электронная
480
печатная A5
463
18+
Тома

Бесплатный фрагмент - Тома

Объем:
82 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4498-6875-6
электронная
от 480
печатная A5
от 463

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Тома. Томочка. Тамара

Роман

Глава 1. Знакомство

Время подошло. Пора. Пора выбегать, до работы добраться на общественном транспорте — почти час с учетом пробок. Ох уж эти мне пробки! Не забыть купить по дороге батарейку для плеера. В шуме многочисленных моторов, и тем более в звуковой луже блатняка ехать совершенно не тянет. Магазин еще закрыт. Так, заряда хватит еще на день, наверное. Будем надеяться.

Выбегаю из подъезда, направляюсь за угол, на остановку. Повезло, подошла почти сразу, и места еще есть. Так как мне ехать не просто далеко, а вообще до конечной (то есть трястись в этом «гороховом стручке» до талого), то устраиваюсь в самый конец салона — камчатнее некуда. Включаю плеер, закрываю глаза. Пейзаж городских улиц симпатичен, но приелся за каждодневную езду туда-сюда, и уже не впечатляет.

Чуть не уснула, так хорошо расслабилась, и тут кто-то плотно прижал, подсели пассажиры. Ах да, едем же через центр, уехать надо всем. Добро, конечно, я пододвинусь.

…И снова музыка. Уже сменились одни треки другими, прошел альбом томных покачиваний Цезарии Эворы, наступило время более энергичного Yoav. Нравится позитивная, энергетическая, но без откровенной агрессии, музыка — будоражит так приятно.

Чувствую касание чьей-то руки, кто-то что-то хочет спросить, и убеждается, что я в танке наушников. Вынимаю один наушник, вопрос во взгляде.

— Время не подскажете?

Оказывается, ко мне подсела девушка. Голос такой бархатный, приятный. За секунду пробежав по лицу, и ниже, я отметила ее внешность на «отлично». Не отвечая, достаю телефон, подсвечиваю время, показываю ей.

— Спасибо! — улыбается.

Что это? Взгляд странным образом колко-игривый. Что-то со мной не так? У меня что, на лбу что-то написано? Ах, да, кольца на больших, брелок на телефоне запалила с шестицветным флажком, пока время показывала.

Она, что, из «темы»? …Хм. Забавно. Но наверное, не более, чем… Нет. Да ладно, нормально все, проехали.

Но плечом и бедром чувствую ее тело. Как будто в сознании появляется назойливый комар, притягивающий невольно к ней мое внимание. Замечаю краем глаза, что смотрит в мою сторону. Эй! Да не просто в мою сторону, а на меня! Делаю внутренний выдох, настраиваю гримасу, поворачиваюсь к ней.

— Что это вы меня, девушка, так пристально разглядываете? — улыбаюсь.

— Простите, девушка — (немного смущенно), — но, мне кажется, мы знакомы. Или мне кажется. Кого-то Вы мне напоминаете, — прямо в глаза говорит. Да не просто смотрит, бестия, а гарпуны в мои выстреливает!

В горле вдруг из ниоткуда вырастает сухой ком. Отвожу глаза. Нет, она ошибается.

Эх, я с такой барышней, не особо раздумывая, крутанула бы «чертово колесо»!

(Нельзя прерывать зрительный контакт! Повернись! Давай!!)

Снова попадаю под артобстрел ее глаз.

— Нет, скорее всего мы с вами не знакомы. У меня хорошая память. Уж такую девушку, как Вы, я бы не забыла! — улыбаюсь, осмелев вдруг ни с того ни с сего, и вызывающе приподнимаю подбородок в ее сторону.

(Боже! Что я говорю! Ну и наглая же я!). Уши краснеют мгновенно, хорошо, что они под шапкой, вроде не заметно должно быть.

Кто-то из пассажиров оборачивается, окидывает любопытным взглядом, и видя двух девушек, слегка ступорит, и в недоумении отворачивается.

— Вау! — ее улыбка обнажает ровные белые зубы. Мои руки хватаются за чехол кресла, и пальцы предательски нервничают. Черт, откуда во мне за несколько секунд столько иголок?! Ну-ка, спокойнее, не волнуйся, дорогая!

