электронная
300
печатная A5
588
16+
Трансформируемое предприятие

Бесплатный фрагмент - Трансформируемое предприятие

Архитектура предприятия в новом ключе

Объем:
304 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-0051-9908-9
электронная
от 300
печатная A5
от 588

ПОСВЯЩЕНИЕ

ШОНУ, КЕЙЛИ, НАТАНУ И ДЭНИЕЛУ

                                                                           АНДРЕЙ

ДЛЯ МАЛИНДЫ И МАРЛЕН

                                                                                НОА


ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ

ТО, ЧТО ПРОИЗОШЛО В NEW KEY CLUB, НИКОГДА НЕ ИМЕЛО МЕСТА И НЕ БУДЕТ ИМЕТЬ МЕСТА В БУДУЩЕМ. БУДУЩЕГО НЕ ВЕРНУТЬ.

Пролог

Если цифровая трансформация проведена правильно, то ее можно сравнить с превращением гусеницы в бабочку, но если что-то сделано не так, то вы получите очень быструю гусеницу.

Джордж Вестерман, ведущий научный сотрудник Центра цифровой экономики Школы менеджмента Слоуна при Массачусетском технологическом институте

Знаете ли вы, что, согласно отчету «Корпоративный прогноз долголетия» консалтинговой фирмы Innosight, шестьдесят лет назад средний срок пребывания компании в списке S&P 500 был около шестидесяти одного года; сорок лет назад он снизился примерно до двадцати пяти лет; сейчас составляет меньше восемнадцати лет, и негативная тенденция, скорее всего, сохранится?

Знаете ли вы, что, по мнению авторов книги «Экспоненциальные организации», компании, использующие ускоряющие технологии, передовые бизнес-модели и глобализацию, как минимум в десять раз лучше, быстрее и дешевле вашей компании?

Знаете ли вы, что, по прогнозам американской консалтинговой компании McKinsey, рабочая сила скоро будет состоять из дешевых искусственных агентов (роботов) и дорогостоящих сотрудников с интеллектуальными способностями и техническими навыками, необходимыми для управления компетентной рабочей силой нового типа?

Знаете ли вы, что, с другой стороны, многие предприятия до сих пор ведут свой бизнес с помощью MS Excel?

Если современная архитектура предприятия имеет для вас смысл, самое время проконсультироваться со своим подсознанием, чтобы лучше понять, что происходит на самом деле.

К худшему или лучшему, но наступила новая реальность:

• Мир становится более взаимосвязанным,

взаимозависимым и турбулентным.

• Все происходит везде, одновременно и очень

быстро.

• Работа становится более дифференцированной,

специализированной и сложной.

• Возможности рабочих ограничены, и они должны

трудиться вместе с роботами.

• Все хотят усиления контроля, а регуляторы

запаздывают.

• Предприятия создают цифровые структуры,

но не имеют ни малейшего представления о том,

как они выглядят.

Как мы можем, говоря словами эксперта по архитектуре предприятия Джона А. Захмана, «превратить дезинтегрированную, разорванную, негибкую и устаревшую среду в спроектированное, связное, гибкое, динамическое и оптимизированное предприятие?»

Представьте, что вы могли бы построить свою организацию по принципу состоящего из цифровых кораблей флота и управлять ей без сложной организационной иерархии. Представьте, что вы могли бы добавлять новые функции или дополнительные мощности так же легко, как включаются в состав флота новые корабли.

Представьте, что вы могли бы выйти за рамки воображаемых границ и начать исследовать новые модели и формации, где единственное ограничение — ваша способность творить.

Вам не нужно это представлять. Мы это создали. То, что называется трансформируемым предприятием.

Добро пожаловать в New Key Club.

Глава 1. Видение трансформируемого предприятия

Женский голос. Дамы и господа, я рада приветствовать вас, открывая новый сезон Клуба нового ключа (New Key Club, NKC) в Торонто. Клуб был основан в 1920 году с четкой просветительской, расширительной, обогатительной, обучающей и развлекательной миссией помощи гражданам планеты Земля, желающим развивать и продвигать современные и будущие технологии. Сегодня мы продолжаем эту миссию, предлагая замечательную…

Мужской голос. Мы находимся здесь, в секретных подземельях Дистиллери Дистрикта города Торонто, где президент Энджин Т. Стим выступает с речью перед торжественно притихшей аудиторией членов клуба. Давайте послушаем.

