самое, но под новым углом… — Пытался Мортелов, что-то объяснить Елизавете Николаевне.

— Что вы еще несете!? — Все больше была недовольна женщина. — Подождите, уж не хотите ли вы сказать… — Что-то, видимо дошло до Носовой и она сделала удивленное лицо. — Да как еще менять, это же школа, там особо не развернешься, хорошо хоть, что не государственная! Нет, это невозможно!

— Поймите, заказчик требует «обновления банкета». — Объяснял Мортелов.

— Да кому вы рассказываете? Мы прекрасно знаем, что большая часть успеха и дальнейшего хода дела — зависит от вас! — Отнекивалась от чего-то Носова.

— Подумайте, это же и для вас выгодно! К тому же весь процесс — налажен, нужно только подкрутить некоторые гайки и всё! — Настаивал на своем Мортелов.

— Черт возьми, да хватит уже здесь сидеть! Пойдемте пройдемся, все равно, уже никто не привяжется! — Ворчала Носова.

По поведению Мортелова не было похоже, чтобы он мог так легко изменить свой план, который не позволял ему обсуждать дела прогуливаясь, но, видимо, то о чем он так просил Носову, было крайне важно и ему ничего не оставалось, как встать и пойти вместе с ней.

— Черт бы вас побрал! У меня все ноги замерзли! Руки замерзли, спина замерзла — все замерзло! — Брела Носова и чуть ли не подпрыгивала для того чтобы согреться.

Они пошли в противоположную от той стороны, откуда появился Мортелов. Это направление вело в ту часть города, которая считалась спальной, поэтому людей там было меньше, разве что те, кто возвращался с работы в такое время. Они вышли из парка и пошли по плохо освещенной улице, эта дорога не была видна, только потому, что кто-то разбил все лампочки в фонарях, предназначенных для создания света. По бокам находились какие-то частные дома, некоторые из которых были уже заброшенными и там никто не жил, какие-то и сейчас были наполнены людьми. Они проходили несколько продуктовых магазинов, которые своим ярким светом из окна, освещали путь там, где не было фонарных столбов или стояли поврежденные. Несколько минут, чтобы согреться оба собеседника, шли и молчали. Какая-то машина, проехала с ними так близко, что чуть было не сбила, но они успели вовремя среагировать и в какой-то степени, даже были благодарны водителю за его слепые глаза, потому что такое событие заставило двух замерзших людей, изрядно вспотеть, а как следствие и согреться. Мортелов начинал все больше нервничать, видимо предмет разговора и общего дела, которое связывало его с Носовой, был чрезвычайно важным и многообещающим, как в плане денег, так и во всем остальном. Это был такой человек, который ставил деньги, превыше всего остального. Сам он оправдывал такую тягу к ценным бумажкам тем, что его работа обязывала к этому. На самом деле, так оно и было, потому что, иногда приходилось разыскивать тех, кто брал деньги в долг и просто силой заставлять их выплачивать все до копейки и с процентами. Неизвестно, почему с такой работой, Мортелов имея собственную машину, на встречи с Носовой, ходил пешком. Скорее всего из-за излишней безопасности, которую он считал «никогда не лишней». Носова и Мортелов, встречались уже, далеко не в первый раз. Их договоренность уже продолжалась в течение нескольких месяцев. Как говорила сама Носова, Мортелов стал ее «спасательной капсулой, в этом космосе жизни». Чем бы они не занимались, но в самом начале их сотрудничества, Мортелов очень тщательно проверял Носову, по всем параметрам, включая те, какие оценки она получала при учебе. Он не считал ее каким-то особенным человеком, который важен для него, а лишь имеющей возможность работать и сотрудничать с ним. По всей видимости, то, что получила в конверте Носова, было оплатой, хотя, как она частенько хвасталась, то ей в фирме Мортелова, могли дать деньги, без каких-либо процентов, просто «по-соседски». На самом деле, не так все там было и просто, потому что этот долг, выдавался ей, в качестве аванса за будущую работу, соответственно, чем больше долг, тем меньше оплата. По тому, как себя вела каждый раз Носова, перед встречей с Мортеловым, она была на хорошем крючке, который сама же и создала для себя. То есть, не он ее удерживал, а она сама находила в этом занятии, какой-то адреналин и была как наркоман, которому нужна очередная доза. Судя по тому, как испугался Мортелов, когда подошли двое полицейских, то их общее дело с Елизаветой Николаевной, попахивало еще тем нарушением закона. Так или иначе, но за время своего сотрудничества, оба человека, сумели узнать друг друга лучше и вполне могли себе позволить, вот так просто идти и говорить о делах. Тем временем, пока эти двое хотели согреться, температура на улице, упала еще ниже, а они, как назло, были в близости от реки, что холодило еще больше. Никто не хотел начинать разговор первым, пока Мортелову это не надоело и он сам не заговорил.

— Елизавета Николаевна, давайте уже побыстрее закончим со всем этим!? — Говорил он дрожащим голосом.

— Я по-моему уже все высказала! — Заявила Носова и сжималась все больше от холода.

— Да почему вы не хотите немного поменять свои действия, так сказать?

— Вы меня не поняли? Это школа, а не… — Не смогла она придумать подходящий пример и просто оборвала фразу.

— Что-то вы так не говорили, когда только начинали со мной сотрудничать! Бррр! — Мерз, но продолжал настаивать на своем, Мортелов.

— Я заметила, что вы очень часто стали просить меня о том, чтобы я «обновила»! Не забывайте, что мы с вами связаны, но, если что, то вам, больше достанется! — Попыталась сходить, с этой карты Носова.

— Ооо! Вот только не надо меня пугать! Вы, как маленькая девочка, которая меня еще не знает! Я всегда сумею выкрутиться из любой ситуации. Ааа… черт! — Сказал он и в конце, чуть было не поскользнулся, но сумел вовремя ухватиться за свою собеседницу.

— Я и не думала вас пугать. Просто мне надоело, что, чуть ли не каждый месяц происходит одна и та же ситуация: вы приходите, говорите, что необходимо «обновить» и отдаете мне деньги, мягко намекая на то, что если я не соглашусь, то оплата будет уменьшаться! — Горячилась Носова.

— А вы случайно не забыли, к какой специфике принадлежит, наше общее дело? — Заинтриговано произнес Мортелов.

— Да вы что! Представляете — забыла!!! — Иронизировала Носова.

— Тогда хватит уже сопротивляться и просто соглашайтесь! — Негодовал Мортелов.

— Кстати, я хотела с вами поговорить, насчет нескольких родителей в моем классе! — Перевела неожиданно тему Носова.

— А это-то тут причем? Мы сейчас о другом разговариваем! — Почти кипел Мортелов.

— Посмотрите на эти фамилии — она достала из кармана список и отдала его, своему собеседнику — есть тут те, которые успели засветиться в вашей фирме?

Он взял список и долго рассматривал его, думая, что если он поможет с этим, то она наконец-то согласится.

— Послушайте, у вас же частная школа неужели вы думаете, что родители, которые могут позволить себе отдать детей в такое учебное заведение, будут брать в долг? — Неожиданно оторвался он от чтения и поинтересовался.

— В жизни всякое бывает… — Ответила она. — Подождите, вы меня со своей игрой в парке, совсем сбили с мысли. Вы мне должны гораздо больше, чем в этом конверте.

— Это еще, что значит?

— Понимаете, тот материал, с которым я работала на этот раз, оказался слишком сырым и неготовым для нашего дела… — Деликатно произнесла она.

— И что? Это не является тем, за что вы можете получить дополнительное вознаграждение! — Отрезал Мортелов.

— Мне самой понадобилось отработать этот материал на себе… А это, уже попахивает… — Она потерла двумя пальцами друг о друга, сигнализируя тем самым о том, что необходимо заплатить больше.

— Вы же не хотите сказать… или хотите? — Произнес он дрожащим голосом.

Посмотрев на Носову, которая кивнула головой, у Мортелова сделались огромные глаза, потому что он сильно удивился, но спустя несколько секунд, что-то в его голове сказало: «Ну и что!».

— Нет, ну насчет этого… — задумался на несколько секунд Мортелов. — Мне нужно время, хотя, вы же знаете, что ваше участие, может остаться тайной, как и оставалось все это время.

— Ну уж нет, знаете, как мне пришлось себя вымотать, чтобы закончить работу над этим материалом, поэтому прошу мои НЕскромные комиссионные… — Она снова потерла палец о палец.

