электронная
180
печатная A5
704
18+
Танцы ледяных смерчей

Бесплатный фрагмент - Танцы ледяных смерчей

Объем:
726 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4493-3951-5
электронная
от 180
печатная A5
от 704

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Цикл «Тени Павшего Луча»

1. «На крыльях Павшего Луча»

2. «Алая Песня таленгов»

3. «Танцы Ледяных Смерчей»

4. «Рассветы оживают на Берегу Миров»

К Читателям

Приветствую тебя, Дорогой Читатель, на страницах нового большого романа нашего цикла! Многие спрашивали меня, что же всё-таки случилось дальше с мерцающим Лаэртом и его напарником, вечно невезучим лейтенантом Райлином после второй книги, «Алой песни таленгов»? Как мы с вами помним, друзья угодили в ловушку Змеиного Короля, застряв в самом центре падающего в Бездну моста. Куда приведёт девочку-непоседу Миа и её верного мышастика Кыша удивительный дар живой фантазии? Что случится с Рощей Друидов, пока её защитники находятся в плену Змеиного Человека? Как поступит Принцесса Шиала, получив шанс отомстить Императору Ахаву за смерть отца? А как же наивный энтузиаст Дирни, угодивший вместе с капитаном в настоящий ледяной кошмар? Честно говоря, я сам не мог сразу ответить на эти вопросы и долго думал над переплетениями сюжетных линий.

Но когда наконец-то набрался терпения, мысли постепенно оформились в образы, а новая книга стала писать себя, рассказывая эту историю с неожиданных ракурсов, поэтому надеюсь, что произведение многим понравится и доставит приятные минуты. Благодарю всех, кто примет «Танцы ледяных смерчей» со всеми плюсами и минусами.

Готовы услышать новую историю? Тогда не забудьте взять в компанию лучших друзей, коллекцию для игры в ширк и как можно больше «Зелий спокойствия» — они вам пригодятся!

Благодарности

Сейчас очень модно говорить, мол, всего добился сам — автор лично играет только свои пьесы в собственноручно построенном театре, попутно гениальными ушами рисует обложки для книг, рекламирует их телепатически, а во сне продаёт книги десятками тысяч в собственных магазинах из параллельных Вселенных благодарной очереди из наивных читателей, чтобы потом из собственного кармана платить себе зарплату. И конечно, сам продвигает произведения, сам снимает по ним фильмы и мультики пачками, а в перерывах между обедом создаёт игры, чтобы трейлеры к ним крутить на собственном Первом Канале. В общем — всего добился сам, ну да.

Но увы, в реальности так не бывает: за любым успехом и даже небольшим результатом стоят десятки друзей, помощников и просто хороших профессионалов, способных создавать порой небольшие, но очень своевременные чудеса, поэтому от всей души хочу поблагодарить мою маму — Нащёкину Веру Валентиновну, она помогала советами и терпением во время написания всей трилогии этого цикла.

Отдельная благодарность чуткой и талантливой художнице Юлиане Фокс, ведь только из её вдохновения родился и ожил атмосферный Ледяной Смерч вместе с удивительно прорисованным городом Мерегостом — всё это чудо вы можете оценить на обложке. Спасибо за терпение и доработки рисунка!

Шмидт Елене Владимировне — пламенный привет, пандашмительного настроения и огромное спасибо за внимательную вычитку второй и третьей части. Без тебя книга не получилась бы такой проработанной, а мир и сюжет не сложились настолько гармонично в единое целое.

Пушкиной Александре — большое творческое мурсибо за горячие споры, критику и обсуждение первой книги, а также талантливое оформление цитат из нового романа, их вы можете увидеть в творческой группе автора: https://vk.com/club150983247

Чичикину Игорю — личная благодарность за поддержку, душевные обсуждения, полезные отзывы и конструктивную критику первых двух книг. Многие советы и технические задумки постарался применить в этом романе.

Дёминову Анатолию — за профессионально-вдумчивые и мотивирующие рецензии на Лайвлибе, а также за положительный настрой и отзывчивость.

