электронная
220
печатная A5
466
16+
Ретивые легенды Великой Отечественной войны

Бесплатный фрагмент - Ретивые легенды Великой Отечественной войны

Часть вторая


Объем:
240 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4496-9532-1
электронная
от 220
печатная A5
от 466
Алекс Динго

Ретивые легенды ВОв. Бесстрашный Связист Джек. Битва за Ржев

«Батальон окружён,

Ни еды, ни снарядов, ни связи.

Свистопляска вокруг

И осколков и пуль круговерть.

С донесением псы

Пробирались и близили праздник.

Всем, даруя свободу,

А себе, зачастую, лишь смерть».

Отрывок стихи Сергей Ерошенко.

6 декабря 1942 года в районе города Белый Бельского района Тверской области по серому небу тянулись тёмные облака. Мрачнело везде. И над рекой Обша, и над полуразрушенной церковью, и над неприметными улочками с белокаменными домами. Тихонько ползла туманная мгла. Ветер сильно поддувал. Веяло дымом, пеплом, сажей. Неподалеку в поле полыхал синим пламенем вражеский, немецкий танк T-IV. На броне висел неживой солдат в чёрной форме. Он горел. Огонь уже раскромсал его комбинезон и въедался в тело. Потянулся тёмный, едкий дымок. Крутясь, живо рассеивался.

На истерзанной снарядами земле лежали повсюду неживые солдаты. Кто ничком, а кто на спине. Санитар Петя — курносый деревенский парень, тяжело дыша, карабкался по снежку. Он тащил на себе раненого с окровавленным лицом бойца. Тот бредил. На пригорке дымился советский танк Т — 26. Тихонько выгорало топливо.

В захваченных траншеях засели бойцы 41-й армии Калининского фронта. Виднелось напряжение. Потянуло махоркой. Широкоплечий солдат Арсений, широко открыв синие глаза, устало смотрел в небесную даль. Командир взвода Богдан Уступов — коренастый мужичок, глядя в бинокль, слегка нахмурился. Суровое лицо, покрытое щетиной, напряглось. Глаза сузились. Он бегло взглянул на капитана Николая Петренко. Довольно молодой офицер обладал волевым взглядом. Приятные черты лица имели некоторую смазливость. Он немного шепелявил. Успел отслужить в милиции несколько лет.

— Всё. Захлебнулась наша атака, — произнёс Богдан.

В воздухе пронёсся оглушительный свист. Солдаты прижались к стенкам траншеи. Артиллерийские, вражеские снаряды, упав на землю, оглушительно взорвались. Земля вздыбилась. Растянулся тёмный дым. Где — то полыхнуло. Вновь свист. Прогремели взрывы. Бойцы прильнули к стылой, окровавленной, слегка заснеженной земле. Словно слились воедино. Грохнуло несколько раз за траншеей. Немного затихло. Командир взвода Богдан Уступов, чуть приподнявшись, глянул в бинокль.

— Немцы нас окружают. Мы всё в кольце. Связь, — резко сказал он.

— Нет связи товарищ командир, — ответил капитан Петренко.

— Мы долго тут не продержимся. Немцы наращивают здесь свои силы. А у нас связи нет…

— А если прорываться, — решительно ответил Николай.

— Прорываться. Да. Будем прорываться. Но технику придётся всю бросить, — тут же ответил командир взвода Уступов, посмотрев в бинокль.

— Воздух…

— Ложись.

В воздухе пронёсся гулкий свист артиллерийских снарядов. Бомбы разорвались. Земля вздыбилась вверх. В разные стороны полетели адские осколки. Бойцы вновь прижались к стенкам разбитой траншеи. Впились в промёрзшую глину. Где — то полыхнуло в стороне. Затем ближе. Запахло взрывчаткой. Дыхание спёрло. Тёмный дым, грязная пыль и копоть тихонько забирались в лёгкие. И вновь прогрохотало.

— Вот сволочи. Они нам сейчас тут устроят. Дадут послушать свою органную музыку, — сказал командир Уступов.


Небо ещё больше посерело. Ветер сильно поддувал. Веяло холодом, дымом, пеплом. Вдаль тянулись поля. Виднелись голые окраины перелесков. В воздухе засвистели артиллерийские снаряды. Разорвалось где — то вдали. Потом ближе. Земля вперемешку со снегом взлетела вверх. Дым тянулся стеной, живо распрямляясь.

