электронная
288
печатная A5
408
18+
Записки вампира

Бесплатный фрагмент - Записки вампира

Слэшерский роман

Объем:
124 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4490-0529-8
электронная
от 288
печатная A5
от 408

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Все беды от отношений. Стоит только подпустить человека ближе и на тебя сваливается весь набор клише известных под общим названием «любовь и ее последствия». Вайтгем убедился в этом в очередной раз. А ведь ничего не предвещало беды. Арман — друг? Сколько они знакомы? Лет десять? Двадцать? С того памятного строительства песочных замков в Сент-Тропе прошло много лет. В детстве так все просто.

— Привет!

— Привет! Я — Арман. Давай дружить?

— Я — Филипп. Давай.

Они делились всем: первым порножурналом с горячими цыпочками в зазывных позах, да черт, они даже вместе скопили денег на первую шлюху. Их связь была крепкой, почти братской. И что дальше?

Стоило им сойтись… и началось… Чтобы там не втирали психологи, отношения основанные на дружбе, разбиваются вдребезги стоит им зайти дальше. Вначале все было отлично! Они трахались, веселились, гоняли по авторалли, обменивались мнениями, даже хотели завести собаку, по вечерам работали над общим рекламным проектом — идиллия. Почему из веселого парня Арман превратился в истеричное существо, проверяющее его почту, звонившее по сто раз за день? Он медленно превращал жизнь Филиппа в ад. Его стало просто слишком много, а Филипп просил лишь о недолгом уединении, о своих собственных вылазках куда-то в Ниццу, о собственном пространстве. И только. Мистер Очередной, раздув скандал из простой просьбы, бросил Филиппа со всем набором клише, цинично предъявив скопившиеся претензии прямо перед общим кругом знакомых, смешав личные обиды с рабочими моментами. Пусть все слышат. Как же Филипп ненавидел публичность. Вайтгем отправился домой, надеясь не застать там уже бывшего. К счастью, в квартире никого не было, валялись лишь раскиданные в спешке вещи. Филипп хмыкнул и, в какой-то ярости, отбросил ключи. Ну, не смог любовник обойтись без этого картинного бардака, не смог прислать одного из дружков за вещами. Понадобилось все это.

К черту! Парень переоделся в рубашку и новые модные брюки — пора встряхнуться как следует! Ему даже стало легче, так, словно он мог теперь подняться в воздух, не ощущая груза, что удерживал на земле. Арман Брайс просто не был «тем особенным». Больше никаких любовников-друзей, это чертовски парит. В ночи раздался стрекот телефона. Увидев на экране мобильника лицо друга бывшего друга, Филипп скривился, точно съел лимон.

— Да, Франсуа, нет, я не поеду. Арман у тебя? Какая мне разница с кем он там — совет да любовь. Я, переживаю? Ничуть. Зачем ты позвонил? А зачем мне знать, мы же расстались, — Филипп ощущал, как начинает закипать, но терять еще одного друга не хотелось. На том конце трубки почувствовали его тяжелые выдохи, — Чувак, забей, просто забей. Мы расстались и все — это не конец света! Марсиане все еще там в космосе. Проект я доделаю сам. В конце концов, это моя вина и я уже переправил деньги заказчику, так что пусть выдыхает. — Вайтгем закатил глаза, ему внушали, что бывший любовник — это самое лучшее, что у него было. Совет был один: лететь к Варду, целовать Армана в сахарные уста и извиняться. Это взбесило. — Мы с ним — это было ошибкой, надо было остаться друзьями. Я не готов об этом говорить. Хорошо? Я не хочу с тобой ругаться, к Арману я не вернусь, все. — Филипп раздраженно отключил телефон, проклиная Брайса, за то, что тот поехал к Варду. Хотя, их общий друг сам бы все узнал, так что пусть выбирает сторону. Филипп признавал, что они с Арманом оба виноваты в ссоре, и, если последнему хватит ума, то они могут иногда общаться. Но ни о какой любви и речи быть не могло. Арман — не его пара обуви и все.