                    ЭПОХООБРАЗУЮЩЕЕ СОБЫТИЕ

Диктор. [Драматический голос за кадром] Следуя примеру компании Air Canada, которая приняла разрушающее парадигму решение заменить устаревшую и изрядно набившую всем оскомину фразу дамы и господа словом все, New Key Club с гордостью вводит новые правила обращения к членам клуба. Они вступают в силу немедленно — если не раньше. Клуб официально отменяет обращение дамы и господа как политически неграмотное и некорректное, заменяя его тремя новыми базовыми вариантами: ньюкийцы [Аплодисменты], нежные существа [Аплодисменты] или просто путешественники.

[Аплодисменты]

Ни леди, ни джентльмены больше не будут летать на Air Canada и заседать в нашем клубе. Как сказала журналист-фрилансер Пэрис Лиз, «в этой постгендерной утопии мы все просто путешественники».

[Аплодисменты]

Дамы и господа, мы больше не дамы и господа.

[Шестьдесят четыре нежных существа всех известных полов и гендеров ворвались в комнату через боковые двери и так же внезапно исчезли в клубах радужной пыли, неся в аудиторию заряд эйфории и энергии. Все вскочили на ноги, восторженно аплодируя и крича «браво»]

[Слева на сцену поднимается и выходит на подиум президент Стим]

Президент Стим. Nin hao, namaste, shalom, hola, guten tag, buongiorno, annyeonghaseyo, privet, bonjour. И чтобы показать, насколько я близок к обычным людям, просто скажу старое доброе хелло тем из вас, нежные существа, кто не знает иностранных языков.

[Аплодисменты]

Почему я поприветствовал вас на десяти языках? [Долгая пауза] Я отвечу на этот вопрос сам. Потому что это как раз то, что вы никогда не должны делать во время выступления, только если оно не происходит в квест-комнате. Не подражайте мне! Подражайте графу Хельмуту Карлу Бернхарду фон Мольтке, который владел многими иностранными языками, но не произнес ни слова на семи из них.

[Аплодисменты]

Немного сменим курс и поздравим Мэйпл Лифс и Митча Марнера.

[Аплодисменты]

Запомните мои слова, нежные существа: в следующем году Мэйпл Лифс выиграют Кубок Стэнли.

[Недоверчивый смех, выкрики и аплодисменты]

А теперь о главном. Ровно сто лет назад, в марте 1920 года, в King Edward Hotel в Торонто встретились семь человек. Они решили создать местный технологический клуб. В тот исторический вечер они составили список будущих членов клуба — сливок элиты Торонто, у каждого из которых было столько здравого смысла, что им постоянно приходилось жертвовать излишки на благотворительность. Некоторые из этих ультраздравомыслящих джентльменов были страстными любителями современных и будущих технологий. Месяц спустя — они бы сделали это раньше, не будь столь обременены многочисленными светскими обязанностями — они основали New Key Club. Как и сегодня, членами клуба могли стать только ученые, художники, дизайнеры и инженеры. [Бурные овации и продолжительные аплодисменты] Количество членов клуба в мгновение ока увеличилось с шестнадцати до двухсот пятидесяти шести. На сегодняшний день двести пятьдесят шесть остается нашим лимитом. Некоторых членов мы потеряли по разным причинам — в результате смерти, киднеппинга, а кого-то просто все достало. Однако сегодня мы приветствуем четырех новых членов нашего клуба: ученую Аманду Эйнштейн, художника Брига Писарро, дизайнера Эмили Александер и инженера Софию Теслу.

[Аплодисменты]

Как вы знаете, нежные существа, сегодняшнее эпохообразующее событие посвящено столетнему юбилею нашего клуба. То, что начиналось как уникальный технологический митап единомышленников и специалистов в клубном стиле двадцатых годов прошлого века, превратилось в ежедекадное событие, которого ожидает весь мир.

