электронная
90
печатная A5
434
18+
Страшные истории

Бесплатный фрагмент - Страшные истории

Объем:
296 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4493-7531-5
электронная
от 90
печатная A5
от 434

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Хочу поблагодарить:

— Мою жену, которая форсировала создание сборника.

— Администрацию литературного портала «Бумажный Слон» в целом и Ярослава Хотеева в частности за организацию рекламы и общее содействие.

— Елену Лев за помощь в создании обложки.

— Екатерину Верхову за юридическую поддержку.

— Читателей, которые оставляли критические замечания, замечали очепятки/дефекты и морально поднимали боевой дух. Аня Тэ, Тающий Ветер, Александр (aka Призрак Бабочки), Алексей, Влад Костромин и все-все-все.

СПАСИБО!

По следу демонов

Мы добрались до места в половине третьего ночи, шеф договорился о встрече. С кем — оставалось тайной.

И с чего это понадобилось так срочно покидать место преступления? Когда нас вызывают, мы едем. Осматриваем жертву, обстановку. Изучаем детали. Потом долго и нудно общаемся с криминалистами, собираем улики, опрашиваем возможных свидетелей и подозреваемых.

А сегодня всё было не так. Едва мы успели осмотреться в квартире-студии с разбитым окном и странным рисунком на полу — как шеф внезапно ушёл. Достал телефон, набрал номер и исчез в прихожей. Я вышел следом; он мерил шагами узкий коридор, сжимая отключенный мобильник в руке.

Через минуту раздался звонок, шеф ответил, а потом кивнул мне.

— Поехали, у нас встреча.

Мы спустились с девятого этажа пешком по заплёванной лестнице, миновали огороженную жёлтой лентой зону. Тело лежало лицом вниз, кожа полопалась, а кровь забрызгала обмороженный тротуар в радиусе пары метров. Шеф не повернул головы, я же задержал взгляд. Девушка, лет двадцати, совершила самоубийство, выбросившись из окна. Почему Рябов распереживался из-за этого, почти привычного, происшествия? Такое случалось и раньше, но сейчас он точно был не в себе. Ещё и эта внезапная ночная встреча.

И вот мы приехали под мост. Я остался в машине. А шеф выбрался наружу, запахнул пальто и прошёл чуть вперёд. Свет фар выхватил из темноты бетонные опоры, и среди них мелькнул силуэт.

Я насторожился — вдруг понадобится помощь? Из темноты вынырнул парень в поношенном пуховике с капюшоном, скрывавшим глаза. Но я был почти уверен — ко мне приглядывались.

Он спросил шефа о чём-то, тот ответил. А потом, совершенно неожиданно — махнул мне рукой. «Выходи».

Это было странно. Меня прикрепили к нему полтора года назад, и ни с одним информатором он меня не знакомил. Максимум, чего я был удостоен — наблюдать за встречей со стороны. Страховать. Никаких деталей. А теперь вдруг надо выйти.

Машину я не глушил, фары продолжали светить вперёд. Я подошёл ближе, парень скинул капюшон. У него были тёмные, давно не стриженные волосы. Серые глаза, прямой нос. Немного тонкие губы. Нас учат запоминать лица с первого раза, но сейчас я с трудом восстановил бы его черты в памяти, хотя стояли мы лицом к лицу.

Он протянул руку, я ответил. Хватка оказалась стальной, и не только по силе. Мою ладонь словно пронзило тысячей игл, я дёрнулся — бесполезно. От его руки разлились тонкие нити холода, и я ощутил — они сходятся прямо на макушке. Как провода, по которым этот странный человек изучал мою душу. Он забрался куда-то очень глубоко, и я понял, что парень уже знает все мои мысли.

— Я Саша, — представился он и улыбнулся: — Единственный демон, что живёт сейчас на земле.

***

Когда машина тронулась, шеф чуть повернул голову и начал говорить, обращаясь к нашему таинственному пассажиру. Саша сидел сзади, ровно посередине. Я натыкался на его взгляд, когда смотрел в зеркало заднего вида. И поэтому старался пользоваться боковыми — настолько необычное и странное ощущение возникало от зрительного контакта. Он будто продолжал меня исследовать, даже сейчас — не говоря ни слова и внимая шефу.