Финальная благодарность — всей трудолюбивой команде «Ридеро», без которой мои книги, вероятно, не добрались бы до вас, друзья, настолько быстро и вдохновенно. Спасибо за предоставленные условия, возможность опубликоваться и попытку сдвинуть литературный айсберг вперёд.

Книга посвящается моей бабушке, Кирьяновой Клавдии Николаевне: твоя душевность и безгранично-русская теплота навсегда со мной. Очень тебя не хватает сейчас, но я чувствовал, как ты духовно поддерживала в работе над книгой!

Часть 1. Детские надежды

Пролог. Душевная жатва

«Раскрой своё храброе сердце для

искренних подвигов, и я

подарю тебе верный меч,

сотру пыль обмана со всех забытых

надежд, наполню разум бессмертным опытом,

от него душа запоёт от радости побед и любви

к твоему народу, когда прольёшь кровь врагов,

защищая невинных»

Мерцающий Лавейн

«Почему многие любят задавать

такие пошлые, провокационные

вопросы, забывая об ответственности?»

барон Реймар на суде после незаконной

продажи императорского поместья

«Многострадальная вера в Добро

и Честь спасёт наш сумасшедший мир лишь

тогда, когда эти понятия влиятельные

властолюбцы перестанут

трактовать по-разному, меняя принципы от любой

перемены погоды и звона монет»

Ксантифиус Гротт

«Дай человеку денег, и он будет сыт пару дней.

Научи работать, тогда он сумеет прокормить себя сам.

Покажи, как не поддаваться на лесть

и ложь самодуров — страна будет

спасена на век»

Меедорн, глава мерцающих Школы Единорога

«Грядёт, грядёт Пляска Ледяных Смерчей —

она будет пожинать ваши грешные души.

Пожинать души всех, кто не раскается в

лицемерии и презрении ко всему

живому, запомните мои слова!

Верните любовь и терпение друг ко другу —

разрушенные семьи и брошенные дети опаснее

предателей, раскрывающих ночью

ворота неприступных крепостей!»

Слепой монах из Мерегоста

Вокруг палатки друидов прекрасными кольцами свивалась серебристая пряжа, соединяясь в захватывающий рисунок, но в такой заманчивой красоте таилась холодная угроза.

Девочка вздрогнула и прижала мышастика к себе. Хоть бы уже эта леденюга поскорее убралась отсюда — вон у Кыша даже нос стал замерзать и дрожать от холода!

— Ты чего сопишь, Рыжая? — не выдержал Лайни, обнимая посох словно драгоценность.

— Друзей жалко, — она шмыгнула носом. — И маму с папой. Как они там без меня?

— О себе подумай! Твои родители — уже у Вуали Теней, сама рассказывала!

— Это Нехороший Голос пугал, когда мы с Лавертом прогоняли Чудовище, которое взмеилось в нашего Водопрыга, помнишь?

— Угу, чуть мне задницу не откусила эта гадина, — вздохнул Лайни и почесал мягкое место, зудевшее от напоминания о той встрече. Подул сердитый ветер. Ветки деревьев тревожно заскрипели от изморози, напоминая немых мучеников. Весь Шепчущий Лес словно замер в ожидании решения детей.

— Но я этому голосу не верю… — прошептала Миа. — Мама всегда говорила, что вера побеждает любое Зло. А значит, мои родители живы! Живы! Ведь это… должно сработать, правда? Ну чего ты молчишь, Лайни? Ты же друидский ученик, а значит — всё почтишно знаешь!

— Правда, — он обнял девочку, чувствуя, как перепуганным зверьком бьётся её сердце. — Только я всего лишь почтишный ученик, Рыжая. Вон, даже тепло вызвать не могу.

— У тебя многое получится — главное терпение. Ксано всегда говорил: «Если на полянке не видно изумрудника для зелий, нужно закрыть глаза, набраться терпения и… представить себя изумрудником. Где бы вы росли на его месте? Там и посмотреть внимательно, с обстоятельным усердием!»