Командир взвода Уступов взялся за бинокль. Он сильно нахмурился. Вспомнилась давняя история. Он выбежал с танцевальной площадки. Ждал сослуживицу — девушку Василису. Его окружили четверо хулиганов. Посыпались удары. У него из носа хлынула кровь. Залила всё лицо. Одного хлыща он кувырнул через себя. Тому, что в большой кепке врезал в пах. Ему вновь перепало по спине сухой деревиной. Богдан, сильно пошатнувшись, повалился на землю. Содрал кожу на лице, обслюнявив гравий. Его принялись забивать ногами. Он, извернувшись, сбил с ног высокого, худощавого хлыща. А тут и Василиса подоспела. Она с разбега, как могла, ударила сумочкой главаря Витю по округлому торсу. Тот схватился за булыжник и уже размахнулся. Богдан, вскочив, принялся неуёмно колошматить его по наглой физиономии. Кровь просто хлестала во все стороны. Витя уже склонился на колени. Его нос сильно покривился. Губа разорвалась в нескольких местах. Глаза заплыли. Руки болтались, словно верёвки. А Богдан всё бил и бил, вколачивая свой кулак в окровавленное лицо недруга. Все побежали врассыпную.

— Да. Мёртвая долина.

— Прорва.

— Петренко. Давай сюда инструктора с собакой. Как его. Владимира Мешкова, — громко сказал командир Богдан Уступов под оглушительный шум взрывов.

— Есть, — ответил Николай Петренко.

В воздухе пронёсся глухой свист. Где — то рвануло недалеко. Дым живо рассеивался. По стылой земле в траншее быстро побежал рядовой Владимир Мешков. Суховатое лицо напряглось. Выделились незначительные морщинки. Тёмные глаза прятались где — то глубоко. Шинель сидела плотно, подчёркивая его стройность. Он придерживал за ременчатый поводок боевого пса. Эрдельтерьер Джек среднего размера послушно бежал рядом с хозяином. Золотисто — тёмная шерсть отдавала блеском. На кончике морды носил приметные светлые усики и бородку. Высокий кобель мельком взглянул на лицо хозяина — проводника. Командир общался с ним как с человеком. Малыш давно заучил весь русский алфавит. И вообще далеко не отставал от своих кровных представителей из долины реки Эйр в графстве Йоркшир.

— Вперёд Джек. Для тебя задание нашлось, — сказал он.

Проводник Владимир, слегка подтолкнув пса, зашёл в блиндаж. Джек тут же присел. Командир взвода Богдан Уступов, слегка нахмурившись, выпил из фляжки воды. Он, слегка улыбнувшись, посмотрел на собаку.

— Мешков. Вот здесь важное донесение. Наш батальон окружён. Сам понимаешь. Нам нужна поддержка. Или придётся выбираться самим. Отправляй Джека за линию. Теперь вся надежда на нашего четвероногого связиста, — сказал командир.

— Есть.

Владимир быстро запечатал в капсулу — ошейник донесение. Джек сидел смирно. Дышал спокойно носом. Командир, подойдя, присел возле собаки. Клыкастый связист повёл мокрым носом. Всё также сидел, строго соблюдая солдатский устав. Богдан грубой рукой погладил пса по голове.

— Ну. Мешков. Отправляй Джека. Джек беги в штаб. Ты умный пёс. Всё знаешь, — сказал командир.

Пёс Джек, быстро завиляв хвостом, наострил большие, треугольные, висячие уши. Выкатил из пасти язык. Словно выдохнул. Клыкастый боец резко развернулся, посмотрев на лицо хозяина.

— Есть товарищ командир. Пойдём Джек, — бойко ответил проводник Мешков.

Владимир, держа собаку за поводок, вышел из блиндажа. Он глубоко выдохнул. Пёс Джек, виляя хвостом, потянулся вперёд. Точно радовался, что получил задание. «Вот Джек… Умница… Ничего ему объяснять не надо… Интеллект. Аристократическая кровь. Вот ведь… Молодец малыш… Уже рвётся в бой… Гигант мысли…».