— Похожую печать я видел пару лет назад. Двойной круг, с надписью и странным рисунком. Я в них мало что понимаю, но умею отличить ритуальные приготовления от любительской размазни. И поэтому попросил отца Павла найти тебя. Нужно мнение профессионала.

Мне показалось, что Саша улыбнулся. Конечно, всегда приятно слышать похвалы. Но в голосе Рябова не было лести. Он действительно нуждался в помощи и точно знал, где её следует искать.

— Полагаю, ты его не рассматривал.

Фраза резанула по ушам, к шефу редко обращались на «ты». И слова заставили напрячься. Я однажды видел, как на улице один из наглых подростков обратился к нему подобным образом. Что-то вроде «эй, дядя». Ребятишки потом ещё долго извинялись.

Но шеф не обратил внимания. Для него фраза оказалась нормальной, я же ещё больше погрузился в догадки — что за влияние у этого человека. Разве он демон? Обычный парень, каких сотни и тысячи в нашем городе. Вот только ведёт себя слишком странно.

— Не стал. Предпочёл сначала связаться с тобой.

Саша медленно кивнул. Теперь лицо его было сосредоточено, улыбка почти исчезла с тонких губ. Глаза сверлили пустоту перед собой, он словно погружался в какой-то транс.

— А жертва?

Голос изменился: стал ниже, грубее, и грохотал в ушах, как раскаты далёкого грома. Оглушил и сразу затих. А может, мне это только показалось?

Шеф выждал паузу, а после ответил.

— Девушка, двадцать лет. Студентка, квартира принадлежит друзьям, которые в отъезде. От соседей жалоб не поступало, внутри относительный порядок. Дверь заперта изнутри. Других подозрительных вещей, кроме печати — нет.

Саша произнёс, всё так же глядя в пустоту: — Она заплатила большую цену. Теперь душа её окажется на седьмом круге, как у большинства самоубийц. Но пока ещё не всё кончено. Если мы сможем найти причину, поймём, чего она боялась сильнее смерти — сможем её спасти. Первый круг — это лучший исход для неё. Разумеется, если она вела правильную жизнь. Но жертва наверняка не последняя.

Рябов повернулся к нему, и я видел в зеркале, что взгляды их встретились.

— Ты думаешь, её кто-то подтолкнул?

Саша пожал плечами, и теперь опять казался обычным парнем, сидящим на заднем сидении. С улыбкой он ответил: — Доедем и разберёмся.

***

Прошёл всего час, а на улицах стало совсем безлюдно. Зеваки разошлись, тело убрали с тротуара, остались лишь следы крови и жёлтая лента. Она трепыхалась на ветру, напоминая о недавней трагедии.

Шеф выбрался из машины и направился к подъезду. Я задержался, запирая дверцу, но на деле хотел идти сзади — чтобы Саша оказался в поле зрения. Почему-то казалось, что следует ждать сюрпризов.

Он, проходя мимо пятен крови, застыл на мгновенье. Изучал очертания. Красные капли вмёрзли в ледяную глазурь тротуара, побурели, а к утру превратятся в тёмные кляксы. Гемоглобин окислится, белки распадутся, холод завершит композицию. А потом, с первыми тёплыми днями — пятна исчезнут, превратившись в талую воду.

И мне показалось, что мир вокруг застыл. Какое-то нечеловеческое зрение показало мне эту картинку из будущего. Настолько ярко, что я тоже остановился. Даже шум куда-то исчез, а тишина надавила прямо на разум. Это длилось долгое мгновенье, а потом время опять пришло в норму. Ничего подобного раньше не случалось, но сегодняшняя ночь вообще грозила превратиться в нечто из ряда вон выходящее.

Саша тем временем двинулся дальше, вслед за шефом. Он довольно легко поднялся на девятый этаж, в отличие от меня и Рябова — у нас немного сбилось дыхание.

Вошли в квартиру, следом за шефом. Он двинулся в центральную комнату, там до сих пор работали криминалисты. Фотографировали обстановку, улики, разбитое окно. На кусках стекла, которые чудом не вывалились из рам, остались следы крови. Девушка порезалась, вылетая из квартиры в морозную ночь. Неужели с разбегу?

