16+
Сэм

Бесплатный фрагмент - Сэм

Любовный роман
Юмор
Современная проза
ЭлектроннаяПечатная А5Русский
Книга снята с публикации
Объем:
296 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4496-1265-6

глава 1

Весна в этом году выдалась особенно теплой. Солнце, что золотистым шаром зависло в чисто-голубом небе, с самого утра освещало все вокруг своими игривыми лучами, создавая мне хорошее настроение.

Я, являясь не очень примерной студенткой, беззаботно шагала в сторону своего колледжа, что виднелся среди серых девятиэтажек шумного города.

Мимо проходили люди, так и норовя меня, бедную, толкнуть, но я настойчиво шла на учебу, хоть и уже опаздывала минут на двадцать. Ну, ничего, учеба не волк, не убежит. Опаздывала я частенько и нисколько по этому поводу не парилась.

Зайдя в колледж, и показав свой студенческий дежурному преподавателю, я быстро побежала по лестнице, пока меня не стали ругать. Ну, не могу спокойно стоять и слушать, как меня отчитывают. Либо смеяться охота, либо ругаться в ответ — это по настроению.

Первой у меня была пара истории. Найдя нужный мне кабинет, я, вздохнув, настойчиво постучала, а затем открыла дверь. В мою сторону тут же обернулась вся группа. Преподаватель поднял на меня строгий взгляд, оторвавшись от журнала. Я мило ему улыбнулась.

— Здравствуйте, можно?

Дмитрий Алексеевич, вздохнув, скептически на меня посмотрел.

— Самойлова, я даже не удивлен, — скучающим тоном проговорил он. — Что на этот раз?

Ничего особенного, я просто не могла встать с кровати, да и вообще приходить не хотела. В слух я, конечно же, этого не произнесла, разозлю еще старичка, потом зачет не поставит.

— Я проспала.

— Проходи, Самойлова, но это в последний раз.

Послушно покивав, зашагала мимо парт. Конечно, последний. Завтра будет еще один последний.

Я плюхнулась за парту к своей милой, ироничной подруге по имени Ника. Это была довольно симпатичная девушка, правда худая слишком, моей бабушки на нее нет. На ее бледном лице выделялись темно-карие, хитрые глаза, прямой нос, и алые, немного тонковатые губы, растянутые в приветливой улыбке.

— Привет, Сэм, — поздоровалась она, поправляя свои длинные, черные волосы. — Опять не могла встать с кровати?

Я усмехнулась.

— Снова.

Надо сказать, что в группе меня обычно называют Сэм, дав мне такое прозвище из-за фамилии.

Ника понимающе улыбнулась, но поймав на себе строгий взгляд преподавателя, решила пока что помолчать и послушать лекцию. Я последовала примеру подруги и, подперев голову рукой, стала с неудовольствием слушать то, что говорил нам препод. Его голос был таким тихим и скучным, что уснуть было можно.

С Никой, кстати, мы познакомились первого сентября, и дружили по сей день. Она оказалась хорошей, надежной подругой, и стала одной из тех людей, которых я ценю. А таких мало, надо сказать. Друзей много не бывает. Но знакомых у меня много. В основном я общаюсь с парнями, с ними как-то легче и веселее.

Я обернулась на последние парты. Ага, так и знала. Мой друг Дима — вечный клоун, любящий меня подкалывать, сейчас мирно спал вместе со своим соседом по парте.

Я вздохнула, взглянув на круглые часы, что висели на стене, окрашенной в кремовый цвет. До конца пары оставался еще час, поэтому мне нужно было срочно себя занять, и я подумала, почему бы мне не подоставать Нику?

— Э, подруга, хватит слушать этот бред, — с веселой улыбкой прошептала я, ткнув соседку по парте локтем. — Послушай лучше мой.

Ника, было, открыла рот, чтобы что-то ответить, но ей помешал строгий голос Дмитрия Алексеевича.

— Самойлова!

— Я! — Звонко и четко, как в армии, откликнулась, вызвав смешки группы.

— Ты, мало того, что опоздала, так еще и болтаешь на моей паре, — недовольно говорил препод, сдвинув седые брови на переносице.

Как все серьезно, прям боюсь, боюсь.

— Вы очень наблюдательны, Дмитрий Алексеевич, — улыбнувшись ангельской улыбкой, заметила я.

Мужчина на миг растерялся. О да, это все мое природное обаяние.

— Самойлова, еще одно замечание, и пойдешь за дверь, — предупредил он, сверля меня недобрым взглядом.

А, нет, ошибочка. Ну и ладно. Досидев еле-еле пару, которая тянулась очень медленно и скучно, я направилась в столовую с Димкой и Никой.

— Ну что, Сэм, в этот раз не получилось довести историка? — обходя многочисленных студентов в шумном коридоре, с насмешкой в голосе поинтересовался друг.

Я покосилась на этого темноволосого, кучерявого парня с озорными глазами голубого цвета.

— Нет, не получилось, — пропыхтела, расталкивая народ. — Но когда-нибудь обязательно получится, я уверена.

Ника улыбнулась уголками тонких губ.

— Чувствую, это будет уже скоро, — Задумчиво проговорила она, хмыкнув.

Пройдя еще немного по коридору, мы зашли в просторную столовую, в которой находилось не очень много людей и вкусно пахло выпечкой.

Купив поесть, мы сели за ближайший свободный столик, что стоял возле окна. Дима, забыв обо всем на свете, набросился на еду. Иногда мне кажется, что он за еду и Родину продаст. Даже я еще до такого не докатилась, хотя поесть люблю.

— Э, хавайте быстрей, звонок скоро, — с набитым ртом поторопил нас кучерявый.

— Соколов, ну ты хоть прожуй сначала, — усмехаясь, сказала Ника, глотнув горячего чая.

— И кетчуп с губы вытри, — добавила я, наблюдая за другом.

Дима состроил недовольную рожицу.

— Так, женщины, перестаньте мне указывать, — размахивая вилкой, возмутился он.

— Как скажешь, о Великий повелитель сосисок с макаронами, — ехидно проговорила я, отправляя в рот кусочек сочной котлеты.

— Кстати, повелитель, — позвала Димку Ника, отодвинув от себя пустую чашку.

— Я вас слушаю, — деловито отозвался тот, наворачивая макароны.

— Мы уже все съели давно.

Парень, взглянув на нас своими озорными глазами с длинными ресницами, которым позавидовала бы любая девчонка, лишь отмахнулся.

— Не торопите повелителя.

— Мы же опоздаем, — напомнила я, ухмыльнувшись.

— Самойлова, тебя это вообще волновать не должно, все давно привыкли, что ты вечно опаздываешь, — хмыкнув, ответил Соколов. — Только историк что-то тупит, привыкнуть никак не может.

— Ну, спасибо! — проворчала я, скрестив руки на груди.

Мой одногруппник лишь пожал плечами.

— Пожалуйста.

— Соколов, ты достал, давай быстрее, — Ника недовольно сверкнула карими глазами, подперев ладонью лицо.

Дима нагло взглянул на черноволосую, чуть приподняв брови, но тяжелый взгляд моей подруги заставил парня сделать жалобное лицо и мило улыбнуться.

— Сейчас идем, ты только не бей, ладно?

Ника лишь с победным видом откинулась на спинку стула.

— Так бы сразу.

Да, моя подруга одним только своим грозным взглядом могла заткнуть человека. С характером она у меня, в прочем, как и я. Когда Дима, наконец, доел, мы направились к выходу из столовой, проходя мимо шумной компашки парней, которые стояли недалеко от нас.

— Ник, ты сделала мотан? Дашь списа… — но договорить я не успела, так как кто-то очень умный и явно бессмертный облил меня чем-то холодным.

Послышался веселый хохот. Фиолетовая футболка с изображением белой совы в миг стала мокрой и неприятно липла к телу. Испытывая не самые приятные ощущения и желание кого-нибудь прикончить, я обернулась, ища глазами того, кто посмел меня облить.

Мои светло-карие глаза окинули быстрым взглядом компашку парней, что не прекращала смеяться, остановившись на высоком брюнете, который держал в руках полупустую пластиковую бутылку с водой. Увидев мой гневный взгляд, парень поспешил спрятать бутылку за спину, сделав невинное лицо.

— Ты! — Злобно заорала я, ткнув в него пальцем. — Какого хрена творишь?!

Вместо того, чтобы извиниться, этот увалень снова рассмеялся, привлекая к себе внимание проходящих мимо студентов.

Впрочем, во внимании брюнет явно не нуждался, ведь его знали почти все учащиеся колледжа. Многие парни уважали этого чокнутого, за то, что он, якобы, добрый и веселый парень, да и вообще душа любой компании, а девушки велись на его симпатичную рожу.

— Хахаха, Май, ну ты даешь, — сквозь смех сказал один из парней.

Вадим Майер, улыбаясь белоснежной улыбкой, от которой у него появились ямочки на щеках, изучающе смотрел на меня своими сине-зелеными глазами. Я отчетливо видела, как в них во всю искрился смех.

— Извини, малышка, я не специально, — проговорил он, жалобно приподняв темные брови.

Мои ладони сжались в кулаки, а глаза сердито сощурились. Вот дегенерат.

— Какая я тебе малышка, недоумок? — Возмутилась я, благо голос был громкий. — Я тебе сейчас эту бутылку в зад запихаю, осел криворукий!

Майер, обаятельно улыбнувшись, щелкнул меня по носу.

— В твоем возрасте еще рано знать такие плохие слова, — ласково сказал он мне на ухо, проходя мимо нас со своей веселящейся толпой.

Я так и зависла. Да он вообще офигел. Индюк противный, козел. Ну, попадись еще мне…

Дима, который все это время тоже хохотал, подергал меня за волнистую прядь светло-русых волос.

— Эй, Сэмми, с тобой все в порядке? — усмехаясь, поинтересовался он. — Не злись, Даш, сейчас пар из ушей повалит.

Одарив друга гневным взглядом, я яростно зашагала к выходу из столовой, желая скорее попасть домой. Подруга молча последовала за мной, пока что не решаясь что-либо говорить.

На парах в таком «крутом» прикиде мне совсем не хотелось сидеть, да и настроение было уже не то. Выставил меня дурой перед всеми, ушлепок безмозглый.

— Ник, я домой, — пробурчала я, остановившись у широкой лестницы. — Скажи, что мне плохо стало.

Подруга одарила меня сочувственным взглядом.

— Хорошо, жертва криворукого Мая.

— Криворукого ублюдка, — поправила ее я, хмуря брови. — Увидимся.

Ника, кивнув, направилась на пару, а я зашагала домой, мысленно матеря Майера на чем свет стоит.

глава 2

Вернувшись домой, я довольно улыбнулась. Никого из родителей не было, значит, никто не будет кричать на меня и называть прогульщицей.

Это наглая ложь, я не прогульщица. Ну, если только сегодня. Ну и позавчера одну пару, и на той неделе. Если папа об этом узнает, то будет не очень хорошо. Но ключевое слово «если».

Я, кинув футболку в стиральную машинку и переодевшись, направилась на кухню.

— А ты чего здесь? — В один голос спросили мы у друг друга с братом.

Невысокий, коротко стриженный блондин, одетый в белую футболку и джинсы, ехидно смотрел на меня своими зелеными глазами.

— Мои уроки на сегодня закончились, — уплетая пирожок за обе щеки, отозвался Сережа. — А ты чего дома забыла?

Я ухмыльнулась, облокотившись о дверной косяк. Уроки у него закончились, как же.

— Не ври сестре родной, маленький прогульщик.

Брат удивленно округлил глаза, в которых плясали смешинки.

— Я? Да никогда в жизни.

— Ну конечно, конечно, — кивнула я, выразительно изогнув бровь.

— Сама-то дома уже, — заметил Сережа, потянувшись.

— Я взрослая, поэтому мне можно прогуливать, а ты еще мелкий, так что тебе надо учиться, — показала я ему язык.

— А мама с папой знают, что тебе можно? — приподняв брови, ехидно спросил мой брат. — Прогульщица.

— Так, не дерзи старшим, — отмахнулась я. — Кушай свой пирожок молча.

С этими словами я вышла из кухни и направилась в свою маленькую, но уютную комнату. Плюхнувшись на мягкую кровать, застеленную голубым покрывалом с изображением белых облаков, я нацепила наушники и сама не заметила, как уснула.

Проспала несколько часов, пока не почувствовала, как что-то мягкое прилетело по голове. Открыв один глаз, я хмуро взглянула на своего довольного брата.

— Твои последние слова перед смертью?

— Поднимай свой зад с кровати и иди к своей подруге, — Сережа кивнул в сторону прихожей, ничуть не испугавшись угрозы в моем сонном голосе.

Я, потянувшись, села на кровати. Никуда идти уже не надо было, это чудо с наивными, голубыми глазами само влетело в мою комнату.

— Дашка, привет, — улыбалась подруга во все свои тридцать два зуба. Ну или сколько там у нее?

— Привет, Лиль, — поздоровалась я. — Чего приперлась, когда царевна Дарья сны яркие видит?

Лиля — моя вторая хорошая подруга, но дружили мы с ней с детства. Это была высокая, темноволосая девушка, подстриженная под каре, любящая танцевать до потери пульса и болтать, не затыкаясь.

— Даша, вообще-то мы договаривались идти гулять, — укоризненно сказала темноволосая, прыгнув ко мне на кровать. — Подвинься уже и дай мне сесть!

Я, вздохнув, подвинулась, а эта ненормальная продолжала трындеть.

— Уже шесть часов, между прочим, — заметила она, проследив, как я кинула подушкой в брата. — Мне звонила Ника, она нас будет ждать через полчаса возле фонтана. Так что собирайся, милочка.

Я не успела ответить, так как меня перебил Сережа.

— Эй ты, курица-маразматик, я тебе сейчас руки сломаю, — со смехом в голосе предупредил он, замахиваясь подушкой.

— Пошел вон, осел несчастный, — ответила ему я, а потом перевела свой взгляд на Лильку. — Так что ты там говорила?

Сережа, махнув рукой, вышел из комнаты, не забыв кинуть в меня подушкой. Не попал, лошок.

— Говорю, собирайся! — Гаркнула подруга, сдвинув темные брови на переносице. — Ника через полчаса будет нас ждать у фонтана. Сэм, ты чего тугая какая?

— А чего ты хочешь от человека, который только что проснулся? — Возмутилась я, лениво поднимаясь с кровати и подходя к зеркалу.

Мда, ну и видок. Все мои волосы торчали в разные стороны, напоминая собой гнездо. Я, периодически зевая, принялась приводить себя в порядок.

— Ника сказала мне, что тебя кто-то облил водой, — усмехнулась Лилька, следя за мной.

Я недовольно поджала губы, продолжая расчесываться.

— Не напоминай мне об этом, — пробурчала, грозно смотря на подругу через зеркало. — И нечего ухмыляться, я все вижу!

Обладательница каре, скорчив серьезную рожицу, важно кивнула, заставив меня улыбнуться и покачать головой.

Через десять минут я была готова. Надев майку изумрудного цвета, белый кардиган и зауженные джинсы, я крикнула Сереже, чтоб он не вздумал говорить маме и папе во сколько я пришла. Услышав в ответ коварное «подумаю» я удовлетворенно кивнула. Не сдаст. Он у меня хороший, правда, когда будит меня и съедает мои сладости, я его прибить готова.

Мы с Лилькой, весело болтая, шагали по тротуару мимо оживленной дороги, по которой туда-сюда с рёвом носились машины. На улице стояла теплая, безветренная погода, яркое солнце постепенно садилось, окрашивая небо, которое было своеобразным фоном для многочисленных девятиэтажек, в розовато-оранжевые цвета.

