Бесплатный фрагмент - Темная свеча

«Темная свеча»
Глава 1

Выходной день, конец февраля. Восьмиклассник Ваня сидел за столом, обложив себя учебниками. Решал задачу по геометрии.

— Так, — рассуждал Ваня, — дан прямоугольный треугольник, один катет равен трем, найдите тангенс угла А, если…

С геометрией у него было трудно. Сколько он ни учил, сколько он ни занимался с учителем — все без толку.

— Ну и тьфу на эту геометрию! Можно подумать, нужна очень! — бросил он ручку и откинулся на спинку стула. — Пусть катятся все эти треугольники и катеты в большую такую окружность, вместе со всеми этими синусами. Что я, круг от квадрата не смогу отличить?

Сразу после этих слов послышался стук в дверь. Ваня ждал его и знал, кто стучал. Открыв дверь, он в этом убедился. Это его друг — Паша — парень из соседнего дома. Они еще и учились в одном классе.

— Ну ты идешь, нас же Вика к себе домой звала, забыл, что ли? — обстукивая от снега старые ботинки и потирая замерзший нос рукавом пуховика, спросил Паша.

— Да я, Паш, еще геометрию не доделал.

— Ой, брось ты, все равно ж в ней ни черта не понимаешь.

— Сам-то будто вундеркинд, — саркастично ответил Ваня, — жди, сейчас выйду.

Ребята шли по улице, прищуриваясь, как это обычно бывает зимой в ясную погоду. Они проходили мимо их любимой вишни, от которой остались только грубые спиленные сучки. Ее спилили прошлой зимой, мешала убирать снег. Мальчишкам было грустно: летом они часто сидели в тени деревца, частенько постреливая косточками сочных плодов. Ее посадила бабушка Вани, баба Лида, еще давным-давно. И за все это время вишня никому не мешала, а вот дворнику составила хлопот. С тех пор ребята с ним даже не здороваются.

— Что-то давно не видно дворника нашего, Степаныча, — не сводил глаз с вишни Паша, — ты не видал его?

— Не-а, — мотнул головой Ваня, — может он «того» уже?

Паша не ответил. По дороге они разбили пару снеговиков, покидались снежками и, наконец-таки, дошли до дома Вики и, поднявшись на третий этаж, постучали в массивную дверь. Дожидаясь ответа, ребята оттряхивались от снега. Где его только не было: за шиворотом, в ботинках, на штанах. Ваня стянул с себя шапку и бил ей о колено.

— Ну вот, промочил, — говорил он сам себе.

— У Вики просушишь, — ответил ему друг, высыпая снег из ботинка.

Вместе с его словами ручка двери щелкнула и, чуть скрипнув, открылась.

— Проходите скорее, — кротко шепнула Вика.

Ребята скорее прошли в квартиру.

Сбросив с себя обувь и пуховики, они прошли в комнату, в то время как Вика уложила промокшую одежду на батарею. В ее комнате всегда было светло и прибрано. Кровать всегда заправлена, все книги аккуратно поставлены на полку, на столе порядок. И в школе Вика прилежно училась, на одни пятерки, все учителя ее любили. Ваня с Пашей восхищались этим и в тайне ей завидовали. Она часто помогала им подтянуть знания. Но сегодня мальчишки пришли не за учебой: Вике (за хорошие отметки, конечно же) родители совсем недавно купили новую игровую приставку на Новый год. А кому же еще, как не близким друзьям опробовать игровые новинки на новом мощном девайсе. Всем троим ребятам нравились ужастики, и эта игра как раз соответствовала их интересам.

Глава 2

— Да что ты будешь делать! — возмущенно прыснул Паша. — Опять продул.

На экране появилась надпись — «Игра окончена».

— Я же говорила тебе, — сказала Вика, — по левому коридору надо было идти.

Паша зажмурился, отвернулся и посмотрел в окно. За ним, на фоне занесенных снегом домов и машин, кружились снежинки, мягко оседая на оконную раму. Рядом, опершись на шкаф, стоял забытый Ваня и листал книгу. Он всегда был далек от новомодных гаджетов: его манией были книги (телефон у него был, но пользовался он им редко). Должно быть, все. Его семья не могла похвастать большим доходом, и потому он развлекал себя чтением чего попало. Вначале это были детские стихи и рассказы, а после его стали привлекать и отцовские книги, по большей части про войну.

— О чем пишут, Ванек? — чувствуя вину перед другом, за то, что оставил его в стороне, спросил Паша.

— «Нападение Наполеона. Отечественная война.», — не отрывая глаз от книги, ответил другу Ваня, — слышал может?

— Знаем, знаем таких, — сказал Паша, подойдя к другу.

— А здесь есть что-то поинтереснее истории? — поднял он голову на шкаф.

