электронная
356
печатная A5
613
18+
Разница между нами

Бесплатный фрагмент - Разница между нами

Современный любовный роман

Объем:
268 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4490-5323-7
электронная
от 356
печатная A5
от 613

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Глава 1

— Готово, открывай.

Девушка открыла глаза и повернулась к источнику нежного женского голоса.

Подруга, в изумрудных глазах которой танцевали огоньки, улыбнулась, оголяя белоснежные зубы, и ответила на немой вопрос «Ну как я?»:

— Наташ, годно, как для затворницы!

— Алиса, я не ходила на свидания три месяца, а не триста лет.

Наташа подошла к зеркалу и посмотрела на темные отутюженные волосы по пояс. «Может, собрать их в хвост? Нет, тогда моя прямоугольная форма лица будет бросаться в глаза». Она с интересом рассматривала отражение. Стройные ноги прятали мешковатые домашние штаны. Губы, обведенные по контуру ярко-красным карандашом, то демонстративно расползались в улыбке, то складывались в трубочку. Полноватые щеки задорно приподнимались от любого движения губ, напоминая девушке о прошлых проблемах с весом.

Ярко-коричневые тени перекрывали тонну светлых, выделяя светло-серую радужку глаз. Черные ресницы, утяжеленные суперстойкой тушью, медленно порхали вверх-вниз. На высоком лбу красовались две тонкие змейки-морщинки. Рука потянулась, чтобы разгладить их, но наткнулась на препятствие:

— Не трогай!

Как ни крути, а с возрастом недостатки становятся более непривлекательными и выразительными.

— Тебе не кажется, что это перебор?

— Наташ, ну какой перебор? Мы скрыли всё ненужное и открыли всё доступное с самой лучшей стороны! — Алиса, которая, наполовину влезла в шкаф с одеждой, пятилась полноватым задом, чтобы выбраться из этой густой женской паутины из кофточек и платьев, периодически откидывая назад длинные рыжие волосы.

— Откуда? — Наташа с удивлением смотрела на платье, свисавшее с полноватой руки подружки. — Даже не хочу спрашивать, как ты его там нашла.

— А я вот хочу спросить у тебя, почему ты его так далеко запрятала? — коричневые, идеально выведенные карандашом брови, дернулись вверх и вернулись в исходное положение.

— Оно с пайетками, такие лет пять как не носят, и я его не прятала, я его выкинула, — Наташа принялась рассматривать свои бледные тонкие руки, по всей длине усыпанные едва заметными родинками, затем перевела взгляд на плечи, которые пылали огнем от веснушек. «Надо бы и этим когда-нибудь заняться, не хочу всё время такой разукрашенной природой ходить, некрасиво…» Взгляд скользнул ниже. Бежевый лак зрительно удлинял нелюбимые короткие пальцы, на которых красовались три золотых кольца — подарки от родителей на знаменательные даты: шестнадцать лет, совершеннолетие и выпускной в университете.

— Ага, шла на мусорку, а зашла в шкаф.

Фиолетовое платье оставляло открытыми пухлые руки, которыми Алиса щупала платье подруги. Длина до колен и свободный крой заботливо скрывали каждую непривлекательную складку и открывали увесистое декольте четвертого размера. Наташа усмехнулась «Вот бы мне такой!»

— Мне нравится, — причмокнула Алиса и заставила Наташу перевести взгляд на платье в руке.

— Н-нет, театр еще не видал таких модных нарядов!

— Считаешь, что до спектакля дело не дойдет, если он тебя увидит в этом? А-р-р-р, — Алиса задергала головой, приоткрыв рот, изображая тузика с грелкой.

— Так, шо я пропустила? — это «шо» по звучанию напоминало закрывающуюся молнию на сапогах.