— Кхм! Сара. — протягиваю руку.

— Тома — она не пожимает, а просто в ответ берет мою руку в свою.

— Куда едешь, Сара? Можно на ты?

— С утра планы были поработать. В каком-то смысле я человек подневольный. А ты?

— А я в сервис, машину забирать. Звонили, сделали уже. На ремонте у меня машинка стояла.

— Ух ты! — вздыхаю, — а я всю жизнь на автобусах да на трамвайчиках.

Смеемся. Ей понятно и легко. Легко и понятно.

— Мне нравятся девушки за рулем, они производят впечатление независимых и самодостаточных людей.

Опять смеется: — Ну, есть немного. Хотя и проблем тоже хватает. А вообще, я согласна, Сар, наличие авто в разы облегчает жизнь.

…Пауза. Плеер у меня уже трека четыре проиграл. Как никогда, чувствую эту затягивающуюся паузу всем нутром. Секунды, одна за другой, бухают молотом внутри.

— А где твоя работа находится? Что за работа? — бросает спасательный круг новая знакомая.

— В Университетском. Музыкант я — улыбаюсь. Учу детей играть на гитаре.

— Ммм! Здорово как! — протягивает удивленно, но удовлетворительно Тома.

— А у меня бизнес небольшой. Совсем небольшой. Малый называется. Поставка стройматериалов, — и через паузу добавила — на деньги от развода с бывшим мужем. Два года как развелась.

— Ух ты! Какие подробности! — не удержалась я, почувствовав неловкость от того, что на меня вдруг ни с того ни с сего вывалили информацию, в которой особо не нуждалась.

И как-то стало неуютно и тесно в маршрутке. И невзначай с тоской уставилась в окно, за которым уже проплывал мост, и Ангара под ним.

— Ох! Извини. Я действительно как-то разошлась — спохватилась Тома, виновато покосившись на меня, как будто уловив изменение в настроении, и сгустившимся напряжении, появившимся вдруг в воздухе вокруг нас. И тут же рассмеялась.

— Слушай, с тобой так легко общаться, я даже не заметила, как начала болтать все подряд. Наверное, я — та самая находка для шпиона!

— Да ничего страшного, Тома, — покачала я головой в ответ, и улыбнулась.

Наушники пытались мысленно проситься обратно на свои рабочие места, но сегодня странно приятный день, не их день. И такая неожиданно приятная поездка, кто бы мог представить! Жаль, что скоро все закончится, и каждая из нас выйдет, и пойдет своей дорогой.

Хотя… Может она осмелится и попросит мой телефон? Я сразу дам, не раздумывая. Да, она мне нравится, пожалуй, да. Я бы хотела встретиться еще с этой девушкой. А если не попросит? Интересно, когда она выходить будет? А может она ждет, что я спрошу ее номер? Черт! Не накручиваю ли я лишнего сейчас?!. Нервы. Но ведь я не смогу сейчас проговорить свою просьбу, я ведь Та еще трусиха! Нет, не смогу, язык не повернется! Эх!

Но… Ведь это она со мной первая заговорила, а не я. По идее, кто вызвался вести в танце, тот до конца и ведет. Сколько я молчу? Уже вечность паузы прошла.

— Скоро уже моя остановка — прервала мой мыслепад Тамара, моя нечаянная незнакомка, — надеюсь, сильно переплачивать не придется, и все будет в лучшем виде.

— И снова будешь на своих колесах! — подбодрила ее я, взгрустнув про себя. И отводя глаза от ее груди к рукам, и выбросив взгляд в окно, как будто равнодушно небрежно спросила ее: а какая у тебя машина, ну, я имею в виду, марка?

— Хонда, CR-V. Рабочая лошадка, довольно экономичная. Хотя всегда моей страстью был BMW, дерзкий и красивый агрессор. Только не накопила пока, не заработала я на него — рассмеялась легко и красиво она, и, положив свою руку на мою, заглянула вдруг в мои глаза. Казалось, в эту секунду пролетела вечность.