Отмечу, что Носова, пришла на эту встречу, действительно какой-то измотанной, у нее очень болела спина и чуть ниже поясницы. Кроме того, после выполненного дела, она подумывала, вообще прекратить всякое сотрудничество с Мортеловым. Окружающие заметили в ней перемены, после одного очень длинного дня в школе, когда она вернулась домой, только под утро. Некоторые подумали, что у нее, наконец-то появился мужчина, кто-то и, вовсе считал, что она еле справляется и устроилась на еще одну работу. Как бы то ни было, но перемена произошла и сегодня, она еще нервничала, во многом из-за этого. Ей было, немного обидно, что так отдаваясь, она получит те же самые деньги, которые получала всегда, поэтому во многом ее требование, было обоснованным. Тот список, который подала Носова — Мортелову, имел для нее очень важное значение. Дело в том, что далеко не все родители детей ее класса, относились к руководительнице с уважением. Конечно, это было связано и с характером самого объекта уважения, но, отмечу, что были и такие кадры, которые сами являлись не аленькими цветочками, по сравнению с Носовой. Собственно, она хотела, чтобы, если в фирме Мортелова, кто-то из родителей ее класса, уже успел взять деньги в долг, как-то повлиять на них, через такое обстоятельство.

— Хорошо, я заплачу вам, только после этого, вы наконец-то согласитесь на мое предложение? — Поинтересовался замаявшийся и замерзший Мортелов.

— Смотря, каков будет размер моей премии! — Заигрывая голосом, произнесла Носова.

— Сколько вы хотите?

— Такой же конверт! — Твердо и решительно произнесла женщина.

— Вы что? НЕТ! Если бы за столько же дел сразу, то ладно, а тут… считай, что за одно, просто с особой заинтересованностью, двойная оплата! — Негодовал Мортелов.

— Тогда не соглашусь! — Вырвалось у Носовой.

— Даю половину и ни рублем больше! — Заявил Мортелов.

Елизавета Николаевна знала, что такого же конверта, с той же самой суммой, она не получит, но выманить у подобного человека, как Сергей Георгиевич Мортелов, половину от тех денег, что она уже получила, являлось самой большой удачей. Тем не менее, она сделала вид, что размышляет по поводу нового предложения, хотя, на самом деле, все ее заботы, были лишь о своем внутреннем состоянии. Спустя полминуты, она дала свой ответ.

— Хорошо! Я согласна. Давайте деньги.

— Вы думаете, что я ношу такие суммы, в своем кошельке?

— Ааа! Ну тогда, не согласна! — Обнадеживающе произнесла Носова.

— Тьфу ты! Да что вас сейчас-то не устраивает? — Только было успокоился Мортелов, как вновь, начинал горячиться.

— Вы думаете, что я поверю вам на слово? Да я вас слишком долго знаю, чтобы купиться на это! Сначала начнется, что «я забыл», как первоклассник, потом все перейдет к тому, как я не успеваю по срокам, а значит «за что платить?» и в конце концов, деньги останутся у вас, потому что я про них, якобы забуду. — Стучала зубами Носова.

— А что я могу сделать? Все равно, у меня нет с собой, такой суммы. — Более спокойно произнес мужчина.

— Тогда давайте назад флэшку! — Заявила женщина.

— Эээ неее! Вы уже получили за нее деньги, а то, что у вас там возникли какие-то трудности, это меня не касается. — Всяческими путями маневрировал Мортелов.

— Тогда я не согласна и точка! — Отрезала Елизавета Николаевна.

— Подождите, давайте вернемся к вашему списку, может быть, если я вам окажу с ним помощь, то вы согласитесь подождать? — Уже не знал, что предложить Мортелов.

Он снова стал смотреть на список. Хотя он уже ознакомился с ним ранее, но со всеми разговорами, из его головы, просто-напросто вылетело содержимое этого листа. На бумаге, было написано большое множество различных фамилий, вместе с именами и отчествами. Желая побыстрее закончить с этим, Мортелов проскочил их все, практически мгновенно, но обнаружил, что никто ему не был знаком. Осознав этот факт, он уже предполагал, что будет дальше и тогда снова стал просматривать, но уже, гораздо внимательнее. С каждой фамилией, он пытался найти сопоставление в своей памяти, в любых местах: на работе, в отчетах, заявлениях, документах, даже в интернете. На весь подробный просмотр списка, у него ушло, порядка десяти минут. К сожалению, оставались последние две фамилии, а он не мог, ничего ценного, сказать своей собеседнице. Однако, в последний момент, когда Сергей Георгиевич, уже хотел отдавать список, он остановился на последней фамилии и в первый момент, удивился, а во второй — обрадовался, потому что нашел то, что хотела от него Носова.

— Вот — показал он список, своей собеседнице — эта фамилия мне знакома, они часто прибегали к услугам моей фирмы, но это было давно.

Когда Носова увидела то, на что показывал ей Мортелов, ее глаза зажглись ярким пламенем, мороз, который так пробирал, что конечности переставали слушаться и боль, так беспокоившая ее, всю дорогу — все это стало абсолютно незначительным и незаметным, по сравнению с тем, что она сейчас поняла в своей голове. Она долго держала в себе радость и восторг, но все-таки сорвалась и спросила, чтобы быть точно уверенной.

— Вы… вы не шутите?! — Повысила она свой тон голоса так, что ее даже, вначале испугался Мортелов.

— Нет, я прекрасно помню, таких клиентов! А что, почему такой восторг? — Непонимающе спросил Сергей Георгиевич.

— Это не важно! Я согласна, согласна на ваше предложение, только не забудьте, что вы мне должны! И да, пришлите мне все документы, которые у вас есть, связанные с данной фамилией, хотя бы в копии! — Практически кричала от восторга Носова.

— Фуф… — Облегченно вздохнул Мортелов. — Как же с вами тяжело договариваться, Елизавета Николаевна.

— Если знать как, то не сложно! — Все больше радовалась женщина.

— Что же, я думаю, пора расходиться, раз мы с вами, обо всем договорились? — Спросил Мортелов.

— Да, да! — Ответила, вся на радостях Носова.

Самой Носовой, было, не очень далеко до дома, как, в принципе и Мортелову, но, считая себя очень важной персоной, Сергей Георгиевич не хотел лишний раз морозиться и пошел ловить такси. Они вышли на какую-то перекрестную дорогу и уже хотели было расставаться, как неожиданно, когда Мортелов отпустил руку Носовой, он ступил шаг в сторону и поскользнулся. В тот момент, перед ним, наверное пронеслась вся его жизнь и удар боком, который завершил падение, он не забудет никогда. Носова успела только взвизгнуть от испуга и смотрела на лежащего Сергей Георгиевича Мортелова. На несколько мгновений, все как будто замерло для женщины и длилось, мучительно долго для поскользнувшегося. Елизавета Николаевна боялась что-либо сказать и просто уставилась на лежащего, на дороге человека. Судя по тому, как он пытался произнести слово и у него это не выходило — ему было очень больно. Очки, которые носил мужчина потеряли оба стекла и одну ручку, так что теперь, особо не держались на голове пострадавшего. Наконец, когда первая, шоковая реакция прошла, женщина подбежала к нему и стала помогать вставать. Мортелов лежал на земле и сам мог пошевелить, только противоположной стороной тела. Он еще сопротивлялся помощи, видимо из-за того, что, так — становилось больнее. Женщина изо всех сил попыталась его поднять, но так ничего и не добилась. Какими-то водящими по его телу движениями рук, она пыталась добиться, неизвестно чего.

— Сергей Георгиевич, что с вами?

— Я…а…а…а…аххх — Не мог ничего сказать Мортелов и только испустил вздох.

Она стала щупать место на которое он приземлился и спрашивать:

— Здесь больно, а здесь, вот тут, как вот так если… — Суетилась она, даже не давая толком ему, ничего произнести.

— Бо… по… бо… — Говорил он несвязные слоги.

— Да, да, я понимаю — больно… Надо терпеть…

— Не… не… — Пытался пошевелить он головой, из стороны в сторону.

