электронная
400
печатная A5
349
18+
Сквозь время

Бесплатный фрагмент - Сквозь время

Объем:
66 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-0055-3429-3
электронная
от 400
печатная A5
от 349
До конца акции
8 дней

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Глава 1

Дело было вечером. Парнишка лет семнадцати сидел в инвалидном кресле, у окна, в своей старой не большой комнатушке, вокруг были разбросаны вещи. Около кровати лежали совсем новые носки, мятая майка валялась на стуле, не тронута после стирки, штаны висели на ободке той самой кровати стоявшей впритык к стене. Было видно вещи лежали в таком порядке, будто парнишка собирался их одеть на выход. На столе, который находился в самом углу комнаты у окна, стоял компьютер «SyncMasterSA300, SAMSUNG» возле которого лежали листки с какими-то записями. Сам парнишка был не высокого роста, метр семьдесят не выше, худощавый светлокожий, волосы короткие русые, большие зеленые глаза, которые всегда выглядели спокойными, не большой нос и тонкие губы. Вещи на нем выглядели поношенными и уже старыми. Он все продолжал сидеть у окна и задумчиво смотреть на закат. Из его окна закат можно было разглядеть во всей его красе. Лучи пропадающего солнца слегка касались пышных облаков, расплывающихся вслед за солнцем, а те облака, что остались висеть над городом, больше смахивали на волнистое не объятое море, покрытое красными оттенками, переливающиеся в более мягкие цвета угасающего солнца. Кто-то постучался в дверь комнаты, перебив его мысли.

— Денис, я зайду. Тихонько проговорила женщина, стоящая за дверью.

Это была его мать, самая добрая женщина на свете, с красивыми голубыми глазами, шелковистыми светло-русыми, расплывающейся по всей спине до самого пояса волосами, губки и носик у нее были миниатюрные, сома она среднего роста, с изумительной талией. Звали ее «Мария» она в одиночку растила Дениса, его отец погиб в автокатастрофе, за месяц перед рождением сына, она не когда не любила говорить с Денисом на эту тему и всегда избегала, подобные разговоры. Мария жила со своим сыном в городке «Циленск» на улице «Знаменная. 21» в не большой квартирке, на втором этаже, двух этажного здания. Этот город был не так уж и большой по сравнению с другими городами, население его составляло не более семидесяти тысяч людей. Этот городок отличался от других городов не только по количеству проживающих в нем людей, но и сами люди жили тут иначе. Этот город был на вид старомоден. Почти на каждом шагу можно было встретить архитектурные старые здания, большое количество различных памятников и статуй стояли в парках, аллеях, или давнишние много лет не тронутые не кем, стоят на окраине города, ближе к лесу, почти укутанные в траве, как будто прячутся от людских глаз. Люди, живущие тут, выглядят забытыми и озабочены временем, их жизнь сплошная суета и без конечная спешка. И только богатые люди, имеющие вес в этом городе, такие как владельцы банков, директора крупных заведений, бизнес мены и инвесторы, подкупившие властей. Полицейских, прокуроров и адвокатов. Без перестана терроризирующие мирных жителей. Обманывая ради наживы. Мария работала парикмахером и подрабатывала сиделкой одного старого человека.

Она не торопясь подошла к Денису, он уже развернулся спиной к окну, его левая рука лежала на левом колесе инвалидного кресла, в котором он сидел, а локоть правой руки упирался в правый подлокотник, держа свою голову, ноги его были не подвижны.

— На тебе лица нет. С ужасом сказала женщина, поставив поднос с тарелкой, в которой были жареные яйца и рядом стоящим бокалом с апельсиновым сокам, на стол который стаял с права от Дениса в самом углу.

— Все хорошо со мной мам. Тихонько промолвил Денис. Пока та губами трогала его лоб, прикасаясь мягкими гладкими ручонками до его щек.

