электронная
160
печатная A5
545
18+
Заплаканные жизни

Бесплатный фрагмент - Заплаканные жизни

Триллер


5
Объем:
328 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4493-3743-6
электронная
от 160
печатная A5
от 545

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Предисловие

Эту книгу я задумывала как нечто пугающе реалистичное, близкое каждому и в то же время туманное и далекое. Согласитесь, мы люди такие интересные существа… Когда с кем-то из нас происходит беда и человек случайно узнает о ней, по ТV или другим способом, он думает «Ооо… это не со мной, а значит почти не реально, у меня подобной фигни никогда не случится!» Самое странное, что на следующий день этот человек напрочь забывает о трагедии, будто ничего не было, живет дальше, ощущая себя в полной безопасности и комфорте. А ЗЛО, оно рядом, оно реально близко, так близко что ТЫ постоянно должен держать ухо востро. Жизнь слишком хрупкая штука, которая способна оборваться или дать трещину в любой момент. А самое страшное, что мы зачастую не способны ничего предотвратить или изменить.

Когда я начала писать это произведение, то подумала, что оно получится, ну так скажем, не более 30—50 страниц, но случилось что-то удивительное, эта книга поглотила меня, заставляя писать даже ночью. Сидя перед монитором в 3 часа, в эти мистические 3 часа ночи, я плакала, сочувствуя своим героям и радовалась с ними вместе, преодолевая жизненные трудности. Моя книга — это дверь, в пугающую жизнь наших соседей, дальних родственников и просто забытых Богом людей, откройте её и Вы сможете заглянуть к ним на огонёк.

Глава №1

Холодная красота

: Грех, это самый настоящий напиток сатаны, чем больше пьёшь, тем больше хочется и этой жажде нет конца.


Образование во все времена было ключевым моментом в становлении личности. Это именно тот период, в котором формируется понимание человеческой природы, предназначения. И самое интересное случается, когда ребенку приходится переезжать в другой город. Будучи почти взрослым, и казалось-бы совсем умным, и всё знающим, в чужой среде, оторванный от материнской опеки, этот самостоятельный маленький человек, теряется. В столкновении с неизвестной жизнью, свободной от нравоучений и постоянного контроля, совершает большие, иногда даже непоправимые ошибки в собственной жизни, как не печально это звучит, по обычной самонадеянности и детской глупости. Ну что сказать, в состоянии, казалось бы, полной свободы, он пробует все прелести и запреты бытия. Змей искуситель подталкивает его на более тяжкие преступления против своей же личности и маленький-«большой» человек идёт на это, как слепыш, доверяя своё будущее искусителю. Он пробует все запретные эликсиры сатаны на вкус. И хорошо бы ему это претило и тот вкус или даже послевкусие, которое потом пахнет тленом во рту, было бы омерзительно его духовной природе, его воспитанию и восприятию этого бренного мира.

В послевоенное время было всем тяжело, но люди всё равно влюблялись, создовали семьи и рожали детей. В одной молодой семье, должна была родиться девочка. Родители думали и гадали, как назвать ещё не рождённого ребенка, который должен вот-вот прийти в наш огромный мир. Имя никак не приходило им в голову. Если нравилось матери, то отец был несомненно против и наоборот. В солнечный весенний день у женщины начались схватки, и вскоре малютка родилась.

— Радуйтесь папаша у вас здоровенькая девочка, роженица чувствует себя хорошо! — огласила акушерка, выйдя из родовой палаты.

Красивая розовощекая малышка с серыми огромными глазами, тихо лежала рядом с матерью, осматривая новую среду обитания. Её маленькую головку обрамляли светлые волосики, похожие на пух. Чистый, нежный ангелок.

Папаша беспокойно ходил взад-вперед по больничному коридору, когда узнал о появлении ребёнка.

— А могу я их увидеть, одним глазком?! — с одобрения врача, мужчину одели в стерильные одежды и провели в палату к его дорогим девочкам.

Зрелище настолько впечатлило, что он даже заплакал от счастья и чрезмерного волнения. Первой, он заметил драгоценную супругу, которая полусидела в кровати, держа на руках самую важную жемчужину в его жизни, маленькую крошечную дочку. Нет, он не осмелился взять её на руки, но, когда новоиспеченный папаша поднял на ребёнка свой взор, его слезливые глаза блестели от радости.

— Здравствуй милая Полин, а я твой папа, очень приятно видеть тебя здесь с нами. -прошептал он еле слышно, дабы не напугать новорожденную, своим грубым, мужским голосом.

— Полли… Милый, как красиво. Полли, Полиша, Полиночка… — с одобрением повторяла восхищенная жена.

Вот так, сами того не ожидая, они выбрали имя, для своей белокурой принцессы. Эта девочка обладала ангельской внешностью и самым скверным характером, который проявлялся с первых дней жизни. Она засыпала со слезами на глазах и просыпалась ещё с большим недовольством. Шли годы, Полина становилась ещё милее, ещё прекраснее, её длинные серебристые волосы переливались на солнце, а ясные глаза манили холодной красотой, но вместе с этой невероятной неземной красотой, росло и ЭГО, самолюбие, жадность, грубость и множество негативных качеств.

Что только не делала усталая мать, стараясь угодить дочери, но девочка оставалась своенравной и раздражительной, капризничала по любому поводу и без. Она была недовольна всем, и солнцем, которое светит слишком ярко, и ночью, которая слишком темная, и водой, которая слишком мокрая, и сном, которого слишком мало, и всем миром вокруг. Говорят, что детей нужно воспитывать, что им нужно объяснять и прививать хорошие качества, но некоторые малыши рождаются на свет уже со сложившимся характером, и чтобы не делали родители, и как бы они не бились, и не прививали добродетель, она не поселится в душе у этих детей. По всей видимости и про эту маленькую принцессу можно сказать «она именно такой безнадёжный случай».

Как водится, во многих семьях, малышей на летние каникулы отправляют пожить на некоторое время к своим бабушкам и дедушкам, вот и Полину так же отвозили погостить немного у стариков. Именно в гостях у них получилась отвратительная неприятность, из-за которой родной дед девчушки чуть было не загремел прямиком на кладбище!

За время отдыха девочка завела друзей, которые жили по соседству. Частенько к ней в гости приходила подружка Любаня, вполне себе хорошая и веселая девчонка с толстыми, розовыми щеками и отменным аппетитом. После очередного посещения, старики заметили, что пропали ордена и медали деда, которые он получил на войне. Естественно, у хозяина этого значимого богатства, чуть было не случился сердечный приступ, он видел, что девочки играли рядом с сундуком, в котором хранились его заслуженные сокровища, но не мог и подумать, что маленькие прохиндейки посмеют их спереть.

Бабушка, обладавшая очень терпеливым нравом педагога со стажем, выяснила у Полины, что подружки действительно игрались с медалями.

— Дорогая вы играли с дедушкиными медалями, и наверно на место не положили? Просто я уже весь сундук перерыла и никак не могу их отыскать. Вспомни внученька может ты их просто в другое место прибрала и забыла? — осторожно интересовалась старушка.

— Да не брала я его ордена бабуль… глянула только одним глазком и всё! Это, наверное, Любка их спёрла!!! Я всегда подозревала, что эта толстуха воровка! — возмущалась Поли.

Она не успела закончить, как во входную дверь постучали и с улицы послышался чужой женский голос.

— Марья Кузьминична, Марья Кузьминична можно войти? Это соседка ваша, мама Любы! — бабушка даже вздрогнула от неожиданности и поторопилась открыть дверь.

— Да, да конечно, проходите. — сказала она женщине.

— Ой… Вы уж меня простите за столь поздний визит, но Любаша мне только показала награды, которые ваша Полиночка ей подарила сегодня. Мы посоветовались, и разумеется, решили их вернуть, уж очень неожиданно, да и зачем они нам? — Любаша протянула сверток бабушке, у которой глаза были на мокром месте от счастья.

— Вот… возьмите, пожалуйста, спасибо конечно, только мне они не нужны… Папа сказал, что эти ордена должен носить тот, кто их заслужил, так что я постараюсь заработать такие же, когда выросту. -сказала взволнованная розовощёкая девчонка.

— Спасибо Любонька, я хочу сказать тебе, что ты очень хорошая девочка, а с Полиной я серьёзно поговорю. — и она обернулась к покрасневшей испуганной внучке, которая от стыда вжалась в стул, на котором сидела и тихо молчала.

В этот же вечер бабушка провела воспитательную беседу, в которой объясняла и старалась донести до ребёнка, что хорошо и что плохо, как можно себя вести, и как не следует. Ну и естественно, что и как стоит делать, чтобы не огорчать близких людей. В свою очередь внучка заверила старушку, что больше не будет трогать вещи деда, и что исправит своё поведение, на самое наилучшее.

Глава №2

Мелкий вредитель

: Дурные игры.


Ну чтобы более правильно и тонко раскрыть личность и характер Поли, можно вспомнить ещё пару или тройку её жизненных ситуаций, которые дают более четко понять, что это был за человек, почему он стал тем, кем стал, и что послужило тому.

Бабушка всю свою жизнь отдала образованию, детям и всегда думала, что уж своих малышей воспитать куда легче, но это убеждение постепенно улетучивалось после неоднократных проблем с собственной внучкой. Прошло совсем немного времени с того случая с подаренными боевыми орденами. Где-то уже ближе к осени, когда все хозяйственники и фермеры запасали различные злаки и отходы для долгой, голодной зимы, наши герои на пенсии, тоже получили своё небольшое количество зерна, которое в последствии, должно было стать мукой и отходами для курей. Бабушка хоть и была интеллигентной женщиной, но курочек несушек и козу, она всё же держала. Уж очень ей хотелось радовать любимого мужа яичницей по утру и стаканом вкуснейшего парного молока. Ну и само собой они всегда мечтали, что к ним будут приезжать и дети, и внуки, которым обязательно нужно здоровое питание.

Ну так вот, им наконец-то привезли зерно и выгрузили в небольшой амбар на заднем дворе.

— Марья Кузьминична, вы только приказывайте, я всё сам! — говорил фермер, бывший её ученик и нынешний завсегдатай помощник.

— Ну что ты Петенька, мы сами бы справились, скоро вот Степан Григорьевич вернётся, и мы потихоньку… — махнула рукой застенчивая старушка.

— Не обижайте меня Марья Кузьминична! Вы мне, как мать… Я ж от чистого сердца и опять же, хочется после труда вашего чая с молочком отведать. Угостите ученика? — фермер заулыбался, как маленький пацан в ожидании поощрения.

— Ой! Ну конечно Петенька, я в дом, кипятку поставлю, как закончишь, жду дорогой… спасибо тебе. — бабушка скоренько поспешила в дом, а довольный Пётр стал перетаскивать все припасы в амбар, который давным-давно, был ему знаком.

Так уж случилось, что он очень рано потерял своих собственных родителей и часто приезжал к любимой учительнице, навестить и заодно помочь в тяжелом труде. Ему очень нравилось заботиться о стариках, к тому же Марья Кузьминична хорошо дружила с его мамой, когда та ещё была жива. Да и в принципе он не единственный помощник заслуженной учительницы, её дети так же часто бывали и старались по мере возможности.

Когда мужчина закончил, учительница уже всё приготовила и выскочила зазывать работягу на чай с бубликами.

— Петя всё готово, давай-ка закругляйся. — она была бесконечна рада его видеть и их чаепитие с приятными разговорами напоминало о чем-то светлом и хорошем.

Они мирно беседовали за очередной чашечкой, когда дверь распахнулась и на пороге появился хозяин дома с внучкой. Дед настолько осерчал на девчонку, что крепко держал её за ухо, как нашкодившего котёнка!

— В угол немедля! — прикрикнул он на неё, не разуваясь шлёпая в залу.

Гость даже привстал от удивления, а бабушка была просто в шоке. Она давным-давно не видела супруга в таком состоянии.

— Что случилось? — поинтересовалась Мария Кузьминична.

— А ты сходи в амбар, всё и увидишь сама. У меня нет слов! Это не ребёнок — это аспид! Тьфу… на неё, ей Богу!!! С такими внуками на тот свет раньше срока загремишь! — сокрушался старичок.

Старуха, разумеется, бросила пить чай и вместе с Петром поспешила в амбар. Время уже было позднее и на дворе достаточно стемнело. Когда они включили свет в помещении, то просто опешили от увиденного!

Всё зерно, которое Петя буквально час назад, заботливо натаскал и аккуратно составил в углу, было рассыпано и смешано с землёй! Мешки, просто-напросто, были вспороты валявшимся там же огромным ножом.

— Ох… ох! — вырвалось из груди у шокированной старушки. Кузьминичну даже повело в бок состояние обморока, но ученик вовремя подхватил её и потихоньку повел в дом.

— Тихо… не волнуйтесь я всё уберу, я это зерно в отдельный мешок, а что чистое в другой. Вы только не волнуйтесь так, умоляю! — ну конечно, всё что мог он сделал, но львиная часть зерна была втоптана в землю и это очень расстраивало.

После Петр привез лично от себя, и без всяких денег ещё два мешка, но неприятное впечатление, от поступка внучки любимой учительницы, никуда не испарилось. С тяжелым сердцем Петя уехал, а старики принялись за расспросы. Полина на контакт идти отказывалась, она только огрызалась, чем ещё больше огорчала бабушку и дедушку.

— Внучка… ты скажи мне по-честному! Зачем же ты так поступила? Ты ведь уже не маленькая и понимаешь, что так нельзя. Это зерно, оно же на муку, для хлеба и опять же, ты о Соньке подумала? Как она то останется без еды?

— Что ваша Сонька? Подумаешь… она коза, стало быть, скотина безмозглая, ей и грязное пойдёт! — возмущалась девочка.

— Ну… знаешь что, ты не права дорогая, она очень умная козочка и всё понимает. Ну хорошо, а мы, по-твоему, с дедом, тоже безмозглые и должны есть хлеб с грязью? Почему же ты про нас не подумала? — бабушка искренне не понимала и её удивлению не было предела.

— Подумаешь… хлеб, его вообще в магазине купить можно.

— Нет дед ты только поглянь на неё, умная какая, в магазине купить!!! А ты хоть рубль заработала, чтобы купить, а?! Я просто хочу понять зачем ты это сделала, как вообще посмела? — девочка непонимающе хлопала глазами, повторяя только одно.

— Подумаешь…

— Ничего себе, подумаешь?! Знаешь, что милочка, так делать нельзя, это вредительство чистой воды! Пойми наконец прежде, чем что-то сделать, ты должна спросить разрешения. Так полагается всегда! Это ясно?! — бабушка в надежде заглядывала в глаза к внучке, она искала там раскаяние, сожаление о содеянном, понимание, что она была не права, искала… но так ничего и не нашла, девочка продолжала улыбаться уверяя, что ничего в её действиях страшного нет.

— Я так играла, подумаешь… Велика потеря!!! Это всего лишь зерно, а дед меня за ухо?! Он плохой, я вас вообще не люблю! — кричала она.

— Что это за слово такое, подумаешь? Заладила, как попугай! Игры у неё такие! Знаешь что маленькая гадость, игры должны приносить радость и положительные эмоции не только тебе, но и окружающим! Игры должны развивать в ребенке какие-то хорошие способности или качества, тебе ясно? Вот эта твоя забава, что сделала хорошего? Это не игра вовсе, а баловство, которое принесло стресс окружающим и глубокое разочарование! Я всегда думала, что ты хорошая девочка, но знаешь что, хорошие дети так себя не ведут! Полина зерно — это хлеб! В войну люди умирали с голоду без него!!! Хлеб — это жизнь, это святое, пойми ты наконец! Святое! «А ты его ногами…» — говорила расстроенная бабушка, которая в своё время пережила страшный голод, когда была война, да и в после военное время было ещё долгое и тяжелое восстановление.

— Сейчас нет войны Ба… и голода нет. —

Старушка не знала, что и сказать, девочка не желала слушать и слышать, переговаривалась и в открытую хамила, фыркая и кривляясь. На одно слово, она отвечала дерзкими десятью словами. И самое страшное, что её ничего не прошибало, старики так и не заметили ни грамма понимая и никакого чувства вины…

Поздно вечером Полина уже давно беззаботно спала в своей кроватке, а удручённые пенсионеры сидели на кухне и тихо разговаривали на тему случившегося.

— Ой не знаю Марья, что получится с этого ребёнка? Я был лично в глубоком шоке, когда увидел, как она топтала зерно, плясала эти свои дурные танцы, на хлебе!!! … — сокрушался дед.

— Ну не переживай ты так, это всего лишь детское баловство, всё с возрастом пройдёт. Глупая ещё… ну повзрослеет и начнёт понимать. Я со своей стороны провела беседу и думаю, что чего-нибудь да отложилось в её пустой голове. Ну не дура ведь… вполне умненькая девочка, маленькая только, ммм… и вредненькая. — рассуждала бывшая учительница.

— Да не защищай ты её! Уже до выгораживались, на голову залезла и ноги свесила, эта ваша умненькая девочка. Я тебе говорю, вы все ещё поплачете с ней, вот помяни моё слово! Аспид, а не ребёнок. Ей ремня хорошего надо бы, а вы с дочкой, как две наседки… ко-ко-ко… Ну вот чистой воды куры, тьфу на вас, портите ребёнка! — не успокаивался супруг.

— Ну что ты ворчишь, как старый скряга? Твои прогнозы только хуже делают, нет бы поддержать меня, а ты только расстраиваешь. Время всё на свои места поставит, и всех нас рассудит. Ну давай, давай успокаивайся, выпей чаю… и не бурчи. — она протянула ему чашку с горячем травным чаем, и привстала. Тихонько подошла к мужу сзади и поцеловала его в лысину, которая сияла, как медный начищенный грош. Дед при всей своей строгости сразу оттаял и заулыбался, да что говорить, ну знала бабка подход к своему мужику.

— Пей дорогой он с мятой. «Спать лучше будешь, а ну… дайка хлебну… как получился?» — он протянул ей чашку, женщина отхлебнула чуток, и довольная произнесла.

— Ну хорош, хорош, прям то, что надо! Как говориться, «то, что доктор приписал». — дед допил всё содержимое и крякнул от удовольствия.

— Ну всё я с ним покончил, можно и спать отправляться…

— А давай еще посидим немного вот так обнявшись, просто помолчим? Я так люблю с тобой молчать… — они прижались друг к другу будто дети и просидели так молча, ещё какое-то время. Оба сами того не подозревая прикрыли глаза, бабушка медленно опустила свою голову ему на плечо, нежная улыбка озарила её трогательное, морщинистое лицо.