Спустя какое-то время, она поняла, что он говорит слово «нет». Это значило, что она неправильно восприняла его слова. Елизавета Николаевна, все еще находясь, под легким шоком, стала внимательнее прислушиваться к тому, что произносил пострадавший. Он снова повторил прежние слоги, но уже добавив:

— Пом… пом…

Со временем, женщина поняла, что он просил оказать ему помощь. Она, сначала подумала, что ей нужно как-то это сделать. Потом, она стала смотреть по сторонам, чтобы кого-нибудь позвать. Вокруг, как назло, никого не было, а делать что-то, было необходимо. В принципе, это не удивляло Носову, потому что, так всегда: когда кто-то нужен, никого рядом нет, а когда хочешь уединения, то как назло — толпа все растет и растет. К счастью, что совсем недалеко была больница. Это как-то осенило женщину и она, наконец-то поняла, что имеет ввиду Мортелов. Носова позвонила в скорую и они мигом доехали до места. Даже врачам, пострадавший сначала оказывал сопротивление из-за своей боли, но так или иначе, усилиями всех, кто там находился, включая саму женщину, его удалось затащить в машину. Испуганная Елизавета Николаевна, как-то автоматически села в машину помощи и поехала с ними. Все это время, мужчина не мог оправиться от такого полета, с высоты собственного роста. Оказалось, что от удара, у него была выбита кость. Как обычно бывает в наших больницах — пациент ждет «два часа», чтобы ему оказали помощь. В приемное, куда доставили Мортелова, позже, когда ему оказали помощь, вошла и Носова. Ему поставили несколько уколов и выправили выбившуюся кость. При этом, сказали, что если он хочет, то может остаться в больнице, на несколько дней. Он сидел на кушетке и держал в руках, какие-то осколки. Когда Носова зашла и увидела их, то с ужасом спросила, заранее зная ответ на свой вопрос.

— Э…э…это моя флэшка? — Заикаясь проговорила она.

— К сожалению, да… — Подтвердил Мортелов.

— Но… но у меня же больше нет копий! Столько работы… и все зря! — Сказала она эти слова и вспомнила все то, что вспоминать не хотела и та самая боль вернулась, да в таком объеме, что женщина чуть не вскрикнула.

— Что значит «нет»? Я же вам всегда говорил, что копии нужны! Черт бы вас побрал… — Негодовал Мортелов и ударил по стене кулаком.

— Если бы вы не затеяли весь этот разговор, то все было бы отлично: встретились, передала, деньги получила и всё! — Расстроено говорила Носова.

— Так… значит… давайте обратно деньги! — Заявил Мортелов.

— Что значит «давайте»? Ничего я не отдам! Это же вы виноваты, что упали и разбили мою флэшку, со всей работой! — Оборонялась Носова.

— Я сказал, давайте деньги или ищите копии своей работы!

— У меня нет копий, но и деньги я не собираюсь возвращать! — Заключила Носова и пошла из кабинета.

— Вы, об этом — крупно пожалеете! — Крикнул он вслед, но самой Елизаветы Николаевна — и след простыл.

Он посмотрел на флэшку и лишь надеялся, что оставшийся штекер, который вставляется в компьютер, смог сохранить какую-то пригодную информацию. Что касалось Носовой, то она выбежала из больницы и пошла домой. По пути, она больше радовалась тому, что узнала перед тем, как случилось это падение Мортелова. Ей все больше нравилась мысль по поводу того, чтобы прекратить всякое сотрудничество с этим человеком и на те большие деньги, которые были у нее сейчас с собой, просто уехать куда-нибудь. Она знала, что Сергей Георгиевич Мортелов, если что-то обещал, значит он это выполнит. Идя домой, она все время оглядывалась назад, хотя прекрасно понимала, что пока он в больнице, то беспокоиться не нужно. Одновременно с этим, она все время напоминала себе, что теперь у нее есть компромат, но в последние моменты, вдруг осознала, что ничего, на самом деле и нет, если она случайно, не обнаружит у себя копий, которые так нужны были Мортелову. Это заставило ее, напрячь все свои нейроны в мозге, но ничего не помогало, потому что, она привыкла заметать за собой, абсолютно все следы. Она вернулась домой, уже под ночь. Зайдя в квартиру, она увидела на своем телефоне пропущенные звонки, которые говорили о том, что ей, в очередной раз звонили надоедавшие, по каждому поводу, родители. Она долгое время ходила по квартире в поисках ответа на вопрос, «как быть и что делать?». В надежде, обнаружить, хотя бы что-то, Елизавета Николаевна стала перебирать вещи в сумке, на столе, даже залезла в шкаф, прекрасно понимая, что в нем ничего не может быть. Ее, хоть как-то успокаивала мысль о том, что теперь она богата и может уехать далеко и навсегда. Также, немного согревала и та мысль, что флэшку, возможно получится восстановить, а значит и всю, проделанную работу. Ее одолела обида, из-за выполненной впустую работы, да еще работы, стоящей таких огромных усилий.

Она что-то себе сготовила и начала есть. В такой уединенной атмосфере, она еще больше погружалась в плохие воспоминания. Даже кусок сочного мяса, который еще шипел и выглядел, так аппетитно, толком не мог быть ею проглочен. Ей, даже в какой-то момент показалось, словно раздался телефонный звонок, она взяла трубку и увидела там номер Мортелова. Сердце в ее груди, застучало быстрее от этого. Однако, потом, она встряхнула головой и поняла, что это лишь проделки ее нервной системы.

Поставив тарелку с недоеденной пищей в посудомоечную машину, она выключила во всей квартире свет и забилась в угол своей кровати. Она сидела, согнув колени и обхватив их руками. На улице, как и в квартире, была тишина, словно весь город вымер или все люди, просто куда-то исчезли. Она пыталась представить, куда же можно отправиться так, чтобы ее никто и никогда не нашел. В принципе, ее ничто не останавливало, тем более, что близких и своей семьи, у нее не было. Однако, она боялась, что та игра, в которую она когда-то ввязалась, может оказаться для нее — смертельной. Она понимала, что так просто, выйти не получится. К тому же, еще и с деньгами, это ладно, если бы не последнее событие с Мортеловым, так и то, неизвестно, чем бы все закончилось. Ей хотелось плакать и она винила себя за все то, что привнесла в свою собственную жизнь. Как она думала: «Лучше в бедности жить, но без таких проблем и врагов, как Мортелов…». При всех этих беспокойных мыслях, ее никак не мог одолеть сон. Она очень хотела уснуть не лежа, а именно, в такой позе, когда ее, как бы — не видно, потому что она находится в самом углу.

Решив сменить плохие мысли, на более хорошие, Елизавета Николаевна неожиданно обнаружила, что за последнее время, она не смогла привнести в свою жизнь, хоть капельку счастливых моментов. Она стала спрашивать у самой себя, а что будет, если она так и умрет, не увидев и не узнав, а что же такое счастье?! Ведь по сути, ее жизнь, это постоянная учеба, использование со стороны мужчин, недовольство собой, отсутствие друзей, с которыми можно было пообщаться и рассказать о своих проблемах. Вся ее жизнь, была лишена удовольствия, она никогда не отдыхала и хотела только побольше денег заработать. Что если, все, что она получит в этой жизни, будет лишь этим одновременно огромным и таким малозначимым конвертом?! Такие мысли наводили на нее еще больше страха. Елизавета Николаевна решила, что изменит свою жизнь и изменит ее в лучшую сторону! Но можно ли изменить в лучшую сторону то, что она уже успела совершить, ведь как есть слова, которые нельзя вернуть, также точно, существуют и поступки, которых уже не исправить?!