— Но я верю, что мечты сбываются! — глубоким бархатным голосом добавила она, улыбаясь.

— Будьте добры, на остановке, пожалуйста! — опередила ее женщина с сумками и пакетами, сидящая впереди.

— Ну, вот. Не пришлось даже горланить на весь салон — усмехнулась Тома, потянулась в правый карман обтягивающих джинс за мелочью, при этом наклонилась ко мне настолько вплотную, что я отчетливо почувствовала запах шампуня, которым она сегодня утром вымыла свои волосы. И этот запах смешался с ароматом ее туалетной воды, легкий древесный вперемежку с травяным и чуть цитрусовым. Надо же! Мне тоже такие запахи по душе, где композиция близка к мужской линии ароматов, но без тяжелой перечной приправы.

…Подъезжаем к остановке. Маршрутка тормозит, я тоже. Наблюдаю за всем происходящим, как при замедленной съемке. Она протискивается к выходу, оборачивается ко мне, говорит прощальную бодрячковую фразу: «Приятно было познакомиться, поболтать, Сара!». И под присвист неровно взволнованных парней, делает отмашку под воображаемый козырек, вышагивает из маршрутки, захлопывает дверцу, отряхивает-одергивает куртку, поднимает воротник, и, не оборачиваясь, удаляется прочь.

…Вот и всё.

Она наверное ждала от меня, что я…

…А может и не ждала? Даже не намекнула. И сама ничего не оставила, ни одного контакта. Это в наш-то современный век развитых технологий с их сотовой и другими связями?

Наверное, она — актриса, и все, что она говорила — не правда, а сейчас она просто отрабатывала роль лихой и бравурной девицы, которая смотрит на жизнь поверх серых спин и понурых голов?

А может в очередной раз она просто проверяла на мне свою неотразимость и обаяние?

Ступор.

…Мне выходить аж через семь остановок. Есть время зависнуть в своих мыслях.

И каждую секунду я удаляюсь от нее все дальше и дальше. А тело помнит тепло ее бедер, они были рядом, вплотную, еще совсем недавно, еще так ошеломляюще близко…

И ее взгляд, и голос запомнится мне надолго. А если пропустить мысленно назад пленку этого события, и попытаться найти момент, когда можно было бы совершить безумный прыжок навстречу вызывающим глазам?

…И снова нет, нет, нет …Если бы только не эти люди в маршрутке, якобы равнодушные, но не менее угрюмые надзиратели, хватающие малейшую возможность посудачить об увиденном и услышанном. Сухие осуждающие колючие взгляды пожилых женщин, брезгливо вздернутые подбородки семейных пар с детьми, жадно липкие масляные взгляды реальных пацанов, пропитанные похотью. Все эти невольные свидетели произошедшего маленького чуда, столкновения в пространстве двух планет, очевидцы нашего спонтанного знакомства и откровенного диалога в тесном мирке маршрутного такси — держат на прицеле каждое мое движение. …Нет, нет.

Такова жизнь. Я бы ничего не смогла успеть законтактировать, или выскочить вслед за ней на той же остановке. Безумство? Могу ли я решиться в этой жизни на безумство?

А почему вдруг я стала такой же угрюмой, и считаю такой шаг — безумством??

А вдруг это было бы ни к чему, и мой срыв, наоборот, только бы все испортил?

Да уж. Одни вопросы теперь. Теперь все. Теперь ничего не поделаешь. «Осталось только охать, — я так тебя люблю» …Тьфу ты! Что за пошлятина в голову Апинская вдруг залезла?! Ладно, успокойся, Сара. Бывает и так.

Делаем крюк, огибая все по пути остановки, собирая по ходу все светофоры. Вот и конечная. Можно не торопиться, все равно самой последней (дурой) выбираться из маршрутного «стручка».

— Пожалуйста, возьмите — протягиваю деньги за проезд, а водитель ухмыляется.

Блин, мужик, ну вот обязательно пытаться даже мысленно клеить на меня свою дурно пахнущую похотливую фантазию? Чего ухмыляемся?! Даже настроение вмиг испортил. Дурак.

