электронная
43
печатная A5
328
18+
Темная сторона Илиона — что не увидел Гомер

Бесплатный фрагмент - Темная сторона Илиона — что не увидел Гомер

Историческая порнография. Фактическое изложение

Объем:
74 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4490-4739-7
электронная
от 43
печатная A5
от 328

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Почему Георгий Каненас? А кто же ещё! Именно Георгий, владелец таверны Парко в Потидее познакомил меня с Каненасом. Каненас — «никто» по-гречески. Так представился Одиссей в разговоре с Полифемом. А теперь этим именем называют славное греческое вино.

Лайм о’Некк

Глава I

Если бы раньше, кто-нибудь сказал Гере, что Фетида, её воспитанница, красивейшая морская нимфа выйдет замуж за смертного, сочла бы сумасшедшем. Но не всё в этом мире идёт своим чередом, и явное предсказание иногда сменяется туманным пророчеством.

Сначала Гера заметила, что Зевс как-то не по-отечески смотрит на юную русалку. Затем Посейдон повадился подниматься на Олимп по любому случаю, и всякий раз сажал на коленки прелестную нимфу. Когда братья подрались как мальчишки, Богиня решила действовать. Подговорить Посейдона и Аполлона заковать Зевса в Тартаре оказалось даже легче, чем замышлялось. Гораздо сложнее потом выпутываться из золотых цепей, когда ты подвешена между небом и землёй. Недооценила она чувства маленькой Нереиды к своему мужу. Девчонка не побоялась, призвала сторукого гекатонхейра Бриарея на выручку к Зевсу-филиосу, покровителю дружбы, и они втроем отправили Посейдона с Аполлоном строить стены Трои, а её самым позорным образом оставили болтаться над миром.

Всю жизнь Геры, покровительницы брака, можно было описать двумя словами: любовь и ревность. Бесконечная, безоглядная, всепрощающая любовь к верховному божеству Олимпа, и безумная, слепая, испепеляющая всё на своём пути яростная ревность к кумиру инкубов, главному кобелю греческого мира, золотым дождем покрывающему своих избранниц.

Когда висишь в одиночестве между мирами, время на размышления много. Иной век кажется, что слишком много. В очередной миллениум, Гера, наконец, придумала, как разлучить влюблённых и самой остаться в стороне. Знать заранее, чем всё кончиться, может и отступила бы. Но ревность уже накрыла её своим черным плащом и покатилась череда событий, сметая на своём пути судьбы, столицы, правителей и богов.

Был за Герой один грешок по молодости. Такой, что даже подруге не расскажешь. Но сегодня этот грешок должен был навсегда разлучить Фетиду и Зевса.

Зевс-панамфайос, всепрорицатель, верил только одному пророку. Верил и ненавидел. Верил, что Предвидящий, по силе прорицания превосходил всех, даже его. Ненавидел, как только можно ненавидеть ублюдка своей жены, прижитого от заклятых врагов — Титанов. И как Гера не пряталась, как не убегала рожать в Кавказские горы с Иапетом и Клименой, выдав потом Прометея за их сына, Зевс знал. Скинув Титанов в Тартар, проклятого бастарда он на 30000 лет приковал к скале, где тот родился, и обрёк на непрекращающиеся муки.

Гера нашла Прометея в скифских землях. Уже на следующий день весь Олимп обсуждал его новое пророчество. «Сын Фетиды будет сильнее своего отца!»

Вечером, возлегая на ложе, Зевс обратился к супруге:

— Не пора ли нам выдать замуж твою воспитанницу?

— Где сейчас найдешь достойного жениха? — Гера понимала, что после пророчества Прометея вряд ли кто из бессмертных захочет даже просто ущипнуть её за ляжку, а уж согласиться жениться на Фетиде…

— Пелей, царь мирмидонян, достоин её будет.

— Мудрость твоя бесконечна, великий Зевс!

***

На свадьбе Пелея и Фетиды было многолюдно. Интрига, закрученная Герой, откровенная курьёзность ситуации, неведение смертного мужа относительно пророчества, вызывали жгучее любопытство скучающих Богов. Все олимпийцы собрались на празднество. Пришла даже богиня раздора Эрида, хоть её и не приглашали. Её никогда никуда не приглашали. Но она давно уже ни на кого не обижалась, и всегда приходила без приглашения. Сегодня она даже принесла молодоженам подарок.