— Уууууааааа, — игриво взвыл пёс.

Джек мельком взглянул на неспокойное лицо хозяина. Немного фыркнул. Закрутил хвостом возле боевого приятеля. Вожатый Мешков присел возле собаки. Заметно нахмурился.

— Джек. Беги в штаб. У тебя важное донесение. Беги мой хороший. Снаряды рвутся. Но ты беги. Всё время беги. Тут около четырёх километров. Много знаю. Но ты быстро бегаешь, — решительно сказал Владимир, приобняв руками боевого друга.

Эрдельтерьер Джек, раскрыв пасть, высунул язык. Виднелась лёгкая взволнованность. Клыкастый боец лизнул товарищу лицо. Инструктор Владимир поднял собаку на бруствер траншеи. Малыш, лёжа, тянулся вперёд. Уже проглядывал свою опасную дорожку. Руки отпустили пса.

— Беги Джек. Беги, — скомандовал он.

— Ууууаааууу…

Джек быстро побежал по изрытому снарядами полю. Только пятки засверкали. Нырнул в небольшую воронку и тут же вынырнул из неё. Потерялся в дыму ненадолго. Вновь показался на горизонте. Эрдельтерьер, перепрыгнув через неживого солдата, скрылся за дымящимся пригорком. Уши прижались к голове. Язык отвис. Он быстро задышал. Понёсся как угорелый.

В воздухе засвистели артиллерийские снаряды. Земля всколыхнулась. Прогремели оглушительные взрывы. Дым и копоть поднялась стеной. Джек, почуяв недоброе, прыгнул в небольшую воронку. Там затаился, уткнувшись носом в стылый грунт. Рвануло совсем рядом. И ещё грохнуло поблизости. Едкий дым стремительно заползал в воронку. Малыша присыпало землёй, снегом, рваной сухой травой. Дыхание спёрло.

— Ууууаааууу, — тихо взвыл он.

Джек, припустив уши, плотно зажался. Сердце бешено забилось в груди. В глазах появился испуг. Адреналин зашкаливал. Казалось, навалилась темнота. Призрачный свет где — то далеко мелькал. Немного притихло. Клыкастый связист, резко выскочив из воронки, вновь быстро побежал по пустынному дымящемуся полю. Живо засверкали пятки. Он быстро преодолел статистый склон. Вновь почуял беду. Зажались уши. Он прибавил в скорости. Побежал, как ужаленный.

В воздухе вновь пронёсся свист от летящих снарядов. Земля вздыбилась вверх. Где — то чуть впереди вздыбился чёрный дым. Отдало искрой. Джек, уклоняясь от опасности, на диком бегу притормозил. Корпус завалился на бок до невероятности. Казалось, проскочит мёртвую петлю. Шерстистый связист круто кувырнулся.

— Уууааауууу, — отчаянно взвыл он.

Джек тут же поднялся на широкие лапы. Чуть фыркнул, словно выругался. Он рьяно рванул вперёд. Все мускулы напряглись. Клыкастый боец вновь быстро побежал по дымящемуся широкому полю. Из задней лапы пса потекла кровь.

— Уууууууууууу…


Небо слегка потемнело. Ветер чуть сильнее задул. Веяло холодом и дымом. Впереди виднелись склоны да уклоны. Гористые пригорки словно вырастали на глазах. Вдали мерцали перелески.

В воздухе гулко просвистели артиллерийские снаряды. Бомбы взорвались. Земля задрожала. Снежная, грязная пыль вздыбилась точно фонтан. Высоко полетели кусочки стылой глины. В разные стороны запрыгали адские осколки. Грохнуло уже позади. Но вновь свист.

Джек, чуть пригибаясь, быстро побежал по полю. Нырнул в тёмный дым. Пса мгновенно накрыло землёй. Он, кувырнувшись, скатился с небольшого снежного склона.

— Аааууууаа, — истошно взвыл бедный малыш.

Шерстистый связист еле приподнялся. Из сломанной челюсти живенько потекла кровь. Один глаз затёк. Осколок раздробил кость. Чуть отлежавшись, он сумел подняться на лапы. Шерсть окропилась. Джек осмотревшись, неторопливо побежал по полю. Где — то рядом грохнуло. Пронёсся свист. Земля вздыбилась неподалёку. Пёс, прихрамывая, тихонько пробежал возле перевёрнутой пушки. Рядом с орудием лежали неживые солдаты.