Саша остановился, мельком оглянулся. А после приблизился к рисунку на полу, присел и коснулся края, закрыв глаза. Опять погрузился в короткий транс, будто проглядывал недавние события. Один из специалистов хотел сказать, чтобы не трогали улики, но Рябов его опередил.

— Вы уже сфотографировали рисунок?

Тот коротко кивнул, а после добавил: — И взяли образец на анализ. Это ведь не мел какой-нибудь.

Неужели? Мне даже в голову не приходило, что можно рисовать чем-то ещё.

— А что же? — шеф удивился не меньше моего.

— Больше всего похоже на парафин. В лаборатории узнаем точнее.

Рябов кивнул, вновь переключаясь на Сашу. Тот сидел без движения, прижав пальцами странный рисунок. Один круг в другом, и в самом центре — сплетение линий и изгибов. А между кольцами, внутри окружности — отдельные латинские буквы. Где у них начало и конец — угадать невозможно, если не знать слово целиком.

Саша глубоко вдохнул, открыл глаза и поднялся на ноги. Обернулся к нам лицом. А потом кивнул в сторону выхода.

Выйдя на улицу, он остановился и заговорил тихим голосом. Как будто кто-то мог подслушивать.

— Здесь случилось непредвиденное. Сигил нарисован неправильно, с дефектами. Внешний круг разомкнут, и поэтому демон вырвался из-под контроля. Фактически, он и не находился во власти вызывающего. Скорее всего, просто делал вид, что подчиняется. Это скверно.

— Насколько всё плохо? — сразу же отреагировал шеф.

— Могут потребовать услуги отца Павла. Но точно не сейчас. И в ближайшем обозримом будущем я его не вижу. Может, чуть позже. Мне надо осмотреть жертву. Тогда смогу сказать вернее. Где тело?

Рябов оглянулся на запятнанный тротуар.

— Уже отвезли в судебку. Туда полчаса езды.

Не отвечая, Саша направился к машине. Шеф занял место пассажира, я сел за руль. Где находится бюро судебно-медицинской экспертизы, нам всем было известно.

***

Тишина грузно висела в салоне. Шеф молчал, наш странный помощник — тоже. Мне с каждой минутой становилось всё интереснее, как они встретились. Думалось, история была более чем захватывающей. И я нарушил молчание.

— А что случилось два года назад?

Вопрос был задан в пустоту, но отвечать на него взялся шеф. Он выдержал небольшую паузу, а потом сказал, не отрывая взгляд от дороги: — Дело давнее, не стоит вспоминать.

Было ясно, что говорить он не желает. Почему — я не понимал, но предполагал, что просто не доверяет. Я работал под его началом уже долгое время, но Рябов до сих пор ни разу не открылся мне по-настоящему. Только рабочие вопросы, малозначимые задания и минимум сведений — лишь то, что может потребоваться. Ни о его прошлом, ни о личной жизни я не знал ровным счётом ничего.

И потому этот его ответ чётко дал мне понять, что и сейчас он не собирается со мной делиться. Но сегодняшний вечер был другим — хотя бы потому, что мне удалось пообщаться с таинственным консультантом. Он сидел сзади и молчал почти всё время, но теперь вдруг включился в разговор.

— Да ладно тебе. Расскажи парню о прошлом. У него светлая душа, я заглянул одним глазком.

Он подмигнул мне, я совершенно точно увидел в зеркале. И Рябов, который не знал об этом, вдруг изменился в лице.

Шеф никогда никого не слушал. А тут вдруг появился «наставник» — двадцатилетний парень, похожий на бродягу. О котором почти никто не знает, и который обладает странными и пугающими способностями.

— Тогда ладно. Слушай.

Он повернулся ко мне. Набрал воздуха, лицо его приблизилось к моему уху. Я же продолжал управлять машиной и понимал, что мне следует делать своё дело. История будет мне одолжением. Лишь только потому, что на этом настоял Саша. Парень, который считает себя живым демоном. И в этот момент я вдруг подумал, а здоровы ли они оба? Даже про шефа мелькнула такая мысль. А он начал негромко говорить.

«История произошла два года назад. Я расследовал дело об убийстве, и свидетелем по нему проходил Саша. Он чуть не пострадал от того же маньяка, и тогда же мы встретились.