— Спокойствие, вот как это называется… — подумалось вдруг.

Глава №3

Реальный срок

: Взятка за дружбу


Ну вот и закончились каникулы, само собой не без приключений, конечно. К концу лета мама Поли приехала к родителям за дочерью, вот тут-то старики и открыли ей все выкрутасы девочки. Естественно, не ради дополнительных наказаний или бесед, а для того, чтобы родители больше обращали внимания на поведение ребёнка и старательно прививали нужные качества, такие как честность, добро, трудолюбие, уважение и т. п.

Фёдор весь поник, как сорванный лютик, когда услышал, что родная дочь вытворяла в их отсутствие. Это её враньё, хамство и всё эдакое, удивляло и пугало одновременно. Бывало, страшная мысль стремглав проносилась у него в голове: «Не приведи Господь состариться, да стать немощным стариком, стакана воды не подаст, или подаст, но прежде плюнет в него, точно плюнет!» Мужчина конечно гнал это всё куда подальше, но зерно сомнения закрепилось накрепко, часто посещая его голову. В этот раз после таких новостей Фёдор снова погрузился в недобрые мысли.

Увидев его состояние, Марья Кузьминична не стала даже начинать самый ужасный и поистине потрясающий рассказ о последнем проступке их благоверной дочурки. Старуха утаила самую гнусную историю, в которую они попали с дедом, совсем недавно по доброте их внучки. Не сказала, да просто потому, что не смогла. Глядя на перекосившееся лицо зятя и родной дочери, она приняла решение умолчать, хотя бы какую-то часть, и скорее всего зря. Может быть именно откровенный разговор тогда, мог изменить дальнейшую ситуацию. Ну, кто знает, вдруг именно этому ребёнку не хватило всего лишь хорошего ремня, для того, чтобы усвоить раз и навсегда, что можно делать, а чего нельзя!

Дело было как раз накануне их приезда. Как-то на днях, Полина отправилась в гости к своей закадычной подруге Любаньке, которую, однако считала красномордой толстухой, да и называла так же, «за глаза, разумеется». Ну так вот, девочка отпросилась у бабушки погулять и ближе к обеду отправилась по гостям. Старуха, закрутилась с домашними делами и подумав, что она обязательно придет если проголодается, звать девочку не стала, а к ужину Полина возвернулась домой.

— Ой господи ты чего такая грязная? Где лазила-то? Ну смотри-ка, будто свинью сосала, уф… Ну глянь дед, внучарка твоя чумазая, как трубочист. Бог мой! Всё платье уделала! А ну, скидавай его сейчас же. Кому говорю? Скидавай! — Кузьминична стала стягивать с девочки грязное платье и уже почти сняла, как услышала странный звон и лязганье.

Старушка сразу обратила на это внимание и опустила голову вниз, чтобы посмотреть, что это так звенит. На полу рядом с внучкой, аккурат возле снятого платья, валялись какие-то деньги. Целая куча и монеты и бумажные… У старухи возник немой вопрос в глазах, собственно говоря, откуда счастье привалило?! От охватившего удивления, женщина аж присела.

— Ой, что это? Ты погляди… сколько денег, кошмар! Да тут целая зарплата, не меньше. А что это Полин? Интересно, ты где их взяла, а? Чего смотришь, отвечай Полина?! — кричала потрясенная бабка. Девочка была явно напугана и отвечала сбивчиво и непонятно. Было не вооружённым глазом видно, что она просто врёт, сочиняет историю, которую заранее придумать забыла.

— А чего ты кричишь бабуль, вообще-то… мне, это Любка дала, за то, что я с ней дружу. Как лучшей подруге, да… Ты старая и ничего не понимаешь в дружбе! Не хочу тебе ничего говорить, я вообще тебя не люблю. Достала… лезешь везде, вынюхиваешь!!! Пусти меня, пусти! — девочка стала кричать, как ненормальная и вырываться.

— А что, разве нынче за дружбу платят? Да что ты вырываешься то… бешеная! Как тебе не стыдно? — Марья Кузьминична пыталась успокоить внучку, но девочка продолжала брыкаться и даже плеваться в старуху. Выкабенивалась до тех пор, пока наконец-то не вырвалась. Обалдевшая бабка так и осталась седеть на полу комкая платье и деньки в трясущихся руках. Полина рванула в комнату, со всего размаху захлопнула дверь и стала думать, где бы спрятаться.

— Марья, ты чего на полу-то сидишь? Тебе что, плохо? Вставай, ну слышь ты меня иль нет, ну… кому говорю — то?! Деньги по полу раскидала и сидит, как Кощей над златом чахнет… Ты поглянь, обсыпалась вся. Откуда у тебя столько денег, старая? Я заначки не прячу, свою что ли откапала? — усмехнулся дед.

— Даже не знаю, что и сказать. Поля говорит, что ей Люба дала. Будто подарила, это всё… за дружбу! Представляешь? Дорогой, я, ей не верю! Ума не приложу, что делать, стыд-то какой? Господи Боже… спаси нас и помилуй, дураков старых? — она смотрела на мужа усталыми полными слёз и страха глазами.

— Да что значит дала? Ну брихуха, держись у меня!!! Здесь денег больше, чем моя пенсия… А ну, где эта гадость? Ох, ты ж подумай, а? — старик, ругаясь и причитая шёл в сторону убежища внучки.

Полина понимала, что бабушка и дедушка хоть и старые, но терпеть эти её выкидоны не будут! В этот раз, она точно получит по первое число. Испугавшись ответственности и предстоящего разговора, а может и наказания начинающая воровка спряталась под кровать. Хитрая воровка точно знала, что пожилые люди не смогут её там достать, а это значит, риск получить «по щам» от деда, минимальный. Старик, как настоящий разведчик, быстро обнаружил юную преступницу, а будучи мудрым человеком и великолепным стратегом даже не стал утруждаться, чтобы вставать на корточки и пытаться выколупать беглянку из убежища. Он просто на просто взял стул и сел, напротив.

— Поль, а Поль, ты там надолго? Мож, а ну её нафиг? Выходи поговорим? Смотри я считаю до десяти, если ты не выползешь со своего укрытия, мы будем вынуждены пригласить твоего отца. Уж он то, я думаю тебя быстро достанет, а ты как думаешь Поль? Ну… и так, раз, два, три… — и он начал свой безжалостный отсчет.

Девчонка заёрзала на своём нагретом месте, не зная куда деваться, этот вариант она не успела продумать. Только если обо всём узнают родители УУФФФ… Ей точно будет хана! Их терпение на пределе разумного и любая провинность чревата синей задницей и кучей других наказаний!

Делать нечего, нужно вылезать и принимать, как говориться, огонь на себя! Тем более, реально есть за что! Лучше получить от деда, чем от отца, думала девочка, но всё же, прежде чем выйти из эдакого сумрака, она решила прощупать почву и пискляво, прямо даже жалобливо пропищала.

— Дед, а если вылезу не зашибешь?!

— Хм… А есть за что? Ты мне по-честному скажи внуча.- хмыкнул тот.

— Есть… деда, но я сожалею… честное слово!

— Ну что ж, делать нечего, небоись не зашибу… Вылазь, поговорить надо. — крякнул старый вояка в ответ, он хоть и был крутого нраву, но уж очень правду уважал, да и сильно любил, эту непутёвую девчонку.

— А ну иди сюда, и давай-ка всё как на духу, без утайки, поняла? Где ж ты деньги взяла, бисова дочь? — он похлопал рукой по коленке, приглашая её присесть на разговор.

— Ой дедуль… Любка мне похвастала, что её мама много денег получила, зарплату что ли… Ну вот, я сама не знаю зачем, наверно из зависти, не знаю… ни хотела ведь, а взяла. — захныкала Полина.

— Это называется ни взяла, а украла. Понятно тебе глупая? Украла! Да, да, украла. Чего глаза таращишь, как рак мороженный? Полин ворует кто, ну… кто? Что молчим? — пытливо выспрашивал дед.

— Молчишь? Ну, так я сам скажу, а ты слушай, внимательно. То, что ты сделала, называется кража, оно же воровство, грабёж. Воров, кстати говоря, в угол не ставят, нет, их моя золотая, товарищи милиционеры сажают в тюрьму… да, да и правильно делают. Я вполне серьёзно говорю! Подобное хищение, уголовно наказуемо с лишением свободы, между прочим. Вор должен сидеть за решёткой, как зверь. Ну что ты в тюрьму захотела, а? — девочка вся в слезах, замотала головой показывая, что совсем не хочет в тюрьму.

— Ну так вот, пойдёшь сейчас прощения просить, у мамы Любашки и деньги все отдашь, все до копейки или ты уже и потратить успела? Извинения принесешь этой семье, самолично. Ясно?! Сама украла сама и с повинной пойдёшь. Ух… как дал бы сейчас, раз! — вояка разнервничался и стукнул кулаком по столу, для устрашения.

— Пора дорогая моя, нести ответственность за свои поступки, а то привыкла, что всё тебе с рук сходит! Ну всё, утирай слёзы свои крокодильи, и пошли… — старик взял её за руку и повел на кухню за деньгами, которые бабушка уже все сосчитала и целлофановый положила в мешочек.

Они брели по улице молча, каждый в своих мыслях. Поля топала первой, а за ней словно жандарм, тихой походкой не спеша брёл хромой вояка. Деньги девочка отдала и извинилась конечно, как полагается, только на душе у старых людей было тяжко и стыдно. Бабушка заслуженный учитель с незапятнанной репутацией, дедушка герой войны и труда в такой неприятной, к тому же неоднократно повторяющийся ситуации, что может быть хуже? Степан Григорьевич часто думал об одном.

— Разве за это мы воевали?!

Марья Кузьминична ещё ни раз проводила разъяснительную беседу, пытаясь вложить в голову, как нужно себя вести в этой жизни и в обществе. Эдакие прописные истины! Те, что записаны и в библии, и во многих человеческих законах. Не укради, не убей, не, не, не…

Старики решили, без утайки рассказать все приключения внучки, детям… Да решили, но не смогли! Толи из жалости к шокированному зятю, толи из жалости к внучке, а толи из жалости к самим себе, утаили, умолчали, скрыли. Старое сердце отказывалось переживать этот негатив снова. Да и было неимоверно стыдно признаться в собственной беспомощности и какой-то несостоятельности.

Глава №4

Страсть

: Сладкая жизнь.


Почему один рождается добрым улыбчивым карапузом, а другой вечно недовольным ворчуном и плаксой? Одному Богу известно… Ладно если бы родители с самого рождения баловали и это поведение результат бесконечного сюсюкания и улюлюкания. В том то и дело, что никаких присмыканий перед Полиной никогда не было, воспитывали вполне адекватно.

Это последнее лето, сделало своё дело и все родственники, включая бабушек и дедушек, начали уделять маленькой удивительной особе повышенное внимание, прививали ценности, старательно и неустанно. Но, как всегда, в любом деле и в любой истории, есть одно… НО! Все нравоучения, которыми старались забить голову подрастающему чаду, в одно ухо влетали, а в другое тут же вылетали, не задерживалось практически ничего. Год от года Полина выкидывала всё новые негативные сюрпризы, которые надо сказать неоднократно повторялись, что ещё больше удручало всех близких.

У девочки совсем не осталось друзей и даже розовощекая соседка перестала появляться. Дружба с ней была заказана, ещё с того самого момента, как наша юная воровка додумалась стащить зарплату её матери! Разумеется Любкины родители строго-настрого запретила Полине появляться в их доме, да и дочери надавали таких тумаков, что та даже не смотрела в сторону бывшей подруги детства.

Годы-то шли, но вот страсть к чужому добру у Полины никуда не делать. Наоборот в некой степени даже окрепла и выросла вместе с хозяйкой.

— Что такого в том, что я хочу красиво жить, а не батрачить с утра до ночи, как мать с отцом? — говорила она.

— Ишь ты… красиво жить, словечки то какие! А что в твоём понимании красота? Воровская жизнь? Резать, грабить, врать? Ох, и красиво! Ничего не скажешь… тьфу на тебя и откуда ты такая у нас народилась только? — бурчал недовольный постаревший дед.

— Откуда, откуда… Оттуда откуда вы все! Ладно тебе дед, не начинай свою старую песню о главном, а? Ну предположим не грабить, а брать, ни врать, а не говорить лишнего! А чего не взять, если мне эта вещь нужнее?! — огрызалась внучка.

— Нужнее?! Что значит взять, потому что тебе нужнее?! А кто это решил то?! Так можно и до людских жизней докатиться, к примеру вырезать у человека сердце и просто сказать, «Ну извиняй брат, мне оно, так-то нужнее!!!» Вот смотрю я на тебя, дура дурой… прям как чего-нибудь ляпнешь будто и правда не в своём уме. Вот, как дал бы сейчас промеж глаз палкой то, мож ты и поумнела бы?! — замахнулся он костылём, да чуть не стукнул Польку.

— Наглючка какая! — возмущался старый вояка, угрожающе махая палкой.

— Да ты что старый, сдурел?! — заорала та во всё горло, выхватывая костыль из его рук. После того как палка оказалась у неё, девушка со всего размаху запулила её куда подальше! Прямиком в густые кусты. Пока боролась с дедом, даже упала от натуги, но её это видимо нисколько не смутило, она спокойно поднялась на ноги и отряхнулась.

— У тебя, у самого уже ку… ку!!! — прошипела она сквозь зубы, и выскочила со двора, как фурия.

Старик очень огорчился всему происходящему, встал со стула и поспешил в дом, ещё больше прихрамывая без своего костыля. Нужно было поговорить с супругой, незамедлительно и сию секунду.

— Знаешь, что, с меня хватит! Ты уж прости Марья, не готов я на старости лет такое отношение терпеть! Звони детям, пусть забирают эту гадость домой! Я помереть спокойно могу или нет?! В собственном доме, могу или нет? — жена заметила, что у её любимого лысого вояки и правда не осталось ни сил, не терпения. Подбородок старика трясся от волнения и обиды.

— Ну что ты? Что ты, дорогой, ну посмотри трясёшься весь, успокойся прошу, у тебя ведь больное сердце. Ты если себя не жалеешь, хоть меня пожалей, сам знаешь, как переживаю всегда… Ну что случилось то, скажи спокойно, я сейчас же разберусь, обещаю! — после того, как он объяснил всё жене, она уже не стала как-то оправдывать Полину, печально опустила голову и пошла к телефону!

Родители приехали скоро, но так, как дорога была долгой, добрались они уже ближе к вечеру. Часов в десять солнышко почти спряталось, сумрак всё сильнее и сильнее охватывал землю, а Полины всё ещё не было. Расстроенные и без того старики, были просто на взводе, они не понимали, что говорить приехавшим родителям, как объяснить, что внучки до сих пор нет дома? Марья Кузьминична не выдержала и просто расплакалась, расчувствовалась впервые за много лет! Любимый зять заботливый и чуткий человек, постарался успокоить её как мог. Он поспешил налить стакан холодной воды.

— Ну что Вы мама… не надо так, где у Вас успокоительные капли? «Давайте-ка накапаем, мне самому не помешает…» — сказал он и двинулся к шкафчику, где у старушки всегда хранились различные снадобья и лекарства.

— О нашел, сейчас примем немного…, и все успокоимся. Ну до чего же вы женщины чувствительные натуры, все же живы и вполне себе здоровы, чего сырость то разводить? А ну-ка Марья Кузьминична примите на грудь немного лекарства, примите, примите… — Федор протянул ей темную вонючую жидкость.

— Брр. Какая гадость! Это что? Никак пустырник, фу… ну и вонюч… — старушку аж передёрнуло.

— Следующий. — скомандовал мужчина, протягивая стакан жене.

Ну в общих словах они все употребили вонючего успокоительного, все… даже дед! После долгого разговора по душам родители решили забрать Полину. Она вернулась уже за полночь. Отец и мать совершенно разбитые, уставшие после долгой дороги уже легли в постель, чтобы набраться сил для обратного пути. Ближе к одиннадцати ночи дверь специально заперли, чтобы услышать в какое время их блудная дочь соизволит вернуться!

Девушка, не спеша шла по опустевшим улицам не думая о том, что скажут её родственники. По большому счету она вообще не хотела возвращаться. Ей было глубоко наплевать на любое мнение, на любые их чувства.

— Сейчас вернёшься и начнётся… Полина такая, Полина сякая!!! Достали… быстрее бы уже померли что ли… С какой стати они мне вечно выговаривают? Я делаю так, как лучше мне! Надоели сил нет… — думалось ей.

Весь день она просто бесцельно бродила по маленькому городку, забегала в различные магазины, где мечтала о том, как прекрасно будет, когда наконец-то вырвется из-под родительского крыла, вырвется и полетит, навстречу новой, сладкой жизни. Единственное обстоятельство, которое гнало её в ненавистный дом, это банальный голод и холод опустившейся ночи. Удивительно то что, это не страх за собственную жизнь или страх за шокированных стариков, у которых уже давным-давно не было никакого здоровья, не страх быть как следует наказанной, а просто некое неудобство в виде пустого желудка. Она не думала, что будет говорить в своё оправдание, просто потянула за не поддавшуюся ручку двери, которая была заперта.

— Ах так! Ну держитесь… — буркнула беглянка, пиная дверь.

В её голове созрел план мести! Отвесив ещё пинок не поддавшейся двери, девушка пошла быстрым шагом прямиком к Любашке, той самой с которой когда-то в детстве пыталась дружить. Полина включила всё своё невероятное обаяние и даже заплакала для пущей убедительности, но ей всё равно не поверили, и глава семейства отправился на разведку. Он тихо постучал в совершенно спящий дом, в котором тут же загорелся свет.

— Кто там? — послышался сонный голос мужчины.

— Доброй ночи соседи, а вы девочку не теряли?

Родители естественно отправились забирать блудную дочь, которая закатила целое неприятное представление, чем безумно напугала соседей, и просто обескуражила сонных родственников. Она ревела горькими слезами и уверяла, что подвергается регулярным избиениям со стороны деда тирана и ненормальной бабки. После продолжительной истерики девушка умоляла не отдавать её в руки этих зверей, которые являлись ни кем иным, как её родителями! Федор устал слушать весь этот бред, схватил негодницу за воротник и выволок из соседского дома. Мать же осталась на минуту, только для того, чтобы принести свои извинения.