Красиво. Люблю такое время. Надо будет как-нибудь забраться на крышу какого-нибудь дома и смотреть на закат, воткнув в уши наушники. Это был бы отличный вечерок.

Пройдя еще немного, мы оказались на просторной площади, вымощенной розовой плиткой. Тут лихо гоняли скейтеры и выполняли различные трюки велосипедисты. Возле шумного фонтана, в котором плескались золотистые лучи садящегося солнца, гуляли люди. В основном это были мамы с детьми и веселые, гогочущие компании подростков.

Нашли мы Нику почти сразу. Подруга, одетая в бордовую, кожаную куртку и черные джинсы, стояла неподалёку от фонтана.

— Вот она! Наша мисс Сарказм, — кивнула на подругу Лилька. — Эй, Ника!

Ника, обернувшись, приветливо улыбнулась нам, поправив густую челку.

— Здравствуйте еще раз. Что там на парах было? — поинтересовалась я, осматривая между делом цепким взглядом площадь.

— Да ничего особенного. Дима как всегда веселил народ, — с усмешкой проговорила подруга. Ее темные волосы в свете садящегося солнца приобрели медовый оттенок.

Лиля знала Соколова, поэтому поняла о ком идет речь.

— Он что опять танцевал на сдвинутых партах лезгинку? — со смехом в голосе спросила она.

О да, Дима мог и не такое вытворить. Я усмехнулась, вспомнив это. Тогда вся группа просто помирала от хохота. Правда математичка зашла невовремя, и моего веселого дружка проводили к директору. Но это так, детали.

Когда-то я, Ника, Лилька и Дима учились в одной школе, но Лиля решила остаться до одиннадцатого класса, поэтому упустила много чего интересного.

— Нет, в этот раз Соколов просто ржал всю пару над своими шутками, — ответила Ника, сделав страдальческое лицо. — У меня аж голова разболелась от его смеха. Кстати, Сэм, ты пропустила концерт в актовом зале.

— А ты чего концерт пропустила-то? — удивилась Лиля, удивленно посмотрев на меня, а потом стукнула себя по лбу. — А, ну да, тебя же водой облили. Кстати, кто этот бессмертный?

Я задумчиво свела брови на переносице, воспользовавшись своей фотографической памятью. В голове тут же всплыл образ этого наглого ушлепка. Небрежная стрижка золотисто-каштановых волос, небольшой лоб, на который спадает несколько темных прядок, смеющиеся, сине-зеленые глаза, смотрящие добрым, но озорным взглядом, четко очерченные, небольшие губы, растянутые в обаятельной, нахальной улыбочке. В общем красавчик он одним словом. Все, пошел вон из моих мыслей, глупый придурок.

— Это Май, точнее Вадим Майер, — ответила за меня Ника, поморщившись. — Любимец почти всего колледжа. Эй, Сэмми, я бы не советовала тебе ему перечить, а то потом тебя его фанатки закопают.

Я недобро ухмыльнулась.

— Плевала я на всех его фанаток, сама их закопаю под ближайшим кустом, и его вместе с ними.

Девчонки лишь весело усмехнулись, но развивать тему не стали, зная, что я буду злиться.

— Ну что, куда двинем? — поинтересовалась Лилька, короткие волосы которой раздувал легкий ветерок, появившийся к вечеру.

— Да, действительно, куда пойдем? — спросила у меня Ника, чуть сощурив карие глаза.

Я хотела было предложить что-нибудь, но мой внимательный взгляд наткнулся на одну очень неплохую фигуру темноволосого парня, одетого в белую ветровку с капюшоном, светло-серые, спортивные штаны, зауженные к низу и такие же белые, как и толстовка, кроссовки.

Он стоял рядом с двумя парнями на бортике фонтана, и, активно жестикулируя, со смехом им что-то рассказывал. Ах ты урод, и тут ты смеешься? Жить долго будешь, гад, но я твою жизнь подпорчу, Майер. Да-да, это был именно он.

Взгляд у меня стал пристальный, на губах появилась очень хитрая и задумчивая улыбка. Подруги, одарив меня недоуменными взглядами, переглянулись, но спросить ничего не успели, так как я быстрым шагом направилась к Маю.

Видеть и слышать он меня не мог, потому что стоял ко мне спиной, да и на площади было достаточно шумно. Я нетерпеливо шагала к своей цели, предвкушая сладкую месть. Ну что, Вадим, освежись! С этими мыслями я со всей силы толкнула, ничего не ожидающего парня, в фонтан.

Через несколько секунд я со счастливой улыбкой на лице и восторгом в глазах наблюдала, как Майер летит вниз. Вода, чьи капли весело разлетелись в разные стороны, создав сильный всплеск, дружелюбно приняла парня в свои мокрые объятия. Друзья Вадима недоуменно на меня смотрели округлившимися глазами, не говоря пока что ни слова. Правильно, говорить здесь буду Я.

— Ну что, малыш, как проходят водные процедуры? — с милой улыбочкой поинтересовалась у парня, который растерянно на меня смотрел, сидя в фонтане.

По его лицу, к которому прилипли мокрые волосы, стекали прозрачные капли. Но что я вижу? В его наглых глазах по-прежнему плясали веселые чертики. И как это понимать? Он что, даже убить меня не хочет? Ну, точно ненормальный какой-то.

Пока я стояла и размышляла над тем, нормальный Май человек, или нет, чья-то наглая рука схватила меня за ногу и потянула вниз. Не успела я опомниться, как с криком грохнулась в фонтан, снова расплескав всю воду. Чуть ли не рыча от злости, посмотрела на Мая, который весело хохотал, сидя рядом со мной. Мне, вот, было не до смеха. Вся одежда тут же намокла и неприятно прилипла к телу. Пока что я молчала, пытаясь не поубивать всех.

Друзья Вадима и мои подруги смеялись как сумасшедшие. Проходящие мимо люди с интересом смотрели на нас двоих, усмехаясь, некоторые, правда, осуждающе качали головой, но сейчас мне было не до них.

— Как тебе водичка? — с веселой улыбкой поинтересовался Вадим.

Тут я взорвалась. Ох, сколько же проклятий посыпалось в сторону его бедной персоны, не счесть. Я знала много крепких выражений. Вместо того, чтобы обидеться, как-то меня обозвать или утопить, этот придурок смеялся. Ну, точно чокнутый. Кажется, его нашли не в капусте, как всех нормальных детей, а в конопле.

— Ты какого фига делаешь, а?! — Орала я, чувствуя, что мой голос скоро сорвется. — Кретин! Тупой кретин!.. Тупой!

У меня просто уже сил не было на него орать. Как же я была зла. Остальные так и продолжали ржать как кони, привлекая к нам еще больше внимания.

— Май, вылазьте уже оттуда, чего расселись? — весело кричал один из его друзей, похожий на какого-то бандита.

— Тебе помочь? — поинтересовался у меня Май, который уже успел встать.

Я, одарив этого олуха испепеляющим взглядом, проигнорировала его и, встав сама, зашагала к бортику. Когда вылезла из фонтана, вода стала стекать с меня ручьями.

— Сэм, ты в порядке? — Вытирая слезы, выступившие от смеха, спросила Лиля.

Я хмуро посмотрела на подругу исподлобья, чувствуя, как, начинаю мерзнуть.

— По мне что, не заметно что ли? — медленно проворчала, вызвав новый взрыв хохота.

— Эй, малышка, кажется я тебя узнал, — Май спрыгнул с бортика, смотря сверху вниз на меня.

Улыбка так и сияла на его лице. Многие девчонки сейчас бы запрыгали от счастья. Мне же хотелось топать от злости, как маленькому ребенку, настолько он меня бесил.

— Очень круто, что ты меня узнал, — сладким голоском проговорила я, а потом мрачно добавила: — теперь уйди с дороги, пока не убила.

— А ты мстительная, — заметил Майер. — Как тебя зовут?

Я мысленно закатила глаза. Он издевается?

— Даша я, — буркнула, снимая кардиган, чтобы выжать его.

— Даш, не злись, я думаю, тебе надо просто поменять штаны.

Все снова захохотали, в том числе и он, довольный собой. Придурок.

— Тебе тоже желательно их поменять, недоумок, — я с силой принялась выжимать свою вещь, наблюдая за тем, как с нее тут же закапали капли, стекая по розовой плитке.

Встряхнув кардиган, я решила, что хватит на сегодня бесплатных представлений и развернулась, чтобы уходить. Не удалась моя сладкая месть, а ведь все так хорошо начиналось. Девчонки зашагали рядом со мной, продолжая посмеиваться.

— Даааш, — послышалось сзади.

Я неохотно развернулась, смерив Мая « чего тебе?» взглядом.

Он, засунув руки в карманы мокрых джинсов, подмигнул мне, а затем улыбнулся краем рта.

— Не обижайся, и больше не мсти мне, ладно? — все еще улыбаясь, сказал он.

Его два друга, усмехаясь, тоже смотрели в нашу сторону.

Я лишь ухмыльнулась и показала ему неприличный жест, состоящий из комбинации трех пальцев. Нет, Вадик, со мной эти твои милые улыбочки не прокатят.

Развернувшись, направилась вместе с подругами к выходу из площади, мечтая о горячем чае и сухой одежде.

Через двадцать минут я была уже дома и радостно лежала в горячей ванне. Сережа, сволочь, наверно описался со смеху, когда меня увидел. Отлежавшись в ванной, я выпила горячий чай, а потом поплелась к себе в комнату, чтобы улечься спать.

глава 3

Эх, как хорошо быть дома и сидеть в своей комнате, уплетая при этом мороженое и смотря интересный фильм. В колледже я сегодня побывала, и даже отсидела на всех парах. Ай да я!

Так же успела там увидеть Мая в окружении девушек со второго курса. Он, словно почувствовав мой взгляд, обернулся и приветливо помахал мне рукой, заставив девушек на меня недобро глазеть. Он точно двинутый. Я в тот момент лишь глаза закатила и поскорее ушла.

Тут, дверь в мою комнату тихонько открылась, и в нее зашла мама, поправляя свои светло-каштановые, вьющиеся волосы. Ее выразительные, карие глаза смерили меня укоризненным взглядом.

Я, вздохнув, кивнула.

— Да, мама, я снова ем.

Мамуля, одетая в белый свитер и черные штаны, слегка улыбнулась.

— Даша, скоро придут Аня и Антон, так что приведи себя в порядок. Слышишь? И переоденься, — велела она, окинув меня внимательным взглядом.

Я нахмурилась, поставив фильм на паузу. И чем ей неугодила моя длинная майка черного цвета с изображением пучеглазого кота и шорты?

— К нам всего лишь придет моя сестра со своим будущим мужем, — возмутилась, смотря снизу вверх на маму. — Не президент же.

— Я сказала, переоденься, — тоном, не терпящим возражений, проговорила родительница. — И приходи на кухню.

С этими словами моя мамуля вышла из комнаты. А еще говорят, что у меня сложный характер.

Я со вздохом полезла в шкаф и начала выкидывать из него свои вещи, надеясь найти что-нибудь подходящее.

— Я сказала сними, сними, — писклявым голосом бормотала, передразнивая родительницу, и ища в куче разноцветных шмоток какую-нибудь другую майку. — Ооо, нашла!

Сзади послышался веселый смех брата. Обернувшись, я увидела, как его светловолосая голова торчит из приоткрытой двери.

— Сережа, ты достал, — хмуро сообщила ему я, вертя в руках обыкновенную белую майку.

— Ты явно свихнулась, сестренка, — заметил Серый, покачав головой. — Сама с собой уже болтаешь, как чокнутая.

Я смерила брата недобрым взглядом.

— Чего тебе нужно? Не видишь, я занята важным делом?

— Может, важным разговором? — невинно предположил он, ехидно улыбаясь.

— Свали отсюда, я переодеваться сейчас буду, — пробурчала, махнув рукой. — Свободен.

Сережа, пожав плечами, вышел. За дверью глухо послышался его весёлый смех. Вот дурачок. Я закатила глаза и стала переодеваться, подобрав к майке светлые джинсы. Сделав высокий, пышный хвост и открыв свое немного узковатое лицо, пошла на кухню. Ммм, как вкусно пахнет, это я не зря вышла, не зря.

Я зашла в просторную кухню, с удовольствием вдыхая аппетитный запах котлет, которые жарила мама. Тут во всю слышалось шкворчание сковороды и бубнящие голоса из телевизора, по которому шли новости. Все эти мелочи, звуки и запахи, создавали какой-то особенный уют.

Сев за овальный стол, на котором уже стояло несколько тарелок с салатами, я принялась внимательно следить за процессом готовки. Сама-то, честно сказать, я та еще лентяйка и готовить не умею.

— А где папа? — поинтересовалась, влюбленными глазами смотря на прозрачную тарелку с котлетами, что стояла напротив меня.

— Скоро будет, — не оборачиваясь, ответила мама.

Правильно, мам, не отвлекайся, жарь. Серега тоже зашел в кухню и плюхнулся рядом со мной. Теперь мы вместе с ним гипнотизировали еду. Наша родительница, мельком взглянув на нас, усмехнулась.

— Терпите, терпите, скоро придут Аня с Антоном, тогда будем есть.

Тут, послышался звонок в дверь. Мы с Сережей, обрадовавшись, помчались по узкому коридору в сторону прихожей, и чуть не прибив друг друга по дороге, все же открыли дверь. Мама, вышедшая в коридор, лишь головой покачала. Ну, а что поделать? Да, мы такие — ненормальные немного.

На пороге стоял наш любимый папа. Это был высокий, широкоплечий мужчина, с темными, коротко стриженными волосами.

— Здорово, черти, скучали по папе? — спросил он громким, хрипловатым голосом, одарив нас насмешливым взглядом серо-зеленых глаз.

Мы с братом, естественно ответили, что скучали, и с разочарованным вздохом поплелись на кухню, гипнотизировать вкусно пахнущие котлеты дальше. Мама, усмехнувшись, зашла в кухню вместе с нами.

— Привет, жена моя, борщей наварила, котлет нажарила? — поинтересовался папа, заходя в кухню и потирая широкие ладони.

— Привет. И борща наварила, и котлет нажарила, — с гордостью сообщила наша родительница, улыбаясь и снимая белый фартук.

— Молодец, корми меня, голодного.

— И детей корми, — добавил Сережа, развалившись на стуле.

— Так, муж, иди переодевайся. Сын, подотри слюни сестре и сиди молча, — велела мама.

Тут, снова раздался звонок в дверь. Ну, теперь-то точно это моя сестричка со своим муженьком будущим пришла в гости. Папа пошел открывать.

— Привет, дети, — через несколько минут из прихожей раздался его приветливый голос. — Шуруйте на кухню.

В коридоре послышались шаги, и через несколько секунд на кухне появились Антон и Аня. Они, поздоровавшись с нами, сели за стол.

Мама принялась быстро раскладывать еду по оставшимся тарелкам.

— Как у вас дела, мам? — поинтересовалась сестра, наблюдая за действиями мамы своими серо-зелеными глазами, цвет которых она позаимствовала у нашего отца.

— Нормально, — суетясь, отвечала наша родительница. — Сережа пока что ничего не учинил. У Даши скоро сессия, так что она у нас умница, хоть сейчас перестала прогуливать. Да, Даш?

Я, улыбнувшись ангельской улыбочкой, с готовностью закивала.

— Конечно, мам.

Сережа ухмыльнулся, одарив меня удивленно-насмешливым взглядом. Я украдкой показала брату кулак. Молчи, Серый, молчи. Нельзя портить этот момент, меня же не каждый день хвалят, и даже не каждую неделю. Я зарделась довольной улыбкой. Ну и что, что это не правда? Прогуливать перестану. Когда-нибудь…

— Я и Леша работаем целыми днями, — садясь за стол и поправляя волосы, продолжала мама. — Так что все, как всегда. Ну что, давайте есть?