— Ты весь день не чего не ел. С грустью ответила она. — И сидишь тут целыми днями в этой комнате, давай я тебя выкачу на улицу, мальчишки вон каждый день мяч гоняют, Максим к тебе уже не раз приходил.

— Нет, я не хочу на улицу. Мам, меня задалбало это! Почему я должен сидеть тут, в этом чертовом кресле?

— Над чем работаешь? С улыбкой спросила мать, дабы разредить обстановку, глядя на компьютерный стол, на котором лежали листки с какими-та записками.

— Д, да не над чем. С неловкостью ответил Денис, собирая разбросанные листки.

— Ладно, покушай и приходи в зал, солнце почти село, я до конца переделаю все свои дела, и посмотрим какой не-будь фильм, я купила много чипсов и колы, как ты любишь, да и кстати завтра придет теть Настя, будь готов к девяти, она будет уже тут. С усталостью говорила мать, ходя по комнате подбирая разбросанные вещи, складывая стопочкой на стул и убирая в шкаф, что стоял у стены около выхода из комнаты.

— Нет мам! пусть не приходит.

— Как это не приходить?!

— А какой смысл? Учусь я, не учусь, еще и ты работаешь на двух работах, что бы содержать меня, инвалида! Оплачивать коммунальные услуги и оплачивать этого частного учителя вдобавок, и хватит покупать мне новые вещи, толку от этого нет, я не с кем не вижусь и не куда не вылазию.

— Ты учишься, что бы быть умным мальчиком у меня, получишь образования пойдешь работать на достойную работу и прилично зарабатывать, а по деньгам не беспокойся, я с теть Настей договорилась, она подружка моя с давних пор. Хм хорошо. Задумчиво сказала она. — Я позвоню, скажу, что-бы не приходила, но ты подумай, тебе ведь меньше года осталось учиться, семнадцать лет уже как не как, ладно, жду тебя в зале. Тихонько чмокнула Дениса в щечку, и удалилась из комнаты.

— Я смогу, полюбому смогу. С каким-то напряжением прошептал Денис, опрокинув голову за спинку инвалидного кресла, трепетно натирая ее. Время шло, солнце уже село, наступила глубокая ночь, после вечерних посиделок с матерью, Денис вернулся в свою комнату, и сел за компьютер, рыская что-то в интернете.

— Уже два часа ночи, как же я хочу спать, что же делать, включу какой-не-будь фильм, да толку один хрен усну.

В глазах потемнело, и он не заметно погрузился в сон.

— Денис! Денис!!!

Кричала мать, дергая его за плечи, но он не откликался и все продолжал судорожным голосом выкрикивать что-то не разборчивое. Мария выдернула его из сна.

— Проснулся?

— Да, что такое? Сонным ели живым голосом ответил он.

— Ты опять кричал во сне.

— Сколько время? Не обращая внимания на волнение матери, перебил ее Денис.

— Пять утра доходит, перебирайся в кровать, уже за компьютером засыпаешь.

Денис задумчиво посмотрел на мать и решил поделится с ней, что с ним происходит.

— Мам… эти сны. Или как их правильно назвать, я как бы сплю, но не сплю. Я как какой-та ветер, летающий по миру, я вижу людей разных, вижу то чего другим не позволено или прячут от чужих глаз. Я вижу страдания. Вижу наркоманов, которые делят дозу в темных переулках. Мужей, которые избивают жен и детей, бомжов сидящих на сырой земле, которые просят мелочь у прохожих, а те только носы воротят. Но чаще всего, я вижу что то ужасное, это не объяснить словами, я вижу другой мир, нет наш мир, но весь в огне, в страхе, в разрушениях, кругом страдания, люди какие та обезумевшие, и нет, не одного уголка, не одного местечка, в том мире, где люди жили бы обыкновенной, жизнью. Города превращение в руины. Все кругом затянуто огнем и дымом. И это не война, это куда страшней на вид. Это какой-та конец света. Мать сидела с напуганными глазами, не зная что и сказать.

— Но… помимо всего этого кошмара, мне снится и хорошее.