Глава №5

Солоха

: Всё что нажито непосильным трудом


Прошел целый месяц с тех пор, как девочку привезли от бабушки с дедушкой. Мать и отец постоянно работали и приезжали обычно в вечернее время. На все просьбы и ежедневные задания по уборке, бунтарка никак не реагировала или реагировала, но исключительно агрессией, а ведь ей было уже 15 лет.

— Дочка, помой полы сегодня, пожалуйста, хорошо? — просила уставшая мать.

— Сама помой… — отвечала она, и немедленно бежала к себе в комнату дожидаясь ухода родителей на работу.

Худо-бедно, наступил август время одевать выросших за лето детей к школе. Полина очень вытянулась за время каникул, стала настоящей девушкой и ростом она уж точно удалась в папу. В свои годы обогнала матушку на целую голову.

В это солнечное утро вся семья проснулась в прекрасном настроение, они ещё с вечера запланировали ехать на воскресный рынок, чтобы одеть дочь к предстоящей учёбе.

— Поль, Поля, завтрак готов, поторапливайся. — зазывала уже собранная мама.

Она приготовила завтрак и даже успела накрыть на стол, а дочери всё не было. Уже и мужа, любимого усадила, который, кстати говоря, покушать всегда был не дурак. Сама же Зинаида сегодня была невообразимо хороша, ещё с самого утра заплела кудри в пышную косу и одела милый сарафанчик в меленький цветочек, цвета морской волны. Женщина особливо жаловала именно его, за то, как он сильно подходил к её синим глазам. Ну наконец-то и Полина соизволила спуститься, все немного подкрепились и двинулись к выходу.

— Ой Господи, вот я Солоха! Деньги то, забыла… Сейчас! Дорогой заводи свой тарантас, я мигом. — с этими словами она побежала в комнату за деньгами, которые всегда хранила в шкатулке на комоде.

— Ну… не тарантас он, а ласточка, ласточка! — кричал хихикающий Федор вдогонку госпоже Солохе.

Он завел машину и прогрел её! За то время пока жена отсутствовала, даже успел выкурить целую папироску. Курево уже всё стлело, а жены всё не было. Ему показалось это странным, и он быстрым шагом направился в дом.

— Полька сиди, мать что-то запропала, пойду поору её. Сиди сейчас выдвинемся. — зайдя в комнату, он просто обалдел.

Его супруга вся в слезах и соплях, сидела прямо на полу и ревела, как белуга. У неё была самая настоящая истерика.

— Ты чего… маленькая моя? Ты чего? Ну давай вставай. Ты что ревёшь так? Стукнулась или что? — не понимающе осматривал её, мужик со всех сторон.

— Федь что делать-то? Денег ведь нет…. Я откладывала, а их нету, вот глянь! Шкатулка то пустая… Ой, что же это?! — она протянула ему пустую шкатулку и заревела ещё сильнее.

Естественно, поездку пришлось отложить, они даже хотели вызвать милицию, но передумали. Когда в этой суматохе обнаружили, что девочка сбежала, стало очевидно, деньги украла именно она. Оставалось только ждать. В очередной раз, когда гулёна вернулась домой, она сразу прикинулась бедной невинной овечкой, но отец пригрозил, что сейчас же вызовет милицию и пусть они с ней сами и разбираются. Он даже взялся за телефонную трубку, показывая всю серьёзность происходящего.

— Полина не беси меня! Или ты сейчас же рассказываешь, что случилось с деньгами или я вызываю кого надо! Ну учти моя дорогая они с тобой церемониться не будут, посадят в клетку, где самое место преступникам!

— Хорошо я скажу, но не тебе, а матери! — заголосила она.

Что случилось и куда делись деньги стало ясно с первых её слов. Оказывается, накануне девочка вытащила все накопления матери с тайника, который стоял на самом видном месте и имел это название скорее чисто символически. Она без зазрения совести залезла в семейный сейф и забрала всё, что там было, деньги быстро потратила на какую-то дорогую безделушку.

— Вот! — протянула она руку прямо перед лицом шокированной матери.

— Полюбуйся! Вот, что я всегда мечтала маманя, а не о ваших козах, коровах, и гусях! -она даже по-королевски выпрямила спину и величаво задрала нос.

— Полька ну ты что действительно дура, или прикидываешься? Неужто ты не понимаешь, что натворила окаянная?! — синие глаза матери стали холодными словно лёд, они излучали даже не просто злость, а скорее опасность. Она твердо решила наказать эту гадкую воровку и наказать так, чтобы до неё дошло раз и навсегда, что рубить сук, на котором сидишь это глупо и более того опасно! При падении с высоты ненароком можно свернуть свою тонкую, белоснежную шейку!

— Ты хоть понимаешь на что были те деньги? Понимаешь, нет?! Отвечай, когда тебя спрашивают! — возмущалась родительница, потряхивая дочь за плечи.

— Ой маманя, ну не кричите Вы так! Понимаю, на форму, а мне может не надо! Вы меня вообще спрашивали?! Подумаешь, экая проблема, я и в прошлогодней похожу. — отмахнулась она.

— А чего это ты мне выкаешь? И откуда это твоё (МАМАНЯ), тоже мне царская особа выискалась?!

— Что не так-то? Может мне так больше нравится, я в кинофильме видела! Это благородно. А, Вам не понять… — продолжала она, высокопарно растягивая каждое слово.

— Ну, ну, посмотрим. Благородная ты наша, посмотрим… А разрешите, Ваше Величество задать ещё один вопрос? — Зинаида обращалась к дочери будто к принцессе, даже склонилась перед ней в поклон, нарочито изображая вельможу.

Не дожидаясь ответа тут же начала вещать.

— А скажите Ваше Величество, Вы только в форме будете ходить в школу? Ни обуви, ни пальто, ничего другого, только форма? Стало быть, Вы, как настоявшая принцесса на первое сентября прямо без трусов и колгот, босиком? Так …так… А-ха-ха-ха! На всё Ваша ЦАРСКАЯ воля! Вы ведь Ваше Величество, поэтому можете себе позволить и ни такое! Да и едва ли кто-то из обычных смертных осмелится Вам перечить! Засим разрешите откланяться. — она присела в реверансе. И уже на выходе бросила, как бы невзначай, как бы совершенно случайно!

— Ах да… Вы, кстати, можете ещё раз порыскать в этой комнате в поисках какой-нибудь наживы. Только осмелюсь Вас разочаровать, воровать тут больше нечего! «Досадно не правда ли?» — сказала мать, и скрылась в недрах печального серого дома.

Девочка так и осталась стоять совершенно опешившая от этого яркого представления. А спустя какое-то время, медленно присела на край кровати, схватила лицо руками и стала плакать. Ну не укладывалось у нее в голове, что же пошло не так?!

— Надо было туфельки новые купить и пальтишко, а не эту бесполезную дрянь! Ну ничего в другой раз буду умнее… — хныкала она ни капли, не жалея о том, что украла деньги и обидела родителей. Её переживания были совсем по другому поводу! Она жалела о том, что не купила себе новые вещи на сворованные деньги. Не грамма стыда или угрызения совести. Но, как не крути, девка-то не дура и естественно понимала, что это колечко её не согреет в холодную стужу, и более того, теперь придётся ответить за свой поступок по всей строгости. Выкрутиться, как всегда, вряд ли получится.

Мать очень осерчала и сдержала свои обещания. Она из принципа не купила Полине даже трусов. Так что ей пришлось идти в старой, прошлогодней форме, которая сидела совершенно странно на сильно выросшей и повзрослевшей девушке. Да и в туфли Полина залезла с огромным трудом! За долгое лето нога так же увеличилась в размере. Не смотря на все эти обстоятельства упрямая виновница своих же проблем, не соизволила подойти и попросить прощения. Признать свою вину и дать какое-либо обещание исправиться, это слабость. Она предпочла терпеть! Гордо задрав нос и не показывая виду пошла в том, что есть. Более того она ходила так до самых холодов. Девушка выглядела совершенно нелепо, когда пыталась натянуть на себя маленькие осенние боты, корчась от наболевших мозолей. Ну, а мать не упустила возможности уколоть непутёвую дочь, пытаясь сломить непокорный нрав. Однажды рано по утру, когда на её глазах разворачивалось, это нелепое зрелище, женщина спросила.

— Ммм… как мило! Ваше Величество, а Вы так и отправитесь в школу, как подстрелыш? Пальтишко то маловато, или нынче это модно? А-ха-ха… — залилась смехом женщина.

Полина натянула одежду и уходя со всего размаху хлопнула дверью. Быстрым шагом девушка поспешила из дому по направлению к школе.

— Господи, как же я Вас ненавижу! Как же Вы меня все бесите, тупые батраки и шутки у Вас тупые, и рожи у Вас глупые! Скорее бы уже свалить из этого сарая в нормальную жизнь! Вот уеду и больше ноги моей не будет в этом доме. «Ваше величество, Вы прямо так и пойдёте?» Тьфу глаза бы мои тебя не видели и уши бы мои не слышали, ненавижу… Подстрелыш? Сама ты подстрелыш, дя-рё-вня!!! — она бежала все быстрее и быстрее по замерзающей улице, браня своих родителей и мечтая о новой прекрасной жизни без них.

— Тебе не кажется милая, что ты слишком строга с ней!? — забеспокоился привставший Федор, выглядывая в окно.

— Да что значит строга? Хм… я считаю за такое нужно было бы высечь и как следует. Так что нет не слишком, даже очень не слишком!

— Ну не знаю дорогая… Мне вот, например, думается, что это не выход и не метод! Что ты хочешь доказать ей таким способом? Вот поверь, в её голове все наши действия, тем более такие, порождают только ненависть! Добром надо как-то ребёнку объяснять! Исключительно добром! — вдохновенно рассуждал он.

— Добром?! Она значит деньги воровать будет, мешки резать, соседей грабить, а я ДОБРОМ!? Она мне на голову срать начнёт, а я что, улыбаться должна? «Да ты в своём уме Федь?» — женщина замялась и даже сделала некоторую паузу, думая над тем, что говорит.

— Ну… предположим ты прав, про добро. Но, ни уж то мы не говорили по-хорошему, неужели не пытались донести, объяснить? Ты что же хочешь расписаться в собственной беспомощности и несостоятельности как отце, как родителе, как главы семьи в конце то концов? И значит ты полагаешь, что даже моя мать с её опытом работы педагога и вообще с её дотошным характером не пыталась что-то исправить и как-то по нормальному поговорить с ней? — возмущалась обиженная супруга.

Но на эту страстную речь у Феди было исключительно своё мнение.

— Ничего я не полагаю… беседовали ни беседовали, не важно. Значит плохо беседовали не сумели толком объяснить! Не может во всех бедах быть виноват один ребенок, не углядели значит, упустили значит! И ты мне это брось… сечь! Раньше надо было, а теперь уж поздно! Я попытаюсь сегодня с ней сам… эээ по-хорошему, как-то эээ… по правильному! Чаю что ли налей, хватит уж нервы то подымать! Ты ж добрая у меня… — прищурил он свои хитрые глаза и обнял жену за талию.

— Какая я тебе добрая, чего лепишь? Я с этой дочуркой, как овчарка стала! Рекс, а не баба! — отмахнулась она.

— Да брось, до Рекса тебе ещё далеко! — выдохнул он и давай приставать.

— Ой, ой… ЛЕШИЙ! Не приставай ты ко мне, видишь ведь, злая я сейчас.

— Неа… какая же ты злая, ты у меня добрая! — смеялся Фёдор, как пацан, и пытался поцеловать надувшую губы супругу.

— Злая говорю! — отвечала она уже заметно повеселев.

— Да нет же, добрая! Ну Зин, иди сюда? — он закрыл глаза и сделал смешное лицо вытянув губы бантиком в ожидании поцелуя.

— Ну шальной. -смеялась женщина, чмокая его в губы трубочки и прижимаясь всем телом.

Вечером он, конечно, попытался поговорить с дочкой, но у него слабо это получилось. Полина совершенно отрешенно выслушала все его просьбы, доводы, и правила, а как только отец замолк, произнесла.

— Ты закончил? Я могу идти? — он так растерялся и опешил, что просто коротко ответил.

— Да…

На этом собственно беседа и завершилась.

Глава №6

Сладкая ягодка

: Великан, повелитель человеческих судеб


Наверное, каждый из родителей для себя сделал какие-то выводы и принял определённые решения, они старались не конфликтовать с дочерью. Отношения в семье стали холодными и даже официальными, ни теплых слов, ни шуток, всё строго, жёстко, по факту.

Наступило время отдавать единственное чадо в университет, а спокойствия у них в сердце никакого не было. Отец вообще до последнего был против отъезда в другой город, по его мнению, учиться можно было и здесь. В чём-то Фёдор наверно прав, по-своему, по-отцовски! Вот только юной бунтарке доказать это не удавалось. Как-то вечером обеспокоенные родители тихо шептались о жизни и о планах на ближайшее будущее.

— Честно говоря милая, если была бы моя воля, то Поля никуда не поехала бы… Профессию можно получить и в родном городе, я до последнего буду настаивать на этой идее. Ну не смотри ты на меня так, ты должна понимать почему я хочу этого! Мы с тобой очень любим дочь, но её поведение, оставляет желать лучшего. Что греха таить, дети вон из худших семей, ведут себя куда скромнее и почитают своих родителей! Хотя бы вот возьмём соседскую сношку Анку! Ну вспоминай жила она тут не далеко, давно правда… много лет назад. Дом ейный до сих пор стоит. Тот, каменный, возле котельной, вот там, ну ты знаешь его, с пологой крышей… В каком году она переехала и не помню. Дом её пустует, чёрт знает сколько лет, никто его не купил, странно даже. Крепкий, добротный, живи да радуйся, нет не НАДЬ никому… Ну, да Бог с ним. Я с тобой про другое…

Вот ты ведь знаешь её историю? Ну… знаешь? Эх если ты забыла, то я напомню ещё раз! Когда Анке было лет тридцать, её бросил муж! Он уехал на свою родину, мать у него заболела вроде, уехал и всё накрылся, этим …медным тазом! Стервец, семью бросил, потом и вовсе на развод подал! Анка осталась одна с двумя детьми. Заметь дорогая, с двумя! Время-то и сейчас лихое, а тогда вообще была голодуха, выживать в одиночку всегда тяжело, а если на руках ещё и двое несмышлёнышей? Хм… Да, не завидная доля. Ну сношка работала, конечно, куда без работы-то. Однако всё чаще, стала пропадать из дому, дети всё чаще оставались голодными, да и без должного присмотра. Но ведь ни смотря на то, что Анка, стала пить горькую, и таскать каждый день в дом всяких мужиков, дети её любили и уважали. Во всём помогали, настоящая маленькая опора. Мы с тобой не пьём, ведём вполне благочестивую жизнь и дочь любим всем сердцем, а в ответ от неё получаем только презрение и ненависть. Как так и где справедливость? — он задумчиво помолчал минуту и продолжил.

— Знаешь дорогая, я тут подумал может мне Польку-то, бить начать?! Может дать ей леща животворящего, глядишь и поумнеет? Ммм? Может и правда просветлеет у неё в голове, что надобно вести себя благоразумно и к родителям относиться с должным почтением и уважением. Хотя старые говорят «воспитывать надо пока поперек лавки лежит», эх думаю упустили мы с тобой время, упустили… — сокрушался опечаленный отец.

— Что ты, что ты? Не бери ты грех на душу, бить никого не надо, ты как-то сам говорил, бесполезно это, да и поздно уже. — приговаривала она.

Бедная женщина больше не знала, что и сказать, как оправдать своенравную девушку. Она хорошо понимала, о чем толкует супруг. Действительно бывшая хозяйка каменного дома, здорово поддавала, и моталась со страшной силой. Гуляла на право и налево, да так, что старые родители приняли решение отобрать у неё детей, чтобы малыши не страдали. И им это почти удалось. Старики придумали историю, для вечно пьяной дочери!

— Знаешь Анка мы совсем старые стали, ноги вон никуда не годные, здоровья совсем нету, давай мы возьмем себе в подмогу внучка. Мы его сами подымем, а тебе останется девочка. Дочка ты должна нас понять, ведь твой сын будет помогать по хозяйству, у нас много скотины, и без него мы совсем никак. И опять, ведь всё что есть у нас, мы тебе регулярно привозим и мясо, и молоко, и сыры, и масло. Ну дочь думай, завтра мы приедем за внуком. — с теми словами старики уехали.

Анка не долго переживала и естественно была рада избавиться от лишнего рта! В назначенный час старики приехали за ответом.

— Ну что ж забирайте мальца, пусть помогает по хозяйству и ему впрок, всё-таки почувствует мужское воспитание. — рассуждала горе мать.

Вроде она и здраво думала. Ведь мальчику нужно мужское воспитание, а не нравоучения вечно пьяной матери! Анкин отец хоть и был уже стар, но всё ещё оставался твёрд и достаточно строг. Именно такой хитростью выманили они мальчика и увезли в свой большой светлый дом, где не было пьянок и сборища чужих людей!

— Да, припоминаю эту вечно пьяную женщину… Интересно, что с её детьми теперь стало? Слышала ей оставили дочь на воспитание! Страшное дело, это ведь девочка, мало ли, что с ней стало? Вот лучше бы не вспоминал… Чего ты вдруг поднял всё это? Просто понимаешь, когда мать таскает непонятных мужиков в дом, где маленькая девочка, это может закончится очень плохо! Тем более в пьяном угаре, она и не вспомнит ничего потом… ох. Даже мурашки по спине побежали, как представлю, мысли дурацкие лезут Бррр… — охала и сокрушалась впечатлительная женщина.

— Ну чего ты тут причитаешь, ладно тебе, что ей сделается, уже выросла пади? Ну ты сказочница, ей Богу, сама придумала, сама напугалась, сама же и расстроилась? Я думаю, что всё у них ладно и чего ты заранее в панику вдарилась, завтра же слышишь… завтра, пойду к Митяю он кажется их родственных дальний, вот и потолкуем… Вечером тебе буду продолжение, как сказку на ночь рассказывать. — улыбался довольный Федька, призывно поглаживая ручку жены.

— Зин, хочешь сказку на ночь, а Зин? — заигрывал он, смешно шевеля бровями.

— Да ну тебя, Федь… У меня что-то настрою нету, давай в другой раз, расскажешь эту твою сказку, а? — отмахнулась от него жена.