— Ууууаааууу, — взвыл пёс, чуя жгучую боль в груди.

Джек неспешно побежал. Морда полностью залилась кровью. В глазах темнело. Он чуть пошатнулся. Клыкастый боец, вильнув хвостом, спустился с небольшой горки.

В воздухе вновь засвистели снаряды. Вздыбилась вверх снежная, окровавленная пыль. Джек, пригнувшись, сильно пошатнулся. Повалился на землю. Заметно задыхался. Он чуть прихрамывая, побежал дальше. Клыкастый малыш, еле принюхавшись, спрыгнул в траншею. С морды струйкой стекала кровь. Уже ничего перед собой не видел. Джек подбежал к штабным часовым красноармейцам. Тут же присел, склонив окровавленную голову.

— Собака. Связная, — произнёс рядовой Фёдор Павлов.

Пёс Джек замертво повалился на землю. Остановилось сердце. Из груди потекла кровь.

— Быстро донесение передать командующему — генерал-майору Георгию Фёдоровичу Тарасову.

— Всё. Отбегался пёсик. Да. Натерпелся.

— Это сколько же он бежал. Километра три. А может и больше, — сказал солдат Олег Тракторов.


P. S.

Сохранился рассказ об эрдельтерьере Джеке, который спас от верной гибели целый батальон. Три с половиной километра под интенсивным обстрелом нес он в ошейнике важное донесение. Прибежал в штаб, израненный, со сломанной челюстью и перебитой лапой. Доставив пакет, упал мертвым.

Рже́вско-Сычёвская стратеги́ческая наступа́тельная опера́ция или операция «Марс» (25 ноября — 20 декабря 1942 года) — боевые действия Калининского (командующий — генерал-полковник М. А. Пуркаев) и Западного (командующий — генерал-полковник И. С. Конев) фронтов с целью разгрома немецкой 9-й армии (командующий — генерал-полковник В. Модель, штаб — Сычёвка) группы армий «Центр», оборонявшейся в Ржевско-Вяземском выступе. Руководил операцией генерал армии Г. К. Жуков.

Операции войск Западного и Калининского фронтов начались 25 ноября 1942 года сразу по трём направлениям.

Немецким войскам удалось остановить советское наступление. Севернее Сычёвки 29 ноября — 5 декабря войска 20-й армии, 6-го танкового корпуса и 2-го гвардейского кавалерийского корпуса были разгромлены.

Часть войск советской 41-й армии Калининского фронта, атаковавших в районе города Белый, оказались в «котле», в создании которого приняли участие переброшенные части немецкого 30-го армейского корпуса генерала М. Фреттер-Пико. К 8 декабря они были полностью окружены и позже сумели вырваться из кольца, лишь потеряв почти всю технику.

22-я и 39-я армии также не смогли вырваться на оперативный простор, были контратакованы и остановлены.

Ретивые легенды ВОв. Собаки — миноискатели «стахановцы»

В начале января 1942 года над восточным берегом ледникового озера Селигер, городом Осташково, северным берегом озера Волго на небе воцарилась туманная однотонность. Ветер слегка порывисто поддувал. Заметно веяло легким морозом и свежестью. Вокруг виднелись широкие просторы, — поля, перелески, леса. Всё белело.

Из бревенчатой низкой землянки вышел сержант инженерной части Григорий Валентинович Маланичев. Высокий, подтянутый человек чуть улыбнулся. В добрых глазах играл огонёк. Расстегнутая шинель обнажала блестящую бляху на ремне. Он быстро пошёл по стылой земле глубокой траншеи. Чуть приостановился. Мелькнула задумчивость. Мужичок, слегка пригнувшись, зашёл в окопанный землёй блиндаж.

— Здравия желаю…

Внутри топилась буржуйка. Трещали дрова. Пахло табаком. Дым тянулся к свету. За небольшим столиком сидел приятный на вид капитан Дмитрий Сахов. В нём царила гармония во всём. Большие глаза, полные губы, ровный нос и подбородок, — прямо актёр кино. Все знали, что у него даже роль имелась в одном непопулярном фильме. Там, он играл любовника Янина, где его очень сильно избивал муж Маши — ревнивец Федул. Но смазливый паренёк не любил об этом говорить. Он, затянувшись, тут же потушил папиросу.