— Я тоже так думаю, — не спеша зашел в кухню папа, который уже успел переодеться. — Антоха, чего как не родной? Давай, ешь, пока дают. А то Анька-то, наверное, не кормит.

— Папа! — со смущенной улыбкой возмутилась моя сестра, округлив глаза, щедро подведенные черной подводкой.

Антон лишь усмехнулся, с уважением смотря на своего тестя, садящегося за стол.

— Что папа? Что папа? — притворно возмущаясь, спросил мой родитель. — Парень худой сидит. Ты это видела? — тут он похлопал себя по внушительному животу, довольно улыбаясь, а потом с гордостью добавил: — Корми мужа своего, чтоб такой же как я был.

Мы расхохотались. Мой папа — тот еще кадр. Походу, его любимое дело — это вгонять людей в краску.

— Леша, ешь уже, не смущай зятя, — с легкой улыбкой проговорила мама, отправляя в рот кусочек котлеты.

— Да я шучу, Антох, — папа хлопнул Аниного жениха по плечу, да так, что тот поморщился.

— Все нормально, Алексей Викторович, — сдавленно ответил Антон. — Кстати, свадьба через две недели, седьмого числа. Будем рады вас видеть.

— Да, в «Малине», — добавила Аня, накладывая себе в тарелку салат.

Я отвлеклась от поедания котлет.

— О, прикольно, — оживилась, подняв глаза на молодоженов. — Там круто, кстати. Как-то мы там с одногруппниками сидели и отмечали конец сессии. Весело было.

Аня мне радостно улыбнулась, тряхнув идеально прямыми волосами цвета шоколада.

— Ну, вот и отлично, так что всех вас ждем.

Блин, это что, мне платье придется напялить? Святые пончики, за что мне это? Словно услышав мои мысли, мама перевела на меня взгляд карих глаз.

— Даша, ты наденешь то фисташковое платье, что мы купили тем летом, — предупредила она, глотнув апельсинового сока из прозрачного стакана.

— Хорошо, мам, — угрюмо проговорила я, вяло жуя.

Сережа тихо посмеивался, зная, как я не люблю платья, юбки и тому подобное. Конечно, его же платье надевать не заставляют. Ну, ладно, ради свадьбы сестры я пойду на такой отчаянный шаг.

Вечер шел мирно, мы болтали о предстоящей свадьбе и о разных мелочах. Аня рассказывала про свой институт и о том, как они с Антоном ходили на концерт какой-то известной группы. Папа, как обычно, шутил и подкалывал всех нас, а мама старалась впихнуть в каждого как можно больше еды. В общем, так и пролетело несколько часов в теплой, семейной атмосфере.

— Заходи как-нибудь к нам, Даш. Поболтаем, — собираясь уходить, предложила мне сестра.

— Конечно, Ань, — пообещала, прислонившись плечом к стене и следя за тем, как она обувается. — Приготовь поесть только, и я буду как штык.

Антон усмехнулся, а Аня закатила глаза, выпрямляясь.

— Ты неисправима, мелкая, — проговорила она с усмешкой в голосе и открыла входную дверь. — Сережка, мама, папа, пока!

Мы все попрощались со счастливой парочкой и разошлись по комнатам. Завтра у меня выходной, поэтому я со спокойной душой просидела «Вконтакте» до трех ночи. Нашла даже страничку Вадима Майера. Красив, зараза, не поспоришь. Посмотрев на его фотки и пообзывав напоследок, я легла спать.

глава 4

Сегодня я решила посетить родную сестренку и ее мужа. Собравшись и надев черную толстовку и узкие джинсы, я пошла в прихожую, чтобы обуться.

— Э, доча, ты куда это намылилась средь ночи темной? — послышался над ухом громкий голос моего папы, от чего я вздрогнула.

Подняв глаза, посмотрела на родителя, который облокотившись о стену плечом, следил за мной насмешливым взглядом.

— Папа, какая ночь? Время четыре, — принявшись завязывать кроссовки, пропыхтела я. — К Аньке я иду.

— А-а, — задумчиво протянул родитель, почесав затылок. — Дома уже не кормят что ли?

Я выпрямилась, поправив волнистые волосы.

— Ну я же не только есть к ней пойду, а поговорить, поддержать перед свадьбой, так сказать.

Папа лишь хмыкнул.

— Ага, понятно, мне тоже чего-нибудь захвати. Проверю, чем там зятька кормят.

Пообещав любимому папочке, что принесу ему что-нибудь вкусное, направилась в гости к сестре. Идти долго не нужно было, так как Аня и Антон жили от нас неподалеку. Поэтому, преодолев парочку дворов, я уже поднималась по серым ступенькам подъезда, чьи стены были выкрашены в блекло-зеленый цвет.

Обычный подъезд, в общем, где любили собираться такие же подростки, как я, и писать всякие непристойности на стенах. Мои непристойности уже закрасили, а ведь я так старалась, когда выводила черным маркером на стене не особо приличное слово. Да, знаю, это нехорошо, но там вся стена была исписана, так что моя надпись ничего бы не испортила.

Шагнув на лестничную клетку, где на полу одиноко стояла банка из-под кофе, наполненная до верху окурками, я остановилась возле нужной мне двери и принялась настойчиво нажимать на звонок.

Широкая дверь через несколько секунд открылась и на пороге показалась Аня, одетая в розовый, махровый халат.

— Привет, сеструха, — поздоровалась я, шагнув внутрь квартиры, где вкусно пахло едой. — Давай, корми меня.

Сестра усмехнулась, поздоровавшись со мной.

Квартира у Ани и Антона была небольшой, но уютной и чистой. Я разулась и прошла по узковатому коридору на кухню, что была обклеена обоями кремового цвета.

Усевшись за овальный стол, покрытый синей скатертью с изображением белых цветов, я мельком глянула в окно. Мда, погода не радовала, конечно. Серое небо лило слезы в виде дождя, чьи капли прозрачными точками скатывались по стеклу, оставляя за собой кривоватые дорожки, а зеленые деревья, что росли во дворе, нещадно раскачивал ветер. Хорошо, что я не попала под дождь, а то бы пришла в гости к сестре вся мокрая.

— А ты чего есть-то будешь? — поинтересовалась Аня, открывая холодильник.

— Все буду, что съедобно, — оторвав взгляд от окна, с готовностью ответила я.

— Хорошо, сейчас налью тебе борща, — Аня, пожав плечами, принялась доставать из холодильника белую кастрюлю.

— Папа тоже просил твоей еды, — следя за тем, как сестра ставит борщ греться на плиту, задумчиво проговорила я. — Хотел попробовать то, чем ты кормишь зятя его.

Сестра усмехнулась, повернувшись ко мне и облокотившись на кухонную тумбу.

— Без проблем, налью и ему.

Борщ погрелся быстро, поэтому я, положив в тарелку с ним сметану, принялась с удовольствием его есть.

— А Антон где? — поинтересовалась между делом.

Аня села напротив меня, положив локти на поверхность стола.

— Скоро прийти должен, его на работу вызвали.

— А-а, ну да, работа это серьезное дело конечно, — с важным видом кивнула, продолжая поглощать суп с космической скоростью.

— Даш, такое ощущение, что тебя дома совсем не кормят, — заметила сестра, с усмешкой на губах наблюдая за мной.

— Кормят, — невозмутимо ответила я. — Просто вкусно очень.

— Антону тоже нравится, — с милой улыбкой сообщила Аня, задумчиво накручивая прядь шоколадного цвета на палец.

Вот, сразу видно, счастливый человек. Улыбка до ушей, глаза радостно блестят. Эх, когда у меня там муж-то будет? Папа часто говорит, что мой будущий муж меня либо убьет, либо сбежит. Одно из двух.

Я вздохнула и потянулась за хлебом, но будучи тем еще неувязком, умудрилась опрокинуть на себя тарелку. В ту же секунду с раздражением смотрела, как красная жидкость впитывается в черную ткань толстовки, создавая внушительное пятно. Хорошо, что борщ успел остыть, а то бы я была совсем злая.

Сестра, подняв брови, удивленно смотрела на меня, а потом, хихикнув, взяла тряпку с кухонной тумбы и принялась вытирать стол.

— Спасибо, было очень вкусно, — хмуро пробормотала, встав со стула. — Пойду в ванную, застираю хоть.

— Не расстраивайся, — послышалось мне вслед.

Я зашла в ванную комнату, стены которой были выкрашены в морской цвет и, стянув с себя толстовку, принялась ее застирывать, включив воду, что резво начала литься из крана. Что б было не скучно, решила спеть. Голос у меня звонкий, громкий, думаю, Аня точно заценит. Отвыкла уже наверно от моего прекрасного пения, которое я устраивала, когда принимала душ. Ну и что, что у меня слуха нет? Кого это волнует? Ну, меня, по крайней мере, это не волнует точно.

— Бюстгалте-е-ер, милый мо-ой бюстга-алтер, — напевала я, стараясь отстирать любимую вещь, — тако-о-ой большой, бюзгалтер мо-ой!

— Даш, — сквозь шум воды глухо послышался голос Ани за дверью.

Я, продолжая петь песню про бюзгалтер, приоткрыла дверь, умудряясь еще и пританцовывать.

— Надень пока что мою кофту, — протянула мне вещь сестра, смотря на меня со смехом в глазах.

Я, кивнув в знак благодарности, взяла кофту и закрылась. Кажется, Аня говорила еще что-то, но я не расслышала.

Переодевшись и повесив мокрую толстовку, которую застирала, на батарею, я выключила воду и пошла на кухню к сестре, все еще напевая переделанную мной песню.

Шагнув в кухню, я остолбенела, изумленно округлив глаза. Веселая песня тут же оборвалась, а мой рот распахнулся, не зная, что сказать.

На стуле, между прочим на котором сидела я несколькими минутами ранее, сидел Вадим Майер собственной персоной и с долей удивления и смеха в сине-зеленых глазах смотрел на меня. Я от удивления даже шаг назад сделала, не веря своим глазам. Может быть у меня глюки? Может у Ани с борщом что-то не то? Я схожу с ума? От последней мысли даже не по себе стало.

— Даш, с тобой все нормально? — забеспокоилась сестра, внимательно всматриваясь в мое ошарашенное лицо. — Это Вадим — друг Антона.

— А-а, — озадаченно протянула, стараясь взять себя в руки и закрыть уже, наконец, рот, который то и дело у меня открывался от удивления и шока.

Одно я знала точно: с борщом сестры все нормально, и я не схожу с ума. От этой мысли мне стало немного спокойнее. Но что Майер тут, мать вашу, делает? Он что меня преследует?! Что за дебильные шутки у этой мадам, которую величают Судьбой?

— Привет, Даша, — поздоровался Вадим, приветливо мне улыбнувшись.

— Кажется, мне пора домой, — быстро проговорила, собираясь развернуться, чтобы уйти в прихожую.

Аня, чуть нахмурившись, наградила меня недоуменным взглядом.

— Ты чего? Никуда ты не пойдешь, сейчас Антон уже придёт. Посиди с нами.

Я, угрюмо опустив голову и сжав от злости губы, послушно села за стол.

Тут, как назло, у моей сестры зазвонил телефон и она, как предатель, покинула кухню, чтобы ответить на звонок.

— Ты прикольно пела в ванной, — послышался над ухом хрипловатый голос, пропитанный смехом.

Я кинула тяжелый взгляд на Мая, который, подперев подбородок обеими ладонями, с интересом ребенка смотрел на меня и лыбился. Я терпеливо вздохнула, чувствуя, как краснею. Как жаль, что я не услышала то, что мне сказала Аня за дверью. Теперь сижу тут и чувствую себя полной дурой. Мое пение могут слушать только близкие люди. О, Боже, какой позор.

— Только поется «бухгалтер», Даш, — продолжил этот шизанутый.

— Спасибо большое, что просветил, — съязвила я. — Чего ты забыл у моей сестры дома?

— Я пришел к Антону, но его пока что нет. Он мой хороший друг. — Поведал Вадим, пожав плечами.

Ответить я ничего не успела, так как в кухню зашла Аня.

— А вот и я, — улыбнулась она, садясь за стол. — Вадим, будешь еще чай? Антон скоро придет.

— Нет, спасибо, Ань, — отказался Май, отодвинув пустую чашку от себя. — Я уже почти полностью состою из чая, так что на сегодня хватит.

Смотрите, какие мы вежливые, куда деваться! Ну зачем я сегодня приперлась…

— Даш, а ты чай будешь? — спросила сестра, подозрительно на меня взглянув.

— Да, буду, — натянуто улыбнулась я, чтобы она ничего не заподозрила.

— Сей момент, — Аня налила мне чай в канареечно-желтую чашку, а я еще больше нахмурилась, подперев голову ладонью и смотря в окно, которое теперь было прямо перед моими глазами. — Даша, только аккуратнее, — со смехом в голосе напомнила сестра, поставив передо мной чашку с горячим напитком.

— Знаю, знаю, — буркнула, пододвигая чай, что приятно пах малиной, поближе к себе. — Подумаешь, борщ на себя пролила… — тут Вадим не сдержался и решил снова надо мной посмеяться. — …с кем не бывает, — пробурчала, злобно на него смотря.

Появилось огромное желание облить наглеца горяченьким чаем. Ну сколько можно надо мной смеяться?! И Аня туда же, предательница.

Эти двое, тем временем, о чем-то начали болтать, но я их не слушала. Вадим, будучи очень обаятельным, что-то рассказывал, а моя сестра посмеивалась, с интересом его слушая. Ну да, рассказывать этот парень, как я уже успела понять — умел, и располагать к себе людей тоже. Еще и симпатичный, сволочь. Это вообще законно? Должны же быть у него какие-нибудь недостатки? Чего это он весь такой хороший?

За своими размышлениями о Майерской натуре я не заметила, как в кухню зашел Антон.

— Привет, всем, — поздоровался он и, поцеловав Аню, сел с нами за стол, взяв перед этим стул, что стоял в зале. — О, Даша. Хорошо, что ты зашла.

— Привет, привет, — протараторила я, натянуто улыбнувшись и глотнув чая. От того, что я это сделала резко, струйка напитка начала тихонько стекать по моему подбородку.

Черт, черт! Ну что за день? Я поставила чашку на стол с излишним шумом, из-за чего три пары удивленных глаз уставились на меня.

— Милый, кушать будешь? — тепло улыбнувшись Антону, поинтересовалась Аня через несколько секунд.

Я поспешила вытереть мокрый от чая подбородок, что не укрылось от озорного взгляда Вадима. Этот засранец еле сдерживался, чтобы не рассмеяться. Одарив его тяжелым взглядом, отвернулась, чтобы снова взглянуть в окно, в котором виднелось уже потемневшее небо.

— Нет, Ань, я не особо голоден, — тем временем отозвался будущий муж сестры, улыбнувшись ей в ответ. — Кстати, Вадим, мы тебя тоже приглашаем на нашу свадьбу. — Обратился он к Майеру.

— Обязательно появлюсь на свадьбе. Думаю, будет весело.

— Мы тоже на это надеемся, — зевнув, немного устало проговорил Антон. — Ты же позаботишься об этом, Май? Веселье по твоей части, друг.

Вадим весело улыбнулся.

— Обижаешь, братан, все будет на высшем уровне, — подмигнул он. — Всех развлеку.

— Как мило, у вас на свадьбе будет клоун, — деланно радостным голоском сказала я, а потом мысленно дала себе подзатыльник.

Блин, чего это я? Эх, ну зачем они его позвали-то? Меня позлить?

— Это Даша так шутит, — натянуто улыбнулась Аня, недоуменно на меня покосившись. — Она, кстати, тоже на свадьбе будет.