Гонщик запрыгнул в авто и отправился к клубу «Глаза Медузы». Это заведение было известно в узких кругах. Более экзотичного места во всем Париже было не найти. Кредо заведения, говорило само за себя: «Никаких запретов». Невтемных людей попросту не пускали. Нужно было приглашение. Несколько недель назад одно такое попало Филиппу в руки. Он все ждал момента, и…

Заброшенная ткацкая фабрика. Мрачный охранник. Карточка. Усмешка на пухловатых губах крепкого парня. На одно мгновение искусственная иллюминация ослепила глаза. То, что доктор прописал! Филипп, точно хищник, оглядывал местную добычу. Сегодня он оторвется по полной! Это место пропитано сексом! Женщин-кошек он насчитал с десяток, но ему не хотелось девку, от женских стонов болела голова, даже самая отъявленная шлюха начинала ломаться. Филипп искал кого-то особенного, не хотелось размениваться на слишком юных или слишком смазливых.

Парень ошивался среди тел на танцплощадке, от выпитого спиртного захотелось релакса. Он принялся раскачиваться в такт чувственной мелодии, забывая обо всем на свете и ощущая жадные взгляды на себе. Он умел привлечь внимание, потому мог выбирать. Вот и первое угощение выпивкой! Дайкири — кто-то решил проявить оригинальность. Парень осушил емкость до дна и облизнул пухловатые губы, награждая дарителя, рыжеволосую дурнушку, ослепительной улыбкой.

Танцы — признак цивилизации, ими можно сказать так много! На глаза попался симпатичный молодой чувак, с неплохой фигурой, темными кудрями! Их взгляды пересеклись. Красавчик подошел и грубо облапал Филиппа за ягодицы. Филипп обнюхал шею партнера: ваниль и лимон, совершенно не привлекательные ароматы! А что делать, если хочется кого-нибудь оттрахать, а потом причинить боль и снова оттрахать. Идти до кабинок оказалось занятием быстрым, Филипп просто толкал тело перед собой прочь из танцевального зала.

— Минет сначала или после? — одноразовый любовник пытался задавать вопросы, но Филипп коснулся его губ, призывая к молчанию.

Туалет… все кабинки заняты…

— Минет! — выдохнул Филипп, отыскав, таки, одну свободную. Минетчик рассматривал Филиппа, жадно облизывая губы, — На колени, если хорошенько поработаешь, я тебя выебу, — парень попытался его поцеловать, — Лижись с кем-нибудь другим.

— Зачем так сразу, — минетчик немного обиженно хмыкнул и стащил с него брюки.

— Халтуры я не потерплю, — голос Филиппа звенел металлом и властью.

Его незадачливый партнер облизал его головку годнарочно медленно. Не сдержавшись гонщик залепил ему пощечину.

Дверь в кабинке напротив приоткрылась, являя глазам Филиппа нереально красивого парня, точно тот был вовсе неземным существом. Золотистые светлые кудри рассыпались по плечам, во взгляде изумрудных глаз стыло какое-то безумие. Гонщик нисколько не смущаясь осматривал дивное существо, проталкиваясь членом в рот минетчику. Секс, кажется, откладывался насовсем…

Он нашел что-то получше: стройное тело, расстегнутая ширинка, гордо выступивший член.

Кудрявый и обдолбанный — машинально застегнул молнию на штанах. Сознание его было недосягаемо и, очевидно, под коксом, на губах кровь. Зеленые глаза растерянно осматривали помещение, как будто видели эти стены впервые. Блондин икнул и выронил дорогой винтажный веер из рук, за его спиной шумно повалилось на пол тело. Незнакомец только пожал плечами, как бы обозначая, а я ничего не знаю и вообще ни при делах, не обращайте внимания. Бросил рассеянный взгляд на присутствующих, подошел к раковине и подставил ладони под кран, полилась вода. Он пару раз умыл лицо, смывая кровь, и тяжко выдохнул в зеркало перед собой.

— Который сейчас век, котики? — кокаиновый красавчик воззрился на Филиппа. Тот по прежнему стоял со спущенными штанами и раскрытым ртом, в состоянии аффекта. Минетчик прервал свое занятие и тоже уставился на странненького с мокрым лицом. — Простите, я кажется помешал, — на лице незнакомца, наконец, появились какие-то, пусть вялые, но эмоции, — Я…я… — блондин схватился за лоб, — Я умираю, — он поцепился за вешалку на стене и стал оседать на пол.