А способности, обретённые Сашей, были лакомым кусочком. Он стал одержим демоном, что блуждал в нашем мире. Изгнанный отцом Павлом, он чуть не канул в преисподнюю, но по счастливой случайности вселился в Сашу. Спас ему жизнь и наделил властью.

Чуть позже, когда история раскрутилась, оказалось, что убийцей был сын одного очень влиятельного человека. Из той категории, которым нипочём законы и правила. Которые следуют только за властью и ни перед чем не остановятся, чтобы её получить и укрепить.

Тот человек, которого все звали просто Хозяин, хотел заполучить его себе в услужение, или даже самому стать одержимым — и всё ради власти. Он даже был готов отдать жизнь своего сына, но в обмен получил лишь предписание на самый последний круг ада.

Отец Павел тоже обрёл свой мир, и с тех пор мы поддерживаем отношения. Главным образом, чтобы разбираться с разного рода «призывателями» и последствиями их действий».

— Я думал, одержимость — это плохо.

Саша в зеркале заднего вида пожал плечами, а после ответил.

— В общем смысле да, плохо. Демон сгинет, одержимый погибнет. Но здесь ситуация иная. Мы были идеальным вариантом для Симбиоза. Когда разумы одержимого и демона сливаются, он в таком образе может жить на земле много лет. Это ведь заветное желание почти каждого обитателя преисподней. Хотя, когда шансов на Симбиоз нет, приходится довольствоваться страхом и болью человека. Пока он не скончается в муках.

— То есть, ты не тот человек, кем был два года назад, до встречи с демоном?

Парень улыбнулся. Широко и по-доброму.

— Я не могу разделить себя на две части. Я одновременно и Саша, и тот демон, который в него вселился. Просто я позволил себе объединиться и образовать Симбиоз. Настоящего своего имени я тебе не назову, ты уж пойми. Тот, кто знает имя демона, имеет власть над ним.

— А кто такой отец Павел?

Шеф ответил почти сразу.

— Это священник. Он занимался экзорцизмом, пока не случились те события. Слишком долго рассказывать о них, но следует сказать — к одержимости он имеет непосредственное отношение. И часто помогает мне в работе.

Я скупо «угукнул». Теперь всё стало еще непонятнее, чем час назад. И я в глубине души уже немного жалел, что спросил о прошлом. Меньше знаешь — крепче спишь.

Но, чёрт возьми, как же интересно, если всё окажется правдой! Я чувствовал — мне позволили прикоснуться к тайне. Оставалось только наблюдать и делать выводы.

До пункта назначения оставались считанные минуты. Я остановил машину у входа, заглушил двигатель. И только потом, в тишине, шеф тихо произнёс: — Разумеется, об этом никто не должен знать. Ясно?

Я кивнул и выбрался из салона. О секретности можно было не напоминать.

***

Дверь в морг была закрыта. Шеф настойчиво постучал костяшкой по железной поверхности, и вскоре внутри послышалось движение.

— Кого там чёрт принёс?

Тяжёлая створка распахнулась, и перед нами предстал сотрудник. В грязном белом халате и фартуке, хорошо ещё — не кровавом. Уже немолодой, за пятьдесят, с редкими седеющими волосами и вечной сигаретой во рту.

— А, Рябов? Конечно. Кто ещё, кроме тебя, посреди ночи-то…

Он затянулся, табак начал стремительно сгорать. Выпустив клубы дыма в морозный воздух, он перекинул сигарету в другой угол рта и осмотрелся.

— Так, этого знаю, — после секундного изучения он утратил ко мне интерес, — а тебя, парень, впервые вижу.

Саша никак не отреагировал на слова, но уставился на тлеющий кончик сигареты. Тот вдруг засветился ярче, а потом вспыхнул с хлопком, словно в табаке оказалась щепотка пороха.

Суровый патологоанатом поспешно выплюнул сигарету, опять чертыхнулся себе под нос: — Напихают всякого, сволочи…

— Ладно тебе, Петрович. Это наш внештатный специалист по одной узкой тематике, — шеф попробовал сменить тему: — Нам бы сегодняшнюю жертву посмотреть.