— Угу… а я должен стать посохом и представить себя Теплом, чтобы отогнать снежить? Это слишком гениально для моей пустой головы и невезучего ученика друида, — вздохнул мальчик. — Ты не хочешь опять разбудить свой Росток? Он час назад здорово отогнал эту снежить вместе с твоим огнехвостым Чууляндрием. А то теперь как бы мы не дали дуба… особенно если Лаэрт и Райлин не вернутся из плена тех Ловчих Таленгов. Может, попробуешь снова?

— Пробовал, мой Император, — Тайный Советник поклонился с тщательно выверенной церемониальной улыбкой и покосился на ирра, когда тот оскалил правую морду, сверкнув внушительными клыками чтобы поторопить малоаппетитного гостя. Роскошное Древо Роз в саду зашелестело бутонами, словно приветствуя каждое слово мужчины — удивительно зоркое зрение питомца Ахава заметило, как ветки незаметно потянулись к этому скользкому двуногому. — Но Осколки оказалось найти сложнее, чем победить беглого архимага десятком полупьяных стражников. Однако мне удалось выяснить весьма любопытные факты, они непременно заинтересуют моего Повелителя. — Зверь фыркнул, взметнув облачко пыли перед мужчиной. Надо отдать ему должное, тот почти не отреагировал.

От внимания ирра не ускользнула и другая странная деталь: при упоминании Осколка бутоны Древа стали едва заметно распускаться. В ноздри ударил тонкий аромат цветов, он всегда действовал на льва возбуждающе и поднимал аппетит. Ирр облизнулся, приглушённо рыкнул, стараясь подавить растущий голод. Хищник ударил хвостом по бокам так, что ближайший слуга едва не выронил серебряное блюдо с фруктами, а затем осторожно подполз к Хозяину, подставляя гриву под его ладонь. Прикосновения действовали успокаивающе — и даже этот малохольный, годный на один укус Советник уже не казался таким мерзким, ир-р-рау. Бутоны продолжали распускаться — теперь Древо Роз напоминало двуглавому льву покрытое корой создание, распускавшее причудливые Цветочные Уши, чтобы пошпионить за Хозяином и выведать все детали разговора.

— Надеюсь, эти факты связаны с тем, как попасть на след Осколков — после того, как шакал Холлинг удрал от нас, мы потеряли слишком много времени, а это не идёт на пользу нашим планам!

— Именно, мой Император, — Тайный Советник вновь поклонился, явно пытаясь придать ещё большую важность словам. — После долгих поисков, мне удалось установить, что некоторые Осколки находятся вблизи колоссальных Источников Силы, разбросанных по всей Империи и за её пределами. Другие — почему-то спрятаны в глубоких катакомбах бывших древних столиц, а именно: под Мерегостом, Альбервиллем, Кхарантау и остальных — ещё не установленных, но это дело времени.

— У тебя почти феноменальный нюх — если, конечно, хотя бы часть твоих слов правдива, — улыбнулся Ахав, погладив роскошную гриву верного ирра. Зверь благодушно рыкнул и пустил в сторону Советника синеватый дымок, а тот соткался в Мерцающий Осколок, только у него из трещин обольстительными ручейками текли ручьи золотых монет. Слуги замерли, вытаращив глаза. Казалось, весь сад застыл от такого фееричного зрелища. Двуглавый лев хмыкнул, обведя всех четырьмя янтарными глазищами, а затем мявкнул с явно заговорщицкой интонацией — и мираж лопнул, окатив советника снежинками размером с кулак. Советник элегантно закутался в плащ как в броню, но ничуть не смутился, как того ожидал Ахав. — Какие же Силы тебе пришлось привлечь, чтобы разведать такое? — Спросил Император, словно ничего не случилось.

— Для скромного слуги Императора это не проблема, но если позволите — я сохраню профессиональные секреты в тайне, чтобы не смущать слух Повелителя грубыми подробностями, — агент изящно отступил на шаг — так, чтобы не выказать страха перед ирром и при этом оказаться от него на более безопасном расстоянии, если тому вдруг придёт в голову испытывать его терпение более изощрёнными выкрутасами.

