электронная
200
печатная A5
579
18+
Служба по Восстановлению Памяти

Бесплатный фрагмент - Служба по Восстановлению Памяти

Книга шестая

Объем:
402 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-0053-2248-7
электронная
от 200
печатная A5
от 579

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Глава I
Пятидневный междусобойчик

Все сотрудники Службы по Восстановлению Памяти находились в ресторане и отмечали День Рождения Гиберта. Состоялось чаепитие с тортом и выпечкой. Имениннику было сказано много добрых слов и пожеланий. Гиберт был весьма удивлен, когда узнал, что его позвали в ресторан отмечать его же День Рождения. И когда только они успели узнать об этом и все организовать?

Гиберт смотрел на друзей, и улыбка не сходила с его лица. Он чувствовал себя удивительно счастливым. Праздник удался на славу! Гиберт вспоминал свои прошлые Дни Рождения, и понимал, что это одно из немногих, которое он будет помнить до конца жизни.

— Гиб, ты не сердишься, что мы так бесцеремонно влезли в твою личную жизнь? — полюбопытствовал Шарух, когда все пожелания в адрес именинника были высказаны.

— Что ты имеешь в виду?

— Узнали личные сведения и использовали их в своих интересах.

— Не сержусь, — ответил Гиберт, и поднявшись, обратился к присутствующим: — Друзья, я благодарен за праздник и поздравления. Даже не ожидал, честно…

— С подарком уж прости, — отозвался Бохрад.

— Да не нужны мне подарки! Я просто счастлив, что вы есть в моей жизни. В честь сегодняшнего события хочу предложить интересное мероприятие — отказаться нельзя! Я именинник и потому мои желания должны исполняться. Согласны?

Присутствующие многозначительно переглянулись между собой. В их глазах появились интерес и сомнения.

— Заинтриговал, а поподробнее? — попросил Эрни.

— Я хочу с каждым из вас провести день. Завтра назначаю встречу с Бохрадом и так каждый день. Все понятно?

— Звучит интересно, но в чем подвох? — выразил сомнения Шарух.

— Целый день, — задумчиво молвил Аманти. — Это даже пугает…

— Бохрад, что скажешь? — украдкой обратился к шефу Эрни.

Бохрад доел последний кусочек торта, оставшийся на тарелке, запив его глотком чая, продолжая размышлять над сложившейся ситуацией и, наконец, ответил:

— Я согласен! Гиб, надеюсь, в твои планы не входит морить голодом, чтобы выведать личные тайны?

Эрни, узнав, что волнует шефа напрягся. Гиберт, посмеиваясь, покачал головой, и пояснил:

— Будем играть в шахматы на желание.

— Со всеми? — спросила Илаис.

— Да, у вас есть время потренироваться друг с другом.

— Молодец, Гиб! — весело воскликнул Шарух. — Беспроигрышный вариант! Ты у нас в этом деле ас! У Бохрада еще есть шанс выиграть, а у остальных… Но я, впрочем, принимаю эту игру. Думаю, с тобой не заскучаю.

— Все будет отлично, Шарух! — пообещал Гиберт, и взяв в руку нож, обратился к девушке: — Илаис, еще тортик?

— Не откажусь, — с улыбкой отозвалась Илаис.

— А я, если что-то не понравится — сбегу! — решительно заявил Аманти.

Несмотря на то, что его слова насмешили друзей, все они отлично понимали, что парень не шутит. Эрни хоть и посмеивался над ним, но на всякий случай решил, что поступит также, если Гиберт начнет слишком допекать и лезть в душу.

==\\==

После праздника ребята разошлись по своим каютам. На настроение Шаруха предстоящее мероприятие подействовало возбуждающе. Он долго молча мерял комнату шагами, обдумывая возможные варианты развития событий. Иногда нервно взмахивал руками и сердито вздыхал. Эрни сидел за столом и с равнодушным видом наблюдал за ним.

— Эрни, как думаешь, что у Гиберта на уме?

— Решил скрасить нам путешествие домой. Будем так переживать и не заметим, как неделя пролетит.

— А я ведь переживаю. Причем всерьез. Вдруг ему нужно по поручению МВ собрать о нас какие-то сведения?

— Не выдумывай зря.

— С каждым наедине день — это звучит слишком загадочно. Одних

только душевных разговоров наберется… — Шарух сел за стол и проникновенно глядя в карие глаза друга, попросил: — Эрни, миленький, ты только не проколись. Не хочу, чтобы он узнал о твоих тайнах.

— Постараюсь. Да, не нервничай ты так! Сам главное не проболтайся.

— Правда, чего это я себя накручиваю? Бохрад вечером придет, может, что дельное посоветует. Если бы я смог выиграть…

И тут Эрни посетила догадка, которая насмешила его:

— Представь, шахматы только у него имеются.

— А ведь точно! Вот мерзавец! Потренируйтесь друг с другом!

Шарух тоже засмеялся и все его недовольство в отношении Гиберта улетучилось как дым. А когда успокоился, вдруг сообразил:

— Шахматы еще в компьютере Аманти имеются.

— Точно! У нас как минимум день, чтобы потренироваться. А я буду морально готовиться к проигрышу.

— Эрни, так не пойдет. Зачем заранее ставить себя в невыгодную позицию? Я тебя подучу и может быть ты сможешь удивить Гиберта.

— О, да еще как удивлю… С одним королем по всему полю бегать.

— В любом случае не сдавайся! Ничья тоже неплохо.

Посмеиваясь и шутя друг над другом, они связались с Аманти и поинтересовались, не играет ли он в виртуальные шахматы. Узнав, что как раз собирается начать, Шарух и Эрни отправились к нему. До ужина все трое изучали шахматные стратегии и делились догадками по поводу мероприятия Гиберта. Аманти не скрывал своего беспокойства и, как и остальные, надеялся на удачу в игре.

А Илаис, чтобы зря не выдумывать всякое, этот вечер решила провести с Гибертом и заодно все выяснить. Вдвоем они приятно провели время, много шутили и смеялись, но как не пыталась девушка поговорить на интересующую ее тему, Гиберт ловко уходил от неудобных вопросов. Он даже напомнил Илаис ужа, что ловко изворачивается, избегая опасных ловушек. Единственное, что ей удалось выяснить — это то, что Гиберт назначил для нее время, когда лайнер приземлится на торговый астероид. А это случится через три дня. Впрочем, девушка была не против прогуляться по местным жилым кварталам и рыночной площади, а то довольно скучно сидеть в каюте и придумывать себе развлечения.

Перед сном навестить Эрни и Шаруха, а заодно выполнить «отеческий» долг, приходил Бохрад. Но к сожалению, ничего о планах Гиберта ему не было известно.

Весь следующий день оба приятеля жили ожиданием момента, когда смогут поговорить с Бохрадом и узнать, как он провел время с Гибертом. У шефа с самого утра была отключена связь. Если Шарух не скрывал своего беспокойства, и чтобы отвлечься часами играл в виртуальные шахматы или приставал ко всем с разными, одна другой фантастическими предположениями, то Эрни чувствовал себя спокойно. Ему даже было скучно. Не зная, чем себя занять он, улучшив момент, скрылся с поля зрения беспокойного друга и в гордом одиночестве прохаживался по многочисленным коридорам жилых отсеков лайнера. Он даже незаметно пробрался на третий этаж, в комнату, где можно было сидя в кресле наблюдать за звездным пейзажем. Пробыв в ней несколько часов и счастливый, что его вторжение осталось незамеченным, Эрни вернулся в каюту.

— Эрни, ты чего связь отключил? — сердясь, спросил Шарух, едва тот вошел.

— Не хотел, чтобы случайный звонок мне помешал.

— Скажешь, чем занимался?

— Не скажу. Я зашел позвать тебя обедать. Идешь?

— Точно! Уже обед, а на моем счету из лучших вариантов только две ничьи.

Шарух огорченно вздохнув, отодвинул от себя компьютер. Затем в расстроенных чувствах с отчаянием уронил голову на стол.

— Не стоит так огорчаться. Я вот готов к проигрышу и мне все по барабану.

Эрни подошел и заглянул в монитор. В ходе игры Шарух остался с королем и пятью пешками.

— Совсем неплохо. Целых пять шансов, что хоть одна из пешек станет королевой.

Со стороны друга послышался приглушенный смешок.

— Эрни, который утешает…

— И зовет в ресторан. Идем, а то я жутко голодный. Интересно, чем Аманти и Илаис заняты?

— Позовем их с собой?

— Я не против.

Вскоре все четверо вошли в ресторан. Увидев за одним из столиков, обедающих Гиберта и своего шефа, друзья удивленно переглянулись, а затем заполнив разносы едой, многозначительно улыбаясь, пошли к соседнему столику. Шарух же нарочно подошел к ним, а Эрни решил сопровождать приятеля.

— Какие люди! Ну как ваше свидание? Бохрад, Гиберт тебя не обижает? — Шарух вопросительно заглянул шефу в глаза.

— Все в порядке, — ответил Бохрад. — Мы как раз говорили о тебе.

— Обо мне? — Шарух поспешил сесть за их стол. Он так и сгорал от любопытства, поглядывая на обоих в ожидании ответа.

Гиберт не выдержав, смеясь, произнес:

— Шарух, Бохрад пошутил, идите уже отсюда. Вы прервали наш разговор.

— Бохрад…

— Да, я пошутил. Но о тебе мы непременно поговорим, обещаю.

— Боже, как я разочарован… — вздыхая, Шарух поднялся. — А только-только начало наклевываться что-то интересное.

— Идем, — окликнул Эрни.

— Учти, Гиберт, я слежу за тобой, — на прощание предупредил Шарух, прежде, чем оставить их одних.

Его заявление вызвало у обоих веселые улыбки.

— Ты же не собираешься прерывать курс массажа? — после его ухода поинтересовался у собеседника Бохрад.

— Хочешь поднять ему настроение?

— И еще проверить, как рана зажила.

— Хорошо, подумаю.

Во время всего обеда Шарух украдкой косился в сторону шефа, мирно беседующего с Гибертом.

— Гиберт всего лишь хочет, чтобы мы ему доверяли, — пояснила Илаис, желая успокоить друзей.

— Мы вроде бы и так ему доверяли, — произнес Аманти. — Он наверно знает о нас больше, чем мы сами.

— Нам теперь не о чем поговорить, как о причудах Гиберта? — в голосе Эрни прозвучала ирония. — Шарух, помнится, Аманти обещал нам приготовить утку по-пекински.

— Что? Когда? — у Аманти от удивления отвисла челюсть.

— Кажется, припоминаю… — Шарух с прищуром посмотрел на удивленного приятеля.

И того внезапно осенило.

— Эрни, это же когда было? Да и здесь это не получится.

— Аманти, ты умеешь готовить? — Илаис была приятно удивлена такой новостью.

— Не умею, но у Шаруха в Музее полно кулинарных книг. Я бы смог.

— Вот видите, какая интересная тема для разговоров, — обрадовался Эрни. — Осталось стащить у поваров книгу, утку, специи, посуду и то, на чем это все приготовить. Как вам развлечение?

Шарух с улыбкой спросил:

— Кто-нибудь в курсе: на лайнере есть карцер для умалишенных?

— Ты это обо мне такого мнения?

Эрни даже перестал есть, во все глаза уставившись на Шаруха. Он не знал сердиться на него или подождать с этим.

— Почему о тебе? О нас! Я просто горю желанием провернуть такую авантюру и к освобождению шефа приготовить сюрприз.

— Про карцер не слышала, — с задумчивым видом отозвалась девушка, — но, если застукают, кают свободных всем хватит. Я согласна!

Шарух обратился к другу:

— Эрни, а ты? Нам, сам понимаешь, без тебя не справиться.

— Ну что же… Я за! Но если что, всю ответственность ты берешь на себя!

— Всю? Эрни, это нечестно! Предложение твое было. Давай на двоих.

— На троих, — вовремя вклинился Аманти.

— На четверых, — уточнила Илаис.

Воодушевленные необычной идеей друзья с большим аппетитом налегли на еду. Они решили дождаться, когда Гиберт и Бохрад покинут ресторан и сходить к поварам, чтобы разведать что и как.

— Я пойду, — категорично решил Эрни.

Никто не стал ему возражать.

Красть и взламывать ничего не пришлось. Эрни поговорил с поварами, причем большая часть которых оказалась прекрасной половиной человечества и очаровав своим обаянием, быстро выяснил все, что нужно. Кроме того, ему предоставили кухню в полное распоряжение, а именно до пяти вечера, то есть до вечерней смены поваров. Он пообещал, что все будет оставлено в том виде, котором полагается. Главный повар даже передала ему во временное пользование книгу с рецептами и лично нашла нужный, объяснив где и что из ингредиентов брать, как размораживать и как включать оборудование. Нашлись желающие даже остаться и помочь ему в приготовлении утки по-пекински, но Эрни мило улыбаясь, заверил, что он с друзьями справятся сами.

В его отсутствие трое сообщников уже порядком притомились в ожидании. Шарух даже не строил догадки по поводу его задержки, хотя мысли в голове крутились разные.

Наконец, Эрни вышел из кухни и задорно улыбаясь, направился к друзьям.

— Чего так долго? — первым спросил Шарух.

А Илаис предположила:

— Тебя застукали?

— Застукали, — не стал обманывать Эрни. — Но все вышло лучше, чем вы можете себе представить. Не надо нам ничего красть и взламывать!

— И… — Аманти с нетерпением ждал продолжения его восторженного рассказа.

— У нас есть все необходимое. Но придется приготовить две утки.

— Почему две? — заинтересовалась девушка.

— Одну оставим поварам. Уж очень они хотят оценить наше мастерство.

— Хорошо вторую утку я беру на себя, — уведомила Илаис. — Никогда не готовила ничего подобного.

Шарух критическим взглядом окинул неунывающих сообщников и задумчиво произнес:

— Из нас никто не имеет опыта в готовке этой дичи. Можем круто опозориться.

— И что ты предлагаешь? — с любопытством спросил Аманти.

— Я буду готовить третью. Поварам оставив лучший вариант, дожарим недожаренную для Бохрада. А самим можно съесть ту, что получится так себе.

— Отличное предложение! — охотно поддержал его Эрни. — Чур, я буду дегустатором!

==\\==

День, проведенный с компании с Гибертом, не оказался таким уж утомительным, как представлял себе Бохрад. Были разговоры и игры в шахматы, и осознание того, что он несколько раз выиграл, наполняло его душу гордостью. Он шел в свою каюту украдкой улыбаясь своим мыслям. В его ближайшие планы входило отправиться в ресторан и отужинать. Перед своей каютой он остановился, с интересом уставившись на висевшую на двери записку.

«Бохрад, пожалуйста, до ужина зайди к нам. Шарух, Эрни»

Бохрад, подумав немного, включил связь и позвонил Шаруху.

— Шарух, я прочитал записку, в чем дело?

— Бохрад, с возвращением! Дело очень срочное, не требующее отлагательств. Мы кое-что натворили, ты должен быть в курсе.

— Что вы еще натворили? — шеф не в шутку забеспокоился.

— Приходи, мы ждем.

Едва связь отключилась, Шарух весело воскликнул:

— Дело сделано! Шеф в панике мчится сюда.

Все четверо ожидали появления Бохрада, сидя за столом, который заранее вынесли на середину комнаты. На столе среди тарелок и вилок на прямоугольной подставке находилось две завернутые в фольгу, пышущие жаром утки. Кроме того, был нарезан треугольными ломтиками черный хлеб.

— Может и Гиберта позовем? — робко предложила Илаис. — Узнает и обидится.

— Это уж как шеф решит, — ответил Эрни.

— Представляю его реакцию… — Аманти загадочно улыбнулся.

Не прошло и пары минут, как дверь открылась, и в каюту быстрым шагом вошел шеф. Он ошеломленно замер, с недоумением глядя на стол и присутствующих.

— Присаживайся, — пригласил Шарух, выдвигая для него стул.

— И что все это значит? Что вы натворили? Я требую объяснений!

— Мы сегодня… — таинственным тоном начал Эрни. — Приготовили аж три… утки по-пекински! Ужасное событие!

Друзья, посмеиваясь, покачали головами, затем хором торжественно воскликнули:

— Сюрприз!

— Точно только этот сюрприз и больше никакого? — взгляд и голос шефа заметно смягчились. Он, улыбнувшись, сел за стол.

— Я даже рассказывать не буду, как все прошло, — скромно молвил Аманти.− Чуть все не испортил…

— Эрни, ты сказал три утки?

— Ну да, три. Одну оставили поварам, разрешившим нам похозяйничать на кухне. Вот пойдем ужинать и заодно примем комплименты.

— Ага, комплименты! Не досолили, не дожарили… — насмешливо пробурчал Шарух.

Одну из уток он пододвинул шефу.

— Это мне?

— Илаис готовила, — уведомил Эрни. — У нее талант!

— Шеф, если что, не слишком ругай, хорошо? — мило улыбаясь, попросила девушка.

— Давайте уже есть, — не сводя глаз с оставшейся утки, требовательно попросил Аманти.

— Аманти, это твоя — тебе и разворачивать, — предложила Илаис.

Аманти действительно не терпелось попробовать свое кулинарное произведение и оценить его качества. Он охотно приступил к освобождению утки от фольги и затем разделил ее ножом на несколько частей.

— Судя по легкости отделения мяса от костей и ароматному запаху, утка дошла до готовности, — вскоре сообщил он. — Налетайте! Ножка моя!

Понаблюдав за его действиями Бохрад развернул свою утку, затем понюхал, блаженно прищурившись и произнес:

— Я всю не съем. Надо Гиберта позвать. Вы не против?

— Нисколько, — за всех ответил Шарух.

Отзвонившись ему, Бохрад отделил кусочек кушанья и положил его в тарелку, приготовившись распробовать. Но вопрос Шаруха отвлек его:

— Бохрад, пока Гиберт идет, может расскажешь, как вы развлекались?

— Извини, Шарух, Гиберт взял с меня слово, что все останется между нами.

— Но в шахматы вы играли?

— Играли, — Бохрад положил в рот кусочек мяса, и начав жевать, с наслаждением зажмурился: — Илаис, очень вкусно!

— Рада, что нравится.

— Правда, очень вкусно!

— Играли и ты проиграл? — Шарух продолжал проявлять настойчивость.

— Мы играли до трех очков. Я выиграл.

— А игра была на желания? — вкрадчиво полюбопытствовал Аманти.

— Верно. Гиберту придется исполнить мое желание.

— И ты нам его не скажешь? — догадывался Эрни.

— Спросите Гиберта, вдруг он скажет.

— Да, как же! — усмехнулся Шарух.

Ждать Гиберта долго не пришлось. Войдя, он так и замер, с недоумением рассматривая расположившихся за столом друзей. И вскоре растерянно произнес:

— Добрый вечер…

— Присаживайся, у нас банкет, — пригласил его Бохрад, указывая на свободное место за столом.

— И по какому поводу?

Соблазнительный аромат, витающий в воздухе так и приковывал к себе его внимание.

— В честь освобождения Бохрада из плена, — уведомил торжественно Шарух.

— Отличный повод! — оценил Гиберт.

Илаис, мило улыбаясь, пододвинула ему тарелку, а Бохрад протянул нож. Тот потянулся к утке.

— Гиб, ты скажешь нам, какое желание попросил исполнить Бохрад? — любопытство Шаруха не имело предела.

