электронная
120
печатная A5
414
18+
За гранью

Бесплатный фрагмент - За гранью

Часть I


5
Объем:
212 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4498-4892-5
электронная
от 120
печатная A5
от 414

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Моим детям посвящается…

«Человек. Вначале он жертвует здоровьем для того, чтобы заработать деньги. Потом он тратит деньги на восстановление здоровья. При этом он настолько беспокоится о будущем, что никогда не наслаждается настоящим. В результате он не живёт ни в настоящем, ни в будущем. Он живёт так, как будто никогда не умрёт, а умирая, сожалеет о том, что не жил…»

Далай-Лама

Глава I
За гранью

Кромешная тьма скрыла очертания действительности. Я повела глазами, но беспросветная пелена не спадала.

— Кто я? Где я? Что со мной?

Мысли блуждали по глади рассудка. Они, словно бумажные кораблики, затерялись в бескрайнем океане. Меня охватило умиротворение. Ничто не волновало душу. Она стремилась к освобождению и тонула в океане сансары.

— Откуда мне знать о сансаре?

Когда-то я изучала индийскую философию. Именно в ней есть понятие о сансаре, — чередование рождения и смерти в мирах.

Карма! Наказание за грехи.

Душа моя будет бесконечно скитаться по мирам, и я не обрету покой из-за кармических долгов, пока карма не отпустит.

Колесо сансары запущено и, как его остановить, я не знаю.

Моя невидимая душа пребывала в нирване. Она не перерождалась. Это значило, что я умерла.

Главное, что меня больше не волновали земные проблемы, боль, страдания. Сознание ясное и спокойное. Видит меня кто-нибудь или нет, я не определила.

Шанс на спасение есть всегда.

Отрешившись от житейских забот, на меня снизошел блаженный покой.

Время не бежало, не стояло. Сколько его было у меня, — загадка.

Однако, непоседливый характер, проявил нетерпимость.

От тягостной тишины в сознании забрезжили крупицы воспоминаний. Вопросы пробивались к свету, словно хрупкие ростки из растрескавшейся от засухи земли.

— Как меня зовут? — безмолвие поглотило кроткую мысль.

Время словно заледенело. Ожидая ответа, я прекратила дышать или еще чего-то там. Окружённая пустотой я осознала, что надо рассчитывать только на себя.

Я сильная, разберусь с навалившейся тишиной. Однако, мучить себя вопросами не перестала:

— Эм-м… — я напряглась. — Раиса?

Вдруг, внутренний голос ответил:

— Да… Раиса.

Не так ли люди сходят с ума?

Я создала несложный диалог. Включилось подсознание:

— Сколько мне лет? За тридцать?

— Да, — услышала я чёткий ответ.

— Тридцать — много это или мало?

Ответ не заставил ждать:

— Трудно сказать.

Я прислушалась к внутреннему голосу:

— Это я сейчас себе ответила? Или…

Меня, как и прежде, окружала темнота. Рядом никого не было.

Суждения настойчиво прокладывали путь, словно родник пробивались сквозь песок, обещая превратить воспоминания в реку жизни.

Ответы на мои вопросы пробежались по извилинам:

— Для подростков, — старуха. Для родителей, — всегда ребёнок. Для коллег, — ответственная сотрудница. Для друзей, — весёлая подруга. Для мужчин, причём всех возрастов, — обаятельная леди. Для семьи, — любимая жена и мамочка. Для себя, — женщина, встретившая любовь, преуспевшая в карьере и, казалось, идеальная. Что ещё желать от жизни?

— Стоп! Трудно уследить за ходом мыслей. Я пропущу важные моменты из моей жизни и запутаюсь в трех соснах. Хм …это я о себе рассуждала или образно о тридцатилетних женщинах? Похоже, о себе.

Я хотела привстать, но ни черта не вышло. Тело не подчинялось разуму. Руки, словно колоды не гнулись. Желание поднять голову, превысило физические возможности тела. В глазах набухли слезы. Теплые, они просочились сквозь губы. На языке я ощутила солоноватый вкус.

Сглотнув, я испытала боль, словно от острой ангины.