— Там всего полно, надо только поискать, — присела на кровать Вика.

Тут Пашин взор пал на белую книгу, на корешке которой было написано — «Темная и светлая магия».

— Так, — потянулся к ней Паша, — а это что такое?

Эту книгу сложнее было достать, потому что она не стояла в ряду, как все книги, а лежала под ними.

Когда он аккуратно вытянул ее, ребятам под ноги полетели старые, потертые листы, выцветшие от времени. Ваня принялся их собирать, а Паша сел на кровать с Викой и перелистнул пару страниц.

— «Оглавление», — прочел Ваня на одном из листов, — «В этой книге собраны самые сильные заклятия, заговоры и ритуалы самых могущественных в истории колдунов и ведьм».

Ребята помолчали.

— Колдуешь, значит, Вик? — ухмыльнулся Ваня.

— Понятно теперь, почему у тебя одни пятерки в году, колдунья, — поддержал Паша.

Подруга упала на кровать, сделала вид, что умирает со смеху.

— Да, колдую, раскусили, — просмеявшись, сказала она. — Хотите, и вас научу?

— Нет, а если серьезно, что там? — Паша снова пролистал пожелтевшие страницы.

— Кто за то, чтобы мы опробовали какое-нибудь заклинание из этой книги? — предложила Вика.

Мальчишки были за.

Все уселись на пол в кружок, Паша положил книгу в центре. Чего в ней только не было: и проклятия всякие разные, и заговор от нечистой силы, однако друзья остановились на вызове демона, являющегося к людям, пока те спят. Страница выцвела во многих местах, но ребят привлекала награда: «Каждый, кто пройдет испытание, сможет овладеть сверхумением».

— «Для вызова ночного демона», — начал Ваня, — «возьмите небольшое белое блюдце…».

Паша жестом отправил Вику на кухню за блюдцем — та поднялась и вышла из комнаты.

Подходя к кухонному ящику, она услышала: «Возьми еще лист бумаги и свечу».

Вместе со всем этим «оборудованием» Вика вернулась в комнату. Все было готово для проведения вызова.

— «Сначала возьмите свечу и подожгите», — читал Паша, — «затем поставьте ее в блюдце».

Ваня чиркнул спичкой и поджег свечу. Дрогнув, огонек распрямился; мелкие искорки поднимались вверх и тут-же гасли. На улице успело стемнеть, и в глазах всех троих, как в зеркале, отражался свет от свечи.

— «Далее напишите на листе бумаги свое имя», — продолжал Паша, — «подожгите лист и дайте ему прогореть на блюдце».

— Как бы пожара не случилось, — заволновалась Вика.

— Мы осторожно, — успокаивал ее Ваня, поднося бумагу к огню.

В тот же миг пламя переметнулось на лист. Ваня держал его осторожно, положил на блюдце.

— «После, натрите свою ладонь пеплом», — дочитывал Паша, — «возьмите свечу в руки и прошепчите — „Я принимаю испытание великого покровителя ночных кошмаров, Каоту“, далее вам остается только ждать…».

— Ну насочиняли… — сказал Ваня, глядя на догорающую бумагу.

Когда бумага догорела, каждый взял по горстке пепла и начал его растирать.

Первым в руку свечу взял Паша. Он даже встал, выпрямился, закрыл глаза и чуть слышно прошептал: «Я принимаю испытание великого…»

Завис. Вика улыбнулась. А Паша как ни в чем не бывало подсмотрел в книгу и повторил: «Я принимаю испытание великого покровителя ночных кошмаров, Каоту».

Улыбаясь, Ваня повторил за другом те же действия, а следом и Вика.

— Что ж, друзья, — торжественно проговорил Паша, приобняв друзей сзади за плечи. — С этого момента мы, — выдохнул, — являемся членами секты, посвященной демону Каоту.

Глава 3

Да, вечер выдался довольный. Ребята играли и веселились допоздна. Но всем пора было идти по домам, и потому Ваня с Пашей, по первому звонку от матерей, шустро оделись, попрощались с подругой, и вылетели на «по-зимнему» вечернюю улицу.

Выйдя из подъезда, они вдохнули свежий и колючий воздух. Пушистый снег мелкими вспышками мерцал под фонарем. В окнах, один за другим, гас свет. Ох, снег, он был повсюду. Под ногами сочно хрустел, подобно спелым яблокам, а за щеки кусал похлеще назойливых комаров-кровососов. Мальчишки шли молча и торопясь, им хотелось поскорее пройти эту пару морозных кварталов до своих домов.

Ночью Ваня все никак не мог уснуть. Обычно со сном у него никогда не возникало трудностей, но сегодня его не отпускала мысль о той книге и том заклинании.