Когда подошла её очередь, Эрида достала из сумки золотое яблоко, когда-то давно украденное из сада Гесперид. На нем проступала надпись «καλλίστῃ» (прекраснейшей). Вообще то, там должно было быть написано «любовь прекраснейшей женщины», но в последнюю минуту, богиня раздора вспомнила о своей олимпийской миссии, и оставила только одно слово из трёх.

— Примите Пелей и Фетида золотое яблоко, и пусть Ваш сын полюбит самую прекрасную женщину в мире и будет ею любим!

Фетида на всякий случай тепло её поблагодарила, но, улучив момент, незаметно выкинула яблоко в сад. Кто знает, что на уме у этой Распри?

Эрида спрятала ухмылку — шутка удалась.

***

Гнусные испарения Ахерузийского озера поднимались между отвесными мрачными скалами, грязно-коричневой слизью ложась на чёрные камни. Солнечный свет никогда не опускался на эти стены, только зеленовато-призрачное марево, висевшее над гниющими останками людей и животных, освещало женщину с младенцем, идущую по берегу тёмного Ахерона.

Это было плохое место, но только здесь Фетида могла узнать, унаследовал ли её сын бессмертие матери, или Ахилла ждёт куцый земной путь отца. Пройдя чрез врата Аида, Нимфа подошла к берегу Стикса. Его иссиня черные воды, казались абсолютным мраком в беспросветных непроглядных подземельях. Поверхность реки бороздили волны ужаса и страданий, накрывая души умерших людей.

Пелёнка, размотанная матерью, белой змейкой скользнула по розовой коже нежного младенческого тела и скрылась под чернью мёртвых вод. Фетида взяла маленького Ахиллеса за ручки и стала медленно приближать его к квинтэссенции смерти, неотвратимо текущей у её ног. Ясные глаза ребёнка, мгновенье назад ещё светившиеся любовью и доверием к самому близкому и родному человеку, вдруг наполнились диким животным ужасом, ледяной взгляд обжег мать невыносимой мукой и болью. Фетида вскрикнула и выронила сына в безвозвратную глубину Стикса.

— Зевс-телиос, всемогущий, спаси моего сына, — взмолилась Нереида.

Фетида опускает Ахилла в Стикс. Донато Крети. 1790

Словно невидимая рука схватила ребенка за пятку и вернула Ахиллеса на руки матери.

— Береги своего сына, возлюбленная Фетида. Хоть я и не отец его, но Ахиллес моя несбывшаяся мечта, я всегда буду рядом с Вами. Воды Стикса сделали его неуязвимым для обычных людей.

— Он бессмертен владыка?

— Земные пути вершу не я один. Любовь может вмешаться в любую судьбу и изменить её.

— Любовь может убить его?

— Любовь, — пронеслось эхо под тяжелыми сводами Аида.

Глава II

С раннего детства Елена знала своё предназначение. Да и как не знать, если ты родилась без девственной плевы. Красавица с рождения, она ещё в младенчестве познала мужчин, и дальше эта гонка, или скорее скачка, не прекращалась ни на один день. Молодые, старые, светлые, черные, калейдоскоп лиц и членов слился для Елены в непрерывную череду. Но сколько бы мужчин не побывало в её постели, ощущение неудовлетворенности не оставляло её ни на минуту. Елена много раз ходила в храм и приносила богатые жертвы богине любви — Афродите. Всё было напрасно. Мужчины приходили, мужчины уходили, а она все время была наедине с неясным томлением. Во время любовных утех, ощущая мужчину внутри себя, она наблюдала за собой со стороны, теряя чувство реальности и осознание того, что это происходит с ней. Несколько раз она пыталась заговорить с другой собой, сладко стонущей в любовной истоме, но натыкалась на невидящий взгляд полуприкрытых глаз, пугалась и замолкала. У неё не было сомнений в своей болезни. Одержимость была частью её жизни, и ни заклинания пифий, ни ослиная моча, ни отвар шиповника, ни другие не менее известные и действенные средства ей не помогали.