— Маланичев. Давай сюда садись, — сказал он.

Сержант Маланичев, подойдя к столу, присел на деревянную скамейку. Он слегка нахмурился. Свёл брови. Но тут же распрямившись, заметно расслабился.

— Так. Северо-Западный фронт. Смотри на карту. Мы находимся вот здесь. Сейчас. Вот наши позиции. А противник вот здесь в озёрном районе западнее Осташкова. Здесь они меньше всего ожидают от нас каких — либо действий. Наступательная операция начнётся с этих районов. Но разведка доложила, что вот здесь и здесь имеются минные поля — районы. И заметь от линии обороны противника совсем ничего 300, а то и 150 метров не больше. Нужно обезвредить эти районы от мин и как можно быстрее. Только разминирование нужно осуществлять ночью. Днём никак. Заметят. Ну, что скажешь? — ясно сказал капитан Дмитрий Сахов.

— Ночью говорите.

— Ночью. И сегодня.

— Ну. Для наших бойцов четвероногих это не так важно. Темноты они не бояться. В отличие от меня… Хахахаааа… Носом работать не глазами. Мины нюхать, искать. Справятся. Сто пудов… Другое дело сапёры. Не с руки, конечно, но сделаем. Приноровимся, — уверенно сказал сержанта Маланичев.

— Ну, тогда ночью выдвигаетесь. Вас будут прикрывать на всякий случай пулемётчики. Да. Противник тут рядом совсем. Ну, это так для подстраховки, — добавил капитан Сахов.

— Ну, да. Пускай будет подстраховка. Но я думаю, не пригодиться. Бойцы свое дело знают. Собаки точно не подведут. Тише воды, ниже травы. Хахахаааа, — улыбнувшись, ответил сержант Маланичев.


Зимнее небо быстро потемнело. Наступила ночь. На январском небе засияли звёзды. Ветер чуть поддувал. Веяло заметным холодом. Вдали во мраке вспыхнула жёлтая вспышка. Она живо потухла.

Сержант Маланичев, держа за плечом автомат, вышел из землянки. Он слегка нахмурился, взглянув на звёздное небо. Лицо тут же слегка обожгло приятным морозцем. Легкие наполнились холодным воздухом. Под ногами заскрипел снег. Зоркому оку тут же пристал сапёр Евгений Миронов. Из его покошенного рта шёл пар. Коренастый мужичок немного поёжился. Брутальное лицо слегка покрылось инеем.

— Что? Холодно…

— Ничего…

— Ну… Собрались. Пошли тогда. Выходим цепочкой. А там расходимся. Как условились, — тихо сказал Маланичев.

— Ясно товарищ сержант, — тихо сказал рядовой.

Группа сержанта тихонько вылезла из земляной траншеи. Сапёры с собаками, вприсядку пошли по широкому полю. Под ногами слегка скрипел снег. Псы, прижимаясь к белой земле, подражали хозяевам. Малыш зорко смотрел вдаль. Одно время он жил у ресторанчика Астория. И там очень полюбил бутерброды с колбасой. И, как истинный гурман, опробовал сотни блюд. Мышка семенила. Умелая лайка тихо кралась, как настоящая мышка. Даже морда соответствовала, — тоненький вытянутый нос, круглые глаза, серый цвет шерсти. «Большой мышонок», — так её ещё называли сотоварищи. Она много бродяжничала до поры до времени. Бобик бежал чуть впереди своего проводника. Мордастый малый уже не раз побывал в таких вылазках. В одну морозную ночь ещё щенком он оказался на улице. Его вынесли в коробке и оставили на остановке. Месячный малыш кувырнул её и пробежал прямо по дороге несколько кварталов. Только потом он — счастливый оказался в руках юной девочки Маруси. Собаки, утыкаясь мордой в снег, мельком смотрели на лица своих хозяев. Колонна сапёров тихо двигалась.

Сержант Маланичев, заметно присев, остановился. Он, осмотревшись, поднял вверх руку. Сигнал подал.

