Ridero

Русский тоталитаризм

Свобода здесь и сейчас

О книге

Русский тоталитаризм рассматривается в книге как общественно-политическое устройство, впервые возникшее в России в 1917 и имевшее демонстрационный эффект для других стран иудео-христианской цивилизации. Основное внимание уделено первым десятилетиям XXI века, когда в стране складывается новая тоталитарная модель, оказывающая все большее влияние на окружающий мир. В книге делается вывод о тоталитарном континуитете с 1917 года до наших дней.

Об авторе

Дмитрий Шушарин

Дмитрий Шушарин родился в Москве, в 1960 году. Автор книг: Две реформации. Очерки по истории Германии и России. М.: Дом интеллектуальной книги, 2000 — ISBN 5—7333—0195—3 (http://www.ruthenia.ru/logos/personalia/schuscharin/zr.htm); Анонимность проточной воды. Стихи. New York: Franc-Tireur USA, 2014 — ISBN 9781304994523; Необитаемый воздух. Стихи-2014. New York: Franc-Tireur USA, 2014 — ISBN 9781312878594; Бывший огонь. Стихи-2015. New York: Franc-Tireur USA, 2015 — ISBN 9781329489165. Наждак. Избранные стихотворения: М.: Издательские решения, 2016 — ISBN 978—5—4483—0970—0 (https://ridero.ru/books/nazhdak/) Земля! Стихи 2016—2017: М.: Издательские решения, 2017 — ISBN 978-5-4485-0376-4 (https://ridero.ru/books/zemlya_1/) www.facebook.com/dshush

Миша Бойков
1

Мерзкий русофобский мерзвец. Ненавидит Россию и русских и книги пишет пропагандистсткие антирусские. Лакей американского империализма.

Oleg Babich

Эту книгу должен прочесть каждый русский человек, который хочет понять, что есть Россия. В своё время, в 91-м, когда я приехал в Канаду, мои тетки, которые в Канаде с послевоенных времен и которые застали Сталина в подростковом возрасте сказали мне — ты не русский. Сейчас, когда идет оголтелая пропаганда путинизма-тоталитаризма, они, которые на собственной шкуре знают, что это такое, полностью влюблены в Путина, ну и крымнаш по полной. Я придерживался в 91 и сейчас абсолютно противоположных взлядов. Эта книга показывает мне ответ на фразу — почему я «не русский». Я свободен и был всегда свободен даже в СССР. Свобода — это в голове, это понимание человечества в целом, это понимание нравственности и души. https://www.facebook.com/olegvancouver/posts/755728591265285?pnref=story

0 ответов
Борис Локшин

Этот репост я делаю по просьбе автора, единственного человека, сумевшего с абсолютной точностью предсказать совершенно невообразимые события последних десяти лет. Причем каждое следующее его предсказание казалось мне бредом сумасшедшего. Этот человек доказал мне, что никаких «черных лебедей» не бывает. Все закономерно и предсказуемо. Мне кажется, что эта книга, как бы вы ни относились лично к автору, это обязательное чтение для всякого, кто хочет честно разобраться в том, что с нами сейчас происходит. И с самим собой, кстати, тоже. https://www.facebook.com/boris.lokshin.9/posts/10155073721674911?comment_id=10155074222279911&notif_t=feed_comment_reply&notif_id=148865417214567