Поняв, что от размышлений особого толка не будет, Елизавета Николаевна сняла с себя всю лишнюю одежду и залезла под одеяло, чтобы постараться уснуть. Когда она легла в свою постель, то долго не могла заснуть, из-за своей боли. Дело в том, что, обычно она спала на спине, а теперь, приходилось приспосабливаться и лежать по-другому. Кроме того, боль, как бы ныла, а вызвано это было тем, какие мысли крутились в голове Носовой. Конечно, Мортелов, тоже имел к ним отношение, но это было что-то другое, что-то связанное со школой. Чтобы уснуть, она вставала несколько раз со своей кровати и просто ходила по комнате — в темноте. Хотела было принять несколько капель валерьянки, чтобы успокоить и ноющую боль и свои мысли, но потом решила постараться уснуть, просто так. Так или иначе, но Елизавета Николаевна, пробыла в бодром состоянии до трех часов ночи и только потом, просыпаясь несколько раз, она наконец-то уснула. Уснула, но в тоже самое время, вроде и не засыпала, потому что моментально перенеслась в какой-то другой мир, который не был похож на реальный, но находился вокруг нее. Елизавете Николаевне, снился какой-то ребенок, который весь голенький, словно только что родился на свет. Этот ребенок был светлым-светлым, даже ослеплял своим блеском. Он держал в руках, маленькую ручку, которой дети, учатся писать. Он говорил что-то на своем детском языке, но ничего не было слышно. Елизавета Николаевна видела то место, в котором она сейчас находилась и раньше, но не могла точно определить, что это было. Скорее всего, она не могла этого сделать, потому что все ее внимание было направлено на младенца. Ей представлялось, что этот ребенок, родился таким здоровеньким и красивым, что такого не бывает в жизни. Сейчас, у этого ребенка, просто откуда-то, появилась в руках маленькая ручка, которой он не мог ничего написать, просто потому что не умел. Она так увлеклась этим малышом, что во сне заулыбалась и как-то даже подобрела, словно все проблемы, которые так ее занимали перед сном, просто куда-то испарились. Она увлеклась и не заметила, как откуда-то в этом сне, появилась строгая, крикливая тетя, похожая не на настоящую мать, а на приемную. Но где же настоящая?! Нет, никого, кроме их двоих не было в этом месте! Она подошла к маленькому беззащитному ребенку и стала отнимать у него эту маленькую ручку. Маленький «рыцарь», который безусловно будет настоящим мужчиной, уже в этом возрасте проявил изрядную силу и сразу не отдал ручку. Рано или поздно, но строгая тетя, все-таки оказалась сильнее и просто переломила ручку, из которой начали брызгать чернила. Эти чернила запятнали всего крохотного и такого белоснежного младенца, что он перестал светиться также, как светился раньше. Она сломала ручку и просто куда-то исчезла, никак не пытаясь успокоить ревущего ребенка. Он же просто остался лежать и расти, не в силах самостоятельно отчистить чернила. Елизавета Николаевна проснулась, вся в поту и тяжело задышала, потом посмотрела вокруг и поняла, что она находится в своей квартире, сейчас на дворе ночь, а значит, что как-то, но нужно заснуть.

Беззаботная жизнь Виктора Лётова

Спустя несколько дней, после событий, взявших свое начало в парке, погода ничуть не изменилась, а даже, в каких-то районах города и стала хуже. Один из таких районов, располагался, совершенно в противоположной от района Носовой стороне. Данное место славилось тем, что в нем, в основном располагались дома, где можно было удачно снять квартиру, на небольшой срок и за, довольно приемлемую оплату. В принципе, район не отличался от других, как это принято разграничивать по высокой преступности или наоборот — достаточному спокойствию, однако, одна из квартир, которая снималась человеком, по имени Виктор Лётов, являлась, как бы «белой зеброй», среди всех остальных, полосатых. Выделялась она так, по одной простой причине, что в ней, в данный момент, проживал человек, прямо связанный с различного рода преступлениями. Этот самый Виктор Лётов является сотрудником детективного агентства — «Правда». То есть, обычно подобная работа, притягивает к тому, кто ее выполняет, различного рода жизненные обстоятельства связанные с ней, а тут, всё было наоборот: и район спокойный, и соседи не так чтобы слишком назойливые.

В один из таких же, уже достаточно морозных дней, Виктор Лётов спал в своей комнате, по одной простой причине, что было еще утро и на работу, пока рано собираться. Ну то есть, не то что, было бы на самом деле «рано», а просто этот мужчина не считал своим долгом приходить в указанный час. Отчасти, он, конечно же был прав, потому как, в его компетенции было не писать бумаги, а расследовать преступления, что в свою очередь — никак не сочеталось с девятью часами утра. Комната этого человека, была похожа на рабочий кабинет, настоящего «засевшего» надолго в нем, мужчины. Здесь пахло потом, были разбросаны носки, на рабочем столе, где находился включенный компьютер, повсюду лежали случайным образом какие-то документы. К слову говоря, компьютер у этого человека, был включен всегда, даже когда он находился вне дома. Он использовал его, ради нескольких целей: работа с документами, пребывание в Интернете, общение по работе и как будильник. Сейчас, когда был уже одиннадцатый час утра, будильник должен был подать свой сигнал. В остальном, комната говорила о том, что в ней не хватало женской руки или хорошей мужской уборки. Примечательной особенностью Виктора Лётова, являлось то, что он всегда закрывал шторы своего окна, чтобы никто не мог видеть, что же происходит, в данный момент в его комнате. Хотя, если знать, что в ней, прямо от окна находилась кровать, от которой, ровно под прямым углом располагалась дверь и под самым подоконником, где-то слева — компьютерный стол, то фантазии, особо не было где разгуляться. Примечательной особенностью, это являлось потому, что в своей основе Виктор Лётов, мужчина, примерно лет сорока с небольшим, был приверженцем теории «Ну и что!»: упало на него сверху скопление снега — ну и что; убили какую-нибудь важную «шишку» — ну и что; соседи ругаются из-за лишнего шума — ну и что и тому подобное. Хотя с другой стороны, этот человек мог вести себя не всегда одинаково и на похожие вещи, реагировал совершенно по-разному.

Наконец, когда компьютерный будильник подал свой сигнал, Виктор Лётов раскрыл глаза и был недоволен этим мерзким звуком, который он, к слову говоря, сам и выбрал, потому что, как он же считал, только так можно проснуться после хорошего сна.

— Да заткнись ты! — Крикнул он, низким голосом, прекрасно зная о том, что слова — ничего не изменят в данной ситуации.

Пролежав, в сопровождении надоедливого звука несколько минут, Виктор Лётов, все же встал с кровати и сам выключил его. Посмотрев на время, он ничуть не удивился тому, что уже, как два часа опаздывал на свою работу. В принципе, для этого человека, такое утро являлось самым обычным началом дня, которое, как он уже успел сегодня понять, нельзя было ничем испортить. Он пошел в ванную, чтобы умыться, но не успев толком дождаться пока вода согреется и ей можно будет ополоснуться, он услышал звонок в компьютере. Вначале, чувствуя, каким-то нутром, что не следует подходить и даже смотреть, кто бы это мог быть, Виктор Лётов продолжал стоять и ждать, когда же можно будет продолжить умывание. Однако, из-за неизвестных причин, по которым вода упрямо не хотела согреваться, он плюнул на все и подошел к компьютеру. На экране моргало оповещение, что звонит его бывшая жена. Как только он увидел имя, его словно ударило разрядом электрического тока и оттолкнуло в сторону. Простояв так несколько минут, он каждую секунду представлял, что этот разговор не сулил ничего хорошего, кроме очередных нервов и чего хуже — скандала. Также, он знал еще одно — бывшая ни за что не перестанет трезвонить, если ей не ответишь, а в случае, при котором, ей, как бы случайно надоест и звонки прекратятся, то начнутся домогательства со стороны разных государственных органов, которые следят за тем, чтобы Виктор Лётов, исправно платил деньги, на содержание своей несовершеннолетней, еще недавно появившейся на свет дочери. Так или иначе, но менять одно шило, которое уколет, но терпимо, на другое — более длинное, он не собирался и решил ответить. На экране появилось изображение женщины, также, примерно лет сорока, блондинки, с маленьким остреньким носиком и серыми глазами, как у мыши.

— А я хотела уже трубку бросать. Ну где ты там ходишь?! — Раздался высокий, прямо из макушки головы, женский голос.

— И тебе привет, Юлька! — Довольно доброжелательно ответил Лётов.

— Небось уже весь перепугался, что я звоню по поводу моих законных денег? — Съязвила она.

— Ну, во-первых, не твоих, а «белочки», а во-вторых, с чего это ты взяла, что я испугался? Просто я принимал душ. — Пытался оправдываться Лётов. «Белочкой», он называл свою маленькую дочку, которая получила такое ласковое прозвище из-за того, что очень быстро перебирала своими маленькими пальчиками.

— Вот сейчас возьму и позвоню куда-надо и с тебя еще больше начнут высчитывать! — Недовольно проговорила бывшая Лётова.

— Что тебе нужно? — Понимая, что нормального разговора не будет, поинтересовался Лётов.

— Меня твой начальник, вместе с дружком, уже достали! На кой черт ты им дал мой номер телефона, якобы для связи с тобой?! — Кричала, как могла это делать женщина, при маленьком ребенке.

— Ну ты же все равно меня достанешь, а так, хоть будет, кому — тебя побеспокоить! — Произнес Лётов, с ухмылкой на лице. По правде говоря, он дал номер специально, чтобы его жене, не жилось спокойно. Конечно, после первых попыток такой связи, она продиктовала всем, кто пытался дозвониться, его настоящий номер телефона, после чего, Виктор Лётов стал устанавливать будильник на компьютере, а телефон отключать до того момента, пока сам не проснется.

— Ты доиграешь в свои подколки, вот возьму и позвоню куда надо! — Злилась женщина.

— Что тебе нужно от меня? — В который раз пытался узнать Лётов.