— Если это настолько важно — позволяю. Ты сделал гораздо больше, чем отряды моих шпионов и агентов, от многих из которых уже нет вестей, — Ахав достал из кармана алый как кровь огмер размером чуть меньше кулака и медленно, словно пытаясь в последний раз насладиться игрой света в гранях сокровища — положил его на стол перед Советником. Ирр возмущённо рыкнул, заворожено глядя на эту безрассудную щедрость. Такое сочное сокровище, похожее на каменное сердце неизвестного чародея, можно было потратить гораздо аппетитнее, например, купив на него маленькую страну на юге для разведения вкуснейших двуногих, ир-р-рау-у-у!

— Боюсь, мой Император, это слишком высокая награда за мой ничтожный труд, — поклонился мужчина, сохранив удивительно бесстрастное выражение лица. Ахав прищурился — ему не нравились типы, которые даже перед таким богатством не позволяли эмоциям вырваться из-под брони расчётливого хладнокровия. Ими гораздо сложнее манипулировать, а ещё труднее — узнать, что у них действительно на душе за десятками слоёв показной скромности, серого смирения и скользкой любезности в сочетании с медвежьей хваткой. Крайне мутный тип. Но именно такие добиваются результатов там, где другие позволяют эмоциям вырваться наружу.

— Если ты не забыл, мой друг, — Ахав слегка приподнял бровь, а ирр уже сверкнул глазами на Тайного Советника. — То объём награды здесь определяю я. Ты заслужил её. Позволь мне эту маленькую слабость… иначе я начну расстраиваться, а настроение мне смогут поднять лишь массовые казни и репрессии. Ты ведь не за этим сюда пришёл, верно?

— Мой Повелитель, — мужчина даже не дрогнул от жуткого оскала сразу двух пастей льва, хотя сотни других людей на его месте уже давно мечтали бы поменять штаны. — Если я снискал благоволение в глазах самого Ахава, Чёрного Мясника Ламерии и Кливии, то позвольте мне принять награду… — Он сделал паузу, с улыбкой вглядываясь в слегка потемневшее лицо Императора. — После того, как поделюсь остальной информацией, если будет на то милость моего господина.

— Святые инквизиторы, так у тебя ещё не всё? А ты мне нравишься, Шарга тебя забери с потрохами! — усмехнулся Ахав и кивнул. Игра слов агента стала его забавлять, а такое случалось реже, чем у главного казначея появлялись приступы благотворительности.

— Мне удалось узнать, что на след Осколков напали также весьма любопытные личности, именующие себя Багряными. С кем они связаны и откуда берут такие… хм впечатляющие возможности — мне пока неизвестно. Но Павший Луч оказался весьма благосклонен к моему Императору, поэтому часть своеобразной волшебной карты, указывающей на примерное расположение Осколков — часть этой карты у меня, Повелитель.

Ирр поднял обе морды и благодушно заурчал, невероятно грациозно подставив мохнатое пузо Хозяину. Зверь идеально тонко почувствовал по интонации Советника, что сейчас наступил тот самый чудесный момент, чтобы получить порцию Волшебных Императорских Почёсываний.

Советник усмехнулся от такой простодушной находчивости грозного хищника, но ничего не сказал. Он уже знал, чем закончится встреча, поэтому старался преподнести информацию так, чтобы награда казалась Императору причудливым символом его личного великодушия и заслуженным доверием за неоценимую услугу, а вовсе не хитроумной цепочкой уловок агента. Обычно такое срабатывало и помогало проворачивать в крупнейших городах такие дела, что многие магистры согласились бы носить на шее карликов, лишь бы научиться самым простым из этих комбинаций.

Но сейчас ставки слишком возросли — и любая ошибка могла стать последней.

Просто удивительно, насколько Главная Площадь Мерегоста напоминала ему глубокое и наивное человеческое болото, поднимая настроение всё сильнее с каждой минутой как найденный кошелёк с золотом. Забавно, насколько важно морально утопить одних и сделать это как можно зрелищнее у на виду у других, чтобы добиться уважения и приблизиться к цели, так похожей сейчас на драгоценное кольцо с огромным бриллиантом у висельника, когда тот раскачивается на самой высокой ветке. Хе-хе, карлики заметят выгоду на любой высоте даже рискуя свернуть шею.