0 ответов
Андрей Гаврилов

https://www.facebook.com/AGPIANO/posts/1248575621856293?notif_t=mention&notif_id=1492700531160725 Недавно мы подружились с талантливым, честным и страстным критиком реальности русского тоталитарного сознания Дмитрием Шушариным (Дмитрий Шушарин), Отличная книга. Созвучно моему видению событий и оценок состояния общества. Рекомендую друзьям, интересующимся русским сознанием. Если говорить о моем отношении к вопросу, то его нет вообще. Я не могу как-либо относится к предмету, которого для меня не существует. Для меня каждый, прикоснувшийся к большевизму или фашизму в той или иной форме, не существует. Я знаю одно — надо приложить все силы к немедленному выводу своего существования и существа из того поля, где доминируют нелюди. Русский после 1917 это выродок. Немец после 1933—1945 то же самое. Немец, по природе, человек рабочий, деловой. Он работает, будучи направлен в то, или иное русло. С 1945 он работает над собой, направленный победившими его народами в русло созидания. Но, моё музыкальное восприятие мира — это мир в звуках, прежде всего. Так вот — звуки «русский», «немец» для меня звучат одинаковым аккордом — Выродки. Потому словосочетания русский тоталитаризм или современный немецкий гуманизм звучат для меня как тоталитаризм термитов или гуманиэм термитов. После массового расчеловечивания народов-выродков моё сознание исключает эти народы из моих представлений о человеке и вычеркивает их из моего мира. Я могу принять немца или русского лишь в «индивидуальном порядке». Когда эти индивидуальности своей жизнью демонстрируют несовместимость с общностями, которые до сих пор существуют под нелегитимными более именами, как русский, или немецкий народы. Их нет и более быть не может. Они отыграли свои роли в истории. Их гуманитарные вклады останутся в сокровищнице человеческих достижений. Но эти народы умерли, унеся с собой сотни миллионов невинных душ и им нет места на земле. Они будут ещё долго агонизировать, прежде чем примут новые формы и наполняется новым содержанием. Это народы-покойники. Они пока производят впечатление живых, работающих, производящих. Но это призраки. Для моей души, которая есть только музыка, этих народов не существует, и любой анализ их современного состояния для меня «кимвал бряцающий».