— Я же тебе сказала, что звонили твои, с работы! Какого черта, ты все время не ходишь вовремя?

— Звонили и…?

— Срочно вали на работу, а не то, твой босс, цитирую: «Свяжу и посажу под замок в кабинете!». — Протараторила женщина.

— Черт, так и знал, что не стоило поднимать… — Проговорил, себе под нос Лётов.

— Что ты сказал?! — Явно что-то не то, послышалось его бывшей жене.

— Нет, нет, ничего… Спасибо за предупреждение! Покажи мне, нашу дочурку… — Перешел на более вежливый и сдержанный тон Лётов.

— Деньги, когда будут?

— Не знаю, скоро, как дела появятся новые… — Пояснил Лётов.

— Ну вот и дочь покажу, когда деньги появятся новые! — Отрезала бывшая жена Лётова.

— Не забудь накраситься, перед тем, как с дочкой будешь играть! — Произнес Лётов.

— Чего? Ты о чем? — Непонимающе произнесла женщина.

— Не забудь, не забудь, а не то, испугается и придется тебе, еще больше денег, только уже на врачей выманивать! — Подшутил над своей бывшей, Лётов и лишь услышав «Ты…», разорвал соединение.

К слову говоря, что бывшая жена Лётова, что он сам, являлись, достаточно хорошей парой и не были «красавицей и чудовищем». Сам Виктор Лётов, в его возрасте, имел хорошее, почти спортивное телосложение, потому что, в связи со спецификой работы, ему часто приходилось бегать. Внешне, он был похож на героя какого-нибудь фильма, в особенности из-за роста, который был, почти метр-девяносто. Взглянув на его лицо, при первой встрече, бывшая жена подумала, что наконец-то нашла того, за кем будет, как за каменной стеной. Во многом, такое впечатление создалось из-за шрама у левого глаза, который достался мужчине, еще на контрактной службе. Плюс ко всему, светлые глаза, вместе с небольшими морщинками, добавляли образу, жизненного опыта. У Виктора Лётова была такая особенность поведения мимики на лице, которая заключалась в том, что при разговоре, он вяло шевелил своими, средних размеров губами, закрывавшими, просто идеальный прикус зубов. Расставание с бывшей супругой произошло, примерно месяц назад. В основном, это была ее инициатива, потому что, при всей своей, иногда чрезмерной стервозности, Виктора Лётова устраивала такая женщина. У самой Юлии, на этот счет, были, как и у многих других женщин — стандартные причины, заключающиеся в том, что Лётов: бесчувственный, постоянно работающий (с его-то пунктуальностью), мало зарабатывающий мужик, как и все остальные.

Некое волнение одолело сейчас Виктора Лётова, по той простой причине, что со временем, когда начальство поняло, что номер не тот и дозвониться до него самого, не получится, они успокоились и привыкли к подобного рода задержкам на работу, а звонили лишь в тех исключительных случаях, когда, ну что-то, прямо очень важное случилось. За подобное отношение, к своим прямым обязанностям, Лётова, конечно же могли уволить и просто найти другого сотрудника, чтобы лишний раз не тратить силы. Однако, Виктор Лётов, хоть и был обычным, как большая часть России человеком, но в своем профессионализме, он никому не уступал. В нем наблюдалась, какая-то сила, которую не определить словами, заключающаяся в чувстве дела. Этот человек, почти всегда, знал наверняка, с самого начала, кто преступник, точнее, какого он пола. Ну и особым интересом для него служило то, как он добивался правды и причин преступления. Во многом, именно из-за ответа на этот вопрос, он и пошел в детективное агентство, ведь как и в детективных книгах, для него особую значимость имело не то, кто совершил убийство, а почему. Процесс, всегда интереснее самого результата! Ну и маленьким плюсом ко всему было то, что в какой-то там год, непонятно где, угораздило их начальнику попасть в переделку с бандитами, а Лётов-то ему и помог, вот в качестве оплаты за помощь, он и позволял себе подобного рода вольности. Что подчиненный, что начальник — оба прекрасно понимали: один не сможет переучить другого, а, следовательно, уже ничего не сделать, поэтому просто мирились с происходящим.

Лётов сумел дождаться нормальной воды, чтобы ополоснуться и перекусив на скорую руку, вышел из своей квартиры, чтобы отправиться на работу. Ввиду того, что Виктор Лётов занимался подобного рода деятельностью, в нем присутствовала достаточная наблюдательность, чтобы уже давно заметить, что до работы, на машине, было около получаса, без учета пробок. Соответственно, со всеми остановками, которые мало зависели от него, как водителя, этот мужчина смог добраться до работы, примерно в первом часу дня. В конце концов, машина остановилась около большого, двухэтажного здания красного цвета, с огромной вывеской «Правда». Войдя в само-открывающуюся дверь он поднялся по лестнице на второй этаж, предварительно пройдя метало-детектор, который его, как «ветерана», уже порядком раздражал и вошел в дверь, с вывеской «Администрация». Этот маленький кабинет, состоял из двух, еще более маленьких, в одном из которых сидели секретарь и компьютерный гений, а по совместительству и друг Лётова, в другом же, сам начальник. Сама атмосфера обоих кабинетиков, не выделялась, каким-нибудь особенным способом: желтые стены, как успокаивающий и расслабляющий фактор, несколько цветочков на окне и шкаф с различного рода бумагами. Так как сейчас было, практически утро, то свет не горел, тогда же, когда его включали, то он даже слепил, но так было положено, для общего комфорта. Друг Лётова, которого звали — Марк Бен, естественно имя, являлось псевдонимом находился в кабинете за своим столом, а секретарши не было на месте. Собственно, начальник посадил рядом с собой компьютерного гения только за тем, чтобы охранять цифровую безопасность, всех важных документов. С виду, это был обычный человек средних лет, со скругленной верхней частью спины, в какой-то футболке с иностранной надписью, дрожащими руками от большого объема работ на компьютере и, что удивляло — без очков. Увидев своего друга, он сделал большие глаза и начал с ним беседу, не давая второму, даже толком войти в помещение:

— Да ты чё! Где тебя носит? Тут шефу уже все телефоны оборвали и требуют, чтобы он послал тебя, а ты черт знает где пропадаешь! — Проговорил программист шепотом.

— Что такого могло случиться, что бы начало такую реакцию? — Поинтересовался без особого желания Лётов.

— Я толком не знаю, но нужно, чтобы делу не давали общественной огласки, поэтому на месте уже работают наши люди… — Пояснил компьютерный гений.

— Какого черта могло произойти, что нужно меня тревожить и исходить на… — Не успел договорить Лётов, как из двери другого кабинета, появился его начальник.

Этот человек напоминал собой маленького человечка, из города карликов. Нет, рост у него был самый обычный и нормальное телосложение, но почему-то он казался таким мизерным, что это иногда вызывало смех, прямо ему в глаза. Веселый образ дополняло то, что у этого мужчины имелся голос, с особым носовым призвуком из-за которого, его становилось слышно на очень большом расстоянии. По правде говоря, из-за своего роста он не мог внушать то уважение к себе, как к начальнику, которое имеют все «боссы». Ему было, примерно столько же лет, как и Лётову, но может чуть больше, что не замечалось со стороны. Он выглянул и еще не успев толком открыть дверь крикнул:

— Лётов! Ты сколько раз собираешься меня раздражать?! — Говорил он, исключительно в нос. — Не отключай ты телефона, чтобы я смог с тобой связываться, когда мне надо! Ты совсем что ли уже, на старости лет — чокнулся?

— Только не говорите, что я должен буду взять очередное дело, по краже старых бабушкиных украшений, ее доставщиком пенсии! — Усмехнулся Лётов тому, что его начальник, по каким-то неизвестны причинам, называл его уже старым, хотя самого себя таким не считал. Усмехнулся, но в тоже самое время и был недоволен, поскольку не знал наверняка, а что же его ждало.

— Хватит разговоров, зайди ко мне в кабинет! — Скомандовал начальник.

— А то там, мы не будем разговаривать! — Съязвил Лётов, когда тронулся с места и пошел за ним.

— Не умничай! — Послышалось из-за двери, которая захлопнулась в тот самый момент, когда в нее вошел Виктор Лётов.

Они уселись каждый на свое место, которое знал уже давно и начали разговор.

— Послушай, Лётов, я конечно понимаю, что ты охренеть какой гений в нашем деле и все такое! Но заканчивай со всеми своими нарушениями правил! Ты думаешь, что мне хочется вставать и с утра переться куда-то? Но я же иду!

— Так вам не так рано нужно! — Пытался увиливать Лётов.