Сказал Денис, что бы успокоить мать.

«Может быть, это вовсе не сны». Задумался Денис, после, резко улыбнулся и отправился в сторону своей кровати, синхронно перебирая обоями руками два колеса своего инвалидного кресла.

Все началось с того момента, когда незнакомец дал Денису не обыкновенную записку, в которой было написано. «Наш разум безграничен, а границы это лишь только то, что мы сами себе создаем» проникнувшись смыслом этой записки, Денис захотел разрушить границы разума и увидеть весь мир, посмотреть на него своими глазами. Он до такой степени жаждал этого, что однажды освободил свой разум из этой клетки, в которой держал себя, и когда он погружался в сон, мог путешествовать по всему земному шару. Он был не чем, без форменным, как вода и в тот же момент всем. Огнем, водой, ветром, снегом, теплом, холодом. Всей землей и всей вселенной. Он слышал много разных голосов, зовущих на помощь, скорбящих, напуганных, злых и веселых. Это были не объяснимые чувства, в начале он радовался, и ели сдерживал себя в руках, это было прекрасно, он мог все, увидеть что творится на другом конце земли, побывать в Египте, посмотреть на пирамиды, и на другие достопримечательности, больше всего он любил находится в теплых кроях, у моря, хоть и не ощущал этого яркого солнца, не мог прикоснуться к горячему писку, или окунуться в это бескрайнее море. И чем больше он всматривался в эти уголки мира, чем дальше забирался в эти темные переулки, тем больше встречал людей которые бесцеремонно, и беспощадно избивали и хуже того убивали не виных, ради каких то пяти или даже тысячи рублей. Грабители, убийцы, сутенеры, проститутки, алкаши, наркоманы. И к тому-же, его все чаще начали посещать сны, в котором вся земля тонет в хаусе. Это начало сводить его с ума. И если раньше он засыпал и просыпался с улыбкой на лице, то теперь он засыпает со страхом и просыпается в ужасе. Все те переулки, что раньше освещались яркими лучами падающие на блестящий асфальт, отбиваясь об мокрые после дождя машины, превратились в темные улицы, покрытые серыми оттенками этого мрачного мира, и только один лишь ржачь, мат и унижение можно было услышать сквозь мрак пропитанный болью, ненавистью и состраданиям. Проснувшись утром, Денис выглядел загруженным и с легка уставшим. Его не покидала мысль, как встать на ноги и избавится от кошмаров. Он продолжал сидеть все у того же окна, и беспрерывно смотреть на эту безлюдную, детскую площадку, которая была окружена деревьями. Пришла осень, деревья не были уже такими пушистыми и ярко-зелеными как раньше, все было усыпано желто-красными листьями. Но недолго думая. Денис подорвался к компьютерному столу и начел хватать собранные в кучку листки и незамедлительно рвать один за другим, разбрасывая клочья бумаг в разные стороны. Это были те самые листки с записями, в которых часто упоминалось… «до осени встать на ноги» «осенью я выйду на футбольное поле» «через месяц я буду бегать» «через неделю я выйду на кухню, обниму маму и сам приготовлю завтрак» Это были его пожелания.

— Черт! Со злостью произносил Денис, натирая правой рукой свои щеки. — Ага, запишите на листочке, мечтайте и все получится, рак они так вылечивают! Но что-то резко остановило его пыл, это был торчащий уголок того самого листка, который ему дал незнакомец.

— Как давно это было, я уже и забыл.

Он не спеша достал листок из-под груды книг, лежавших впритык к стене. На листочке было написано «наш разум безграничен, а границы это лишь только то, что мы сами себе создаем». Как сразу же он вспомнил образ того самого незнакомца, в костюме циркача. Мужчина высокого роста, примерно метр восемьдесят. Волосы длинные и густые, которые расползались по самим плечам и были плотно прижаты не большим цилиндром, на которой была странная переливающаяся разными цветами повязка. Его зеленые глаза казались добрыми, но больше всего в нем, привлекала широкая чуть-ли не до самых ушей улыбка, которая давала возможность разглядеть вставленные золотые коронки на месте клыков. Из под розового плаща виднялись белые штаны в клеточку, мокасины что были на его ногах, блестели как новые.