Реакция минетчика была мгновенной! Оттолкнув партнера, он подбежал к блондину, подхватил его под руки и прижал к стене, не давая упасть.

— Чего стоишь? Дотащим его до дивана! — кинул он Филиппу и лихорадочно поправил дорогую одежду на обмякшем теле, из карманов посыпались пакеты с коксом. — Такая красота, нет! Лишь бы не передоз!

Охота доставляла ему чистое наслаждение. Кровь — необходима для выживания, а вот сам процесс… Люди так хрупки и уязвимы. Одно неосторожное движение и их жизнь прерывается навеки. Леонд редко охотился в одном месте дважды в неделю. Но этот клуб приманивал его чаще остальных. Здесь была своя особенная атмосфера. Жертвы на любой вкус. Их аромат дразнил обоняние, а раскованное поведение помогало отыскать самого или самую желанную на вечер. Его собственного «халифа на час».

Леонд вынужден был выпустить из поля зрения молоденькую влюбленную парочку, такую юную и гармоничную. Стоило сделать еще шаг, и они непременно заговорили бы с ним. Несколько фраз и можно отправляться в одну из клетушек. Их запах дразнил аппетит, но к нему примешивался еще один аромат, раздражающий, отчего клыки древнего вампира удлинились.

Какой-то молодой выскочка успел наследить в его охотничьих угодьях. К пряному аромату живых, примешивалось зловоние мертвеца, молоденького щенка. Мерзавец вел себя, точно свинья за столом: нагадил, наследил. А кто будет убирать? Ишь как разошелся, и крови ему хочется, и обдолбаться и похоть не удовлетворена. Леонд уже придумал наказание для чужака, оставить его прикованным в одной из клетушек дня на три без доступа к крови, а может после предложить в качестве закуски старинным приятелям. Те любили тыкать в молоденькое тельце. Вампир направился к «раздражителю», улавливая еще один густой запах, человеческий.

И что же ты захочешь от него? На тонких губах Леонда появился брезгливая усмешка. Не могли найти места получше. Туалетные кабинки. Малолетки только так и поступают. Никакой фантазии. Надо бы познакомиться! Вампир толкнул дверь туалета. До чего жалкое зрелище. Сцена взаимного спасения вызвала в нем презрение, смешанное с легкой брезгливостью. Так смотрят на крыс возле мусорного бака. Еще и под наркотой. Ну что за недоразумение. В помещении откровенно воняло. Леонд не желал ни мгновения оставаться в этом месте.

— Вам нужен труп? — один из людей пах достаточно сильно, мускулинно, так, что глаза слезились. Кровь таких самодовольных жеребцов отвратна на вкус, что еще ждать от этого….

Упыренок был хорош собой. Помучается, а потом можно и приятелям его показать. Если не исправится! Молодняк не способен к обучению. Только «кнут и пряник». Он схватил блондина за плечи и как следует встряхнул, удерживая его на ногах.

— Ваша помощь быстрее доведет его до могилы, — о, как один из парней напрягся, губы все в слюне, такая жертва хороша только с сильной голодухи. Вон как моргает.

— Красивый член, — едко подметил Леонд, скользя насмешливым взглядом по «жеребцу». Как же все предсказуемо, — Ты ведь не бросишь его? Пойдем с нами. Или может ты еще не закончил? — в голосе Древнего сквозил вызов. Он знал таких, как этот человечек, упрямый, мачо, уверенный в себе — конь и есть конь.

— Я жив? — пролепетал обдолбанный еле слышно, чуть приоткрывая глаза.

— Не думай, что тебе все сойдет с рук. Белокурое обояние не спасет тебя от моего гнева, — шепнул древний вампир в ухо молодому, похотливо прихватывая губами его кудри и вдыхая их запах.

На этом беседа закончилась. Леонд покинул зловонное место, волоча за собой упыренка. Он знал, что смертный потащится за ними, он давно прочитал все его мысли. Обычный зарвавшийся человечек, таких сотни. Влачат бессмысленное никому ненужное существование, точно земляные черви. Красота скоротечна. Этот индивид послужит отличной закуской. Можно сказать, Леонд спасет его красоту от морщин и обрюзгшей задницы.