— Как будто я не знаю, что если бы у тебя был официальный рабочий день с двенадцати, то ты бы являлся к двум! Так все, будем что-то решать по твоему поводу. — Заявил начальник.

— Эээ… ну… у вас же вроде что-то было ко мне? — Вспомнил неожиданно Лётов.

— Ааа, ты вдруг собрался проявить интерес к обычным делам? — Иронизировал начальник.

— Ну я же на работе, а делать больше нечего!

— Ладно, но мы еще вернемся к этому вопросу. В общем слушай: сегодня ночью, было найдено тело женщины, в одном из парков города. Меня попросили, чтобы мы взялись за расследование, потому что нельзя придавать огласке все подробности. Ты должен взяться и расследовать все события, которые привели к печальному исходу жертвы, а самое главное, это найти преступника. — Проинформировал Лётова, его начальник.

— Да ё моё! Ну вы как будто издеваетесь! Вот я так и знал, что ничего серьезного не произошло, а вы меня вытащили, я пойду… — Начал вставать Лётов, со своего места.

— Уволю. — Твердо сказал начальник.

— Да чтоб тебя! Ну вы же знаете, что я люблю дела, где больше, как бы это назвать… жестокости, не в самом плохом смысле этого слова. Вот, если бы там было несколько жертв, да еще море крови, то я бы взял к себе на заметку, а так… передайте кому-нибудь другому, кому нужен опыт. — Всячески отнекивался Лётов.

— Поверь мне, там жестокости, как ты сказал, хоть отбавляй, к тому же — у тебя выбора нет! Так что, либо на вольные хлеба, либо — К СВОИМ ПРЯМЫМ ОБЯЗАННОСТЯМ! — Заключил начальник, в конце предложения, резко повысив тон и громкость голоса.

— Так вы меня и уволите!? — Усмехнулся Лётов.

— Витя, послушай меня. Ну никто не справиться так деликатно, как это сделаешь ты. Ну не хочу я такое дело, отдавать в руки какому-нибудь молокососу, чтобы назавтра, все подробности просочились в Интернет и с меня спустили три шкуры. Пойми ты, что это дело, городского масштаба. Расследуй, а потом, можешь хоть неделю приходить к часу. — Просил его начальник.

— Как я не люблю, когда вы начинаете включать вот такого бедного и убитого жизнью человека… — Лётова, даже передернуло. — Ай! Черт с вами! Что там, куда нужно ехать?

— Вот тебе адресок, там наши люди, запомни, что ты руководишь расследованием и не оставляй у них, ничего лишнего, кроме их бумажек. Журналистов, вообще гони дальше, чем они могут увидеть. — Пояснил начальник.

— В смысле? И всё? Вы больше ничего мне не хотите рассказать, ну, немного подробностей? — Удивленно спрашивал Лётов.

— Понимаешь, там не все так мягко и гладко, а говорить про подобного рода вещи, я не хочу, иначе меня самого вывернет. Так что езжай на место и сам все увидишь. Давай, удачи! — Проговорил начальник и показал Лётову на дверь. — И когда будешь допрашивать, определенную категорию людей, до ни слова не говори им про убийство. Сам поймешь почему.

Виктор Лётов будучи человеком, которого можно очень просто заинтересовать какой-нибудь мелочью, в мгновение ока проявил желание взяться за дело, только ему стоило услышать о том, как не хочет произносить подробностей его начальник. К тому же, это «сам поймешь», еще больше подогрело интерес Лётова. Он вышел из кабинета начальника и обратился к своему компьютерному другу.

— В общем, придется нам опять вместе поработать, так что, включайся и будь на связи! — Проговорил Лётов.

— Супер! Надоело уже сидеть и за безопасностью следить, давай! — Обрадовался программист.

Сам же детектив отправился на своей машине к месту преступления. Хотя, ради обеспечения своей безопасности, он и не должен был ездить на личном транспорте по таким делам, но по нашим дорогам, только его полноприводный джип и мог проехать нормально. Всю дорогу, в его голове вертелись разного рода фантазии на тему того, что там может быть за дело такое, что бы так разволновался его начальник. На самом деле, Виктор Лётов очень часто переусердствовал в своих догадках, когда нужно было лишь посмотреть на ситуацию просто. Ничего странного в поведении начальника «Правды» не было, просто данное происшествие имело оттенок, который не должен стать достоянием общественности из-за ряда причин, которые наш герой узнает позже. Когда Лётов приступал к новому делу, то всегда что-то воображал, чтобы исчерпать все возможные варианты. Как и любому бы на его месте, ему пришла мысль про то, что это убита, какая-то родственница важной фигуры в городе, а может быть, даже самой важной фигурой или, наоборот — кто-то убил важного человека. В общем и целом, таких догадок, в голове Виктора Лётова, за время поездки, появилось огромное множество. Если бы не пара водителей, которые подрезали его на дороге, то детектив бы вообще не заметил, как прошли целых два часа его жизни. Приехав на место происшествия, он оставил свою машину, в одном квартале от тела и группы, которая занималась расследованием. Закрыв машину, он стал пробираться каким-то окольными путями, которые напоминали лыжню, к большому сборищу людей и специальной техники. Добравшись куда нужно, он, как и думал, все пропустил: тело уже было накрыто специальной накидкой, чтобы не привлекать внимания окружающих, какая-то кровь, непонятно жертвы или нет, помечена специальным раствором, чтобы не потеряла своих свойств и лучше и быстрее идентифицировалась, какую-то технику уже собрали и так далее.

В целом, то, что было до приезда детектива выглядело следующим образом. В парке, недалеко от лыжни по которой шел Лётов, в прикрытом со всех сторон кустами и деревьями месте, было найдено тело женщины, довольно полного телосложения. Она была полностью голой, с кровавыми следами на спине. Кровь брала свое начало, где-то между ног женщины и продолжалась в хаотичном порядке, практически до шеи. Однако, большая часть темно-красного оттенка жидкости, осталась на земле и это было видно, из-за яркого контраста, белого цвета снега и бордового. На лице этой женщины, было несколько синяков, которые уже успели слегка пожелтеть. Волосы были растрепаны и клочками вырваны из головы. От того, что ее здесь оставили уже давно, вся кожная поверхность покрылась сероватым оттенком. В некоторых местах, имелись следы, как будто бы повреждений кожного покрова, но сильно напоминавшие обморожение, как впрочем и удары. Рядом с жертвой находилась ее одежда: какая-то легонькая курточка, сапоги, со стертым каблуком, колготки и вывернутая наружу маленькая сумка из которой все женские принадлежности, также оказались достоянием человеческих глаз. Тело находилось на спине, но группа уже успевшая осмотреть его, отметила, что у грудей, были вырезаны соски и в этих местах была застывшая кровь. Она лежала на животе, с повернутой на бок головой, что сначала, могло быть воспринято, до проведения более тщательного осмотра, как свернутая шея.

Не успев все увидеть, Лётов разузнал это у группы занимающейся расследованием дела.

— Кто она такая, уже удалось выяснить? — Поинтересовался Лётов.

— Елизавета Николаевна Носова, учительница в местной частной школе. Она живет… жила здесь неподалеку. — Пояснил эксперт, что-то раскладывая пинцетом на пленке.

— Замужем, дети, знакомые?

— Интересно… А? Нет, даже родственников нет. По поводу друзей, лучше обратитесь в саму школу.

— Так, что с ней случилось, кроме того, что убили? — Продолжал интересоваться детектив.

— По всем признакам, это изнасилование, причем очень жестокое. — Объяснили Лётову, копаясь на пленке.

— Мужа, если нет, то отпадает, что насчет места работы?

— Ха… — Усмехнулся эксперт. — Подойдите сюда. — Они подошли к телу женщины и эксперт снял закрывающую простынь. — Как вы думаете? Похоже, чтобы это сделал подросток? — Взору детектива предстало женское влагалище, которое из-за крови было плохо видно, но даже неопытному глазу стало бы понятно, что оно имеет нестандартные размеры. — Нет, это точно что не школьник. Понимаете ли, диаметр самого инструмента насилия, явно не подростка, а взрослого человека. Если только… если только вдвоем… но судя по следам на снегу, здесь было лишь двое человек, вместе с жертвой, так что, я на сто процентов могу сказать, что вторым был мужчина, уже в возрасте, в обуви сорок второго размера.