— Очень странное желание, — Гиберт насмешливо переглянулся с шефом. — Мне даже неудобно об этом говорить.

— Ну что за тайны, Гиб? У меня от тебя нет тайн.

— Так ли?

Гиберт переложил на свою тарелку кусочек утки и задержал на Шарухе долгий, пристальный взгляд. Тот молчал размышляя, потом нашел, что ответить:

— Честно, никаких!

— Друзья, утка великолепна! — вмешался в разговор Бохрад. — Ешьте, а то остынет.

— Бохрад попросил меня съездить с ним в июле по чернику, — наконец, решил признаться Гиберт.

— Что, правда? — Шарух был потрясен. — Бохрад, ты чудовище! Гиб… — парень протянул ему руку для пожатия. — Я очень тебе сочувствую!

— Вроде бы нечему сочувствовать, — Гиберт с недоумением все же ответил на рукопожатие.

— Да я чуть не умер на том болоте!

— Шарух преувеличивает, — бесстрастно произнес Бохрад. — Я каждый год езжу и ничего — не помер пока.

— Это будет интересный опыт, — выдал в заключение Гиберт.

— Но я как истинный друг тебя предупредил.

— Кстати, утку они сами приготовили, — похвалил сотрудников Бохрад. — А эту лично Илаис.

Потянувшись за дополнительной порцией утки, Аманти весело сказал:

— Хорошо, когда первый опыт, а так удачно все получилось!

— Доедим утку и продолжим ужин в ресторане, — сообщил Эрни. — Ужасно хочу узнать, что скажут повара насчет утки Шаруха.

— Я сгорю от стыда, — с долей огорчения вымолвил Шарух.

— Шарух, Аманти, вы тоже готовили утку? — удивленно спросил Гиберт.

Оба приятеля утвердительно качнули головами.

— Советую брать у них мастер класс, — с улыбкой порекомендовал Эрни.

— Умеете вы удивить. Буду иметь в виду.

Гиберт был приятно поражен такой новостью. Пока ел утку с его лица не сходило довольное выражение. Иногда он переглядывался с присутствующими и не мог сдержать улыбку.

Наевшись, Аманти решил обратиться к Гиберту с просьбой, над которой он думал весь день.

— Гиберт, — начал он не совсем уверенно.

— Что?

— Можно завтра ты выберешь меня?

Парень с нескрываемым интересом посмотрел на Аманти.

— Почему?

— Я немного переживаю и спать спокойно не смогу. А если ты скажешь, что проведешь завтрашний день со мной, я приму это как должное и успокоюсь.

Аманти ожидающе взглянул на Гиберта. Ему было неловко за то, что пришлось признаться в своих переживаниях, но иного пути решить психологическую проблему, он не видел.

— Не понимаю, чего ты нервничаешь? — Гиберт опять сосредоточил внимание на еде. — Я же не Шарух, мучить не буду. Но если так хочешь, хорошо, позвоню тебе утром.

Аманти облегченно выдохнул.

Эрни мысленно порадовался за друга, отлично понимая его состояние. И когда встретился с Аманти взглядом, с улыбкой подмигнул ему.

Шарух решил не оставлять поступок Гиберта без внимания.

— Гиб, за то, что ты такой добрый, я обещаю тебе проиграть в шахматы, — и заметив, что тот воспринял его слова за шутку, и начал смеяться, добавил: — Не смейся! Если бы ты видел, как я играю в виртуальные шахматы, ты бы понял, что я не шучу.

— Он не шутит, — решил помочь другу Эрни. — Сам видел. Шарух даже на ничью не соглашается.

— Звучит многообещающе, — молвил Гиберт. — Что ж я не возражаю против твоего намеренного проигрыша. Я даже очень на него рассчитываю.

— Вот и договорились! Рад за вас обоих, — обрадованно высказался Бохрад.

После застолья друзья отправились ужинать. Точнее перекусить что-нибудь легкое: салаты и напитки. Проходя мимо витрины, Эрни поймал взгляд главного повара. Женщина с улыбкой показала ему правую руку, сжатую в кулак с поднятым вверх большим пальцем. О чем Эрни поспешил уведомить Шаруха.

— Твоя утка всем понравилась, — украдкой шепнул он, догнав его.

— Правда?

Шарух оглянулся, отыскав взглядом поваров. Некоторые повторили жест главного повара и наградили веселыми улыбками.

— Сам видишь, все в порядке. Займи нам столик, я что-нибудь себе присмотрю.

И Эрни вернулся к витрине.

Шарух был очень доволен, что все его опасения оказались напрасными.

Друзья разошлись по ресторану выбирая в чьей компании провести ужин. Илаис и Гиберт предпочли уединиться подальше от всех. А Бохрад сел за стол к Аманти.

— Ты не против? — поинтересовался он, прежде чем приступить к ужину.

— Нет, — Аманти замотал головой. — Хотя я люблю быть один, но от компании не откажусь.

— Да, я заметил. Ты в последнее время замкнулся. Есть проблема?

Аманти перестал пить чай и настороженно посмотрел в глаза шефу.

— Проблема? Нет, вроде…

— Если отодвинуть твои переживания по поводу завтрашней компании с Гибертом, я чувствую, есть еще что-то. Ты во сне все так же встречаешься с Ундиной?

Парень, сдержанно вздохнув, пряча взгляд, утвердительно качнул головой.

— Скучаешь?

— Я же люблю ее… Конечно, скучаю. Грустно, что нам не дано быть вместе. Все не хочу об этом говорить!

Аманти отвернулся, скрывая набежавшие слезы.

— Прости, — шеф, глядя на расстроенного парня, даже пожалел, что затронул эту болезненную тему.

— Переживу.

— Тебе бы как-то отвлечься…

— Да, было бы здорово. Если что попрошу Шаруха устроить мне экстремальное испытание. У меня тогда все в голове в порядок приводится.

Аманти улыбнулся, но эта улыбка получилась грустной. Только парень быстро отогнал от себя налет грусти и с аппетитом продолжил пить чай с пирожными. Бохрад вскоре предложил ему съездить с ним по ягоды, будто это отличное средство от меланхолии. На что Аманти сказал, что подумает и может быть согласится. Такой вариант разогнать скуку обоим показался заманчивым.

— Вообще-то, я бы лучше по грибы, но совсем в них не разбираюсь, — с огорчением признался Аманти.

— Можем организовать это мероприятие, но придется взять Шаруха или какой-нибудь справочник по грибам.

— Мне нравится эта идея! Взять всех и в лес! Утку по-пекински освоили, будем осваивать мир грибов!

— А что, пожалуй, я возьму на заметку, — согласился с ним шеф. — Особенно, если Шарух со своими причудами достанет.

— Он достанет, не сомневайся!

==\\==

Проснувшись утром, Эрни долго лежал в постели, размышляя над остатками сновидений. Вставать не хотелось. К тому же Шарух, кажется, и не думал, просыпаться. Эрни слышал его дыхание и перевернулся на бок, чтобы убедиться, что ему не мерещится. Так и оказалось. Но едва Эрни размечтался снова погрузиться в сон, как в спальню вошел Бохрад.

— С добрым утром! — удивленно воскликнул шеф. — Ну надо же они еще спят! Шарух…

— Тебе обязательно его будить?

— Конечно! Он же не пришел за моим отеческим поцелуем. Вот приходится мне идти.

Шарух сонно заворочался.

Бохрад приблизился к спящему, и улыбнувшись, поцеловал его в лоб. Но Шарух так и не проснулся.

— Эрни, ты свидетель, я свой долг выполнил.

— Он не поверит, — усмехнулся Эрни.

— Ты прав… Этот тип еще заявит, что был в бессознанке. Тогда… — Бохрад задержал на Эрни многозначительный взгляд.

— Тогда что?

— Придется перевести стрелки на тебя.

— Это будет нечестно!

— Почему нет? Главное, мой долг будет выполнен.

Бохрад направился к Эрни. Тот решил не сопротивляться и в ожидании поцелуя в лоб, закрыл глаза. Шеф выполнил свой долг и довольный собой, покинул спальню ребят.

После его ухода Эрни облегченно вздохнул и открыл глаза. Вскоре до его слуха донесся приглушенный смешок проснувшегося приятеля. Эрни глянул на счастливую физиономию друга, сердито пробурчав:

— Ты нарочно?

— Нет, Эрни, я был в бессознанке и ничего не видел, — Шарух захихикал, за что тут же был вынужден спрятаться под одеялом от летящей в него подушки.

— Ты злобный, мелкий извращенец! — с такими словами Эрни отправил эту самую подушку в полет.

— Но зато как здорово получилось! Бохрад выполнил долг дважды. Эрни, ну правда, весело же. Хватит сердиться!

Эрни демонстративно отвернулся на другой бок. А Шарух продолжил:

— Ты только представь, что если бы не мои причуды, он мог бы и в губы поцеловать…

— Я и говорю ты — извращенец!

— А причем тут я? Это между прочим твоя и Бохрада затея. До сих пор теряюсь в догадках, как ты заставил его выполнять «отеческий» долг? Может расскажешь?

— Не дождешься!

Шарух снова захихикал, но больше не стал приставать с вопросами к приятелю. А Эрни уже и не сердился на него. Ему даже стало смешно от воспоминаний о случившемся. И всегда-то Шарух что-нибудь сделает такое неожиданное и забавное, что невозможно долго на него сердиться.

— Хорошо, до обеда я еще могу проваляться в постели. Но чем заняться потом? — размышляя вслух, произнес Шарух. — Пойти что ли в Ин-салон? Так одному как-то неудобно. Еще после твоего рассказа о нашем капитане, как-то не хочется обращать на себя ненужное внимание. Вдруг чего доброго застукает там и отомстит за униженные честь и достоинство…

— Он и так уже знает про наши подвиги на кухне, — напомнил Эрни.

— Скорее бы лайнер наполнился пассажирами и его внимание бы рассеялось, а то, честно, опасаюсь я попасть ему на глаза.

— Это ему надо опасаться. Он же хотел оставить нас на Тинее и если бы не Мистер Вульф…

— Теперь еще быть благодарным МВ… Предлагаю сделать вид, что мы не в курсе его доброго дела.

— Согласен, — живо откликнулся Эрни.

— Хорошо, что у него нет повода переманивать меня к себе.

— Найдет не переживай.

— Только с тобой, Эрни, я только с тобой!

В этот день Шаруха ждало разочарование. Он не мог позволить себе сразиться в виртуальные шахматы, так как Аманти забрал с собой компьютер, убедив, что об этом попросил Гиберт. Но зато он уговорил Эрни, Илаис и Бохрада сыграть в карты. На что друзья охотно согласились. С его шутками и острыми саркастическими репликами игра была веселой и время бежало незаметно.

— Кажется мне повезло, что играем без ставок, — обратил внимание Шарух на свой третий проигрыш подряд.

— Это все благодаря Илаис, — молвил с умным видом Бохрад. — От ее глаз не остаются незамеченными все твои мошенничества.

— Да… мне еще совершенствоваться в этом деле и совершенствоваться.

— А честно играть никак? — заботливо поинтересовалась девушка.

— Честно — скучно! Вот Эрни уставился в свои карты и что-то там думает. Слово из него лишнего не вытянешь.

— Боится проиграть… — сделал догадку Бохрад.

— С моими-то картами? — насмешливо произнес Эрни и положил свои карты рубашкой вниз. На всеобщее обозрения были представлены козыри всех высших мастей в количестве шести штук.

— Ух ты! — восторженно воскликнула Илаис. — И как с тобой играть?

Бохрад веселым тоном сказал:

— С ним всегда так! Зато со мной как всегда любимая шестерка червей.

Шеф показал всем эту карту.

— Уже любимая? — полюбопытствовал Шарух.

— Даже ночами мне снится. У меня с ней кармическая связь.

— И почему я такой невезучий? — Шарух огорченно вздохнул, и собрав у всех карты, начал перетасовывать. — Тоже что ли с кем-либо образовать кармическую связь?

— У тебя вроде и так с кармой полный порядок, — молвил шеф.

— Не уверен. Илаис, вот скажи, что меня ждет в ближайшее время?

Девушка задумчиво пожала плечами.

— Я пока не вижу ничего. Прилетим домой, может мои способности вернутся.

— Жаль, а хотелось бы знать, к чему готовиться.

— А тебе самому чего бы хотелось? — спросил Эрни.

Друг улыбнулся и начал раздавать карты.

— Представьте, возвращаюсь в Музей, а меня… обокрали! Такая будет суета, я в панике: «Спасите! Помогите!». Эрни обнимет и в утешение скажет: «Шарух, не плачь, полиция уже напала на след преступников. Тебе все вернут…», такая трогательная картина получится!

— А что украли? — задал наводящий вопрос Бохрад.

— Самый ценный музейный экспонат. Даже не знаю, что конкретно… Может поеденную молью шкуру саблезубого тигра? Я очень огорчусь. Она мне с трудом досталась.

— А золото, бриллианты? — вкрадчиво полюбопытствовала Илаис.

— Ну этого добра я не особо коллекционирую. Хотя, когда мне заблокировали доступ к банковской ячейке за несвоевременную уплату налогов, я очень огорчился.

— Так… теперь мы знаем, где у Шаруха хранятся драгоценности, — посмеиваясь, сказал Эрни. — Осталось выяснить код и номер ячейки.

— Эрни, что за намеки? — Шарух уставился на приятеля удивленно. — А сам «я не буду грабить Банк Федерального Резерва!» А друга грабить, значит можно?

Друзья начали весело смеяться над возмущенными словами Шаруха, чем и его рассмешили.

— Ну все, размечтался тут с вами, — Шарух перестал смеяться. — Бохрад, а ты, вернувшись, чего бы хотел, чтобы случилось?

Шеф взял две карты из колоды, и расставив их поудобнее в руке, ответил:

— Было бы неплохо, если бы мне на стол положили список хотя бы из десяти клиентов. А то мы совсем расслабились.

— Да… сложная задачка: совместить твоих клиентов и мое ограбление. Тебе придется временно обойтись без меня.

— Поживем, увидим. Илаис, а ты, о чем мечтаешь?

— Я… У меня свои заморочки. Хочу, чтобы к моему возвращению расцвела самая редкая пальма, а еще жду плоды авокадо. Эрни, теперь твоя очередь делиться мечтой.

— Мне особо нечем поделиться. Хочу просто вернуться в свою квартиру и насладиться одиночеством. Буду спать и пить чай на балконе.

— Здорово! — отозвался Шарух восхищенно. — Не забудь заполнить холодильник, а то как не приду, у тебя в нем всегда пусто.

— Заполню, не переживай. Еще апельсинов наемся до отвала, а тут Шарух позвонит, сообщив, что его обокрали. В общем, жизнь удалась!

— Моя тоже удалась, — продолжил мечтать Шарух, — даже несмотря на то, что обокрали. Шкуру, конечно, не нашли, но все было застраховано, так что я в накладе не остался.

— Мечтатели! — с доброй улыбкой Бохрад окинул своих сотрудников. — А знаете, говорят, если помечтать о чем-то в космосе, то непременно все сбудется.

— Жуть-то какая… — отреагировала незамедлительно Илаис. — Я тоже о таком поверье слышала. Все, Шарух, ты попал…

— Нет, давай мечтать о чем-нибудь хорошем, — предложил Эрни. — Например, что МВ не будет за что-то на нас точить зуб, а Аманти сможет реализовать свою программу по исцелению антисоциальных личностей, и исполнятся все его мечты.

— Поддерживаю! — выразил согласие Бохрад. — Мечтаем только о хорошем! Шарух, никаких твоих новых нервощипательных испытаний.

— Почему нет? Столько свободного времени и заняться нечем. Ты подкинул мне идею! Обзаведусь блокнотом и буду записывать все свои мысли на этот счет. Надо кое-что в пыточном зале поменять и доделать…

Произнося это Шарух избавился от своих карт и вышел из игры.

— Надо же! Шарух вышел без использования мошеннических трюков, — с восхищением заметила Илаис.

— Да, я помечтал стать везучим. Вот уже сбылось!

Шарух был сказочно доволен собой и действительно почувствовал себя невероятно везучим. И показалось, что теперь ему все по плечу. Даже ограбление Музея тоже было бы очень кстати…

А перед ужином Шарух и Эрни навестили Аманти. Он сказал, что зря переживал, что ничего неприятного в общении с Гибертом не было. Просто Гиберт захотел ознакомиться более подробно с программой «По исцелению антисоциальных личностей» и подкорректировать моменты, связанные с его участием. Ему не хотелось, чтобы в кадрах мелькало его лицо и сам лично изменил его до неузнаваемости. Еще Гиберт немного поговорил о нем, его отношениях с друзьями, но старался не касаться щекотливых тем. А также они поиграли в шахматы, где Аманти показал себя достойным противником. Его стратегия не раз поражала Гиберта. Даже несмотря на проигрыш, Гиберт был щедр на комплименты в его адрес. Причем он был искренен, в словах и Аманти верил ему без всяких сомнений. Он и сам чувствовал в себе нереализованные способности к этой игре. Ему только нужен был опытный наставник, и Гиберт как раз годился для этой роли. Гиберт сам предложил ему быть напарником в шахматах время от времени. Аманти решил не отказываться от такого выгодного предложения.

==\\==

Утром после завтрака Эрни и Шарух возвращались к себе, по пути размышляя, как провести этот день.

— Похоже, Гиберт позвал в гости Илаис, — произнес Шарух, но тут же зазвонил его браслет. Он взглянул на абонента, потом на Эрни, тихо проговорив: «Легок на помине!»

И после этого включил связь:

— Гиберт, рад тебя слышать!

— Ты уже позавтракал? — вкрадчиво поинтересовался тот.

— Да, а что?

— Тогда жду тебя в гости.

— Меня? — Шарух немного растерялся. — Ну… хорошо. Скоро буду.

Эрни дождался, когда друг отключит связь и сочувственно произнес:

— Похоже, сегодня он будет дружить с тобой.

— Эрни, как жаль, что тебе придется прожить день без меня, — вместе с ним Шарух остановился перед дверями своей каюты. — Ну, не поминай лихом, если что…

— Ты обещал ему проиграть.

— Да, придется выполнить свое обещание — выиграть я все равно не смогу.

И засмеявшись, Шарух направился в сторону каюты Гиберта.

— Береги себя! — весело выкрикнул вслед Эрни.

В ответ Шарух лишь поднял вверх правую руку. Приближаясь к каюте Гиберта, он чувствовал себя спокойно и уверенно. Еще было немного любопытно, как в его компании он проведет этот день. И какого сюрприза следует ожидать.

— Входи, входи, — с такими словами встречал его хозяин каюты.

Гиберт сидел за столом рассматривая хрустальные шахматные фигуры, подаренные лордом.

Шарух снял обувь и проходя в комнату бодрым голосом сообщил:

— Я весь к твоим услугам! Как будем развлекаться?

— Сначала посмотри мою шею, пожалуйста.

— Давай, посмотрю.

Шарух некоторое время осматривал шею бывшего пациента, прощупывал место операции, иногда спрашивая: болит или нет.

— Нет, не болит.

— Замечательно! Жить будешь! Даже шрама не останется.

— Теперь садись, будем играть в шахматы. Проиграешь, с тебя анекдот про маньяков.

— Ну с этим я точно справлюсь. Могу заранее рассказать.