Крикнув: «А-а-а!», я поняла, что звук запутался в связках и канул в бездну тишины. Шершавый язык разросся, словно кактус. Я хотела произнести слово, но ватный орган не повиновался. Ком, с теннисный мяч, мешал, я задыхалась.

Похоже, что мне снился дурной сон. Другого объяснения не было. Тьма не проходила. Я потянула веки вверх, чтобы определить, где я. Но, будто сшитые мёртвым швом, они не разлипались. Радужки метались в поиске щели, чтобы разглядеть обитель. Зацепиться взглядом хотя бы за один знакомый предмет.

Седьмое чувство, о том, где приземлилось тело, молчало.

Смущала некоторая странность. Я не слышала ни звука. Только сердце стучало, будто кувалда по наковальне, пробуждая новые суждения, которые сбились в неуправляемый табун.

Как ни старалась я ухватить нить моей истории жизни, мысль унеслась, словно необъезженный мустанг.

Навалившаяся усталость скомкала предыдущие размышления. Вспомнить прожитую жизнь не удалось.

Угодив во тьму, я блуждала по ней до следующего пришествия сознания.

Не знаю, как долго я лежала, будто овощ на грядке без единого проблеска ясной мысли. Не хватало сил повторить собственное имя. Смертельная тишина пугала. Я ждала чуда, и оно произошло.

Белая точка разрослась в рваное пятно. Вскоре, я различила очертания парящего в воздухе создания, и восхитилась его неземной формой.

Светящийся нимб над белоснежной курчавой шевелюрой заворожил взгляд. Игривое ажурное оперение искрилось, а добрая улыбка на лице гостя, склонившегося надо мной, предвещала спасение.

Слава богу! произошли хоть какие-то перемены. Иначе, я скончалась бы от тоски.

Вердикт, что мою крышу окончательно снесло, был очевиден. Однако, я рада иметь любого напарника. Это лучше, чем ни-че-го.

— Ангел? Да. Я узнала старого друга.

Чтобы распознать его, не нужны знания, для этого есть интуиция. Он навещал меня и раньше, но я не придавала значения появлению его в моей жизни.

Протянув руку к кудрям, я задумала ухватить облачные пряди. Пальцы тонули, будто в тумане, они не чувствовали тверди физического тела, блуждали по лику в надежде дотронуться до неземного создания. Наконец, уставшие руки от изнеможения камнем рухнули вниз. Я снова провалилась в небытие, не ухватив птицу счастья.

— Черт! Черт! — прокричала я при пробуждении, но, как и прежде голос увяз в груди. — Как долго длится забвение?!

Ответа не было.

Словно в каменном мешке, я не могла шевелиться, но здравые мысли не покинули голову, что, несомненно, радовало.

Мой спаситель, так казалось, был снова рядом.

— Он здесь! — пронеслась в надтреснутой черепушке радость.

От лёгкого прикосновения небесного создания к моим волосам, я вернулась в действительность.

— Слава Богу! Он не оставил меня справляться с проблемами одной, — молилась я.

От нежных касаний ангела, я плакала. Когда он гладил лицо, в моей душе порхали бабочки всевозможных сказочных форм и расцветок, из груди рвались яркие сгустки похожие на звёзды. Взмывая ввысь, они превращались в звездную пыль.

Сканируя тело пронзительным взглядом механика, он старательно чинил сломанный механизм. Осматривал органы, словно хирург, сшивал и латал раны, но вместо боли я видела звёздную пыль.

— Привет! — крикнула я громче. Но зов был напрасным, он не слышал или не слушал меня.

Ангел витал рядом, напевая голосом Уитни Хьюстон.

После слов «Lave you!..», я снова погрузилась во тьму.

Когда я очнулась, ангела не было, он оставил меня.

Внезапно меня охватило яркое чувство свободы.

Вечно обременённая работой и занятая семейными проблемами, я вдруг овладела временем и пустилась в путешествие по волнам жизни.

Тревога нарастала, когда воспоминания приближались к последним дням моего осознанного существования.

Я решила не спеша порыться в добром детстве. Ведь все проблемы тянутся из прошлого.