На том и порешили, утро вечера мудренее. Спать они легли каждый со своими мыслями. Единым был интерес к жизни соседней сношки и её детей. На утро супруги проснулись в озабоченном настроение. Скорый возможный отъезд дочери был главной проблемой всей семьи, да и вчерашние воспоминания не давали покоя. Фёдор решительно озадачился узнать о судьбе Анки, в тот же день. Проблем в этом никаких не было, он хорошо знал у кого спросить и когда. Отработав положенные часы, Федя отправился по знакомой дороге.

— Дядь Мить, доброго здоровья. Слухай дядь, а ты Анку вашу давно видал? Как она там поживает, да как дочь у ней, выросла пади? -поинтересовался мужчина.

Старик прищурил хитрый глаз и улыбнулся.

— Здорово, коли не шутишь. Дашь папироску? — спросил он.

— Нельзя ж тебе? Меня за это дело, твоя бабка на кол посадит, и поминай как звали. — удивился он и махнул головой в сторону дома.

— Да шут с ней, мы и не скажем, а о здоровье не беспокойся его всё равно ни черта нет. Так что дай папироску будь другом? —

Фёдор с опаской протянул ему пачку и дал огня.

— Ну сидай рядом погутарим. — старик похлопал по лавке рукой приглашая мужчину присесть. Он поджог папироску и сладко прикрякивая да причавкивая, задымил. Федор естественно присел, ведь именно за тем и прошел не близкий путь.

— Ну слухай сюда… Когда Лизавета с Василием, мальца забрали на воспитание, (Лизавета и Василий — это родители Анки), ну так вот, как они его вызволили, та неуёмная стала пить да мотаться пуще прежнего. Что не неделя-то новый мужик и постоянные гулянки. Как-то в очередной раз к горе мамаше наведались два проезжих брата, любители покутить. Пили они до темна и всё шумели очень, девочка тогда ещё школьница была. Представь ночь поздняя, а гуляки разошлись не на шутку, тогда малая тихонько подошла к закрытой двери и позвала маму, мужики сразу смекнули голосок тоненький девичий и решили напоить Анку до обморока, а девочку изнасиловать. Прошло ещё с полчаса, и Анка совершенно в свинячьем виде сидела за столом, не понимая, что перед ней уже остался только один собутыльник, а второй тихой тенью прокрался в комнату к девочке.

— Мама-это ты? — прошептал сонный ребёнок, когда дверь отворилась.

— Твоя мама пьяная на кухне сидит, а ты уже спишь? Не страшно тебе тут одной? — говорил незнакомый мужчина, присаживаясь на её кровать, девочка замотала головой, натягивая одело как можно выше.

— Ммм… какая ты хорошенькая, дайка на тебя поглядеть? — он настойчиво стягивал одеяло с дрожащего тельца малышки.

— Что вы делаете дяденька? Мне холодно… Я сейчас закричу. — пригрозила она.

Но мужчину, это только позабавило и раззадорило.

— Кричать не надо милая, а насчет того, что тебе холодно, так я тебя сейчас согрею, иди сюда. — он протянул к ней свои огромные руки, поднял с кровати и усадил себе на колени.

— Да ты взрослая уже, сколько тебе лет? — поинтересовался он.

— Через месяц будет тринадцать, а что? —

— Ох да ты уже невеста! Скажи милая и часто твоя мама напивается до чёртиков? —

— Угу… — ответила дрожащая от страха девочка.

Разгорячившийся мужчина сильнее прижал её к себе, и она тут же почувствовала, как в спину, что-то упирается, что-то твёрдое. Девочка заволновалась и хотела встать с его колен, но он всё крепче прижимал её тело. Пока горе мамаша в пьяном угаре плясала стриптиз на столе собственной кухни, тот прогнивший до самой души человек, насиловал её несовершеннолетнюю дочь. И это не конец истории! После того, как он справил свою нужду, то с наглым и довольным видом пришел смотреть шоу, которое устраивала хозяйка дома. Открыв дверь на кухню ему предстала такая картина! Анка в полуголом виде кривлялась, изображая эротичный, как она думала, танец. Трясла перед его приятелем обвисшей грудью, пытаясь неловко стянуть с себя грязные, замызганные панталоны! Насильник начал подпевать и хлопать в ладоши отвлекая её внимание на себя.

— Я сорвал ягодку, иди твоя очередь, позабавься там в сласть… — ухмыляясь во всё своё противное рыло шептал он на ухо подельнику, который немедленно последовал его совету и как ошпаренный сорвался с места. После своих бесчинств они не успокоились и принялись вдвоём охаживать мать. Их не остановил её непотребный вид, развлекались с ней, как хотели и даже били. Уже под самое утро, когда Анка была в бессознательном пьяном обмороке, занялись по новой растерзанным заплаканным ребёнком. Эти ублюдки насиловали её вдвоём, после чего благополучно, ещё раз обмыли своё приключение, стопкой водки и уехали прочь, не дожидаясь пробуждения приветливой хозяйки. Эта мадам, надо сказать, так и спала в голом, и самом не приглядном виде.

Да уж, это была ужасная ночь, которая закончилась непоправимым происшествием. Ближе к обеду мамаша проснулась, накинула заляпанный халат и поперлась опохмеляться на кухню, не помня почти ничего, она спокойно сидела и собирала с грязного стола, остатки выпивки и закуски! Там был такой кошмар, не описать словами, в тарелках с остатками еды были затушены окурки каких-то сигарет, некоторые стаканы и остальная посуда побита и поколота. Анка и не помнила, что это именно она, как ненормальная вчера плясала тут в самом отвратительном виде, перед совершенно незнакомыми ей мужиками. Так сказать, выказывала гостеприимство! В общем утром она не напилась снова только потому, что её ночные любовники забрали почти всё с собой, оставив только недопитое в стаканах.

Девочку Анка обнаружила спустя несколько часов, после своего пробуждения. Ребенок с многочисленными разрывами был помещён в местную больницу. В полиции завели уголовное дело, но этих недоумков так и не нашли. Все просто следователи работать не хотели, да и сама пострадавшая насильников описать не могла! Было темно и опять дже шок. Мамаша вообще… мало того, что ни хрена не помнила, так ещё и не знала, как их зовут!

Вот тебе и гуляка! Мать её за ногу!!! Загубила и свою никчёмную жизнь, и жизнь родной дочери! А по мне, так сажать нужно было именно Анку. Алкашка чёртова! Только по её вине девочку так зверски изнасиловали, сажать надо было и дело с концом! Она и только она, подвергла жизнь своего чада этой опасности, и отвечать должна была по полной! — разгорячился дядька Митяй.

Фёдор слушал старика не открывая рта, потрясенно махая головой, в знак согласия или удивления, он даже возмущался молча, выпучивая глаза. Он промолвил только, когда старик закончил свой рассказ.

— Дядь Мить, как же так?! И что потом? Эх, моя бы воля, я бы этих гадов своими руками придушил!!! Прям душил и душил, душил бы и душил!!! Уххх!! — он поднял руки и стал изображать, как бы это проделал, будь его воля!

— А что потом… Родители Анки прознали про этот случай и тут же приехали к непутёвой дочери, Лизавета в сердцах оттаскала её за волосы, отец разгневанный до невозможности дал леща, а потом начал тяжелый разговор!

— Мне стыдно, что ты моя дочь!!! Я прибил бы тебя на месте клянусь, если бы не закон! За тебя дадут ведь как за хорошего человека, а ты дрянь! Дрянь и есть! Как получилось, что ты стала такой, ума не приложу… В детстве ведь была такой милой девочкой, что с тобой?! Водка тебе дороже детей, дороже чести, мать твою?! Тьфу на тебя! Бисова дочь… — сплюнул он.

— В общем так, даю тебе ровно месяц на то, чтобы ты привела себя и свою никчемную жизнь в порядок. А иначе, мы отвезем тебя в клинику, будешь лечиться от алкоголизма в специально отведенном месте, раз сама не в состоянии справиться! — говорил старик со слезами на глазах.

— Пап прости меня… — хотела оправдаться Анка, но он не дал ей сказать ни слова.

— Молчать! Не хочу тебя слушать! Какую грязь ты впустила в семью? Ты хоть понимаешь? Да тебе всю жизнь прощения просить надо, и не у меня! У Господа Бога и у дочери своей, ни в чем перед тобой невиновной! Дрянь… — продолжал неутешный отец. Потом махнул рукой и засобирался в дорогу. А на самом пороге проронил.

— Да чтобы хату всю вычистила до блеска, через неделю приеду, проверю! Вычистила и выбелила, как полагается, развела тут притон! -сказал и был таков.

Девочку, как могли, поправили, но вот домой она никак не хотела возвращаться. Бабка с дедом увезли её к себе, она прожила там не долго, после чего вернулась к матери. Спустя пару лет девочка познакомилась с молодым человеком, значительно старше себя, он и забрал её в свою семью. Ах да, спустя какое-то время они поженились, она оказалась беременна и потому брак заключили быстро. Кажется, как-то так и было.

— Дядь Мить, а теперь, что у этой девочки, стало быть, всё хорошо?! А сношка то, одумалась? — не унимался любопытный гость.

— Анка не пьёт больше, только толку-то? Жизнь собственного ребёнка она загубила окончательно и обратно ничего не вернёшь. Девчонка уехала с этим своим хахалем, куда-то далеко в другой город. Спустя года два, родила мальчика, кажется. Только муж ей достался очень уж скверный. Пил и колотил бедняжку почем зря! Эх не знаю, не знаю, как она там… -их разговор прервала бабка, которая примчалась на запах дыма.

— Ах ты хороняка, ты чего это тут куришь что-ля?! Нет, ну ты поглянь на него, одной ногой в могиле, а всё туда же? Тебе легче помереть чем, прийти помогать мне со скотиной? Ну весь день ведь скрываешься, бегаешь по соседским лавочкам, семки плюёшь, ууу… леший! А вот я сейчас вас обоих веником-то отхожу, что бы неповадно было! Аспиды! Паразиты, форменные паразиты!! — старуха стала угрожающе напирать на мужиков, которые бросились от неё в рассыпную!

— Дорогая не вздумай! — кричал Митяй, текая от супруги.

— Ну и скверная же у тебя жинка дядь Мить и как ты с ней столько лет прожил?! — смеялся Федор уворачиваясь от подметания веником!

— Прожил, эт ты брат загнул! Промучился!!! — хохотал старикан в ответ.

— Ах… так… знаешь, что старый? Одна тупая извилина в твоём мозгу, портит тебе целую голову. Вот что! А ну вас… — бабка обиделась на них, плюнула и ушла в дом.

— Ой ты поглянь осерчала моя принцесса престарелая… Эх делать нечего, пойду цветов надеру и прямиком сдаваться её величеству. — не унимался весельчак.

— Ну бывай дядь Мить, здоровья тебе, ежели узнаешь чего про Анку, поведаешь в другой раз. Покедова… — они пожали руки, да и разошлись по домам.

По дороге домой Федор всё думал о судьбе той семьи. И ничего хорошего не приходило в голову только злость и досада вот, что он испытывал в тот момент. Он думал о том, сколько злоключений может быть у одного и того же человека, и когда они прекратятся? Кто именно определяет количество ужасных событий, которые способна выдержать одна конкретная личность. И ёлки палки, как именно зовут этого великана, который сидит и отсыпает каждому смертному, горя и испытаний, своей безмерной ложкой. Почему бедной девчонке так не повезло с матерью, и почему после всего пережитого, ей же… попался муж, который постоянно издевался! Она бежала от страха, от боли которую пережила в ту ночь, а прибежала в целую череду дней, наполненных той же самой болью и тем же самым страхом, насилием и унижением! Почему так, с чем это связано? Совершенная несправедливость пугала, ведь на этом примере Фёдор чётко понял, что один человек рождается в хорошей семье и получает море счастья и любви, а другой за всю жизнь не видит даже капли того, что есть у счастливчика!

Когда он добрался домой. То весь вечер был задумчив и тих. Жена поняла его переживания и старалась быть ещё более мягкой и доброй с любимым мужем.

Глава №7

Полина

: Новый год.


Время шло и безжалостно приближало момент принятия решения, по будущей учёбе и профессии Поли.

— Дорогая может быть ты выберешь профессию попроще? Ну давай посмотрим какие учреждения есть в нашем городе, понимаешь и мы с отцом были бы рядом, и ты жила бы дома, а не где-то в общежитие.

— Ма… я всё сказала или художественный, или никакой!

— Полина в конце концов почему такой ультимативный тон? Ну можно как-то по уважительнее, что это за Ма? И что за или?! Мы с матерью тебе плохого не посоветуем. Ты ведь наша дочь, хочется, чтобы жила рядом, а не где-то в грязной общаге с клопами! — возмутился отец.

— Да уж лучше с клопами… — тихо, еле слышно огрызнулась девушка, но это не осталось без внимания родителей.

— Что!? Как ты разговариваешь? Выйди… сегодня останешься без ужина! Поняла!? — прикрикнул разгневанный отец.

— Да, пожалуйста… — кинула небрежно она напоследок.

— Нет ты слышала это?! Ты слышала?! Ну скажи ты мне почему последнее слово она старается оставить за собой? Ну скажи ты мне, старому дураку? Откуда в ней столько желчи, ведь мы её так не воспитывали. И бить я её не могу, она же девочка. Не понимаю… стараешься, стараешься, горбатишься всю жизнь, а она ведет себя, будто мы… прислуга какая, ну не знаю я! Ааа… нет у меня слов… — сокрушался обиженный отец.

— Ну… во-первых, никакой ты не старый, во-вторых, не дурак вовсе! Нечего лишний раз напрашиваться на комплементы… Признайся, ты ведь специально, чтобы ещё разок послушать какой ты у меня замечательный, верно? Ну а если серьёзно, по поводу Полины, то я не знаю, что сказать, надеюсь вырастет поймет. Послушай Федь мне кажется мы столько сделали для неё и готовы делать ещё, до конца своих дней, была бы хоть капля уважения, я уж не говорю о любви. А так ведь говорят «от добра-добра не ищут» … правильно? Думаю если мы её не отпустим, она озлобится ещё сильнее. И в любых неприятностях своей жизни всегда будет винить нас, что не отпустили учиться, жизнь сломали и всё такое. Пусть едет Бога ради! Пусть попробует, какого это, самостоятельно жить, не до пенсии же ее содержать?

— Наверно ты права… время оно всех рассудит конечно. -поговорили и решили, чему быть того не миновать, что лишние нервы им добавят только седых волос и ничего более.

Ну естественно родители как-то пытались контролировать дочь, однако учитывая расстояние, которое их разделяло это было совсем не просто! Полине нравилась вольная жизнь без всех нравоучений. Она считала, что всё это бесполезное нытьё, жизнь одна и прожить её надо, как можно лучше и интереснее.

С тех самых пор, как девушка переехала учиться в город, она завела много знакомых и так называемых друзей, одной из самых закадычных подруг стала некая Аглая. Престранная взрослая девица, если не сказать больше! Барышня предпочитала общаться на царский манер, да так, что создавалось впечатление будто ты попадаешь в прошлый век или дурдом. Общество, которое её окружало, находило это забавным и необычным. Впрочем, все с удовольствием поддерживали старинную атмосферу, за глаза высказывая что-то типа, «у богатых свои причуды, или творческие люди все немного не от мира сего»! Несмотря на то, что Аглая была уже в приличном возрасте, вокруг неё всегда кучковалась толпа богатейших молодых людей и признаться не все из них были чистоплотны во всех смыслах этого слова. Наличие больших денег, как известно часто портит их обладателя. Но сама Аглая обладала мягким, смешливым и абсолютно безобидным характером. Часто она устраивала так называемые вечера, на которые и любила ходить Полина, они завораживали её своей весёлостью и непринуждённой роскошью. Люди, с которыми она знакомилась там, были из разных городов и естественно из очень состоятельных семей. Многим из вас будет понятна её тяга к прекрасному, странному, богемному миру, ещё бы, как может всё это великолепие не вскружить голову обычной деревенской девчонке?

Именно в таком месте, которое организовала безбашенная Аглая, маленькие глупые девочки с лёгкостью теряли голову и честь. Именно на этих странных приёмах можно было познать все пороки человечества, начиная с алкоголя, заканчивая плотскими утехами!

А как иначе, эти сумасшедшие прогулки до утра, пьянки и прочие пороки, способствовали растлению неопытной души. Это всё так сильно затягивало, что сама того не понимая Полина скатилась с пятерок на неуды, посещений становилось всё меньше, а прогулов всё больше. Но плохие отметки нисколько не останавливали её. Ослеплённая девушка хотела, как можно сильнее влиться в эту компанию, где рассказывали про путешествия, про Европу, где пахло деньгами! Этих бездельников и кутил она считала высшим обществом, любимыми друзьями и новой семьёй. Полина была высокая, красивая с правильными чертами лица и великолепной точёной фигуркой, каждый гуляка с радостью принимал её в свою компанию, пытаясь произвести впечатление. Все папенькины сынки, у которых деньги просто вываливались из вместительных карманов, желали купить эту не тронутую, не испорченную розу.

Понятное дело, эти самодовольные индюки охаживали малолеток не для того, чтобы жениться, и не потому что безумно любили, нет… просто для того, чтобы похвастать перед другими. Таких девчонок как Полина, называли: «свежее мясо», и это мясо когда-нибудь, рано или поздно, все равно становилось чьим-нибудь трофеем. Бывало, папенькины сыночки даже спорили, кто первый оседлает строптивую кобылку и даже делали самые настоящие ставки.

— Полин сегодня званый ужин в честь приезда одного нашего заграничного друга, и ты естественно приглашена. Так что скажешь? Будешь? — интересовалась близкая подруга очень обеспеченная особа и совершенно светская львица Аглая, которая надо отметить была гораздо старше заявленных лет, эдак на 10—15.

— Да буду голубушка, куда же вы без меня? Если не приду, вы же все со скуки помрёте, а-ха-ха! — заливалась Полина своим звонким и заразительным смехом.

Вечером в доме была целая толпа народу, играла музыка, пахло вином, гости весело разговаривали, обсуждая политику, курорты и моду. Девушка приехала к назначенному часу, красивая необыкновенно. У входа в дом Аглаи, где всегда и проводились такие посиделки, прямо на пороге, ей встретился незнакомый мужчина с кошачьей улыбкой. Он не вымолвил ни слова, только склонил голову в знак приветствия и открыл дверь.

— Здравствуй душенька, откуда ты такого чудного лакея себе выписала? — хохотала Поля.