Галдящее стадо требовало особого подхода. Вежливого кнута и грубого пряника с начинкой из сладкой лести, изящного унижения и мягкой, аппетитной силы — всего, что так заставляет трепетать сердца жителей богатых городов.

— А я вам говорил, глубокоуважаемый комендант, — обратился Оринферт к начальнику, когда тот пустыми глазами смотрел на собирающийся сброд. — Враги станут использовать любую возможность, любой шанс, чтобы украсть у нас, понимаете? Украсть бесценную возможность защитить город от этой ледяной напасти, чтоб её создателей Шарга забрала!

— За-зашить… за-щи-тить… город, — промямлил мужчина с блаженной улыбкой и стал покачивать головой будто ярмарочный болванчик.

Город напоминал ледяную пустыню после атаки зимних призраков — если бы они, разумеется, водились здесь. Ворота выглядели как огромный холодный провал в безысходность.

Изящные башни заострялись серебристыми пиками заснувших великанов, а ближайшие к воротам дома почти полностью покрылись странным снегом, который причудливо поблёскивал на солнце, словно насмехаясь над горожанами. Идеальное место для вдохновения, безумных идей и такого забавного манипулирования, этого великолепного подёргивания за ниточки характеров и эмоций, что от предвкушения покалывают пальцы, а сердце бьётся как дикий, неукротимый зверь.

Ещё недавно Оринферт мог только мечтать о таких возможностях, а теперь в душе карлика сладко замирал тщеславный гнилоед при виде угодливых лиц чиновников, простодушного раболепия ремесленников и расчётливой лести в глазах купцов.

Завыл ветер, и прямо под ноги коменданту упала огромная сосулька, разбившись на десятки серебристо-синих осколков. Народ отшатнулся, приняв это за Особый Знак. Что и говорить — пауза выбрана в удачный момент. Карлик погладил посох, подавляя желание вонзить его коменданту в глаз или скормить одного из жирных купцов призрачной змее, которая терпеливо ждала часа, чтобы полакомиться душевной силой надоедливой толпы.

— Но мы им этого не позволим, верно? — Оринферт с показной театральностью ударил по земле посохом. Из навершия показалась сверкающая змеиная голова — десятки людей тут же в ужасе отпрянули в разные стороны, восхищённо загалдев. Лишь хромлы не дрогнули, мрачно поглядывая на карлика и коменданта.

— Не… позволи-и-м! Скрутим разбойнико-о-о-в в драконий рог! Стоп, а почему… не позволим? — комендант нахмурился и тряхнул головой, отгоняя призрачную сеть, опутывавшую наивных горожан всё сильнее.

— А потому, мой не в меру пылкий человеческий друг, — улыбнулся Орин, едва заметно погладив кольцо с огромным рубином, которое ему выдал казначей после общения с весьма убедительной хозяйкой посоха. — Что кроме нас больше некому защитить этот прекрасный город от самоуправства имперской власти, когда та смотрит на нас как на жалких рабов. И готова вытирать ноги о ваши интересы! Верно говорю?

— Ве-ве-верно, — кивнул комендант и с щенячьей преданностью посмотрел на карлика. — Во-во-воистину вытирают и ма-ма-манипулируют, изверги!

— А теперь скажите мне, жители Мерегоста, много ли сделал Император Ахав для вас? Сколько раз он лично помогал купцам? Кого защитил от жадных чиновников, если те набрасывались на ремесленников как блохи на дворовых собак?

— Э-э-э, вы кого этот тут назвали блохами? А, лилипутнер недомерский? — не выдержал здоровенный хромл с татуировками в виде пастей острозубов на мощных руках.

Оринферт обернулся, поднял посох. По толпе прокатились гневные крики.

— Ты что, нам тут ещё угрожать будешь, нищеброд? — завопил высоким голосом тучный купец с золотой цепью на груди, на ней можно было легко подвесить кабана.

— Вон, на него сам комендант как шестёрка оболваненная смотрит! — рявкнул здоровенный стражник и толкнул в грязь слепого старика, невольно загородившего дорогу капитану.