Возможно приобретенная свобода, лишь вынужденная мера во спасение.

— Так на чем я остановилась?

Ощутив прилив сил, я немедленно ринулась на баррикады воспоминаний.

— Начну сначала. …кто я? — память не подвела, я еще помнила собственное имя.

— Раиса!

Теперь я знала точно.

Множественные попытки восстановить датировано биографию превратила подробности моей жизни в кашу из мемуаров.

Мысли копошились, словно навозные черви в грязи. Я тихо сходила с ума, пытаясь хоть как-то упорядочить цепь событий.

С чего начались неприятности? Озарение не заставило ждать.

День начала страданий явился ярким воспоминанием.

С утра он не отличался от других дней, которые закономерно повторялись.


Монотонный звонок будильника предупредил о наступлении нового дня. Далее утренний «моушн», оживление организма кружкой горячего кофе с бутербродом из абрикосового джема на ароматном тосте.

Уложив волосы в причёску с помощью фиксирующих средств и фена, я искала в шкафу одежду соответствующую настроению. Неоднократное переодевание отнимало драгоценное время, что раздражало.

Выверенные и отработанные до автоматизма жесты, словно я робот, экономили время для приведения внешности в готовность номер один.

Легкий поцелуй мужа в щеку не был исключением. На сентиментальность банально не хватало времени.

А зря!


Сердце сжалось от жестокой реальности. Внезапно я поняла, что любовь к мужу затерялась в жизненном хаосе и испарилась.

Когда зародилось отчуждение между нами, я не вспомнила. Выуживая правду, я путано блуждала по истории любви.

Понимая, что настоящее изменить невозможно, я похолодела, задохнулась от безысходности и мысли, — какой я оказалась гадиной. Ещё мгновение и я умерла бы от стыда из-за скверных поступков по отношению к нашей любви.


За дверью дома ждала дорога с пробками, работа с авралами, накопившаяся усталость к концу дня, солидная зарплата в следующем месяце, которую некогда тратить из-за нехватки времени.

Ритм жизни меня не огорчал, наоборот, — устраивал. Единственное чего не хватало в круговороте жизни, — детского крика и беготни, шумных игр, потому что дочек, Катюшу и Дашеньку, я часто оставляла на попечение мужа и матери. При возможности отправляла малюток к бабушке на дачу.

Сюрприз поджидал за дверью и нанёс сокрушительный удар по самолюбию и по привычной жизни, ровно разбойник.

После напряжённой работы, я пришла домой поздно. На пороге дома меня встретила картина «Неждали».

В дупель пьяный Адам ошеломил потрёпанным видом, сразил наповал мрачным настроением. Последний раз, несоизмеримое с жизнью опьянение, я наблюдала в студенчестве.

Пока я решала выразить презрение к алкогольному бунту, он несуразно высказался в мой адрес и, не дожидаясь реакции, ретировался, оставив шлейф недосказанности.

Я оцепенела, язык намертво прилип к нёбу. Глаза рыскали по мебели в поиске оправдания поступка. В недоумении я простояла пару минут.

Муж вынес судьбоносное решение, перевернувшее мою жизнь, без моего участия.

С этого проклятого дня жизнь разделилась, на — «до…» и «после…», и летела в тартарары.

С трудом восстанавливая пробелы в памяти, я, то уносилась в детство, то ясно помнила семейную жизнь, но последние минуты жизни истерлись из памяти, казалось навсегда. Ералаш из воспоминаний прошлого и настоящего не давал полного представления о моей прожитой и настоящей жизни.

Мучительно копаясь в истории, я не могла восстановить цепочку событий ввергших меня в коматозное состояние. Похоже, диагноз установлен правильно. Иначе, я не могла объяснить состояние не стояния.

С трудом составляя пазл раздробленной картины, я внезапно оставила бренное тело и зависла над ним.

О чудо! Я умею левитировать.

Пристально взглянув, я оценила себя со стороны.

О, да! Природа наделила меня весьма симпатичной внешностью. Светлые от природы волосы, голубые глаза, тонкие губы с красивым изгибом, вздёрнутый нос и неплохая фигура. Эти достоинства принадлежали телесной оболочке находившейся, до недавнего времени, в гармонии с внутренним миром.