[Аплодисменты]

На первом эпохообразующем мероприятии, которое состоялось в марте 1930 года, ученый Лиам Ностра представил свои прогнозы. Именно в этот день мир впервые услышал термины квантовые вычисления, теория Большого взрыва, транзистор, спутник, пульсар, Интернет и матрица Захмана. Многие нежные существа того времени думали: черт возьми, как и самолеты, эти непонятные вещи никогда не взлетят, не оторвутся от земли! Тем не менее время доказало, что оно не только лечит, разрушает и доводит до состояния, когда вы постоянно забываете, где оставили ключи от машины. Оно также создает новые смыслы, придает новые значения старым, а иные лишает всякого значения.

[Смех и аплодисменты]

Инженер Кац. Мистер президент, но ведь к 1930 году самолеты уже вовсю летали!

Президент Стим. К 1930 году самолеты уже вовсю летали, это правда. Спасибо, дружище. Не понимаю, почему ты решил акцентировать наше внимание на этом именно сейчас, но все равно спасибо.

Второе эпохообразующее мероприятие, однако, не смогло повторить успех первого. Возможно, одним из объяснений этого нежелательного обстоятельства было то, что художник Иван Хармс воспользовался этим событием, чтобы ослепить членов клуба своим блестящим видением будущего. К сожалению, из-за недостатка научных знаний его видение включило в себя то, что было открыто или изобретено ранее: использование логарифмов для расчетов, закон идеального газа, общую анестезию, эволюцию путем естественного отбора и периодическую таблицу элементов.

Позже мистер Хармс объяснил журналистам на пальцах, которые ему чуть потом не отрезали некоторые особо ретивые члены клуба, что эта ошибка произошла из-за — здесь я просто цитирую — «насыщения остаточных напряжений трифуркации в логическом наноэдре», который он использовал для предсказаний. Это была досадная и нелепая ошибка, его объяснение звучало довольно просто, и многие это оценили, но нельзя недооценивать способность журналистов раздуть из мухи слона.

Поскольку был зарегистрирован удар по репутации клуба с магнитудой 8,4 по шкале Рихтера, не будет преувеличением утверждать, что последствия этой злополучной ошибки находились на грани между катастрофическими и апокалиптическими.

[Мертвое молчание. Некоторые нежные существа подняли глаза к потолку, тщетно пытаясь сдержать слезы]

После этого клуб решил, что презентации эпохального значения должны подготавливать и представлять команды с по крайней мере одним ученым, одним художником, одним дизайнером и одним инженером в составе. Это решение привело к большому успеху, если не триумфу, всех дальнейших эпохообразующих мероприятий.

[Аплодисменты]

[Заглядывает в свои записи] Пока не забыл, нежные существа, я хотел бы напомнить, что официальный язык текущего эпохообразующего мероприятия — американский английский. Пожалуйста, используйте его для всех типов общения. Например, если вы хотите сказать «ви-та-мин», вместо этого скажите «вай-та-мин». [Аудитория повторяет «вай-та-мин»]

Мы посвящаем наши эпохообразующие мероприятия решению самых сложных мировых технологических проблем. Сегодня одна из самых экстренных из них — ограниченная способность организаций адаптироваться к непрерывно меняющимся условиям внешней среды. В результате даже лучшие мировые компании не только не процветают, но и зачастую приходят в упадок и прекращают существование. Как указано в новом отчете Innosight [2], «33-летний средний срок нахождения компаний в индексе S&P 500 в 1964 году снизился до 24 лет к 2016 году и, по прогнозам, сократится до 12 лет к 2027 году».


Коренная причина проблемы была сформулирована блестящим архитектором корпоративных систем Захманом.