— Мужики, закройте ему пасть! Он ещё на Императора нашего смеет хавальник разевать! — крикнул глава Гильдии Ремеслеников.

— Скрутить и повесить на воротах! — рявкнул другой хромл, решительно засучивая рукава.

— Господа, не нужно так драматизировать и ссориться по пустякам, — улыбнулся Оринферт, а сам легонько провёл указательным пальцем по посоху. Из навершия незаметной волной пошла золотистая дымка. Первые ряды собравшихся покачнулись. У некоторых на лицах заиграли глуповатые улыбки.

Никто не видел, как на крыше ближайшего трактира появилась лёгкая грациозная фигура в плаще. Глаза едва виднелись за капюшоном, но порыв ветра на пару секунд открыл резкое зеленоватое лицо, покрытое чешуёй.

Незнакомец вытянул руку, в ней появилось орудие, похожее на короткий посох, только вместо навершия виднелась отлично сработанная голова леопарда. Она оскалилась, повинуясь мысленному приказу Хозяина. Из пасти показалась бирюзовая стрела, нацеленная точно в грудь карлика.

У приоткрытого входа в древний склеп появилась весьма странная группа — если бы её увидел мерцающий, то весьма удивился бы, узнав среди её членов двух карликов с чашами, полными фиолетового пламени, двух хромлов в тяжёлых доспехах, пятерых людей в плащах и странное существо с чешуйчатой кожей.

Карлик с цепью на груди кивнул хромлу и воинам — те встали впереди, обнажив оружие. И тогда в дело пошла чаша.

Она издала потрясающий по силе рёв, выплеснула вверх ослепительные языки алого и фиолетового огня, а затем окатила вход в склеп волной такого жара, что люди попятились назад. Только хромл остался хладнокровным и покрепче сжал молот, расписанный рунами его клана.

Раздался странный гул, словно дюжина волколаров соревновалась с фантомами и острозубами в умении издавать душераздирающий вой. Через несколько минут он сменился поющими голосами — карлик кивнул, узнав два древних языка, на которых разговаривал народ Оноркх несколько сотен лет назад.

Пение усилилось, а склеп начал раскрываться, напоминая подземные врата и пасть голодного дракона одновременно.

Но не успели ворота отвориться до половины, как из них ударили волны мрачного сияния.

Стражники выругались и выжидательно взглянули на карлика, но тот лишь едва заметно кивнул. Сияние заклубилось угрожающими кольцами и стало уплотняться, словно силуэт призрака на кладбище. Поглощённые таким мрачным зрелищем члены отряда даже не задумывались о том, что в таком Шаргой забытой месте найдётся кто-то достаточно сумасшедший, чтобы следить за их опасными манипуляциями.

Один из воинов отступил на шаг, второй побледнел и едва не столкнулся с хромлом, который вырос на его пути как небольшая скала.

Мерзкое мерцание соединилось в Стража — эдакого четырёхлапого исполина, держащего в каждой конечности по огромному сияющему серпу. Таким легко можно было срубить средних размеров дерево или косить как снопы отряды малоопытных стражников, вставших на пути. Наёмники карлика Заринверта не страдали от недостатка опыта и на пути у такого врага тоже стоять не собирались, поэтому как по команде рассыпались в разные стороны.

Однако Защитник с невероятной быстротой подскочил к воинам, издал оглушительный вопль и ударил серпами, разрубив сразу двоих стражников в дорогих кливийских доспехах словно мешки с травой. Кровь хлынула на землю ручьями, остальные стражники бросились бежать, явно не ожидав встретить такое сопротивление.

Только опытный хромл, прошедший ещё с королём Эйрихом битвы со жрецами Шоора не растерялся, и быстро метнул в противника бутыль с зельем — он знал, что хладнокровный поступок одного умелого воина порой спасает весь отряд, а иногда позволяет даже перетянуть итог сложного сражения в свою пользу.