Петрович запахнулся поглубже в халат. «Спец по трупам здесь я». Вроде бы так он сказал себе под нос, потом достал из мягкой пачки очередную «Яву», с искренним удовольствием закурил и разогнал сухой табачный дым рукой.

— Заходите. А то холодища тут.

Мы прошли внутрь, и дверь за нами захлопнулась. Петрович выбрался вперёд и направился по коридору, показывая дорогу. Я уже встречался с этим вечно недовольным мужичком с хитрым прищуром и желтоватой пергаментной кожей. Он был слишком рьяным скептиком даже для патологоанатома — вечно изливал огромное количество сарказма и желчи. К счастью, встречи наши были редкими. Да и то, я предпочитал помалкивать, пока шеф вёл свои разговоры.

Через минуту добрались до секционной. На потолке не горело нескольких ламп, но тех, что оставались, хватало с лихвой. Небольшая комната с местами выпавшей плиткой, инструментальным столиком у стены и весами на тумбочке в углу. В центре на железном столе лежал труп девушки.

Бледную кожу рассекали несколько широких разрезов. Даже я видел, что появились они в разное время: на одних только недавно запеклась кровь, другие уже были покрыты толстой коркой засохшей сукровицы.

Петрович подошёл ближе к телу, выпустил в сторону струю дыма, а после сказал скрипучим голосом: — Я пока еще не занимался ей, только наружный осмотр провёл. Скорее всего, причиной смерти окажется падение с высоты и политравма. А вот эти порезы, — он указал пальцами с дымящейся в них сигаретой, — пока объяснить не могу. Возможно, сама нанесла.

Патологоанатом склонился к руке девушки. Поперёк предплечья виднелся довольно глубокий рубец, покрытый запёкшейся кровью. Шеф подошёл ближе, присмотрелся. За ним — я, а уж после Саша.

Он не стал тратить время на изучение травм, а приблизился к голове жертвы и коснулся её руками с двух сторон. После запрокинул голову и прикрыл глаза.

Это оказалось неожиданностью для Петровича. Он крякнул, но не успел ничего возразить — шеф положил ему руку на плечо. Давая понять, что мешать не следует.

Я же стоял сбоку и видел странную картину. Между ладонями Саши и волосами девушки будто проскочили искры, а сам парень застыл, как изваяние. Лишь только глаза под опущенными веками метались — казалось, хотели вырваться наружу.

Лампы под потолком натужно загудели, этот шум врезался в барабанные перепонки, наполняя всех присутствующих тревогой. И в тот момент, когда звук, казалось, достиг своего апогея, свет на мгновенье моргнул, а после всё стало как прежде.

Сколько длилась эта «процедура», я сказать не могу. Мне показалась одним мгновением, а на деле прошло несколько минут. Сигарета в руке Петровича успела дотлеть до фильтра, он вскрикнул — обожгло пальцы. Саша в этот момент отпустил голову жертвы и медленно открыл глаза. В них, где-то в самой глубине, еще прыгали отражения тех искр. Взгляд постепенно сфокусировался, на губах появилась лёгкая улыбка.

— Я закончил. Можно уходить.

И направился к двери.

А патологоанатом выглядел недовольным. Только что он был здесь главным, а теперь какой-то сопляк ведёт себя как хозяин в этом храме смерти. И он вполне закономерно негодовал.

— В смысле — закончил?! Не хочешь объясниться?

Шеф не мог этому помешать, даже если бы захотел. Работа работой, но указывать Петровичу его место — чересчур. И, на счастье Рябова, его вмешательство не понадобилось.

Саша обернулся и посмотрел на патологоанатома пристальным взглядом. Он приковал его к себе, Петрович застыл, не закончив движение. А парень начал спокойно говорить. Отголоски далёкого грома повторяли его слова.

— Вы совершенно правы. Смерть наступила в результате падения с высоты. Других причин вы не найдёте, это не отравление и не химия. И тем более не убийство. А порезы на руках и внутренней поверхности бёдер — следы бытовой неосторожности. У жертвы дома есть ножи, некоторые вполне подходят. И, при желании, на них можно найти микроскопические следы крови.