Детектив посмотрел на землю, присел на корточки и увидел, что среди сбитого снега, есть какие-то нечеткие и уже успевшие, слегка исчезнуть следы обуви. Благодаря своей многолетней практике, Лётов заметил одну особенность, которую нашел и здесь: след был хорошо втоптан в землю, а значит, что скорее всего это действительно был мужчина, но, бывали случаи, когда и женщина оставляла подобные отпечатки — все зависело от поступи. Дело в том, что Лётов, будучи наблюдательным человеком знал про разновидности человеческого характера. Если человек, весь такой легкий и солнечный, постоянно смеющийся и относящийся к жизни просто, безо всякого философского подхода, то такой и следы оставит не слишком глубокие, потому что на походке, свойства характера сказываются в первую очередь. В случае же с тем, кто привык размышлять о смысле жизни, постоянно находиться в своих мыслях и не говорить ни единого слова, не подумав — следы остаются более тяжелые и явные.

— Я вообще-то, имел ввиду, что на работе по поводу мужчин? — Пояснил Лётов, когда стал подниматься.

— Я же объяснил, что мы еще там не были и вам лучше обратиться самому… — Отнекивался специалист, желая продолжить расследование, по своему профилю.

— По отпечаткам и другим следам? — Интересовался Лётов и достал свой телефон, чтобы в нем записывать.

— Пальцы не обнаружены, соски на груди были вырезаны обычным ножом, кровь из влагалища и анального отверстия, скорее всего, что только ее. Под ногтями что-то есть, но скорее всего, из-за снега, это ничего не даст. — Пояснил эксперт и упаковал разбираемые кусочки, в отдельный пакетик.

В этот момент, на месте происшествия появились журналисты, а ввиду того, что Лётову уже надоело выспрашивать, он решил сделать перерыв и подойти, чтобы ответить на их вопросы. Он оказался по одну сторону от протянутой ленты, а любопытные носы — по другую.

— Здравствуйте, я сотрудник полиции, мы расследуем это дело и с удовольствием ответим на все вопросы! — Смеялся от радости, внутри себя, Лётов.

— Скажите… — Только и перекликалось в толпе репортеров и слышались звуки щелчков фотоаппаратов.

— Послушайте, я уверен, что всех интересует одно и тоже, поэтому давайте кто-нибудь один! — Предложил детектив.

Слово взяла молоденькая девушка, лет двадцати с небольшим.

— Скажите, что там произошло? — Произнесла она, тоненьким высоким голоском, явно переживая.

— Да, вы знаете, это очень серьезное преступление, которого еще не было в нашем городе, поэтому я прошу вас, никаких фактов не привирать, чтобы не задеть чувства некоторых людей… — Сделал грустное выражение лица, а сам, еле сдерживался от смеха Лётов.

— Да, разумеется, конечно… — Доносилось из толпы, с наивной и заученной интонацией.

— Дамы и господа, этот район, с настоящего момента, считается самым опасным и не стоит в него соваться.

— Почему?

— Дело в том, что прошлой ночью здесь появилась белая кошка! — Устрашающе произнес Лётов. — Мы не знаем, что происходит в городе, потому что на данном месте происшествия найден магический круг, нарисованный лапами и кровью. Все совпадает со старой легендой о могучем божестве кошачьего мира — Акшоке! — Он сделал вид, что подавился, потому что в какой-то момент, на его лице проскочила улыбка и чтобы ее убрать, он начал заглушать ее самым простым способом. Журналисты восприняли этот факт, как проявление какой-то внешней силы и от страха, даже пошатнулись.

— А что с телами? Есть тела? Говорят, что убили женщину? — Послышалось от той же девушки.

— Мы этого не знаем, дело в том, что на земле, было обнаружено послание, в котором говорилось, что «шесть кошек, равны шести телам», однако про их пол, ничего не было сказано.

— Удалось что-то еще обнаружить? — Продолжались вопросы.

— С нами произошла очень загадочная история, мы работали с группой, с самой ночи, а недавно выяснилось, что абсолютно все кошки наших сотрудников напали на их хозяев, которые были дома. Видимо, какая-то сила опустилась на наш город. Мы боимся, как бы это не было Крикошкацией! — Расходился все больше и больше Лётов.

— Но как насчет слухов? — Не унималась девушка.

— Мы обнаружили несколько отверстий в земле, они сейчас скрыты, но на поверхности, они напоминают силуэт кошек, а потом, когда погружаются дальше, все глубже и глубже, то дыры становятся похожи на человеческие силуэты. — Придумывал Лётов.

— Как вы собираетесь расследовать данное происшествие и есть ли у вас рекомендации по безопасности?

— По поводу расследований, я думаю, что придется взывать к древнему божеству, которое одно способно справиться с такой напастью, ведь всем вам известно, что наш город построили боги. Рекомендации по безопасности очень простые, если у вас есть домашние животные, то не приближайтесь к этому месту, потому что уже есть пострадавшие в семьях наших сотрудников, которые отправлены в больницу с неизвестной болезнью. — Закончил Лётов.

— Ооо! — Послышалось из толпы журналистов и они все, словно ветер разбежались по сторонам, чтобы быстрее написать необходимый материал. Когда никого не оказалось рядом, Лётов оперся на колени и громко рассмеялся, потому что не мог больше сдерживать в себе позывы к этому. Просто ему уже надоело то, что каждый раз, когда он оказывается на деле, его расследованию мешают журналисты и с недавних пор, он придумал вот такой трюк — им-то все равно, что писать, а люди почитают и подумают, что это какая-то первоапрельская шутка.

После этого, он вспомнил, зачем он был здесь и пошел дальше расспрашивать экспертов, по пути поправив свою одежду, потому что стало прохладно и дул ветер с реки.

— А кто сообщил о преступлении? — Поинтересовался Лётов.

— Анонимный звонок с таксофона. Есть такая программа, которая произносит введенный текст, судя по показаниям оператора, голос был идентичен голосу этой программы. Карточка, по всей видимости, принадлежала самой жертве, поэтому бесполезно выяснять. Но еще раньше, поступил звонок от директора школы, который забеспокоился о своей подчиненной. — Объяснил эксперт и что-то сделал с волосами жертвы.

— Что за школа?

— А вы не знаете, что в нашем городе есть только одна подобная школа? Вершина! — Пояснил эксперт.

— Так она умерла от изнасилования или была уже мертвой?

— Скорее всего, что от изнасилования, надо провести анализы и более подробный осмотр. Мы доставим тело в морг, потом все отчеты будут в агентстве.

— Я надеюсь, что наш общий руководитель вас предупредил о том, кому нужно отправлять всю поступающую к вам информацию и что, не стоит распространяться на каждом углу о произошедшем?! — Заявил Виктор Лётов.

— Да, конечно! Все отчеты мы будем отправлять вам, но в данный момент, у нас ничего нет, кроме крови. — Объяснил специалист.

— Что вы там перебирали? — Поинтересовался Лётов, про работу эксперта с пинцетом.

— Тут на земле, лежали какие-то осколки. Тут и пластик и стекло, но я не думаю, что это как-то относиться к делу, это же парк, а мы живем в России. — Усмехнулся специалист. — Но я вас понял, первая информация — появится у вас.

— Да, время смерти, хотя бы примерно? — Совсем забыл, но вовремя вспомнил Лётов.

— Приблизительно, вчерашний вечер, около двадцати-двадцати одного часа.

В принципе, Лётов знал, что на месте происшествия, за последние годы, благодаря различным сериалам и кинофильмам, преступники научились не оставлять лишних следов и улик. Он просто отошел от общего сборища группы расследования и пошел к своей машине. Пока он медленно к ней продвигался, в его голове, стали группироваться факты и все то, что он узнал и успел записать в телефон. Примерно следующим образом рассуждал Лётов. Женщина, полного телосложения, изнасилована. Преступник, скорее всего мужского пола. Есть побои и кровь. Время смерти — позднее, вполне могло быть простое изнасилование. Но от простого изнасилования ведь не умирают! Кроме того, если оба отверстия расширены, то вряд ли обыкновенное насилие со стороны противоположного пола. Зачем, с такой жестокостью, расправляться над женщиной, когда просто можно было выстрелить и все. Она оставлена на снегу и соски вырезаны. Определенно, что это не простое нападение, на мило проходившую женщину, в вечернее время, по парку. Да и не припомню я, чтобы в этом районе, орудовал насильник, да что там районе — во всем городе. Только бы не серийный убийца! Кроме того, зачем бы простому насильнику, снимать с нее полностью одежду и вырезать соски с грудей? Надо установить все контакты, за последние время и проверить знакомых или врагов. К тому же есть следы и размер обуви, но это не особое доказательство, ввиду того, что обувь можно надеть любую. Так жестоко, убивают по какой-то причине, когда хотят видеть страдания жертвы, возможно, что убийца и не мужчина. Нельзя кого-то исключать из подозреваемых. Женщины могут и похуже друг с другом обойтись. Черт бы побрал! Вот почему надо быть поосторожнее с допросом, это же школа, а в школе, помимо хороших детей, просто получающих знания, есть еще и такие пакостные создания, у которых слабая психика и ее никак нельзя травмировать, но зато, они сами могут травмировать кого угодно и без особых последствий. А что им сказать, когда буду опрашивать? Ваша учительница улетела в дальние страны и сказала, что больше не вернется, как вы думаете, почему она это сделала? Вы не знаете, кто мог сделать бо-бо, вашей учительнице? Вы знаете, что человек может умереть? Ай! Сориентируюсь на месте. Он подошел к своей большой машине и сел в нее. Посмотрев на маршрут, он понял, что не так уж далеко было и ехать. Чтобы не тратить время впустую, он позвонил своему компьютерному другу и попросил его узнать подробности про данное учебное заведение. Спустя несколько минут, на телефон Лётова, поступило сообщение, содержащее документ, с текстом.