0 ответов
Александр Афанасьев

http://werewolf0001.livejournal.com/3644033.html?view=32116865#t32116865 Дмитрий Шушарин — написал книгу «Русский тоталитаризм», которая вышла одновременно на русском и немецком языках. Книга интересна, прежде всего, какой-то утробной, звериной, выстраданной ненавистью к России и ко всему русскому. Эта ненависть намного глубже антикоммунизма или антипутинизма, это ненависть к России как к таковой и к русскому народу как таковому. Прокомментируем некоторые отрывки — курсивом отрывки, обычным текстом — мои комментарии 1. С целью захвата власти большевики рассыпали русскую империю в семнадцатом году и кроваво восстановили в 1922-м. И в дальнейшем она только расширялась. Новая русская элита с той же целью отказалась от Советского Союза, а сейчас вновь собирает его. Русская империя возрождается, неся народам то, что она несла на протяжении всей своей истории — деградацию и рабство. Конечно же, это ложь. Именно Российская Империя — избавила десятки народов от африканского образа жизни, дала понимание, что такое государство, как жить в государстве, в современной, развитой стране. Понимание это — видно в Средней Азии — благодарны узбеки, у которых есть шанс на европейский путь развития, благодарны таджики, которые смотрят за Пяндж и понимают, что если бы не русские, они жили бы сейчас как афганцы. Понимают киргизы — в Кыргызстане можно услышать, что если бы не русские, сейчас была бы война севера и юга, как в Афганистане. Порой Империя спасала народы от порабощения и уничтожения, как грузин и армян спасла от порабощения турками — просто армяне благодарны, а грузины — нет. Россия и сейчас несет ответственность за десятки народов, поддерживая более-менее их цивилизованное, а не варварское существование. Если бы не Россия — то сейчас карта Евразии была бы совсем другой. Несколько европейских стран, включая Новгородчину и Московию (скорее всего даже с европейским уровнем благосостояния), а южнее и восточнее — громадное Дикое поле с африканским уровнем развития и постоянной опасностью, как для Европы, так и для Китая. 2. Слово найдено генералами НАТО — гибридная война. Осталось только разобраться, носителем чьих генов оказался этот гибрид. Гитлеровское, сталинское, хрущевское и брежневское наследие очевидно. Как и наследие КГБ и ГРУ, точнее сказать, их многолетняя практика. Но у гибридной войны путинской России есть еще один пример для подражания — терроризм, исходящий от государственных и квазигосударственных образований. Таких было много, включая Советский Союз. Есть они и сейчас. И все наследие русской империи, как бы она ни называлась, наследие Византии и Золотой Орды актуализировано ныне в политике Кремля. Вспомним Афганистан. Мы привыкли говорить о бесславно проигранной войне. Но разве два миллиона убитых и пять миллионов беженцев плюс разорение и без того самой бедной страны мира — это не победа в системе ценностей русского тоталитаризма? Безусловно, победа. Потому что это была террористическая война, как и та, что ведется Россией в Сирии. Уничтожается мирное население, чтобы ему неповадно было поддерживать оппозицию. А запрещенный в России ИГИЛ по- прежнему в силе. И афганская война завершилась тем, что исламский экстремизм только окреп и усилился. И гибридная война, в сущности, разновидность войны террористической. … Почему то забывается злодейская роль США, Саудовской Аравии и Пакистана в первой афганской войне, когда именно массированная поддержка исламской вооруженной оппозиции не дала советским и афганским войскам победить моджахедов и построить прогрессивный, преимущественно светский Афганистан. Потом эта вооруженная оппозиция и переродилась в современный исламский интернационал. Думаю, не будет большим преувеличением сказать, что если бы СССР победил в Афганистане — исламского экстремизма в его современном виде не было бы. И сейчас в Сирии — США поддерживают точно таких же исламских экстремистов, причем эта поддержка начала оказываться всего через 12 лет после событий 9/11. Кроме того я не припомню, кто бы трактовал события 1979—1989 года как победу. 