[Аплодисменты]

                             ТАК ГОВОРИЛ ЗАХМАН

Я хотел бы поговорить об одной из самых влиятельных фигур и пионере корпоративной архитектуры — Джоне Захмане. Он представляется мне единственным специалистом, которого все еще беспокоит тот факт, что мы строим предприятия без предварительного архитектурного проектирования. Высококвалифицированный архитектор с необычным сочетанием навыков и качеств, включая умение жонглировать пылающими факелами, хотя это не должно беспокоить нас здесь и сейчас, Захман широко известен как отец корпоративной архитектуры и разработчик архитектурной матрицы. Без ложной скромности он назвал ее матрицей Захмана. Это напомнило мне периодическую таблицу элементов, которую русские просто называют таблицей Менделеева. Извините за небольшие ремонтные работы. [Тщательно прочищает горло] Тонко организованному нежному существу, которое подошло ко мне ранее, чтобы поделиться своим изумлением, что периодическая таблица содержит всего лишь сто восемнадцать элементов, а не несколько тысяч, я хочу подтвердить: да, сто восемнадцать. [Снова проверяет свои записи] Точно, сто восемнадцать элементов. В периодической таблице сто восемнадцать элементов. Надеюсь, мы это прояснили.

[Аплодисменты]

Захман провел интересную аналогию между этими двумя матрицами в своем интервью 2007 года Роджеру Сешнсу для Perspectives of the IASA:

[Цитата Джона Захмана была спроецирована на экран]

Матрица никогда не эволюционировала. Матрица в некотором роде существует вечно. Это просто схема.

Это что-то вроде периодической таблицы, которая также является схемой и существует вечно. Периодическая таблица классифицирует элементы вселенной в двух измерениях: во-первых, по количеству нейтронов и протонов в ядре атомов; во-вторых, по количеству электронных колец атомов. Только после того, как Менделеев сформулировал эту схему, химия стала наукой, дисциплиной.

До этого химия была алхимией. Алхимики могли правильно составлять композиции, но это была не наука. Это было искусство. Составление композиций основывалось на опыте алхимиков. Оно не было ни предсказуемым, ни повторяемым. Периодическая таблица существовала всегда. Тайное просто стало явным. Единственное, что изменилось, так это ее восприятие и понимание того, как ее использовать.

Джон Захман [51]

Да, обе матрицы существуют вечно. Хотя технически нам понадобится Бог, чтобы это подтвердить, потому что «вечно» — это слишком масштабно, чтобы это можно было осознать. Изначально матрицы существовали неявно. Каким же образом тайное стало явным? Менделеев однажды признался: «Я увидел во сне таблицу, в которой все элементы заняли свое место. Проснувшись, я тотчас записал ее на клочке бумаги, и позже только в одном месте потребовалось исправление». Ученые считают, что это «исправление» было вызвано необходимостью смахнуть со страницы кусочек засохшей тушенки.

В одном малоизвестном исследовании канадские ученые выявили, что многие алхимики и алхетекты видели обе матрицы во сне еще две с половиной тысячи лет назад, а любители вдыхать душистые запахи галлюциногенных трав, возможно, и за тысячи лет до этого. Некоторые заметили на этих матрицах имена Менделеева и Захмана и поэтому решили ничего не предпринимать. Другие восприняли это как политическую агитацию. Третьи просто перевернулись на другой бок и потом сожалели о том, что не попытались истолковать галлюцинации.

[Изображение ученого, увидевшего во сне периодическую таблицу, было спроецировано на экран]

Рис. 1.1. Ученый, которому снится периодическая система элементов

Мой совет молодым ученым, художникам, архитекторам, лего-скульпторам и инженерам… Да, забыл упомянуть, что мы в рамках пилотного проекта собираемся принять трех лего-скульпторов в члены клуба в 2021 году. Так вот, пытайтесь подняться в этом мире, анализируя и расшифровывая матрицы, которые вы видите во сне. Именно они могут предрешить ваше будущее.

Станьте неутомимыми ловцами дневных и ночных сновидений. Однако избегайте использования одного из тех коммерчески доступных гаджетов для ловли снов, которые выглядят так, будто сделаны из тонкой английской древесной стружки. Их можно приобрести в Walmart за один канадский доллар и девяносто девять центов, но это строго для туристов. Подготовьте свое бессознательное к тому, чтобы увидеть, прочувствовать, запеленговать, запомнить и осмыслить свои сновидения.