Афродита могла бы всё ей объяснить, но зачем? Богиня. Одно только название, что Любви, а на деле? На её теле не было ни одной даже самой плохонькой дырочки, которую можно было использовать по назначению или без. Бабы на Земле были как дуршлаги — с какой стороны не подкати, везде есть отверстие для члена. А её тело, гладкое до невозможности, было создано для созерцания и вожделения, но не для удовольствия. Каждое божественное создание выходило из ситуации по-своему. Кто-то превращался в быка, а кто-то подчинял себе внизу смертного и развлекался вместо него. Елена прекрасная была земным аватаром Афродиты. Её вагиной, ртом, анусом. Каждое совокупление Елены, Афродита воспринимала как свой собственный акт, отстраняя хозяйку тела от получения чувственных ощущений. Пока Елена была маленькой, богиня старалась сдерживаться, дабы не повредить великолепную плоть. Но когда Елене Прекрасной исполнилось 12 лет, Афродита увидела Тесея. Не в силах более сдерживаться, Любовь отпустила поводья. Впоследствии, в его честь был создан клуб воздыхателей, который Афродита с легким томлением называла 25+. И речь шла вовсе не о возрасте.

Через много лет Афродита вновь столкнулась с Тесеем, но эта встреча не принесла ей такого же удовольствия. В то время она обхаживала Пасифаю — жену Критского царя Миноса. Посейдон как раз подарил ему великолепного жертвенного быка, но Минос спрятал его в своём стаде, пораженный невиданной ранее силой и красотой животного. Афродита решила испробовать новых ощущений. Заставила Пасифаю вожделеть быка, соблазнить Дедала, который сделал ей чучело коровы с дыркой напротив влагалища. Залезли внутрь и ощутили всю необузданность могучего бычьего члена. Кто бы знал, что Посейдон давно вожделел Критскую царицу и, узнав, что происходит, немедленно вселился в этого быка. В тот день на поле совокуплялись не Пасифая с быком, но Афродита с Посейдоном. Результатом встречи стало рождение чудесного мальчика с телом воина и головой быка. Его назвали Минотавр. Мальчик ел только молодых греческих девушек и юношей, но от этого не становился менее прекрасным в глазах Афродиты, считавшей его своим сыном и всячески потакавшей всем его невинным слабостям. Прибывший на остров Тесей убил Минотавра, чем сильно расстроил Афродиту. В отместку она заставила Ариадну бросить его на следующий день после победы, а Посейдон, хоть и не показывающий своей заинтересованности в судьбе Минотавра, послал бурю, сорвавшую белые паруса с корабля Тесея, и ему пришлось возвращаться под чёрными. Слабым утешение для героя было то, что море, в которое бросился его отец, люди назвали Эгейским.

Пасифая. Скульптура Оскара Эструга в Виланова-и-ла-Желтру, Каталония

К совершеннолетию Елены, Афродита сделала ей подарок. Отпустила её. Тело Елены прекрасной уже не было совершенным, как прежде, а на далеком острове Керн, за Геракловыми столпами у Форкия и Кето родилась бесподобная Медуза Горгона с такими прекрасными волосами, что даже Афина Паллада, которая спала в шлеме с копьем и эгидой, обратила на неё совоокий взгляд.

Так получилось, что следующим мужчиной Елены прекрасной стал Менелай светловласый, беглец из Микен. В этот вечер она испытала свой первый, второй, десятый и Зевс знает какой ещё оргазм. Елена трижды теряла сознание, криками разбудила весь город, напугала Менелая, но теперь она знала — вот он её мужчина. На следующий день начали подготовку к свадьбе. Елена была счастлива. Она больше не падала в обморок, а её тело, доведенное до совершенства стараниями Афродиты, теперь умело и давать, и получать немыслимое наслаждение.

Унаследовав престол тестя Тиндарея, Менелай стал царем Спарты. Первым делом, он разогнал всех женихов Елены, заставив их поклясться Зевсом, что не только не помыслят вожделеть его жену, но и по первому зову соберутся на её защиту. Клятву принесли все. Менелай и его брат Агамемнон слыли самыми злобными, мстительными и жестокими властителями Греции. А недавняя история с их дядей Тиестом, которого они обманом заставили съесть своих же детей, ужаснула даже богов.

После свадьбы страсть и острота ощущений несколько поутихли. Елена вновь почувствовала неудовлетворённость. Лёгкий ветерок, шептавший в уши, Осознание некого грядущего события, которое кардинально изменит её жизнь. Неявный флер мужчины, чей туманный облик всё чаще прорисовывался в её дрёмах. Как бы не чудесны были объятья Менелая, Елена понимала, что настоящая Любовь ждёт её впереди. И от этого чувства, у неё сладко щемило в груди и становилось жарко внизу живота.