3. Криминализация девяностых — следствие афганской войны и милитаристской пропаганды, начавшейся, кстати, в перестройку. Афганистан до нее был запретной темой. Криминализация девяностых — следствие афганской войны и милитаристской пропаганды, начавшейся, кстати, в перестройку. Афганистан до нее был запретной темой. До сих пор мало говорится о том, что тогда было очевидным из ежедневных информационных сообщений: ветераны Афганистана, а позже других войн стали кадровым резервом преступного мира на всех его уровнях. Тоталитарная варваризация как раз в том, чтобы сделать войну привычным делом и обычным состоянием страны. Какой-то бред — как будто костяк преступного мира составили именно афганцы, а не корпорация «воров в законе», существовавшая еще в дореволюционной России. Криминализация девяностых — следствие развала столь ненавистной автору вышеупомянутых строк страны. 4. Все это отдельные наблюдения над той Россией, которая «над миром серой массою нависла». Но по ним можно понять, что миру придется иметь дело со «страной наоборот», применительно к которой нужна своя логика. Война вошла в масс-медиа и в массовую культуру в качестве повседневного явления. Как погода. Совместными усилиями новостников и сериальщиков. То есть для жителей России — это обычное состояние. Обыденное и постоянное. Тем и отличаются тоталитарные государства от демократических. И потому выиграть войну традиционными способами у России невозможно. Эта война не ведется в категориях победы и поражения. Это естественное состояние русского этноса и русского социума во все времена. Можно называть это варварством, можно ордынством. Это или нашествие, или набеги, каким был набег на Грузию. Или гибридная война. К войне с Украиной Россия подошла уже с большим опытом дестабилизации соседних стран. Голливуд снимает намного больше о войне, и для современных США война — это нормальное явление. Война в Афганистане идет, например, уже 16 лет — и что? А как быть с дестабилизацией Ливии, Ирака, Сирии? Это не считается? 5. Причины нападения России на Украину не расчленяемы, представляют собой некое единство, которое может и должно быть названо тоталитарным, потому что это нападение страны, где складывается тоталитаризм, на страну, строившую демократию. Это важнейшая составляющая формирования новой тоталитарной империи, находящейся на подъеме. Отделить в ней политику от экономики, внешнее от внутреннего совершенно невозможно. Тоталитарная целостность требует иной социальной оптики и политологической методики. Невозможен и прямой перенос прежнего тоталитарного опыта на нынешнюю модель. Начинают вспоминать про цинковых афганских мальчиков, постепенно настраивавших население против войны. Но в Афганистане воевали призывники, которые уже со второй чеченской к боевым действиям не привлекаются. Сейчас воюют профессиональные убийцы, среди которых очень много социопатов, собственных семей не создавших и со своими родственниками связь потерявших. И потому никакого общественного движения по поводу их гибели не будет. Мы наблюдаем конкретный социальный процесс формирование новой касты профессиональных убийц. Именно убийц, а не воинов. Это каста профессиональных подлецов, и их семьи живут в такой же подлости. И эти профессионалы ни на минуту не задумаются, когда им прикажут делать в России то же самое, что они творят в соседних странах… Задолго до России — США создали профессиональную армию, а потом и частные военные компании, безнаказанные зверства которых в Ираке и Афганистане до сих пор никем не исследованы. Каста «профессиональных убийц» в США насчитывает десятки, если не сотни тысяч человек, они идут в полицию и уже начинают стрелять в американцев на улицах городов. США — это страна, где находится больше всего частных военных компаний, оперирующих по всему миру — собственно, США и ввели понятие «ЧВК» в широкий обиход, вскормив их в Ираке, где в результате американской оккупации погибло больше миллиона человек. 6. России глубоко милитаризована, работает на войну. И далеко не всегда эта милитаризация очевидна. Имущественное расслоение общества — на грани поляризации — выталкивает людей в армию. Тем самым они выводятся из общественно- политического пространства. Этому содействуют и отсутствие институтов социальной защиты, и ничтожество профсоюзов, так и оставшихся государственно-рептильными, и все те же медиа с их культом войны и насилия во всем — от информационных программ до сериалов и развлекательных шоу. Американский оборонный бюджет превышает бюджет любой другой страны мира в несколько раз, а совокупный оборонный бюджет стран НАТО больше нашего раз в двадцать. Американская оборонная промышленность ежегодно отправляет на экспорт своей продукции на 40—70 миллиардов долларов. 