В дверном проходе показалась рука с тарелкой, а потом и вся темноволосая девушка. Летний загар темным слоем покрывал кожу. Он мог не покидать ее всю осень, и лишь к середине зимы лицо становилось светлее, давая повод Алисе придумывать прозвища от «молочной шоколадки» до «чертовки». Девушка утверждала, что данную особенность она унаследовала от монгольских предков вместе с узким разрезом глаз и высоким лбом, но проверить этот исторический факт не представлялось возможным, ведь родители, как и бабушки с дедушками, у нее были славянской наружности, и о предках своих не вспоминали. Белое короткое платье, вплотную прилегало к телу и лишь подчеркивало и до того явный контраст цветов. Уплетая хлопья с молоком, она медленно продвигалась к дивану посреди комнаты, поправляя короткие непослушные волоски, которые так и норовили искупаться в молоке. Ее темные глаза с наслаждением прищуривались каждый раз, когда она подносила ложку ко рту, а язык с удовольствием слизывал каждую каплю молока с огромных пухлых губ. Наташа с Алисой переглянулись и захихикали.

— Да, шо такое?

— Шо, шоколадка? — передразнила ее Алиса.

— Ой, да ну вас.

Алиса снова погрузилась в шкаф, а Наташа в мысли о предстоящем свидании.

Инга примостилась на диване и отставила тарелку, занявшись ноутбуком Наташи.

— Ааа, вы только посмотрите, что я нашла! — она развернула экран в сторону девушек и подняла палец вверх. — Топ самых богатых мужчин на планете за всю историю человечества.

На экране началась демонстрация. Наташа отвернулась от зеркала и прошла вперед к дивану, на котором устроилась Инга.

— Ой, какие хорошенькие, — Инга схватилась за тарелку и, причмокивая, погрузилась в просмотр видео.

— Женат, женат, и этот женат! — резюмировала Алиса, как только вылезла из шкафа, — а у этого шейха двенадцать детей.

— Блин, Алиса, ты всё портишь, — Инга демонстративно повернула экран от Алисы.

— А ты что, чертовка, замуж собралась?

— За одинокого красивого и богатого шейха — конечно! За женатого — ни-ког-да! Моя мама учила меня обходить таких стороной. Сама помню, как папа бросил нас… — повисло неловкое молчание. — А ты, Наташа, вышла бы замуж за шейха?

— После того, как я рассталась с Андреем…

— Андре-е-е-й, — протянули подруги в голос, и Наташа закатила глаза.

— Мне продолжать? — снова воцарилась тишина. — ­­­­Нет, сейчас мне кажется, что я никогда не выйду замуж. Тем более за шейха: другая страна, чужие люди, мне и здесь проблем хватает. И кто их разберет, что у этих иностранцев в голове, даже пытаться не стала бы. А у богачей тем более особый склад ума. Такие не водятся с простыми учительницами, проживающими на зарплату от урока к уроку. Я вот что думаю: чем богатее мужчина, тем больше от него проблем.

— Значит, этот твой, с которым ты в театр собралась, бедный? — Инга поставила видео на паузу и с интересом посмотрела на Наташу.

— Эм, — повела девушка бровью, — не то чтобы бедный…

— Но на свидание ты идешь? — прищурила глаза Инга и вытянула губы трубочкой, так что ее лицо еще больше напомнило перевернутую каплю.

— Свидание — не роспись, можно сходить, — засмеялась Алиса.

— А вдруг! Придет она такая красивая, он посмотрит на нее и… на роспись!

Инга всегда была такой — эмоциональной, сопереживающей, нежной подругой. А сколько она рыдала над каждым выпуском «Холостяка»! Полная противоположность Алисы, которая, скорее, испытывала экзистенциальный паралич в ситуациях, где принято проявлять сочувствие. Она предпочитала действовать решительно — лечить не словом, а делом. Лекарства она предпочитала соответствующие своему статусу: дорогие и сорокоградусные.

— И правда, она три месяца прообнималась с телевизором и комедиями девяностых, пора выкинуть его в окно и заняться оздоровительным сексом, — Алиса снова вылезла из шкафа с новым платьем в руках.