Эфирное тело вернулось в неподвижное бревно. Раздражение нарастало, от того, что я не могла встать и начать новый день, зато всплыли фееричные воспоминания.

Игла виниловой пластинки перескочила на пару десятилетий назад.

За секунды вернулись мгновения счастливого детства. С высоты прожитых лет можно оценить личностную трагедию. Почему бы не поразмышлять, раз времени у меня воз и маленькая тележка.


С раннего детства, отправленная родителями в школу спортивного резерва по плаванию, я выполняла поставленные тренером задачи. Физические нагрузки формировали твёрдый характер. Преодоление трудностей стало привычкой. Взятый барьер, однажды, вселил уверенность в победе, и даже редкие фиаско теперь не мешали шагать к цели.

Из-за неуёмного стремления к творчеству реализовались детские увлекательные идеи. Родителей удивлял и восхищал непоколебимый дух ребёнка и желание постичь неизведанные области бытия. Целеустремлённость стала главной для девочки.

Я сохранила любовь к танцам, шитью и вязанию. Каталась на коньках и лыжах, с удовольствием посещала спортивные кружки и пела в хоре.

Чтобы стать уверенной леди, я прошла трудный путь становления характера, и давно избавилась от детских комплексов.

Посетив в компании с подругой кружок танцев, я приступила к занятиям. Несколько лет отрабатывала позиции у станка, изучала танцевальный шаг, укрепляла мышцы и развивала гибкость. Поначалу движения были неуклюжи и смешны, никак не согласовывались с музыкой.

Помню первую быструю польку в паре с мальчиком.

…Прозвучало вступление. Дениса не было. Партнёр, пока спорил с другом, опоздал. Группа пустились в пляс, а я, нервничая, ждала в стороне. Вскоре напарник явился и, почесав затылок, внедрился в круг танцующих детей, сильно потянув меня за руку. Сцепив накрест руки, мы с трудом поймали ритм.


У меня от злости загорелось лицо. Кажется, я покраснела, словно это было вчера.


Выполняя «ковырялочку» с притопом, мы, нарушая ритм, отстали.

Стройная колонна бежала, выбрасывала ноги вперёд.

Окончательно сбившись, Денис споткнулся, а мальчишка позади, двинул его ногой по мягкому месту. Полетев на пол, горе-танцор утянул и меня.

Шеренга из несущихся по кругу пар, свалилась в кучу.

Оказавшись под грудой тел, я не могла пошевелить и пальцем, прямо, как сейчас.

Потирая шишки, мы, покатываясь со смеху, валялись, не думая о боли.

Вот оно безмятежное детство, в нем все просто.

За наше трудолюбие жизнь наградила выносливостью.

Спустя год, мы без сучка и задоринки станцевали грациозную лезгинку, эмоциональный гопак, ритмичную шотландскую польку, хороводили французский бурре.

Овладев чувством локтя, я была и ведомой, и ведущей, что научило гибкости в отношениях с людьми.


Счастливые минуты взволновали, и я ощутила мощный прилив энергии, казалось, что я легко встану и поспешу к детям. Однако, прикованная неведомой силой, я лежала, ровно труп.

Словно в красочном сне, я безмятежно наблюдала картину прожитой жизни и упорядочивала мысли.

Гуляя по детству, я наткнулась на курьёзный случай на катке.


Городской каток, куда мы с подругой бегали кататься зимой, я обожала. На стадионе звучала попса, что отличало его от кружка по танцам, где преобладала классическая музыка.

Весь сезон я трудилась над прыжками, вращениями и дорожкой. Скользя по гладкому льду, я представляла себя Ириной Родниной.

Стремление к совершенству, помогло во взрослой жизни пониматься по ступеням карьеры.

Хвастаясь, перед подругой, отточенной змейкой, я на скорости въехала в столб хоккейных ворот.

Из глаз посыпались звёзды, меня отбросило на край ледового поля и, не устояв на полозьях, я приземлилась в сугроб.

Лицо и одежда упечатались в снег и колкий лед впился осколками, словно пиявки, в открытые части тела. Хотелось плакать, но я истерично смеялась от неловкости.