Секс с первого взгляда? Почему нет? Вайтгем не мог отвести глаз от кудрявого незнакомца. Как там в романах: «и сердце его закололо в груди» Ну, хорошо, кое-что пониже заинтересовано дернулось. Блондин был похож на долгожданную конфету. Отчаянно хотелось содрать обертку и попробовать ее содержимое на вкус. Немедленно.

— Тащи, — только и выдал Филипп, прожигая в минетчике дырку, в нем взыграло либидо. Гонщик не собирался ни с кем делиться своим. Разовый любовник раздражал нерасторопностью. Вайтгем задумался над наказанием для него. Плетей всыпать! Так и хотелось сказать: «убери свои грязные ручонки от златокудрого красавца».

Клуб оказался богат на сюрпризы: в уборной появился еще один мужчина, он был красив и похож на байкера из «Ночных волков», не хватало мотоцикла. Что-то в нем бесило Филиппа. Этот чувак оценивал его, как вещь. Если первого незнакомца хотелось оттрахать во всех неведомых позах, то этого — избить. Гонщик интуитивно чувствовал, что байкер не остался бы в долгу. И их драка напомнила бы собачью грызню из-за красивой самки. Губы Филиппа стали кривыми от усмешки, он так же, с вызовом, прошелся по внешности оценщика: каштановые волосы, синие глаза, циничный рот — он старше лет на десять.

— Спасибо, — гонщик быстро натянул штаны, продолжая смотреть байкеру в глаза и не желая уступать ни в чем. Его так заводило это соперничество! Оно подобно хорошему виски, что разгоняет кровь, — Почему нет? Думаю, на танцполе веселее, чем здесь.

И снова его блондина, лапали. Ну что за черт? Забыв про минетчика, Филипп вышел вместе с новыми знакомыми, как гончая, вдыхая запах и не желая отставать, опасаясь, что байкер поспешит употребить красавца. Филипп ощущал, как по его венам бежит огонь, он в любой момент был готов вцепиться сопернику в глотку.

Танц-пол оглушил музыкой, но какое им дело до танцующих! Вожделенный диван обнаружился в приватной зоне. Здесь пахло иначе: дорогим парфюмом, кровью и сексом. Обстановка располагала: темные стены, приглушенный свет.

— Красотка, — Филипп подсел на диван к белокурому незнакомцу и, коснувшись его скулы, шлепнул по щеке, — Лихо тебя вставило, я смотрю.

Незнакомец ухмыльнулся, всматриваясь в него своим ясным взглядом, а потом отдернул голову, избегая дальнейших прикосновений к лицу. Игра в непокорность заводила. Гонщик рассмеялся, поглаживая кудрявенького по бедру. Чем больше тот сопротивлялся, тем больше Филипп распалялся. Вайтгем старался как можно скорее облапать его. Узнать насколько упругим телом обладает блондин. Сокровище! Должно быть под одеждой скрывается совершенство. Филипп нагло просунул пальцы под его ягодицу и чуть сжал ее, носом утыкаясь в светлые волосы.

— Ты в надежных руках…

— Неужели? — игривым тоном прошептал блондин.

— Даже не сомневайся.

Молодой вампир оглядывался по сторонам. Его вид был растерянным, да и ощущал он себя не очень уютно после странного обморока. Раньше с ним такого не приключалось. Выпив крови и наглотавшись кокса, блондин обычно чувствовал себя отлично! А тут… может устал или перестарался? Черт, вампиры не устают — никак не может вбить себе это в голову. У него теперь столько способностей, но он никак не научится пользоваться ими, постоянно забывает о них и ведет себя, как смертный, чем раздражает взрослых вампиров. Не в первый раз его вот так, один из них вытаскивает из неприятностей.