— Здесь. Место разведчиками помечено, — прошептал он.

Сапёры тут же присели возле своих умелых питомцев. Они живенько приготовили щупы и лопатки. Собаки, лежа на снегу, мельком переглядывались. Пёс Кеша слегка покосил массивную голову. Затем бегло глянул на лицо хозяина. Опробовал снег. Кеша любил поболтать. Но сейчас он молчал. Малыш уткнул морду в снег. Нюх обострился. Рядовой Дмитрий Бутылкин — сухожильный мужичок живо погладил пса по голове. Чуть улыбнулся. Они вместе придумали небольшой эстрадный номер. Пели дуэтом. А публика естественно угорала.

— Кеша. Тихо. Ищи мины… Ищи Кеша, — тихо сказал он.

Кеша, приземлившись, тут же чутко занюхал снег. Немного вытянулся. Он активно задёргал передними когтистыми лапами. Вильнул хвостом. Пополз, цепляя брюшком снег.

— Молодец. Я откопаю Кеша. Дальше ищи мины, — произнёс сапёр Дмитрий, чутко осмотревшись.

Сержант Маланичев, отложив в строну противопехотную мину, погладил рукой своего пса — лайку Бобика. Тот, получив поощрение, продолжил поиски. Нюх обострился. Малыш чуть фыркнул.

— Ищи Бобик. Ищи дальше… Тихо только… Искать, — тихонько сказал вожатый.

Пёс Бобик, принюхавшись, неторопливо пополз по снегу. Уткнул морду в белую полынью, словно страус. Тут же выпрямился. Клыкастый сапёр замер, повалившись на снег. В глазах читалось: «Нашёл ещё одну мину. Тут товарищ сержант…». Пёс мельком взглянул на довольное замороженное лицо хозяина. Маличаев слегка погладил собаку по голове. И тут же принялся изымать мину.

— Молодец Бобик. Дальше ищи, — отдал команду сержант.

В тёмном небе вспыхнула яркая жёлтая вспышка. Она тускло озарила окрестности. Все замерли. Вновь воцарился мрак. Сапёр Михаил Бояров — пухленький, небольшого роста человек пополз по снегу за своей собакой. Он слегка нахмурился. Его щёки отдавали румянцем. На лбу небыстро таял снег.

Мухтар, уткнувшись носом в белую полынью, замер. Показалось недовольство. Нюх обострился. Дёрнул большими треугольными ушами. Пёс, резко мотнув заснеженной головой, яро взглянул на багряное лицо Михаила. Он опробовал из фляжки немного спирта.

— ААА. Ладно. Вот тебе глоточек… Молодец Мухтар. Ещё ищи. Тут мин много, — тихо произнёс сапёр Михаил.

Клыкастый связист живенько зализал спирт с ладони мужичка. Он пополз дальше. Повёл мокрым носом.


P.S.

Группа сержанта Г. В. Маланичева, действуя ночью вблизи противника, с помощью собак обнаружила и обезопасила за два с половиной часа напряженной работы, 250 мин.

Из донесений Северо-Западного фронта:

«Применение собак-миноискателей имеет большое значение в работе инженерных частей. Наличие собак сокращает подрывы личного состава при разминировании. Собаками очищаются полностью минные поля без пропуска мин, что невозможно сделать при работе миноискателем и щупом. Собаки разыскивают мины всех систем: отечественные мины и мины противника, металлические, деревянные, картонные, наполненные разнородными видами взрывчатых веществ».

Из директивы начальника инженерных войск Советской Армии всем фронтам:

«При обследовании маршрутов скорость увеличивалась до 40—50 км в сутки против прежних 15 км. Ни на одном из маршрутов, проверенных собаками — миноискателями, не было случая подрыва живой силы и техники».

Всего за годы войны для мин розыскной работы было подготовлено свыше 6-ти тыс. собак, которые обезвредили свыше 4 млн. мин. Это 33 города, 18 тыс. населенных пунктов.