Сразу скажу честно, что это будет нелегко, потому что вы не сможете напрямую общаться со своим бессознательным: понадобится гуру, медиум или тот парень, который приходит к вам под видом сантехника, но на самом деле может перенаправить мудрость Сидящего Быка, если вы нальете ему чарку «Джонни Уокера». Решать, конечно же, вам. Обращайте внимание и на мельчайшие символы, и на гигантские фантазмы (в любой последовательности), которые приходят к вам во сне, и записывайте их в журнал. Фокусируйте, анализируйте, интроспифицируйте, девизуализируйте, канализируйте и интерпретируйте свои сны в соответствии с правилом большого пальца. Медленно перезагрузитесь ментально и переориентируйтесь, откройте для себя новый смысл и разминируйте внутреннюю мудрость — только небеса знают, как долго некоторые из вас не заходили на минное поле своего внутреннего «я».

[Аплодисменты]

Итак, какие послания Захман отправил нам через капсулы времени? Что из того, что уже перехватили инопланетяне, нам еще только предстоит разместить на глобусе нашего сознания?

Облачные технологии и искусственный интеллект стали обычным явлением. У кого из нас не было задушевного разговора с бабушкой об облачных технологиях за чашкой чая и кусочком вкусного вишневого пирога? Благодаря внедрению этих технологий ведущие мировые компании сумели существенно снизить операционные расходы, увеличить прибыль и производительность труда.

Тем не менее, несмотря на все технологические достижения и научные открытия, мы все еще находимся в начале пути. Это путь от посредственности к совершенству в их осмыслении и способности организовать эти технологии в мощные и содержательные цифровые конструкции.

В первую очередь важно понимание того, где мы сейчас находимся и как сюда попали, и никто иной как Захман способен открыть нам глаза. Не так широко, конечно, как открылись глаза некоторых представителей моего поколения, когда они увидели Мэрилин Монро в фильме «Зуд седьмого года», стоящей в белом платье на вентиляционной решетке метрополитена. [Длинная пауза] Но я отвлекся. Вот что сказал Захман:

[Цитата Джона Захмана была спроецирована на экран]

Современные предприятия не интегрированы, не гибки, не согласованы, не совместимы, не пригодны для повторного использования и не оправдывают ничьих ожиданий!

Джон Захман [68]

До Захмана ученым мирового уровня, включая Диогена, не приходило в голову, что предприятия «не интегрированы, не гибки, не согласованы, не совместимы». Напомню, что Диоген был самым известным из циников. Или киников — там не разберешь. Если бы он жил сегодня, то поджал бы губы, вот так, и неодобрительно покачал головой, наблюдая за соревнованиями по американскому реслингу и утверждая, что там все подстроено. Впрочем, чего еще можно ожидать от человека, который, по широко распространенному мнению, жил в бочке?

Почему современные предприятия не гибки? Потому что они изначально не были рассчитаны на живучесть и реконфигурируемость. Они не были предназначены для быстрого изменения функциональной структуры. И никто не видел ни малейшей необходимости в эластичности производственных мощностей.

Что мы имеем в виду, говоря, что предприятия не согласованы? Мы имеем в виду, что их социальная и цифровая, то есть софтверная, архитектура не согласованы. Мы имеем в виду, что организационные единицы не имеют контроля над своими цифровыми структурами и поэтому не могут эффективно и результативно их перестраивать. Для эффективного согласования мы должны выстраивать цифровые границы в пределах соответствующих социальных границ.

Современные предприятия не являются ни совместимыми, ни повторно используемыми. Почему? Потому что они без меры и без разбора полагаются на разработчиков программного обеспечения и поставщиков данных, которые часто используют устаревшие внутрифирменные стандарты и коммуникационные протоколы.

Да, это ключевые характеристики современных предприятий, и мы должны поблагодарить Джона Захмана (а некоторые и Мэрилин Монро) за то, что они открыли нам глаза. Надо действовать, надо что-то менять прямо сейчас!