Поправляю воротник, затыкаюсь наушниками, забрасываю за спину сумку, шагаю…

Работа, работа, пойди на Федота…

Кто-то где-то отчаянно сигналит. Какие все с утра нервные.

И по пешеходке носятся с горы, и особенно в гору машины летят, как ужаленные, того и гляди, собьют. Надо быть внимательной и переходить дорогу аккуратно, но решительно.

Хвать за рукав! Господи! Сердце в пятки. Что такое?? Оборачиваюсь.

Она.

…Запыхавшимся голосом, смущенно улыбаясь: долго едешь, я уже успела срезать и догнать тебя.

Улыбается. А я не верю своим глазам. … И тоже улыбаюсь…

— Ну… Привет!))

— Привет!)) …Тома))

25 мая 2013г

Глава 2. Первое свидание

Давненько я не задумывалась над тем, что надеть. … Стою перед зеркалом и придирчиво рассматриваю свой прикид. Нет, не то. Слишком строго. Может что-то полегче: блузку? Какую? Романтичных нет уже лет пятнадцать в моём гардеробе, — всё рубахи да рубашки. Футболки!.. А возраст между прочим уже не девчоночий. Пора менять набор вещей на выход. Чёрт! Целая проблема — выйти на первое свидание! Показ товара лицом. Так.. я себя продавать что ли собираюсь?! Нет. Но — по одёжке встречают. Встречают… с другой стороны, мне всегда хотелось, чтобы человек видел меня такой, какая я есть, естественной.

Да уж. Глядя в зеркало на мою естественность, невольно думаешь о том, насколько я запустила себя. Придётся лезть в гардероб сестры, особы более утончённой, и взять пару вещей напрокат. Одолжит, никуда не денется. Я аккуратная!..

Вот, как-то так — ни нашим, ни вашим.

Элегантно, но не по-вечернему, с намёком на вкус и какой-то даже стиль, (хм.. какой?..) — и не броско.

…Псих разбирает, — это ведь не я. Не совсем я...!.. А что потом? При первой встрече она подумает, что я хожу так всегда. И я буду вынуждена ходить так всегда? Ладно, об этом потом подумаю. Некогда уже, пора выходить. Гардероб гардеробом, прикид — прикидом, но никогда в жизни я не позволяла себе опаздывать на встречу. Лучше немного подождать самой, чем заставлять ждать себя.

Интересно, как показывает тебя зеркало, когда перед важной встречей ты смотришь на себя как бы со стороны… и вердикт неутешителен: ужас. Тихий. Редко когда ты остаешься, действительно, доволен.

Так, сколько на часах? Успеваю. А может цветы купить? Какие? Я не знаю, какие ей нравятся, если нравятся вообще.. (если честно, то я не верю в женские выпады о том, что, дескать, кто-то не любит цветы, безразличен к ним… Обижен может быть где-то глубоко, ущемлен суровостью детства, возможно.. но посмотрите, цветы — они же такие нежные, хрупкие! Это высшее произведение тонкого искусства природы, которое создано всего лишь для любования!).

Начни думать какую-нибудь мысль — и в такие дебри тут же умчишь!

Что с цветами-то? Не знаю, какие нравятся, не знаю — нравятся ли.. Черт! Нервничать начинаю и откровенно мандражировать.

А если она тоже придет с цветами? Ха! Что-то я как-то не подумала.. Я ж тоже женщина вроде)) хех! И будем обе с букетами наперевес, не зная, куда их деть. Наверное, рано пока о букетах.

Хоспади, да что ж так трясет-то?! Пока до назначенного места встречи не дошла, покурить где-нибудь за углом что ли — заодно успокоюсь. Витрина филармонии отражает мой силуэт, проецируя свои афиши о грядущих гастрольных и местных выступлениях. Прохожие, наверно думают, что я интересуюсь ансамблем песни и пляски, а я пытаюсь себе в отражении витрины понравиться. Настроения не поднимает серая мешанина грязи на улицах. Все-таки конец зимы, но еще холодно, и люди одеваются по-зимнему тепло.

К месту встречи, как на заветную поляну или на эшафот… Вот сразу два противоположных ощущения внутри, вот они-то своей противоположностью и вызывают тошноту и слабость в суставах. Иди уже! Давай, давай, страус! Пошёл!!