Инга поперхнулась:

— Ты шо, шутишь? У нее был восьмилетний роман, по-твоему, она должна бросаться на шею каждому встречному?

— Не на шею, Инга, а в кровать, и хорошо бы, если он бросит ее. На дворе двадцать первый век! Трехмесячное отсутствие близости с мужчиной негативно сказывается на взрослом женском организме. Будь у меня такой перерыв, я бы мысленно раздевала каждого прохожего, — Алиса мечтательно закатила глаза.

— Или села за изнасилование, — добавила Наташа, и комната наполнилась смехом.

— Да ты вспомни, как мы с тобой познакомились! Я перед тем официантом ни к одному мужчине месяц не притрагивалась. И за всё «спасибо» моему агенту, который гонял меня каждый день по конференциям из города в город.

— А мне ты сказала, что вы встретились за ужином в ресторане! — Инга насупилась.

— В ресторане, всё именно так. Я по привычке выбрала одинокий столик у двери и доедала свой обед, когда в зал вбежала растрёпанная женщина.

— Это была Алиса?

Наташа кивнула в ответ и продолжила:

— Выглядела она ужасающе, в едва застегнутой рубашке, с подносом в руках, который впоследствии полетел в одного молодого высокого парня, который увлеченно советовал посетителям блюда из меню. Единственное приличное слово, которое Наташа разобрала из потока сквернословия, звучало властно, без ноток истеричности: «катись». Официант, уворачиваясь от подноса, продвигался перебежками к выходу, а фурия неслась за ним. Как только она поравнялась с моим столиком, парень выскользнул за дверь, оставив у двери ресторанную форму, а она схватила мой недопитый бокал и осушила его до дна со словами «за счет заведения».

— Обалдеть!

Инга рассмеялась и занялась хлопьями, оставив Наташу предаваться воспоминаниям, пока Алиса копошилась в шкафу.

Их встреча была не случайной. Тем же вечером за несколькими бутылками бесплатного вина «за счет заведения» и теплым разговором Наташа поняла, что встретила будущую подругу. Наташа черпала энергию, которой наполнялось всё пространство вокруг прагматичной Алисы, и часто следовала ее советам. Они сошлись по многим пунктам: обе не замужем, умны и образованны, к тому же Алисе не хватало материнской заботы, а Наташе — умения общаться с мужчинами, и в этом они успешно помогали друг другу.

Позже Наташа познакомила ее с Ингой, с которой ее связывал университет. Низенькая темноволосая девушка с фигурой типа «яблоко» училась на четвертом курсе, когда Наташа заканчивала аспирантуру. На кафедре холодно относились к тем, у кого были частые прогулы, но большие темные глаза и нежный голос Инги творил с мужским преподавательским составом чудеса. Наташу поставили на их поток провести экзаменационный опрос по пройденным темам английской грамматики. Группа была предупреждена заранее на предпоследнем занятии, и все пришли вовремя, кроме Инги, которую никто из сокурсников не встречал последние три месяца. Она, замыленная, ворвалась в аудиторию, когда сокурсники заканчивали подготовку к устным ответам.

— Фух, я вас по всем аудиториям ищу, — она повернула голову к кафедре и увидела Наташу. — Ой, а сегодня не будет Марины Игоревны? Слава Богу, а то я испугалась, вдруг… А шо вообще происходит?

По аудитории покатился смех, кто-то начал объяснять Инге, что идет экзамен, кто-то просил замолчать и сесть. Наташа, сохраняя спокойствие, молча подошла к ней с билетом.

— Спасибо, — застенчиво сказала Инга.

Она отвечала последней, материал сдала на отлично, но количество прогулов переваливало за цифру посещений, и Наташа не могла поставить выше трех баллов.

— Вы много пропустили.

Инга вздохнула:

— Понимаете, я остаюсь дома с сестрой и бабушкой, они у меня часто болеют.