— Да, точно, я баран, надо же было поначитаться всякой хрени! Из-за которой я еще больше запудрил себе мозги. И уже более спокойно продолжил Денис. — Я знаю как решить эту проблему, все эти годы я лишь создавал границы подсознания, пришло время их разрушить.

Глава 2

Летели дни, недели, наступила глубокая осень. Улицы этого не большого городка «Циленска» опустели, за окнами уже не было слышно этих детских смехов, веселых криков со-дворов. Денис уже не сидел у окна и не смотрел на тот безумно красивый закат. Вместо которого грубые темные тучи, затянувшие будто весь мир, все продолжали висеть не в подвижном состояние, заливая город проливным дождем, не давая возможности не одному лучику этого прекрасного солнца пробиться в этот темный мир. Многие прилавки были закрыты, продолжали работать только самые не обходимые, такие как продуктовые магазины, аптеки, и табачные ларьки. Да, в этом городе было много и других продовольственных точек, которые продолжали работать, с боязнью потерять бизнес от безделья, но их упорство было бессмысленным, так как люди не выходили на улицу без надобности, и не шатались по разным прилавкам или кафешкам. И только работяги заводов, и других предприятий не смотря на погодные условия, продолжали ходить на работу, промокая до ниточки, дабы заработать и прокормить свои семьи.

Но нашего героя это не беспокоило, он окончательно утонул в своем мире, не замечая окружающий. Денис понимал то-что вся проблема в нем, за все эти долгие годы он только и делал, что укреплял свое подсознания мыслями о том, что он инвалид, который не может ходить, наступать ногами на землю, бегать, прыгать и просто передвигаться как все люди что его окружают, он чувствовал себя изгоем этого мира. И он окончательно пришел к выводу, что нужно в это поверить, чувствовать себя таким. Полон возможностей, может идти куда хочет и прикасаться ко всему что видит, иметь свой выбор, а не просто быть бездействующем наблюдателем, странствующий по миру бездумно попадая в разные уголки земного шара и наблюдать за живностью обитающих там. Видеть страхи и боли людей, которых как будто уничтожает сама вселенная. Тем самым разрушить этот плотный не рушимый, нажитый временем слой границ, и освободить себя от этих кандалов подсознания, что до сих пор сдерживают его в этом инвалидном кресле. День за днем пролетали не заметно, из-за плотных непроглядных туч, уже трудно было отличить утро от вечера. На протяжение двух-трех недель, не чего не менялось. Каждое утро теть Настя приходила к девяти часам, преподавая Денису обыкновенные школьные задания за девятый класс и уже к десяти часам удалялась, забирая у Марии почасовой оклад, если Мария уходила раньше преподавателя, как и происходило чаще всего, то она оставляла деньги на маленькой тумбочки что стояла у самого выхода из квартиры. Теть Настя почти в одиночку растила двух детей, восьмилетнею красавицу дочку с красивыми глазами, и жизнерадостного пятилетнего сына, их отец был беспробудный алкаш, после ее не справедливого увольнения из школы, она хваталась за все возможные работы и подработки, в конце концов прибилась тут у Марии обучая Дениса. Ей было безразлично на погоду, творившуюся на улице, она всегда строго приходила к девяти, раскладывала все свои педагогические принадлежности, после часового проведения урока она спешила на следующую подработку. Поскольку теть Настя преподавала уроки математике и геометрии в старших классах и иногда подменяла других учителей, ей не сложно было обучать Дениса, единственное что ее волновало это воспитания своих детей. Сома она была низкого роста, метр шестьдесят может и ниже, с закругленной талией, пухленькими губками, красивыми карими глазами, что украшали маленький нос, и всю окружность лица. Фирменной прической у нее было каре, темного оттенка, переливающий в более красные цвета. После ее ухода, Денис перебирался на кровать, вставлял наушники в свой старенький телефон «ZTE» включал спокойную музыку или хип хоп по желанию и на протяжение долгих часов лежал почти не в подвижном состояние, размышляя о том как ему нравится ходить, и все чаще убеждая себя в этом. Ночные кошмары продолжались, и он предпочитал вздремнуть днем после занятий, и смотреть на мир в красках радости, веселых людей, в лучах солнца и синего неба, нежели видеть падаль, отбитых от светлого мира в кромешную тьму.