Я уже на месте. Дедушко Ульянов-Ленин тоже. Ее нет. Стоять у памятника, как тот…, еще вон тот…, а вокруг на лавочках разношерстные пары и стайки подростков… и чего им в кафешках-то не сидится?! Лето что ли? Высыпали, как по заказу. Кажется, что наблюдают, но на самом деле только я накручиваю себя. Никому нет дела до девушки в пуховике и вязаной шапочке, оглядывающейся по сторонам, и в телефон.

Веселая мысль: «Прикольно будет посмотреть на их вытянутые лица, когда ко мне подойдет не парень, а девушка!». Пять минут прошло от назначенного времени. Чё-т нервы начинают перегорать потихоньку. Может отойти за угол, покурить пока? Телефон молчит, значит еще не на горизонте. Надеюсь. Как под обстрелом тут стоять тяжело. Ладно, отойду, покурю.

Прошла десять шагов, и застает врасплох ее оклик:

— Сара!

— Ох! Привет!

— А я подумала, что ты уже уходишь. Ты говорила, что пунктуальна, я помню) Прости, что опоздала, — я просто искала, где припарковаться, а телефон предательски сел не вовремя.

Она пришла. Пришла! Она здесь! Ю-Ху!!! И как-то в этот момент совершенно стало всё равно, смотрит ли кто-то на нас, и что он при этом видит. Всё ра вно!)

А я стою, смущаюсь и радуюсь как ребенок. А она в расстегнутой курточке, в кофточке, и трикотажной шапочке. И замечаю, как просто одета она, и как вся такая из себя — выгляжу там под пуховиком — я. «И что, собственно, убивалась по поводу — что надеть?» — ругнулась про себя.

— Прогуляемся? — улыбается Тома.

…И вот позади уже верхняя набережная, остров Юности, бульвар Гагарина, — идем мимо старых домов центральных улиц. Кажется, это улица 5-й Армии.

— Может зайдем в кафе? Ты не замерзла? — предлагает она. Сегодня теплый день, ближе к вечеру так и вовсе растопил крыши до капели.

— Нет, не хочется. И к тому же я не голодна.

— А я бы слона съела — вздыхает Тома

— Ох! Извини! Конечно же, пойдем, перекусишь.

Блин, чё-т неловко от мысли, что буду сидеть и смотреть, как она ест. А ей, наверное, неловко тоже. Не хочу, чтобы она пыталась и меня накормить за свой счет только, чтобы не чувствовать неловкость, а она всё равно останется, потому что я жутко самолюбивый индивид — не люблю зависеть от кого-то. Это как будто подтверждение твоей слабости и беспомощности. Лучше и за себя и за кого-то платить, чем чувствовать себя содержанкой. Эка меня унесло-то! Мне еще даже не предлагали ничего, а я уже накрутила хвостов! Всё-таки женщинам вредно много думать!))

Просто как представлю, что будем сидеть напротив друг друга, и неловко молчать, или булькать дежурными фразами. … Нет. Только не так.

— Сара, что случилось? Переживаешь, что компанию не составишь?

— А что, по мне так это заметно?

— Да не проблема! Я сейчас хот-дог вон куплю, и можем дальше идти. Я уже давно привыкла на ходу закусывать.

— А на ходу вроде вредно…

Вместо ответа Тома просверлила меня своими весёлыми глазами, и, тряхнув челкой, рассмеялась.

— Проявление заботы о ближнем — это приятно!, — и обняв мои плечи, берет меня под локоток. У меня в этот миг ёкнуло внутри что-то. На секунду застыв, иду дальше, стараясь идти вровень с её шагом. А внутри тикает: «Теперь не отпускай!».