— Рассказывай, — охотно согласился Гиберт.

— Очень толстой женщине звонят по телефону. Очень страшный голос говорит: «Я маньяк и я за тобой слежу…». Она. рассматривая себя в зеркало, отвечает: «Да-а… Плохо ты за мной следишь. Я бы даже сказала, совсем ты меня запустил…»

Гиберт смеясь. повернул другу доску с расставленными фигурами.

— Смешно, твой ход.

Шарух сходил пешкой.

— Гиберт, хочу спросить: ты, вообще, как? Вектор влюбленности в какую сторону указывает?

— Не беспокойся. Гарантирую, ты не пострадаешь.

— А если честно?

Гиберт задумчиво пожал плечом.

— Все в норме и под контролем.

— Точно в норме? — Шарух не сводил с собеседника пристальных глаз.

— Поверь мне, появятся симпатичные пассажирки, буду приставать к ним.

— Тогда это хорошо, — обрадовался парень. — А если ты проиграешь?

— Будем развлекаться по твоему сценарию.

— Мне уже начинает нравится у тебя в гостях. Но скажи честно, Гиб, с какой целью ты решил замутить этот пятидневный междусобойчик?

Гиберт загадочно улыбнувшись, недолго размышлял над его вопросом, между делом срубив у противника коня, на что Шарух никак не отреагировал. Потом решил ответить:

— Просто мне захотелось узнать, как вы на самом деле ко мне относитесь и устранить имеющиеся причины недоверия, если такие найдутся. Вот ты, например, в глубине души стараешься держаться от меня на расстоянии и причина в моей работе у МВ.

Шарух, покачивая головой, произнес:

— После того, как он с тобой поступил, не думаю, что ты будешь с ним откровенничать, как он того ждет.

— Он, правда, попросил меня приглядывать за вами, но не более, — откровенно признался Гиберт.

— Ну в этом нет ничего странного. Мы все догадывались об этом.

Пока Гиберт откровенничал, Шарух выстроил и благополучно реализовал стратегию по ликвидации ферзя противника.

Гиберт отреагировал с заметным огорчением:

— Не заметил…

— Я обещал проиграть, так что не переживай. Ни в этой партии так в следующей.

==\\==

А Эрни, оставшись один, сначала сходил к Аманти, сообщив ему о Шарухе, и поинтересовался, чем занят друг. А Аманти с безразличным видом вертел в руках шар, позволяющий видеть мечты.

— Думаю… — ответил он.

Эрни сел рядом, сообщив:

— Говорят, если в космосе загадать желание — оно непременно сбудется. У тебя есть такое желание?

— Знаешь, я уже некоторое время мечтаю создать свою семью. Хочу встретить девушку, похожую на Ундину и влюбиться в нее без памяти.

— Хорошее желание. Если слухи не врут — оно исполнится. А Шарух мечтает, чтобы его ограбили.

— Звучит смешно, но зная Шаруха, он ни о чем просто так не мечтает. Ему это выгодно.

— Да, он так и с казал, что страховщики все выплатят.

— А если капнуть глубже — репутация, повышения рейтинга среди конкурентов и может что-то еще. Эрни, а о чем ты мечтаешь?

— Я мечтаю… иметь мечту!

— Что же у тебя совсем никакой нет? — искренне удивился друг и начал перечислять: — Власть, слава, деньги…

— Не то все. Слишком банально и скучно. А вот мечтать о мечте, по-моему, отличная идея!

— Ты прав — это даже интригует… Столько неизвестности.

— Да и такой широкий простор для фантазии, — подсказал Эрни, и решил сменить тему: — Тебе помощь от меня не требуется?

— Нет, а что?

— Тогда я проведаю Илаис и может быть Бохрада. Я сегодня свободен как птица в полете.

— Илаис была в багажном отсеке.

Кивнув, Эрни поднялся и направился к выходу. Он действительно нашел девушку в указанном Аманти отсеке. Она проверяла свои растения и при необходимости поливала их. И от помощи добровольца отказываться не стала.

Бохрада навещать Эрни передумал. Вместо этого долгое время бесцельно слонялся по коридорам жилого этажа, разговаривал со стюардами, пообедал в гордом одиночестве, и потом пошел на поводу шальной мысли «а не сходить ли в звездную комнату?». Оказавшись тайком перед ее дверями, Эрни был обеспокоен, обнаружив, что они не заперты. Это означало одно из двух: либо кто-то находился внутри, либо двери просто забыли закрыть. Отступать при первых признаках опасности, Эрни не привык, и потому для начала решил убедиться есть ли кто в помещении. Слегка приоткрыв дверь, он осторожно заглянул. Никого не увидев, вошел и огляделся более тщательно.

«Никого!» — обрадовался парень, и быстро подойдя к центральному креслу, забрался в него и включил подъемное устройство. Вскоре он оказался перед окном с великолепным видом бесчисленных звезд и далеких причудливых туманностей. Это зрелище могло надолго приковать к себе внимание, и Эрни вскоре потерял счет времени, словно попав в параллельную реальность. В какой-то момент он даже заснул, завороженный незабываемыми видениями.

Неожиданно Эрни резко вздрогнул, судорожно вцепившись в подлокотники кресла. Сначала он сообразил, что не пристегнул ремни безопасности, а мгновение спустя осознал, что находится в комнате не один. До него отчетливо донесся звук наливаемого в стакан напитка.

Сделав глубокий вдох, Эрни решительно начал снижаться. Увидев нарушителя спокойствия, по спине пробежал холодок… Это оказался капитан лайнера собственной персоной!

— Добрый день! — первым отозвался капитан, безразлично взглянув на парня.

— Извините, я не должен был заходить, но дверь была не заперта, — Эрни даже удивился, что не чувствует со стороны капитана никакой агрессии.

— Да, я заметил, — капитан залпом осушил стакан с коктейлем и налил еще один, предложив: — Будешь?

— Нет, спасибо.

Эрни встал с кресла, размышляя, как бы повежливее и побыстрее сделать из комнаты ноги. Ему совсем не хотелось общаться с капитаном, а потом, возможно, выслушивать выговор шефа. Хотя первое показалось ему более неприятным.

— О чем думаешь, когда смотришь на звезды? — спросил капитан.

— О том, как обманчива безопасность. Достаточно едва заметной трещины в окне и все.

Капитан улыбнулся, более внимательно посмотрев на собеседника.

— Не веришь, что что-то может быть надежным?

— Сомневаюсь. Я наверно пойду, не буду мешать.

Эрни решительно сделал шаг к выходу.

— Останься, прошу. Мне уже давно никто не мешает.

Эрни остановился, оглянувшись.

— Тогда можно безалкогольного пунша?

— Угощайся, — капитан указал рукой на бар с напитками.

Встреча с капитаном для Эрни оказалась познавательной и интересной. Он много узнал о его работе, о космосе, который еще с детства был его мечтой. Капитан даже пригласил своего знакомого в кабинет пилотов, когда узнал, что ему приходилось быть за пультом управления. Вдвоем они сидели в пилотских креслах и долго молча смотрели на звездный пейзаж.

— Это мой последний полет, — неожиданно признался капитан. — Мечта сбылась без остатка. Потом все это будет только сниться.

— Уходите на пенсию?

— Ухожу. Ты, Эрни, не волнуйся, что я веду лайнер и не совсем трезв. В последнее время, если не выпью что-нибудь крепкого, все из рук падает.

— Все в порядке, — с улыбкой заверил Эрни. — Если что вы знаете, где меня искать

Капитан засмеялся грудных хрипящим смехом.

— Шутник! Я лайнер никому не доверю!

Эрни провел с капитаном весь оставшийся день. Вместе они устроили небольшую пирушку, а вот от ужина Эрни отказался. Он ждал, что, вернувшись от Гиберта, Шарух вот-вот позвонит ему. Не хотелось при капитане объяснять, где он находится и чем занят. Была мысль отключить связь, но тогда беспокойный друг запросто устроит всемирно-глобальные поиски с последующими упреками и сердитыми высказываниями.

— Капитан, доставили ужин, — сообщил стюард. Тот молча кивнул, и проводив стюарда взглядом, обратился к парню:

— Эрни, может все же поужинаешь со мной?

— Извините, меня наверно уже ищут. У нас шеф строгий, за любую провинность зарплату урезает, — Эрни встал, собираясь покинуть его каюту.

— Понимаю… мне было приятно пообщаться с тобой. Я даже не заметил, как быстро прошел день.

Капитан грустно вздохнул, и поднявшись, протянул парню руку.

— Я тоже был рад провести с вами время. Истории про космос все еще вертятся в моей голове.

Эрни, улыбнувшись, ответил на рукопожатие, добавил напоследок: «Может еще как-нибудь увидимся», и направился к выходу.

— Я не против, — произнес капитан.

Ему было немного грустно расставаться с таким умным и уважительным собеседником. И эта грусть туманной пеленой затаилась в его глазах. Он снова захотел выпить чего-нибудь покрепче…

Эрни не спешил возвращаться в свою каюту, хотя в душе хотелось поскорее увидеться с Шарухом, и узнать, как он провел время. Но еще больше Эрни хотелось потянуть с исполнением этого желания, заинтриговать Шаруха, который все еще не показывал признаков беспокойства о друге. Предчувствие его реакции и возможного недовольства невольно вызывало у Эрни улыбку. Он заранее решил, что ни в чем не будет оправдываться, и постарается вести себя уверенно и спокойно, чем без сомнения окончательно выведет друга из себя.

А Шарух уже вернулся в каюту и беспокойно мерял комнату нервными шагами. Его так и тянуло позвонить загулявшему другу и все выяснить, но он решил проявить терпение, уверенный, что рано или поздно ему станет все известно. Его беспокойство отхлынуло сразу, как только он увидел входящего в каюту Эрни.

— Привет, — бесстрастным голосом встретил его Эрни.

— Ты наверно не в курсе, но я тебя уже полчаса жду. Только не говори, что ходил ужинать без меня.

— Не скажу. Если это все твои претензии предлагаю сходить в ресторан.

— Ух, — облегченно выдохнул Шарух. — Идем, а по пути ты расскажешь, как провел день.

— Сначала ты.

— Договорились!

И Шарух с удовольствием поведал другу, как отчаянно сражался в шахматы, терпя одно поражение за другим. Благо условие проигрыша было легко осуществимым — анекдотов в арсенале имелось предостаточно, чтобы скрасить горечь поражения.

— Что ни разу не выиграл? — сочувственно спросил его Эрни.

— Был пару раз близок к победе, но у Гиберта мозг — настоящий компьютер! Он ловко выкручиваться. Может это и хорошо, я просто как-то не был готов требовать от него выполнения своих желаний. Некомфортно здесь как-то с этим делом…

— Понимаю.

— Но мы договорились продолжать массаж его многострадальной шеи и ушей. Уши мне особенно нравятся!

— Как только он тебя терпит?

— Для меня это тоже загадка. Теперь твоя очередь…

И Эрни рассказал ему о своей встрече с капитаном. Большую часть своих приключений он поведал ему сидя за столом перед разносом с едой, к которой не спешил приступать. Шарух слушал с большим вниманием и по окончании, сказал:

— Похоже, ты скрасил ему представление о нас.

— Он просто уставший, несчастный человек. Его мечта исполнилась, а новой пока нет и, скорее всего, не будет. У него есть все, чтобы благополучно прожить старость.

— Грустно… Эрни, ты ешь, а то с разговорами все остыло уже.

И Эрни, кивнув, приступил к еде.

==\\==

Следующий день, к счастью для Эрни, Гиберт провел время с Илаис. К тому же лайнер совершил посадку на торговом астероиде незадолго до открытия рынка. Туда-то при первой возможности отправились пассажиры лайнера. Хотелось подышать свежим воздухом и немного развлечься, осматривая предлагаемые пассажирам товары и достопримечательности.

Но увы, Эрни так и не нашел апельсины, найти которые он очень рассчитывал. Ему сказали не сезон. Шарух утешал приятеля как мог, и даже шутливо запугивал астрономическим ценами на местные фрукты, но Эрни пребывал в полном расстройстве. Он бы с радостью заплатил в десятикратном размере даже за самый маленький, единственный апельсин.

— На лайнере должен быть апельсиновый сок, — напомнил Шарух.

— Это не то — вкус ненастоящий. Все, я возвращаюсь. Все равно здесь ничего интересного нет.

Эрни окинул торговую площадь огорченным взглядом, и вздохнув, направился к космопорту.

— А я еще погуляю, — уведомил Шарух. — Ты не против?

— Как хочешь. Только не теряйся. Увидишь хоть один завалявшийся апельсин — бери и не торгуйся!

— Обещаю!

Но Эрни понимал, что Шарух вряд ли выполнит свое обещание. То, как он сочувствовал ему и переживал, тронуло до глубины души. По пути в свою каюту, он поймал себя на мысли, что сам порой бывает слишком невнимательным и грубым по отношению к другу. Почему-то время от времени ему хочется спровоцировать Шаруха на проявление злости и гнева.

— Я просто неблагодарное чудовище! — плюхнувшись на кровать, в сердцах воскликнул он вслух, и всерьез задумался: «У меня такие друзья, аж самому себе завидно, так нет чего-то мне все время не хватает. Наверно из-за апельсиновой зависимости у меня возникает желание сорваться на ком-нибудь. А если попросить Шаруха воспользоваться своим препаратом, и сделать так, чтобы я их стал ненавидеть? Да… это, пожалуй, выход…»

Эрни долго размышлял над возможностью решения своей проблемы. Шарух как-то рассказывал ему, как изготовить странное вещество, заставляющее испытуемого ненавидеть или страстно желать чего-либо съедобного, но многие составляющие препарата оказалось нелегко достать. И без помощи Шаруха в этом деле явно не обойтись.

«Как только вернемся, я воспользуюсь этим веществом и раз и навсегда избавлюсь от зависимости. Да, так и сделаю!» — твердо решил Эрни.

Этот день был не особо богат событиями. Друзья хвалились своими покупками, в основном сувенирами, изготовленными местными умельцами, и знакомствами с немногочисленными пассажирами, покидающими астероид по причине учебы или бизнеса.

После отлета Аманти встретил своих знакомых Гнилого и Серого и весь вечер провел в их компании, изучая звездное небо и студенческие новости.

Шарух, конечно, не нашел апельсины, но вместо них приобрел целый ящик пакетированного апельсинового сока. Продавец утверждал, что сок самый натуральный. Эрни сидел за столом и с нескрываемым сомнением смотрел, как он распаковывает довольно внушительных размеров металлический ящик, который незадолго до этого внесли в каюту нанятые им грузчики.

— Написано натуральный, — прочел он вслух. — Произведено на Земле. Интересует название консервного завода и дата производства?

— Нисколько.

Шарух вынул пакет сока и протянул другу.

Эрни нехотя взял пакет, открыл крышку. В нос ударил знакомый, пьянящий аромат.

— Боже… — ошеломленно выдохнул Эрни. — Неужели… настоящий?

— Пробуй скорее. Если меня обманули, узнаем у Аманти, как изготовить нейтронную бомбу и взорвем этот астероид!

Эрни сделал глоток, смакуя напиток. И не выдержав нахлынувшее желание, залпом выпил все содержимое упаковки. Затем отдышавшись, воскликнул:

— Настоящий! Поверить не могу! Ни красителей, но консервантов, ни сахара, ни лимонной кислоты…

— Ну, значит астероидянам повезло, — Шарух с довольной улыбкой поднялся с колен и указал на ящик. — Это все твое!

Эрни на радостях выскочил из-за стола и крепко обнял друга.

— Ты меня спас! Ну почему ты такой хороший?

— Я хороший? А кто меня постоянно извращенцем обзывает?

— Прости, это во мне апельсиновая зависимость говорит.

— Я не сержусь. Рад, что удалось тебя осчастливить.

Эрни разжал объятия, и со счастливым блеском в глазах посмотрел на Шаруха.

— Знаешь, пока тебя не было, я искал повод поссориться.

— О, как все серьезно… Пожалуй, одного ящика до конца полета не хватит.

— Ничего я продержусь до второй посадки.

Эрни склонился над ящиком и извлек две упаковки сока, одну протянул другу.

— Это все тебе, — заверил тот.

— Шарух, не порти мне праздник. Пируем! — друг не смог отказать ему и взял сок. Эрни восхищенно воскликнул: — Как же я рад, что у меня есть такой непредсказуемый друг!

— Даже не ожидал, что ты так обрадуешься моей покупке. Думал, зря купил.

Эрни вынул из ящика несколько упаковок и с ними вернулся за стол. Второй пакет он пил неторопливо, смакуя каждый глоток. С его лица не сходило счастливое выражение. Без улыбки Шарух не мог на него смотреть.

— Шарух, я тоже хочу сделать тебе приятный сюрприз.

— Очень интересно и какой?

— Я отменяю твой долг в тридцать четыре испытания, которые ты заработал, забыв о моем семидесяти пятипроцентном уровне страха.

— Это действительно приятно, но, Эрни, можно пока ты так счастлив, ты оставишь мне мои долги, а вместо этого выполнишь одну очень скромную просьбу?

Шарух внимательно смотрел на приятеля, с волнением ожидая его решения.

— Уверен, что просьба скромная?

— Может и не очень…

Эрни иронично усмехнулся.

— Я, конечно, понимаю, что сейчас нахожусь немного не в себе, но догадываюсь, о чем ты намекаешь. Хочешь поиздеваться надо мной?

— Всего один раз, — кивая, ответил Шарух. — И без твоего семидесяти пятипроцентного уровня. Безопасность и эмоциональные переживания гарантирую. Соглашайся, прошу…

— Надеюсь, не здесь? — Эрни имел ввиду территорию лайнера.

— Когда вернемся.

— Хорошо, я согласен.

— Эрни… — восхищенно произнес Шарух, и расплылся в счастливой улыбке.

— Можешь быть доволен, я уже начинаю жалеть о своем решении.

Шарух пододвинул другу упаковку сока, утешая:

— Не надо ни о чем жалеть. Обещаю, мы приятно проведем время. Лучше пей сок и не думай ни о чем плохом.

Эрни с сомнением пристально взглянул в глаза другу, и вдруг весело воскликнул:

— У меня идея! Если испытание для меня окажется трудным, повторю его на тебе столько раз, сколько испытаний ты мне должен!

— О… — озадаченно почесывая бровь, протянул Шарух. — Одно и тоже?

— Каждый день, — кивая, с коварной улыбкой подтвердил Эрни.

— Ужас… Это же чревато моей скоропостижной смертью от скуки.

— Возможно, но представь, какие буду похороны…

Шарух весело расхохотался.

— Я согласен на все твои условия!

— Хорошо, только давай сначала я попью чай на балконе, а ты разберешься с музейными грабителями.

— Как скажешь, друг!

Уже утром следующего дня, как друзья и ожидали, вскоре после завтрака на браслет Эрни поступил звонок от Гиберта.

— Держись, друг, — посочувствовал Шарух, став свидетелем просьбы Гиберта прийти к нему в гости.

— Переживу, — отмахнулся Эрни. — Ты сам сильно не чуди.

— Я буду за тебя переживать. Гиберт тот еще хитрец. Будь осторожен.