После этих слов Петрович будто «отмер». Он закончил шаг, остановился. Задумался на мгновенье. А потом рассеянно достал из пачки очередную сигарету и отрешённо закурил. Невзирая на запрещающую надпись на стене.

Саша направился к выходу, бросив через плечо: — Я буду ждать в машине. Есть разговор.

***

— Она не сама выпрыгнула из окна.

Это было первое, что выдал Саша, когда мы втроём забрались в машину. Шеф напрягся.

— В смысле — не сама? Ты же сказал Петровичу, что это не убийство.

— Ну да, верно. Я не так выразился. Её заставили это сделать.

— Она была одна в квартире, — внёс я свою лепту.

Саша хитро улыбнулся.

— Правильно. Физически она находилась там одна. Но перед смертью была жутко напугана. Я заглянул в последние минуты её жизни, и многое стало ясно. Хотя и не всё. Это житьё в человеческом теле накладывает существенные ограничения, далеко в прошлое не видно. Эх, если бы я мог сейчас в полной мере распоряжаться своей силой… — вдруг посетовал он.

— Давай, не томи уже, — попросил шеф.

— В общем, она действительно была одержима. Молодая глупая девчонка, которая хотела получить желаемое. Кто-то подсказал ей простой и безобидный способ. Но только она сделала всё не так. Не смогла правильно начертить сигил, и демон взял её под контроль. Он питался её эмоциями несколько недель, а сегодня пожадничал. Она почти полностью истощилась, и он хотел лишь простимулировать. Ему было мало, а она не могла дать большего…

Слова лились рекой, а я слушал и пытался понять. Ту самую истину, что стучалась прямо с парадного входа: демоны среди людей — это далеко не редкость. Саша рассказывал вещи, которых попросту не должно быть в нашем мире.

— … И он пригрозил ей, что скоро будет еще хуже. Те порезы — это дань, которую она платила, чтобы демон оставил её в покое. Хотя бы на время. Но с каждым разом такие промежутки становились всё короче. Демоны временами как люди — им становится мало и хочется большего. А девчонка попросту не выдержала. Иногда случается. Слабая душа, знаете ли.

Шеф повернулся к нему.

— А кто ей подсказал? И как?

Саша покачал головой.

— Точно не знаю. Как-то дистанционно. Может быть, через эти вездесущие социальные сети. Я видел её перед компьютером. Она общалась там с человеком, и у них вскоре должна случиться встреча. Большего я не вижу. Но она слушалась этого человека. Ей нужна была помощь, она не справлялась с учёбой, а где-то в сети натолкнулась на его предложение. Он рассказал ей про сигил, про ритуал. Мотивов не раскрывал, но если повезёт, то мы его ещё найдём.

Я повернул ключ зажигания, шум заполнил пустоту салона.

— Вот, правильно! Вижу в твоих мыслях, что нам следует где-то перекусить, — обрадовался Саша.

— Ты собираешься есть в такое время? — сурово спросил меня шеф.

— Даже и не думал!

— Ладно тебе. Все мы люди, — хихикнул Саша, — и нам нужна дозаправка. Тем более, в ближайшем будущем я пока ничего важного не вижу. Полчаса у нас есть. Поехали. Я знаю недалеко хорошую кафешку. Там как раз должно быть немного народу.

Он придвинулся ближе, коснулся пальцами моего виска. Я вдруг увидел перед глазами вывеску заведения. И мало того, ощутил чарующий вкус гамбургера и картошки фри.

Ехать было совсем недалеко.

***

— Вот так я и стал живым демоном-человеком.

Саша поглощал вторую порцию картошки, а аппетит у него стал лишь немного слабее.

— Сколько ты не ел? — спросил Рябов.

Парень задумался, поднял глаза к потолку.

— Я точно и не знаю. Пару дней, кажется. Всё время забываю, что тело нужно кормить. Людям в этом плане сложнее — постоянно нужно добывать пищу. Это один из минусов жизни на земле.

Только что он закончил историю, которую рассказывал последние полчаса. О событиях двухлетней давности, когда вселился в молодого парня по имени Саша Савин, и образовал с ним Симбиоз. Теперь же, насытившись и умолкнув, откинулся на сидение, лениво пил кофе и блаженно поглядывал по сторонам.