Его спаситель, Леонд, на чью территорию он забрел, куда-то пропал. А этот озабоченный мачо надоедал, как липучка, и что-то заливал про надежные руки. Мысленно вампир уже закатил глаза. Неужели такие слова способны кого-то привлечь? Хотелось цапнуть его прямо за доставучие пальцы, но голова ныла и в глазах немного подплывала обстановка. Так что планы мести придется отложить на потом и терпеть этого нахала рядом с собой. Он был таким пахучим… Кровосос принюхался к нему… да, приятненький, от него пахло сексом и еще какой-то бурдой, которую его мозг не просканировал. Ну и черт с ним!

А его приятель постарше… от него просто разило кровью и это было приятно! Блондин поправил кудри от легкого возбуждения и попытался встать с дивана, однако его закачало, перед глазами снова все поплыло — пришлось вернуться в исходное положение.

— Черт, отстань! — он отшвырнул надоедливую руку смертного мачо, — И где мой веер? Черт я потерял свой веер! — кровосос снова попытался встать и снова вжался в диван. Все раздражало.

Хотелось крови. Секса, а потом снова крови. Блондин заморгал. Мысли в его голове разбились на сотню букв. Как бы он не старался собрать их воедино — не выходило. Вампир прикрыл глаза. Собственно….А почему бы не взять кровь у этого придурка рядом с собой? Хорошая мысль, настроение тут же переменилось! Он лукаво стрельнул глазами в сторону Филиппа и подвинулся к его бедру, позволяя себя ласкать.

— Не уж-то твои руки такие надежные? — кровосос мягко уперся смертному ладонью в пах и довольно заулыбался. Смотрите-ка, человечишка прямо загорелся! А этот запах, смертные когда загораются, странно пахнут. Будет забавно поиграться с ним. Да он почти готов! Почувствовав твердую плоть под своей ладонью, блондин даже хохотнул. Осталось только добраться до шеи наглого соблазнителя и дело сделано! Новообращенный вампир пока не умел с первого раза гипнотизировать взглядом жертву, как его более опытные товарищи, а потому прибегал к банальным интимным заигрываниям, по старинке и по людски.

— Хочешь дорогу? — он вытащил пакет с порошком и положил на столик перед темноволосой липучкой, будущей жертвой — Кайф, возбуждает и вообще… — вампир хитро следил за реакциями человечешки, — Ну, как? — кокетливо сжал ладонь в его паху, зазывно улыбнулся, выдохнул и шепнул в лицо почти интимно, — Соглашайся.

Что может быть прозаичнее и обыденнее ухаживаний смертных. Лапают друг друга так, словно выбирают кусок мяса на рынке. Этот мелкий вампир, одно название, пытается соблазнить человечка самым жалким образом. А тот ведется, точно кобель на запах течной сучки. Еще немного и оба выскочат из своих штанов. Леонду претило такое зрелище, слишком банальное. Такая добыча была ему откровенно противна. Где сопротивление? Налет охоты? Слишком просто. Кокс? Куда же без него. Заунывное представление — древний решил вмешаться. Обнажи он клыки, парочка бы и не заметила. Порошок Леонд просто смахнул на пол, точно пыль, а недомачо схватил за волосы, мешая окончательно залить слюнями недовампира. Харизма?

— Тормози, — древний провел языком по шее человека, там где билась жилка, полная сочной венозной крови, такой сладкой, точно амброзия. Леонд лишь поцарапал клыками открытую шею.

— Ты такой страстный и искушенный! — Леонд провел ладонью по груди Филиппа, задевая соски и поглаживая живот, наслаждаясь ощущением теплой кожи. Нащупал ширинку тесных брюк, — Свяжи его, так будет забавнее, — ничего не стоило отстегнуть с кожаного пояса наручники и отдать их человечку.

— Теперь ты, — древний с легкостью вскрыл разум белокурого недоросля, врываясь в его мысли, — Неужели ты забыл о том, кем являешься, жалкий маленький вампирчик? Проучи этого человечешку, загрызи его! Ты же хочешь этого. Иначе собратья тебя засмеют, — это проникновение показалось Леонду куда более сладким, чем просто секс. Разум пародии на вампира желал освободиться от контроля — это волновало и возбуждало.