7. Социальная жизнь устроена так, что приводит человека на войну, как в девяностые годы приводила в криминалитет. Тогда криминализация и призонизация, сейчас милитаризация, но уже на основе достижений прежних лет. Криминальная милитаризация. Путинский режим старается позиционировать себя в противопоставлении «лихим девяностым» — это клише повторяется мною лет при каждом удобном случае. Но на самом деле внутренняя и внешняя политика Кремля — прямое продолжение той эпохи, перенос «понятий» — нравов и обычаев преступного мира — на внешнюю и внутреннюю политику, на международные отношения и управление страной. … https://topwar.ru/23224-kriminal-procvetaet-v-armii-ssha.html Мораль преступников и жуликов прочно укоренилась в сознании американской нации, что, конечно, нашло свое отражение и в военно-политической позиции США. По отчетам ФБР в американской армии служат и работают гангстеры, имеющие судимости, наркоманы и члены различных преступных группировок. По сведениям Си-Би-Эс за четыре года, начиная с 2004 года на службу в американскую армию поступили сто тысяч выходцев из криминальных структур. Военные чиновники в открытых заявлениях негодуют, но не принимают никаких мер по пресечению проникновения криминала в вооруженные силы страны. Скорее всего, эти обстоятельства связаны с тем, что служба в армии перестала быть привлекательной для граждан США. Негативное отношение к службе вызывают также многочисленные военные конфликты, которые стали причинами гибели американских солдат. Люди, которые понимают, что могут достичь в жизни высот благодаря своему уму, порядочности, трудолюбию не желают рисковать жизнью в очередной военной авантюре, развязанной Пентагоном. А вот гангстеры не брезгуют участвовать в боевых действиях, грабить и применять насилие в отношении мирного населения. Ужасно само утверждение чиновников Пентагона, что солдаты, имеющие за плечами преступный опыт, приносят большую пользу в бою, чем законопослушные бойцы. При вербовке новобранцев, чиновники не принимают во внимание многие факты из жизни кандидатов, упростив порядок прохождения проверки. 8. Во всех лагерных воспоминаниях и в нынешних репортажах видна связь жестокости по отношению к ближнему с жестокостью по отношению к себе. Саморубы, проглоченные бритвы, прибитые к шконке мошонки, коллективно вскрытые вены — все это признаки настоящего человека в блатном понимании, героя. Среда в казарме, особенно в спецназе, боец которого должен быть готов к суициду или к тому, что его убьют свои, в сущности, ничем не отличается от лагерной по своей внутренней первобытной природе. Одни инициационные обряды чего стоят. По тем же понятиям живут дворовые компании, поставляющие рекрутов для организованной преступности, полиции, контрактной армии, бизнеса. Та же атмосфера в школах и семьях. На этом вырастает правящая элита и ее рабы, олигархи и бомжи, интеллектуалы и бандиты. Вся Россия так ужасно живет. Только почему то мошонку к асфальту прибивает себе не средний россиянин, а контркультурный художник- оппозиционер с явными признаками шизофрении. А рисует х… на подъемном мосте — другая группа под названием Пусси Райот. Про то, что боец спецназа должен быть готов к суициду или к тому, что его убьют свои — не хочется даже говорить. 9. Режим может производить впечатление оккупационного только на тех, кто не имеет представления о том, как росло и развивалось абсолютное большинство населения в СССР и сейчас в России. Это большинство не читало в детстве «Денискиных рассказов» и «Винни-Пуха». Не читает и сейчас. Его социальный опыт формировался в первобытных по происхождению и уровню социальных иерархиях двора, улицы, школы, ПТУ, спортшкол и секций. Он закреплялся у кого на зоне для малолеток, у кого в армии, у кого во взрослой тюрьме. Опыт этот проецировался и на высшую школу, а потом трансформировался во взрослой жизни. Сравнить армию и тюрьму это мощно. Назвать школу или спортшколу «первобытной» еще мощнее. 10. С 1992 года все конфликты на постсоветском пространстве имеют бизнес- составляющую. Криминальную и не очень, бюджетную и коммерческую, масштабную и мелкую. Разоренное Приднестровье, омертвевшая Абхазия, нищая Южная Осетия результат этой деловой активности. Таковы же перспективы Крыма и Донбасса. Причем бизнес этот складывается не только в самой России, но и в тех странах, от которых отторгнуты эти территории, не говоря уж о самих территориях. … Представить себе масштабы коммерции вокруг конфликта в Сирии, коммерческие обороты ИГ можно с большим трудом. Впрочем, горящие колонны наливников сына президента Турции — представление дают. Точно так же можно и вспомнить масштабы только выявленных хищений во время операций НАТО в США и Афганистане.