Угол губ Майера стремительно поднимался вверх в нахальной полуулыбке.

— Такая девушка, как Даша, украсит вашу свадьбу, — вежливым тоном проговорил Вадим.

Моя сестра и ее будущий муж умилились его словам, а я только фыркнула, еле сдержавшись, чтобы не закатить глаза. Через минут десять, в течение которых эти трое оживленно продолжали болтать, Антон и Вадим вышли в подъезд, намереваясь выкурить по сигарете.

Вот я — не курю! После того, как мама нашла в моей куртке сигареты и налупила мой бедный зад ремнем, а мне, на минуточку, было шестнадцать лет, я уже год как не притрагиваюсь к сигаретам. Да-а, моя мама бывает очень убедительна. Хорошо, что она еще папе не сказала про это.

— Даш, ты чего злая такая? — спросила меня Аня, когда входная дверь захлопнулась. — Тебе Вадим не понравился?

Я чуть чаем не подавилась.

— Нет, — брякнула, откашлявшись. — Ой, то есть да. Короче, все путем. А что?

— Просто ты так смотрела на него, будто он тебе лям должен, — усмехнувшись, заметила сестра.

— Тебе показалось, — с невинным лицом заверила ее я. — Просто борщ пролила, после этого прям так настроение упало. Неудобненько вышло.

— Ой, не переживай, я же тебе с собой еще налью, — отмахнулась Аня. — А Вадим, между прочим, очень добрый и веселый парень, душа компании и всегда всем помогает.

Я лишь улыбнулась, но ничего не ответила. Мне было глубоко плевать, какой этот Майер. Главное, чтоб я его видела как можно реже, а то убью ведь. Так, нечаянно.

— Думаю, мне пора, — я встала из-за стола, потянувшись. — А то папа там ждет, переживает за еду.

Аня, вздохнув, протянула мне черный пакет, в котором была плошка с борщем. Я, взяв пакет, услышала звук открывающейся двери, и через несколько секунд на кухне снова появились Антон и Вадим.

— Я, наверное, пойду, — решил Майер. — Еще есть дела.

О, тогда я, пожалуй, останусь! Но не успела я этого сказать вслух, как все испортила моя сестра. Чтоб ее котята покусали.

— Уже уходишь? — удивилась она. — Проводи тогда Дашку до дома, а то темнеет уже, мало ли что.

Вадим лишь пожал плечами.

— Без проблем, где она живет?

Я сжала ладони в кулаки. А меня спросить никто не хочет, надо меня провожать или нет?! Конечно, зачем спрашивать Дашу? Можно ведь все и без нее решить.

Аня, тем временем, рассказала Майеру, где я живу и заранее его поблагодарила. Я, злая на весь свет, молча пошла обуваться, сунув перед этим свою высохшую кофту в пакет.

— Всем пока, — хмуро кинула на прощание, открывая дверь и выходя из уютной квартиры сестры и ее будущего мужа.

Май, тоже попрощавшись, вышел вслед за мной. Выйдя из подъезда, мы не спеша направились вдоль тихого двора, мимо детской площадки, что сейчас пустовала, и стоянки машин, которую освещали уличные фонари. На улице было свежо после дождя и пахло сырой землей.

— Даш, ты до сих пор на меня злишься? — так и знала что этот умник затеет разговор. Ну не идется ему спокойно!

— Это так заметно, да? — притворно удивилась я, посмотрев на Майера широко распахнутыми глазами.

Сейчас черты его лица казались резкими из-за плохого освещения, а слегка волнистые волосы стали темнее.

— Не злись, Малышка, я не специально тебя облил, честное слово. Просто так вышло.

Я нахмурилась, метнув гневный взгляд в сторону своего собеседника.

— Я тебе не малышка, — проворчала, пнув ногой камешек, что весело отскочил в ближайшие кусты. — Чего пристал ко мне?

— Я люблю приставать к девушкам. Многие из них, знаешь ли, только этого и хотят, — Вадим мне весело улыбнулся, а я закатила глаза.

Как же хорошо, что до моего дома оставалось совсем немного. Нужно было лишь перейти через дорогу, что мы сейчас и делали, а потом через еще один двор и все.

— Ну, значит они дуры, каких свет невидывал, — парировала тем временем я, смотря вперед — на цветочный магазин, что радовал глаз своей яркой вывеской.

— Ты меня простишь? — поинтересовался Майер, наклонившись к моему уху. Я тут же вдохнула слегка горьковатый, но приятный аромат его духов, смешанный с запахом сигарет.

— Прощу, если отвалишь от меня, — посмотрев прямо в смеющиеся глаза, которые в свете уличных фонарей казались темно-серыми, проговорила, стараясь сделать как можно более грозное выражение лица.

На улице, между тем, почти никого не было, только местная гопота, которую я знала, ходила без дела по другой стороне улицы и заинтересованно на нас косилась. Видимо, Зуб и Якорь хотели отработать у нас телефоны, но вовремя меня узнали и передумали, приветливо помахав рукой.

Я, хмыкнув, помахала пацанам в ответ, с удовольствием замечая, что глаза у Майера округлились от удивления. Да, милок, и не таких людей знаем.

Вообще, сдружилась я с Зубом и Якорем уже давно, еще в далеком детстве. Просто когда-то отсыпала им горсть семечек, за то, что они защитили меня от местных мальчишек, с которыми я часто любила драться. Тогда эти два товарища еще не были такими плохишами, они и сейчас нормальные. Во всяком случае, я с ними на одной волне и все их выражения понимаю без проблем. Поэтому, меня в нашем небезопасном районе обижать никто не решается.

— Даш, ты их знаешь? — со смехом в удивленном голосе поинтересовался Майер, когда мы зашли через арку в мой двор.

— Знаю, а что? — Хмыкнула я. Перед глазами показалась девятиэтажка, в которой живу, поэтому настроение потихоньку поднималось, от того, что скоро окажусь дома. — Можешь дальше не провожать, мой дом уже близко.

— Провожу, я обещал, — отрицательно помотав головой, ответил Вадим.

— Но я могу дойти сама, умник, — возмутилась, посмотрев на Майера, лицо которого стало серьезным.

Смотрелись со стороны мы, наверное, забавно. Вадим высокий и широкоплечий, а я мелкая, едва дотягиваюсь ему до шеи.

— Я всегда выполняю свои обещания, так что даже не думай увиливать, — тоном, не терпящим возражения, проговорил Май.

Смотрите, какие мы серьезные. Ну, надо же. Я вздохнула, плетясь рядом с Майером и размахивая руками от нечего делать. То, что я то и дело задевала его своими конечностями, меня не волновало. Вадим лишь слегка улыбался краем рта, не обращая на меня внимания. Интересно, если я ему по башке двину, он тоже будет улыбаться? Наверное, будет, но уже немного по-другому.

Через несколько минут мы уже стояли возле моего подъезда, чему я была очень рада.

— Спасибо, что проводил, можешь быть свободен, раб мой, — проговорила, потянувшись к двери.

— Пока, малышка, — слегка дернув меня за прядь русых волос, сказал Майер.

Я, поморщившись, обернулась, чтобы увидеть, как этот утырок с наглыми ручонками, уходит, повернувшись ко мне своей спиной, обтянутой белой толстовкой.

— Пока, малыш, — хмыкнула, хлопнув дверью.

Радостная, что отделалась от противного Мая, я зашла домой, торопливо скидывая с ног кроссовки и шелестя пакетом. Разувшись, зашагала в сторону ванной. Кажется, все уже поужинали и разошлись по своим комнатам, раз в квартире было тихо.

— Стоять, — послышался требовательный голос.

Обернувшись, я увидела папу. Он выжидающе на меня смотрел, приподняв брови.

— Где еда?

Я, ухмыльнувшись, протянула родителю черный пакет.

— Все тут. Кушай, не обляпайся.

— Спасибо, доча, — поблагодарил меня он, потрепав по голове. — Можешь идти спать.

— Иду, иду, — пробурчала, но решила сначала умыться.

Умывшись, я зашла в свою комнату и рухнула на мягкую кровать, чтобы провалиться в сон.

глава 5

— Дарья, время два часа дня, сколько можно спать? — послышался сквозь сон строгий голос мамы.

Я накрылась одеялом с головой и повернулась к стенке.

— Мам, сегодня же воскресенье, — сонно пробормотала, не желая вставать с любимой кроватки. — Дай поспать честному человеку.

После этих слов с меня наглым образом стянули одеяло. Я поежилась, почувствовав неприятный холод и открыв один глаз.

— Да блин! — Рявкнула, пытаясь отнять у усмехающейся родительницы одеяло. — Мам, я спать хочу!

— Не смей на меня орать. Вставай и помогай делать дела по дому, — ее строгий взгляд устремился в мое лицо.

— Хорошо, сейчас встану, — угрюмо пробормотала я, лениво зевнув.

— Живее.

— Да к чему такая спешка-то? — возмущенно спросила, сев на кровати и сдув непослушные пряди спутанных волос со лба.

— Без лишних вопросов, Даш.

Мама вышла из комнаты, а я раздраженно пнула свой тапок, что лежал на полу. Ну, вот, блин, выспалась Даша.

С испорченным настроением я поплелась в ванную — приводить себя в порядок. Затем весь день убиралась вместе с мамой, под ехидное хихиканье Сережи. Но мамуля вовремя заметила, что брат развалился на диване, ничего не делая, и запрягла его тоже. После уборки я вернулась на свою любимую кровать и решила отдохнуть. Посмотрела несколько фильмов, над которыми хохотала, как ненормальная, после чего мне позвонила Ника.

— Да, — ответила я, схватив телефон с тумбочки.

— Привет, Сэм, — послышался в трубке спокойный голос подруги. — Пошли гулять?

— Какое заманчивое предложение. Ну, я подумаю, подумаю.

— Нет уж, дорогая, выходи через полчаса, — потребовала Ника. — Лиля тоже подойдет.

— Куда подходить-то? — поинтересовалась, болтая ногами туда-сюда.

— К «Радости» подходи. Все, до встречи.

— О’кей.

Я кинула телефон на кровать и пошла собираться. Расчесав свои пушащиеся волосы, что доходили мне до лопаток, одела легкий свитерок бирюзового цвета и светлые джинсы. Взглянув на себя в зеркало, решила подкрасить светло-карие глаза черной тушью, а потом, оставшись довольна своим внешним видом, направилась в прихожую. Обув белые кеды, крикнула маме, что ушла гулять и вышла из квартиры.

Я бодро шагала по залитому солнечным светом тротуару, приближаясь к торговому центру под названием «Радость». По широкой асфальтированной дороге быстро проносились машины, раздавались голоса проходящих мимо меня людей. Город был наполнен шумом, что мне очень нравилось. Я люблю движуху.

Наконец, в поле зрения показался нужный мне торговый центр. Это было огромное здание из голубого стекла, вывески которого горели по вечерам яркими огнями. Оно могло похвастаться разными магазинами, ресторанами, большим кинозалом и многим другим.

Около «Радости» часто находились люди, в основном это были кучки галдящих подростков. Мой орлиный глаз заприметил Нику с Лилей, что стояли сбоку от широких, прозрачных дверей, которые то и дело открывались, впуская внутрь толпы людей.

Ника, чьи черные волосы были собраны в высокий хвост, сегодня одела платье цвета хаки и светлую джинсовку. Заценив ее прикид, я перевела взгляд на Лильку: ветровка, цвета апельсинов, зауженные джинсы и черные кроссовки с фиолетовыми шнурками.

— Привет, овечки, — улыбнулась, подходя к подругам.

Лиля, чьи темно-каштановые волосы шевелил ветер, слегка нахмурилась.

— А вот и главная овечка подошла. Как дела, Сэм? Скучала по нам?

— Безумно, — отозвалась я, слегка растрепав подруге волосы.

Ника сдержанно усмехнулась, следя за нами своим проницательным взглядом.

— Куда пойдем, девочки? —
поинтересовалась негромко она.

Я, сощурив из-за солнечного света глаза, кинула задумчивый взгляд на торговый центр.

— Может, в киношку рванем, а? — предложила, все также смотря на здание. — Давно там не были. Ну что, вы как?

Лилька активно закивала головой.

— Да-да, согласна с Сэм. Пойдемте в кино! Эй, Ника, — тут она весело взглянула на подругу. — Пошли на твои любимые ужастики. Дашка поржет, я под сиденьями спрячусь.

Я хохотнула, представив эту картину.

Николетта задумчиво посмотрела на нас с Лилей своими темно-карими глазами, которые выделялись на ее бледной, полупрозрачной коже.

Иногда она мне напоминала супер могущественную ведьму — ей только метлу в руки дай, и кажется, что она вот-вот взлетит ввысь.

Ну, и загадочная она у нас. Вечно держит все в себе. Никогда не видела ее плачущей или кричащей на кого-то. Но под тяжелым, проницательным взглядом ее глаз скрывалась очень добрая и отзывчивая девушка, готовая помочь и поддержать в любую минуту. Дружбу с ней нужно было заслужить — она не дружит с кем попало и хорошо разбирается в людях. Значит, я не так плоха.

— Идемте, — кивнула Ника. — Даша, не комментируй фильмы на весь зал, как в тот раз, а ты Лиля, не визжи, когда увидишь очередную страшную рожу на весь экран. Договорились, девочки?

Мы с Лилькой расхохотались, вспомнив наши предыдущие походы в кино и заверили подругу, что этого делать не будем. Может быть. Ну, не могу я спокойно смотреть фильм — мне обязательно надо вставить свои пять копеек и посмеяться над чем-нибудь.

Мы с девчонками зашли в прохладное помещение, в котором негромко играла популярная музыка, и сновали туда-сюда люди. Поднявшись на второй этаж, купили билеты и попкорн, а потом направились в сторону нужного зала. Весело болтая, мы заняли свои места, ожидая начала фильма.

— Говорят, что это будет хороший ужастик, — с довольными нотками в голосе проговорила Ника, смотря в огромный экран, по которому пока что крутили рекламу. — Очень страшный.

Лиля нахмурилась, покосившись на подругу.

— Перестань нас пугать, — возмутилась она.

— Крошки мои, вас никто не пугает, — усмехнулась Николетта. — Дашку вообще этот фильм развеселит.

Я с готовностью закивала, жуя сладкий попкорн.

— Да ее любой фильм развеселит, — отмахнулась Лилька и перевела взгляд голубых глаз в сторону выхода из зала. — Оу, посмотрите, какой мальчик там идет.

Мы с Никой дружно закатили глаза, но на высокого паренька, что шел рядом со своими двумя друзьями, взглянули: широкоплечий, с хорошей фигурой, которая просматривалась под мешковатой, серой кофтой что была растегнута. Также на парне была одета черная футболка, выглядывающая из-под кофты и темные джинсы со множеством складок. Голову скрывал капюшон, поэтому его лицо мне удалось разглядеть плоховато.

— Какой-то хулиганистый хулиган, — прокомментировала Ника, отвернувшись.

— Сама ты хулиган, а он симпатичный очень, в него бы я влюбилась, — сладким голоском проговорила наша подруга, от чего я усмехнулась.

Эти парни, кстати, к ее радости, уселись прямо перед нами.

Тем временем, начался фильм, зал погрузился в темноту, только свет от экрана падал на наши заинтересованные лица. Мы и весь остальной народ смолкли, приготовившись к просмотру.

Ужастик оказался интересным, но не таким страшным, как мы думали. Я даже комментировать его не стала, потому что увлеклась просмотром по полной программе, то и дело закидывая в рот попкорн.

Лиля тоже смотрела фильм с интересом, иногда прикрывая рот ладошкой, когда на экране кого-то убивали. Про Нику я вообще молчу, в ее глазах, которые казались сейчас черными, плескалось удовольствие, а на губах играла предвкушающая полуулыбка.