Эрни кивнул, и улыбнувшись напоследок взгрустнувшему другу, покинул каюту. Приближаясь к дверям каюты Гиберта, Эрни чувствовал себя спокойно. Уже довольно длительное время ему не приходилось оставаться с ним наедине, а тут провести целый день! Этот человек все еще казался ему немного чужим и вызывал недоверие. А к душевным беседам не располагал вовсе. Но все же в душе Гиберт вызывал к себе интерес и симпатию, которые Эрни тщательно прятал.

— Привет, входи, — такими словами встречал его приход Гиберт. Сам он сидел за столом внимательно рассматривая гостя.

Эрни снял обувь и прошел в комнату. Увидев на столе шахматы, категорично заявил:

— Я в шахматы играть не буду!

— Я догадывался об этом. Не уверен в своих силах?

— Они кажутся мне скучными.

Эрни сел за стол, предварительно вынув из кармана брюк колоду карт.

— Правильный ход, — серьезным тоном оценил хозяин каюты. — Лучше сразу взять ситуацию в свои руки. Хотя насколько я смог понять в картах ты везунчик.

— И что ты предлагаешь?

— Предлагаю посетить одно чудное местечко.

— В Ин-салон я не пойду!

— Я о другом месте говорю. Тебе понравится.

Гиберт терпеливо ждал решения Эрни, не сводя с него глаз. Тот нехотя поднялся. Поняв, что гость возражать пока не собирается, уведомил: — Я только отмычки захвачу.

— Гиберт…

— Не беспокойся, все будет отлично.

— А если нас поймают?

— Скажем, что двери были открыты и мы просто вошли из любопытства. Бохрада я беру на себя.

Гиберт подошел к шкафу, и отыскав коробочку с отмычками сунул ее в карман ветровки, которую прихватил с собой.

Эрни был заинтригован поведением приятеля, и без лишних уговоров позволил себе идти за ним. Удивление его возросло еще больше, когда они крадучись, и легкими перебежками приблизились к лестничному маршу, ведущему на третий этаж.

— Ты знаешь о звездной комнате? — шепотом поинтересовался Эрни.

— Звездной? — Гиберт одарил его вопросительным взглядом. — Там, где кресла к потолку поднимаются? — Эрни кивнул в ответ. — Не знал, что она так называется. Жаль, сюрприз не удался…

— Удался! Идем… Обожаю это место! Если нас застукают, оправдываться буду я. Кстати, там есть прекрасный бар.

— Я в курсе.

Убедившись в отсутствии посторонних, друзья благополучно поднялись на третий этаж и остановились перед звездной комнатой. Гиберт подергал дверь, затем вынул отмычки и принялся выбирать нужную. И уже через несколько секунд в замке изменился индикатор, и двери открылись. Войдя внутрь, Гиберт снова склонился над замком, возвращая его в первоначальное положение.

— Где ты научился так ловко пользоваться отмычками? — полюбопытствовал Эрни.

— Сам тренировался и сделал их под себя.

— Заметил, ты с ними не расстаешься.

— Ну, да, никогда не знаешь, когда понадобится открыть запертые двери.

Эрни первым делом направился к бару, по пути спросив:

— А Мистер Вульф знает о твоих способностях?

— Вряд ли, я не афиширую.

В баре Эрни налил себе персикового сока, а Гиберт предпочел сливовый ликер. Затем оба выбрали по креслу.

— Эрни, извини, что вновь касаюсь той темы, но не мог бы ты преподать мне пару уроков по открыванию дверей? Система некоторых электронных замков мне не по зубам.

— Тоже, как и Шарух, замышляешь ограбить банк?

— Ни в коем случае! Это мое хобби.

— Очень полезное хобби, — отозвался Эрни насмешливо. — Но я вряд ли смогу выполнить твою просьбу. Я в этом деле полный ноль.

В глазах Гиберта появилось неподдельное сомнение.

— Клянусь, так и есть! — Эрни для убедительности приложил правую руку к сердцу.

— Ты полный ноль в работе с отмычками или в открывании дверей?

— Первое. Слушай, давай сменим тему, — Эрни включил подъемник, и кресло пришло в движение.

Гиберт последовал его примеру. Некоторое время оба молча попивали напитки, рассматривая звезды.

— Если захочешь уйти, я не буду задерживаться, — наконец, нарушил молчание Гиберт.

— Нет уж! По моим планам я собираюсь провести с тобой день, заставляя Шаруха нервничать.

Гиберт задумчиво улыбнулся. Он был рад, что их желания совпадают. На всякий случай поинтересовался:

— Ты наверно уже решил, как будем развлекаться?

— Я согласен на все, только не лезь в душу, и не надо выпытывать мои тайны. Расскажи лучше, как ты стал работать на МВ, если, конечно, это не секрет.

— Ничего секретного в этом нет. Мистер Вульф постоянно набирает себе наемников и охранников. Мне рекомендовал обратиться к нему специалист по трудоустройству. Условия меня вполне устраивали, и вот я на него уже четыре года работаю.

— Я бы не выдержал, — искренне признался Эрни.

— Понимаю… Знакомство с ним было не из лучших.

Эрни допил напиток, размышляя не спуститься ли за новой порцией. И только собрался нажать нужную кнопку, как услышал подозрительные звуки. Гиберт их тоже услышал. Настороженно переглянувшись между собой, приятели повернули головы к выходу. В комнату тайком пробирались трое парней. Они входили через дверь шушукаясь и толкаясь.

— Никого нет, — произнес один из них. — Берем напитки и уходим!

Все трое рванулись к бару. Одного из них Эрни узнал, но Гиберт опередил его:

— Аманти? — произнес он, обращая к незваным гостям.

Аманти замер на месте, потом поднял голову, посмотрев на приятелей.

Остальные двое что есть духу рванули к выходу.

— Стойте! Это свои, — крикнул им вслед Аманти.

Его друзья резко остановились, вопросительно переглянувшись.

— Аманти, ты что тут делаешь? — опуская кресло, обратился к нему Эрни.

— А вы? Никак не ожидал вас тут встретить.

Аманти помахал приятелям, подзывая их.

— Так ты тоже знаешь про звездную комнату? — в свою очередь спросил Гиберт.

— До сегодняшнего дня не знал, — Аманти глянул на неуверенно приближающихся приятелей. — Знакомьтесь это… — он указал рукой на одного из них, — Гнилой, а это Серый. А это… Гиберт и Эрни.

Гиберт и Эрни тем временем опустили кресла.

— Знакомы уже, — отозвался Эрни, первым пожимая друзьям Аманти руки. — Но в прошлый раз вы выглядели не так скромно.

Те и, правда, выглядели иначе, чем, когда Эрни видел их в первый раз. И прически, и одежда до неузнаваемости строгие, никаких колец, блесток и ярких тонов. Они очень походили на скромных зубрил-студентов.

— А… — с улыбкой отмахнулся Серый, — мы же учиться летим, приходится имидж поддерживать.

— Полетим обратно, оторвемся по полной! — весело добавил Гнилой.

Гиберт пожимая им руки, поинтересовался:

— А чего у вас кликухи такие?

— Это от имен. На самом деле я Грей, а он — Гнилстон.

— Забавно… А чего сюда пришли? Выпить?

Все направились к бару.

— Да вот решили глянуть, — ответил за всех Аманти. — Серый сказал, что на всех космолайнерах есть подобные комнаты отдыха.

Серый, подтверждая его слова, качнул головой и с гордостью сообщил:

— У меня отец космолетчик. У него схемы всех лайнеров и частных космических аппаратов есть. Вот захотелось убедиться, все равно заняться нечем.

— А здесь еще кресла с подъемниками есть, можно звезды рассматривать, — уведомил Эрни.

— Здорово! — воскликнул Аманти. — А я все гадаю, зачем они к потолку поднимаются.

Когда все выбрали себе напитки, интерес к звездному пейзажу усилился многократно. Приятели с радостью заняли по креслу, занявшись изучением их функциональных возможностей.

— Всегда хотел стать астрономом, — оказавшись под потолком, с мечтательной грустью произнес Гнилой.

— И что тебе мешает? — задал вопрос Эрни.

— Родичи. Учись на юриста — толку больше! Звездами сыт не будешь. Но вот закончу Универ, попытаюсь в обсерваторию попасть.

— Вдвоем пойдем, — заявил Серый. — Ну эту юриспруденцию! Свихнуться можно на сводах законов и всяких там актах. Хотя, конечно, знать, что к чему полезно.

Попивая напитки, приятели удобно расположились в креслах, глядя на звезды. Вскоре стало ясно, что Серый и Гнилой в них разбираются превосходно. Они то и дело выкрикивали названия светил и даже спорили о газовых туманностях и недавно вспыхнувшей сверхновой. Аманти принял активное участие в споре, хотя не скрывал, что его познания в астрономии очень скромные. Эрни и Гиберт были увлеченными слушателями их беседы. Но и им порой удавалось вставить словцо, хотя Эрни больше предпочитал молчать. Как говорится в одной мудрой пословице: «Молчи, за умного сойдешь». А еще главное в этом деле вовремя поддакивать и качать, соглашаясь, головой.

Примерно часа через два разговоры о звездах утихли. Спиртные напитки развязали будущим юристам языки на другие не менее интересные темы. Серый и Гнилой все чаще перебрасывались шуточками в адрес друг друга, и то и дело принимались громко хохотать.

— А нам не пора делать ноги? — напомнил Аманти. — Вдруг кто заявится?

— Сидим еще полчаса и сваливаем, — отозвался, хихикая Серый. — У них пересменка сейчас идет, могут застукать.

Выждав время, все впятером приятели благополучно покинули звездную комнату. А Гиберт и Эрни узнали у Серого от нее пароль. А потом все вместе отправились обедать. И вообще до самого вечера эта компания не расставалась. Боулинг и виртуальные перестрелки из современных видов оружия сделали общение веселым. Эрни и не заметил, как наступило время ужина. Он нисколько не жалел об утре, начатом с Гибертом, а в дальнейшем проведенном с Аманти и его странными друзьями.

— Гиб, кажется, нам нужно повторить наш тет-а-тет, а то сегодня день был не такой, как ты хотел.

— Я не против, если ты не против.

— Я вами! — не разобравшись в чем дело, вклинился Аманти. — А вы, о чем?

Эрни, посмеиваясь, ответил:

— Мы говорили, что наш тет-а-тет не состоялся.

— Точно… Гиб, ты уж не сердись на меня и моих друзей. С вами так весело!

Произнося свои слова, Аманти аж светился от радостных воспоминаний.

— Я и не собирался сердиться, — молвил Гиберт. — Даже не думал, что этот день будет такой странный.

— Предлагаю еще партию в боулинг и идем в ресторан, — беря шар, сказал Гиберт.

— А мы, пожалуй, отчаливаем, — уведомил Гнилой, — нам завтра зачет сдавать, хоть почитаем, чтобы на конференции не опозориться.

— Да, да, — поддержал Серый. — У нас препод слишком пунктуальный.

— Ага, в шесть утра видеочат включит, будто не знает, что у нас разница во времени в два часа.

— Зверь он! Ну бывайте! Может завтра увидимся.

— Пока! — попрощались с ними друзья.

Гиберт кинул шар и забил страйк. Получив от приятелей восхищенные взгляды и поздравления, поинтересовался:

— Ну что, Эрни, как насчет повторить наш междусобойчик?

— Вот, если сейчас собью все кегли, перенесем его на завтра.

— Я даже не знаю, болеть за тебя или нет, — озадаченно выразился Аманти.

— Болей за меня, — живо предложил Гиберт. — Эрни промажет, а я расстроюсь.

Аманти задержал на нем задумчивый взгляд, потом перевел его на Эрни. За кого болеть он так и не решил.

Эрни долго готовился к броску. Втайне ему было совершенно все равно, каков окажется результат. И вот, бросив шар на дорожку, он равнодушно проследил за ним взглядом и был несколько удивлен, когда тот сбил все кегли.

— Поздравляю! — первым воскликнул Гиберт. — Какой по счету страйк?

— Третий кажется… Повезло тебе, Гиб. Смотри, чтобы завтра день был не хуже сегодняшнего, а то сделаю как Аманти — сбегу!

— Я не сбегал от Гиберта, — ненавязчиво напомнил Аманти.

— Это я к слову. В общем, все всё поняли.

— Не грузись, Эрни. Ты главное выспись хорошенько, чтобы не приходить ко мне с хмурым лицом.

К дорожке тем временем подошел Аманти, и выбрав шар, приготовился к броску. Гиберт и Эрни внимательно следили за его действиями.

— Я сегодня пришел с хмурым лицом?

— Ты пришел не с хмурым лицом, но с очень серьезным. Я ведь даже забеспокоился. Не знаю, чего ждать, когда ты не в духе.

Аманти сбил все кегли кроме одной и разочарованно всплеснул руками.

— Вот так всегда! Самую малость не хватило.

Эрни решил утешить:

— Не переживай. Можешь приходить сюда каждый день и тренироваться.

— Так и сделаю. Все равно нечем заняться. А вы что решили?

Аманти с интересом уставился на приятелей. Гиберт ответил:

— Повторим, как сказал Эрни, наш междусобойчик.

— Гиб, обещаю, прийти к тебе завтра с улыбкой до ушей, — насмешливо выдал Эрни.

— А улыбка зачем? — вкрадчиво спросил Аманти.

— Чтобы Гиберта не пугать своим хмурым видом.

— А… понятно.

— Я дам тебе время выспаться до обеда, идет? — предложил Гиберт.

— Ух ты! Гиб… это неожиданное одолжение уже поднимает мне настроение. Я согласен!

Эрни улыбнулся, искренне обрадовавшись его словам.

— Как тебе мало надо для счастья, — с завистью отметил Аманти. — Выспаться и апельсины, а у меня столько претензий и требований…

Все трое направились к выходу из игрового зала. Посмеиваясь, Гиберт обнял Аманти дружески за плечи.

— Не грусти. Хочешь, следующим на очереди будешь ты? В шахматы сыграем или в поддавки.

Аманти ненадолго задумался.

— А в шахматы в поддавки слабо?

— Не слабо!

— Тогда я согласен!

— И как играть в такую игру? — полюбопытствовал Эрни.

— Сам не знаю, — хихикнул в ответ Аманти. — Но звучит заманчиво!

— Гиб, я решил, играем завтра в поддавки! Кажется, у меня должно получиться.

— Получится, Эрни, не сомневайся. Проиграть в нее легче, чем выиграть.

— Даже так… Я думал наоборот, — Аманти вывернулся от руки, обнимающей его, и весело глядя на Гиберта, сказал: — Хитрый, ты, Гиберт… Все пытаюсь понять, когда ты обманываешь, но не могу.

— Я и не обманываю. Эрни, ты бы Шаруху позвонил, а то еще начнет на нас зуб точить.

Эрни кивнув, поднял руку, взглянув на браслет.

— Он уже три раза пытался дозвониться. Вы идите, я догоню.

Оставшись один, он связался с Шарухом и пригласил его в ресторан. Но тот прежде предпочел узнать, как он провел время с Гибертом. Эрни пообещал рассказать ему все при встрече, на что друг вынужден был согласиться. Эрни догадывался какой его будет реакция на сообщение о повторном междусобойчике. Но ничего не поделаешь. Шаруху придется смириться и снова провести день без него.

Эрни шел в ресторан, чувствуя себя невероятно счастливым. Он весело провел время, получил заряд бодрости от встречи с новыми знакомыми, поиграл в игры, проявляя ловкость и смекалку, которую по достоинству оценили его друзья. А что еще нужно для счастья?

Улыбаясь самому себе, он по пути решил: «Точно! Приду завтра к Гиберту с улыбкой до ушей, пусть порадуется!»

Глава 2
Двенадцать способов рассмешить друга

Увы, планам Эрни не суждено было сбыться. Засыпая с мыслью о завтрашнем дне и деталях его проведения, просыпался он, едва сдерживая раздражение от того, что кто-то лихорадочно тряс его за плечо, пытаясь разбудить.

— Шарух, отстань! — недовольно буркнул спящий.

— Эрни, проснись. Прости, что бужу, но это очень срочно.

Голос явно не принадлежал его соседу по каюте.

— Бох… рад? — Эрни повернулся к нарушителю спокойствия, и с трудом разомкнул ресницы.

Это действительно оказался шеф, который ничего не объясняя, направился к постели Шаруха и принялся его будить.

— Шарух, вставай.

Шарух проснулся быстро, без выражения раздражения или недовольства на лице. Он даже выглядел удивленным, во все глаза уставившись на шефа.

— Вставайте, друзья, мы попали в очень неприятное положение, — произнес Бохрад тревожным голосом.

— Какое еще положение? — удивленно спросил Шарух.

— Нами заинтересовались лица, с которыми мне не хотелось бы иметь ничего общего.

Оба приятеля сонно потирая глаза сели, терпеливо ожидая пояснения шефа.

— Военные… — тревожно сообщил Бохрад. — Быстренько одевайтесь — Эрни, не забудь про свое лекарство — и на выход! В коридоре ждут солдаты, они проводят вас куда нужно, а мне еще необходимо разбудить Илаис и Аманти. И прошу, не провоцируйте их.

Приятели обеспокоенно переглянулись.

— Все так серьезно? — с сомнением в голосе решил уточнить Эрни.

— Лайнер окружен боевой флотилией. Похоже, путешествие мы продолжим другим маршрутом. Все, я должен спешить. Присматривайте друг за другом и, пожалуйста, без фокусов.

— Не беспокойся, шеф, все будет нормально, — за себя и Эрни пообещал Шарух.

Эрни лишь кивнул, соглашаясь с другом.

— Как мне все это не нравится… — перед уходом высказался Бохрад.

Когда дверь спальни за ним закрылась, друзья с минуту обдумывали полученную информацию.

— Похоже, это не шутка, — первым нарушил молчание Шарух, и скрывая зевоту, начал натягивать брюки.

Эрни, глядя на него, тоже решил одеться, при этом он сердито проворчал:

— Но, если это шутка… Уу-у… я не знаю, что сделаю! Я устрою ему такое… неделю спать не дам! И тебе тоже!

— А мне-то за что?

— За компанию!

— Эрни, ты просто не в духе. Я отлично тебя понимаю, но давай, все выясним без лишних эмоций.

Одевшись, друзья покинули спальные районы своей каюты. По пути Эрни отыскал лекарственные капсулы от превращения. Даже если бы он забыл о них, то Шарух напомнил бы — он был очень бдителен в этом вопросе. Затем накинув куртки, оба крадучись приблизились к входной двери и очень тихо приоткрыли ее. Эрни первым глянул в образовавшийся проем и, медленно отодвигаясь, закрыл дверь.

Шарух вопросительно смотрел на него в ожидании объяснений. Друг многозначительно качнув головой, шепотом сообщил:

— Стоит лицом к нам, вооружен. Все как шеф говорил.

Шарух взволнованно вздохнул, спросив также шепотом:

— Ну и что, идем?

— Идем, чур, я первый!

— Эрни, я восхищаюсь твоей смелостью, но, прошу, без героизма.

— Никакого героизма, — заверил Эрни, тут же категорично заявив: — Но все равно я первый!

— Как скажешь.

Эрни смело открыл дверь, и оба приятеля оказались перед вооруженным человеком.

— Следуйте за мной! — тоном, не терпящим возражений, велел тот, и повернувшись к ним спиной, зашагал по коридору.