Этот день начался иначе, Денис проснулся после обеда, стрелки на часах, которые висели на стене, над компьютером, показывали бес пятнадцати два. Денис сразу приметил не ладное. «Хм странно, почему меня не разбудили, сегодня ведь будний день». Раздумывал он. Тук, тук, тук. Тихонько постучались в его комнату.

— Я зайду? Проговорила Мария, слегка приоткрыв дверь.

— Да мам, заходи.

— Ты еще в постели? С улыбкой на лице спросила она. — С днем рождения, родной.

— Что? Уже двадцатое ноября?

— Ага, тебе восемнадцать лет исполнилось, взрослый уже стал. Там Максим пришел, вставай, одевайся и приходи на кухню, да и еще, я тебя хочу кое с кем познакомить, надеюсь, ты не будешь против.

Чмокнула Дениса в щечку и вернулась в коридор.

Денис перебрался в инвалидное кресло, передвигая руками свои не живые ноги. Он уже был готов к выходу, но ему было тревожно, он не любил встречаться с друзьями и тем более с кем-то знакомится, ему было стыдно за свое положение. Он не торопясь катился по темному коридору, который длился не более трех-четырех метров, но для него в тот момент он казался куда длиннее.

— Здорова, именинник. Сказал Максим. Денис уже был в проходе в саму кухню. У стола, что находился посреди помещения, стояли три силуэта. Максим, Мария и как выяснилось, ее ухажер. Мужчина лет тридцати пяти, не меньше, высокого роста, метр девяносто, если быть точней, его лицо было покрыто щетиной, не большая вмятина на его щеке напоминала давнишний шрам, на нем был не дешевый черного цвета костюм с галстуком. В центре самого стола, стоял большой красиво украшений разными кремами торт и натыканный по кругу свечками, которых насчитывалось восемнадцать штук. Обстановка на кухне предавала праздничное настроение, местами были расставлены свечи, и развешаны красивые переливающие яркими цветами гирлянды.

— Вот знакомься Денис, это Александр, я подумала, и решила что тебе пора знать о нас, он сын того старого человека за которым я присматриваю, и… это, Денис. Со страхом говорила она. — Скоро мы будем праздновать свадьбу, если ты не против?

— Нет мам. Я рад за тебя.

И к тому же, Денис и сам чувствовал себя спокойней, видя свою мать не одинокой и счастливой. Мужчина подошел к Денису пожал руку и вручил конверт, в котором было пять тысяч рублей.

— Восемнадцать лет наступают первый, и последний раз в жизни, проведи его не забываемо. Сказал мужчина.

— Спасибо большое Александр. Спокойно ответил Денис, не много удивившись его поздравлением. — Мам мы с Максимом тогда оставим вас, в комнате будем.

— А как же торт?

— Попозже, может быть.

— А я бы не отказался. Легкомысленно отреагировал Максим на всю эту обстановку.

— Пошли. С настойчивостью сказал Денис.

Максим это бурный мальчишка, чуть выше Дениса, крупноватый, с карими глазами, на пару месяцев старше нашего героя, живут они неподалеку друг от друга, через пару кварталов.

— Как же давно я у тебя не был, да уж, не чего и не изменилось. Чем займемся? Бес перестанна говорил Максим, ходя по комнате и рассматривая все вокруг.