Их дыхание смешалось: новый знакомый приятно пах, хотелось попробовать его кожу на вкус, гонщик ощущал, что тело блондина отвечает ему. Слова? О, в тот момент они казались мусором. Пусть ханжи и назвали бы это «звериной грязью», но он совершенно честно жаждал ее, и плевать на осуждение. Люди ничем не отличаются от животных, разве что наделены возможностью молоть языками. Вот, только тело не обманешь.

Его красавец посылал определенные сигналы, и Филипп улавливал их мгновенно. Он с силой водил ладонями по его бедрам, паху и заднице, совершенно беззастенчиво все это облапывая, так, словно он был слепцом и пытался представить себе, как выглядит его партнер. Хотелось показать свою решительность и страсть. Гонщик просто вжался каменным членом в бедро блондина, срывая с его губ тихий стон. Это действовало сильнее самого крепкого виски. Парень хотел всего и сразу — минета и дикого, необузданного соития с кровью, со стонами! Филипп обожал кусаться до меток на коже, так он выражал свою страсть.

Дорожка кокса исчезла, ну и ладно. Гонщик еще не пробовал кокс, но против экспериментов ничего не имел, блондинчик и сам по себе казался наркотиком. А байкер явно был завсегдатаем и вел себя, точно хозяин вечера. Филипп снова притянул красивого незнакомца к себе. За такую фамильярность хотелось угостить его хорошеньким ударом в челюсть. Добыча, сучка — блондин сейчас был именно ею. Гонщик почти зарычал, потеряв контакт с ним. Он смотрел на байкера возбужденно и чуть диковато, то и дело смаргивая. Еще немного, его зверь выйдет на волю и тогда — горе сопернику! Парень нервно облизывал пересохшие губы. Хотелось уже впиться ими в шею блондина, ощутить бьющуюся жилку под губами, провести по ней языком, засосать кожу и чуть прикусить. Такого дикого желания Филипп давно не испытывал. Его сексуальную игрушку начали раздевать, гонщик сдержался. Еще немного и он устроит безобразную драку. Реальность определенно куда-то уехала, когда байкер оказался за спиной, от его прикосновения к плечу внезапно захорошело, сознание уплывало, срываясь во тьму. Филипп больше не был собой. Он превратился в зверя, по запаху он чуял свою самку. Нет, сегодня ей не уйти, не спрятаться. По спине разбежалось стадо мурашек, а стояк в штанах стал еще более внушительным.

— Еще как, — выдохнул гонщик. Его голос прозвучал хрипло и низко. Смущение? Оно было ему просто незнакомо. Парень знал, что хорош собой, поэтому просто расстегнул штаны, спуская их вместе с бельем и отшвыривая ногой в сторону, — Давай, будет даже интереснее, — на его губах заиграла хищная улыбка. Он поцеловал блондина в загривок, больно прихватывая зубами, а потом провел языком за мочкой уха, — Ты так чудесно пахнешь, — Тот скривился, но позволил лапать себя. Достав кляп, Филипп ловко набросил его на рот почти любовника, желая слушать лишь стоны. Во влажной, окрашенной похотью тесноте, щелчок показался громким. Гонщик задрал на блондине рубашку, оглаживая ладонями по животу и лизнул куда-то в подмышку, — Встань, — он приподнял партнера, тиская за упругий зад, перевернул и вжал лицом в поверхность стола, — Ты сводишь меня с ума, детка, — руки Филиппа беззастенчиво шарили по его ягодицам, поглаживая и спешно обнажая их для себя.

Вампир замычал, когда кляп захлопнулся на замок. Он сморгнул и, если бы смог, ущипнул бы себя за бедро. Смертный оказался проворнее, его развели, как идиота. Хотя почему как? Лежит перед человечишкой точно десерт. Кровососа одурманивала жажда чужой крови! Как он теперь сможет ее утолить, если его рот на замке? Это бесило. События развивались так абсурдно, точно он сел на сломанную быструю карусель. Близость к смертному пробудило острую, как бритва, жажду случки. Мачо вдруг запах, как куриная ножка в индийских пряностях при его жизни, которую молодой вампир смутно, но еще помнил. Это пробудило приятные воспоминания.