Боюсь смотреть в её глаза — обволакивающие, тёмные, и пронзительно красивые. Странно, что женщины упорно думают, что макияж в любом случае украсит, усилит, преобразит. Есть те, которым макияж не нужен совершенно, когда природа наградила мягким оттенком смуглой кожи, натуральной чернотой бровей и ресниц. Вот она, идет рядом — та самая, которой не нужен никакой приукрашатель. А я боюсь лишний раз даже взглянуть в ее сторону — настолько она захватывает дух. И как хорошо, что Тома просто идет вот так, рядом, о чём-то говорит, смеётся. В этих ее рассказах: о том, как пролетел день, какие казусы и забавные ситуации случились с ней — есть умиротворяющее тепло.

Но теплее всего мне от того, что она идет рядом, взяв меня за руку, говорит, и я слушаю ее голос — такой мягкий, бархатный, нежный, и чувствую тепло ее руки сквозь рукав куртки.

Пусть бы этот, уже потеплевший к концу зимы закат, длился чуть дольше…

На самом деле — не важно: закат, лунная ночь, рассвет — лишь бы длилось…

Сколько было ненужных переживаний по поводу того, о чем мы будем говорить, есть ли общие интересы. А общение происходит на такой лёгкой волне, что появляется ощущение, будто так было всегда. Так легко и приятно с ней идти, и неважно, о чем говорить. Даже просто идти и молчать. Держась за руки.

— Скоро домой. Машину в гараж, собаку выгулять, еще заявки, бумаги посмотреть, — вздыхает Тома, — давай, я подвезу тебя домой? Ты не против?

— Да, можно, — говорю я, а сама сжимаюсь внутри себя в маленький комок грусти, вечер всё-таки неизбежно закончился, и в то же время комок внутри пульсирует жаром, от того, что я еще немного побуду с ней.

Вот это я понимаю, удовольствие, когда видишь классное вождение! Создается впечатление, что габариты авто она ощущает просто до миллиметра и просто кожей! Про себя ахаю, а в глазах — спрятанный щенячий восторг! Аккуратная и мастерская езда без лишних телодвижений, без ненужных подрезаний, но с явным намёком на превосходство на дороге. И понимаешь, что несмотря на пристёгнутый ремень безопасности, с таким водителем можно расслабиться и выдохнуть.

Путь недалёк. Уже подъезжаем к моему дому.

— Вот где ты живешь! — протягивает, ухмыляясь, Тома, оглядываясь на меня в очередной раз, а я, онемевшая от ее глаз, — не могу поднять свои выше ее рук, скользящих по окружности руля.

И только в последний момент, когда нужно сказать напоследок какие-то дежурные любезности, я, судорожно глотая воздух, снова попадаю в капкан ее прицельного взгляда.

Боже мой, какие глаза! Мне страшно. Нутро сжимается, превратившись в испуганного зайчонка, и срочно ищет спасительный выход. А если я влюблюсь в нее? По-настоящему, наповал, раз и навсегда? …Какой ужас. Это может обернуться катастрофой, ведь социальные статусы у нас на разных уровнях… кажется уже поздно я об этом подумала. Всё. Попала.

— Вот и приехали — тихо и нежно движутся ее губы… Я только сейчас заметила, что она слегка картавит, так мило. И тут рукой она касается моей руки. Ток! Разряд! Еще!!

Вот тут даже щеки вспыхивают, и бесполезно прятать смущение за ширмой лёгкости. Ширма разлетается в щепки. В ответ касаюсь ее руки, провожу кончиками пальцев по ней, чтобы запомнить эту руку.

— Пока, Тома. Было чертовски приятно провести с тобой этот вечер.

— До встречи?

— До встречи.

Но она не торопится отпускать мою руку, а я не тороплюсь открывать дверь машины.

— Я позвоню вечером? Можно?

— Да, конечно!))

— Кстати, классно водишь машину, Том!

— Том!)) — прыснула вдруг она, — Ну, как никак 13 лет за рулем.

Да ладно?! Выглядит она совсем девчонкой, маленькой и изящной, лет 25 дашь от силы.

— Не веришь? Хочешь, права покажу? Они уже обменянные. Правда, у меня там волосы другие.

Протягивает свои права. Я смотрю на маленький квадратик. Она. Но немного другая. А всё равно такая милая и… и уже родная. Волосы там ниже плеч, и цвета красного дерева. А сейчас передо мной сидит коротко стриженый блонд. По-моему, ей так больше идет. А может просто первое впечатление создаёт образ, который для тебя становится оригинальным, а все остальные — прошлые и будущие — лишь копиями.