Конечно, можно было бы и не спешить выполнять его требование, но как вскоре оказалось, солдат был не один. Его напарник находился в паре шагов от дверей и явно был намерен следовать позади них. Друзья молча повиновались необходимости следовать приказу.

По мере того, как всё дальше удалялись они от жилого сектора, Эрни становился более уверенным и спокойным. Мысленно он несколько раз отрепетировал сценарий побега. Причем, по его замыслу потерпевшие — оба солдата, даже не поняли бы, что произошло, потом ошарашенная физиономия Шаруха с глазами, выпученными в шоке, шеф в трансе и погоня со стрельбой… От всех этих фантазий даже голова закружилась.

— Я могу спросить, куда мы идем? — осмелился поинтересоваться Шарух.

— Вам все объяснят, — холодно ответил идущий следом солдат.

Приближаясь к шлюзовому отсеку, друзья поняли, что их ведут на пристыкованный военный корабль.

— Стойте! Стойте! — Шарух беспокойно завертелся на месте. — Предупреждать надо, что мы переселяемся. Я вещи свои не захватил!

Шарух рванулся было назад, но солдат, сопровождавший их, быстро преградил ему путь своим телом. Шарух испуганно взглянул на его суровое лицо, потом на висевший на груди автомат, недвусмысленно подмигивающий зарядным устройством, готовым к применению в боевом режиме. Грозный взгляд солдата и его внушительная, облаченная в камуфляжную военную форму фигура у кого угодно отобьет желание нарываться на неприятности. Вот и у Шаруха такое желание быстро сошло на нет.

— Идем, Шарух, — Эрни потянул его за собой.

Парень нехотя попятился, в оправдание проговорив: «Хорошо, хорошо, я всё понял…», и продолжил путь.

Эрни догадывался, что друг лишь проверял реакцию военных, уточняя степень предоставленной им свободы. По крайней мере, оружием они пока не угрожали и бить не спешили — это был хороший знак. Но все же Эрни не понравилось, что Шарух рискнул пойти на провокацию в одиночку и потому окинул приятеля сердитым взглядом. Тот лишь пожал в ответ плечами и сдержанно улыбнулся.

Солдаты привели друзей к одной из кают и велели дожидаться внутри. В каюте за круглым столом в гордом одиночестве со скучающим видом сидел Гиберт. Увидев его Эрни и Шарух сразу оживились и обрадовались неожиданной встрече.

— Привет, — встретил их Гиберт.

— Гиб, скажи, что все это шутка, — торопливо приблизившись к нему, попросил Шарух.

— Я бы рад, честно.

— Жаль, — Шарух огорченно вздохнув, сел за стол, — я уж было решил, что это твоих рук дело.

— Ну да… — усмехнулся Гиберт, — а солдаты — переодетая массовка.

— Почему бы и нет? При желании я бы смог все это устроить.

— И военный корабль тоже? — присаживаясь рядом с ним, спросил Эрни.

— С этим сложнее, но нет ничего невозможного.

— Гиб, ты в курсе, что происходит? — интересовало Эрни.

— Знаю столько же сколько и вы. Эрни, ты наверно рад, что наше завтрашнее рандеву отменяется?

Эрни, отводя взгляд, сказал:

— Я планировал взять у Шаруха улыбчивую маску и заявиться с улыбкой до ушей.

— Ценю твой творческий порыв. Но учти междусобойчик не отменяется, а всего лишь переносится на неопределенное время.

— Согласен.

— Как я вам завидую! — восхищенно воскликнул Шарух. — Уже строите планы на будущее…

Эрни веселым тоном напомнил:

— А тебя ждет ограбление Музея.

— Точно! — глаза Шаруха задорно блеснули. — Надеюсь, нас похитили не с целью выкупа.

— Вряд ли, — молвил задумчиво Гиберт. — Хотя, кто знает… Если некоторых из нас потрясти… — он загадочно взглянул на Шаруха.

Тот понимая его намек, не сдержал возмущения:

— Э… не смотри на меня так! Эрни, Гиберт меня пугает. Если он будет говорить лишнего я за себя не ручаюсь!

— Не забывайте, где находитесь, — предупредил Эрни, многозначительным взглядом окидывая комнату.

Его предупреждение возымело должный успех. Приятели стали серьезнее и немногословны. Вскоре их компания пополнилась, в каюту пришли Бохрад с Аманти и Илаис. Троица выглядела встревоженно, а Аманти с трудом сдерживал зевоту.

Поприветствовав друг друга, все расположились за столом и стали строить догадки по поводу их незапланированного приключения. Только Аманти не участвовал в дискуссии. Он, сев за стол, положил голову на руки и закрыл глаза. В голове вертелись обрывки прерванного сновидения. Образ любимой девушки, неоконченный разговор… Ему хотелось вернуться к ней, но обстановка не располагала к погружению в состояние осознанного сновидения.

— Вам не кажется, что мы летим? — неожиданно поинтересовалась девушка.

Шарух тут же вскочил, бросившись к иллюминатору. Открыв жалюзи и увидев удаляющийся космолайнер, вопросительно переглянулся с шефом.

— Только без паники, — произнес Бохрад.

— Это незаконно! — возмутился Эрни. — Они не имеют права так с нами обращаться. Это похищение!

А Илаис, прикрывая рот рукой, дрогнувшим голосом произнесла:

— Как же мои растения и… Лизабетта? Ужас…

— Я уверен все наши страхи напрасны, — пытался успокоить своих сотрудников Бохрад. — Скоро все выяснится. Берите пример с Гиберта и Аманти.

Если Аманти делал вид, что спит, Гиберт же просто сидел, откинувшись на спинку стула и размышлял о своем.

— Гиберта Эрни припугнул, — сказал, возвращаясь к столу, Шарух. — Типа тут могут быть следящие устройства. Вот он и помалкивает, чтобы лишнее не сболтнуть.

Гиберт перевел на него равнодушный взгляд, с холодом в голосе попросив:

— А ты зря не нервничай. Ничего еще страшного не случилось.

— Гиб, я поражен твоему спокойствию, — восхитился Шарух, и вдруг одарил его загадочной улыбкой. — Случайно курить не хочется?

Гиберт отрицательно помотал головой.

Минут через десять томительное ожидание было прервано вошедшими в каюту двумя людьми в военной форме. Судя по знакам отличия Бохрад определил статус первого вошедшего не ниже генеральского, а второй обеспечивал его охрану. Солдат остался у входа с автоматом на перевес, а генерал прошел к столу.

— Доброго утра, — проговорил генерал сухим, бесцветным голосом, и заметив, что гости порываются встать, попросил: — Не вставайте. Прошу прощения за то, что нам пришлось вмешаться в ваше путешествие и нарушить ваши планы. Прошу, всех соблюдать спокойствие и быть внимательными к тому, о чем я буду говорить…

Генерал выдержал долгую томительную паузу, внимательно осматривая встревоженную компанию. Все не сводили с него глаз готовя себя к возможным сложностям. Особенно волновалась Илаис, хотя старалась не показывать вида. Она даже пыталась дышать помедленнее, чтобы не выдавать своих чувств. А у Аманти пропало всякое желание заснуть. Вид генерала внушал ему нехорошие предчувствия.

— Мы ждем объяснений, — нарушил молчание Бохрад.

Генерал продолжал стоять. Остановив на нем взгляд, наконец, произнес:

— Меня зовут Демир Штейц. Я являюсь Генералом Военно-Космического Флота и от лица Федерации обращаюсь к вам за помощью. Дело весьма деликатное, и потому мы вынуждены были принять меры для сохранности конфиденциальности.

— Вы нас похитили! — сердито воскликнул Шарух.

— Уверяю, это временные неудобства. Мы гарантируем, что к моменту посадки пассажирского лайнера вы уже будете в космопорту в ожидании своего багажа.

Бохрад интересовала суть дела:

— И чего вы от нас хотите?

— Подробности вы узнаете по прибытии на нашу базу, которая состоится через двенадцать часов. В вашем распоряжении на все это время будут находиться три каюты. Еду принесут. Бохрад Гродский… — генерал назвал шефа по имени, остановив на нем пристальный взгляд, давая понять, что знает о собравшихся многое, если не все, — в случае возникновения вопросов, можете сообщить их мне лично через охрану. Надеюсь, вы проявите терпение и понимание. На этом я должен вас оставить.

Генерал повернулся и направился к выходу, и вскоре в сопровождении солдата покинул каюту.

Высказать свое мнение первым решил Гиберт:

— Я ничего не понял, но видно дело серьезное.

— Вы верите его обещанию? — сомневаясь, спросила Илаис.

— Я сомневаюсь, — отозвался Эрни. — Но кто знает, вдруг нам повезет. Через пять дней узнаем.

Бохрад встал.

— Предлагаю осмотреть каюты. Нам нужно успокоиться и смириться с обстоятельствами. Илаис, я уверен все будет в порядке, а о Лизабетте и твоих растениях позаботится обслуживающий персонал. Идемте, и обращаюсь ко всем — без героизма. Не нужно привлекать к себе лишнее внимание.

— Я за Эрни и Гибертом присмотрю, — пообещал Шарух.

— А мы за ним, — с улыбкой заверил Гиберт.

— А за Аманти кто присмотрит? — строго спросил шеф.

Тот нехотя вышел из-за стола, недоумевая проговорив:

— Не надо за мной присматривать. Я в герои не гожусь.

— Ну-ну, — усмехнулся Шарух и приблизившись, обнимая Аманти за плечи с любопытством заглядывая в беспокойные, серые глаза, вопросительно произнес: — Не напомнишь, кто у нас был героем Тинеи?

— Шарух…

Посмеиваясь, друзья направились к выходу.

Три каюты, предоставленные в распоряжении ребят, оказались весьма комфортными, хоть и небольшими. Разделившись на пары, они разошлись осваивать новые жилища.

Полет проходил без приключений. Все старались вести себя тихо и благоразумно. Первым делом Эрни попытался заснуть, но не удалось, даже несмотря на то, что ему не мешал Шарух, который напротив видел не первый сон.

В голову Эрни лезли разные мысли о предстоящих событиях, в душе маленьким зверьком поселилось беспокойство. Он невольно сравнивал это похищение с тем, когда их похитил Мистер Вульф. Почему-то в этот раз уровень тревожности ощущался острее. Эрни взглянул на браслет.

«Всего два, — с облегчение подумал он. — Но чего же я так переживаю? Не дает покоя история с отцом?»

Эрни повернулся на спину и закрыл глаза. Воспоминания об отце отозвались в душе щемящей болью. Он до сих пор не мог до конца понять, что вынудило отца подписать контракт и наемником уйти на строительство секретного объекта. А потом его тело прислали в цинковом гробу… Официальная версия — гибель при пожаре. Возможно все так и было, но Эрни предпочитал не верить этой версии. Уж слишком противоречивые слухи ходили вокруг произошедшей трагедии. Средства массовой информации утверждали о незаконных экспериментах на людях…

Эрни, вздохнув, снова повернулся на бок. Служба в военной сфере никогда не привлекала его. К счастью, учеба в Академии освободила его от воинской обязанности. В глубине души Эрни догадывался о причинах, побудивших отца уйти в наемники, но верить, что причина могла оказаться в нем — отказывался. Да, были в те времена сложности с оплатой учебы, но не настолько чтобы круто менять свою жизнь. Эрни подрабатывал порой до глубокой ночи, и, конечно, уставал, что не лучшим образом сказывалось на успеваемости.

«Отец! Надеюсь, ты затеял это не из-за меня. Мне трудно такое принять. Я очень тоскую по тебе…»

— Эрни, не спишь? — неожиданно окликнул Шарух.

Друг уже не спал, пристально наблюдая за ним.

— Нет, — нехотя отозвался Эрни.

— Чего так тяжко вздыхаешь?

— А… воспоминания накатили.

— Расскажешь?

— Нет, не сейчас.

Шарух, уважая его желание, больше не стал приставать с вопросами, решив до времени придержать свое любопытство.

— Через полчаса по графику завтрак будет, — напомнил он.

— Знаю.

Эрни нехотя повернулся к приятелю.

— Ты, вообще-то, идти собираешься? — поинтересовался тот.

— Угу, — отозвался Эрни.

— Правильно! Нам нужны силы, чтобы пережить все это.

Завтракали сотрудники СпоВП в каюте, где произошла встреча с генералом. Бохрад оказался в ней первым и весьма был доволен, что пришли все. Он даже заулыбался, увидев входящую с большим опозданием парочку: Эрни и Шаруха.

— Ну, что хорошо отдохнули? — обратился он к присутствующим.

— Так себе, — сухо ответил Аманти.

— Не удалось заснуть? — сочувственно спросил Шарух.

Парень, вздыхая, кивнул.

— Если Гиберт мешал, ты только скажи.

— Никто мне не мешал.

Илаис явно пребывала не в духе. Пододвинув к себе разнос с едой, она окинула его презрительным взглядом. В глубокой тарелке был налит суп, а в плоской — серого цвета каша, в стакане нечто похожее на чай, плюс ко всему этому пара кусочков черного хлеба. При взгляде на такое гастрономическое «изобилие» у Илаис пропали даже остатки аппетита.

— Вы это будете есть?

Ее друзья и шеф уже осмелились попробовать солдатскую еду. Особо недовольных девушка не заметила.

— В супе даже мясо плавает, — с насмешкой оценил Шарух.

— Интересно чье?

— Илаис, — обратился к девушке шеф, — понимаю, что в плену у МВ нас кормили лучше, но подумай, не лучше ли такая еда, чем никакой?

— Я неголодна! — девушка вышла из-за стола, и пожелав всем приятного аппетита, покинула комнату.

После ее ухода присутствующие молча продолжили завтрак.

— В целом, все не так уж плохо, — сделал вывод Гиберт, заканчивая со своей порцией.

— Теперь бы как-то время убить, — мечтательно добавил Шарух.

Шеф быстро сообразил:

— Шарух, даю тебе задание придумать развлечение. А если еще и Илаис настроение поднимешь, буду тебе очень благодарен.

— А в чем выразится твоя благодарность? — заинтересованно спросил парень.

— На твое усмотрение.

Губы Шаруха дрогнули в загадочной улыбке.

— Ты уверен в том, что сейчас сказал?

— Погодите, — встревожился Эрни, — а если Шарух захочет сделать из меня жертву? Благодарность твоя, а страдать почему-то должен буду я? Бохрад, ты что Шаруха не знаешь? Он же такое придумает…

— Эрни, прав, — согласился с ним Бохрад, — Шарух, моя благодарность не затрагивает других сотрудников. Можешь потом отыграться на мне.

Шарух, огорченно вздыхая, произнес:

— Я стал таким предсказуемым… Тоска! Уговорил, Бохрад. Сделаю, что смогу и в случае успеха я хочу, чтобы ты взял меня с собой и Гибертом по ягоды.

Эрни даже поперхнулся, услышав его пожелание и изумленно уставился на приятеля.

Бохрад тоже был немало удивлен его решением.

— По ягоды?

— Хочу помочь Гиберту справиться с таким испытанием. Я бы не возражал, если бы все поехали, даже жалею, что мое пожелание на всех не распространяется.

— Удивил, — продолжал поражаться шеф. — Я не против!

— Эрни, соглашайся и ты, — попросил Шарух. — Я же буду на седьмом небе от счастья.

Но Эрни отрицательно помотал головой.

— Не уверен, что решусь на такое.

— Ты не спеши с ответом, подумай. Уверяю, это будет удивительное приключение!

— Шарух, ты сначала развлечение организуй, — напомнил о важном Гиберт. — А потом уж строй планы на будущее.

— Точно! — Шарух задумчиво скосил глаза к потолку. — Развлечение…

Все с интересом смотрели на парня, ожидая, что он еще скажет. Никто не сомневался, что ему удастся что-нибудь интересное придумать

— Будет вам развлечение! Попрошу всех до обеда сюда не входить. Кто нарушит мое условие станет моей вечной жертвой. Всем ясно?

— Как все серьезно… — насмешливо отреагировал Гиберт.

— А может тебе помощь требуется? — предложил Аманти.

— Спасибо, Аманти, в этот раз я справлюсь сам.

==\\==

До обеда Эрни был предоставлен сам себе. Чтобы развлечься, он напросился к Аманти и Гиберту, чтобы сыграть в шахматы, которые предусмотрительный Гиберт прихватил с собой. Как оказалось, прихватил не зря.

— Ты обещал научить меня играть в шахматы в поддавки, — внимательно наблюдая за игрой друзей, ненавязчиво напомнил Аманти.

— Точно, Гиб, — обрадовался его соперник. Он чувствовал, что сдает позиции и очень не хотел проиграть, а тут вроде как повод повлиять на исход игры.

— Вот ты выиграешь у меня, и мы будем играть в поддавки, — весело уведомил Гиберт.

— Ну это вряд ли, — усмехнулся, сомневаясь Эрни. — Может, если только Аманти мне поможет.

— Гиб, можно?

Аманти подсел поближе к Эрни, с надеждой глядя на Гиберта.

После некоторых раздумий тот решил ответить:

— Можно. Играем до трех выигрышных партий. Если проиграете, пойдете шпионить за Шарухом.

Приятели недоумевая переглянулись.

— Ты что? — возмутился Аманти. — Хочешь, чтобы мы стали его пожизненными жертвами?

— Я против! — категорично поддержал его Эрни. — Это было бы слишком жестоко.

— Не понимаю, чего вы возмущаетесь? Аманти — судья, с него взятки гладки, а Эрни, ты вообще при желании можешь из Шаруха веревки вить.

Приятели опять многозначительно переглянулись.

— А если ты проиграешь? — задал вопрос Эрни.

— Будем играть в поддавки.

— Хитрый! — воскликнул Аманти. — Условия должны быть равнозначными. Или страшно?

Гиберт пристально посмотрел на него. Парень явно его провоцировал на слабо.

— Страшно, — серьезным тоном признался он.

Аманти, вздохнув, опустил глаза, уставившись на шахматные фигуры.

— Мне тоже. Представляю себя жертвой Шаруха, аж сердце замирает.

— Не будем рисковать, — предложил Эрни. — Гиб, оставь свои условия при себе. Мы к такому пока не готовы.

— Уговорили, — согласился Гиберт. — Хотя на таких условиях игра была бы более азартной.

— Кто бы сомневался, — молвил насмешливо Эрни. — Гиб, играем новую партию?

— Нет, продолжим эту.

==\\==

Илаис, после возвращения в каюту, в которой она поселилась вместе с Бохрадом, решила найти способ не думать о свой любимой питомице. В глубине души она понимала, что Бохрад совершенно прав, обслуживающий персонал сделает все, чтобы животное долетело в целости и сохранности. Но девушке было грустно, что ей не позволили с Лизабеттой проститься.

Способов отвлечься было немного. Для начала она заглянула в дамскую сумочку, единственное что в спешке успела прихватить с собой. В ней была нужная ей косметика. Илаис предпочитала быть в «боевой» готовности перед любыми превратностями судьбы. Бохрад застал девушку за накрашиванием ногтей.

— Ты как? — поинтересовался он ее состоянием.

— Уже лучше.

— Шарух готовит нам сюрприз и попросил не ходить до обеда в нашу столовую.

— Ясно.

Шеф прошел к своей постели и опустившись на нее, внимательно посмотрел на девушку. Та вскоре отвлеклась от своего занятия, заверяя:

— Я, правда, в порядке.

— Вижу.