1 ответов
GS GS ответил(а) на отзыв Александр Афанасьев
С чего бы это заключенные были благодарны тюремщикам в тюрьме народов? Такое бывает только в сказках, и то не во всех. Идея о том, что Сын Неба должен (в теории) править настолько добродетельно и притягательно, что внешние варвары будут приходить от этого в полное обалдение, возжелают окитаиться и будут приносить дань, есть идея старая, китайская, и хоть выдвинуть ее они и смогли, а вот воплотить - нет. В россии же эту идею воплотили с точностью до наоборот, и создали столь отталкивающий образ жизни, что бежали оттуда все, кто могли и у кого возможность была. Gregory Slobodkin
GS GS
3

Несколько якобы мыслей

Приношу извинения за nickname, первоначально проставленный компьютером. Повторяю отзыв с подписью полным именем. Gregory Slobodkin, [живет в США с 1981. д.х.н., консультант (биофарма), переводчик] Думаю, г-ну Шушарину было бы полезно начать с определений. Взять хоть его "Степень тоталитарности политического режима определяется степенью его расцивилизовывания, архаичности, а не числом убитых им людей." - следует ли из этого, что практически любое архаичное племя тоталитарно? Был ли Агамемнон тоталитарным вождем? Тоталитаризм - подвид деспотизма. Деспот всеправен (слава богу, что не всемогущ). Но не всякий деспот - тоталитар. Что же делает деспота тоталитаром? Я сказал бы - наличие и тотальность претензий переделать мир (или хотя бы свою деспотию, "построение социализма в одной стране") по образу своему и по подобию. И тогда степень тоталитаризма можно определять как степень таких замашек (как в намерениях, так и в осуществлении). И более того, если уж исходить из существующих формальных определений (Фридрих/Бжезинский), то в современной России по описанию г-на Шушарина наблюдается очевиднейший авторитаризм с несколькими симптомами тоталитаризма. Можно, конечно, называть это нео-тоталитаризмом. Далее, мне представляется, что у г-на Шушарина есть ошибки в истолковании. Скажем, роль, приписываемая им массовой культуре в путинском режиме. Массовая культура и в США та еще (антиллектуализмом в ней и не пахнет), а вот "неототалитаризма" не видно. И - интересно- в само-отобранном (по большему "западничеству") контингенте выходцев из России, которые вроде бы вырвались из кремль-ТВ поля, процент совков удручающе велик. В их детях, вырастающих на Западе - меньше. Вслед за Зиновьевым я приписал бы эту социализацию самому образу жизни в годы формирования, а вовсе не массовой культуре. А взять Шушаринский сравнительный анализ византинизма и Запада по степени вертикальной мобильности элит в Византии и их относительно высокой стабильности на Западе. Но на Востоке (Китай, Япония) элиты (и сословия вообще) также были весьма стабильны - а вот Запада там не получилось. Значит, не всякая стабильность, да и мобильность тоже не всякая. В США элиты довольно мобильны. Существование и стабильность права, и причем не всякого права, а права политического - реальных прав индивида против его группы, властей, и общества в целом, представляется более важным ключом. "Цивилизационизм без цивилизационизма". Вот она, рецензия на его книгу в трех словах. Отсюда и его неточности в определениях. Любимый его термин "социокультурная", например - да ЦИВИЛИЗАЦИОННАЯ она, а вовсе не "социокультурная". Цивилизация - это социологический аспект данного образа жизни, сводимый к шкале социальных ценностей, но при чем тут "культура", массовая или же нет, или даже её отсутствие? Культура - это песни, пляски, прочие искусства или то, что сходит за них, и черепки от кувшинов. И передаётся цивилизация следующим поколениям самим опытом жизни в ней, а вовсе не какой-то "культурой". Если это хоть каким-то образом "культурное" явление, то каким, спрашивается, образом, могли быть носителями "русской матрицы" (термин Шушарина, еще один из его синонимов понятию “российскость” как цивилизация) неграмотные и некультурные крестьяне и вчерашние крестьяне - большинство населения Российской империи на 1917 год? А вот цивилизационными носителями они очень даже быть могли, независимо ни от чего другого. И именно "подошёл вплотную, но остановился перед" - отсутствие строго выраженного цивилизационистского подхода играет с ним злые шутки, особенно при анализе Украины. Украина - страна цивилизационно расколотая. (См. анализ в S. Huntington, "Clash of Civilizations"). На время написания Clash'а там было приблизительно 45% цивилизационных россиефилов. После пертурбаций с той поры их, вероятно, стало меньше, но ненамного - скажем, сейчас их около 40%. А это слишком много для стабильного существования любой страны. Столь значительное меньшинство подавить (и то лишь на время) можно лишь в тоталитарном или как минимум в авторитарном устройстве, уничтожить их нельзя (вышло из моды), и остаётся думать лишь о том, а как от них отделиться/отделаться. И последнее: Шушарин сотворил из "институциональности" какого-то себе кумира. А институциональность эта - для нормального человека - когда кумир, а когда и жупел. Всё зависит от того, а какая она и в чем проявляется. Когда эти "институции" становятся практически неподотчётными электорату и лезут во все дырки без мыла, навязывая свои эгоистические, и часто идеологические, интересы (за примерами ходить недалеко - ЕРА в США, или декреты еврокомиссии, навязывающие прием ксеноцивилизационных, т.е. неассимилируемых, мигрантов), то рассматривать ТАКУЮ институциональность как воплощение демократических ценностей может лишь человек с извращёнными понятиями. Чем такие "институции" отличаются в принципе от российских элит, для которых он доброго слова, однако же, не находит? И считать ТАКУЮ антиинституциональность (т.е. антиинституциональность, направленную против таких проявлений) за проявление тоталитарных тенденций выказывает... э-э... выказывает активное недопонимание. То же и с анализом Дональда Трампа. Как и было сказано уже: "Цивилизационизм без цивилизационизма", "подошёл (временами) вплотную, но остановился перед". Более строго логический подход был бы его книге весьма полезен.