Глава III

Парис Александр обул козу в сапоги, привязал за рога к дереву, и привычно пристроился сзади. Коза жалобно заблеяла, но натянутая на тридцати двух сантиметровый член Париса, деваться ей было некуда.

Огромный детородный орган был для Париса не просто частью тела, приносящей удовольствие. Это была его гордость, его кумир, его вождь, который ненормально огромной набухшей красной головой указывал ему путь. Дилдо требовал наслаждений каждый час. В Трое, сын царя Приама был кошмаром. Пежню, которая бы впустила в себя несоразмерный член Париса и не порвалась, найти было трудно. Когда количество истерзанных трупов на улицах перевалило за сотню, народ Трои взбунтовался. Приам и Гекуба вынуждены были изгнать сына. Парис остановился на горе Ида, где безмятежно проводил время, совокупляясь с разными зверушками.

Однажды, он спас девушку от разъярённого медведя, изнасиловав его в извращённой форме. Девушка оказалась речной нимфой. Энона до встречи с Парисом дарила любовь Аполлону, и тот в награду обучил её искусству врачевания. Она могла исцелить любую рану, и даже страшные разрывы, оставленные огромным членом, на ней затягивались мгновенно. На какое-то время Парис почувствовал себя счастливым.

Они жили спокойной размеренной жизнью. Лишь раз под их горой расположилась банда разбойников. Занятые дележом добычи, они не сразу заметили Париса. А когда заметили, он уже расправился с главарём, и вонзал свою пику в следующую жертву. Из всей банды спасся только один. Истекающий кровью, с разодранной задницей, он добрался до города и рассказал, что с ними произошло. Парис, как изгнавший разбойников и защитивший дом, получил гордый титул Александр, а люди стали обходить Иду стороной.

Pieter Lastman, Paris and Oenone, 1619, Worcester Art Museum

Затем с горы ушли звери. Птицы перестали использовать скалистые склоны для гнездования. Парис заскучал.

Энона старалась, как могла, всегда готовая ублажить Париса. Но даже самая вкусная еда становиться пресной, если есть её каждый день. А если двадцать раз в день?

Завели коз. Парис каждый день выгонял их пастись в долину. Козы были большие, крепкие, знаменитые критские горные санады — кри-кри. Одна такая коза могла выдержать трехлетнее плавание с командой из полсотни моряков. Но в стаде Париса редко кто доживал до своего второго дня рожденья.

***

Терзая козу, Парис Александр, заметил вдалеке трёх прекрасных обнаженных девушек. Одна из них была в шлеме. Грациозно изгибаясь, они поднимались по склону, направляясь к нему. Быстро закончив с козой, даже не сняв с неё сапоги, Парис отпустил её в стадо и начал спускаться навстречу своей судьбе.

Глава IV

— Разумеется оно предназначено мне, — заявила Гера, подбирая яблоко.

— Тут же написано прекраснейшей, а не старейшей, — подала голос Афродита.

— У прекраснейшей должны быть прекрасны и тело, и ум. Яблоко мое, — ответила всем Афина.

Спор, начавшийся в саду Пелея на свадьбе Фетиды, продолжался уже много лет. Богини никак не могли решить, кто из них лучше. Вопрос был принципиальный.

— Только такая дура как ты, может думать, что она прекрасна.

— Жабы в болоте прекраснее.

— А тебе муж изменяет, обрюхатил пол Греции.

— А у тебя вообще мужа нет.

Для Геры предназначение золотого яблока с надписью «калисто» было очевидным. Разумеется, она, Гера, супруга верховного божества, была прекраснейшей, что подтверждалось самим выбором утончённого Зевса.

У Афродиты также не было сомнений. Кто как не богиня Любви, Красоты и прочая, должна называться прекраснейшей.

Мудрая Афина не собиралась участвовать в столь очевидном споре. Но ей было неприятно, что самовлюбленная старуха и пустоголовая девчонка считают себя причастными к самому понятию красоты.

— Я думаю нужно каждой загадать по загадке. Кто больше отгадает, тот и победил.

— Лучше давайте членами померяемся. У кого длиннее, та и прекраснейшая.

— У нас же нет членов!

— А загадки у нас есть?