— Тогда чего ты так на меня смотришь?

— Любуюсь твоей красотой.

Ответ Бохрада ее насмешил.

— Пойти что ли соблазнить кого-нибудь?

— Сожалею, нам запрещено покидать этот отсек, но ты можешь очаровать Гиберта.

— Хочешь от меня избавиться?

— Ни в коем случае! Но вы вроде хорошо ладите, а ты почему-то отказалась поселиться с ним. Вам было бы о чем поговорить.

— Мне и с тобой нескучно, — уверенно сказала она. — Помнится, ты мне не дорассказал кое-что…

— Про отпуск у Шаруха?

Бохрад лег на кровать, и заложив руки за голову на минутку задумался, глядя в потолок. А Илаис, приготовилась слушать его очередной рассказ о страшных испытаниях в гостях своего экстраординарного сотрудника.

— Значит так, привел он меня как-то в кабинет психологической разгрузки — так он его назвал. А там от одного вида заспиртованных частей человеческих тел в дрожь бросает. Шарух смотрит на меня и с довольной улыбочкой говорит: «Расскажешь анекдот про маньяка, тебе не придется садиться в кресло пациента»

— А ты что? Рассказал?

— Как же! — хмыкнул рассказчик. — Все из головы выветрилось. Не то, чтобы я сильно боялся сесть в кресло, это было даже интересно. Просто струхнул слегка… К счастью, не забыл о рефлекторной точке и воспользовался ею. Едва сел в кресло, меня смех разобрал. Шарух решил, что у меня истерика и пришлось ему успокоительное мне дать.

— Не можешь вспомнить про маньяков, не надо, — смилостивился Шарух, присаживаясь в кресло врача. — Может хоть про психолога вспомнишь?

— Знаю один, — сообразил я.

— Замечательно! Истерика значит прошла. Испугался что ли?

— Чуть-чуть, — отвечаю, а сам все жду, когда он начнет свое представление. — Анекдот рассказывать?

— Рассказывай.

— Приходит к психологу женщина и жалуется: «Вот за всеми доедаю. За детьми, за мужем, свекровь приехала и за ней… Надоело! Посоветуйте что-нибудь»

«Заведите поросенка», — посоветовал психолог.

«Что и за ним доедать?!»

Илаис весело расхохоталась.

— Да, смешно, — оценил, вот также посмеявшись, Шарух. — Возьму, говорит, на заметку.

— И что было дальше? — успокоившись, поинтересовалась девушка.

— А дальше Шарух пристегнул меня к креслу, надел повязку на глаза и велел по памяти назвать все, что находится в этой комнате и главное по порядку, начиная от входа слева направо. Экспонаты с частями тел я-то хорошо запомнил, а вот в пыточных инструментах запутался. Шарух похвалил меня за усердие и сообщил, что неназванные мной инструменты будут использованы в нашем развлечении. Потом снял повязку и начал демонстрировать их мне. Сначала я воспринимал это спокойно, но инструментов становилось все больше, и я начал паниковать. Особенно, когда Шарух стал показывать, как они работают. Воображение страшная вещь! Сам того не желая, я мысленно испытывал их действие на себе и постепенно впадал во все большее отчаяние. Ну и опять незаметно для него воспользовался рефлекторной точкой. Вскоре мой взгляд на ситуацию кардинальным образом изменился и все стало казаться смешным. Я старался не смеяться, даже избегал смотреть на палача, опасаясь, что он меня расколет. А Шарух решил, что достаточно меня впечатлил и настало время приступать к издевательствам. И он взял в руку предмет похожий на щипцы и потянулся к моему носу, якобы собираясь вырвать ноздри. Тут я не сдержался и стал смеяться. В общем, испортил я ему все веселье. Он сказал, что отомстит мне за такое странное поведение, и освободив, велел идти, куда глаза глядят.

— Он обиделся на тебя? — с изумлением догадалась Илаис.

— Похоже на то. Не знаю, это месть его была или нет, но одним прекрасным днем он создал мне рефлекторную точку и позабавился от души. Об этом я даже вспоминать не хочу…

— Ты не жалеешь о времени, проведенном с Шарухом?

— Нисколько! Хотя я не был готов к такому экстриму и шквалу неконтролируемых эмоций.

— Но почему ты решился стать его жертвой на такой долгий срок? Ведь не только потому, что боялся, что он продаст Музей и исчезнет.

— Просто захотелось себя проверить, убедиться в возможностях организма и прикоснуться к настоящему страху, — Бохрад задумчиво посмотрел на Илаис.

— Я всегда думала, что ты ничего не боишься.

— Я тоже так о себе воображал. Но Шарух опустил меня на землю. Оказывается, у меня много скрытых фобий.

Девушка, многозначительно улыбнувшись, произнесла:

— Представляю, сколько их у меня…

==\\==

В обеденное время все сотрудники Службы по Восстановлению Памяти столпились в коридоре возле каюты, где Шарух колдовал над сюрпризом.

— Ну что? Входим? — не терпелось Аманти.

— Мы же люди вежливые сначала постучимся, — ответил шеф и несколько раз постучал в дверь.

Вскоре оттуда донеслось бодрое: «Входите!»

Друзья несмело начали входить. Перед их взором открылся вид на обеденный стол, уставленный разносами с едой и кроме странного большого предмета в его центре, накрытого белым вафельным полотенцем, ничего похожего на сюрприз не было. В нос ударили аппетитные запахи еды.

— Проходите, присаживайтесь, — Шарух с доброжелательной улыбкой указал в сторону стола.

— И в чем подвох? — поинтересовался у него Эрни.

— Не переживай, мой друг, подвох есть. Ну же проходим, проходим…

Друзья не особо спешили занять свои места за столом. Втайне они опасались возможных неприятностей. Хозяин положения решил развеять их сомнения.

— Уверяю, никого насильно кормить не буду. Но гарантирую, обед пройдет весело, никто не будет разочарован, — Шарух, внимательно осматривая друзей терпеливо дождался, когда все сядут. Затем сел сам.

— А… я понял, — сообразил Эрни, окидывая оценивающим взглядом свою еду. — Ложек нет. Уже интересно…

— Да, да это небольшой подвох, как я и обещал. Кто съест обед последним, используя трубочки для сока, вилки и руки — откроет для нас то, что скрыто под полотенцем. Приступайте, друзья!

Если сначала обед проходил в атмосфере растерянности и легкой нервозности, то вскоре сложности в обращении с едой стали вызывать улыбки и шутки.

— Никогда суп через соломинку не ел, — посмеиваясь, произнес Гиберт. — Ну, Шарух, умеешь ты усложнить жизнь.

— У меня тоже ложки нет, — напомнил Шарух, пытаясь нецивилизованными способами расправиться со своей порцией еды.

— А у меня неплохо получается, — радовался успехам Аманти, ловко вылавливая содержимое супа вилкой. — Даже мимо рта не падает.

— Эрни, а у тебя как дела? — обратился с вопросом Шарух.

— Все отлично!

— Да, чуть не забыл, вы должны съесть все и никаких капризов! Илаис…

— Все ясно. Обещаю, капризов не будет. Я, вообще-то, страшно проголодалась.

— Вот и здорово!

Шарух, облегченно вздохнув, продолжил обедать, но вскоре вновь обратился к Эрни, на этот раз с претензией:

— Эрни, ты не представляешь, как я в тебе разочарован…

Эрни забыв про недоваренную перловую кашу с мясом, которую нехотя ковырял вилкой, с удивлением уставился на разочарованного друга.

— О чем ты?

— Ну как же… Испугался моих угроз о пожизненной жертве? Я же надеялся, ты проявишь любопытство.

— Не хотел мешать.

— А если честно? Неужели не было интересно, чем занимается твой друг? — Шарух лукаво улыбнулся.

— Было немного. Гиберт отговорил.

— Что?! — с возмущением вклинился Гиберт. — Шарух, не верь ему. Я наоборот хотел, чтобы он и Аманти пошпионили за тобой. Но они отказались.

Тут и Аманти решил вставить свое слово:

— А я, правда, струсил. Я слишком серьезно воспринимаю твои угрозы. Шарух, не обижайся, но я не хочу быть твоей вечной жертвой.

— Ну с тобой-то все понятно, — снисходительно молвил Шарух. — Я и не думал обижаться.

— А я и не знала, что были такие суровые условия, — отозвалась печально Илаис. — Может и рискнула бы пошпионить. Бохрад, ты чего мне не сказал?

— Забыл, — ответил шеф. — Илаис, ты вроде бы сильно проголодалась. Возьмешь у меня салат?

Девушка, кивнув, переставила его тарелку с капустным салатом к себе на разнос.

— А ты у меня хлеб.

Бохрад не стал возражать.

— Эй, вы так нечестно! — недовольным тоном воскликнул Шарух.

Несмотря на его суровый взгляд, они лишь улыбнулись друг другу, но меняться обратно не стали.

— Так и кто среди нас отстающий?

Примерно через полчаса поинтересовался Гиберт. Он закончил со своей порцией и с интересом принялся оценивать успехи конкурентов.

— Похоже я, — окидывая стол изучающим взглядом, с долей сожаления проговорил Бохрад. У него осталась недоеденной тарелка с перловкой и чай с кусочком хлеба помазанного повидлом. Ни то, ни другое не вызывало его аппетита.

— Определенно Бохрад, — сделал вывод Шарух. — Ему даже посоревноваться не с кем.

— Я уже все! — заявила Илаис, засовывая в рот последний кусочек хлеба.

Эрни оценил свои шансы не быть последним и неспешно доел второе, одновременно запивая его остывшим чаем. Примерно наравне с ним шел Аманти. А Шарух, растягивая удовольствие мелким глотками допивал чай.

— Вы же дадите мне доесть? — вопросительно произнес Бохрад. — Я эту противную кашу прикончу чисто из принципа.

В ответ Шарух пошутил:

— Уважаю принципиальных! Ты ешь не торопись, нам тут пострадавшие не нужны.

— Согласен, — сказал шеф. — В конце концов, мы же не в армии.

— А я привык есть быстро — работа у меня такая, — оправдался Гиберт.

Наконец, настало время, когда все, за исключением Бохрада, закончили есть. Друзьям оставалось лишь терпеливо ждать и гадать, что за сюрприз их ожидает. Шеф не заставил себя долго ждать.

— Я закончил!

— Твой выход, Бохрад! — торжественно провозгласил Шарух.

Бохрад поднялся, на всякий случай интересуясь:

— Не взорвется случайно?

— Не в этот раз.

Шеф осторожно взялся за край полотенца и потянул на себя. Под ним оказалась овальной формы большая, глубокая тарелка, закрытая непроницаемой крышкой.

— Я открываю? — неуверенно спросил Бохрад, глянув на создателя сюрприза.

Шарух кивнул.

И вот, наконец, крышка была поднята. На тарелке лежала нарезанная на дольки сочная, ароматная дыня.

— Ух ты! — восторженно воскликнул Илаис. — Дыня! Самая настоящая!

— Где ты только ее достал? — удивленно спросил Аманти.

— Налетайте друзья! Всем по две дольки.

— Глазам не верю, — сдержанно восхитился Бохрад. — Шарух, ты чудо!

Уговаривать налетать на угощение никого не пришлось. Все кроме Эрни с радостью взялись поедать предназначенные им порции лакомства.

— А запах! — Гиберт от наслаждения даже зажмурился. — Признавайся, где раздобыл?

— В столовой выпросил. Пришлось использовать все свое природное обаяние.

Шарух был счастлив, что смог порадовать друзей. Но вот поведение Эрни не осталось им незамеченным. Парень не слишком-то радовался угощению. Куснул пару раз и положил дыню в свою тарелку, словно она ему не понравилась. За вторым куском даже не стал тянуться.

— Эрни, ты огорчился, что она без косточек? — осторожно предположил Шарух.

— Нет, просто я дыни не люблю.

— Да, ладно! Эрни… хоть один кусочек съешь.

— Правда, не хочу. Можете мой забрать, кто хочет.

Эрни внимательно посмотрел на жующих друзей и тут кое-что заметил.

— Аманти, поверни-ка дыню к себе…

Аманти перестал есть, и озадаченный просьбой, начал вертеть полусъеденной долькой. Остальные тоже стали с интересом рассматривать свои дынные корки.

— Буква А? — вопросительно проговорил Аманти. — Шарух, что это значит?

— У меня Э, — обнаружил Бохрад. — Догадываюсь, это имя Эрни.

— Вы ешьте, ешьте, потом все объясню, — пообещал Шарух. — Эрни, твоя нелюбовь к дыне не отменяет присвоение тебе второго куска с буквой.

— Я так и понял.

Эрни потянулся за ним и сразу взглянул на корку. В его арсенале оказались буквы: Г и Ш.

— Шарух, я знаю свои буквы, можно я отдам эту дольку кому-нибудь? Кто хочет?

— Я не откажусь, — откликнулась Илаис.

Эрни ожидающе посмотрел на виновника дынного пиршества. Тот, выдержав томительную паузу, утвердительно качнул головой. Лишь после этого Эрни передал, оставшуюся в тарелке дыню девушке.

— Вот спасибо, Шарух! Сюрприз так сюрприз! — Бохрад был в восторге. — Такая сочная, а запах…

— Я ее специально крышкой закрыл, чтобы вы раньше времени не унюхали, — довольный похвалой, уведомил Шарух.

За неимением салфеток шеф решил вытереть руки о полотенце. Вскоре за полотенцем потянулась Илаис, за ней остальные.

Обратив внимание, что дыня практически съедена, Шарух понял, что пора переходить к основной части своего сюрприза.

— Итак, дамы и господа, любители вкусно поесть. Перед каждым из вас имеется по две буквы имени кого-то из нас. Ваша задача рассмешить этих людей. Разрешается использовать любые методы. А задача тех, кого будут смешить оставаться максимально серьезными и продержаться хотя бы минуту. Кто улыбнется, значит проиграл. Дамы вперед!

— Что? Я первая? — Илаис растерянно поднялась с места. — У меня буква И — я должна рассмешить сама себя?

— Ах, да, — сообразил Шарух. — Если буква совпадает с именем смешителя, то он должен рассмешить всех!

— Ну и ну… Никогда не приходилось исполнять роль комика. Даже не знаю, что делать…

— Придумай что-нибудь, — посоветовал шеф и шутливо подсказал: — Или загипнотизируй всех.

Девушка задумчиво улыбнулась и вскоре ей в голову пришла удивительная мысль.

— Шарух, может у тебя хотя бы одна ложка найдется?

— Да, загляни под стол.

Илаис выполнила его просьбу и с удивление обнаружила, что под столешницей на кусочек липкой ленты прилеплена столовая ложка.

Пока она ее вынимала, остальные тоже начали заглядывать под стол и с не меньшим удивлением обнаружили там такие подарочки. Это обстоятельство развеселило всех.

— Шарух, зачем ты ложки под стол спрятал? — хихикая, полюбопытствовал Аманти.

— Вижу все развеселились, разулыбались, значит я справился со своей задачей. Это была моя затея и буква Ш у меня тоже имеется, — Шарух продемонстрировал присутствующим дынную корку с вырезанной на ней буквой, чтобы никто не сомневался. — Илаис, продолжай.

Илаис встала и все сразу умолкли, сосредоточив на ней свои заинтересованные взгляды.

— Сейчас я буду вас гипнотизировать, — таинственным тоном проговорила девушка. Все смотрим на эту ложку…

Ее она выставила перед собой и внимательно посмотрела на каждого.

— Считаю до трех… Раз… все поднимают свои ложки, — внимательные слушатели без колебаний выполнили ее установку. — Два… смотрим на своего соседа… — присутствующие отвели от нее взгляды, задержав его на ближайшем соседе, — … замечаем, что сосед очень сильно хочет улыбнуться… И три… Стукаем его ложкой по лбу!

Что тут началось! После слов Илаис приступ неконтролируемой смешливости накрыл всех с головой. Некоторые успели выполнить ее последнюю установку и во избежание возмездия с хохотом забрались под стол или выскочив из-за него, начинали бегать вокруг. Пожалуй, заразительнее всех смеялся Аманти.

— Ну я тебя сейчас достану! — грозно заявил его сердитый преследователь в лице Гиберта.

— Ну все, все, хватит меня бить! — возмутился Эрни, уворачиваясь от Бохрада и Шаруха.

А Илаис, увидев результат своей шутки, отвернулась от стола и хохотала до слез.

— Представляю, что о нас думают те, кто наблюдает за нами через камеры, — возвращаясь на свое место, сказал Шарух. — Аманти, выползай уже. Мы Гиберту за тебя отомстили.

А Гиберт в это время почесывал многострадальный лоб. Он, выбравшись из-под стола, не успел даже понять от кого ему только что прилетело. Все, на кого он смотрел старательно делали серьезными лица и всячески скрывали улыбки.

— Шарух, это наверно ты?

— Я? А доказательства у тебя есть? Может свидетели?

А свидетели сего преступления в лице Бохрада и Эрни тут же отрицательно помотали головами.

Аманти тем временем несмело выглянул из-под стола, задержав настороженный взгляд на Гиберте. Затем, переставая улыбаться, выбрался полностью, на всякий случай стараясь держаться от соседа подальше.

— Замечательно, Илаис! Твоя затея удалась! — искренне радовался Шарух. — Жертвы твоего гипноза до сих пор невменяемы.

— Две шишки на лбу — это непростительное оскорбление! — расстроенным голосом произнес Гиберт. — Кстати, теперь моя очередь, и мстить я буду типу по имени Аманти.

— Уверен, ты справишься, — поддержал Шарух. — Я засекаю время. Аманти, ты должен продержаться хотя бы минуту.

Гиберт повернулся к Аманти, затем медленно поднял вверх указательный палец и продекламировал распространенную детскую шутку:

— Пальчик, пальчик гнется, Аманти улыбнется…

Стоило ему согнуть палец, как Аманти, не выдержав, прыснул со смеху.

— Делов-то! — насмешливо закончил Гиберт.

— Десять секунд — потрясающий результат!

Шарух зааплодировал.

Смотреть, как хохочет Аманти никто спокойно не мог. Всех так и тянуло составить ему компанию. Потом друзья долго не могли успокоиться.

— Считайте, что я тоже справился со своей задачей, — вытирая от слез глаза, Аманти показал друзьям дынную корку с буквой А.

— Молодец! Ловкий ход! — Шарух с восхищением оценил его сообразительность.

— Эрни, теперь твоя очередь, — напомнил Гиберт.

Эрни посмотрел по очереди на Гиберта, потом на Шаруха и начал с последнего.

Все затихли, ожидая, что интересного он выдумает.

Эрни встал и направился к Шаруху. Тот беспокойно заерзал, когда он встал за его спиной.

— Как неожиданно… Эрни, ты же не станешь пользоваться банальной щекоткой.

— Нет, мой метод более коварен. Подними-ка правую руку.

— Эрни… мне бы очень не хотелось, чтобы ты использовал этот метод.

— Ты же сам сказал, что любой метод хорош.

Шарух, огорченно вздохнув, поднял руку и закрыл глаза, готовясь к неизбежному использованию рефлекторной точки.

Но Эрни и не думал ею пользоваться. Он провел рукой по белым волосам Шаруха и выбрав прядь, неожиданно сунул ему в ухо. Шарух к такому был не готов.