Став вампиром он не лишился чувства наслаждения от сексуальных удовольствий, наоборот оно странным образом увеличилось и переросло в одержимость. Секс и кровь — вот что управляло им сейчас. Ну, еще кокс, он веселил и скрашивал серые будни. Люди ему казались наискучнейшими существами — они постоянно ели и спали, ну, еще суетились. А для вампира это все ненужное и пустое существование.

Он, как вампир, конечно спал, но редко. В основном мучила веселая бессонница — по клубам, по барам, по танцполам и прочим заведениям, где водилось много дичи. При этой мысли вампиру захотелось облизнуться, но мерзкий кляп забивал его рот. На мгновение это даже возбудило, но клыкам стало неудобно, а потому он неудовлетворенно пискнул и вцепился в смертного любовника руками. Ох! Молодой вампир снова возбужденно вздрогнул, вспомнив, как руки другого вампира срывали пуговку и гладили по волосам. От того так одуряюще несло кровью, что блондин даже зажмурился без сопротивления. Мммм…

Прикосновения смертного любовника были агрессивными и суетливыми, как будто они живут последние сто лет! Куда спрашивается тот спешит?

С него содрали рубашку, точно ощипывали перья с индюшки. В действиях гонщика чувствовался опыт. Смертному было наплевать на целостность его рубашки, хорошо что он по ней ногами не прошелся. Блондин снова разозлился, он не какая-то шалава с коровьим взглядом, поэтому попытался по-змеиному изогнуться и вырваться. Не тут-то было, ему чуть не вывихнули плечо и резко вжали в стол. Он почувствовал твердый член в своей заднице.

— Мразь! — выдохнул в кляп белокурый кровосос, хрипло и недовольно.

Как эта сволота присосалась к его шее и укусила, мать твою! Он замычал и стал брыкаться.

Леонд недооценил интуицию человека, чем он занимается? Древний читал воспоминания смертного, точно раскрытую книгу. Гонщик? Игрок со смертью? Его прыть объяснима, поддал и смылся. Недовампиру будет уроком. Как взвился, но момент упустил по собственной глупости. Пусть теперь лежит на столе и ждет, когда его хорошенько нафаршируют, точно гуся к праздничному столу. Рот паршивца забит кляпом, осталось только помочь этому Филиппу в его деле.

— Проучи этого негодного мальчишку. Смотри, как он раскрыт. Весь в твоей власти, — древний снова стоял рядом с человеком, питаясь его эмоциями. Тот пропах похотью с головы до ног! Запах в клетушке стал тяжелым, точно кто-то разлил сильные феромоны, — Засади ему как следует, он это хочет! — взрослый вампир крепко прижимался к смертному, не скрывая от него собственного возбуждения, дурача его и туманя разум, — Прислушайся, эти вдохи… он почти умоляет.

В полу предусмотрительно торчал крюк с цепью и древний буквально проехался по спине человечка собственным телом, поднимая цепь, продевая ее сквозь наручники, толкаясь в его аппетитную задницу собственным членом, — Вот так. Теперь ему некуда сбежать. Леонд ощущал гул крови в ушах Филиппа, мысленно направлял его. Парень расстегнул брюки и спустил их вместе с бельем. Наскоро огладил себя. Вампир снова коснулся губами бьющейся венки на его шее и чуть прокусил ее, слизывая кровь. Филипп оказался таким отзывчивым! — Проткни его.

Гонщик с силой двинул бедрами, толкаясь членом в задницу молоденького вампирчика, на губах древнего зазмеилась хищная улыбка. Это его территория и никто на нее не покусится, а эти отбросы станут живым примером для остальных. Он отошел от парочки, потянув за собой цепь, надежно фиксируя ее на замок у стены. Так-то лучше. Молоденький вампирчик, его сознание агонизировало, он был точно кролик, угодивший в капкан.

Поделом! Леонд растворился во мраке, направляясь к парочке в другой комнате — самое время пустить кровь.

Дрожь горячего тела сводила с ума. Шершавыми большими ладонями Филипп мял упругие ягодицы, до затуманенного сознания почти не доносились посторонние звуки. Партнер то и дело постанывал, стоило рукам гонщика сжать половинки сильнее. Филиппу захотелось узнать какие еще звуки способна издать эта сучка. Поэтому, оставив распластанное тело на столе, он подошел к стене с плетьми. Выбор был отменный. Внимание привлекла белая рукоять. Такой плетью охаживали непокорных лошадей. Задерживаться рядом со стеной не было никаких сил, стояк причинял боль. Гонщик с силой сжал свой член, из его глотки вырвался хриплый стон.