— У меня есть!

— Можешь себя трахнуть!

— Я про загадки.

— Трахни себя загадкой!

Никто не хотел уступать. Богини были готовы спорить до конца света.

— Да ты вообще красоту ненавидишь. Какая ты прекраснейшая?

— Это почему это я ненавижу?

— Потому это. Что ты с Медузой Горгоной сделала? Напомнить?

Афродита до сих пор злилась на Афину. Красавица Медуза, её новый аватар, оправдывал самые смелые надежды. Ей вновь удалось соблазнить Медузой Посейдона. Это было незабываемо. На очереди был Зевс. Но эта дура Афина, обиделась как ребенок, якобы они трахались в её храме. Где догнал, там и трахались. На самом деле, её задело, что детище этого супертраха, крылатый Пегас, стал вдохновением для творцов. А это уже была реально территория Афины, куда она никого и никогда не пускала.

Афина явилась к Медузе, когда та занималась любовью с молодым фавном. Отщелкнув пальцем любовника, Богиня спросила:

— Ты действительно считаешь, что обладаешь самыми красивыми волосами в мире?

— Разумеется, — ответила Афродита, не спешившая покидать тело Медузы.

— Ты действительно считаешь, что любой мужчина, единожды посмотрев на тебя, теряет голову и становиться безмолвным истуканом.

— Естественно тетенька, — сама Медуза так нагло с богиней мудрости говорить не могла, но Афина в запале этого не заметила.

— Быть по сему, тварь! Каждый твой волос отныне будет змеёй, а любой мужчина, посмотрев на тебя, превратится в камень!

Спор продолжился с прежним пылом.

— Нам нужен судья.

— Конечно нужен, бестолочь, но где ты найдёшь такого, чтоб не носил жертвы в храм к одной из нас.

— В самом сердце Крита, на склонах горы Ида, живёт с нимфой Эноной сын Приама — Парис. Люди его избегают, жертв он не приносит, в храм не ходит. Пусть станет нашим судьёй.

— Давайте разденемся и та, которую он будет вожделеть больше остальных, станет прекраснейшей.

План провалился в самом начале. Парис, быстро убедившись в отсутствии необходимых отверстий у богинь, схватил свой член рукой, и скоро все три спорщицы были равномерно покрыты густым слоем спермы.

— Так мы каши не сварим, девочки, — беззвучно поделилась своими мыслями Афина, не без оснований опасаясь открывать рот.

— Пусть каждая предложит ему, что хочет. Чей подарок он выберет, та и победила, — Гера была уверена в своей победе, собираясь предложить Парису все царство людей, которое он мог пользовать без ограничений.

— Послушайте юноша, — обратилась к Парису Гера, — вы не могли бы на время прервать ваше увлекательное занятие и обратится в слух. Мы собираемся сделать предложения, которые наверняка заинтересуют вас и смогут решить ваши насущные проблемы.

— У меня нет проблем, — ответил Парис, не переставая ручить свой член.

— Мы это видим, и, тем не менее, выслушайте нас.

Парис в очередной раз кончил, и с явной неохотой отпустил багровый пенис на волю. Тот, лишившись опоры, начал неторопливо покачиваться, направляясь в сторону то одной, то другой богини.

Мням, мням, подумала Афродита, какой интересный экземпляр. А не послать ли мне его к моей старой аватарке? Откроем новый клуб — для тех, кому за тридцать, пощупаем, что это за штучка такая.

Штучка продолжала покачиваться. Каждый раз, когда она направлялась в сторону Афины, та инстинктивно прикрывалась щитом.

Гера подняла руку, призывая к вниманию, и произнесла:

— Выбери меня, и ты станешь царем людей. Ты будешь править везде, и правление твоё будет вечным.

— Выбери меня, — потрясла копьём Афина, — и я сделаю тебя непобедимым воином. Ты завоюешь любое царство, свергнешь любого царя и владыку. Тебе не будет равных. Ты будешь неуязвим.

— Выбери меня, — сделала шаг вперёд Афродита, — и тебя полюбит самая прекрасная женщина на свете.

— Царство я и так от бати получу. Воевать, к Гектору. Он любитель. А вот женщина — это хорошо, да ещё и прекрасная. Но вы же понимаете, что долго этой красотой я наслаждаться не смогу, — Парис опять взял себя в руки.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 43
печатная A5
от 328