— Аа-а! — вскрикнул он, и закрывая ухо ладошкой, сам того не желая начал смеяться. — Мерзавец! Ну, я тебе устрою!

И потирая ухо, насмешливым взглядом проследил, как Эрни возвращается на свое место.

— Ловкий трюк, — похвалил Бохрад. — Даже я не ожидал.

А Илаис, продолжая смеяться, сказала:

— Я сегодня умру от смеха. Эрни, ты как всегда неподражаем!

— Спасибо за комплимент, — скромно вымолвил он. — Шарух, ты как там? Кажется, ты засмеялся даже раньше Аманти?

— Это было неожиданно, — отозвался Шарух, все еще почесывая ухо. — Кто у нас на очереди? — и сообразил: — Кажется я… — затем загадочно заулыбался. — Эрни, чувствуешь, как моя месть спешит к тебе?

— А вот и не правда! Покажи-ка, где у тебя моя буква имеется?

Шарух разочарованно всплеснул руками.

— Углядел-таки… Повезло тебе, Эрни. А может не повезло…

Взяв дынную корку, Шарух направился к другу, затем поднес ее к его лицу и, приобняв за плечи, вкрадчиво попросил:

— Прочитай-ка вслух, какую букву ты видишь?

Эрни пристально взглянул на букву, затем недоумевая на Шаруха.

— Да, да, мой озадаченный герой. Это буква «Э». Бохрад был столь любезен, что обменялся со мной дынными корками, пока вы колошматили друг друга ложками.

Шеф в ответ на негодующий взгляд Эрни пожал плечами и смущенно улыбнулся.

Эрни обратился к Шаруху:

— Я сдаюсь, сдаюсь. Не надо меня щекотать и пользоваться рефлексом. Руку я тебе не дам и не мечтай! Хочешь, сейчас улыбнусь?

На что Шарух загадочным тоном ответил:

— Нет, мой милый друг, я хочу, чтобы ты смеялся…

Он наклонился к уху обеспокоенного друга и начал что-то шептать. Сердитое выражение лица Эрни постепенно смягчилось. Вскоре в глазах появились веселые искорки. Свидетели этого таинственного действа наблюдали за процессом во все глаза.

— Анекдот рассказывает… — первой догадалась Илаис.

Переглядываясь, друзья стали кивать друг другу и понимающе подмигивать.

Тут Эрни не выдержал и заразительно рассмеялся.

— Ну точно анекдот! — согласился с девушкой Гиберт.

Смех Эрни не позволил друзьям оставаться серьезными. Веселые улыбки не сходили с их лиц.

Шарух весело поинтересовался у подопытного:

— Вот, Эрни, ты и рассмеялся. Нестрашно было? А то сразу: не щекочи меня, не трожь меня, даже руки не дам…

Довольный успехом он вернулся на свое место.

— Эрни, расскажи, какой анекдот рассказал тебе Шарух, — попросил Аманти.

— Не-ет… Аманти, такое смогу выдержать только я.

— Похоже, он использовал свой безотказный метод, — со знанием знатока вставил Бохрад. — Шарух, я прав?

— Ну не знаю… — ответил тот. — Какой из моего бесконечного арсенала безотказных методов ты имел в виду?

— Я о том самом — пошлый анекдот.

Среди присутствующих пробежало многозначительное хихиканье.

— Угадал! Эрни, не смущайся, я частенько рассказывают такие анекдоты клиентам.

— А можно и нам послушать? — не унимался Аманти.

— Ты чего, Аманти? Ни в коем случае!

— Шарух… — Аманти взглянул на него умоляюще.

Остальные тоже поддержали его.

— Шарух, рассказывай, — попросил Гиберт.

— Я тоже хочу послушать, — заявила без тени смущения Илаис.

Даже Бохрад выразил свое желание:

— Шарух, сделай нам одолжение.

— И не подумаю! — категорично отказался Шарух. — Мнение общественности для меня в этот раз значения не имеет. Этот анекдот предназначен только для Эрни. Бохрад, твоя очередь смешить.

Аманти разочарованно простонал. Илаис тяжко с грустью вздохнула. А шеф призадумался над возникшей задачей. Правда, думал он недолго, вскоре встал, чем привлек к себе всеобщее внимание.

— Хочу предложить вам, друзья, обыграть занятную сценку.

— Возражающие отсутствуют, — бодро сказала за всех Илаис. — Мы тебя внимательно слушаем.

— Все знают, что о покойниках плохо не говорят, — продолжил интригующим тоном Бохрад.

— О покойнике? — прервал удивленно Аманти.

— Но поскольку таковых среди нас не имеется, — на этой фразе шефа все как-то даже облегченно вздохнули, — мы будем рассказывать всякие выдуманные слухи и небылицы о ныне живущем человеке. Гиберт, ты будешь изображать этого человека.

— Один вопрос: как? — с недоумением спросил Гиберт.

— Сложи руки крестом на груди и закрой глаза.

Гиберт безропотно выполнил его рекомендацию, хотя странная поза и отсутствие необходимости изображать покойника как-то не увязывались между собой. Ситуация для него стала казаться все страннее и страннее.

— Итак, я начинаю, а кто-нибудь подхватывайте.

Бохрад сел, окинув присутствующих загадочным взглядом, затем таинственным голосом изрек:

— А вы знаете… что Гиберт, когда его никто не видит, переодевается в женщину?

Со стороны Гиберта послышалось многозначительно хмыканье, а Аманти не удержался от хихиканья. Остальные лишь весело заулыбались, кивая.

— Точно! — подхватила игру Илаис. — А я все думаю, куда у меня все время помада и тени деваются.

— Он ест помаду, — сделал серьезное заявление Шарух. — Я сам видел!

— Ты не мог этого видеть, — возразил Гиберт. — Бохрад сказал, что я переодеваюсь в женщину, когда никто не видит.

— Так переодевание в женщину и поедание помады совсем разные вещи.

— Гиб, без комментариев, — попросил Бохрад. — Делай вид, что тебе не смешно и все, что говорят, тебя не касается.

— Молчу, молчу…

После короткой паузы слово взял Аманти.

— А еще я слышал, что ему нравятся красивые юноши и потому он поселился со мной.

— Аманти, тебе повезло, — радостно начал говорить Эрни, — если бы не твой храп по ночам и разговоры представь, что бы с тобой было.

— Я вовсе не храплю! — посмеиваясь, возразил Аманти. — А вот Гиберт каждую ночь куда-то уходит… И еще он боится солнечного света, и взгляните на него — он бледнее, чем я, когда бываю в ужасе от проделок Шаруха.

— Хочешь сказать он… вампир? — догадалась о его намеках Илаис.

— Да! А вы разве сомневаетесь? Да за ним горы обескровленных трупов!

— А вы слыхали… — снова слово взял Бохрад. — Гиберт в морг устроился работать и по ночам занимается воскрешением мертвых!

— А… — подхватил Эрни, — это ты вспомнил про стоны, охи и ахи, доносившиеся оттуда по ночам? Так там недавно открыли бордель, и он там стриптизером подрабатывает.

Постепенно жизнь Гиберта обрастала все новыми и новыми небылицами. То он становился бойфрендом по вызову, то наемным убийцей с плохим зрением и тягой к клептомании, то колдуном, потерявшим память, забывшем всех своих родственников и знакомых, то превращался в злодея глобального масштаба. Истории были одна круче другой. Друзья откровенно веселились, озвучивая свои выдумки, а Гиберт иронично улыбался и иногда многозначительно покачивал головой и хмурился. Пожалуй, затея Бохрада со сценкой о яркой жизни Гиберта затянулась бы надолго, если бы точку в ней не поставил Эрни.

— А вы заметили… — начал он таинственным тоном, и слегка наклонившись над столом, вопросительно посмотрел на друзей. Те тоже наклонились ближе, чтобы не пропустить ни единого слова. Выдержав интригующую паузу, Эрни, косясь в сторону Гиберта, произнес: — Гиберт, все время говорит, что не любит кошек? Не люблю я кошек, не люблю…

— Точно! — подмигивая ему ответил Шарух. — И что?

— Он их просто… не умеет готовить!

Едва затих звук его голоса, как комната огласилась неудержимым хохотом присутствующих. Тут и Гиберт не выдержал. Друзья долго не могли успокоиться.

— Ну, Эрни… — сквозь смех погрозил ему пальцем Гиберт. — Приготовлю я кошку! Специально для тебя, приготовлю! Пальчики оближешь!

— Сначала ты ее съешь, а потом уж я.

— Ну насмешил! — вытирая слезы, вымолвила Илаис.

— Итак, друзья, — успокоившись, Бохрад привлек к себе общее внимание. — Я свое обязательство выполнил. У меня были буквы «Б» и «Г». Так что я убил сразу двух зайцев. Кто-то возражает?

Бохрад в первую очередь вопросительно глянул на зачинщика веселого мероприятия. Шарух, пожимая плечами, ответил:

— Хорошо, пусть будет так. Илаис, снова твоя очередь.

Девушка, кивнув, вышла из-за стола и подойдя к шефу, поцеловала его в щеку. Бохрад с недоумением спросил:

— И что это значит?

Вместо ответа, она что-то прошептала ему на ушко. Глаза шефа задорно блеснули, он коротко засмеялся и что-то ответил ей, также шепотом. Все остальные терялись в догадках.

— Интрига возрастает… — прокомментировал задумчиво Шарух.

Но вот девушка направилась к нему, и парень насторожился. Илаис тоже склонилась над ним, поцеловала в щеку. Шарух даже смутился от такой вольности с ее стороны. Тут она что-то сказала ему шепотом и его растерянность сменилась веселой улыбкой. Он, немного подумав, что-то ей шепотом ответил. Потом все также загадочно улыбаясь продолжил наблюдать, как она неспешно подходить к Аманти.

— Вообще, что происходит? — занервничал тот. — Илаис, не надо меня целовать, не люблю я этого.

Он попытался встать, но девушка положила ему на плечи руки, вынудив сесть обратно, затем улыбнулась и поцеловала в щеку. Аманти, выдохнув, с недоумением взглянул в ее синие веселые глаза. Ситуация с Аманти повторилась точь-в-точь как с предыдущими. После него девушка направилась к Эрни, который решил принять происходящее без лишних эмоций. Затем тоже самое ожидало Гиберта.

— Ну что, по-моему, всем было весело, — закончив с последней жертвой своего странного эксперимента, заключила Илаис.

— Это было необычно, но весело, — отметил Шарух. — А вопрос твой был для всех один и тот же?

Девушка, одарив его загадочным взглядом, закусила нижнюю губу и вернулась на свое место.

Не дождавшись от нее ответа, Шарух обратился к Гиберту:

— Какой вопрос она тебе задала?

— Никакой.

— А мне: «Шарух, скажи, кого ты хочешь, чтобы я поцеловала?»

— И мне такой же, — подтвердил Аманти.

— И мне, — отозвался Эрни.

А Бохрад лишь качнул утвердительно головой.

— И кого-ты должна была рассмешить? — поинтересовался Гиберт?

— Бохрада.

— Да насмешила, — заверил шеф. — Эрни, твоя очередь.

Парень кивнул и повернулся к Гиберту.

— Ну, все, Гиб, держись, сейчас я буду тебя смешить. Сделай серьезное лицо, холодный взгляд и положи любую руку на стол.

Гиб с любопытством пристально посмотрел на него и положил на стол правую руку.

— Хорошо, отреагировал тот. — Гиб, ты же у нас сильный? Наверно и слона сможешь поднять? — Эрни дотронулся до его большого пальца. — Подними-ка этот палец со слоном…

Гиберт отнял палец от стола, все еще не понимая, что задумал его смешитель. Ничего смешного он пока не видел. Остальные очень внимательно наблюдали за процессом.

— А на этом сидит мамонт, — сообщил Эрни, коснувшись указательного пальца. А когда Гиберт его поднял, восхищенно воскликнул: — Гиб, ты силач! А на этом… — он указал на мизинец, — сидит… бабочка!

Гиберт поднял и этот палец, продолжая пребывать в полном недоумении.

— Ну, правильно! Любой сможет поднять бабочку. А вот на этом… — Эрни коснулся среднего пальца сидит… бегемот!

Эрни похвалил Гиберта, когда тот без усилий поднял палец, и продолжая пристально вглядываться в его серые глаза, дотронулся до безымянного пальца, сообщив:

— А на этом… муха нагадила!

Гиберт усмехнулся, услышав такое, но, когда попытался поднять палец, ошеломленно выдохнул.

— Не получается…

Потом растерянно улыбнувшись, спросил: «Как так?»

— Эх, а еще силач, силач… — пожурил Эрни насмешливо.

Удивленные случившемся друзья, стали сами повторять его опыт.

— Вы главное зверей не перепутайте, а то не получится, — предупредил Эрни, довольный произведенным на друзей впечатлением.

— Правда, не получается, — смеясь над своей неловкостью, произнес Аманти. — Эрни, в чем секрет?

— Понятия не имею. Это физиология. У Шаруха спроси.

Шарух отвлекся от собственного эксперимента, чтобы дать ответ:

— Аманти, я не знаю. Сам первый раз с такой загадкой столкнулся.

— Молодец, Эрни! — с восхищением оценил Бохрад, когда понял всю ничтожность своих попыток разгадать секрет не поднимающегося пальца. — Задал ты нам задачку.

— Гиб, улыбнулся, значит я победил, — подвел итог Эрни.

— Гениальный ход! — признала Илаис.

— Спасибо, спасибо, — Эрни украдкой улыбаясь, посмотрел на Гиберта, который по примеру Бохрада тоже перестал пытаться разобраться в его загадке.

— Кажется моя очередь, — понял тот. — Эрни, ты не будешь доедать свою дыню?

— Нет, а что?

— Можно позаимствовать?

— Да, пожалуйста.

Гиберт взял недоеденную дольку, затем собрал со стола ложки и начал втыкать их в дыню.

— Это крылья, — прокомментировал он, когда воткнул две по бокам, — если кто не понял… Это хвост, — две ложки для хвоста он ловко расположил вокруг одного из острых концов дынной дольки. Пятую воткнул сверху, пояснив: — Это парус! — и поставив «птицу» в центр стола, головой в сторону Илаис попросил: — А теперь все, кроме Илаис, подойдите к этой части стола. Так… — друзья были очень заинтригованы и безропотно выполнили его просьбу. — Все готовы?

— К чему? — не понимал Аманти.

— Я разве не сказал? — удивился Гиберт. — Теперь все разом на счет три будем дуть на птицу, — заметив недоумевающие взгляды, бросаемые в его сторону, поспешил сказать: — Знаю, вы думаете это создание не сдвинется с места. Отбросьте сомнения! Просто дуйте изо всех сил. Раз, два… три!

Несмотря на странное пожелание Гиберта, дуть на импровизированную птицу решились все. Но сколько бы они не старались, птица как стояла в центре стола, так и продолжала стоять. Наблюдая за тем, как друзья стараются дуют на дынную птицу, Илаис не могла долго оставаться безучастной. Посмеиваясь, она вопросительно произнесла:

— Может мне вам помочь?

Гиб, бегло взглянул на девушку, и кивнул, разрешая. Илаис покинула свое место, и встав между Аманти и Эрни, приготовилась дуть.

— На счет три, — скомандовал Гиберт. — Раз…

Конечно, с появлением среди дующих на птицу друзей девушки, особого эффекта не произошло. Птица лишь наклонилась на левый бок, упершись на крыло. Все переглянулись, не переставая глупо улыбаться, искоса поглядывая на Гиберта.

— Да… — с ноткой огорчения протянул Гиберт. — Ожидаемого чуда не произошло. Но случилось главное… — он взял со стола птицу и протянул девушке. — Это тебе за то, что мои глупости заставляют тебя смеяться.

Илаис улыбнувшись взяла подарок.

— Спасибо! Такого подарка мне еще никто не дарил. Даже не знаю, что с ним делать…

— Можешь здесь оставить, пусть те, кто придет сюда убирать посуду, думают, что здесь происходило, — подсказал Бохрад.

— Да уж они удивятся, — согласился Шарух. — Аманти, я так и не узнал у тебя: они следят за нами?

— Следят, — равнодушно ответил тот.

— Ужас… — вымолвила взволнованно девушка, с птицей в руке возвращаясь на свое место.

— Да, ничего страшного. Они только нас видят, а звуки я заглушил.

— Молодец, Аманти! — обрадованно воскликнул Бохрад. — Это правильно, что картинку оставил, может они решат, что причина в их оборудовании, а не в нас.

— Кстати, Аманти, — обратился к гению электроники Гиберт, — теперь твоя очередь смешить. Ты последний остался.

Аманти качнул головой и немного покопавшись в браслете стал его снимать. Затем он положил его в центр стола и попросил:

— Эрни, наклонись ближе и скажи что-нибудь.

Эрни недолго думая, выполнил его просьбу.

— А что сказать?

— А что сказать? — послышался из браслета механический голос. Причем голос походил на детский, в нем не проговаривались некоторые буквы. Очень походило будто произносил эти слова какой-то вредный картаво-шепелявый тип.

Эрни насмешливо уставился на Аманти.

— Что это?

— Что это? — тут же передразнил голос.

Друзья, посмеиваясь, тоже наклонились к браслету. Программа — дразнилка умело хваталась за любые звуки и хихиканье, и, меняя голоса, тембр и тон выдавала свою интерпретацию. Присутствующие принялись нарочно выкрикивать громкие фразы и смеяться.

— Я тоже такую игрушку хочу! — потребовал Шарух.

— Я тоже такую игрушку хочу… — отозвался металлический голос. — Хочу! Хочу!

Причем последние слова были произнесены голосом Эрни и Бохрада. Те узнав их, невольно поддались всеобщему веселью.

— Так он не только передразнивать может? — выразил удивление Гиберт.

— Он… дразнивать? — сказала программа и заливисто захихикала голосом Аманти.

Все едва на пол от смеха не попадали.

Аманти пояснил:

— Я изменил программу. Она сама строит диалог и подбирает голоса и фразы.

Дразнилка не успевала воспринимать все сказанное им, и хватались за отдельные слова, пополняя свой словарный запас: «Изменил… прог… диалог… фра…»

— Когда только ты успеваешь изобретать? — Эрни искренне поражался работоспособности этого парня. А на тарабарщину, вылетающую из браслета даже перестал обращать внимание.

— На днях… Не знал, чем себя занять. Тебе нравится? — Эрни кивнул. — Если хочешь установлю?

— А нам? — спросил Шарух. — Я первый в очереди.

— Всем установлю. Еще была мысль между словами вставлять для связки устаревшие матершинные слова, но решил, что это плохо скажется на наших разговорах.

Бохрад, улыбнувшись, качнул головой, соглашаясь с ним.

— Вот это точно было бы лишнее.

— Эрни, я видел, как ты смеешься, значит я победил!

— Победил, не сомневайся! — подтвердил Бохрад. — Ну, что друзья, благодаря Шаруху, мы узнали, как минимум двенадцать способов рассмешить друг друга. Предлагаю всегда помнить о них и не предаваться негативным мыслям и чувствам. Все согласны?

Присутствующие покачали головами, не сводя с шефа внимательных глаз.

— Шарух, тебе от меня отдельная благодарность, помимо твоего желания собирать с Гибертом чернику.

— И как она будет выглядеть? — поинтересовался герой дня.

— А как бы ты хотел?

— Ну… — Шарух пожимая плечом, опустил взгляд в пол, — ты мои запросы знаешь.