— Не знаю, музыку послушаем. Сидя за компьютером, сказал Денис.

— Нет! Тебе восемнадцать лет исполнилось, нужно напиться. Сколько там время?

— Начало третьего.

— Через часик можно будит сходить закупиться, а пока давай начнем с этого. Говорил Максим, упав всем туловищем на кровать Дениса, и в тот же момент, доставая из рюкзака две бутылки, ноль пять пива. — На, держи, именинник. Протянув Денису стеклянную бутылку, с синей этикеткой, на которой отчетливо виднялась надпись «кулер».

Пока Денис перебирался на кровать.

— Сейчас мы тебе устроим, не забываемое день рождения. С усмешкой произнес Максим.

Они продолжали лежать на кровати и по не многу потягивать пиво, ностальгируя о прошлом.

— Ух, уже начало пятого. Вскрикнул Максим. — Нужно успеть в магазин, а то с этой пагодой все магазины закрываются раньше, давай-давай, одевайся. Спешно поднашивал Максим Дениса, бегая по комнате одевая на себя ветровку, резко затормозив. — В чем дело? Пошли.

— Как? Я в инвалидном кресле.

— Да похер, сколько ты уже не вылазил на улицу? Когда то же нужно начинать.

— Да ладно, не заморачивайся. Сбегай один, со мной только время терять будем.

— Да ты уже пьян. Рассмеялся Максим. — Одевайся, так еще веселей будет.

Денис хотя бы в этом себя переборол, выпев ноль пять пива, и теперь безбоязненно решился прогуляться по городу.

— Но смотри, ты меня покатишь.

— Да бес проблем, только одевайся реще.

После чего Денис подобрался к шкафу, с чем ему помог Максим, усадив его в кресло, затем Денис открыл шкаф, стоявший у выхода из комнаты, и начел хватать все вещи, разбрасывая по комнате, оставляя в руках только нужные, и продолжал, быстро одевать на себя ту самую не глаженую майку, штаны что раньше висели на ободке кровати, осеннею теплую куртку и совсем новые красные кеды.

— Все, погнали. В первые, с азартом в глазах, что-то произнес Денис. — Стоп. Резко остановил он всю эту обстановку. — Как мы пройдем мимо зала, что-бы не спалиться?

— Положись на меня. Сказал Максим, взяв инвалидное кресло в котором сидел Денис, за ручки, что находились вверху, на спинки.

Они тихонько выбрались из комнаты, Максим не спеша катил Дениса по коридору, передвигаясь чуть ли не на носочках, пока тот сидел в инвалидном кресле, едва дыша. По всему дому было темно, из-за не погоды с трудом можно было что то разглядеть, и только из зала падал то резкий то замедленный свет, и чьи та разные голоса издавались от туда, это Мария и Александр смотрели телевизор. Подобравшись ближе к залу, Денис перекинул руку через плече, с легка, похлопывая Максиму по кисти, показывая в сторону двери, что вела в зал. После чего Максим тихонько подкрался к касику, медленно заглядывая туда. Он сразу же увидел не большой диван, что стоял по среди зала, прям перед телевизором. В котором сидела пара и только их головы были видны из-за большой спинки этого дивана, левая рука Александра была закинута за голову Марии, прижимая ее левое плечо, что и позволяло им тесно сидеть, пока та видимо спала, уронив сваю голову ему на плечо. Напротив них, прям на стене весел плазменный телевизор «SAMSUNG» и разные тумбочки и шкафы стояли вдоль стен. Зал выглядел просторным.

— Все полетели. Тихонько прошептал Максим, подбежав обратно к спинке инвалидного кресла, и быстренько прокатил пьяненького Дениса к выходу. Они уже оказались в подъезде, но все не так уж и просто как они ожидали, им предстояло пройти еще одно испытание. Поскольку Денис проживал на втором этаже, единственное что их останавливало, это пять ступенек перед меж этажкой и еще столько же до самого выхода из подъезда.