Подруга дразнилась, предлагая для полноты картины, сунуть в мой рот морковку, надеть на голову ведро, взять в руки метлу и поставить под ёлку в качестве снеговика.


Внутренний смех сдавил горло, и хохот застрял в неуправляемом теле. Смутило, то ощущение неловкости, когда хвастовство обернулось провалом.

Вот так всегда! Хочешь удивить, а получается насмешить.


Зимние развлечения привносили разнообразия в студёные дни.

Особенно радовали ледяные горки. По отшлифованной задницами дорожке, несешься с ускорением, врезаясь в ребят, не сошедших с трассы. И хохочешь, глядя, как подкошенные дети наваливаются на тебя.

Куча мала…

После игрищ в снежки, разрумянившаяся словно помидор, я возвращалась домой в заснеженной одежде. Мама сушила вещи на батарее, а таявшие сосульки, капали на пол, превращаясь в лужицу.


Мило! Радость растормошила давние чувства. Руки потянулись к мнимому снежку в желании поучаствовать в боях. Захотелось, спрятавшись за снежной крепостью, сделать точный бросок по врагу.

Желание осталось желанием, но я поверила, что еще слеплю снеговика детям, и прокачусь с ветерком на санях, запряжённых тройкой вороных.


На уроках труда я ощущала себя Марьей Искусницей.

Сшив ночную сорочку, я подарила ее бабушке, потому что даже мама в ней утонула. Следующей была юбка для годовалой сестрички, но и её надели на куклу. Неудачи в шитье не сломили.

Спустя годы я окончила курсы кройки и шитья и научилась моделировать одежду. Навык выручил в годы экономического кризиса, когда ничего нельзя было купить в магазинах.

И когда я только успевала заниматься творчеством?


Детство представилось нескончаемым днем.

Вспомнился подростковый возраст, когда комплексы из-за внешности развивались соразмерно непропорциональности фигуры.

Просматривая фильм с участием обожаемой кинозвезды, или слушая популярную музыку, я фанатела от кумиров и всячески подражала им.

Разглядывая в зеркало отроческое несовершенство, я замечала в нескладной фигуре гадкого утёнка. Перспектива остаться неуклюжей, — пугала. Неумение плавно двигаться, красиво высказываться, со вкусом одеваться, знакомиться с мальчишками, взрастили застенчивость и стыдливость.

Неуклюжесть от слова жесть, да и только!

Чудно! На самом деле, я боялась, что не успею испытать настоящую любовь в реальной жизни и умру, не дождавшись прекрасного принца.

Жажда вкусить запретный плод, а мечтала я о поцелуях, торопила найти субъект обожания. Из-за отсутствия оного, я влюблялась в очередного телевизионного красавца и тайно грезила о встрече с ним.

Слушая географичку, я рисовала в мечтах романтичную прогулку по Парижу и туманному Лондону, путешествие на воздушном шаре, и все то, о чем вещала учительница. Я представляла себя в паре наездниками, скачущими на лошадях по алой цирковой арене; аквалангистами, погружающимися на дно Красного моря, чтобы наблюдать за его колоритными обитателями.

Всегда волновалась, что мечты останутся мечтами.

Робость и неуверенность в привлекательности стали неодолимым препятствием, чтобы воплотить потаённые желания в жизнь.

Юношеский организм не выдержал реалий подростковой жизни и испытаний высокими чувствами.

Неразделённая любовь у сверстниц прошла словно насморк. Моя же врезалась в память, породив комплекс платонической любви, с которым я долго боролась и наверняка победила.

Доверчивая я была уязвима для обмана, природная скромность мешала выставлять напоказ реальные желания. Эти сомнительные достоинства портили девичью жизнь, вносили хаос во внутренний мир.

Спорт сделал меня физически сильной и целеустремлённой. Позже я избавилась от излишней скромности, победив сомнительные достоинства.

По-доброму завидуя пригожим сверстницам, я считала их баловнями судьбы.