автор книги
Дмитрий Шушарин ответил(а) на отзыв GS GS
спасибо. теперь все нормально
Дмитрий Шушарин

Господа! Размещаю это предуведомление здесь и при необходимости буду его повторять. Анонимные отзывы, к коим причисляются и отзывы под никами, будут скрыты от посетителей сайта и недоступны для обсуждения.

0 ответов
Paul Goble

http://windowoneurasia2.blogspot.ru/2017/02/russian-people-and-opposition-just-as.html Saturday, February 11, 2017 Russian People and Opposition Just as Totalitarian as Regime, Shusharin Says in New Book Paul Goble Staunton, February 11 — Many want to believe that once Vladimir Putin leaves the scene, Russia can and will escape from totalitarianism, Dmitry Shusharin says in a new book, but such people are deceiving themselves because, tragically, the Russian people and the Russian opposition are just as totalitarian as the Russian state. In a new book, «Russian Totalitarianism: Freedom Here and Now» (in Russian, available in electronic form on Amazon.com and ridero.ru), the Moscow commentator and controversialist draws on the work of Hannah Arendt and other theorists of totalitarianism to analyst the Putin system. It has now been reviewed by Irina Pavlova, a US-based Russian historian, on her blog (ivpavlova.blogspot.com/2017/02/blog-post_9.html#more). What follows here is based on her review rather than on the book itself, although the author of these lines very much looks forward to reading the complete text. Pavlova says that Shusharin’s book is very different from most analyses of what is going on in Russia because «he considers the Russian powers that be, the Russian people, and the so-called non-systemic opposition as a single whole» and views them all as «totalitarian» rather than suggesting as most do that the regime may be but the people and opposition are not. If Shusharin’s approach is accepted, Pavlova says, then «to speak about the presence [in Russia] of an opposition in the Western understanding is senseless. It doesn’t exist and never did.» Instead, the opposition, like the people and the powers, are part and parcel of “’a totalitarian commonwealth.»» Thus, Shusharin argues, Putin is «in this «commonwealth’ … «the most popular leader in the entire history of Russia,» since the democratic opposition today in Russia not simply is in a totalitarian consensus with the authorities but is helping it to renew and perfect the existing regime.» «And therefore,» Pavlova continues, for Shusharin, what is occurring in Russia now «is not stagnation but a constantly renewed organism,» a «perestroika» of totalitarianism involving a rejection of its “’more archaic aspects.»» He argues, the historian says, that «in Russia not a single government or social institution ahd the potential for democratic development and therefore the [oft-expressed] hopes that an open society and the development of information technologies would promote democratization in Russia have not been justified.» «To the contrary,» Pavlova summarizes Shusharin’s argument, «the powers that be have learned extremely well to use these technologies for the strengthening of totalitarianism.» They don’t need an ideology because they can rely on «mass culture, in the production of which liberal rulers of thought have participated and continue to participate with enthusiasm.» The outside world and its leaders have generally failed to understand what they are up against in the case of Putin’s Russia, and their failure to do so has allowed Putin, who is in a position of relative weakness, to outplay them and look in many cases far stronger than he in fact is. Pavlova says she «shares the position of the author that the Putin regime is aggressive, consistent and decisive in its actions as never before and skillfully plays on the weaknesses of Western civilization,» but she says that his views about the future are «overly apocalyptic» both in terms of what will happen in Russia and what will occur in response in the West. According to Shusharin, ««Russia is an eternal and inescapable evil, a constant danger for the entire world, a chronic illness of humanity from which it is extremely likely that humanity will die» because «the threat to civilization comes «not from the destroyers of Palmyra or Iran with a nuclear weapon or from networked terrorism. It comes from Russia.»» Pavlova says that Shusharin’s notion is that «the plan of Putin and the Russian people consists in the idea that „the entire world must become Russian or disappear.“» (Not having read the book, I cannot say whether Shusharin means Russian or like Russia, the latter being something very different and perhaps closer to Putin’s actual intentions.) Shusharin’s book is a «sad» one, although it could help to focus the attention of people in Russia and in the West on some deeper problems, Pavlova suggests. Unfortunately, the question arises: who is going to read such a book given that it challenges the happy optimism of those who think Putin is the problem and that when he goes all will change «in a magical way.»