Возвращаю права в тепло её руки. Улыбаюсь. Выхожу. Захлопываю дверцу.

Она сидит вполоборота и наблюдает за мной. Достаю ключи, пикает подъездная дверь. Еще одна улыбка вслед, еще один добрый глоток ее горячего взгляда, и… дверь захлопывается.

Я стою за ней в темноте и тишине, и слышу звук мерно гудящего двигателя ее машины. И слышу гулкий стук сердца о собственные рёбра. Она стоит. Почему она не уезжает?

Улыбаюсь, слушая успокаивающий, ровный гул мотора — она здесь. Спустя три минуты мотор всё же вскипает, и шины шуршат прочь от дома, тихо, аккуратно. Уехала. Если бы она знала, где я живу, куда выходят мои окна, то заметила бы, что они еще темны. Хотя, конечно, она не в курсе, может я из тех дамочек со странностями, которые шарахаются какое-то время в темноте по дому, или сидят на корточках у стены, перебирая в мыслях вехи прожитого дня…

Наверх, легко и плавно, обнимая перила, одно за другим «па» на ступенях лестничных пролётов. И тут смс! В безмолвном подъезде телефон звучит так громко, что последняя запечатленная поза совершенно не соответствует танцевальной. Слепит экран, с резью в глазах и стучащим сердцем читаю, и снова несёт куда-то вверх!: «Спасибо за замечательный вечер. С тобой классно!»

Следом вторая смс: «Когда увидимся в следующий раз?»

Да хоть завтра! Да хоть сейчас! — мысленно ликую я, но — ах да, мы же только что расстались. Надо успеть соскучиться и всё такое… Так я уже…

…Мне было с тобой классно. Мне было классно… С тобой… ААааа!!!

— Мне тоже, Тома! Мне тоже!

И шлю ответ, по-кошачьи осторожный: «И мне тоже вечер показался мал))».

Глава 3. Весна идёт! Весне дорогу!

Лёгкие ботинки пришли на смену меховым, а куртки и пальто — уже на вешалках прихожей, вместо шуб и пуховиков. На центральных и не очень улицах — волнение и суета. В салонах цветов — движение. И прямо с машин уже идёт бойкая торговля свежими молоденькими тюльпанчиками. И теперь понятно нам — это (хором) праздник наших мам!

Намедни я на своей работе отвела небольшой поздравительный концерт для посещающих вокально-эстрадную студию с громким названием «Astra», и толком не успела сгонять пробежаться за подарками для своих прекраснополых созданий. Цветы куплены, а вот что касается подарков — ну не умею я их выбирать, не умею. А может и не научили. Но углубляться не будем. Бог с ним. Денег ни в детстве, ни в студенчестве в руках не водилось, так и не научилась я стОящие подарки выбирать. В общем, набрала какой-то ерунды; полотенца, шейные платки, кухонная утварь… Есть вещи универсальные, которые женщины примут, а есть места, в которые без ее ведома лучше не соваться: косметика, парфюмерия, аксессуары, бижутерия. Это пусть дама выбирает сама.. Сейчас хоть с сертификатами выдохнуть можно.

И вот, позвонив всем, написав и ответив на поздравления и пожелания, я вместе со стрелкой часов иду на подъём, к тому времени, когда появится на горизонте она. Позвонит, а потом приедет. Мы как-то с самого начала с ней договорились, почти негласно и единогласно, что я не звоню, так как она всё время занята, и у неё бывают окна, когда она освобождается, но их заранее не предугадаешь. Да и тариф на телефоне у нее какой-то там удобный — со мной можно безлимитно общаться. Поэтому звонит всегда она, а я пишу. Пишу и жду звонка.