Люди обожествляли совершенную красоту. Обладатели привлекательной внешности быстрее добиваются признания. Перед идеальным ликом распахнуты двери во всех направлениях. Однако, не всякая красавица способна оценить преимущества ее внешности. Привыкнув с детства к всеобщей любви, она считает, что так и должно быть.

Кто не мечтал о красивом теле? И я мечтала.

Жизнь корректировала отношение к внешней красоте, предлагала без устали работать над внутренним миром.

Не обладая привилегиями красавиц, я не капризничала. Доброжелательность стала моей визиткой в жестокий мир. Я многого добилась, благодаря одобрению моих знаний людьми. Возможно, из-за врождённой интеллигентности, мне в голову не приходила мысль уподобляться баловням судьбы. Топая ногами, требовать исполнения любых моих прихотей.

Мечты я осуществляла сама.

Гибкость в общении сделала меня коммуникабельной. Незаменимые качества я шлифовала годами. К тридцати, я точно знала, что идти напролом, — значит проиграть. Побеждать можно, не уронив достоинства.


Решительно остановив поток обсуждения моих достоинств и недостатков, я возмутилась:

— Хватит!

Пару минут я ни о чем не думала.

— Хм… без мыслей ещё хуже. Не могу смириться с тишиной, хоть бы ангел, что ли, пришёл и успокоил.

Долгий сон измучил тело. Черт знает, где я нахожусь, только и могу что рассуждать. Надо вспомнить последние дни жизни, но мозгу не прикажешь. Он словно решил показать сериал под названием «Ошибки прошлого», где в главной роли — я.

— Где я? Выяснив, кто я, надо разобраться, что случилось? Что от меня требуется? Раскаяние? Для чего сюда поместили?

Память избирательно выбирала. На ум приходили детские страдания из-за внешности. До крика стало обидно за детскую неуверенность в собственной красоте. Жаль, что прозрение приходит поздно. Может беды тянуться из прошлого?


Моя внешность шагала в ногу со временем. Я менялась, то в худшую сторону, то в лучшую, и каждый раз это зависело от возраста.

Особенно трудно было после родов. Для придания телу эстетичных форм, я прикладывала немалые усилия. Подстёгиваемая рекламой, я с помощью косметики скрывала признаки увядания, не давая прожитым годам проявиться на лице.

Усердия не прошли даром, и в тридцать с небольшим, я выглядела гораздо моложе, чем сверстницы.

Чтобы совершенствовать образ, я пользовалась рекомендациями стилистов. Но время неумолимо летело, сердечные переживания оставили след на лице, изменив глубину взгляда, а приобретённый жизненный опыт отпечатался несмываемыми метками на ещё привлекательном лице.

Путь к совершенству был тернист.

Но так ли важно то, к чему я стремилась всю жизнь?

Образованность не ограничилась окончанием вуза, она приумножилась благодаря пытливому уму и мудрости.

Жизнь я ассоциировала с белым конём, и как ловкий наездник легко преодолевала барьеры, не задумываясь о высоте.

И вот!

Выставленная планка оказалась завышенной. Кажется, что я грохнулась на скаку, раз лежу здесь и сейчас.

Жизнь разбилась на частички воспоминаний.

Наградой стали душевные стенания и небытие, и, кажется, я прекратила неуёмный бег по жизни.

— По-моему очень логично.

Сердце саднило тупой болью, когда я мысленно приближалась к злосчастному дню. Я четко ощущала, что потеряла важный момент последних минут.

Что же я натворила?

Я знала, время остановилось и прожитое «до…», стоило разложить по полочкам. Мысль о том, что вспоминая главное, я отдалялась от него, не давала покоя. Пока было доступно только далёкое прошлое.

Похоже, что цела только голова, остальные части тела словно испарились и стали невесомыми.

Я представила себя колобком, который катится в никуда, зато вопросы в круглой голове шуршали, будто шары в барабане лото.

Вопросы касались семейной жизни, в частности Адама.

Я образно смотрела в потолок. Ясное дело, что смотреть в него я априори не могла. Вдруг, словно водопад, обрушились новые мысли, и я стала анализировать.

Муж бросил меня без объяснения причин (это факт!), но что произошло дальше, я не помню. Видимо я не решила задачу, раз до сих пор не знаю ответа.