— А, это наш старый друг Стефан. Он приехал из Швейцарии. У него в России какой-то долгосрочный проект. Работа в общем. — поспешила разъяснить хозяйка дома, дабы не допустить всяческих недоразумений.

— Ах вот как! Знаю знаю… родина элитных часов, правда на Швейцарца он совсем непохож. Знаешь такая внешность больше напоминает наших Цыган или скорее Итальянцев.

— А, и не удивительно дорогая, в его роду, как раз, течёт итальянская кровь, кажется мать у него оттуда будет. — поясняла Аглая.

— Чудно… — задумчиво произнесла девушка, взяв в руки бокал красного вина.

Парень и правда показался ей необычным и странным, девушка весь вечер пыталась обратить на себя его внимание, но не тут-то было, он словно игнорировал её. От этого Полина пришла в такое бешенство прям как ребёнок, которому не давали желанную конфету. Девушка совсем не привыкла к такому игнору, ведь все молодые люди пытались завоевать её расположения. И если брать время дуэлей, например, то, кто-то из воздыхателей непременно бы стрелялся из-за неё, настолько она была желанна, а тут какой-то не чистокровный швейцарец отказывается замечать эти прелести?..

Весь вечер Полина еле сдерживала себя, пытаясь натужно веселиться и хохотать без умолку, а после того, как всё закончилось она часто думала об этом наглеце, безуспешно стараясь забыть его милую кошачью улыбку. Сколько раз они бы ни кутили, ни ездили до самого утра по ночному городу, парень упорно не желал с ней общаться. Она обиделась, да так, что приняла решение больше не появляться у Аглаи. Когда Полина забросила все эти бесконечные гулянья и бессонные пьяные ночи, то и дела в универе стали налаживаться, родители были на седьмом небе от счастья. Девушка окончательно и бесповоротно решила изменить себя в положительную сторону и даже сменила круг общения. Ей давно нравилась очень скромная и бесподобная начинающая художница Марина, которая училась на том же курсе, и более того девчонки даже жили в одной комнате просто раньше они практически не виделись, а если и виделись, то не общались точно. За последнее время соседки даже сдружились, их постоянное общение и разговоры на возвышенные темы, грели душу Полины, она чувствовала, как растет нравственно и культурно.

— Поль завтра Новый год, пойдем с тобой на площадь? Там говорят будет представление. Ёлка, народу всякого… Давай немного отметим в комнате, а после прогуляемся туда, на людей поглядим и себя покажем? Знаешь подруга, я в Деда Мороза с самого детства верю, и в исполнение желаний тоже! Так вот, всенепременно надо будет загадать одно, только самое заветное, слышишь, всенепременно! — она была так воодушевлена, что и Полине конечно же захотелось развеяться и побывать на народных гуляньях.

Они своими руками приготовили небольшой праздничный стол и пригласили друзей, с которыми вместе учились. После навели красивые прически, приоделись и ждали двенадцати часов, чтобы открыть шампанского и под бой курантов загадать то самое заветное желание. Чисто символически отметив праздник, всей толпою они веселые и шумные отправились гулять на городскую площадь, туда, где стояла наряженная огромная ёлка.

— Ребята вы взяли шампанское и мандарины? Взяли или нет? Ну если нет, ведь никакого праздника не получится! — кричала возмущенная Марина.

— Конечно взяли, вот полные карманы этих твоих мандаринов… вот же гляди! — смеялись парни, забавно оттопыривая пальто.

— Пф… ну слава Богу! Значит не всё потеряно! До чего же волшебная ночь посмотрите, как сияют звёзды… Остановитесь, посмотрите же вы, дураки… неужели не видите, как это волшебно… Сегодня непременно случится что-то невообразимо прекрасное, я вот всем телом чувствую сказку! — кричала Марина, задирая голову к небу. Было и правда красиво, пушистые снежинки медленно опускались на её улыбающееся личико и таяли от человеческого тепла.

— А я чувствую, что замерзаю и если ты не прекратишь там мечтать и задерживать всех, я… тотчас же, слышишь тотчас… кину тебя в снег, дрянная девчонка! — кричал Витька «парень, которому Марина безусловна нравилась», он подбежал к ней и поцеловал в прикрытые глазёнки.

— Вот! Это ли не чудо? — захихикал он.

— Ах ты мерзавец! Ты воспользовался моей воздушностью, я поймаю тебя и прибью, на этот раз ты не уйдёшь! — Марина быстро придумала ему наказание. Она скатала круглый снежок и кинула в его ухмыляющуюся самодовольную рожу! В знак протеста, конечно. Вся компания быстро поддержала эту хорошую идею и начался такой сумбур. Все подряд уже кидались теми снежками и уже не понятно было кто за кого. Хохот и беготня, смех и какая-то детская радость царила в этой шумной компании.

На городской площади, несмотря на уже позднее время была целая куча народу все пели и пили. Шум, гам на длинной центральной улице! А на импровизированной сцене шло костюмированное представление, в котором новый год Кролика, давал пинка прошлому году Тигра. Ну конечно это было очень смешно и всё в совершенно шутливой форме. Девчата и парни этой задорной компании встали в кружок, пили шампанское, лопали сладкие мандарины и смотрели на то, что происходит на сцене. Ничего не подозревающая Полина вдруг почувствовала, что её кто-то схватил за ноги и поднимает вверх. От неожиданности душа ушла в пятки. Она посмотрела сверху вниз на этого смельчака, который посмел так странно схватить её, и неожиданно увидела знакомую кошачью улыбку.

— Стефан!!! Боже мой! Как напугал меня, проклятый! — закричала девушка, стукнув парня ладошкой по плечу. Тем не менее, она была очень рада его видеть.

— Пусти, блаженный, кому говорю… — хохотала девушка.

Но иностранец и не думал подчиняться, он только поудобнее взял её на руки, точно дитя и вот так стал ходить по парку, который располагался прямо рядом с площадью. Он шел по тропинке прижимая её, как долгожданный ценный подарок или даже сокровище, повторяя всего пару фраз. Впрочем, их вполне хватило для того, чтобы понять его состояние.

— Ты где была?! Ты где была? Я рад, как же я рад! — ему было чрезвычайно трудно объясниться из-за языкового барьера.

Из всего, что Полина услышала, она поняла, что Стефан был сильно огорчен её внезапным исчезновением и очень долго искал встречи, что до этой ночи не удавалось. Прошло уже больше полугода со дня её исчезновения. Он не знал, что ему делать, где искать… Эти полгода были сущей каторгой и мучением для бедного иностранца.

— Я думала, что не нравлюсь тебе ни капельки! Ты ведь даже ни разу не разговаривал со мной, да ведь ты и не смотрел в мою сторону даже!

— Да нет же, ты не так поняла, всё не так! Я просто очень плохо знал Русский язык, а когда ты приближалась совсем забывал, терялся! Думал сейчас скажу с акцентом, и что-нибудь не то, так ты меня поднимешь на смех! Но я не терял времени зря! Учил! Учил для того, чтобы при встрече… ну… многое сказать тебе! Полина ты больше не пропадай, пожалуйста!

Уже прошло Бог знает сколько времени, а они всё бродили по заснеженному парку, вцепившись друг в друга, как приклеенные. Холодища стояла знатная новогодняя так сказать, влюбленные жутко замерзли, поэтому приняли решение, что найдут всех оставшихся друзей Полины и пригласят в гости к Стефану, на продолжение гуляний. Замерзшая толпа с радостью согласились и все вместе они дружно ввалились в апартаменты иностранца.

— Маришка командуй парадом я в уборную. Давай, давай не стесняйся, помоги Стефану рассадить ребят и накрыть на стол! Прошу тебя, я скоро. — Полина сильно замерзла и решила отойти ненадолго для того, чтобы привести себя в порядок. Она зашла в огромную ванную комнату, расположенную в глубине чудесного дома. Там было большое зеркало и перед ним резной стул со странной высокой спинкой. Девушка словно королевна уселась на него гордо задрав подбородок.

— Здравствуйте Ваше Величество. Как настроение Ваше Величество, вы счастливы Ваше Величество? Хозяин дома вроде не дурён, что скажите? — задавала она вопросы сумрачному отражению в зеркале. После минутного замешательства девушка закрыла лицо руками и тихо прошептала.

— Ну что со мной? Ума не приложу, и руки трясутся, как у хорошего алкаша, дыханье сумасшедшее, прям лихорадит всю. Можно, конечно, сказать, что просто замерзла. Эй нет… саму себя обмануть трудно. Тут два варианта или я пьяная в стельку… что вполне может быть, или влюблена, что мало вероятно, но тоже может! Хм …первое предпочтительнее конечно, новый год всё-таки пора волшебства… — она приблизилась к отражению, пригляделась и продолжила кривляться.

— Точно пьяна, глаза косые, меня не обманешь, один на север другой на юг… ну… так и есть, блин! Всё, я в завязке! — с твёрдой решимостью больше не пить сегодня ничего спиртного, она, немного освежившись вышла из ванны.

Проходя по коридору, девушка услышала за спиной знакомый голос, который позвал её по имени.

— Полин… — прошептал нежный, таинственный голос. Девушка обернулась и увидела тёмный расплывчатый силуэт… где-то там в темноте. Не было ни страха, ни переживаний, всё стало не важно и праздник, и гости, будто улетучились, исчезли. Она скользнула в плохо освещённую комнату и прикрыла за собой дверь.

— Иди сюда Полин… — Стефан протянул к ней свои руки, мгновение и вот она уже в его объятиях. Иностранец нежно гладил её длинные светлые волосы, тихий голос шептал гипнотизируя, завораживающие, волнующие слова.

Внезапно она почувствовала, как горячие поцелую неудержимым вихрем несутся по её девственной коже, которая каждый раз вздрагивает от их прикосновения.

— Позволь сделать тебя счастливой, позволь любить тебя. — тихо шептал он не прекращая целовать ей руки, плечи, щеки и наконец сладкие губы. Горячая волна накрывала Полину с новой и новой силой, голова уже ничего не соображала и только одна мысль кружилась в ритме вальса.

«Ещё, ещё!!!»

— Ах… — вырвалось вдруг. Она почувствовала, что рука Стефана стягивает с неё трусики.

Девушка даже не поняла, как уже через несколько секунд молодой, горячий иностранец овладел ею. Очнувшись от сладострастной неги, стало так стыдно и скверно на душе, всё было совсем не так, как мечталось, ни этого она хотела, пошло, мимолетно и без отношений.

— Отдала свою честь словно уличная девка с первого раза, с первого взгляда! Как мерзко на душе, как невыносимо… — лицо у неё горело от стыда, с этими мыслями обесчещенная девушка поспешила покинуть эту комнату. Она быстро оделась и вышла к ничего не подозревающим пьянствующим друзьям в гостиную. Остаток праздника был просто каторгой, но нужно было сделать непринуждённый вид, будто ничего не случилось для того, чтобы никто не узнал о её падении.

Потихоньку гости стали разбредаться по своим домам, веселая и вполне довольная Марина, намекнула задумчивой подруге, что им уже давно пора.

— Кажется и нам пора, уже светает…

— Да… да. — еле слышно промолвила Поля и засобиралась.

— Я провожу вас до самого дома, сейчас много пьяных. — сказал Стефан и отправился с ними в качестве охраны.

Глава №8

Приговор

: Изголодавшиеся животные.


Она и не собиралась никому говорить о произошедшем, всё это стыдно, нелепо, глупо. Да одна мысль о случившемся доводила Полину до бешенства, она искренне не понимала, как могла опуститься до такого?! Этот человек ей даже не предложил отношений, да она и не знает его вовсе, не виделись целых полгода и на тебе!

— Противно! Мерзко! Ненавижу себя, ненавижу его, всех ненавижу! Не таким должен быть первый секс… — ругала себя девушка. С того дня она стала более замкнутой, часто уходила в тяжелые мысли, её терзало чувство вины перед собой, перед мечтой которую она предала, ей казалось, что это начало конца. Ну в какой-то степени это верно, начало новой жизни и конец детства, вот, что это такое! Перемены они часто пугают, но их избежать нельзя, перемены и есть сама жизнь. Всё течет, всё меняется и от судьбы не убежишь.

После новогодних утех прошло совсем немного времени, наверно всего пару дней и по дороге с учёбы, прямо перед домом она увидела этого наглого иностранца, посмевшего обесчестить неопытную дурёху. Парень был совершенно взволнован и растерян, сбивчиво отрывисто, на ломаном Русском он пригласил девушку на прогулку. Она не могла ему отказать, хотя была абсолютно уставшей, да ещё и злой, маленькая искра надежды всё же теплилась в её душе.

— А вдруг он хочет сделать предложение… эту возможность упускать нельзя. — глупая самонадеянная девчонка всё ещё верила, что он честный и порядочный человек… Только по этой причине она согласилась на прогулку. Но прогулявшись в парке с молодым человеком стало понятно, что кроме слов безумной любви и страсти, ему нечего сказать. Полину душили слёзы, немой вопрос читался в глазах, но парень сделал вид, что не понимает её состояния.

— Замерзла… знаешь, кажется мне пора… — тихо сказала она, вытаскивая руку из варежки для того, чтобы подышать внутрь. Стефан схватил её ручки и положил в своё пальто, под рубаху, прямо на голую грудь! Каков подлец, играл на чувствах юной девушки.

— Замерзла, приглашаю на чашку чая! — не знаю, что нашло на Полину в тот момент, но она не смогла ему отказать. Странно и не понятно словно безумная, собственной рукой писала себе приговор! Но она и подумать не могла чем грозит невинное приглашение выпить чаю, в силу своего возраста она понимала его буквально, «чаю, значит чаю»!

Стефан вполне довольный собой страстно поцеловал её руку и улыбнулся. Не успев войти в теплое убежище, он схватил Полину и поволок в постель, нежно шептал ей головокружительные слова любви, девушка ничего не понимала, как загипнотизированная закатывала глаза от умопомрачительного удовольствия, чувствуя, что его руки уже стягивают нижнее бельё она дрожала в предвкушении чуда. Парень, как изголодавшееся животное накинулся на беспомощную обмякшую жертву, готовый растерзать её до смерти.

— Соскучился… люблю, слышишь? Я никому тебя не отдам, никому! Как сумасшедший, все мысли о тебе! Ведьма… — рычал он в порыве страсти.

Она не чувствовала боли, огонь, загоревшийся внутри, поглощал все мысли и уносил на небеса. Когда Полина очнулась Стефан лежал рядом, поглаживая её тело, только сейчас она обратила внимание, что парень лежит в чем мать родила. Душило ужасное любопытство посмотреть на его достоинство, но было стыдно и даже боязно, поэтому она решила сделать это в другой раз. Даже удовлетворённый он не прекращая мурлыкал что-то о чувствах, о страсти и ещё много о чем… но вот замуж так и не позвал.

— Полиночка, девочка моя, что ты делаешь со мною я же заболел, понимаешь? Ни есть, ни пить не могу, работать тоже не получается. Несу сущую околёсицу, все уже косо смотрят, а мне всё равно. Пусть… — Стефан прижимался к ней всем телом.

— Не хочу отпускать тебя… останься, умоляю! А завтра встанем вместе я завтрак приготовлю, покушаем и разбредёмся по делам? Ммм…? — мурлыкал он ей прямо в ухо.

— Никак нельзя… ну, как это будет выглядеть, нет никак нельзя… — Полина пыталась сопротивляться чувствам, которые захватывали её сознание сильнее и сильнее с каждой минутой, но эти отчаянные попытки не увенчались успехом!

Она всё чаще бывала с ним и в конце концов вообще стала пропадать. Всё свободное время уделяя любимому наглецу. Её подруга и соседка по комнате осуждала такое поведение, но Полина стала часто ночевать у любовника, пропадая там дни напролёт. Подруга Марина не однократно пыталась поговорить на эту тему, чтобы хоть как-то вразумить и предостеречь непутёвую однокурсницу, да всё без толку.

— Поль не уж то ты живёшь с ним, ну вот прям, как с мужиком? А что ж не переедешь тогда? Ну как-то это не очень выглядит! Ты, как легкодоступная… по вызову, приходишь, когда он тебя только пальцем поманит и уходишь, когда не нужна, к чему это?! — возмущалась она.

— Да что ты понимаешь? У нас любовь! Любовь! Ты хоть знаешь, что это такое?! Глупая, да ты ненавидишь меня, потому что завидуешь! Счастью моему завидуешь дура! Бедняжка, тебя твой ухажёр, так, для галочки держит, вот ты и бесишься! — Полина даже побелела вся от злости, вскочила с места и давай хохотать, как ненормальная, стараясь посильнее обидеть Маришку.

— Да что ты, причем тут ненависть? Зависть придумала, Боже мой?! Любовь говоришь, ну странная какая-то она у вас! Раз он так любит тебя, так зачем позорит, почему не женился сразу, как обесчестил?! Не понимаю я любви такой! Да он тебя даже жить к себе не зовет, ютишься тут в общаге, в комнатке… ммм нет, это скорее называется не любовь, а использование, эксплуатация, точно! Да, да и не таращь на меня свои глазищи. Эксплуатирует тебя этот гадёныш по полной программе, а ты дурёха и рада стараться. Он тебе про любовь какую-то внеземную напел, а ты и уши развесила. Тьфуу… дура ты, наивная ромашка! — у Полины лицо прямо вытянулось, от такой правдивой речи… каждое слово попало прямо в точку.

— Прекрати ты мне душу то травить, Мари! — заплакала взволнованная покрасневшая Полина и выскочила из комнаты. Она и сама всё понимала, и часто думала об этом. Но сумасшедшие чувства и дикое желание обладать этим человеком не давали права выбора. Девушка просто потеряла голову, ей хотелось быть с ним вместе 24 часа в сутки и даже больше, несравнимо больше. Все мысли, были заняты исключительно этим мужчиной! Втайне от всех она представляла, как выйдет за него замуж, родит ребёнка и много чего ещё. Смысл жизни был в нём, когда парень почему-то не хотел её видеть, Полина приходила с занятий, закрывалась в маленькой комнатке общежития и тихо сидела там не желая общаться. Она чувствовала себя одинокой, брошенной, никому ненужной… Тьма вокруг неё сгущалась, становилась осязаемой, сжималась плотным кольцом вокруг заблудшей души. Полина чувствовала её всей своей кожей. Задыхаясь от собственного бессилия девушка поняла, что ничего вокруг не осталось, только чёрная тьма. Она открыла глаза и увидела, что совсем одна посреди густой пустоты. Болезненная зависимость от этого человека превратилась в манию из которой нет выхода.