Вдруг, через некоторое время, зал взорвался веселым хохотом. Я недовольно поежилась, но продолжила увлеченно смотреть в экран. Через несколько минут хохот снова повторился, и посыпались комментарии к фильму вместе с пошловатыми шуточками.

Мда, посмотрели фильм, называется. Ника сверлила хмурым взглядом затылки трех парней, что сидели перед нами.

— Даша, я думала, что ты будешь смеяться и комментировать, но твою роль заняли.

Лиле тоже это все не понравилось.

— Что за дела? — возмутилась она. — Это первый ужастик, который меня привлек. Кто так ржет?

— Твой «мальчик» со своими дружками, — ухмыльнувшись, ехидно ответила ей Ника.

Лиля, раздраженно поджав губы, промолчала.

Между тем, веселые комментарии продолжались. Я даже посмеивалась над ними, в чем-то понимая парней, хотя и знала, что это неприлично.

Не выдержав, Лилька решила высказать свое недовольство. Она, сведя тонкие брови на переносице, постучала кулачком по одному из затылков впереди сидящих парней. Молодой человек, по чьей голове постучала наша подруга, обернулся. О, это же тот, который ей понравился.

— Эй, деточка, сейчас же руки твои сломаю, — с угрозой в голосе предупредил он, высокомерно приподняв темные брови и закинув руку на спинку сидения.

Голос у него был грубоватым, но мне, лично, понравился. Вот только подруге нагрубил, за что поплатится.

Лиле такое отношение не понравилось, она у нас девочка нежная и эмоциональная.

— Хватит ржать! Нам ничего не слышно, — возмущенно прошипела она, чуть наклонившись к Дерзкому — так я решила его окрестить.

Мы с Никой пока молчали, с интересом слушая перепалку этих двоих.

— Твои проблемы, детка, — пренебрежительно хмыкнув, выдал парень и отвернулся.

Лиля от негодования выпучила глаза и с сердитым лицом взглянула на нас.

— Вы это видели?! — Возмутилась она.

Ответить мы не успели, так как сзади послышалось недовольное «девушка, потише можно?!». Лиля, надувшись и скрестив руки на груди, уставилась в экран. Мы решили досмотреть фильм спокойно, поэтому последовали ее примеру.

Но, все же, досмотреть его нам, видимо, было не суждено. В зале в очередной раз послышались громкий смех и разговоры. Не пойму, другим что, совсем пофигу?

Тут моя подруга не сдержалась:

— Слушай ты, козел, может заткнешься все-таки, а?! — рявкнула она. Походу, вся симпатия к парню у нее пропала напрочь.

— Эй, ты, с выражениями полегче, ясно? — повернувшийся к нам мистер Дерзость начинал злиться.

Это было видно по грозно сведенным бровям на его переносице и чуть прищуренным глазам миндалевидной формы.

— Ты можешь говорить тише?! — сквозь зубы проворчала Лиля, испепеляя парня гневным взглядом.

Его дружки тоже повернулись к нам и принялись с интересом наблюдать за происходящим.

— Скажи «пожалуйста», и тогда я подумаю, — губы Дерзкого искривились в ухмылке.

Ух, сколько наглости было в его голосе, а в нахальном взгляде сплошная пренебрежительность.

Подруга, услышав эту фразу, округлила голубые глаза, а затем, нахмурившись, метнула в него не самый добрый взгляд.

— Да пошел ты.

— А ты проводишь?

— Эй, ребята, брейк, — решила вмешаться я, но меня никто уже не слушал.

— Ты чего это на меня так смотришь, а? — громко завопила Лилька, заметив, как взгляд парня с интересом блуждает по ее фигуре.

Надо сказать, что наша подруга не контролирует свой голос, когда злится, потому начинает кричать, совсем этого не замечая.

— Лиля, помолчи, пожалуйста, — сдавленно попросила Ника, вздохнув. — Кажется, у нас проблемы.

— Хочу и смотрю, — ответил, тем временем, Дерзкий. — Ты против?

— Да, против, — с вызовом проговорила обладательница каре.

Я заметила, что сейчас многие люди, что сидели в зале, больше внимания обращали на разгорающийся скандал, нежели на фильм.

— Мне плевать, — хмыкнул парень. На его скуластом лице во всю играла наглая улыбочка.

В ответ он получил горсть попкорна в лицо. Это Лиля, добрейшей души человек, решила с ним поделиться лакомством.

Мы с Никой, переглянувшись, расхохотались, а друзья Дерзкого вообще заржали на весь зал. Однако, стоило парню кинуть короткий взгляд на своих друзей, как их смех прекратился.

За следующим моментом я наблюдала с открытым от удивления ртом. Этот парень, с расслабленной полуулыбкой стряхнул с себя попкорн, а затем, в тот же миг, улыбка его исчезла. Подняв подбородок, он впился в мою подругу уничтожающим взглядом и, резко вырвав у нее из рук ведро с попкорном, одел его Лиле на голову.

Мы с Никой еле сдержались, чтобы снова не расхохотаться.

Лиля, тем временем, пока что молчала, пребывая в шоке. На ее волосах, словно снег, лежал попкорн, так же он лежал на ее плечах и на складках одежды. Наверняка и за шиворот тоже попало. Да уж, давненько я подругу такой злой не видела.

— Ах ты скотина! Ты как посмел, идиотина?! — она, наконец, отошла от шока. — Ты что себе позволяешь?!

Почти все люди в зале уставились в нашу сторону, про фильм они благополучно забыли. Конечно, тут интереснее картина.

Ника закрыла лицо ладонью, раздраженно вздохнув, а я завороженно следила за представлением дальше, уже готовясь уводить отсюда орущую подругу.

Дерзкий, тем временем, жуя жвачку и скрестив руки на груди, с ухмылочкой все это слушал и смотрел на Лильку пренебрежительным взглядом.

Тут, возле нас появились два охранника.

— Вы, девушка, покиньте этот зал, пожалуйста, — будничным тоном потребовал один из них, обращаясь к нашей подруге.

Лилька, которая до этого грозно кричала на парня, позабыв напрочь где она находится, удивленно взглянула на охранников, пару раз моргнув, а потом прикрыла рот ладошкой.

— Упс, — только и проговорила она. — Сейчас мы уйдем.

Мы с Никой уже поднялись со своих мест, облегченно выдохнув.

— Вернее, нет! — Выдала эта ненормальная, за что мы на нее уставились, как на последнюю дуру.

— Ты двинулась? — приподняв бровь, на всякий случай поинтересовалась у нее я.

Подруга, не слушая меня, ткнула пальцем в Дерзкого.

— Пусть тогда и он тоже уйдет, он меня попкорном обсыпал!

Мужчина в форме хмуро взглянул на парня.

— Молодой человек, я вас тоже прошу покинуть зал.

Парень, одарив охранника ледяным взглядом, неспеша пошел к выходу со своими друзьями. Лиля с победным видом лишь посмотрела им вслед.

— Вы это видели? Видели?! Да таких уродов поискать еще надо! — Верещала она, когда мы вышли на улицу.

Уже заметно стемнело и было прохладно. Зажглись многочисленные фонари, что освещали своим ярким светом дорогу и разноцветные вывески всевозможных заведений и магазинов. На чистое, темно-синее небо, по которому сверкающим серебром рассыпались звёзды, взошла белоснежная луна.

Лиля, между тем, продолжала возмущаться, от чего проходящие мимо люди, недоуменно косились в нашу сторону.

— Кретин, болван, ублюдок! — Негодовала она, яростно шагая по асфальту.

— Успокойся, — велела Ника, поморщившись. — На нас уже люди оборачиваются.

— Да пофигу мне! — Отмахнулась подруга, вытаскивая резкими движениями из волос попкорн.

Я, посмеиваясь, помогала ей с этим делом.

— Пойду домой и сожру все мороженое, — через несколько минут решила она, сердито сверкая голубыми глазами. — Испортили весь вечер.

Мы с Николеттой вздохнули. Что верно — то верно. Ну, ничего, еще сходим. Эту мысль я и озвучила, стараясь утешить обиженную подругу.

— Не пойду больше никуда, — пробурчала она, и попрощавшись с нами, завернула в свой двор, мимо которого мы как раз проходили.

— Он ей понравился, — хмыкнула Ника, провожая Лилю проницательным взглядом.

Я взглянула на нее с долей сомнения.

— Думаешь?

— Я уверена, — последовал спокойный, уверенный ответ.

Николетта в людях разбиралась, так что с ней я решила не спорить.

— В любом случае, к завтрашнему дню она уже остынет.

— Скорее всего, — кивнула подруга. — До завтра, Сэм.

— Пока, — обняв ее на прощание, я побрела уже одна до дома, так как Нике нужно было совсем в другую сторону.

Мне еще надо было немного прогуляться, чтобы попасть домой, но я не спешила и шла медленно, с удовольствием вдыхая вечерний воздух и смотря на машины, с шумом проезжающие мимо меня.

глава 6

Кто родился в январе? Вставай, вставай, вставай! Я вздохнула, разлепив глаза. Этой песенкой себя часто будила, но сегодня получалось как-то не очень. Все же пришлось с трудом встать с мягкой кроватки и прошлепать босыми ногами до ванной комнаты. Сделав там себя похожей на человека, я пошла одеваться.

— Даш, — в комнату заглянул Сережа. — Мама завтракать зовет.

— Сейчас иду, — обернувшись, сказала ему я и направилась на кухню.

Возле плиты крутилась родительница с немного небрежным пучком на голове. Тут во всю пахло блинами, шипело масло в сковородке, доносились голоса из телевизора, по которому шел какой-то сериал. Сережа уже сидел за столом и уплетал мамины блины. Я молча села рядом с ним и принялась расправляться с завтраком.

Говорить фразу «доброе утро» не любила — меня почему-то это бесило. Да и вообще по утрам не всегда люблю разговаривать.

— Утро доброе, — зашел в кухню папа, потирая ладони.

Его бодрый, хрипловатый голос разнесся по всей кухне.

— Доброе, — ответили Сережа и мама.

Я ограничилась натянутой улыбочкой и помахала папе рукой.

— Я не понял, это что такое? — с напускной строгостью спросил родитель, забавно меня изобразив.

— Доброе утро, папа, — недовольно выдавила.

— Уже лучше, — садясь за стол, благосклонно кивнул отец. — Дорогая моя, организм требует еды, а на работу идти уже скоро. -Обратился он к маме.

— Сейчас, сейчас, — пробормотала она, накладывая папе блинов.

Маме сегодня на работу позже, поэтому она и решила порадовать нас блинами, которыми я уже наелась. Сказав всем, что ухожу, побежала на пары. Сегодня у меня их было три, но настроение от этого не повышалось.

Забежав в свое шумное учебное заведение, в котором пока что было полно народа и показав студенческий дежурному, стала подниматься на второй этаж.

— Привет, Сэм, — хлопнул меня по плечу Соколов, появившийся бесшумно рядом со мной.

— Привет, — ответила, поморщившись — рука у Димки была тяжелой.

— О да, качалка дает о себе знать, — увидев мое лицо, довольным голосом поведал друг.

— Ой, кач нашелся, — хмыкнув, съязвила я. — Будешь меня защищать от всех гоблинов.

Соколов пожал плечами.

— Да не вопрос, — проговорил он с таким выражением лица, будто по жизни был супер героем и только благодаря ему наш мир цел. — От кого например?

Я хотела ответить, но увидела, как прямо нам навстречу шел Майер своей расслабленной походкой. Он то и дело пожимал всем своим многочисленным знакомым и дружкам руки и улыбался. Рожа у него не треснет от улыбки, интересно? И за что его все так любят?

— Например от него, — пробурчала я, не сводя с Вадима тяжелого взгляда исподлобья.

Дима на меня удивленно посмотрел, вскинув темные брови.

— От Мая? — усмехнулся он. — Ты что? Это ж наш чувачок! Прикольный пацан, кстати.

— И ты туда же, — ответила, нахмурившись.

— Ну подумаешь, облил тебя в столовке водой. Чего теперь-то? — Соколов развел руками. — Казнить его что ли?

Тут, Май, подмигнув паре девчонок, направил свои ласты к нам.

— Привет, ребятки, — лучезарная улыбка расцвела на его лице, на щеках тут же появились ямочки.

Вадим остановился перед нами, засунув руки в карманы светлых джинсов.

— Привет, — неохотно поздоровалась я, не понимая, почему он меня так бесит и одновременно вроде как и не бесит. Чего это со мной?

— Здорово, Май, — пожал ему руку Соколов. — Как ты?

— Отлично, как всегда, — ответил Майер, поправив воротник белоснежной рубашки, что сегодня была на нем. Хорошо она на нем сидела, и не поспоришь. — Даш, мне тебе надо кое-что сказать.

Что? Я не ослышалась? Что этот умник может мне сказать? И все-таки я немного в шоке, что Анин Антон является другом Вадима. Его же тут все знают! Но вроде Май, как ни странно, не зазвездился и относился ко всем хорошо.

— Говори, — кивнула я, заинтересовавшись не на шутку.

Но тут прозвенел звонок, и нам с Соколовым нужно было срочно идти на пару. На физику лучше не опаздывать.

— Я потом скажу, Малышка, — Майер самым наглым образом легонько похлопал меня по щеке.

В его сине-зеленых глазах так и искрилось веселье. Вот придурок! Ему, кажется, нравилось меня бесить! Только я хотела на него наорать, чтоб он перестал меня так называть, как этот козел, напоследок белоснежно мне улыбнувшись, беспечно пошел дальше.

Мы с Димкой, тем временем, быстро зашагали по хорошо освещенному солнечным светом, который пробивался сквозь большие окна, коридору. Мимо нас быстро проходили опаздывающие студенты.

— Малышка? — Вдруг выдал Димка. — Что? Погоди… Малышка?

И он громко заржал, запрокинув голову.

— Заткнись и пошли, — проворчала я. — Нам сейчас влетит. Слышишь? Эй, хорош ржать! — Не выдержав, дала другу подзатыльник.

Он, все еще посмеиваясь, закивал.

— В это конечно сложно поверить, но я все же спрошу. Ты что с Маем того? Мутишь?

Я злобно вытаращила глаза на Димку, расталкивая народ.

— Ты конкретно отупел?! Ни с кем я не мучу! Мутю! Неважно. Ты понял?

Соколов хитро улыбнулся, смотря на меня своими озорными глазами.

— А чего это он тогда тебя малышкой называет, а? — подозрительно и медленно спросил он, все еще лыбясь.

— А я откуда знаю? Пойди и у него спроси. — Сердито ответила я. — Заходи давай, вон наш кабинет. Постучать не забудь.

Дима искоса на меня взглянул.

— Конечно, постучу. Я же не самоубийца.

Да, училка по физике была у нас не очень доброй. Точнее, капец злой.

Мой друг, тем временем, постучав, тихонько открыл дверь.

— Анна Васильевна, можно… — Тут он запнулся, а затем с широкой улыбкой повернулся ко мне. — Ха, Дашка, прикинь, а ее нет! Погнали быстрее, пока она не приперлась.

Я, довольно кивнув, зашла в кабинет вслед за Димкой. На нас тут же обернулась вся наша группа. Соколов, пританцовывая от радости, шагал к третьему ряду, где стояла свободная парта.

— Нас не догонят, нас не догонят! Эй, Сэмми, не отставай, вон за ту пошли, — скомандовал Димка, кивая на пустующую парту и вызывая смешки у наших одногруппников.

— Соколов, ты как всегда! — Прокричал кто-то с другого ряда.