— А больше некому?

— Нет, поэтому пропускаю.

— Я не могу поставить больше тройки. За посещаемость вы тоже получаете баллы, а у вас их четырнадцать из сорока.

— О, спасибо! Три, ставьте три! — она выглядела счастливой, и Наташа оторопела.

— Но вы можете пересдать все темы, которые проходили на парах, когда вы отсутствовали и показать конспекты.

— Ой, не надо, тройки хватит.

— Три значит три. А что с вашей бабушкой?

Пока Наташа проставляла оценки и заполняла зачетки, Инга воодушевленно рассказывала о бабушке. Незаметно тема расширилась и дополнилась разговорами про родителей. Инга много говорила о своей маме, и по описанию Наташа заподозрила, что у них одна мама на двоих. Тот день стал отправной точкой дружбы.

Инга не заводила друзей в университете, многие ее недолюбливали из-за громкого смеха и режущего уши акцента. И даже те, кто находил ее интересной и необычной, чаще смеялись над ней, чем умилялись ее деревенскому характеру.

Наташа взяла ее под свою опеку, и ее проявления доброты и заботы увенчались успехом. Инга многому научилась и с ее помощью закончила университет.

С Алисой Инга нашла особый язык. Инга смешила ее своими вычурными идеями и фразами, а Алиса учила ее ответственности, периодически подкидывая ей подработки.

— Наташ, расскажешь, как познакомилась со своим Ромео? — Алиса вылезла из шкафа и отложила еще пару платьев на стул.

— Ничего особенного, так, банальная встреча. Я опаздывала в кассу, погода не радовала, надвигалась гроза, и я бежала со всех ног. Когда начался ливень, я подбегала к ступенькам, мне не хватило полшага до двери, ноги подкосились. И в тот момент, когда платье почти задралось, а руки коснулись скользких плиток, меня с силой потянули вверх.

Наташа погрузилась в воспоминания, стараясь вспомнить каждую деталь.

— Нужна помощь?

— Не помешает, — Наташа причудливо растянула слово, не до конца осознавая, что произошло.

Перед ней стоял высокий мужчина средних лет: она дала ему не больше сорока. «Хорошая фигура. И голос приятный. А волосы такие густые, соломенные, так и хочется запустить в них руки. И нос аккуратный, прямой, и брови домиком уложенные, коже многие девушки позавидуют, ухоженная, играет красками жизни. Вот только глаза его как у охотника, прищурились аж мороз по коже в самое сердце рвется. Прикоснусь к нему, а в руках камень холодный вместо лица окажется». Ей показалось, что он слишком долго держит ее руку, но горячее тепло рук, которым он делился с ней, приятно согревало, так что она не шевелилась, лишь отвела взгляд. «Такие холодные глаза и такие горячие руки!». Наконец он отпустил ее и помог подняться к входу.

— Заходи, — он придержал дверь и пропустил ее вперед.

Необычное происшествие вскружило ей голову, и она растерянно оглядывала холл. Потребовалось некоторое время, прежде чем она вспомнила, зачем пришла, и помчалась к окну билетной кассы. Всё это время незнакомец с интересом за ней наблюдал. «Я опоздала», — руки опустились, вывеска четко давала понять, что билеты на завтрашний спектакль больше не принимаются к обмену. Поджав губы, Наташа повернулась к выходу и только сейчас заметила, что мужчина не сдвинулся с места, перегородив ей проход.

— Завтра премьера, надеюсь на успех.

— А вы пришли за билетами? — она решила поддержать разговор, чтобы лучше рассмотреть незнакомца.

Он почесал подбородок:

— За билетом, — умышленное ударение на последнем слоге не ускользнуло от ее слуха.

— У меня есть один, я пришла сдать два билета.

— Я беру их, — резко отрезал он, доставая портмоне.

— А, конечно, — растерянность вернулась к ней обратно.

«Всё-таки ему нужно два».