Собственные представления о счастливом браке я подвергла сомнению.

Зря я считала его идеальным. Оказалось, что мое желание не гарантировало жить рядом с Адамом до смерти.

Как выкарабкаться из беды, решать только мне? Но я не прочь получить сторонний совет, чтобы восстановить развалившуюся в пух и прах семейную жизнь.

Может воспользоваться помощью гадалок и медиумов, экстрасенсов и вещуний, в конце концов. Неплохо бы обратиться к хироманту или астрологу, чтобы они заглянули в будущее.

Вынужденное безделье и кромешная темнота жутко надоели, и я решила использовать математические формулы, чтобы вычислить вероятность возвращения в семью…

Ни математика с таблицей умножения, логарифмами, матрицами, теорией вероятности, ни литература с выдуманными историями о любви, ни психология и наука о поведении, ни религия с различным осознанием мира и верой в сверхъестественное, ни моральные нормы, ни различные обряды, ничто не помогло разобраться с собственной судьбой.

Наука бессильна в вопросах предсказаний. Без новых открытий мы так и будем ходить по граблям.

Может пора денно и нощно молиться перед иконами, отмаливая грехи, чтобы бог смилостивился и простил.

— Эко куда занесли рассуждения, — в религию. Прямо высшая материя.

Пока в теле тлеет жизнь, я хочу мечтать и упрямо строить воздушные замки, пока не пойму, что со мной. Буду ошибаться, как и человечество, но отыщу причину странного заболевания. Возможно, именно здесь и сейчас, я познаю мир.

Надеюсь, что передовые умы изучат программу и отыщут рычаги управления судьбой. Предвидение событий освободит нас от страданий, а точные советы от науки помогут обрести счастье.

При мысли о всеобъемлющем счастье, я надела маску блаженства и подумала: «Каждый человек — это вселенная со своим восприятием мира, укладом жизни, отношением к окружающей действительности».

— Стоп! Достаточно демагогии! С навалившимся хаосом я разберусь сама. Нужно исправлять ошибки.

Интуиция подсказывала, чем раньше я это сделаю, тем лучше.

Жизнь переменчива! Она такая невразумительная.

Сегодня — яркая и разноцветная, солнечная и счастливая девочка, а завтра — черно-белая и хмурая, пасмурная и дождливая, седая и горбатая старуха.

Жизнь удивляет и разочаровывает, она бывает короткая, но насыщенная; долгая, но мучительная; серая или однообразная; цветастая и весёлая; горящая и витиеватая, словно серпантин. Жизнь богата разнообразием.

Судьба — тайна для людей. Непредсказуемость таит в себе особое очарование.

Какая жизнь была у меня? Куда завёл жизненный путь?

Недавно моя жизнь сияла радугой, но вмиг превратилась в серый кошмар. Зарывшись с головой в прошлое, я оценила чувства с расстояния времени. От отчаяния расхотелось жить и, находясь за гранью, я не видела цели вернуться. Можно оставшуюся жизнь бороться, исправлять ошибки, но тогда не останется времени жить.

Почему в голову лезут вопросы, заставляющие вздрогнуть сердце? Их количество нарастало, будто снежный ком, и не было им конца и края: « Зачем такая жизнь? Почему я одна? Кто разрушил семью? Кто ответит на вопросы? Какие силы вправе изменить судьбу? Что предпринять? Как поступить?».

Я задохнулась от их количества, они намертво придавили.

И вот, я уцепилась за события, позволяющие оценить природу семейного благополучия.


Мы жили счастливо, как молодожёны. Разногласия топили в сосуде любви, легко преодолевали жизненные неурядицы. Съев пуд соли, мы познали друг друга. Но оказалось, что тайны, мечты, мысли и желания твоей половины знать не должно.

Любовь объединила плохие и хорошие привычки, сильные и слабые стороны, жизненные принципы, моральные устои, меру ответственности. Только мы решали, какими нас увидит окружающий мир.

Открытость натуры зависела только от восприятия действительности, интеллекта и инстинкта самосохранения.