— Ну почему я такой сексуальный?! — Фальшиво запел этот идиот одну песню, а потом, видимо не вспомнив ее дальнейших слов, начал петь другую: — Одинокий мужчи-ина в самом соку…

Я весело хохотала, шагая за другом, но что-то меня вдруг заставило обернуться. Обернувшись, заметила физичку и внутри у меня все сжалось от ее строгого, тяжелого взгляда.

— Хьюстон, у нас проблемы, — прокашлявшись, тихо промямлила. — Дима, придурок, обернись!

Соколов, продолжая напевать, садился за парту. Затем, он все-таки решил меня послушать и обернулся. Веселая песенка в ту же секунду оборвалась. Голубые глаза его округлились, а на лице нарисовалась невинная улыбочка.

Я тихо вздохнула, садясь на стул. В группе повисла тяжелая атмосфера.

— Ой, Анна Васильевна, здравствуйте, — все с той же улыбкой проговорил Димка, подскочив. — Э, народ, вообще-то учитель в классе! Проявите хоть каплю уважения и поднимите свои за… То есть, поднимитесь!

Мои одногруппники, в том числе и я, встали. Странно, но все были сначала в ступоре и ожидали, какая участь ждет бедного Соколова. Одного Диму, кажется, это совсем не волновало. Стоит себе, улыбается, на физичку поглядывает ангельским взглядом.

— Соколов, с тобой все в порядке? — строго поинтересовалась Анна Васильевна, скрестив руки на груди.

Это была женщина лет сорока, одетая в черный, деловой костюм. Лицо ее, на котором красовались модные очки, было строгим, синие глаза имели тяжелый, холодный взгляд, от которого лично мне становилось не по себе.

— Со мной? Ну, да, — как ни в чем не бывало ответил Димка, будто не он распевал песни на всю аудиторию несколько минут назад.

— Мало того что ты вместе с Самойловой, опоздал, так ты еще и орешь песни с неприличными словами, — возмущенно проговорила Анна Васильевна.

Ух, сколько металла было в ее спокойном голосе. Я поежилась, опустив голову. Может, пронесет?

— Почему вы считаете слово «сексуальный» неприличным? По-моему нормальное слово! Тем более это правда, — с гордыми нотками в голосе отозвался Соколов. — Или вы сочли неприличным другое слово?

Ой дура-ак. Я ткнула друга в бок, чтобы прекратил нести чушь, но он, кинув на меня короткий взгляд, снова посмотрел на преподавательницу, которая, кажется, была в шоке. В глазах ее плескались гнев и удивление.

— Соколов, ты находишься в учебном заведении, веди себя тут соответственно! Мне директрисе пожаловаться? Еще один такой фокус, и я напишу докладную на всю группу. — Женщина, хмуро взглянув на Димку, величественно прошла к своему столу. — Садитесь.

Мы и остальные студенты с облегчением сели. Все же мой немного недалекий друг являлся любимчиком всей группы, поэтому за него многие переживали.

— Ты совсем идиот? — через какое-то время тихо прошипела я, следя глазами за тем, что чертила на доске Анна Васильевна. — С этой теткой шутки плохи, Соколов. Она тебя сожрет и костей не оставит.

— Ой, Самойлова, напугала кота сосиской, — тихо, но пренебрежительно ответил мне Димка. — Я знаю подход ко всем учителям, так что расслабься.

После своих слов он вальяжно откинулся на спинку стула, изображая короля и победно мне улыбаясь.

— Соколов, ты почему не пишешь? Сейчас к директору отправлю! — Рявкнула преподавательница, заставив Димку своим ледяным голосом резко склониться над тетрадью и продолжить писать конспект.

Я тихонько усмехнулась, промолчав. Сейчас говорить было нежелательно.

Пара пролетела, как ни странно, быстро. На следующем занятии я уселась рядом с Никой и без зазрения совести проболтала с ней все полтора часа, получив при этом кучу замечаний.

— Чего у нас сейчас будет, телочки? — поинтересовался у нас Димка, когда прозвенел долгожданный звонок на перемену. При этом друг обнял нас обеих за плечи, смотря то на меня, то на Нику.

Подруга, состроив недовольную рожицу, дала Соколову подзатыльник.

— Соколов, следи за словами, — грозно сказала она.

— А то что? Заколдуешь? — На Димкином лице нарисовалась нахальная улыбочка.

— Закопаю, — спокойно, но как-то зловеще пообещала моя подруга.

Соколов в ответ лишь махнул рукой.

Так мы и шли по просторному коридору. Димка продолжал виснуть на наших плечах и шагал посередине.

— Все, Соколов, сил больше нет тебя тащить. Давай отваливай, — пробурчала я, оттолкнув друга.

— Слабачки, — озорным голосом проговорил он, — ладно, бэйбы, я иду домой, — и, резко хлопнув нас ниже спины, быстро рванул вперед, весело гогоча. — Не скучайте!

— Соколов, я тебе все руки переломаю, скотина! — злобно крикнула я ему вслед.

Ника ограничилась хмурым взглядом, а вот Димка, послав нам воздушный поцелуй, скрылся за углом.

— Идиот, — коротко прокомментировала моя подруга.

— Конкретный, — согласилась я. — Завтра он у меня получит.

Мы с Никой направились на последнюю пару, и, отсидев ее с трудом, разошлись по разным сторонам, так как подруге надо было сдать какую-то работу математичке.

Я же, растолкав тех, кто попадался мне на пути, спустилась по широкой лестнице и вышла из колледжа. Облегченно вздохнула.

На улице было хорошо и по-весеннему тепло, солнце, что зависло в чисто-голубом небе освещало своими яркими лучами все вокруг. Мимо меня то и дело проходили люди, среди которых были и студенты. Да, гулять сейчас самое то. Поправив рюкзак, что висел на плече, направилась подальше от колледжа по асфальтированной дорожке.

Тут меня кто-то приобнял за плечо. Я, почувствовав приятный аромат мужских духов, взглянула на того, кто шел рядом со мной.

— Чего тебе, Майер? — вздохнула, взглянув снизу вверх на брюнета. — И руки свои убери, а то налетят на меня твои фанатки и побьют.

Вадим хохотнул, но руку не убрал.

— Да ладно тебе, Даш. Ты же моя хорошая знакомая, — весело сказал он мне.

Тут я удивленно взглянула на Мая, чьи глаза были слегка сощурены от солнца.

— Ты совсем рехнулся? Никто головушкой твоей в футбол не играл? — пробубнила, нахмурив брови. — Какая я тебе хорошая знакомая? Я твой страшный кошмар. Бойся меня, смертный.

Между тем, все вокруг на нас заинтересованно смотрели, особенно девушки. Чего они пялятся? Ну да, крутой парнишка шел рядом со мной. Завидуйте, курицы. Но все равно это мне не нравилось.

— Прекрати, Малыш, ты не кошмар. Тем более мой друг женится на твоей сестре, мы должны с тобой общаться. Поняла? — Выдал он, заглядывая при этом в мои удивленные глаза и ожидая ответа.

— Перестань меня так называть, идиот, и убери руку! — проворчала я. — Меня бесит, что на нас все смотрят!

Вадим чуть нахмурился.

— Даша, нужно забивать на то, кто как смотрит, и кто что думает. Тебе это разве жить мешает?

— Нет, но меня это бесит. Чего ты вообще ко мне подошел?

Тут Май призадумался, слегка склонив голову вбок, а затем звонко щелкнул пальцами, продолжая смотреть на меня озорными глазами.

— Ты должна мне помочь.

глава 7

Что? Я не ослышалась? Сам Майер просит у меня помощи? Ха! Вот он странный. Нашел у кого помощи просить.

— В чем я могу тебе помочь? — Удивилась, взглянув в сине-зеленые глаза, которые явно что-то задумали. — Я тебе могу помочь разве что съесть что-нибудь вкусное. Больше ни на что можешь не рассчитывать.

Май усмехнулся, покачав темноволосой головой.

— Ты такая забавная, Сэм, — с усмешкой на лице проговорил он. — Пойдем со мной и я тебе расскажу, в чем ты мне поможешь.

Через несколько минут мы оказались в зеленом сквере, что находился неподалеку от колледжа. Тут было прохладно и красиво. Но я сюда не любоваться видами пришла, а узнать в чем заключается моя помощь. Поэтому, усевшись вместе с Вадимом на черную лавочку с удобной спинкой, мимо которой изредка прогуливались люди по каменистой дорожке, принялась ждать рассказа Мая, но перед этим спросила:

— С чего это ты вообще взял, что я помогать тебе стану?

Тут Майер призадумался, потерев большим пальцем подбородок.

— Наверное потому что это касается Ани и Антона, — деланно задумчиво проговорил он, хитро смотря на меня. — Да, скорее всего поэтому. Так что, поможешь мне, Малышка?

Я сначала снова удивилась (сколько можно-то? Скоро глаза на лоб полезут!), а потом свела брови на переносице и окинула Вадима недовольным взглядом.

— Еще раз назовешь меня малышкой — окажешься в морге, ясно тебе, дубина? — проворчала, смотря на то, как Майер мне весело улыбается. Не верит, гад. — В чем заключается помощь моя? Ничего без Дашеньки не можешь.

Вадим чуть наклонился вперед, поставив локоть на колено, а потом посмотрел на меня, подперев ладонью лицо.

— В общем, как ты знаешь, у Тохи и Ани скоро свадьба, — начал он.

— Ага, на следующей неделе, — уточнила я, тут же его перебив. — Снова мне твою наглую рожу видеть.

Май, как ни в чем не бывало продолжил, пропустив сказанные мной слова мимо ушей. Его глаза внимательно смотрели в мои.

Он вообще, как я заметила, всегда уверенно смотрит собеседнику прямо в глаза. А вот я — не всегда. Иногда, почему-то, стесняюсь. Но вот с Майером такого не было — этот человек хорошо располагает к себе людей. С ним легко, хоть он и дебил редкостный.

— Антон собирается сделать для Ани сюрприз, но времени у него нет. В последнее время у моего друга много работы — все деньги идут на свадьбу, — все также смотря в мои любопытные глаза, говорил Вадим. — И он попросил меня и тебя помочь ему. Понятно? — Я молча кивнула, приготовившись слушать дальше. — Пока Антон с Аней будут в кино, мы должны будем пойти к ним домой и все приготовить. Ключи Антон мне уже дал, — Майер помахал перед моим лицом ключами, которые тут же звонко зазвенели и спрятал их в карман.

— У меня два вопроса: почему именно я? И что нам делать-то надо будет? — нахмурилась, недоуменно смотря на собеседника.

— Ну, сначала Антон хотел позвать весьма симпатичную подружку Ани, — тут на лице Вадима сверкнула довольная улыбочка. — Но она куда-то уехала, так что пришлось позвать тебя. А что делать я потом объясню, когда туда поедем.

Я издевательски хохотнула.

— Вот ты кабель! Думаешь, тебе бы что-нибудь перепало с Таней? — сразу поняла, о какой подруге говорит Майер. — И не мечтай!

— Я и не мечтаю, Малыш. Любая девушка бы хотела, чтобы я побывал в ее постели, — будничным тоном проговорил он со смехом в глазах, а потом, слегка наклонившись ко мне, проникновенно добавил: — Даже ты.

— Что?! — возмущенно крикнула я на всю округу, спугнув несколько голубей, которые тут же резко взлетели.

Лицо мое то бледнело, то краснело, светло-карие глаза округлились от возмущенного удивления, а рот приоткрылся, не зная, что сказать.

Майер тем временем весело хохотал, облокотившись на спинку лавочки и запрокинув голову. Вот дебил! Ну, просто дебил! Его чуть хрипловатый, но заразительный смех прекратился, и теперь он с веселой усмешкой на губах смотрел в мое злое лицо.

— Ты чего несешь, Майер? Совсем того, чик-чирикнулся? — пробурчала я, грозно смотря на Вадима. — С чего ты взял что я этого хочу, а?

— Этого все хотят — ты не исключение, — пожал он плечами. — Но прости, Даша, ты еще совсем ребенок, поэтому я вынужден тебе отказать.

Просто разрываясь от гнева, смотрела на веселящегося Мая, что открыто надо мной издевался.

— Ты совсем офигел?! — Заорала я, вскочив с лавочки. — Придурок!

Вадим, посмеиваясь, смотрел на злую меня.

— Даш, не злись так. Если хочешь, то подожди пару лет, и тогда я, возможно, не откажу, — тут он мне подмигнул.

Ну и клоун, слов нет. Я грозовой тучей нависла над Майером, чье лицо светилось невинностью. Но на меня все его штучки не действуют.

— Ничего я не хочу, валенок! За что? Ну за что он свалился на мою бедную голову?! — Вздохнув, обреченно возвела глаза к небу.

Май, тем временем, встал с лавочки и оказался напротив меня.

— Кстати, сегодня в семь я за тобой заеду, так что будь готова, Малышка, — явно что-то вспомнив и слегка нахмурившись, проговорил он. — Сначала поедем в магазин и купим все, что нужно, а потом домой к молодоженам.

Хотела было что-то ему ответить, но услышала странное шевеление в кустах, которые росли недалеко от лавочки и вздрогнула. Май недоуменно посмотрел туда же, куда и я.

— Чего это там? — с опаской спросила, но Вадим мне ничего не ответив, не спеша, пошел к кустам. — Эй, пошли отсюда. Мало ли что там? И вообще, я домой хочу.

Майер обернулся и, кинув прощальный взгляд на кусты, подошел ко мне.

— Пойдем, Малышка, — приобняв меня за плечо, сказал он, повернув голову в мою сторону.

— Как ты достал уже меня так называть!

— Если хочешь, я могу называть тебя карапузом или пупсиком? — Вадим, шагая рядом со мной, держал серьезное лицо, но глаза его смеялись.

— Не дай Бог ты меня так назовешь, — предупреждающе смотря на него, проворчала я, — язык твой оторву и на нем же тебя и повешу.

Майер мне умиленно улыбнулся.

— Как скажешь, — пожал он плечами.

Мы вышли из сквера и оказались возле широкой дороги, по которой с ревом носились машины, поднимая пыль. Я уже собралась шагнуть вперед, как кое-чья наглая рука схватила меня за шиворот и потянула обратно. Обернувшись, смерила Мая недобрым взглядом.

— Совсем уже? Чего творишь, дятел?

— Они носятся, как сумасшедшие, Даша, — пояснил мне Вадим, кивнув на дорогу. — Так что постой на месте, если тебе дорога жизнь. И как ты дожила до своих лет?

— Так и дожила, — недовольно пробубнила, чувствуя в который раз себя глупым ребенком рядом с ним.

— И сколько тебе? Пятнадцать? — Сине-зеленые глаза смеялись, заставляя меня хмуриться.

— Если ты сейчас же не заткнешься, то я толкну тебя, гад, под колеса этих машин!

Майер снова пропустил мои слова мимо ушей, а потом, взяв меня за руку, уверенно пошел вперед. Я, недоуменно смотря ему в спину, пошла следом, стараясь вырвать ладонь из его хватки. Не получилось.

— Эй, отпусти мою руку, — завопила, стараясь перекричать рев машин.

Вадим, обернувшись, весело мне улыбнулся, но ничего не сказал. Отпустил он мою руку только тогда, когда мы оказались на другом конце дороги.

— Ну все, я пошел, — проговорил он, сощурив глаза на солнце и смотря на меня. — Ты помнишь? Я заеду за тобой в семь. До встречи, Малышка.

И с этими словами этот умник, развернувшись, беспечно пошел в другую сторону, а я так и осталась стоять на месте, недоуменно смотря ему вслед. Через несколько секунд, недовольно поджав губы, показала один неприличный жест Майеру. Он, конечно же, его не видел, но мне как-то полегче стало.

Потоптавшись на месте, направилась в сторону своего дома, ожидая вечера.