Наташа протянула билеты и обменяла их на пару банкнот.

— Здесь намного больше, — денег хватило бы на десять таких же билетов, и Наташа протянула купюры обратно.

— Это вместо цветов, — с этими словами он положил в ее вытянутую руку один билет, развернулся и вышел.

На улице все так же лил дождь.

— Офигеть! И что ты сделала? — Инга выбежала за новой партией хлопьев.

— Я была в замешательстве, мне еще никто не оставлял деньги вместо свидания или цветов, простояла минуты три в полной тишине с протянутыми в руке деньгами.

— Алиса, ты еще за то, чтоб она бросилась к нему на шею?

— Еще как. Он странный, тут не спорю, но если Наташа собирается в театр, значит, в нем что-то есть, — она выбралась из шкафа с новой партией одежды.

— Ничего подобного, я иду только потому, что хочу посмотреть спектакль, — попыталась она соврать, но приметив улыбку на лицах у подруг поняла, что они услышали дрожь в голосе.

— Конечно-конечно, поэтому ты хотела сначала сдать билеты, — Алиса с любопытством рассматривала платья.

— Это другое. Он заинтриговал меня. Как будто бросил вызов этим холодным взглядом, своей манерой поведения. Никогда не встречала подобных мужчин.

— Иди, иди, может, он еще денег даст, — Инга говорила, не переставая жевать.

— Я не оставлю у себя эти деньги! — возмутилась Наташа, вскочив с дивана.

— И как же ты их отдашь? — Инга бросила ложку в тарелку, распространяя звон.

— Я не знаю, пока не знаю. Буду действовать по обстоятельствам.

— Согласна с Наташей, деньги вместо цветов — это унизительно. Представьте, если он оставит кошелек после секса — на утренний кофе.

— Деньги в отношениях с женщиной — залог счастливого будущего, — Инга демонстративно отвернулась, продолжая занимать себя едой.

— А ты сегодня с Геной? — Наташа постаралась перевести тему и повернулась в сторону Алисы.

— Ага, третьи выходные подряд.

— Ууух, — Инга растянула звук и повернулась, — для тебя это особенное свидание? Скрещу пальцы за вас сидя дома на диване.

Алиса отмахнулась от Инги и подошла с выбранным платьем к Наташе.

— А ты чего дома?

— Мама обещала позвонить вечером, я ее неделю не слышала. Она уехала с Алексеем Владимировичем к его маме в деревню.

— С Лёшей? Ты же говорила, они в разводе.

— Давно, он приезжает иногда за малой. Пригласил недавно маму к себе, ну как к себе, к его маме.

Алиса медленно покачала головой, поджав губы.

— Главное, чтобы она была счастлива. Это что? — Наташа удивленно посмотрела на Алису, которая прикладывала к ее груди коротенькое вечернее платье.

— Нет, не это, — Алиса подбежала к стулу и взяла следующее.

Второе платье оказалось чуть длиннее, чем предыдущее, но обилие прозрачной ткани открывало взгляду многие пикантные подробности. Для Наташи это платье оставалось символичным, она надела его лишь однажды на первое «домашнее» свидание с Андреем.

— Поищи слева, там вся моя приличная одежда.

— Типа этой? — Алиса подошла к шкафу и извлекла из него длинное прямое серое платье, больше похожее на праздничный наряд мусульманки.

— Я надевала его на работу.

— Подражаешь Марии Монтессори? — Алиса скривила рожицу.

— Ты же давно не работаешь в колледже, зачем оно тебе? — Инга собиралась отнести тарелку на кухню, но остановилась в проходе.

— Андрею нравилось.

— На помойку!

— Но оно мне памятно, — Наташа попыталась дотянуться и ухватить край платья, но Алиса оказалась проворнее и убежала на кухню.

— С глаз долой — из сердца вон! Приговариваю тебя к казни через обрезание! — кричала она из кухни.

— Может, разрезание? — Наташа давилась смехом.