Но семейная жизнь, вразрез холостяцким будням, рушила личные планы. Самопожертвование было сравни героическому поступку.

Адам, неоспоримо, был в семье героем.

Признаться, я не представляла жизни без Адама. Любовь к нему крепла с каждым днем, будто хорошее вино. Без него я не могла жить, как без воды, еды и воздуха.

Мысль, что мы когда-нибудь расстанемся, не приходила в голову, пока я не столкнулась с реалиями жизни. Если я верила в вечное счастье, то ещё не значит, что муж думал так же.


Медленно я приближалась к разгадке. Внезапно сумбурные мысли о семье убежали. Вдруг я стала студенткой, и окунулась в счастливое время с головой.

Свидание с Адамом было фееричным, до сих пор мурашки по коже от воспоминаний.

Глава II
Рай и Ад

Первый месяц учёбы в университете потребовал концентрации внимания, потому что методика обучения в корне отличалась от школьной программы.

Преподаватели вуза не акцентировали внимание студентов на собственной личности, как школьные учителя, они скромно излагали материал лекций, не заставляя слушать и конспектировать, давали выбрать путь к знаниям самостоятельно.

Семинары подтвердили предположения, что ученье свет, и халявы не будет, и надо тщательно изучать лекции, иначе экзамены не сдать.

Мобилизовав силы, я вникала в премудрости учения.

Иметь парня было физически невозможно из-за накопившейся усталости и постоянной беготни по кабинетам. Оставалось только флиртовать с парнями и мечтать о любви. Однако ко всему привыкаешь.

С появлением свободного времени можно было оглядеться по сторонам, отдышаться и наконец-то прислушаться к бьющемуся в груди молодому сердцу.

Занятая уроками я не видела бабьего лета, бушующего листопада, оранжевых красок осени, пока мой путь не пересёк Адам. Столкнувшись на входе в университетскую библиотеку, мы разговорились.

После первого нечаянного знакомства в общежитии, мы долго не виделись, но эта неожиданная встреча и взаимная симпатия имела продолжение. Обмениваясь с новым другом впечатлениями о студенческой жизни, я тайно грезила о прогулке с ним.

Короткое свидание положило начало совместным прогулкам с друзьями. Банальное знакомство переросло в крепкую дружбу. Глубокие чувства зародились не сразу, они пробивались, словно трава, через плотный асфальт панибратских отношений.


Любовь, вспыхнув ярким пламенем, грела до сего времени. Что случилось с нами, я не выяснила. Кажется, страсть угасла безвозвратно. Как же хочется, ошибиться.


…Уговор развлечь друзей в единственный выходной был в действии.

Воскресным утром мы купили пиво, солёную рыбу и встретились с друзьями в центральном парке.

Стояла по-летнему теплая погода в последние осенние дни октября, солнечные лучи, будто шампуры, пронзали пышные кучевые облака. Блики меж редких листьев слепили до слёз, они радужно блестели надеждой о взаимной любви.

Веселая компания, удобно расположившись на лавочках с чугунным литым каркасом, уплетала жёлтого полосатика, сушёные кальмары, чипсы, наслаждалась пивом и фисташками.

В глубине парка под сенью разноцветного клёна, вдали от любопытных взглядов, мы безудержно хохотали. Мальчишки наперебой сорили анекдотами. Как бесконечное количество их умещающихся в голове? Юмор задорно искрился в глазах рассказчиков.

Тёплый день, вернувшийся в холодную осень, насытив счастьем прогулку, медленно хмурился и темнел. Тучи обложили небо. Финальный солнечный луч, пробежав по макушкам деревьев, спрятался в расщелину меж облаков.

Моросящий дождь выдворил нас с лавочек и разогнал по домам. Пиршество окончилось, оставив след озорства.

Неторопливо шагая под зонтом, мы с Адамом болтали о пустяках, мировых новостях, космосе, о том, что приходило в голову. Он оказался начитанным и неутомимым рассказчиком. Он обаял своим интеллектом. С геометрической прогрессией во мне росла симпатия к веселому студенту. Мы не спешили расстаться.

К ночи погода испортилась, но даже промозглый ветер не развел нас по домам.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 120
печатная A5
от 414