Страж пошатнулся, вскинул могучие лапы, в которых зловеще засияли смертоносные серпы, противно зашипел и стал медленно таять, отбрасывая ярко-зелёные всполохи света. Тогда второй карлик поднял чашу и, быстро произнеся Слова Силы, окатил призрака волной пламени — его отбросило с чудовищной силой назад и ударило об ворота, а те перестали открываться — они явно оказались привязаны к существу и полностью открыть их, не победив Защитника, было невозможно.

Не дав Стражу возможности подняться, главарь взмахнул чашей, вызвав коварную Пламенную Длань, она схватила Защитника и стала сжимать с такой силой, что призрак лишь издавал яростное шипение, плевался искрами и рыгал короткими молниями пытаясь достать наглых нарушителей его спокойствия, но не мог вырваться.

Главарь усмехнулся, сжимая Чашу. Ты хотел именно этого, маленький безумный Заринверт? Готов был поставить на кон Личное Прощение и, возможно, даже возвращение к старому другу, чтобы сразиться вот с такой нечистью?

Карлик мог поклясться, что где-то внутри слышит знакомый смех, который почему-то пробуждался у него в самой глубине души именно в такие живописные моменты. Но что ещё любопытней — проснувшееся именно сейчас чутье, этот двуличный призрачный червь, сидящий в его сердце подсказал хрипловатым шёпотом: «Это ещё не всё, малыш Зар. Далеко не всё. Как насчёт того, чтобы отойти подальше, подумать о защите и наложить парочку твоих бесполезных щитов, если не хочешь, чтобы Новый Приятель не позавтракал твоей никчёмной худощавой задницей?»

Ночная темница. Вопли раненого призрака. Изуродованные трупы вокруг. Отблески алого пламени. Ухмылка приоткрытого склепа. Ужас в глазах наёмников. Душераздирающий крик Защитника.

Ворота застонали как пациенты больницы «Семи мучеников» и стали открываться, когда Страж дёрнулся и угас, оставив кучу жутко воняющего пепла. Заринверт нахмурился и отступил за спины хромлов, на всякий случай окутав отряд пеленой из алых и розовых искр — против такого соперника как сородичи этого Защитника светлячки, конечно, не спасут, но помогут слегка поджарить лапы какому-нибудь зверью, если оно выскочит на них, потревоженное схваткой.

Почему ты так засуетился, Зар? Здесь нет Белого Единорога, никто не оценит твоих жалких стараний, даже если ты зальёшь светом чаши весь этот психоделический склеп и превратишь его милейших обитателей в божьих коровок размером с телёнка, которые будут дарить всем городским нищим ароматнейший хлеб прямиком из булочной, а детям — сладости за хорошее поведение! Ха-ха! Ха-ха-ха! А-ха-ха-ха-а-а-а-а!

Смех начал буквально клокотать у него внутри, когда ему почему-то представилась одна из этих пятнистых пучеглазок, но с его мерзкой рожей, выглядывающей из окна с улыбкой пьяного острозуба. У слабонервных может случиться инфаркт на месте, а вот людские детишки точно станут кидаться в него коровьими лепёхами, сочиняя очаровательные кричалки с фееричными рифмами. Но ведь Настоящее Прощение того стоит, а, маленький Зар?

Стоит, конечно. Обязательно и непременно. Прощение Мерцающего — крайне дорогая штука, которую можно заслужить только безумным унижением, прекрасной вонью останков этого незабвенного Стража, блюдом из страхов, отчаяния, идиотского смеха и на десерт — сокровищем из склепа. Но и тогда оно всё едва ли…

Стоп. Ты же не разговаривал опять сам с собой, хитрый карлик? Нет-нет, совсем нет. Он бы не стал такое вытворять, даже если бы его подвесили за яйца над вулканом! А вот обсудить с Голосом Чаши ма-аленькие детали и неповторимую романтику нынешнего задания — это ведь не грех? Совсем не грех. Ну вот. Ну и замечательно.

Не успели наёмники сделать первые шаги к открытому склепу, как земля под их ногами вспучилась, заклубилась и покрылась чавкающей рябью. Люди закричали, уронив оружие, но карлик тут же среагировал, зачерпнув пламя прямо из Чаши и бросив его на землю.