«Школа для учащихся, желающих получить, исключительно полное среднее образование, по любому направлению — „Вершина“. „Вершина“ названа так, как ассоциация, с определенным максимумом, к которому необходимо стремиться каждому обучающемуся в ней школьнику. Образование является платным и варьируется в зависимости от каждого направления. Таким образом, данная школа, не заставляет учеников учить все предметы, но предоставляет выбор для самых необходимых. В настоящий момент, директором данного учебного заведения, является — Нытин Рудольф Геннадьевич. Школа предусматривают систему обучения, заключающуюся в том, что каждый класс, ведет отдельный преподаватель от начала обучения и до завершения, поэтому все контракты с учителями заключаются сроком, только на одиннадцать лет. Считается, что только лучшие дети попадают в данную школу и не потому что она очень денежно-затратная, а по причине тщательного отбора. Данное учебное заведение, ввело в свою практику систему, при которой исключаются различного рода драки, конфликты, плохое поведение и прочие неприятные обстоятельства. Здесь не выставляют оценки, как это принято в обычных школах, а все заключается, на основе общего мнения, всех обучающихся класса: по сути тоже самое, что при выставлении учителями оценок, но считается, как более объективным вариантом и не распространяется на экзамены. Проверка же знаний, здесь происходит в конце каждого года, точно такая же, как в обычных школах, при окончании всех лет обучения — с помощью государственного экзамена. Здесь обучающиеся могут не ходить на занятия, без объяснения причин, потому что вся оплата производится вначале года, а, что происходит с детьми, как-то наплевать. Считается, что в этой школе, не было ни одного случая травмы ребенка. Вся школа оборудована самой совершенной системой безопасности, включая охранников и камеры. Вход осуществляется, только при наличии специального пропуска. Эта школа носит звание эталона образования для детей, но из нее, как утверждают многие, можно очень легко вылететь и в действительности, а не на словах».

Пока он ехал до здания школы, то размышлял о том, что ему сказать, когда начнутся допросы школьников? Ведь по сути, за свою многолетнюю практику, ему так и не удалось наладить нормальный контакт с детьми, просто потому, что таких дел не было. Да и вообще, убийство школьной учительницы, это что-то из ряда вон выходящее. Так или иначе, но он добрался до того места, где находилось данное учебное заведение. С виду, это напоминало огромный комплекс, построенный в современном, как раз для молодежи, стиле. Здание было ярко-желтого цвета, с примесью белого и небесного оттенков, которые явно намекали на то, что школа безупречна и в ней обучаются, только спокойные и хорошие дети. Все здание, которое не было видно с места, где находился главный вход, имело форму буквы «О», то есть, построено оно было таким образом, что внутри этой самой буквы, располагался внутренний дворик, со спортивной площадкой. Отмечу, что это пространство, которое может показаться совсем маленьким для занятий спортом, на самом деле, составляло пятьсот метров, за один круг, плюс еще то, что не было закрыто специальной металлической сеткой. Материал для постройки, судя по внешнему виду, был не совсем обычным, который использовался раньше в России: вроде как и кирпич, но в тоже время, абсолютно невидимый для глаз человека. Ни одного окна из школы, не выходило на внутренний дворик, видимо, из-за того, чтобы не мешать заниматься. Зато с внешней стороны, где была как бы основная форма буквы «О», этих самых окон разместили, даже больше чем нужно. Они все имели современную пластиковую основу и как успел заметить Лётов, открывались автоматически, чтобы свежий воздух поступал в помещение. Величина здания была заметна сразу же, потому что пять этажей, не останутся незамеченными, даже если очень сильно этого захотеть. Но, во многом Лётов заметил это не из-за величественности постройки, потому что за свою жизнь, он каких только сооружений не видел, а его внимание привлекло некоторое количество воды, которое было выплеснуто, прямо на его плечо и судя по запаху, это была не совсем «аш, два, о». Если бы замерить один большой магазин, с различными отделами, то школа «Вершина» могла бы соперничать с несколькими такими по занимаемой площади, которая, казалось, что составляла свыше тысячи квадратных метров. Въезжать в сам внутренний дворик было нельзя, поэтому Лётову пришлось идти пешком, почему, собственно он и стал жертвой такого происшествия. Вернувшись к машине, в бардачке которой находились влажные салфетки, устраняющие неприятный запах, он взял их и пошел к самому входу. Дело в том, что въезжать во двор было запрещено, не потому что, там находился какой-то дорожный знак, а потому что стояло нечто вроде КПП, где охранник, не пропускал посторонний транспорт, кроме транспорта учителей данного учебного заведения. Отмечу, что многие родите жаловались на это, поскольку не могли доставить своих детей, что называется ко входу в само здание. Но главная проблема, для Лётова, заключалась не в этом, а в том, что когда он подъехал к пропускному пункту, то ему сказали, что без пропуска он не проедет, однако сам детектив, воспринял это, как то, что нельзя было въезжать на машине и поэтому пошел пешим ходом. Когда он вновь добрался до охранника, то был крайне удивлен, ведь ему казалось, что пешком пройти можно.

— Нет, вы не пройдете, если у вас нет разрешения директора или специального пропуска, что, в принципе, одно и то же… — Проговорил уставший охранник.

— Вы знаете, что произошло в вашей школе? — Начал интересоваться Лётов.

— Да, меня поставили в известность, однако, взяли расписку, что я ничего никому не расскажу! — Подтвердил охранник.

— Дело в том, что я являюсь детективом, который по поручению городских властей, расследует это дело, вот мое удостоверение. — Пояснил Лётов и показал свой документ.

— Да, я могу с вами пообщаться, но впустить — нет! — Заявил человек в форме, стоявший на КПП.

— Позвоните своему директору и я думаю, что тогда вопрос решится сам собой! — Заявил Лётов, уже немного горячась. Отмечу, что хоть Лётов и был тем, кто живет по идеологии «Ну и что!», но вот такие моменты, когда, казалось бы, уже ничего не должно мешать общему ходу, просто выбивали его из колеи и он начинал злиться.

— Директора сейчас нет, а даже если бы и был, у нас нет прямой связи с ним… — Пояснил уставший человек.

— Я вижу, что вы очень устали, но, вероятно, еще вчера, у вас было полно сил, скажите вы видели, как из школы выходила, как ее… — Лётов стал доставать телефон и посмотрел в нем имя учительницы. — Елизавета Николаевна Носова.

— Да, потому что мы всех отмечаем. Это было в 16:45, вот и ее подпись. — Показал какой-то журнал охранник.

— Я понимаю, что вы вряд ли располагаете такой информацией, но может быть, вам известно, о каких-нибудь проблемах с другими людьми, госпожи Носовой? — Допытывался Лётов.

— Нет, мне ничего такого неизвестно… — Ответил охранник, нисколько не меняя интонации.

— Может быть, после того, как она ушла, вы видели кого-нибудь, кто бы пошел, ну что ли, за ней следом? — Интересовался Виктор Лётов.

— Да, за ней вышел наш директор, но он всегда уходит, чуть раньше пяти часов, а так, ничего примечательного не было… — Промямлил охранник.

— Благодарю вас за помощь, мне этого достаточно, когда я добуду разрешение, то обязательно пройду мимо вашего КПП. — Как-то наигранно, поблагодарил охранника Лётов.

— Да, да… — Донеслось от человека в форме, в тот момент, когда детектив, уже успел от него отойти.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 108
печатная A5
от 392