глава 8

Статная, высокая блондинка пристально смотрела вперед, слегка нахмурив брови «домиком». В ее холодных, синих глазах отражалось недовольство и пренебрежительность, а слегка пухлые губы, накрашенные алой помадой, были поджаты.

— Оля? — прислонив дорогой телефон к уху, проговорила высокомерным, хорошо поставленным голосом девушка. — Спускайся вниз. Это срочно. И что? Спускайся, ты должна мне помочь. Да. Быстрее.

Настя, а именно так звали обладательницу длинных волос, что слегка раздувал ветер, достала достала пачку сигарет из черной сумки и не спеша закурила, все также смотря вперед и ловя на себе восхищенные взгляды прохожих. К ним она привыкла, поэтому ей было на них все равно.

Когда девушка уже почти докурила, перед ее глазами появилась Оля. Это была обыкновенная, русоволосая девушка среднего роста, одетая в белую ветровку и темные джинсы.

— Что случилось-то? — поинтересовалась она, удивленно взглянув на подругу своими серо-зелеными глазами.

Настя, выкинув сигарету, перевела спокойный взгляд на удивленную подругу.

— Смотри, с кем стоит Вадим. Минуту назад он шел в обнимку с этой… девушкой, — снова внимательно посмотрев вперед, холодно и спокойно проговорила Настя. Но внутри нее царила буря из обиды, злобы и ревности.

Оля тоже с интересом взглянула вперед.

— Ох ты, вот это да! Смотри, как на них все смотрят. Странно, что он идет с ней, это не Майерский вкус. Совсем не Майерский, — задумчиво проговорила она, покачав головой, а потом с сочувствием посмотрела на внешне спокойную Анастасию. — Но девчонка симпатичная, хоть и одета простовато, да и на модель не тянет совсем. А ведь у Майера всегда девушки были красотки, ты тому подтверждение, Насть.

Легкая улыбка тронула яркие губы блондинки, что прищурив синие глаза, внимательно следила за Маем и его подружкой. Странно, но девчонка на Вадима смотрела совсем не влюбленными глазами, а даже наоборот — с вызовом, но без ненависти и злобы.

— Оля, пошли. Мы должны проследить за ними, — решительно сказала Настя, глядя на то, как парочка куда-то уходит. — Быстрее, за мной!

И она уверенным, быстрым шагом направилась вперед. Оля, вздохнув, догнала подругу, недоуменно на нее взглянув. Уж она-то знала, сколько с виду сильная, холодная девушка страдала из-за Мая, с которым она рассталась несколько недель назад. Настя собиралась вернуть Вадима, но он был непреклонен и настойчиво, но мягко отказывал ей.

— Насть, что тебе это даст, а? Может уже хватит заниматься глупостями? — еле успевая за подругой, проговорила Оля.

— Что мне это даст? Я должна знать соперницу в лицо, если она, конечно, соперница, — хмыкнула блондинка, переходя широкую дорогу. — И нет, не хватит. Я сама решу, когда хватит, а когда нет. Я верну Мая, потому что… потому что он мне нужен, ясно? Да, я совершила ошибку, что бросила его ради того мажористого парня. Но я осознала свою ошибку, понимаешь, Оль? Осознала. Я скучаю по Вадиму. Мы были идеальной парой, и никакие заморашки, вроде той, что стояла с ним, мне не помешают!

Русоволосая лишь вздохнула. Подруги перешли дорогу и оказались в небольшом, зеленом сквере, в котором царила тишина.

— Ну и где они? — Недовольно проговорила Настя, остановившись и осматриваясь.

Оля стала прислушиваться к звукам, но ничего не услышала и пожала плечами.

— Не знаю, я ничего не слышу, — растерянно сказала она. — Но они могут быть где угодно.

— Идем туда, — кивнув в сторону каменистой дорожки, скомандовала блондинка через некоторое время. — Мы должны их найти.

— Хорошо, пошли, — вяло согласилась Ольга, понимая, что подруга скоро сойдет с ума из-за Майера.

Через десять минут поиска девушки все же нашли парочку и решили спрятаться за зелеными, густыми кустами, чтобы все узнать.

— Кстати, сегодня в семь я за тобой заеду, так что будь готова, Малышка, — раздался приятный голос Вадима, заставив Настю окаменеть. — Сначала поедем в магазин и купим, что нужно, а потом домой к молодоженам.

Блондинка со смесью удивления и раздражения в глазах смотрела из-за кустов на Мая и на наглую девчонку, что посмела ей мешать.

— Что значит он заедет за ней в семь?! Черт! — тихо бормотала Настя, не отрывая негодующего взгляда от пары. — Почему он называет ее Малышкой?

— Успокойся и веди себя тише, Насть, иначе нас точно заметят, и ты так ничего и не узнаешь, — шикнула на нее Оля, чуть нахмурив брови.

Анастасия, согласившись с подругой, промолчала, внимательно прислушиваясь к разговору, но нечаянно задела рукой кусты, которые тут же зашелестели.

— Чего это там? — с опаской спросила девчонка, удивленно смотря на кусты своими светло-карими, выразительными глазами.

Подруги с ужасом услышали шаги приближающегося Вадима и замерли, боясь дышать.

— Эй, пошли отсюда, мало ли что там. И вообще, я домой хочу, — послышался громкий, нагловатый голосок.

Настя и Ольга расслабились, облегченно выдохнув.

— Пойдем, Малышка, я провожу тебя, — донеслось до них уже не слишком громко, так как Май и светловолосая не спеша уходили в сторону выхода из сквера.

Девушки, выждав минуту, вылезли из кустов, отряхиваясь от листьев. Анастасия, молча сев на лавочку, не спеша, но нервно закурила. Оля села рядом с ней и окинула подругу жалостливым взглядом, но говорить пока что ничего не решалась.

— Думаешь, они вместе? — отстраненно поинтересовалась Настя, спокойно выдыхая дым и смотря перед собой.

Русоволосая, чуть подумав, ответила:

— Ну, не знаю. Он называет ее малышкой и обнимает, а еще, получается, что они вместе ходят по магазинам и гуляют, — пробормотала она неуверенно. — Блин, Насть, я не знаю, но скорее всего, они вместе.

— Но если бы они были вместе, об этом знал бы весь колледж, — задумчиво смотря на тонкую, тлеющую сигарету, озадаченно проговорила блондинка.

— Может быть они недавно начали встречаться? — предположила Оля. — Как думаешь?

Настя пожала плечами, выкидывая сигарету.

— В любом случае нашу Малышку, чтоб ее, ждет интересный разговор.

Ольга удивленно взглянула на подругу серо-зелеными глазами.

— Насть, ты чего? Ты что задумала? — тревожно спросила она.

Анастасия в ответ ухмыльнулась.

— Ничего особенного. Я предупрежу эту соплячку о том, что не стоит трогать мое. А если не поймет, то тогда ее ждут более серьезные последствия — уж я позабочусь об этом.

Русоволосая покачала головой, прикусив губу.

— Маю это все не понравится…

Настя встала с лавочки, поправив шикарное платье.

— Вряд ли он об этом узнает, — в ее глазах блеснуло злорадство. — Идем, Оля, у меня еще есть дела.

Ольга, кивнув, встала с лавочки и пошла вместе с подругой по каменистой дорожке. Ей это все не нравилось, но Насте она перечить не хотела. Если она что-то решила, то ее уже не остановить.

глава 9

Ровно в семь вечера я стояла возле своего подъезда, высматривая Майера, который, зараза, опаздывал. Ну и где этот идиот, спрашивается?!

Ладно, раз его так долго нет, то буду наслаждаться хорошей погодой. На улице стоял неплохой вечерок, небо еще было голубым, но солнце потихоньку уже начинало садиться, хоть и ярко светило, заставляя меня щуриться.

На детской площадке во всю резвились дети, чьи радостные визги доносились до моих ушей. Они, словно обезьяны мелкие везде прыгали и бегали, то вися на турниках, то качаясь на качелях.

Тут, неподалеку от меня плавно остановилась черная иномарка, поблескивающая в лучах заходящего солнца. Через несколько секунд стекло не спеша опустилось, показывая мне профиль Майера. Ого, это что же, у него такая крутая тачка? Ох, не зря я согласилась ему помогать, не зря! Покатаюсь хоть!

Вадим, тем временем, весело улыбнулся, смотря на меня с интересом.

— Даш, времени мало, так что запрыгивай, — сказал он, кивнув на второе сидение.

Я, опомнившись, направилась к машине, а потом, плюхнувшись в кресло, вальяжно вытянула вперед ноги, обутые в оранжевые кеды.

— Трогай, шофер, — скомандовала, покосившись на Мая. — чего уставился? — я обвела взглядом шикарный салон Майерской тачки. -Эх, это все мне за мою великую доброту.

Вадим, до этого слушающий меня с выгнутой бровью, усмехаясь, покачал головой.

Иномарка сдвинулась с места, мягко выезжая со двора, а я принялась с интересом смотреть в окно.

— Так это твоя, да? — деловито поинтересовалась, кинув короткий взгляд на Мая.

Теперь мы мчались по широкой дороге среди других машин. Мимо проносились разные дома и здания. Где-то вдалеке виднелся зеленый парк, над которым возвышалось колесо обозрения. Ну, или оборзения, как я его часто называю.

— Моя, да, — ответил Майер, не отрывая внимательного взгляда от дороги.

— Мы в магазин? — покачивая ногой, обтянутой узкими джинсами, спросила я.

Вадим кивнул.

— Нужно купить свечи, цветы и другие продукты, — сосредоточенно проговорил он.

Я брезгливо поморщилась.

— Фу, ну и сопли, — сказала, уворачиваясь от настойчивого луча солнца, что бил в лобовое стекло.

— Какая же ты маленькая, — с легкой усмешкой на губах сообщил мне Майер. — Но я тоже не особо люблю все это.

Я хмыкнула, кинув в него подозрительный взгляд.

— Мда? А мне казалось, что ты, наоборот, любитель всего ванильно-дебильного.

Вадим, посмотрев в мою сторону, весело мне улыбнулся, от чего я еле сдержалась, чтобы не улыбнуться ему в ответ.

— Это не оригинально, а я люблю удивлять. Так ты обо мне думаешь, Даш?

Я тут же сделала такое выражение лица, будто съела что-то противное.

— Нет, конечно, — презрительно фыркнула. — Сдался ты мне. Ты вообще что несешь, Майер? На солнышке перегрелся?

— О, а вот и то, что нам нужно, — пропустив мои колкости мимо ушей, довольным голосом поведал Вадим, подъезжая к здоровенному торговому центру, возле которого машин было столько же, сколько муравьев в муравейнике.

Спустя несколько минут мы уже шагали по прохладному зданию, обходя многочисленных людей с разными пакетами в руках. Тут было прохладно, и играла приятная музыка. Проходящие мимо девушки просто пожирали своими глазищами Майера, который на них не обращал внимания. На меня же эти курицы смотрели как на врага народа. Так и хотелось им язык показать, но я этого не сделаю. Я же приличная. Бываю.

Вадим, между тем, взял меня за руку и потащил в ближайший отдел, где продавались разные мелочи. Я недовольно на него посмотрела, но все же продолжала плестись следом.

— Даш, шевели конечностями, — обернувшись, велел он. — Мы должны все успеть.

— Шевелю, — пробурчала, засмотревшись на прикольные наушники, что продавались в другом отделе. — Эй, умник, — тут я дернула Мая за руку. — А кто платить-то будет? Я не буду, я — бедный студент, который на все деньги, что были, купил себе еды и съел ее.

Вадим снова обернулся, окинув меня смеющимся взглядом.

— Я заплачу, не волнуйся.

— Ой, ну вы только посмотрите, какие мы щедрые, — хмыкнула я, заходя вместе с Маем в нужный отдел. — Может, ты мне еще и шоколадку купишь? — нет, я не обнаглела.

— Может, и куплю, — послужило мне загадочным ответом.

— А может две? — веселясь, спросила, периодически дергая Вадима за руку.

Тут, он повернулся ко мне, из-за чего я чуть ли не врезалась в него. До моего носа тут же донесся приятный мужской парфюм. Сине-зеленые глаза серьёзно посмотрели в мои.

— Я куплю тебе три шоколадки, если перестанешь дергать меня за руку, идет?

Я довольно кивнула.

— Базару ноль, — ответила, предвкушая, как буду уплетать за обе щеки любимое лакомство, а потом, увидев то, что нам надо, воскликнула: — о, свечи! Двигаем туда.

Теперь уже я потащила за собой Мая, быстро шагая в сторону разноцветных, плоских свечек, что лежали на полке рядом с прочей романтической фигней.

— Какие брать надо? — деловито поинтересовалась.

— Самые лучшие, кончено, — уверенно ответил Вадим.

Все-таки умеет он дружить — не поспоришь. Обычно такие добрые люди, как Майер, вызывают у меня раздражение и недоверие — они всегда казались мне лицемерами с гнильцой внутри. Но Май, кажется, все-таки не такой, как многие. Он, правда, добрый и не скрывается за маской.

Я скептически следила за тем, как Вадим, нахмурив брови, вертит в руках то одну свечку, то другую, а потом, закатив глаза, отобрала у него несчастные свечи и закинула в корзину.

— Хорош на них пялиться, бери еще несколько и пошли. Что еще нам надо купить?

— Нам нужно вино, цветы и продукты, — ответил Май, шагая вместе со мной к кассе. — Так что пойдем в продуктовый, а позже заедем за цветами.

Оплатив то, что купили, мы направились в нужную нам сторону.

— Даш, возьми тележку, — попросил меня Вадим, когда зашли в нужный отдел.

Пожав плечами, направилась к тележкам и, взяв одну, прикатила ее к Майеру. Потом, подумав, запрыгнула внутрь и свесила ноги вниз, довольно улыбаясь.

— Поехали, чего встал? — я закинула ногу на ногу и обернулась на недоуменного Вадима. — У меня тут своя тачка, не хуже твоей.

— Ты уверена? — вскинув брови, уточнил он, оглядываясь по сторонам.

Люди, проходящие мимо, окидывали нас не особо добрыми взглядами, хотя, большинству из них было плевать.

— Поехали, говорю, я тут не молодею вообще-то, — окинув полки с продуктами царским взглядом, скомандовала я.

Майер, чуть ли не смеясь, задорно блеснул глазами и покатил меня по торговым рядам. По мере нашего пребывания в продуктовом отделе я все больше и больше утопала в разных продуктах. Да, Вадим оказался щедрым, поэтому закидывал тележку кучей всякой всячины.

Но мои покатушки в магазинной тележке были недолгими. Не успела я, так сказать, получить удовольствие, представляя, что все эти сыры, шоколад, фрукты и овощи потом будут моими, как Май подвез меня к кассам. Пришлось с грустным вздохом вылезать из тележки под неодобрительный взгляд кассирши. Но, должна сказать, когда Вадим ей улыбнулся и сказал «спасибо» — она растаяла.

Через несколько минут я с важным видом шагала по торговому центру к выходу, победно ухмыляясь проходящим мимо девушкам. Майер шагал сзади, держа пузатые пакеты с продуктами в руках.

Когда мы вышли на улицу — в темнеющем небе уже красовался яркий закат. Садящееся солнце горело огнем, подсвечивая ватные облака оранжеватым светом.

— Ну что, поехали? — Вадим галантно открыл передо мной дверь своей машины. Сейчас его волосы, что трепал легкий ветер, слегка отливали рыжим.

— Поедем, но для начала ответь-ка, дорогой мой друг, на один вопрос, — начала я, скрестив руки на груди. — Где мои шоколадки, а?! Зажал? Я их, между прочим, заслужила!

Майер весело расхохотался.

— Твои шоколадки в пакете, не переживай, Малыш, — сказал он, а потом подтолкнул меня к машине. — Садись и поехали. Нам нужно еще заехать за цветами.