В своих блогах Захман подчеркивает проблему дезинтеграции:

[Цитата Джона Захмана была спроецирована на экран]

Если части (системы) предприятия не спроектированы так, чтобы «интегрироваться» в контекст целого (предприятия), то они будут ДЕЗ-интегрированы, то есть не будут «соответствовать» друг другу. Однако это не так очевидно в системах, потому что системы сами по себе являются «невидимыми» и могут быть успешно имплементированы, встроены в существующий ручной и/или автоматизированный набор работающих систем предприятия. Системы воспринимаются как невидимые, но физически они не работают вместе как единое предприятие. Это прерывающиеся, непоследовательные, дорогостоящие в обслуживании и «взаимодействии» (после фактической попытки постинтеграции) системы, которые очень трудно перестроить. Дезинтеграция болезненно очевидна для предприятия в оперативном плане, поскольку системы, вроде бы «невидимые» и успешно работающие в асинхронном режиме, являются не менее конкретными, чем металлические или деревянные части промышленных изделий, которые «не сочетаются» друг с другом.

Джон Захман [67]

Нельзя не согласиться с Джоном, и теперь мы видим решение этой проблемы и понимаем, в каких проектах его можно применить. Однако это не делает нас лучшими архитекторами — слишком много времени и усилий нам потребовалось для разработки этого решения. Что касается дезинтеграции, то на каждом предприятии есть как системы, разработанные когда-то давно собственными силами, так и системы от поставщиков. Оба типа систем довольно сложно изменить и интегрировать. Кроме того, во многих организациях широко распространены теневые системы, разработанные бизнесом без участия департамента информационных технологий, и большинство этих систем просто отключены от предприятия. Несмотря на многочисленные попытки взять под контроль теневые системы, ИТ-департаменты не могут справиться даже с Microsoft Excel, который по-прежнему остается одним из наиболее востребованных инструментов работы на многих предприятиях.

Второй урок, который мы получили от Джона Захмана, посвящен тому, как вообще формируются предприятия:

[Цитата Джона Захмана была спроецирована на экран]

Современные предприятия (по состоянию на 2015) никогда не проектировались. Они возникают… постепенно… в процессе своего развития, когда предприятие увеличивается в размерах и требуется формализация… «систем» — ручных и/или автоматизированных.

Джон Захман [66]

Захман сказал, что предприятия возникают постепенно. Я бы добавил, что они возникают в результате огромного количества краткосрочных итераций — того, что мы сейчас называем Agile. Говоря простым языком, в разных отделах компании происходит мышиная возня: люди автоматизируют свои задачи, разрабатывают приложения. В результате этого возникает предприятие, которое представляет собой нагромождение различных цифровых, или софтверных, если хотите, конструкций.

Давайте повернемся лицом к реальности! Цифровая карта делового мира состоит из никем не спланированных и никем не спроектированных правительственных, коммерческих и социальных предприятий, которые… волшебным образом возникли сами по себе. [Горько смеется] Точно так же, как карта реального мира в основном состоит из городов, которых не планировали и не проектировали. Это то, что архитекторы городов называют существующей, или застроенной средой.

Архитектор Н. Дж. Хабракен, который демонстрирует необычайную работоспособность и склонность к созданию развернутых и неразвернутых метафор и написал лучшую, на мой взгляд, книгу о застроенных средах, считает, что они — как и требования вашей любимой налоговой службы, я бы добавил — «живут своей собственной жизнью, растут, обновляются и существуют тысячелетиями». Хабракен подчеркивает роль людей в формировании застроенных сред:

[Цитата Н. Дж. Хабракена была спроецирована на экран]

Застроенная среда включает в себя не только физические формы — здания, улицы и инфраструктуру, — но и людей, пользующихся ими. Если застроенная среда — это организм, то благодаря вмешательству человека он наполняется жизнью и присущим только этому месту духом. Пока люди активно вовлечены и находят данную застроенную среду достойной обновления, преображения и расширения, она продолжает существовать. Когда же люди уходят, среда умирает и разрушается, погружаясь обратно в землю под действием неотвратимой силы тяжести.

Джон Хабракен [19]

Хабракен объясняет крайне медленные темпы развития застроенных сред тем, что люди воспринимают их как данность:

[Цитата Н. Дж. Хабракена была спроецирована на экран]

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 300
печатная A5
от 588