— А еще один минус — мои способности ослабли. Теперь я вижу прошлое и будущее не так далеко. Всего каких-то полчаса в обе стороны. Мысли читать сложнее стало. Зато влияние на людей осталось прежним.

Он огляделся по залу закусочной. Редкие посетители сидели возле стойки и потягивали кофе. Возможно, у них только закончилась смена, или они ждали открытия метро.

— Вон, видишь? — он указал на ближайшего к нам мужчину. — У него стресс, с женой скандалы. Его негатива мне хватило бы на пару дней. А у того, — палец ткнулся в следующего, — уже почти депрессия: долги большие и заболел серьёзно. Скоро и помереть может, от такой жизни-то.

Он отхлебнул еще кофе.

— Но теперь я ими питаться не могу. А тот демон, что девушку до ручки довёл — он мог. И насытился вдоволь, насколько я понял.

Тут у шефа, который последние минуты сидел молча и изредка кивал, зазвонил сотовый. Он поднял трубку.

— Что нашли?.. Адресат известен?.. Когда последнее?.. Где?

Выслушав ответы, он отключил телефон.

— Новости.

Я чуть склонился к столу. Саша продолжал держать кружку у рта и, похоже, не проявлял интереса. Хотя, если он действительно обладал даром видеть будущее, ему уже всё известно.

— С жертвой действительно связывались через социальную сеть, спецы нашли переписку. Аккаунт уже удалён. Но последние сообщения остались. Они договаривались встретиться в каком-то «их» месте. Адресата найти не удастся: симка «левая», в сеть выходил с краденого телефона. Так что пока всё без толку.

Саша хлебнул ещё кофе. Шеф переключил внимание на него.

— Кстати, а почему у тебя телефон выключен?

Тот сделал удивлённое лицо.

— Ну надо же! Каждый раз забываю зарядить. Это как с едой.

А после улыбнулся.

— Но если понадоблюсь, то через отца Павла передай. Форас легко меня находит.

— Форас? — не понял я. О нём раньше не говорили.

— Тоже долгая история. Это личный демон отца Павла. Он у нас большой оригинал, знаешь ли, — Саша еле заметно подмигнул.

Шеф с укором посмотрел на него, но промолчал. Поднял чашку с кофе и внезапно застыл.

С Сашей что-то произошло. Он замер, взгляд его опять уставился в пустоту, будто глядел куда-то в иной мир. А через секунду вернулся обратно, и лицо стало серьёзным.

— Так, ребята. Приготовьтесь. Сейчас он появится.

— Кто? — Рябов был предельно собран, взгляд заскользил по помещению.

— Как кто? Человек, с которой общалась жертва. Они договорились встретиться здесь, и мы его ждём. Я что, опять забыл вам это сказать?

***

Не прошло и минуты, как звякнул колокольчик у двери. Очередной посетитель вошёл внутрь, огляделся. Я сидел спиной ко входу, Саша тоже, а вот шеф мог полностью рассмотреть гостя. Одного короткого взгляда хватило, чтобы запомнить его лицо, и Рябов вновь уткнулся в столик, будто бы сосредоточенно что-то изучая.

Я напрягся, весь превратившись в слух. Вот этот неизвестный подошёл к стойке, заказал кофе. А через минуту двинулся к боковому столику, отгороженному от остальных невысокими перегородками. Поблизости никого не было, и место для приватной встречи подходило идеально.

Теперь он попал в поле зрения. Среднего роста, темноволосый. Лет двадцати пяти, глубоко посаженные глаза, нос с горбинкой, лёгкая синева на щеках после бритья.

Вооружившись картонным стаканом с кофе, будто собираясь скоро уйти, он сел у окна и уставился наружу. За стеклом ночной город только начинал просыпаться, редкие прохожие иногда появлялись в свете фонарей. Сумрак вокруг подозреваемого будто бы стал сильнее. Или мне так показалось?

Шеф пристально посмотрел на Сашу.

— Он? — одними губами произнёс следователь.

Наш демон коротко кивнул, уставившись в сторону, как будто задумался о чём-то вечном. Более расслабленного поведения было сложно ожидать. Он вёл себя так, словно ничего не происходит. Зато я напрягся.

— Вооружён?

Саша пожал плечами.