— А вдруг это все правда? — спрашивал он сам себя.

— Ведь кто-то же написал эту чертову книгу. А кто это мог быть? Настоящая ведьма? Шаман? Или просто какой-то шизик?

— Да Господи, что за чушь ты несешь? — отвечал он себе же. — Какой шаман? Какая ведьма? Все это бред.

— Ведь так?

На этот вопрос от себя же он не смог ответить и в раздумьях все же уснул.

Глава 4

Разные сны снятся людям. Кого-то мучают кошмары, а кто-то мысленно улетает на другие планеты. Но Ванин сон в эту ночь сильно отличался от повседневных.

Будто бы он идет по темному коридору, ни дверей в нем, ни окон. Только дверь в конце. И вот все идет и идет Ваня к этой двери, оглядывается. И вот доходит. Осторожно, с опаской берется за ручку и медленно поворачивает. Дверь отворилась. Перед мальчиком предстали два стула и стол, на столе та самая свеча горит. Ваня сел на стул и увидел под свечой ту бумажку с его именем. Только вот написано оно не ручкой, а чем-то красным.

— Кровь? — подумал мальчик. — Не может быть!

— Ты вызывал меня тем вечером, дитя, — раздался голос из ниоткуда. — Так для чего же хочешь ты пройти испытание мое?

Ваня перепугался, вскочил на ноги, огляделся.

— Кто это? — заикаясь, крикнул он испуганно.

— Я — тот, кого вызвал ты с своими товарищами, — ответил голос. — Имя мне — Каоту.

Мальчик оцепенел. Он не мог в это поверить. Еще бы: поверить в то, что такие ритуалы могут быть реальными — невозможно.

— Зря ты со своими дружками это затеял, — хрипел демон. — Теперь знай — назад дороги нет.

Ваня почувствовал, как рядом с ним проходит нечто и в облике старика в серой потрепанной мантии село за стол. Ваня, пересилив страх, тоже опустился на стул, не сводя глаз со старика. Тот так же пристально смотрел на юнца исподлобья.

— Что же с нами будет? — спросил Ваня напугано.

Старик растянулся в злобной ухмылке.

— Вам предстоит пройти все мои испытания, — ответил ему демон. — Главная их цель — выжить. На протяжении следующих двадцати семи дней вы каждую ночь должны будете выжить в своем же сне, и это крайне непросто.

Мальчик закрыл лицо руками и стал прокручивать в голове, что его и его друзей может ждать из-за глупой детской шалости.

— Но это же только во сне, — почти выкрикнул Ваня. — В жизни мы останемся жить.

— Ошибаешься, — ехидно протянул злой дух. — Вы умрете во сне.

От страха и паники у Вани накатились слезы. Они скатывались по его дрожащим щекам и, сорвавшись с подбородка, капали на стол, разбивая тишину комнаты.

Старик нахмурил морщинистый лоб.

— Однако, если вам удастся остаться в живых, я дам вам способности, которые не подвластны простым смертным, — добавил старик.

Мальчик вытер слезы об рукав и уставился на старика.

— Что за способности? — прошептал он.

— Двигать предметы взглядом, общаться с покойными или бессмертие, — поведал бес. — Одно на выбор.

— Теперь увидимся следующей ночью, мой юный друг, — прошипел дух и, поднявшись из-за стола, исчез.

— Ты можешь идти, — долетел его голос откуда-то с высоты.

Понимая, во что он и его друзья ввязались, Ваня вскочил со стула. Его охватила паника. Он заметался по комнате, вцепился себе в волосы, наконец сел в угол и… проснулся.

Глава 5

Сел на кровати и долго смотрел перед собой.

— Что же нас ждет? — рассуждал он.

За умыванием и завтраком Ваня все думал о том сне. И ведь никому не расскажешь: ответят, мол, сон и сон, мало ли что может присниться. Вскинув портфель на спину, мальчик грустно побрел в школу. И что странно: по пути он не встретился с Пашей. Обычно, они выходили из дома в одно время, но сегодня Ваня шел один. Он старался гнать прочь мысли о том сне, однако они настойчиво крутились у него в голове подобно снежному вихрю.

Снегири пышными гроздями усеяли верхушки деревьев. Улица лишь просыпалась после зимней ночи. Где-то вдали тявкали собачонки.

А вот и завиднелась школа: серая, нудная и гнетущая. Ваня так ее видел. Не любил он школу, а она его. Постоянно эти уроки, эти учителя и ничего нового. И учат их там неинтересно, особенно учитель математики. Что ни урок, так обязательно вызовет Ваньку к доске. И смотрит он на этот ненавистный пример, как баран на новые ворота, кое-как со смешками из класса и криками учителя решает и грустный-прегрустный садился на место.