Через некоторое время мы, наконец, оказались у Ани и Антона дома. Разувшись, прошли на кухню, которая встретила нас своим уютом и тиканьем часов.

Майер поставил пакеты на пол, и потянувшись, кинул в меня озорной взгляд.

— Ну что, готова?

— Я? Если ты про готовку — то нет, — я даже ладони перед собой выставила. — Готовить не умею, могу только «Ролтон» заварить, но Аня и Антон это вряд ли оценят.

Вадим усмехнулся, наклонившись к пакетам, что стояли возле его ног.

— Готовить буду я, а ты мне поможешь, — сказал он, выкладывая на столе покупки.

Я с изумлением следила за ним, округлив глаза. Что? Майер умеет готовить? Вот это номер! Я точно должна это увидеть.

— Ладно, но предупреждаю — мои прекрасные ручки растут не из того места, так что заранее извиняюсь, — я потеряла ладони друг от друга, осматривая продукты. — Ну что, говори что нужно делать. Начнем!

— Хорошо, — Вадим щелкнул меня по носу, а потом принялся искать нужный рецепт в интернете.

Спустя минут десять мы уже стояли вместе и нарезали овощи для какого-то замудренного салата. У меня, конечно же, получилось все косо и криво, то ли дело у Мая — аккуратно и красиво. Что за несправедливость царит на этой кухне?

— Майер, мать твою, как ты научился готовить? — недоумевала я, смотря на то, как Вадим высыпает кусочки сочных помидоров в красивую тарелку.

— Я много чего умею, — отозвался он, подмигнув мне.

— Не сомневаюсь, — хмыкнула я, радуясь, что покончила с нарезкой дурацких огурцов. — Ты заставляешь чувствовать меня ущербно.

— Как я еще заставляю тебя чувствовать, Малышка? — на лице Мая заиграла веселая улыбочка.

— Раздраженно, — мрачно ответила, положив нож на стол. — Ты когда-нибудь перестанешь меня так по-идиотски называть?

Сине-зеленые глаза светились смехом.

— Хорошо, что ты положила нож, — Вадим потянулся за сыром. — Мне уже не так страшно.

— Ты опять издеваешься, упырь? — я схватила нарезанные помидоры и кинула их в Майера. — Жуй и помалкивай.

Он, вместо того, чтобы как-то выразить свое недовольство, расхохотался, закинув в рот парочку кусочков.

— Малышка, если ты продолжишь переводить продукты, то нам нечего будет готовить, — заметил Вадим.

— Если ты продолжишь называть меня Малышкой, то тебе нечем будет дышать, — изобразив зловещий взгляд, сообщила ему я. — Давай, говори, что еще нужно делать.

По такому принципу мы и готовили: Май показывал как и что делать, а я повторяла, стараясь запоминать. Возможно, благодаря этому увальню даже втянусь в готовку и буду радовать папу своей стряпней. Вот он будет рад. Может быть даже побольше будет подкидывать на карманные расходы?

Готовить с Вадимом мне нравилось, с ним было весело, да и время пролетело незаметно. Накрыв стол красивой скатертью, мы расставили на нем приготовленные блюда и свечи.

— Что-то мы забыли, — призадумался Май, слегка нахмурив брови.

— Цветы, наверное, — я пожала плечами, рассматривая свои ногти.

— Да, точно!

Спустя пять минут на столе красовалась красивая ваза с благоухающим букетом из красных и белых роз. Я даже слегка улыбнулась. Какие же мы все-таки молодцы! Эх, повезло Аньке с сестрой.

— По-моему получилось здорово. А ты что скажешь, Даш? — Майер приобнял меня за плечи.

— Руки свои убери, гад, — недовольно покосившись на него, велела я. — Да, думаю Антон и Аня заценят наши старания. Домой докинешь?

Вадим кивнул, после чего мы напоследок проверив, все ли в порядке, обулись и вышли из квартиры.

Некоторое время ехали молча. За окном, один за другим пролетали яркими вспышками фонари, что кидали свой мимолетный, оранжеватый свет на сосредоточенное лицо Мая. Я, чувствуя усталость, решила проверить телефон.

Мои глаза удивленно округлились, смотря на экран. Звонки от мамы, Ники, Лили. Вот черт! Я совсем забыла включить звук. Надо будет перезвонить девчонкам, а маме звонить нет смысла — итак через пять минут увижу ее и получу знатных люлей. Что ж, мне не привыкать.

— Спасибо, Даш, что помогла мне, — Вадим кинул на меня короткий взгляд. — Без тебя было бы скучно.

Я ему улыбнулась. За все время улыбнулась просто, без ехидства и озорства.

— Не за что, тем более я помогала по большей части сестре и ее мужу.

— Тоже верно, — приподняв брови, согласился Май, слегка кивнув. — Моему другу повезло с женой.

— Конечно, — зевнув, согласилась я.

— Чем планируешь заняться дома? — поворачивая руль, поинтересовался Вадим.

— Залягу на дно ванной, — отозвалась, еще раз зевнув. — А ты?

— А я, пожалуй, позвоню Алене, или Инне, — задумчиво проговорил Вадим, а потом, чуть нахмурив лоб, добавил: — Хотя нет, Инна сегодня занята. Придется Алене звонить. Или…

Не успел он договорить, как его телефон сам зазвонил, и Майер, одной рукой ведя машину, принялся отвечать.

— Привет. Прости, я был занят. Да, весь день. Ты что-то хотела?

Я с интересом слушала разговор. Кажется, звонила его очередная цыпочка.

Лицо Вадима озарила довольная улыбка.

— Меня хотела? Можно сегодня вечером. Прости, но мы не встречаемся, так что я буду проводить время с кем хочу. Заеду за тобой через час, будь готова.

И с этими словами Май отключился. Я смотрела на него с приподнятыми бровями и удивленной улыбкой.

— Браво, мачо, — выдала, хлопнув в ладоши. — Ну, ты даешь!

— Не я, а мне, — и этот нахал мне развязно подмигнул, подъезжая к моему дому.

— Ладно, пока, покоритель женских сердец, — хмыкнув, сказала я, открывая дверь. — Повеселись.

— Пока, Даша, — Вадим обаятельно мне улыбнулся. — Завтра увидимся.

Кивнув и закрыв дверь, пошла домой, готовясь к супер концерту от мамы. Но, как оказалось, родительница злилась не сильно, поэтому немного послушав нотации, я пошла к себе в комнату. Там списалась с подругами «Вконтакте», объяснив, что была занята и поэтому не брала трубку, после чего отправилась нежиться в горячей ванной перед сном.

Ника и Лиля будут в шоке, узнав, что я общаюсь с Маем, а отойдя от шока убьют меня за то, что им ничего не рассказывала. Почему не рассказываю — сама не понимаю.

Хотя, смысл им рассказывать? Скорее всего дальше общаться мы с Вадимом не будем. Зачем ему общение со мной? Он общается с девушками другого типа. Впрочем, мы с Маем могли бы быть неплохими друзьями — он меня даже уже почти не бесит, как ни странно. Шоколадки мне купил… Черт, Шоколадки! Я их забыла у него в машине! Ну, не дай Бог он их отдаст одной из своих куриц!

глава 10

Сегодня было неплохое утро. Я даже легко встала с кровати, без желания убивать. Солнце уже вовсю светило, а его яркие лучи, что пробивались сквозь приоткрытое окно, из которого доносились звуки улицы, заставляли меня жмуриться. Но все же я, довольно улыбнувшись, потянулась и пошла приводить себя в порядок.

Быстро позавтракав вместе с Сережей, побежала в колледж, надев перед этим майку морского цвета, сверху легкую, белую ветровку и джинсы.

— Привет, подруга, — бодро поздоровалась я, плюхнувшись рядом с Никой, которая удивленно на меня покосилась своими темно-карими глазами.

— Что это с тобой, Сэм? Ты сегодня вовремя, — заметила она, с интересом смотря на меня. — Кажется, сегодня у историка не будет сорван голос из-за тебя.

Довольно улыбнулась, вытаскивая из рюкзака свой блок с изображением рыжего кота с черной гитарой в лапах.

— Не знаю, как так вышло, но я с легкостью встала, и что самое главное — у меня хорошее настроение.

Подруга, приподняв брови, только головой покачала, слегка улыбнувшись.

— Здорово, куры! — Громкий голос Димки заставил нас подпрыгнуть. Его кучерявая голова появилась между нами, а озорные, голубые глаза сначала изучили меня, а потом Нику. — О чем разговор? Ого, Сэм, чего это с тобой, а? Ты что как рано приперлась? Ты же обычно приходишь к середине первой пары, если вообще приходишь.

— Соколов, ты чего привязался? — не поняла я, слегка нахмурив брови. — Радоваться должен, что я раньше пришла.

Друг на мое заявление усмехнулся и закатил глаза.

— Может мне еще ламбаду станцевать?

— Станцуй, — не растерялась я, требовательно на него взглянув.

— Я не умею, — отмахнулся Димка. — Эй, Ника, а ты чего молчишь?

— А ты чего болтаешь? — вопросом на вопрос ответила подруга.

— Так я всегда болтаю, — доверительно сообщил этот дурачок. — Гоу гулять сегодня, телочки? Я с собой возьму своего другана.

— Мы подумаем над твоим предложением, Соколов, — спокойно ответила ему Ника. — А теперь угомонись, пожалуйста, а то голова уже разболелась.

Соколов деланно обиженно посмотрел на мою подругу.

— Это из-за меня-то? — удивился он. — Это у тебя голова болит от того что Самойлова вечно болтает.

— Ты офигел? — возмутилась я, дав другу легкий подзатыльник. — Я вообще молчала.

— И как ты с ней еще не чокнулась? — кивнув в мою сторону, тихо пробормотал Димка, а потом расхохотался, когда мы в один голос крикнули «Соколов!». — Ладно, отвалите, я пошел к Зайцеву. Эй, Зая, я к тебе!

И с этими словами, кучерявый идиот, посмеиваясь, пошел к своему другу, сидящему за последней партой.

Мы с Никой усмехнулись, переглянувшись. Умел Димка настроение поднять — бесспорно. Но и раздражать тоже умел, надо заметить.

Через минуту прозвенел звонок и началась пара. Историк, конечно, удивился, что я не опоздала, но ничего не сказал. Полтора часа пролетело на удивление быстро. Не знаю почему мне так показалось: то ли из-за того, что я половину пары болтала с подругой, то ли из-за того, что слушала музыку в наушниках, делая вид, что пишу конспект. Ну, а что? Весна на дворе, какая учеба может быть?

— Ник, я хочу есть, — пожаловалась, когда мы шли среди других студентов по коридору. — Идем в столовку?

— Не могу, мне сейчас реферат сдавать, чтоб его, — вздохнула подруга, недовольно поджав тонкие губы. — Иди одна, Сэм. Я буду в кабинете.

Я пожала плечами.

— Ну ладно, схожу одна.

Ника, кивнув, пошла вперед, а я свернула за угол и направилась в сторону столовой. Весь коридор был наполнен шумом, всюду слышалась болтовня, шаги и звонкий смех.

Тут, кто-то цепко схватил меня за локоть, заставив развернуться. Повернувшись, увидела напротив себя высокую блондинку, смотрящую на меня уверенным, надменным взглядом ярко-голубых глаз. Одета она была в серое, приталенное платье чуть выше колен.

Хм, и что ей от меня надо? Я поморщилась, когда кто-то сзади меня толкнул. Понятное дело — эта мадама остановила меня прямо посередине коридора.

Недоуменно взглянула на незнакомку, не понимая, чего она от меня хочет.

— Вот я и нашла тебя, — улыбнулась мне она. Но улыбка ее была холодной и натянутой — это я поняла сразу. — Нам нужно поговорить, — перестав улыбаться, сообщила мне девушка, смотря на меня хмуро и сердито. — Идем.

Вот это мне вообще не понравилось! Я есть хочу, а перемена небольшая. В мои планы не входило разговаривать со всякими высокомерными блондинками.

— Мне некогда с тобой разговаривать, так что пардон, — хотела было развернуться, но незнакомка снова вцепилась в мой локоть. Кинула в нее недобрый взгляд. — Убери руку, — скрипнув зубами, велела я.

— Нет, нам надо поговорить, — стояла на своем эта ненормальная.

Раздраженно вздохнула, поесть все равно уже не успеваю, а любопытство все-таки дает о себе знать.

— О чем? — спросила я, скрестив руки на груди.

— Идем, — повторила девушка и, развернувшись на каблуках, грациозно пошла вперед.

Последовала за ней, гадая, что же ей от меня надо. Через некоторое время мы оказались в самом конце коридора, где редко ходили люди и было не так шумно. Я встала возле окна, облокотившись о подоконник. Блонди остановилась напротив меня.

— Что у тебя с Вадимом Майером? — прямо спросила она, смотря на меня в упор. — В твоих интересах ответить на этот вопрос.

Сказать, что я удивилась, значит ничего не сказать. Ей-то какая разница? Тон мне ее не понравился, поэтому окинула собеседницу не самым добрым взглядом.

— Почему тебя это так интересует? — спросила, подозрительно сощурив глаза.

— Это тебя, девочка, волновать не должно. Отвечай на мой вопрос, — в ее голосе слышался металл, а глаза метали молнии.

Ха, не на ту напала, блонди.

— Тогда тебя не должно волновать, что у меня с Маем. И какая я тебе девочка? — издевательским тоном спросила, хмыкнув. — Отстань, не вижу смысла в этом бредовом разговоре.

Тонкие брови очередной фанатки Майера нахмурились. Эх, а я знала, что если буду шататься с ним, то это к хорошему не приведет.

— А я вижу, — спокойно, но злобно прошипела девушка. — Еще раз тебя с ним увижу — тебе будет очень плохо, поняла меня?

Я усмехнулась. Нашла она кого пугать. Дарья Самойлова ничего и никого не боится! Ну, разве что темноты немного.

— Закрой свой рот, — хмуро проговорила я. — Не указывай мне. Пока хочу — буду с ним общаться.

Блондинка, кажется, была в бешенстве. Наклонившись ко мне, она с неприкрытой яростью посмотрела мне в глаза.

— Я тебя предупредила. Если еще раз тебя увижу с ним…

Тут над нашими головами раздался веселый, бодрый голос.

— Девчонки, привет, — Май на нас смотрел удивленно и, кажется, догадывался, что тут происходит.

Моя собеседница тут же ему улыбнулась очаровательной улыбкой и отошла от меня.

— Привет, Вадим, — промурлыкала она.

— Привет, Настя. Не думал, что ты знакома с Дашей, — кивнув в мою сторону, с улыбкой сказал Майер.

— Мы не знакомы, — буркнула я, хмуро на него посмотрев. — Знаешь, как-то не успели.

Блондинка метнула в меня злобный взгляд, а затем мило улыбнулась Вадиму. А они смотрятся, такие красивые. Солнце играло в их волосах, делая длинную шевелюру Насти золотистой, а шоколадные волосы Мая немного рыжеватыми.

— Откуда такое желание знакомиться с моей подругой? — серьезно смотря на девушку, спросил Вадим, скрестив руки на груди и чуть наклонив голову, от чего несколько шоколадных прядок упали на его лоб.

Настя растерянно на него смотрела, прикусив пухлую губу.

Я пока что не лезла в их разговор, внимательно наблюдая. Май был не глуп, сам все понимал. Видимо, это уже не первый раз, когда она лезет в его жизнь.

— Просто захотела. Даша показалась мне очень милой девушкой, — как ни в чем не бывало, невинным голоском ответила блондинка.

Я изумленно округлила глаза. Что? Она чем обдолбалась-то? Не выдержав, рассмеялась. Вадим и Настя недоуменно на меня посмотрели.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.