Почти на негнущихся, ватных ногах он приблизился к своей белокурой сучке. Ее зад был выставлен на показ, точно в витрине. Нельзя источать столько похоти! Филипп нервно облизнулся. Его стояк, можно было сравнить с камнем: венки на стволе вздулись, головка стала влажной от выступивших капель семени. Тело партнера манило к себе. Хотелось уткнуться носом между его ягодиц и запустить туда язык. Парень агрессивно задышал. Схватившись за плеть, гонщик с силой размахнулся и ударил блондина по заду. О, как застонала его сучка!

— Еще! — Филипп ударил несколько раз, пока ягодицы не покраснели. Болезненные стоны партнера лишь распалили. Теперь его тело будет куда восприимчивей. Гонщик нагнулся и стал терзать желанный зад языком. Он так воодушевился, что укусил каждую покрасневшую ягодицу. Партнер сжался, не давая ему исследовать себя, — Дрянь! — агрессивно рыкнув, брюнет отстранился, напоследок укусив партнера за правую ягодицу, так что остался отпечаток зубов. — Ты будешь моим, петушок! — он достал презерватив. Секс прекрасен, лишь когда напоминает звериное соитие, а вялые поглаживания и лизания — слишком скучны.

Байкер снова стоял у него за спиной, своим хрипловатым голосом он нашептывал Филиппу пошлости. Его соперник словно дозволял ему наиграться с игрушкой первым. Это бесило. Но сейчас парень был не в состоянии достойно ответить, лениво оставляя на потом их скорую грызню. Этот самоуверенный хлыщ просто назывался на драку. Время застыло. Гонщик со свистом втянул носом воздух и резко двинул бедрами, скользнув влажной головкой в узкую дырку блондина. Дьявол! Как же там узко и жарко! Партнер не желал расслабляться, он весь сжался, пытаясь вытолкнуть его назад. Филипп нетерпеливо шлепнул ладонями по голому заду, — Раскройся, сука!

Ответом послужил болезненный стон. Распаленного мачо бесила непокорность белокурой сучки, но он не сдавался. Точно неутомимый захватчик он агрессивно двигал бедрами. Вдох-выдох, наконец, ему удалось сломить сопротивление. Он вошел в дырку во всю длину, шлепнувшись мошонкой о ягодицы партнера. Ему захотелось засадить еще грубее. Он собирался отомстить этой заднице за томительные минуты ожидания. По венам струилось чистое пламя, гонщик выбрал самый медленный ритм, чтобы подразнить, потянуть и помучать. Что поделаешь, ему нравились жестокие ласки.

Запах смертного любовника вызывал аппетит! Блондину хотелось немедля вонзить в него клыки и выпить всего до капли. Железные наручники на запястьях и кляп во рту провоцировали молоденького кровососа на самую настоящую злость. Да кто они такие и как смеют с ним так обращаться? Он нарисовал себе собственный сценарий, но как-то оказался в чужом. Проклятые люди, они вампиров всерьез уже не принимают. Надо же было докатиться до такого. Цепь не давала пошевелиться. Ох, они пожалеют! Из горла вылетел низкий стон, это человеческая сволота трогала его задницу, так словно он какая-нибудь шлюха из переулка. Вампиру казалось, что смертный вытряхивает его из шмоток и уютного самомнения, выставляя лишь трепещущую сердцевину на всеобщий обзор. Так унизительно и сладостно одновременно. Еще и Леонд с ним заодно, решил испробовать его на вкус. При этой мысли блондин резко глухо выдохнул в кляп и дернулся от некомфортного вторжения в свое тело. Он зажался и попытался сопротивляться, но его жестко проткнули и дали по заднице. Стало не комфортно от того, что он беспомощен, раскрыт и уязвим, и от того, что его пользуют, словно мясную тушку, похотливо, настойчиво, раз за разом.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 288
печатная A5
от 408