Ретивые легенды ВОв. Мой чуткий сапёр Джерик — верный помощник

9 июля 1944 года в посёлке городского типа Пушкинские Горы, Псковской области слегка поддувал ветер. На сером небе мелькал тусклый солнечный свет. Веяло легкой теплотой. Вокруг всё зеленело, цвело и благоухало. Открывался видимости чудный край. Где — то в глубине скрывались дорожки с лавочками и беседами, цветущие пруды с дугообразными мостиками, небольшие дворянские особняки, пустынные холмики, парки, ароматные луга. На отшибе серела старая мельница. Её лопасти чуть скрипели.

По извилистой грунтовой дороге около Святогорского Свято-Успенского монастыря появилась полуторка. Она тихонько ехала, входя в поворот. Уже мелькал шпиль невысокой колокольни. Чуть отдавал блеском купол белокаменного здания. В кузове автомобиля сидел сапёр — сержант Анатолий Худышев. Его и так узкие глаза прищурились. Багряное жильное лицо преобразилось. Он улыбчиво посмотрел на свою верную собаку. Питомец повёл мокрым носом. Сидел смирно, взирая вперёд. Точно человек. Проникновенные глаза наполнились светом.

— Всё Джерик. Кажися, прибыли. Вон Святогорский монастырь возвышается, — произнёс Анатолий.

Пёс — кокер спаниель по кличке Джерик, сидя рядом, прижался к хозяину. Показал свой язык. Кобель быстро дышал. Он потянулся, словно кого — то высматривая на улице.

— Уууууууууу…

Автомобиль остановился на обочине дороги. Мотор тихонько тарахтел. Скрипнула дверка. Из кабины вышел водитель Николай Управителев. Он, немного сутулясь, склонился над капотом. Из потрёпанной кобуры торчала ручка нагана. Грудь наполнилась свежим воздухом. Его суховатое лицо озарилось светом. Мужичок закурил папиросу.

— Приехали господа хорошие, — громко сказал водитель полуторки, пустив изо рта дымок.

— Пойдём Джерик. Вперёд, — сказал сержант.

В лобовое стекло хлестнул яркий солнечный свет. Анатолий Худышев, прищурившись, потянулся к выходу. Кокер спаниель Джерик мельком взглянул на лицо хозяина. Тот, прихватив собаку руками, вышел из кузова. Клыкастый малыш рьяно побежал по лужайке. Он весело запрыгал. Показалось приподнятое настроение.

— Ууууууууу, — прогнувшись, проурчал Джерик.

Анатолий, посмотрев на серовато — белое небо, слегка нахмурился. Потянуло ароматом трав. Ему вдруг вспомнилась родная деревня. Он достал из кармана непочатую пачку папирос. Быстро закурил. Дымок тихонько расплывался над пилоткой. Джерик быстро забегал по дороге возле обочины. Чуть потягиваясь, разминался. Заскочил за небольшой кустик. Там, присев, опорожнился. Он, слегка завиляв маленьким хвостиком, быстро подбежал к хозяину. Притёрся к сапогам. Анатолий игриво прихватил пса за ухо.

— Уууууууууу…

— Ну, спасибо Вам. Пойдём Джерик. Нам с тобой ещё монастырь разминировать надо, — произнёс он.

— Да ладно. Не за что, — махнув рукой, сказал водитель полуторки.

Николай, оправив пилотку, залез в кабину полуторки. Он, немного замечтавшись, взял в руку обгоревшую тетрадку. Волевой взгляд устремился вслед приветливым попутчикам. Водитель, озарившись воспалёнными мыслями, решил дописать свой небольшой рассказ. Сухожильная рука плавно задвигалась.

Сержант Анатолий Худышев, взирая на монастырь, неторопливо пошёл по грунтовой дороге. Джерик послушно побежал рядом с хозяином. Устремился вперёд. Проглядывалась боевитость. Клыкастый малыш, заглотив слюнку, выкатил из слюнявой пасти язык.


На пасмурном небе тускло светило солнце. Ветер слегка поддувал. Веяло теплотой. Монастырь утопал в зелени. Кругом топорщились высокие деревья: берёзки, осинки, пихты, ели, множество всяких кустарников. Виднелся лишь кусочек белой стены, да шпиль с куполом. Высоко над пригорком парила большая дикая птица.

Сапёр Анатолий Худышев подошёл к воротам. Он, оглядевшись, мельком взглянул на собаку. Джерик крутился рядом, что — то занюхивая в зелёной траве. Живо бросил исподлобья невозмутимый взгляд на хозяина.