За те две недели, что мы знакомы с ней, мы уже встречаемся каждый день. Не почти каждый, а просто — каждый день. И я дождаться не могу следующего дня, когда снова ее увижу. Сейчас можно было бы, (и самое место) удариться в махровую романтику, и расписать, какие красивые закаты мы встречали, по каким улочкам гуляли под луной. Но не до прогулок ей… да и мне, чего там говорить, — тоже за день уработаешься, и поясница и ноги ноют. Просто она приезжает каждый вечер ко мне домой, вызывает на улицу, и мы болтаем о прошедшем дне, прямо сидя в машине. Нормально, тем более пока по вечерам холодновато гулять. Раз «в пятилетку», точнее — в пятидневку, мы всё-таки выезжаем за город, и бродим где-нибудь, дышим свежим воздухом, или любуемся с какой-нибудь горушки видом на город.

Иногда Тома привозит с собой чего-нибудь вкусненького к чаю, и на моей крохотной кухоньке наступает время долгожданного тёплого чаепития, с объятьями и поцелуями.

А в первый раз мы поцеловались неделю назад. Получается — всего неделя после знакомства. Но как это было давно.. Так странно. Семь дней смс, звонков и последующих встреч… всего семь дней понадобилось Богу, чтобы сотворить мир. « …И увидел Бог, что это хорошо…»

В памяти навсегда останется тот вечер, когда я впервые почувствовала её губы, такая несмелая и закомплексованная поначалу. Тома заехала за мной, и с довольным видом кота, наевшегося сметаны, покатила без объяснений. Заехали в ближайший перелесок на речке Ушаковке. Речка где-то далеко и тихо, едва различимо журчит где-то местами. А небо уже такое черное, и звёзды высыпали на морозец. Луну не помню, но про себя я еще отметила, что джентельменский романтический набор был почти флеш-рояльным.

А мы оставили машину на дорожке, и пошли гулять по белым, не затоптанным, тропинкам. Вокруг ни души. Такой небольшой лесной оазис — посреди шумного и грязного города. А здесь этого гула даже не слышно, — слышно как снег под ногами скрипит.

— Ты знаешь какие-нибудь созвездия?

— Да. Большая Медведица — вон, Малая — вот так вот ковшичек спускается. А еще созвездие Ориона. Оно мне напоминает ракету на детской площадке. Созвездие Андромеды еще — вон какие яркие звёзды.

— А созвездие Скорпиона знаешь, где? Ты ведь Скорпион — должна знать — хитро улыбается Тома.

— Тогда покажи мне созвездие Стрельца, ты просто обязана его знать — парирую я в ответ. Смеётся.

— А еще у меня свое собственное созвездие есть, — говорю, — я не знаю, что это за созвездие, может оно и не одно, а целых два, и, конечно, там, на звёздных картах оно или они — имеют свои какие-то официальные названия. Но я не смотрю в карту. Я его увидела, придумала и открыла, — еще в детстве. Это мой бегущий конь, как будто несётся галопом по небу — видишь? Иногда оно мне видится, как раскрытая толстая книга.

— Ага, вижу. Похоже! И на книгу, и на коня похоже. Здорово.

Стоит, задрав голову, разглядывает. А я стою, и смотрю на нее. Уже так темно, что лица почти не разглядеть. Вдруг она покачнулась, оступилась на скользкой колее, и я ухватилась за неё, чтобы удержать от падения. А потом всё произошло быстро, но каждая секунда, медленно отстукивая, проплывала сквозь весь этот космос, который мы безуспешно постигали.

Ее руки ответно обняли мою талию. Её глаза сцепились с моими. Её губы нашли мои — очень метко и хватко. И в морозном вечере их обдало таким жаром, что захватило дух. Несколько мгновений призывного захвата, и… пробки мои вылетают.

Знакомо чувство, когда так происходит? Когда ты перегорал, кипя на старте, ожидая взмаха флажка. И вот!

Господа! Тушите свет!

Что чувствуешь ты, когда целуешь человека, в которого влюблён? Серия взрывов внутри от каждого прикосновения губ, горячность дыхания галопирует пульсом по телу, даже лёгкое прикосновение пальцев вызывает ковровые бомбардировки внутри! А живот стонет и кричит от удовольствия! Обоюдное на равных смятение душ и тел. Вот что я ощущала, когда мы просто поцеловались, наконец-то.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 480
печатная A5
от 463