Время шло, в их отношениях ничего не менялось, он по-прежнему заходил за ней, когда ему это было удобно и забирал в свой дом, как забытую личную вещь. Она всё понимала, от этого страдала ещё больше, пожирая себя презрением к собственной беспомощности.

— Тряпка… во что я превратилась? Котлета …когда надо подогрели и употребили, блин… Котлета без права голоса, мягкая, пока ещё вкусная, но всё-таки обычная котлета! У меня два варианта, либо он меня выкинет, когда ему надоест мой вкус, либо заменит более молодой и свежей котлетой.

Девушка так изматывала себя мыслями, что ужасно похудела, стала выглядеть болезненной и даже постаревшей. Она не могла спокойно спать даже когда он рядом, долго смотрела, как он засыпает и подолгу гладила его густые волосы, вдыхала их неповторимый уже родной запах. А когда Стефан засыпал она ревела в подушку часы на пролёт. Именно от этих бессонных ночей и частых рыданий её глаза были постоянно припухшими, но это совсем не беспокоило.

У холодной, ледяной королевы оттаяло её сердце и стало ныть, истекая алой кровью. Она чувствовала, что угасает, что не сможет жить долго, вот так в неведении и предчувствиях неминуемой беды! Всё чаще стали сниться страшные сны, в которых Стефан уезжал навсегда на свою родину, или просто бросал её. Однажды даже привиделось будто он изменяет ей с Мари, близкой и преданной подругой. Этот удар был такой сильный, двойное предательство! От испытанного шока она проснулась посреди ночи в холодном поту и больше не смогла уснуть, прибывая в ужасном состоянии и скверном настроении ещё очень долгое время.

— Какой же это ужас, Стефи! Приснилось этой ночью, что ты мне изменяешь, я собственными глазами видела, представляешь?! Ты спал с Маришкой, целовал её, ты негодник!!! Думала сойду с ума, чокнусь точно! Ты ведь меня любишь? Скажи мне, любишь? — повторяла заплаканная девушка.

— Ну, что за бред, Маришка?.. Она, вообще мне никогда не нравилась? Я, тебя люблю! Ты лучше всех и знаешь это, хватит придумывать всякую чушь, тогда и сниться не будет! Думай о чем-нибудь хорошем, ладно? — просил удивлённый парень, целуя её в мокрые глаза.

Да нет измен никаких и в помине не было, да и быть не могло. Отношения между ними были чрезвычайно светлыми и на первый взгляд безупречными. Полине безумно нравился его иностранный акцент, она считала его прелестным и бесподобным, иногда даже дразнила. В свою очередь тайно занялась изучением его культуры и языка, питая надежды, что если он и соберется покинуть Россию, то непременно заберет её с собой.

Таким вот образом прошло уже почти два года. И всё бы хорошо и всё бы ладно, если не внезапно пришедшее письмо от родных, в котором они просили незамедлительно его приехать на родину. В вечерней беседе он был печален и задумчив в конце концов решился и отдал возлюбленной письмо, она ни слова не поняла, что там сказано, но внутренний голос дал понять, что ничего хорошего, и не ошибся!

— Что здесь? — прошептала она.

— Моя мать приказала, немедленно вернуться на родину, с отцом какая-то беда. Я выезжаю завтра… — с содроганием ответил парень.

— Как завтра? Ведь это слишком скоро… Скажи, ты вернёшься? Вернёшься или нет?! Только не ври, прошу тебя. Ответь, вернешься? — её трясло от слёз и страха.

— Вернусь. И даже больше.

— Что больше?

— Если с отцом все будет хорошо, то расскажу о нас и попрошу благословить на брак. — он так нежно её обнял, так трепетно. Ну естественно ведь Стефан и сам не горел желанием расставаться с горячо любимой Полин, он так привык к ней за эти годы, что просто не представлял своей жизни вдали.

— Правда? Я верила, что моя мечта сбудется, я молилась… есть Бог на свете! Я буду ждать тебя… я буду ждать.

На том и распрощались. Она не думала, что это ожидание хуже самой смерти, время тянулось бесконечно, а он все не ехал. Беспокойство естественно с каждым днём стало разрастаться внутри, увеличиваясь, как снежный ком. Два месяца ада, бедная Полина переживала и страдала, как никогда ещё в своей довольной, сладкой жизни. Она даже стала ходить в церковь и молить Господа Бога о скорейшем возвращении её любимого. Но его всё не было и не было, видимо болезнь близкого человека задержала. Ну, как же, она прям видела, как Стефан сидит у кровати своего больного отца. Она почему-то не думала, что у него там может быть девушка или невеста, или вообще жена и дети, да парень может просто изменить. Её голова была забита другими страхами, она просто боялась, что больше никогда не увидит его, это было самое пугающее. Ну, а вот окружению Полины, совершенно не нравился ни он, ни эта его поездка, да и вообще поведение выбешивало многих. Марина часто заводила разговоры с подругой пытаясь донести единственно верную мысль.

— Пойми дура! То, что делаешь ты, это совсем не норма! Ведь так можно заморить себя голодом, а жизнь это самое ценное, что есть у человека! Ты, понимаешь?! Ну вот послушай сюда, жить можно без всего или почти без всего на этом свете! Да вот возьми хоть хлеб! Ведь без него можно жить, тоскливо, голодно, но можно!!! Или вот обратное, любовь… головокружительная болезненная зависимость от какого-нибудь человека, но ведь и без любви люди тоже живут! Да, да душенька, живут и сотни и тысячи живут и даже понятии не имеют что это за чувство такое, любовь ваша, и ничего… Монахи — вот, например, просто пример… отказываются от всяческих мирских утех и что же, по-твоему, помирают с тоски? Нет, ты не отворачивай глаза то Поль… ты вдумайся, чем разбрасываешься? Жизнью?! Жизнью разбрасываешься! Да это ж, грех! Ну в самом деле… ну хорошо, представь сейчас же, бедную женщину, которая сидит у обожжённого своего дитя! Вот всё тело у него сгорело и нету места живого, а она не смотря ни на что, просит Бога сохранить, эту искалеченную жизнь. А ведь ребенок тот сгорел совсем и лицо у него месиво… Как тебе?! Что скажешь? Зная, что если даже выживет её малыш, не будет ему счастья на земле, он ведь станет изгоем, уродом, не жизнь, а сплошное мучение. Но знаешь, что выбирает мать? Жизнь!!! Жизнь!!! Пусть даже в муках и страданиях… пусть неполноценная, но жизнь! Задумайся дурёха! Задумайся… — кричала Марина и не прекращая трясла подругу за плечи, пытаясь привести в чувства.

Эти слова не трогали ни одной струны в душе у Полины, она, как умалишённая отказывалась понимать, в голове крутилось только одно.

«Как жить без него, как дышать без него и вообще возможно ли дальнейшее существование, имеет ли оно смысл?!»

Круг замкнулся никого не осталось, все праздники с ним, с его родными и друзьями, да у неё же ничего своего нет и никого, кроме преданной Мари. Все свои мечты или интересы, она по обыкновенной ошибке влюблённых, просто забросила, растворившись в любимом человеке и перестала существовать, как отдельная личность. Он и брат, и сват, и друг, и любовник, и ещё много кто… А теперь на пороге неизбежных изменений её просто колошматила лихорадка, било и трясло, как машину у которой полетел двигатель. Депрессия настоящая, сильная, такая, что нагоняет мысли о самоубийстве, всё сильнее и сильнее охватывала её голову. Девушка перестала есть, не намеренно, не специально, просто мысли о еде отсутствовали совсем. Зайдя в магазин, она понимала, что ничего не хочет, наоборот еда вызывала отвращение.

Бедная Маринка пыталась отвлечь подругу всеми способами, которые только возможны, вот она настоящая преданность. Каждый день новая развлекательная программа, занятия, прогулки, умопомрачительные шатания по магазинам и безрассудные покупки, было всё и это даже помогало, правда совсем ненадолго, но всё же… На сером личике Полины появлялось, что-то наподобие улыбки. И в такие моменты, внутренний Маринин голос орал во всю мощь, почему-то на Английском языке слово «Yes»! Что означало ДА, ДА, и чёрт возьми ДА!

Чтобы как-то отвлечься девчонки с утра пораньше отправились в универ, с удовольствием провели там весь день. Малевали и общались с однокурсниками часы на пролёт, а поздно вечером усталые, но довольные потопали по знакомой тропинке домой.

— Мари, иди одна я хочу зайти на пруд, помнишь, тот с лебедями? Я хочу подумать, ну чего ты смотришь на меня, иди! Ну, пожалуйста Мари? Со мной всё хорошо… — Полине вдруг так захотелось сходить на маленьких прудик, тот самый, где они с любимым часто кормили уток и лебедей.

— Ну хорошо душа моя, за мной ужин! Много не обещаю, как насчет жареной картошечки, да с квашенной капустой, мне мама передала… вкуснотища?!

— Ммм… как вкусно, сейчас слюной подавлюсь! Какая идея, просто закачаешься, буду с удовольствием. Я немного посижу и приду. — уверила её Полина.

— Ну хорошо, не засиживайся, холодно… — Марина поспешила в тёплую общагу, готовить обещанный ужин.

Полина посмотрела в след уходящей подруге, вздохнула и усталой походкой медленно побрела в сторону опустевшего пруда. Посидев немного, подумав, помечтав она почувствовала непреодолимое желание пойти поскорее на незатейливый, но вкусный ужин. Открыв дверь, девушка услышала лишь тишину, которая царила там, её подруга тихонько накрывала на стол хозяйничая на кухне, запах жареной картошки был слышен ещё на улице. Всё вроде, как всегда, но ведь сердце не обманешь, поэтому Полина поспешила войти в свою комнату. Она сразу всё поняла, прямо у неё на кровати стояла огромная мягкая игрушка.

— Стефан!!! — закричала она, почти задыхаясь от волнения!

— Стефан! — повторяла Полина, как ненормальная, боясь ошибиться.

Но она не ошиблась, всё верно, это действительно был он. Пришёл пораньше, осмелился войти и сговорился с Мариной, которая всячески способствовала, помогая спрятать его в единственный огромный шкаф, она чувствовала, что если бы беглец не приехал, то бедная Полина наверняка умерла бы с тоски или просто лишилась рассудка. Марина и так не знала, что делать, как заставить сожительницу нормально есть и нормально спать! Признаться, честно в её голове даже были мысли, связаться с родителями. Она подумывала вызвать их, чтобы хоть как-то помочь. В общем появление этого иностранца с кошачьей улыбкой было, как нельзя вовремя.

Сильно похудевшая, Полина ревела навзрыд пока, искала любимого, и он не заставил её долго ждать, радостный и весёлый прямо выпрыгнул из своего убежища, и обхватил девушку руками.

— Ах ты посмотри-ка, догадалась! — смеялся он.

Затем поцелуи, слёзы, смех и буря эмоций, неописуемая радость на грани безумия захлестнули молодых настолько, что им хотелось одного, поскорее уединиться, не думая ни о чем! Полине было так хорошо, что она совсем забыла о долгожданном предложении и подарке в виде кольца! Однако ж, когда пыл приятной встречи спал и прошло немного времени, со дня его возвращения, невольно встал немой вопрос, а где, собственно говоря, благословение родителей которое он обещал, где предложение и всё остальное… где?! Совершенно очевидно, что его не будет и колечка он не привёз, потому и молчит о разговоре с семьёй, да и был ли тот разговор?! У нее в прямом смысле болел мозг, всё существо ожидало неприятной подставы, пенка судьбы, от которого не увернуться, она задавала себе вопросы, и сама же отвечала на них.

— А был ли вообще болен отец, ведь прочесть письмо не получилось, и он об этом прекрасно знал. Как подло… знал, что не понимаю языка и дал мне его, будто нарочно! Да ведь этот наглец мог соврать, а почему нет?! Что стоит обмануть малолетнюю наивную дуру?! Это письмо могло быть вовсе не от родителей! От невесты например или ещё хуже… от жены. Приехал сюда в Россию, чтоб заработать на свадьбу, или просто, чтобы содержать семью, а тут малолетка со своей девственностью, доверчивая деревенская дура! Ноги раздвинула он и пальцем не пошевелил, ему что плохо? Какой мужик откажется от такого?! Жена и не узнает, она за тысячу километров, нянчит детей! Будет думать, работает муженек в поте лица, ради семьи… а-ха-ха!!! А он работает, конечно, аж потеет, но только вот лежа на такой доступной девке как я, пыхтит и потеет! Каков подлец?! Ох, Господи, если это правда, то потому и молчит, время тянет… известное дело. — вот, что за мысли поселились у неё в голове, выворачивая всё нутро на изнанку. Хотелось кричать, бить посуду, истерить или Бог знает, что ещё! После долгих терзаний и сомнений, по совету Марины, она всё-таки решилась на разговор.

— Стефан, как твой отец, поправился? — спросила она как-то за ужином.

— Вполне.

— Ты обещал просить благословенья, кольцо привезти, а сам молчишь, как тебя понимать? — Полина внимательно смотрела на его реакцию и заметила сильное замешательство и тревогу. Он чуть не поперхнулся от неожиданности, весь покраснел. Все признаки на лицо! Беспокойные руки заёрзали по ушам, по одежде, по столовым приборам… Да парень не знал куда деться, в глаза не смотрит, будто вор! А он им и был, украл у девушки честь и годы жизни, а теперь сидит мнется, прям как дурачок, невинный такой, глазёнками непонимающе хлопает. Полину обуяла дикая злость, ненависть и тревога, такая сильная, что всё тело сотрясала мелкая дрожь, колотило руки и даже подбородок ходил ходуном, как будто девушка просто замерзла и не в силах справится с этой тряской, она поскорее встала со стула и произнесла.

— А что ты молчишь Стеф?! Почему не смотришь мне в глаза? Ну посмотри на меня, посмотри?! В чем дело?…

Зачем задавать вопросы, на которые заранее знаешь ответы? Да видимо, чтобы лишний раз убедиться в правоте своих мыслей, или наоборот обрадоваться ошибочному предчувствию! Но чуда не случилось, после долгой паузы он выпалил.

— Да я просил, как обещал, понимаешь? Они не дали мне согласия и вообще запретили работать в России! Я просил слышишь, просил… Мне очень жаль… теперь придется уехать от сюда, на родину…

Вот и вся любовь, у бедной девушки не было слов, лицо загорелось, как от пощёчины, хлёсткой, безжалостной пощёчины! Она так надеялась, хотя предчувствие надо заметить преследовавшее её столько времени было не спроста. Слёзы брызнули из глаз, сами собой она не хотела плакать, но не смогла их сдержать.

— Надолго?.. — с надеждой прошептала она.

— Навсегда… — ответил он еле слышно.

— Да, как же? Бросишь меня? Вот так, прямо уедешь? Да я умру!!! Умру с тоски!!! Я так люблю тебя, Стефан милый, возьми меня с собой, ну вот просто возьми и всё! Ну не бросай ты меня?! — умоляла Полина, обливаясь слезами.

— Невозможно! — твердил он.

Сам парень не мог сдержать слёз, он плакал по-настоящему.

Обезумевшая девушка встала на колени, хватаясь за него, как утопающий за соломинку.

— Что ты, что ты встань с колен-то… Не надо этих унижений! Ты там не выживешь, да и языка не знаешь. Пойми, родители не одобрили тебя, ну не могу я против воли… — Стефан прятал глаза, может потому, что боялся или стыдился чего-то…

— Ты любишь меня? Ты всё ещё любишь?! Скажи! — кричала стоявшая на коленях Полина, она не могла успокоиться. Понимала, что всё это зря, но продолжала унижаться дальше.

— Люблю! — еле слышно сказал он.

— Да, как же любишь? Разве можно так любить, и рвать мне душу?! Брехня… — мотала головой шокированная девушка, потом встала с колен и тихонько пошла к двери.

— Запомни Стефан, как я тебя люблю ни одна живая душа любить не будет… — она последний раз посмотрела в его блестящие от слёз глаза, и захлопнула за собой дверь.

Описать словами, что творилось у неё внутри просто невозможно. Не скажи он тех страшных слов о своём скором отъезде, она ещё долгие годы бегала бы на эти свиданки в надежде, что он когда-нибудь оценит и женится! Что родители поймут, какая она преданная и передумают, изменят решение. Любовь, которая бурлила внутри, заставляла унижаться, валяться в ногах, забыв о своей гордости, волочиться, годами выполняя все его прихоти… Это безумие не продолжилось лишь потому, что он действительно уехал, уехал навсегда!

Глава №9

Руины

: Заблудшая овца.


После его скорого отбытия у Полины началась настоящая ломка. Она не могла найти покоя, как наркоманка, заламывала себе руки, кричала и вопила от немыслимой душевной боли, не переставая плакала, умоляя Господа Бога вернуть «ЕЁ ПРЕЛЕСТЬ»!!! Это ощущение безвыходности. Без сна и еды она слонялась по комнате, как запертый в клетке зверь, ей хотелось выть во всё горло, о предательстве которое он совершил. Это самое гадкое, самое гнусное предательство. Она не знала, что делать, хотелось бежать, доказывать, что она хорошая, что правда сильно и искренне любит и обязательно сделает его счастливым. Доказать, объяснить, но кому?! Кому нужна чужая боль?!

В тот проклятый день, мир, весь огромный мир, будто рухнул, сгинул. Ей стало очень холодно и одиноко. Представилась картина: «Будто она стоит на руинах той придуманной райской жизни, которую создавала эти два года, стоит абсолютно голая и ничтожная. Вся, вот прям вся, заляпана пороками человеческими. Пошлая, неприличная, словно проститутка, недавно продавшая своё тело, мерзкая и какая-то жалкая. Стоит она на этих обломках, а вокруг ни души, только серая мгла, переходящая в непроглядный мрак.» Вот, что творилось у неё на душе.

— Маришка водки налей! — кричала девушка, в пьяном угаре.

Да Полина, пыталась залить своё горе водкой, в ту пору её уже отчислили из университета, возвращаться в дом родителей она не собиралась. Последствия не заставили себя ждать! За отчислением, последовало выселение из общаги, а куда идти, не на улицу ведь? Немного поразмыслив Полина приняла решение, попросить убежища у своей старой приятельницы Аглаи, которая надо сказать, всегда её жаловала. Перетащив свои немногочисленные пожитки убитая горем брошенная девица пила и кутила как никогда, благо выпивки было валом и причем абсолютно бесплатно.