— Вот вернемся домой и все обсудим.

— Согласен! Я не позволю тебе забыть о твоем сегодняшнем обещании.

— Договорились! А теперь нам пора освобождать это помещение, а то военные и так в шоке от увиденного. Могут и вовсе заподозрить нас в каком-нибудь заговоре.

Шеф встал и первым вышел из-за стола. Остальные последовали его примеру. Шарух как всегда не остался равнодушным к словам Бохрада.

— А я не против организовать заговор. Захватить корабль или этого… как его там… генерала! Эрни, ты со мной?

— Я в твоих фантазиях не участвую!

— А я бы поучаствовал, — вклинился Гиберт.

— Ну, да… кто бы сомневался, — Шарух одарил его насмешливым взглядом.

— А меня возьмете? — поинтересовался Аманти.

Его вопрос вызвал у друзей очередной приступ смеха.

Друзья покидали кают-столовую в отличном расположении духа. Даже у Илаис не осталось и следа от плохого настроения. Она уже была твердо уверена, что ничего плохого с ними и с ее грифонихой Лизабеттой не случится. Просто их ждет очередное таинственное дело, связанное с восстановлением памяти, с которым им придется справиться не зависимо от степени его сложности.

Глава 3
Пропащее дело

Через пять часов, прошедших с веселого мероприятия, устроенного Шарухом, корабль с сотрудниками Службы по Восстановлению Памяти и их шефом опустился на территорию военной базы. Навстречу пассажирам уже приближался эскорт из десяти машин с вооруженными до зубов солдатами.

Пока пассажиры толпились в коридоре, ожидая, когда опустится трап и можно будет выйти на воздух, Эрни смотрел в иллюминатор. Его сразу привлек тот факт, что на астероиде отсутствует искусственное солнце. Территория освещалась разного рода прожекторами и фонарями. Без них астероид погрузился бы в полнейшую тьму.

«Такой астероид легко не заметить на просторах космоса», — подумал он, оценивая удачное расположение военной базы.

— Что увидел? — рядом появился Аманти и тоже заглянул в иллюминатор.

— Нас уже встречают…

— Ух… сколько их… Если для каждого по машине я выбираю ту… — парень указал пальцем, пояснив: — Красную!

Эрни насмешливо хмыкнул.

— А чем тебя фургон не устраивает? Там наверняка сиденья с подогревом и кондиционер есть.

Аманти недовольно хмыкнул под нос.

— Он похож на катафалк…

Приятели бы и дальше продолжали разговаривать о машинах, но отвлекла суета, возникшая среди сопровождающих их военных. Те занялись опусканием трапа и выводом пассажиров наружу. Аманти поспешил к выходу, а Эрни продолжил стоять у иллюминатора.

— Иду я, иду, — недовольно проворчал он, когда один из солдат похлопал его по плечу, настойчиво, но молча веля догонять остальных.

Шарух дождался его на трапе.

— Наши все уже спустились, а ты не торопишься, — произнес он, когда друг поравнялся с ним.

— А куда спешит -то?

Шарух тихим голосом поинтересовался:

— Оцениваешь обстановку? Строишь планы на побег?

Эрни усмехнувшись, огляделся по сторонам. За их спиной шел военный.

— Сбежишь тут…

— Вот и расслабься, Эрни. Шансов ноль и в ближайшее время ни одного не предвидится.

Друзей ожидал фургон коричневого цвета с военной символикой на бортах. От него чуть раньше отказался Аманти. Теперь он уже не был столь категоричен, когда наспех окрестил катафалком. Он занял место у окна, и скрывая волнение, настороженно наблюдал за суетливыми действиями солдат, занятых разгрузкой военного корабля. Эрни вошел последним и за ним сразу закрылись двери.

— Сиденья с обогревом и есть кондиционер, — нарушил напряженное молчание Эрни, опускаясь на первое попавшееся сиденье. — Аманти, ты зря отказывался от такой машины.

По салону пробежал приглушенный смешок, ожививший атмосферу среди присутствующих. К счастью, пассажиры остались наедине, и они могли немного расслабиться и даже шутить.

— Я уже не против, — отозвался Аманти.

— Особенно, если нас и в будущем не лишат такого комфорта, — добавил Шарух, выбирая себе уютное местечко.

Фургон тронулся с места. Жалюзи на окнах автоматически закрылись, вызвав у Аманти вздох огорчения. Бохрад с особым вниманием осмотрел сотрудников, словно желал знать, кто какие мысли скрывает. Единственный кто был ему непонятен — это Гиберт. Казалось, ему все равно, что его жизнь находится в руках военных, и кто знает, как все может обернуться. Гиберт выглядел слишком спокойным и был молчалив. Обычно стоило ему взглянуть на Илаис, как по его губам невольно проскальзывала улыбка, но не в этот раз. Бохрад решил, что он все же беспокоиться, если уж не о себе, так о девушке. В его взгляде, иногда бросаемым в ее сторону, он замечал тревожные искорки.

— Гиб, ты служил в армии? — спросил шеф, когда их взгляды встретились.

— Да, три года по контракту.

— Где?

— Морской флот.

— Не думал о военной карьере?

— Думал, но здоровье подвело.

— Жалеешь?

— Сейчас нет.

— Наверно с дедовщиной сталкивался? — вклинился в разговор Шарух.

— Было дело. Но у контрактников с этим строго. В миг отчисляют в запас за неуставные отношения.

— А я хотел служить, но меня не взяли, — с грустью признался Аманти.

— Куда хотел попасть? — спросил его Эрни.

— В космические войска. Только я детдомовский, а это значит автоматически приравниваюсь к субъектам с психическими отклонениями. В общем, правы они там оказались — я провалился уже на первых тестах.

Аманти с грустью вспоминал пережитые события. Он опустил голову на руки в расстроенных чувствах уставившись в пол.

— Не расстраивайся, Аманти, — с сочувствием попросил Шарух. — Я вот тоже в армию не пошел. Хотя не очень-то хотел.

— И что тебе помешало? — заинтересовался Гиберт.

— Даже не знаю: помешало или наоборот. Работал я тогда на рисовых плантациях у влиятельной китайской семьи. Там меня и цапнула одна мало приятная змеюка, лишив почки. А когда вернулся в наши края и после встречи с Бохрадом мной заинтересовалась военная комиссия, то оказалось, что помимо отсутствующего органа, еще и уровень интеллекта ниже сорока айкью. А это даже для рядового солдата не годится.

— Наверно ты сам такой результат подстроил? — произнесла догадку Илаис. — Я права?

— Не совсем. У меня тогда, после пережитых стрессов с головой действительно было плоховато. С трудом соображал.

Тут в разговор решил вмешаться Бохрад.

— Но у тебя был отличный шанс попасть в экспериментальные войска.

— Да… — с насмешкой покачал головой Шарух, — если бы ты меня не отмазал, был бы я сейчас суперсолдатом с личным номером и пожизненным сроком службы.

Упоминание Бохрадом об экспериментальных войсках отозвались в душе Эрни болезненным чувством. Именно туда ушел его отец, как кинолог работать с собаками. Благодаря ему, у Эрни появилась возможность оплачивать учебу в Полицейской Академии и было официальное освобождение от службы в армии. А потом… цинковый гроб, похороны и пугающие противоречивые слухи, рождающие негодование и ярость, которые тяжким грузом долгое время давили на плечи. Только с головой погрузившись в учебу, Эрни смог смириться и освободиться от душевной тяжести. До недавнего времени лишь иногда неприятные воспоминания тревожили его, не давая спокойно уснуть. К счастью, после перехода на Службу по Восстановлению Памяти, он почти не вспоминал о тех трагических событиях своей жизни. До этого дня…

— Эрни, может ты расскажешь о себе? — прервал его размышления Шарух.

— Нечего рассказывать. У меня официальное освобождение.

— Здорово! Но ведь наверно хотел в армию?

Эрни задумчиво пожал плечом, и пристально взглянув на вопрошающего, ответил:

— Если только военным летчиком.

— Отличный способ быть героем! — развеселился Шарух. — Слышал там даже подразделение такое есть: «летчики-смертники».

— Не выдумывай, — откровенно не поверил Аманти.

— Честно говорю! Это по типу японских камикадзе. Их в самые горячие точки отправляют.

Присутствующие стали вопросительно переглядываться между собой, пытаясь понять в курсе ли кто о таких летчиках. Шарух выглядел очень убедительным, чтобы уличить его во лжи.

Тут голос подала Илаис:

— А помните, наше дело с летчиками, которые якобы пострадали от молний? — друзья оживленно закивали. — В анкете у одного из них значилось: «Специалист по военным стратегиям и ликвидации»

— Ну хватит вам выдумывать! — неожиданно воскликнул Бохрад. — Нам в обоих случаях ни холодно, ни жарко. Если и есть смертники, значит они нужны. Я рад, что Эрни не пошел в армию, хотя думаю, у него был отличный шанс сделать летную карьеру.

Эрни улыбнувшись, отвел от шефа взгляд. Ему были приятны его слова.

Тут всеобщее внимание привлекло торможение фургона, и все мысли о военной службе мгновенно выветрились из голов.

— Кажется, приехали… — вымолвил Шарух, и тут же весело воскликнул: — Ну друзья, ни автомата нам, ни гранаты, ни ядерной установки!

Его шуточное пожелание было оценено веселыми взглядами и многозначительными улыбками.

Наконец, фургон остановился и вскоре двери с шумом открылись. Первым к выходу проследовал Бохрад. Через несколько минут сотрудники службы стояли снаружи и провожали взглядом отъезжающий в гараж фургон. Друзья поняли, что находятся в огромном подземном бункере. Его своды были невидимы из-за ярких софитов. Всюду куда ни глянь суета: солдаты, марширующие в жилые казармы, колонны грузовиков и бронетранспортеров, перемещающиеся с места на место. Все это сопровождалось нескончаемым шумом техники и командными выкриками тех, кто контролировал, творящийся вокруг хаос.

— Следуйте за мной, — требовательный баритон отвлек друзей от подсматривания за армейской жизнью.

Глазам Бохрада и его сотрудников предстал мужчина средних лет с пронизывающим взглядом темных глаз и гладко выбритым лицом. Задавать ему вопросы, а такие уже успели появиться в головах невольных гостей военной базы, как-то сразу расхотелось.

Обратив внимание, что гости не намереваются оказывать сопротивление или возмущения, военный отчеканивая каждый шаг, направился к ближайшему сооружению. Бохрад первым пошел за ним, остальные следом, продолжая настороженно осматриваться по сторонам.

Здание, в которое предстояло войти друзьям, выглядело внушительно. На первых двух этажах в окнах горел свет. Освещения оказалось достаточно, чтобы понять, что этажей гораздо больше, но можно было сколько угодно задирать голову и вглядываться вверх, и ничего и не увидеть. Эрни даже споткнулся о ступеньку и едва не упал, занятый этим бесполезным делом.

На ярко освещенном крыльце дежурили солдаты, увидев приближающихся людей, они отдали честь сопровождающему их военному, и разошлись в стороны от двери.

Внутри здание выглядело уныло и не ухожено: обшарпанные стены, местами отсутствующая штукатурка, серые шторы на зарешеченных окнах, покрытые толстым слоем пыли агитационные голографические плакаты, гудящие и периодически мигающие лампы. Невольно у присутствующих появилось желание ничего здесь не касаться.

— Вам сюда, — велел военный, сворачивая в темный коридор.

— Идемте, — поторопил Бохрад, замечая в глазах сотрудников нескрываемую растерянность.

Через несколько минут хождения по длинному коридору, сопровождающий вывел их в светлую часть здания и остановился перед закрытыми стеклянными дверями. Вынув электронный ключ, открыл их, и сказал:

— Генерал скоро придет. Ждите его здесь. Убедительная просьба ничего портить и не ломать.

Вскоре друзья вошли в помещение. Первое, что сразу бросалось в глаза — стерильная чистота, запах лекарств и множество инвентаря, расставленного в строгом порядке по стеклянным шкафам и полочкам.

— Это что… лаборатория? — осмелился задать вопрос Шарух.

— Да, — ответил сопровождающий, и указывая левой рукой в левую сторону, добавил: — А там жилой отсек и столовая. Скоро доставят ужин. Располагайтесь. Появятся просьбы сообщите по коммуникатору дежурным, которые будут вас охранять. А мне пора.

— Вы нас закроете здесь? — поинтересовалась девушка.

— Это вынужденная мера. Прошу отнестись с пониманием.

Когда военный ушел, и в коридоре стих цокот его сапог, друзья почувствовали себя свободными и начали расходиться по помещению.

— Они тут наверно опыты проводят, — понимал Аманти, осмелившись заглянуть в холодильную установку, в тайне надеясь найти что-нибудь интересное.

— Тут только оборудование, причем им даже еще не пользовались, — обратил внимание Шарух.

А Гиберт решил озвучить свое предположение:

— Аманти, ты наверно рассчитывал найти случайно забытую пробирку с бактериологическим оружием?

— Да, было бы неплохо, — ответил Аманти.

Бохрад продолжил:

— Было бы неплохо превратиться всем в зомби и заставить армейских солдат перейти в режим индивидуальной выживаемости.

Илаис лаборатория совершенно не интересовала. Она решила обследовать жилую часть. Большая светлая комната с кроватями ей пришлась по вкусу, и вскоре она заявила к всеобщему сведению:

— Чур, кровать под плакатом «Честь! Мужество! Слава!» моя! Все слышали?

— Да, да, — с разных сторон послышались ответы друзей.

Эрни лаборатория тоже интересовала мало. Он лишь бегло осмотрел ее и отправился исследовать дополнительные комнаты. В столовой ничто не привлекло его внимание. В ней находился только длинный металлический стол с десятком металлических стульев. А вот помещения находящееся в другом крыле его очень заинтересовали. По правой стороне от лаборатории небольшой коридор привел его к нескольким комнатам. Они выглядели жилыми и ухоженными: мягкие кровати, застеленные зелеными покрывалами, умывальники с туалетными принадлежностями, душевые кабинки, унитаз за полупрозрачной шторкой и всюду на стенах плакаты красивых девушек и юношей. Единственное, что его всерьез насторожило — это прозрачная стена и такая же дверь, через которую жизнь жильцов этих комнат была как на ладони.

К Эрни неслышно подошел Гиберт. Его находка ему тоже показалась интересной. После недолгого осмотра и размышлений от произнес:

— Надеюсь, это не для нас.

— А меня напрягает, что эти комнаты явно не для животных предназначены.

Эрни перевел взгляд на озадаченного приятеля и поинтересовался:

— Ты ведь взял с собой отмычки?

Гиберт утвердительно качнул головой.

— Значит нам не о чем беспокоиться.

И тут громкий голос из динамиков, незаметно установленных в разных помещениях, привлек к себе внимание друзей.

«Убедительная просьба к сотрудникам Службы по Восстановлению Памяти собраться в столовой через двадцать минут»

— Наверно генерал прибыл, — догадался Гиберт.

Вскоре друзья собрались у дверей столовой. Все заметно волновались. Прежде чем открыть двери, Бохрад обратился к Аманти:

— Аманти, как обстановка?

— Все проверил, пока слежки нет.

— Это радует. Ну что, идем?

Сотрудники не возражали. В их глазах кроме беспокойства читалось любопытство.

В столовой к их удивлению никого не оказалось. Молча все заняли места за столом и приготовились ждать дальнейших событий.

Через несколько минут запасная, тщательно замаскированная дверь в столовую, о которой друзья даже не подозревали, открылась, и в сопровождении двух вооруженных солдат вошел знакомый им генерал. Он быстро прошел к столу. Бохрад поднялся, остальные последовали его примеру.

— Сидите, сидите, — произнес генерал, и дождавшись, когда его повелительная просьба будет выполнена, продолжил: — Еще раз прошу простить за неудобства, которые мы вам доставили. Дело действительно очень серьезное и требовало от нас экстренных мер. Суть в следующем…

Генерал сел, внимательно осматривая присутствующих. Все терпеливо ожидали посвящения их в тайные планы. После недолгой паузы генерал продолжил:

— Недавно нам удалось вызволить из заключения двух наших разведчиков. Они находятся в очень тяжелом состоянии. На них было испытано неизвестное психотронное оружие, лишившее их памяти. У них остались лишь основные физиологически инстинкты: есть и спать. Хотя последние несколько дней они спят максимум по три часа в сутки. Врачи обеспокоены их состоянием и рекомендуют кормить каждые два часа, поскольку, если этого не делать, у них начинается нечто похожее на наркотическую ломку. Документация по их исследованию будет доступна вместе с пациентами в это самое время, — генерал глянул на часы. — Прежде чем обратиться к вашей организации за помощью, мы провели расследование вашей деятельности и пришли к выводу, что вы обладаете обширными знаниями и опытом по возвращению клиентам памяти. Я прошу вас взяться за это дело и готов выполнить любые рекомендации и условия, кроме предоставления неограниченной свободы. Надеюсь, вы меня понимаете. Теперь, я готов выслушать вас.

Пристальный взгляд генерала остановился на руководителе службы. Тот недолго размышлял над его словами.

— Генерал Штейц, похоже вы не оставляете нам выбора. Но и вы должны понимать, что мы тоже впервые сталкиваемся с таким странным делом, и не можем дать гарантии в успешном выполнении вашего заказа, — присутствующие утвердительно закивали, соглашаясь с Бохрадом.

— По моим данным у вас на счету нет ни одного невыполненного заказа. Надеюсь, и с этой задачей вы успешно справитесь.

— А я не уверен, — возразил Шарух. — Я, вообще, бесплатно не работаю! На мое участие в этом деле можете не рассчитывать!

И скрестив руки на груди, Шарух сердито хмурясь посмотрел на генерала.

— Если вся суть проблемы лишь в оплате — этот вопрос уже решен, — сообщил генерал. — После успешно выполненной работы на ваш счет будет перечислена приличная сумма. Вы не будете разочарованы. Не в моих интересах вас обманывать, ведь кто знает, вдруг нам суждено еще встретиться.

Всматриваясь в суровое лицо генерала и внимательно слушая его речь, Эрни все больше убеждался в отсутствии в этом человеке фальши. Хотя парень сознательно предпочитал не верить ему, так было бы легче принять возможные неприятности, которые могли возникнуть по окончании их работы.

Друзья его скептически отнеслись к обещанию генерала. Их недоверие так и читалось на лицах. Лишь шеф выглядел уверенно и спокойно.

— Мне нужно поговорить с сотрудниками, — уведомил он генерала.

— Надеюсь, мое присутствие не помешает принять верное решение?

— Верное? — переспросил Гиберт, обратив внимание на недвусмысленный намек, прозвучавший в словах генерала.

— Не помешает, — заверил Бохрад. Затем шеф обратился к сотрудникам: — Что скажите? Аманти…

Аманти растерянно пожал плечами. Отвечать на его вопрос он пока не был готов.

— Шарух, Илаис…

— Я не против, — высказала мнение девушка. — Выбора у нас все равно нет. А так глядишь и доброе дело сделаем.

— Мне понадобится компьютер, без него я как без рук, — сообщил Аманти.

— Уверен, генерал предоставит нам все необходимое, — убежденно произнес Бохрад.

Генерал, подтверждая, произнес:

— Составьте список и передайте его дежурному.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 200
печатная A5
от 579