— Прорвемся. Настойчиво сказал Максим. Приближаясь к лестничному маршу.

— Не урони меня. Смеялся Денис. Пока тот продолжал тихонько спускать инвалидное кресло, проскакивая одну ступеньку за другой. И вот они уже стояли у выхода из подъезда.

— Ну что, готов? спросил Максим.

— Всегда готов! С уверенностью отвечал Денис. Одевая на голову капюшон.

Они как дети мчались по этим мокрым улицам, пролитая один дом за другим, не обращая внимания на капли сильного дождя, что били им по лицу, вокруг было темно, и только фонари и падающий свет прямиком им под ноги, из окон мимо пролетающих домов, позволял им добираться до цели. Денис сидел в кресле, громко смеясь и крича Максиму подбадривая его.

— Давай быстрей, еще, быстрей.

Пока тот кричал ему в ответ.

— Осталось совсем не много! Вытирая свое мокрое лицо. И уже более тихонько, продолжил везти, Дениса. Запыхавшись от бега.

«Да уж, дождь вообще не дает покоя». Думал Денис. Доставая из кармана, свой старенький «ZTE». — Почти полшестого. Продолжал он.

— Успеем, уже немного осталось. С одышкой говорил Максим. Двигаясь в сторону спиртного магазина. Максим тихонько катил Дениса, пока тот разглядывал весь город, с боязнью что то пропустить, глядя в мимолетные, темные переулки, и длинные улицы, что как будто ведут в некуда.

— Не одной души, даже собака не пробежит, вся живность забилась в углы под коробки и мусорные баки. Рассуждал он.

Город и впрямь был безлюдный. Одинокий, холодный и усыпанный разными светами, от фонарей от магазинов и от пиликающих в одиночестве светофоров. Все дома, все стены, все заборы. Все вокруг, блестело из-за дождя и падающих капель. И отблескивая от себя, все те разноцветные резкие лучи, тех самых фонарей и супермаркетов. Кругом царила тишина. И только приближаясь ближе к цели, Денис все сильней слышал, какую та глухую басистую музыку. Приблизившись максимально близко к тому месту, откуда исходил звук. Денис увидел какую та забегаловку. Это был ночной бар. «Иллюзия» усыпанный ярко-красными огоньками, создающие вид огненного пламени, на стене. Проходя мимо входа того самого бара, Денис не успел не чего понять как резко распахнулась дверь, и двоя высоких охранника выкинули пьяное тело на тротуар, и только какие та крики и смех Денис успел услышать из бара пока закрывалась дверь. То тело что лежало на мокром асфальте, это был худой мужчина лет тридцати, в грязной одежде, он упорно пытался встать, но попытки не обвенчались успехом и он все продолжал лежать, прижавшись лицом к асфальту и рыгать, и в тот же момент оттаскивать свою голову от лужи собственной рыготины.

— Че за нахер!!! Вскрикнул Максим, пытаясь быстрее прокатить Дениса и отдалиться от мужика. Пройдя чуть меньше пяти метров, они завернули за угол и, почти сразу оказались у порога магазина, основным ходовым товаром которого, является алкоголь. На светлом фоне вывески красовалась надпись с незатейливым названием «Красное&Белое». Оформление самого здания было в тех же цветах, что и его наименование. На входе в магазин, их встретил мужичек, лет сорока, который незамедлительно помог Максиму перетащить Дениса в инвалидном кресле через крутой порог. Оказавшись в помещение, Максим не успел сделать ни шага, как стоящая за кассой женщина, что находилась с лева в дальнем углу, произнесла.

— Магазин закрывается! Уже поздно. Держа в руках пачку денег и перещитывая ее. Она говорила с какой то ехидностью и наглостью. Сома она была стройная, высокого роста блондинка, с голубыми глазами, лет двадцати пяти, на ней была красная рубаха в клеточку. Но мужчина что стоял у выхода, перебил ее.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 400
печатная A5
от 349
До конца акции
8 дней