Несмотря на тот факт, что погода стояла ещё совершенно холодная, Полинка как-то в пьяном угаре, умудрилась уснуть возле пруда во дворе дома, что повлекло за собой сильнейшую простуду. Аглая сразу же вызвала доктора, который сделал следующее заявление.

— Ну что же Вы мамаша? Нехорошо… Ребенка нужно беречь! Сильная простуда у Вас. Вы, вот что, постельный режим и микстуры, но непременно эти, так как для ребеночка они безвредные! И одевайтесь, берегитесь как-то, Вы же будущая мать! — сказал и был таков. Полина даже вскочила с постели от неожиданности и возмущения!

— Да что же это… — прошептала она, медленно шлёпая босыми ногами по полу.

— Поль ты слышала? У тебя ребёночек будет, ребёночек… радость-то какая! — улыбалась Аглая.

— Нет!!! Нет!!! Я не хочу его! Я не хочу! — буквально завизжала обезумевшая девушка! Она отказывалась что-либо слышать и понимать. Это был крах! Конец всему! Ребёнок этого предателя, уж точно не входил в планы молодой девушки, тем более нагулянный. Это получается бросить город и с позором возвращаться в деревню, туда, где все друг друга знают, где каждая собака будет показывать на неё пальцем! Туда, где каждая скверная старушонка будет шушукаться у неё за спиной! Вернуться с поклоном в этот ненавистный дом к нищим родителям… Оставить всё, общество, друзей, надежду?! Ну уж нет, Полина решила тянуть до последнего и ничего не рассказывать родителям. Т зачем им её проблемы когда своих валом. Тогда уже и отец был сильно болен сердцем, и девушка никак не хотела стать причиной его смерти. По сути, её не трогало совсем ничего и без того жестокое самолюбивое сердце, после такого удара судьбы, ожесточилось ещё сильнее. Ненавидеть весь белый свет куда лучше, чем прощать, жалеть, понимать и любить. Она долго думала и пришла, как ей казалось, к единственно верной мысли.

— Пора заканчивать со всеми этими соплями, жалостью и всем остальным дерьмом!!! Долой все эти выдуманные лживые чувства, любовь, страсть, верность… какой вздор! Какая нахрен любовь в наше время? Это слово, всего лишь слово, пшик, сотрясание воздуха не более… Оно выдумано такими вот похотливыми скотами, как Стефан, специально для деревенских дур, как я! Выдумано, чтобы с лёгкостью склонять неопытных малолеток к разврату. И всегда действует безотказно! А уж, когда добился чего хотел, можно и выкинуть, как исписанный клочок бумаги! Ненавижу всех! Кобели проклятые! — она настолько возненавидела мужчин, что её забавой стало разбивать их сердца!

Доводить воздыхателей до самобичевания, самое приятное дело, а ещё лучше до самоубийства, хотя это слишком просто и быстро, что скрадывает всё послевкусие. Ей хотелось видеть, как они корчатся, благоговея перед ней от своих чувств, от невостребованности от несбыточных желаний. Влюбить в себя любого смертного холодной королеве удавалось в миг, перед её чарами не могли устоять даже женщины, любили ненавидя и боялись! Заморочит голову эдакому богатому дурочку, доведёт его до невозможного обожания и больно бросит, хохоча в лицо! Вот, что творила неугомонная, злая бестия. А самое удивительное, она настолько ненавидела людей, что даже не трудилась запоминать их имена!

— Эй ты, пойди сюда, пшёл вон…

Будучи уже глубоко беременной, Полина всё так же хорошо выглядела, может даже лучше, чем раньше, да и живота совсем не было заметно. Но время шло и её отцу Фёдору становилось всё хуже. Из-за этой его болезни родители давно перестали ездить со своими проверками, что безусловно было на руку.

Ну уж, а когда Полина всё-таки приезжала к ним в гости, то во всю заливала об учебе и своих достижениях. Бедная мать верила или просто делала вид, или просто была слишком поглощена спасением Фёдора, но о беременности никто вроде не знал.

Когда Полина оставалась одна, то занималась самобичеванием думая, что она сделала не так, почему именно с ней всё это произошло? И есть ли Бог на свете? Есть ли? Если нет, зачем тогда соблюдать какие-то рамки, законы? Ведь, как только подумаешь, что нет его, то тогда и рая нет и бессмертия души тоже… нет. А если так, то какой смысл вести себя благоразумно? Пей, гуляй, грабь и даже режь, убивай и ничего! Нет Бога, значит и Беса нет и ада нет! Мы просто скот, животные, бездушные твари, возомнившие себя чем-то большим!

А если Бог есть, то почему он так жесток? Почему он не ответил на искренние её молитвы и чистейшие просьбы? Она ведь ходила в церковь, молилась и просила у Господа ни денег, ни богатства, ни власти, а всего лишь семьи, преданности, любви! И что получила вместо этого, что?! Унижение подлеца, насмешку и плевок в лицо!

Получив такую, казалось бы, затрещину от судьбы, девушка только и думала о том, как не справедлив этот мир, как несправедлив этот Бог, как не справедливы эти люди! А почему человек всегда думает так узко, так банально? Ну хорошо давайте рассмотрим вариант, что Господь услышал её просьбы и сделал всё, как она хочет.

Приехал Стефан с благословением, одел заветное кольцо на пальчик, сыграли даже свадьбу! И что потом? Закончил он работу у нас в стране, и засобирался на родину… или в другое какое место! Новоиспеченная жена ещё и университет не закончила, без образования, без языка, никто, просто девушка с деревни, совершенно ничего не понимающая в жизни, отправилась с ним в чужую страну! Ну хорошо, приехали они в Швейцарию и например, при близком знакомстве родителям невестка не понравилась совсем. Мамаша этого Стефана оказалась баба с придурью, вбила себе в голову разлучить их во что бы то ни стало и начала яростно измываться над девочкой, которая одна одинёшенька черт знает где!

И даже если не случится такого, если наоборот родители хорошие люди и ничего не станут плохого делать, других вариантов куча. Вот, например ещё один: «Приехали они на его родину в отдельную квартиру. Стали жить поживать. Спустя какое-то время, главе семейства приходится бросить любимую беременную жену и уехать заграницу работать, не на месяц или несколько дней, а как он привык, на год, два, а то и три?! Он то уехал, а девочка осталась одна, без родителей, которые сходят сума от горя и тоски, без друзей, без всех. Она беременна и даже не знает языка!

Или третий вариант, ещё банальнее и проще! Приехали они, поселились в его доме, она не работать не может, ни учиться, сидит всё время дома одна, а он бравый парень, живет своей нормальной жизнью… Работа, куча друзей, ведь он вырос там, это его дом, его родина! Полина ему быстро надоест, вечно ноющая и недовольная, так он станет пить, гулять и гонять её в конце-то концов… Таких случаев куча!

Да может Бог в той церкви слышал всё, и просьбы, и мольбы, но имея возможность видеть будущее, не захотел их исполнять, исключительно жалея заблудшую овцу?! Он, просто не захотел делать ещё больнее?! Но никто, никогда не рассматривает вот такой вариант!.. Верно?

Глава №10

Объятия смерти

: Леший.


Родители Полины старались не думать ни о чем плохом, уж тем более о возможной беременности. Ни то чтобы они были наивные деревенские дурачки, нет, у них было много всяких беспокойных мыслей, по поводу первой любви и секса, но предположить, что дочь додумается залететь вне брака никогда не приходило в голову. Да и единственное чадо было столь брехливо, что тут и опытный эксперт не разберет, где правда, а где ложь. Каждый раз девушка рассказывала об учёбе, показывала первые нелепые рисунки, какие-то работы, и по всему было видно, что она занимается усердно и всё-то у неё налаживается. Родители же, как могли, старались облегчить жизнь своего гениального начинающего художника. Отец пока не заболел, всё время ездил в общежитие и возил продукты, беседовал с преподавателями, старался контролировать весь процесс, только тогда им было всё доподлинно известно из уст самих педагогов, но, как водится в нашем мире не долго длилось счастье.

Может быть от тяжелого труда, может быть ещё по каким-то причинам, но у него случился инсульт, и он надолго слёг. Врачи запретили Федору переутомление, долгие прогулки и уж точно никаких поездок, тем более в другой город. Вся суета была надолго отложена в ящик, под названием время и терпение. Зина соответственно неустанно ухаживала за ним.

Последний приезд Полины домой, дал ей понять, что отец совсем плохой, он сильно похудел и всё чаще отдыхал у себя в комнате, Зинаида поговорила с дочерью и сообщила, что отец очень болен и ездить к ней в город не сможет ещё какое-то время, поэтому девушке придётся добираться к ним самостоятельно. Полине было все равно, она рада бы вообще не появляться в деревне даже, чтобы проведать отца. Вот только голод не тётка и поэтому, девушка всё же делала редкие набеги на родительский дом.

С каждым её приездом Зина замечала в дочери необратимые перемены, но мудрая женщина слишком жалела умирающего мужа и старалась не показывать виду, чтобы не расстраивать его лишний раз, она же знала, что любой стресс может привести к гибели. Каждый приезд дочери Зинаида умоляла её быть более сдержанной, доброй и мягкой с болеющим отцом, но желчь, живущая внутри девушки, слишком часто выплёскивалась наружу, делая своё мерзкое дело. Каждый раз после её посещения, у Федора подскакивало давление и пульс, что никак не допустимо, при его болезни. В один прекрасный момент нервы матери не выдержали, Зина быстрым шагом подскочила к дочери, крепко схватила её за руку и выволокла на кухню.

— Твоё поведение недопустимо! Ты ведь знаешь, что отец серьёзно болен, и я неоднократно просила быть с ним добрее. Ты что не умеешь себя вести? Что с тобой стало?! Поль, в чём дело, а? Расскажешь по-хорошему или я сама поеду в город, и если ты натворила чего, или утаила, ух… берегись! Я не знаю, что с тобой сделаю, ей Богу! Всё, терпение моё кончилось! — всегда спокойная мать была в бешенстве, её тон давал понять, что шутки прибаутки закончились.

— Да, Ма… всё у меня, как всегда, ничего нового, в общежитие жить невозможно, заниматься не дают, шумят, и всё, что привожу из провизии, съедают голодающие соседи! Капец в общем! Может ты мне квартирку сымешь в городе? На примете есть одна, недалеко, я узнавала? А я за это обещаю вести себя с папенькой вежливо и почтительно. А… Ма? — начала было кривляться Полина.

Взбешенная мать прервала это представление в один миг.

— Ах ты дрянь такая, я вот тебе сейчас вместо квартирки в городе, леща животворящего отвешу по наглой морде, так, что мало не покажется! Ты чего это удумала?! Какая квартира? Мы, по-твоему, миллионеры Поль?! Да мы всю жизнь пашем, как проклятые, чтобы тебе образование дать! Отец вон свалился, молодой совсем… Здоровье потерял! А тебе мало? Тебя, видишь ли, условия в общаге не устраивают? Ты глянь, шумно её очень… Ну ты и дрянь! Год проучилась всё устраивало, пока контроль был, а сейчас отдельно жить захотела, за счет больных родителей! Ну и ну, ты поглянь, что с тебя выросло… Сидит она ца-ца, нога на ногу! Ма… какая я тебе МА? Как дала бы сейчас по тупой башке, чтобы мозги на место встали!!! Что такое уважение забыла? А я тебя просвещу! — раскричалась Зинаида.

— Скажи мне лучше милочка, как твоя учеба, как успеваемость? — продолжала мать, более спокойным тоном, её бедняжку прямо всю телепало.

— Нормально учеба ваша, что ей будет? — отмахнулась бесстыдница.

— Полин я враньё чую за версту, прямо как свинья в земле трюфель, так что советую говорить правду и только правду! — сказав эти слова мать стала, как бы принюхиваться, водя носом в разные стороны.

— Точно брешешь, ну смотри окаянная, узнаю чего дурного за тобой водится, прибью! Я не позволю позорить честное имя твоего отца, и расстраивать его не дам. Врач сказал нельзя ему нервничать, понимаешь ты это?! — она всматривалась в красивые надменные глаза, своими усталыми и уже полными слёз.

— Что ты заладила… отец, отец? Достала прям, сил нет! Бухал наверно много, вот и пропил здоровье…

— Да как ты смеешь?! Он сроду-то не пил! — Выкрикнула шокированная женщина и не заметила, как её рука сама взлетела вверх.

Она даже не поняла, как осмелилась, но всё-таки дала хорошую пощёчину этой заносчивой и очень наглой особе, которая совсем ещё недавно была её ребёнком! Ну вот и первая серьёзная ссора, первое телесное наказание, а ведь оно будет совершенно бесполезно… Потому что это уже совсем взрослый человек и его не изменить. Хотя мудрые люди говорят, что изменить вообще никого нельзя, личность формируется задолго до появления на свет, а может и ещё раньше…

Зинаида в слезах вышла из комнаты, оставив непонимающую остолбеневшую дочь одну, в надежде, что до той хоть что-нибудь дойдет и она переменит своё отношение к умирающему отцу! Эти каникулы запомнились им обеим, наверное, на всю жизнь. Упрямая девушка настолько разозлилась, что объявила голодовку, неустанно отказываясь от всего, что готовила Зина. Оставшиеся два дня отдыха она не выходила из своей комнаты даже к Фёдору, который, собственно говоря, был не в курсе всего произошедшего. Обнаглевшая бунтарка спешно собиралась поскорее уехать из ненавистного деревенского дома, так и не посетив погибающего родного человека! Человека, который даровал ей этот мир и эту прекрасную жизнь! Родители, не смотря ни на что, всё равно обеспечили Её Величество деньгами, да и продукты были нагружены, как всегда, под завязку. Собрали бунтующее чадо и отправили с Богом получать образование, только на душе у них было совсем неспокойно. Они тоскливо поглядели друг на друга и погрузились каждый в свои мысли.

Фёдор почему-то сильно расстроился, странное предчувствие не покидало его целую неделю, он смотрел на уходящую дочь и думал о том, что может не дожить до внуков, которых он очень хотел и уже заранее любил. Провожая Полину ему вдруг вспоминался день её рождения, неописуемому восторгу не было предела… Ну, а когда она сказала первый раз «папа» и протянула маленькие ручонки, он заплакал от счастья. А также на ум пришла та ночь, когда Поли была ещё совсем ребёнком. Малышка тихо посапывала в своей постельке, а он с любимой Зиной занимался любовью, стараясь делать это, как можно тише, чтобы не разбудить капризную дочь. После замечательного тихого, но лучшего на свете секса, Фёдор мечтательно закрывал глаза, рассуждая о далёком будущем. Он строил невероятно приятные планы. Например, как они все вместе, дружной семьёй будут называть внуков, которые, когда-нибудь обязательно родятся или как они с зятем будут ездить на рыбалку…

— Слушай милая я придумал, если пацан то, конечно, Захар! Захар …звучит гордо! — он даже выпрямил спину, чтобы лучше показать жене, как гордо звучит это имя.

— Ой, ой… ну какой тебе Захар?! Полька то ещё вон… только ходить научилась. Ты уж внуков называешь? Смешной ты у меня Федь… А ну, как зять самодур попадётся, вон, как у Никитишны? Ой… ей то даже не дают подержать на руках внуков. Да они и не ездят к ней, забросили совсем старуху! И ты представь, ну вот представь, тот зять не разрешает бабке даже наведываться в гости, сами ни ногой и её поганой метлой гонят… Она вот давеча только мне жаловалась, плачет неутешная, жалко прям её… не могу! А ты уже бежишь, как говориться впереди паровоза, называешь внуков, ну…? Ой смешной прям слов нет. — смеялась женщина, вороша волосы любимого мужчины, своей маленькой красивой ручкой.

— От те раз, как не дают? От, это да? Нельзя же так, ну молодёжь. Нет голубка моя синеглазая, у нас так не будет, у нас по-правильному будет, вот увидишь! Хороший зятёк, правильный, свойский мужик, мы с ним на рыбалку будем от вас баб убегать, да с внучатами. Ахаха… о как! Так что не ворчи на меня без дела, а то брать тебя с собой точно не буду и не проси. Ох, и мечтатель я у тебя, в пору сказки писать, сам скажу, сам дивлюся. — хохотал будущий дед!

— Мечтатель, мечтатель, поживем увидим. Ну иди поближе, хочу щёчки твои толстые целовать!

Фёдор вспомнил всё это, и глаза его наполнились слезами умиления, так захотелось ему сказать жене ещё хоть раз, что любит её больше жизни, что она и есть его жизнь. Он вдруг повернулся к ней обнял и стал целовать, в нос, в щёки, в шею, в любимые синие глаза!

— Что с тобой дорогой?! Что с тобой? Почему ты плачешь?! Ты меня пугаешь… — ошалелая жена всматривалась в его серое лицо ища ответа. Потом не выдержала, схватила любимого за похудевшее лицо своими мягкими ладошками, да расхохоталась, как девчонка, от того, что щекотно и приятно, но она то понимала, что этот смех, как защита от всего дурного, нервный, боязливый смех.

— Да чего ты леший, щекотно же! -улыбалась она.

— Да ничего, люблю я тебя! Сильнее всех люблю! — не унимался он.

— И я тебя люблю. Сильнее всех! Чудо ты чудное, диво ты дивное. Поглянь ЧЁ… на любовь его пробило… ахаахаа, болеешь ведь, а всё туда же, ой романтик, ой… романтик. — смеялась она, отбиваться было бессмысленно, он хоть и болел, но мужик есть мужик, да и соскучилась она об нём, мочи нет, как сильно соскучилась!

Была великолепная любовная ночь, полная страсти и желания, супруги уснули только под утро, нежно обнявшись, как в былые времена. Их тела переплелись, напоминая корни древнего дерева, которые крепко держатся друг за друга. Ближе к рассвету сонная женщина почувствовала, что замерзает, и хотела получше укрыться тёплым одеялом, но муж никак не отпускал её! Зинаида, содрогаясь от страха и холода, долго пыталась освободиться и даже разбудить соню… Но, он продолжал всё так же крепко прижимать любимую синеглазку к своему озябшему телу, будто пытался согреть или укрыть от беды.

— Дорогой проснись. Ты весь холодный, замерз как, ммм…! Давай накрою, говорю, одеялом? Федь! Федя!!! — она подняла на него сонные глаза и закричала от душевной боли и страха!