Тряска немного утихла. Вояки выругались и стали затравлено озираться, ожидая нападения с любой стороны. Хромл рассёк перед собой воздух неподъёмным молотом. Карлики подняли Чаши, готовясь отразить любую атаку.

Тишина. И вновь этот клокочущий внутри смех. Неужели ловушка?

Главарь облизал пересохшие губы и сплюнул, чтобы не расхохотаться при всех. Это точно не прибавило бы ни ума, ни храбрости его людям. Надежда на то, что все проблемы закончатся с уничтожением Стража, таяли как последние медяки нищего в городской грязи.

Возможно, заказ оказался гораздо сложнее, чем им объяснили. Возможно, кое-кто решил перехватить добычу. Возможно, они просто приманка. Бесплатные помощники, выполнившие всю грязную работу для другого заказчика? До смешного обидно, если так, но чутьё никогда не подводило Заринверта. Порой поиски незаслуженного прощения оборачиваются тем, что мы заслужили.

Раздался странный, шепчущий гул, напоминающий… заклинание? Жутковато, но нет — приближение сильного дождя. Карлик тихо выругался, догадываясь, о том, Кто с многозначительной ухмылкой поджидал их, пока они так героически расправлялись для него с Защитником и открывая склеп.

Бешеные капли закрутились вихрем перед наёмниками и стали соединяться в растущий силуэт. Хромлы потянулись за боевыми эликсирами. Зеленокожий достал тёмный диск, по бокам которого заиграли молнии. А карлик отступил в заросли, держа перед собой пылающую чашу.

Предводитель уже понял — гениальная ловушка захлопнулась, а у его отряда столько же шансов вырваться, сколько у обедневшего рыцаря выиграть суд у зажравшегося купца, решившего отхватить его родовое имение.

Заринверт почуял колючую, буквально разрывающую его душу на части Сущность и стал судорожно шептать слова, пытаясь разбудить Чашу, раскрыть глубокие, потаённые уровни её мощи — настолько быстро, насколько это возможно.

— Невозможно, — отрезал Ахав, внимательно изучив пергамент со знаками. — Здесь даже магистр ничего не поймёт без сложнейших исследований! Мне что, приказать вешать всех чародеев Империи, кто не сможет по этим извращённым письменам указать мне точный путь к Осколкам?

— Боюсь, так у вас не останется способных магов, — поклонился Тайный Советник. — Ирр фыркнул и выпустил серповидные когти длинной с ладонь мужчины. Затем аккуратно провёл лапой по постаменту мраморной статуи в саду, высекая яростные искры.

Зверю явно не нравился заигрывающе-независимый тон Советника — и будь на то воля Хозяина, он бы приморозил ноги наглеца одним дыханием к земле, а потом, наслаждаясь и смакуя, откусывал самые лакомые кусочки под весёлый аккомпанемент сладких воплей: сначала уши, потом нежные мизинчики, затем выгрыз бы глаза, правую руку — а крючковатый, нахальный нос как у ястреба оставил бы на десерт. Ир-р-ра-у-у-у! Объеденье. Может, Хозяин позволит немного поиграть с этим аппетитнейшим двуногим? Лев облизнулся. Такое звериное терпение как у него заслуживает вкусной награды — всё равно этому хмырю, пахнущему ложью, интригами и кислыми заданиями лишние пальцы ни к чему, эх…

Ирр многозначительно оскалился, наклонив правую морду, и начал ластиться к Императору будто огромный преданный котяра.

— У меня на сегодня слишком много дел, способных добавить новую головную боль. В том числе весьма увлекательное общение с Верховным Инквизитором Ургацием, который предлагает мне выбрать: отдать ли не в меру молчаливых шпионов, работавших на бывшего Наместника Холлинга, на съедение императорским питомцам из моего нового зверинца или применить к ним новые методики пыток, чтобы сотворить из их души Охотников для гладиаторских боёв.

Наступила тишина. Ахаву показалось, что на этот раз агент слегка побледнел при упоминании Охотников — или ему это показалось? На душе Императора потеплело, что происходило всегда, если удавалось найти брешь в сложной психологической броне собсеседника.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 180
печатная A5
от 704