— Это важно? Будущее изменить не получится.

Рябов кивнул. Посмотрел на меня.

— Встаём по одному. Я отвлекаю возможное внимание, ты прикрываешь отход к двери. Зажмём его в углу.

Схема была понятна, мы отрабатывали такое на практике. Чтобы без шума нейтрализовать злоумышленника. Я кивнул. Шеф скользнул рукой под мышку, проверил кобуру.

А после неторопливо допил кофе, встал у нашего столика и потянулся, как будто затёк. Покрутил шеей, размял плечи.

В это время Саша тоже поднялся из-за столика, выпустил меня. Я направился к стойке, спрятав руку в карман и позвякивая мелочью. Вполне обычная ситуация — троица поела и один отправился расплачиваться. А двое других подождут.

Но они тоже начали действовать. Саша неторопливо, прикрыв глаза и нетвёрдо ступая, как пьяный, двинулся мимо столика нашей цели. Следом за ним отправился Рябов, якобы с целью проводить парня.

Неожиданно Саша опустился на сиденье напротив парня, продвинулся в дальнюю его часть, оказавшись прямо через стол от подозреваемого. Тот встрепенулся, но не успел ничего сделать.

Шефу понадобилась секунда, чтобы опуститься на сиденье рядом с жертвой. Зажал того в углу кабинки и тихо прошипел на ухо: — Ни звука.

Через мгновенье в бок парню упёрся ствол табельного пистолета. Он застыл без движения, переводя взгляд с шефа на демона. Тот сидел спокойно, глядя в глаза. Шеф коротко кивнул мне, я уселся рядом с Сашей. И таким образом мы перекрыли любой возможный путь отхода.

— Ты расслабься немного, мы просто поговорить, — непривычным мягким голосом начал демон.

— Если рыпнешься, пристрелю, — претил его словам Рябов, — руки на стол, чтоб я видел!

Всё произошло за несколько секунд, и никто из сонных посетителей закусочной даже не заметил, что гости с одного столика перебрались к другому. Всё так же потягивали кофе, погружённые в свои мысли.

Жертва, темноволосый парень, медленно показал руки и опустил на столешницу ладонями вниз. Он понял, что лучше молчать и не задавать вопросов.

Саша наклонил голову чуть набок. Ему было очень интересно. Так делают эстеты в галереях, когда рассматривают любопытное полотно.

— Ну давай, рассказывай.

— Что? — голос парня оказался хриплым. А может, у него просто пересохло в горле от страха.

— С кем ты собирался тут встретиться, зачем и почему, — разъяснил шеф.

— Я просто зашёл за кофе.

Парень решил отпираться, это было ясно.

— Мы знаем, что это ты, — продолжал Рябов. — Ты надоумил девушку вызвать демона, и ты же виноват в её погибели. Она два часа назад выбросилась из окна. Если ты не в курсе, то это статья — доведение до самоубийства.

Парень замотал головой. Глаза его распахнулись, зрачки расширились. Пальцы задрожали, он попытался прикрыть лицо ладонями.

— Руки на стол! — прошипел шеф.

— Я ничего не знаю! — почти плача, громко шептал парень. — Ни о какой девушке и демоне. Я просто кофе зашёл выпить.

Теперь у меня в душе закопошился червь сомнения. Слишком натурально выглядело удивление и страх. Может, Саша ошибся? Откуда он был уверен, что нашёл нужного человека?

А парень, скользя взглядом по нашим лицам, остановился на мне. Будто почувствовал слабину.

— Ну послушайте. Я же здесь совсем ни при чём!

Саша наклонился чуть ближе к столу.

— Кажется, вы, люди, называете это эмпатией? — будто бы невзначай спросил он.

А после накрыл его ладони своими.

И вновь время остановилось. Теперь лампы на потолке уже не гудели, они вспыхнули, будто готовые взорваться. Я зажмурился — свет стал слишком ярким, он выжигал глаза и грозил оставить от разума пепелище.

Через долгое мгновение тишины меня тронули за руку. Шеф тормошил предплечье, пытаясь вернуть из морока в настоящее. Я огляделся — уже всё закончилось, Саша откинулся на сидении и просто смотрел на свою жертву.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 90
печатная A5
от 434