Её любимое чудо, видимо давно умерло и уже успело окоченеть, да так, что синеглазка оказалась пленницей, в объятиях самой смерти! Смерти, у которой были родные черты! Она, конечно, сразу всё поняла, но никак не хотела согласиться с этим. Женщина кричала и всматривалась в побелевшие, приоткрытые глаза, которые внимательно наблюдали за происходящим, своим любящим, но уже совсем мутным взором!

— Ооо нет, милый, нет!!! Прошу тебя очнись, умоляю! Я так люблю тебя, так сильно люблю! Что же ты наделал?.. Ммм …горе моё! — ревела она безутешно, крупные, горькие слёзы катились по её бледному лицу. Зинаида ещё долго плакала, тихо-тихо, сама не понимая того, колотила мёртвого мужа в остывшую седую грудь, пытаясь достучаться, докричаться, допроситься…

Глава №11

Митяй

: Бедная Ляля


Про смерть Фёдора узнал его закадычный друг дядь Митяй. Признаться честно старик сильно распереживался, и еле-еле оправился от такой дурной новости. Дело то понятное, здоровье, которого и так не было, порядком пошатнулось. Но будучи сильным и жизнелюбивым человеком на радость жене хоть и не сразу, но всё же отбился он от этой гадкой хвори. А, как пришёл в себя, примерно через полгода, так сразу поехал на кладбище. В то время был великий праздник Родительское, Митяй не раздумывая двинулся к другу с проверкой.

— Надобно лично проверить хорошо ли Федька там устроился, всё ли ладно у него на новом месте. — думал дед.

Благополучно доехав на машине с родственником жены, он спустя какое-то время уже тихонечко шлёпал по кладбищенской тропинке. Без особого удивления дед отметил, что все мирно спящие, кого он встретил по дороге, его бывшие соседи или родственники, да и просто знакомых было хоть отбавляй.

— Скоро и я к вам перееду, а то смотришь фотографии, а там никого не осталось в живых, все тут. Жить скучно, без друзей, скажу я вам, м-да… — чавкал он вполголоса.

Дойдя до назначенного места, старик отворил оградку и вошёл внутрь, бережно закрыв за собой дверцу.

— Ох ну наконец-то нашел тебя! Здоров брат, это я… Митяй. Вот, решил навестить, ты лежи, лежи не вставай. Я посижу тут на лавке, рядышком! Знаешь, хотел было бражки принесть, ну вкусная получилась в этот раз, прямо мёд… зараза! Но, ты ж не пил при жизни-то, а сейчас уж начинать как-то поздновато… вроде? Согласен аль нет? — хихикнул дедок, залезая в потрепанный карман пиджака.

— Папироски вот принёс, давай закурим? Моя, старая ведьма, хоть и орёт, как оглашенная, я всё одно дымлю… хуже паровоза! Прячусь правда, по углам, как школьник аха-ха тьфу… чтобы не огорчать её. Угу, м-да… дожил. Вот, что характерно брат, все бабы дуры, а жить без них скучно и не интересно… — он задумчиво почесал лоб, потом поджег одну папироску, затянулся и положил на край могилки, она стала медленно тлеть и дымиться, а когда затухала, так заботливый старик её снова раскуривал и укладывал на прежнее место.

— Жаль говорю ты не пьёшь, а мне нельзя, а уж курить сам знаешь люблю. Я брат если в ад попаду и там дымить стану… охо-хо, меня не переделаешь. — бормотал он еле слышно, выпуская клубы серого дыма.

Ну ладно к делу, чего пришел-то? Ты, это брат, зря всю эту катавасию учинил, собрался скоренько, деловой! Слинял на тот свет, только пятки засверкали. Вперед меня главно, а то, что я старше, это ни о чём тебе не говорит, паразит ты Фёдор, ей… ей…! — дед примолк, выдерживая паузу, подбирая нужные слова для беседы.

— Жена твоя переживает сильно! Ух… ну горе, оно такое, я её поддержу, ты не думай. Пока живой, буду справляться, да тебе обещаюсь докладать всё без утайки! Мы тут совсем недавно с тобой балакали про Анку-то, помнишь м…? Ну так вот, разузнал я про её дочку.

— Слухай! — он ещё раз затянулся и начал свой рассказ.

— Там история такая тёмная получилась. Как девчонку муж увез в далекие края, Анна пить-то бросила с тоски. Это конечно молодец, что за ум взялась, работу нашла, всё чин по чину. Да и сыну помогала исправно, ну, а до дочки у ней доступа вообще никакого не было, больно уж край далёкий.

— Спустя где-то года два после отъезда малой, пришла телеграмма на Анкин адрес.

Эх… изверг тот, так и забил бедную девочку до смерти! Соседи рассказали, что он пить стал сильно, запойно прям и буйный был, чумной какой-то. Регулярно поколачивал молодую жену, да и ребёнка, тоже! Бдительные граждане не однократно вызывали милицию на помощь. Только не тебе брат рассказывать, как это у нас всё работает! Заберут это чудовище менты, через день-два выпускают, озлобленного! Ну естественно, он приходит домой, надирается до чертиков и давай жену ещё сильнее мутызгать. Я думаю, что как-то в очередной такой раз, он начал мстить ей, да переусердствовал. Ой, ты представь Федь, его задержали, как говориться тепленьким. Этот скот, сидел, бухал за кухонным столом, весь в крови, когда его собственная женщина умирала в соседней комнате, от многочисленных побоев и ножевых ранений. Вот какое дело брат… Ну да это не всё, конечно. Мальца… ну сынишку ихнего, нашли в подвале дома, видимо девочка часто туда прятала ребенка, дабы уберечь от ненормального отца. Анка, когда поехала за её телом, чтобы перевезти и похоронить рядом с родными, как говорится, ей соседи в подробностях рассказали всё, что видели и слышали в ту ночь.

— Было, наверное, часов одиннадцать, когда я услышала крик мальчика. — говорила заплаканная соседка.

— Лил сильный дождь, меня это конечно жутко разволновало! Но знаете… мало ли, от чего плачет ребенок? Хотя, я естественно стала прислушиваться, думала если чего вызову кого надо, не впервой. Он ведь часто измывался над семьёй! Ублюдок! Простите, я на эмоциях вся! Я ведь не однократно говорила с Лялей, уговаривала бросить его, уйти с ребёнком! Понимаете? — Анка кивнула головой.

— А она всё некуда мол ей податься… Ох, да что теперь говорить то?

— Расскажите пожалуйста, что было в тот день? — дрожащим голосом попросила Анта взволнованную соседку.

— Да, да простите! До сих пор себе простить не могу, что сразу не позвонили в милицию… но откуда мы могли знать? Ну так вот, было поздно уже, мы потихоньку собирались спать, я как раз детей укладывала, когда в окно увидела, бегущую босую Лялю с мальчиком на руках. Она спешила в сторону подвала, который у них вон там, видите? — соседка указала рукой на сараюшку за домом.

— Меня поразило, что она была совершенно раздетая, прямо босиком, на улице-то холодно и лил сильный дождь. Мы посоветовались с мужем и решили выйти, узнать, что случилось? Может помочь, укрыть их у себя например? Супруг поскорее натянул плащ и побрёл на улицу в сторону их дома, а мне приказал сидеть тихо и следить за детьми, но я слышала, о чем они говорили в приоткрытую дверь… женское любопытство знаете ли?

— Соседка, ночи доброй, что ты в такую погоду с мальчишкой, да босая? Заболеете ведь… Мы хотим тебе помочь, пойдёмте к нам в дом? — и он протянул ей руку.

— Нет что Вы… спасибо. Боюсь, что муж ещё сильнее разозлится если застанет меня у Вас! Он очень пьян, потому уснёт быстро, не переживайте, всё хорошо будет. Правда сынок? — с этими словами она поцеловала непонимающего малыша в щёку.

— После этого муж, конечно, ушёл восвояси. Наверно Ляля думала, что оставит мальчика в убежище совсем не надолго, может на часок, пока не уложит пьяного варвара спать. — поясняла соседка.

Ляля и правда рассчитывала быстро забрать мальчика в тёплый дом.

— Дорогой ты посиди тут немного, я вернусь за тобой слышишь, очень скоро, хорошо? Обещай, что не будешь плакать? Обещай маме? — мальчик махнул головой, и она нежно обняла ребенка, затем поцеловала ещё раз и накрыла теплым одеялом.

Это случилось не первый раз, и он уже не боялся, к тому же вокруг лежали его любимые игрушки, а это сооружение похожее на кровать, где было тепло и безопасно намного лучше, чем крики пьяного папаши. Малыш устроился поудобнее, обнял плюшевого мишку и прикрыл глазки.

— Хорошо дорогой, мама тебя любит, поспи… Ты даже не заметишь, и мы снова будем вместе. Поспи дорогой… — шептала промокшая девушка.

Сосед ещё немного постоял на крыльце своего дома, всматриваясь в темноту. Он прислушивался нет ли плача, потому что решил, во что бы то ни стало заберёт мальчика в свой дом, если услышит хоть один его крик! Но в подвале всё было тихо и только дождь барабанил по крыше, отбивая свою тоскливую мелодию.

— Всё тихо дорогая, Ляля не согласилась прийти к нам, боится этого зверя! — произнёс он, стряхивая мокрые капли с плаща.

— Говорю тебе, если услышу, что мальчик опять плачет, разобью этому ублюдку всю его тупую башку, МАТЬ ЕГО!!! Мне, это уже порядком надоело! Скажи мне, каким надо быть зверем, МАТЬ ЕГО, чтобы так изгаляться над своими родными?! — ругался он, стараясь делать это, как можно тише.

— Умоляю тебя, тише… не хватало собственных детей перепугать?! Тише… ну чего ты разошелся? Вызовем милицию, в случае чаго! Вызовем! — гладила его испуганная жена.

— Да какая Мать ЕГО милиция?! Чтобы они опять его забрали, а потом выпустили через день, МАТЬ ИХ!? Да этому уроду харю разбить надо, да посильнее! Он над малолетней женой издевается и над собственным ребёнком, педофил грёбаный! Ну, как таких земля носит? — выдохнул он.

— Уф прямо в жар бросило, воды дай. Сейчас остыну, посижу немного на крылечке, подымлю, да послушаю всё ли тихо у них?! Ну не смотри ты на меня так… неспокойно мне. — отмахнулся он от жены, которая не унималась.

— Ну ты смотри, смотри дурной, посодют за говно ведь! У нас закон такой… сам знаешь не дурак чай!? Тебя посодют за правое дело, а это чудовище будет здесь! Кто нас тогда защитит, а? Кому мы нужны будем с детями? Нет ты глаза-то не отводи… Не дуркуй говорю… Слухай сюда! Ежели услышишь, чаго… Сразу вызываем, понял? Сразу! Сам не вздумай идти, не лезь на рожон, умоляю… — шептала ему прямо в ухо возмущенная жена. Он только отодвинулся немного, взял её голову в свои огромные ручищи, прижался лоб в лоб и сказал, как отрезал! Тихо так, но дюжа понятно сказал!

— Уйди жена, МАТЬ ТВОЮ… Разве ты не видишь, что бесишь меня сейчас?!.. — после чего спокойно допил воды и вышел дымить на крыльцо, как и планировал.

Расстроенная женщина так и осталась сидеть возле порога. Она плакала, но не от обиды на супруга, нет, она плакала от собственного эгоизма и черствости, а может даже бесчеловечности и трусости. Решив, что он совершенно прав и пусть делает, как знает, а она будет гордиться им чтобы не произошло, с этими мыслями женщина немедленно приоткрыла дверь на крыльцо, протянула к мужу руки и тихо прошептала.

— Прости меня, я такая дура…

— Ты не дура, а моя любимая женщина. Иди спать, МАТЬ… моих детей, я скоро буду. — он поцеловал её протянутые ручки и прикрыл дверь.

Удивительный человек, в нём сочетались, совершенно несочетаемые качества. Но, что бы ни было, мужик он был правильный и справедливый. Сосед тихо сидел и слушал, как капельки дождя отбивают ночную чечётку по спящей земле. Мирно потягивал куриво выпуская сизый дым из носа и думал о одиноком маленьком мальчике запертом в сыром сарае. Он вдруг напрягся всем телом и по его коже побежали неприятные мурашки.

— Жаль мальчишку. — подумал он.

И тут же тишину той заплаканной ночи, прервал жуткий крик, который исходил именно из соседнего дома, за криком крик, ещё и ещё и этому не было конца! Мужчина заёрзал на своём кресле, готовый сорваться с места в любую минуту, позади отварилась дверь, и на пороге показалась взволнованная жена.

— Я тоже это слышала, обожди дорогой, может ещё образумится? — с надеждой прошептала она и соседи замерли в ожидании чуда, которого не случилось.

Бедная Ляля закричала вновь, так сильно, что у них побежала дрожь по всему телу. Стало очевидно, что дело совсем плохо, мужчина сорвался с места и закричал.

— Вызывай ментов дорогая! Ну, МАТЬ ТВОЮ, держись ублюдок, настал твой час! — он выскочил со двора как ошпаренный и побежал, шлёпая по глубоким лужам в сторону злополучного места.

Дверь в этот огромный мрачный дом была заперта, он безуспешно пытался её отворить.

— Откройте дверь, что Вы творите, МАТЬ ВАШУ?! Немедленно откройте дверь! — пытался докричаться мужчина с улицы, но в ответ доносились лишь истошные крики Ляли.

— Не трогай девочку ублюдок, МАТЬ ТВОЮ!!! Если ты не прекратишь, я размозжу твою тупую башку, я обещаю тебе, гад! Выйди, выйди сюда! Зачем ты бьёшь того, кто не может тебе ответить?! Я здесь… эй! — но пьяный, разъярённый, непонимающий человеческого языка зверь, делал своё грязное дело, медленно добивая невинную жертву.

Пока сосед долбил в дверь пытаясь сломать её, Ляля перестала кричать. Мужчина понял, что нужно спасать мальчика.

Уж слишком велика вероятность, что ненормальный отец захочет наказать и его. Он кинулся к чулану, схватил испуганного ребенка на руки и побежал в собственный дом ища укрытия.

— Жена, забери мальца, закрой все двери! Никуда не выходите, я скоро вернусь. Не выходите на улицу, слышите?! — она взяла ребёнка и затворила засов.

— Я хочу к маме, где моя мама? — хныкал ребенок.

— Твоя мама, сейчас придет малыш, не надо плакать. Давай вытрем слёзки, меня зовут Вера, а тебя как? Как зовут такого красивого мальчика, а? — она несла его на кухню прижимая к груди, как родное дитя, нежно вытирала ему слёзы, успокаивая своим тихим голосом.

— Послушай меня дорогой, я сейчас нагрею тебе молока, хорошо? Ты совсем озяб. Хочешь молочка? Хороший мальчик… Господи помоги… — когда она зашла на кухню вдалеке показался свет фар, и это её очень обрадовало.

— О миленький малыш, вот видишь, приехали хорошие дяди! Они добрые и сильные, они нас спасут. Не плачь, пожалуйста, никто не сделает тебе больно, обещаю! Я так рада, что они здесь, Господи! — Вера выглянула в окно, в темноте показался силуэт мужа, который так же заметил подмогу и побежал им на встречу, махая руками.

— Сюда, сюда!!! — кричал он.

Милиция быстро ворвалась, но, к сожалению, всё было уже кончено, девушка лежала на полу истекая кровью! Когда подбежали сотрудники, на удивление, даже после всех этих увечий она всё ещё была жива!

— Мой сыночек, где он? — еле слышно прошептала Ляля.

— Всё в порядке, мальчик жив. — ответил испуганный сосед, гладя её по волосам.

— Хорошо… — еле слышно прошептала Ляля и уже навсегда закрыла глаза.

— Тише, тише вы не разговаривайте. — просил её человек в погонах, зажимая сочившуюся кровь руками.

— Кто-нибудь вызвал скорую, тут сильно раненая девушка?! Черт побери, кажется она умирает, ребят, ребята! Черт!!! — чертыхался он, пытаясь хоть как-то остановить кровь, мужчина даже снял собственный шарф, но это конечно не помогло.

— Да, скорая безусловно уже ехала, но Ляля умерла, так её и не дождавшись. Мальчик в общем-то, даже не понял куда делась мама, он выпил теплого молока и уснул своим беззаботным детским сном. — Митяй чавкнул, и откусил кончик размякшей папироски, выплюнул ненужную гадость и продолжил рассказ.

— Спустя время, горе бабка оформила опекунство над внуком и теперь заботится о нем, стараясь дать ту любовь, которую не видели её собственные дети. Мальчику с ней хорошо. Ты брат, не волнуйся даже, я сам лично проверил, неполенился и сходил к ним в гости буквально на днях. Анка постарела очень сильно, корит себя, за участь своей дочки, в Церкву ходит. Хм… натворила она, конечно, в своей жизни не мало, а теперь грехи замаливает. Будто так можно! Хотя, говорят Господь всё прощает, главное искренне раскаяться, осознать, так сказать… Умереть наверно куда легче, чем жить с таким грузом? Чувство вины безусловно гложет её сердце и скорее всего, это никогда не пройдет, но она просто обязана жить и заботится о внуке, пусть хотя бы он будет счастлив!

— Вот скажи, пожалуйста, с чего на голову этой бедной девочки, свалились такие муки?! Эной живет, как тварь, гадит всю жизнь, и земля его не берёт! А кто-то, только родится, глупыш ещё совсем, а ему на, под дых… Ни за что, ни про что! — он опустил голову и приумолк.

Посидев так немного, дотянув очередную папиросу Митяй кряхтя встал, подошёл к могиле и похлопал вытянутой рукой по бугорку, будто по плечу друга.

— Ну бывай брат, бывай! Скоро приеду к тебе ещё в гости с новостями разумеется, а как же! — попрощался старик и ушёл восвояси.

Глава №12

Покаяние

: Куриные потроха


Интересное дело, несёт ли в себе силу, наследственность? Или в мире есть нечто, не имеющее объяснений? А мы смертные даем ему свои определения, ну потому, что так легче, понятнее что ли. Эдакое совершенное, вселенское зло, которое проявляется в человеческом существе и поглощает весь его внутренний мир, каждую его клеточку. Полностью овладевает слабым, безвольным рассудком. Зло, с которым невозможно договориться или справиться самостоятельно, порою тебе не могут помочь ни люди, ни Бог! Даже сам чёрт не властен над тем, что происходит в твоей судьбе!

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 160
печатная A5
от 545