— Пойдём Джерик. В монастырь идём. И сразу начинаем работать, — боевито сказал Анатолий, взирая на смешного приятеля.

Из каменного здания вышел боевитый майор Фёдор Емельяненко. Бросалась в глаза его двужильность. Лицо приятное с багряным отливом улыбалось. Глаза живые бегали, пытаясь что — то уловить. Кулаки размером с пудовую гирю, казалось, могли легко проломить кирпичную стену. Он быстро сбежал с деревянной лестницы. Она слегка поскрипывала. Форма мужичка блестела. В кобуре сидел пистолет ТТ.

— Здравствуйте товарищи бойцы, — бодро сказал майор Емельяненко.

— Здравия желаю, товарищ майор, — ответил сапёр Анатолий, приложив руку к пилотке.

— Ну, как прибыли?

— Хорошо.

— Ну, ладно тогда. Задача тут такая. Проверить территорию. Двор, кельи. За монастырём памятники. Особо тут никто не проверял. Вас ждали.

— Понятно.

— Джерик. Ты всё слышал? — сказал майор.

Американский кокер спаниель Джерик, подняв нос к верху, точно задумался. На мгновение замер как статуя. Глаз округлились, наполнившись светом.

— Ууууаааауууу, — боевито взвыл пёс.

— Хахахахааа, — слегка засмеялись офицеры.

— Ну, как завершите. Доложите. Я здесь буду, — добавил майор Емельяненко.

— Есть…


Солнце распрямило свои лучи. Свет ярко озарил лицо сапёра. Его грудь наполнилась свежим воздухом. Легкий ветерок приятно обдувал. Анатолий наклонился, взглянув на довольную мордочку приятеля. Он слегка улыбнулся. Джерик, сидя, ждал команды. Чуть повёл мокрым носом.

— Что Джерик? Пилотку хочешь потаскать… Хахахаааа… Давай потом. Сначала дело. Джерик. Искать мины во дворе. Искать везде. Вперёд, — боевито сказал Анатолий.

Джерик, опустив нос к земле, чутко принюхался. Потянулся к входу. Он приостановился на лестничной площадке. Чуть фыркнув, присел. Бросил волнительный взгляд на лицо хозяина. Нехотя задвигал передней лапкой, указывая на опасное место. Анатолий насторожился, держа в руках щуп и лопатку. Он мигом подошёл к боевому приятелю. Пёс, почуяв мину, наморщил нос. Шерстистый сапёр ещё больше задёргал передними лапками.

— А ну — ка Джерик в сторонку. Я сам, — сказал Анатолий.

Сапёр внимательно осмотрел каменную дорожку. Он, склонившись на коленки, взялся за работу. Руками отклонил в сторону большой, плоский камень. Взору предстала противопехотная мина.

— Да. Молодец Джерик. Хорошо придумали. Мина — ловушка. Прямо перед самым входом, — сказал он.


На пасмурном небе тускло мелькал солнечный свет. Ветер чуть поддувал. Веяло теплотой. Впереди зияли белокаменные стены. Шпиль колокольни смотрел строго ввысь. Кругом по небольшим пространствам гуляла пустынность. Приятно тянуло ароматом вечнозелёной зелени.

Сапёр зашёл в монастырские кельи. Он остановился, направив невозмутимый взгляд на шерстистого приятеля. Джерик, вытянувшись, уже орудовал мокрым носом.

— Ищи Джерик. Ищи, — сказал Анатолий.

Джерик, принюхавшись, замер возле небольшой, каменной арки. Нюх обострился. Малыш вновь присел, волнующим взглядом поманив к себе хозяина.

— Вижу Джерик. Молодец. Растяжка минная стоит, — произнёс сапёр, наклонившись.

Анатолий, затаив дыхание, ловко разминировал взрывчатку. Он слегка нахмурился. Сердечное биение вернулось к обычному ритму. По виску покатилась капелька пота. Джерик, сидя рядом, слегка покосил голову. О чём — то задумался. Он быстро облизнулся. Клыкастый сапёр, глядя на лицо хозяина, выкатил из пасти язык.

— Уууууууууу…


Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 220
печатная A5
от 466