0 ответов
Ирина Павлова

Рецензия Ирины Павловой: http://ivpavlova.blogspot.ru/2017/02/blog-post_9.html#more Книга Дмитрия Шушарина «Русский тоталитаризм: свобода здесь и сейчас», которая появилась на ridero.ru и amazon.com, относится к тому редкому типу книг, в которых гармонично совмещаются научное исследование, публицистика и жанр политического памфлета. В самом начале автор провозглашает, что объект его изучения — «зло. С этого надо начинать. И с признания того, что зло не бывает смешным, оно всегда порождает трагедию и никогда — фарс». Его книга — результат многолетних наблюдений за российской политической действительностью и размышлений о её подлинной, а не фасадной стороне, которая преподносится населению в интерпретации кремлёвского официоза и прокремлёвского агитпропа. Хотя предмет его рассмотрения заявлен как русский тоталитаризм с 1917 года, в книге рассматриваются события в основном путинского времени, т.е. становление и укрепление путинского тоталитаризма или путинизма. Анализируя российскую действительность, Шушарин опирается на классическую работу Ханны Арендт «Истоки тоталитаризма», изданную в 1951 году, а в России впервые опубликованную лишь в 1996-м. Немало размышлений у него вызвала и работа сербского исследователя З. Видоевича «Переходный период, реставрация и неототалитаризм», изданная в Белграде в 1997 году. Главная особенность подхода Шушарина к анализу российской действительности, которая отличает его от подавляющего большинства антипутинских авторов, заключается в том, что он рассматривает российскую власть, российский народ и т.н. несистемную оппозицию (не говоря уже о системной) как единое целое. В России тоталитарна не только власть, в России тоталитарен и народ, и оппозиция. Говорить о наличии здесь оппозиции в западном понимании бессмысленно. Её нет и никогда не было. Для характеристики этого феномена, объединяющего власть, народ и несогласных, автор вводит понятие «тоталитарное содружество». А Владимир Путин в этом «содружестве» предстаёт как «самый народный вождь за всю историю России». Т.н. демократическая оппозиция сегодня в России не просто находится в тоталитарном консенсусе с властью, она помогает ей обновлять и совершенствовать существующий режим. А потому путинизм — это не застой, а постоянно обновляющийся организм. В этом контексте и перестройка рассматривается им как попытка «обновления тоталитаризма, его переустройства на рациональных началах, отказа от наиболее архаичных черт». С его точки зрения, огромную роль в этом играет тот факт, что в России никогда ни один государственный или общественный институт не имел потенциала демократического развития. А потому провалились и надежды на то, что открытое общество и развитие информационных технологий будут способствовать демократизации в России. Наоборот, власть прекрасно научилась использовать эти технологии для усиления именно тоталитаризма. С его точки зрения, современному российскому тоталитаризму и никакая идеология не нужна; её с успехом заменяет массовая культура, в производстве которой с энтузиазмом участвовали и участвуют в том числе и либеральные властители дум. Особое место в книге занимает глава «The Failed World» о российском тоталитаризме в окружающем мире. Безусловно, этот мир сегодня оказался в глубоком кризисе, продемонстрировав слабость и ничтожность своих лидеров, их неспособность решать надвигающиеся проблемы. На этом фоне Шушарин констатирует триумф Путина, жёстко оценивая позицию мировых лидеров как «молчание ягнят, в которое добровольно погрузился весь мир, становящийся самым активным его союзником», отказываясь таким образом от «собственной субъектности». Я разделяю позицию автора о том, что путинский режим, как никогда, агрессивен, последователен и решителен в своих действиях и умело играет на слабостях западной цивилизации. Однако его взгляд на перспективы мирового развития и России в этом мире представляется мне чересчур апокалиптическим. С его точки зрения, «Россия — вечное, неизбывное зло, постоянная опасность для всего мира, хроническая болезнь человечества, от которой оно, весьма вероятно, погибнет», ибо угроза цивилизации исходит «не от разрушителей Пальмиры, не от Ирана с атомной бомбой, не от сетевого терроризма, а от России». С его точки зрения, «план Путина и русского народа заключается в том, что «весь мир должен стать русским или исчезнуть». «Русский тоталитаризм: свобода здесь и сейчас» — очень печальная книга. Рисуя апокалиптическую картину сосуществования будущего мира с тоталитарной Россией, в которой этот мир ждёт «откровенный рэкет, ядерный шантаж со стороны России, которая вымогательством будет поддерживать власть и богатство своей правящей элиты», автор не оставляет никакой надежды ни тем, кто живёт в России, ни тем, кто наблюдает за ней со стороны. Такая книга должна была появиться, чтобы мир взбодрился. Правда, автор не даёт ответа на вопрос, как именно должна проявиться у западной цивилизации «воля к сопротивлению». Как и кто будет осуществлять это «стояние в правде», в котором он видит выход из создавшегося положения? Как воплотить это благое пожелание в действительность, если автор не видит в сегодняшнем мире ни одной силы, способной противостоять русскому тоталитаризму? В 45-м президенте США Дональде Трампе он тоже рассмотрел всего лишь «потенциально тоталитарный антиинституционализм», предрекая тому незавидную судьбу стать союзником Владимира Путина в будущем разделе мира на сферы влияния. Предположим всё-таки, что мир признает «трагичность происходящего и его необратимость в ближайшем будущем». А что дальше? Каким образом это будет означать «путь к победе» не на словах, а на деле? И что можно сделать с такой огромной страной (к тому же с ядерным оружием), если она сама не только не проявляет «воли к сопротивлению», а, наоборот, гордится своим особым предназначением быть великой державой в этом мире? И последнее: будет ли прочитана эта книга? В России, где у противников режима в чести те авторы, которые годами убаюкивают своих читателей тщетными надеждами на агонию режима и на то, что режим скоро рухнет? Или те, кто не устаёт уверять читателей, что всё дело только во Владимире Путине? Уйдёт Путин, придёт условный Навальный и всё изменится магическим образом. И, наконец, обратят ли внимание на книгу западные читатели, которые тоже ориентированы на то, что всё зло современной России персонифицировано в одном человеке, и, более того, воспитаны на неприятии самой концепции тоталитаризма, не желая применять её даже к истории сталинской России, не говоря уже о путинской?

0 ответов

Рассказать друзьям

Ваши друзья поделятся этой книгой в соцсетях,
потому что им не трудно и вам приятно