— Может и так.

Расправившись с платьем, Алиса победоносно пронесла ножницы в комнату:

— И так будет с каждым! Пусть лежат тут, чтоб не забывала, что с прошлым нужно заканчивать сразу, а не через время.

— Ах, — восторженное восклицание Инги заставило девушек замолчать.

— Посмотрите, что я нашла! — пока Алиса бегала по квартире, Инга, напевая, перебрала шкаф.

— Неплохое. Да. Нормальное, — Алиса подошла к Инге и принялась разглаживать платье руками. — Так, девочки, я вас оставлю. Свою миссию я выполнила, лицо к презентации подготовила, одежду подобрала, а теперь время для моего преображения. Не успею — придется в этом весь вечер сидеть, а я не любитель долгих раздеваний.

Алиса повернулась к подругам спиной, обхватив волосы рукой приподняла и продемонстрировала вереницу маленьких пуговиц на пол спины.

— Время для свиданий!

— С Генкой? — Инга изменила голос до противно высокого.

— Да, с Генкой, — Алиса решила подыграть манере Инги и с этими словами вышла в коридор.

— Я закрою, провожать не нужно, — доносился ее голос из прихожей.

— А я и не пойду, — смеялась Инга. — Давай, надевай его скорее!

Последняя фраза была обращена к Наташе, которая задумчиво рассматривала выбранное на свидание платье. «Свидание года».

Глава 2

Алиса вышла на улицу, вдохнула сентябрьский воздух и поежилась от вечерней прохлады. До встречи с Геннадием два часа, вино и фрукты она заранее оставила на столе, а ужин от шеф-повара ждал в микроволновке. С учетом загруженности дороги она решила, что успеет доехать на машине за это время. Сев в темно-серый Kia Rio, стоявший за углом Наташиного дома, она тронулась с места. Дорога помогала ей привести мысли в порядок, и сейчас она собиралась заняться расстановкой фактов. Выехав на трассу, она пристроилась за красной Toyota. «А у него черная». Пробка на главной развилке была огромная, значит, у нее найдется время окунуться в прорву мыслей.

«Как это случилось? — этот вопрос не покидал ее на протяжении всей недели. — Я должна вернуться к тому моменту, когда это началось — во вторник, нет, в понедельник, три недели назад».

Воспоминания нахлынули не сразу, постепенно увлекая ее за собой, погружая с головой. Это случилось во вторник, когда Алиса сидела за столиком в своем ресторане и говорила с новой официанткой. Девочку, кажется, звали Настя, и ей срочно нужны были деньги для оплаты съемной квартиры. Неплохой стаж в ресторане конкурента подействовал на Алису как приманка, и она подписала договор на испытательный срок. Оставались лишь детали с оформлением и зубрежкой меню. Для Насти это был первый экзаменационный день по классификации вин.

До открытия оставалось пять минут, когда в ресторан зашел мужчина: высокий, статный, с зачесанными назад волосами с проседью, в серой рубашке навыпуск. Он прошел по залу и занял столик для одного человека у окна. Алиса пропускала мимо ушей ответы, с интересом разглядывая раннего посетителя.

— Хотите, я попрошу его подождать?

— А? Что?

— Хотите, я попрошу его подождать до открытия? — Настя повторила вопрос.

— Нет, — Алиса закрыла журнал и встала, — примите заказ.

Пройдя за барную стойку, она присела, чтобы понаблюдать за гостем.

Официантка подошла к незнакомцу и долго с ним говорила, иногда смеялась и показывала что-то в меню. Наконец, когда она отошла, чтобы отдать заказ на кухню, Алиса подошла к ней:

— Что заказал?

— Завтрак на одну персону и бокал мускатного.

— Ммм, мускат, значит. Хорошо, предложи ему десерт от заведения, что-то со сливками и клубникой, как нашему первому посетителю.

— Хорошо.

Алиса вернулась обратно к стойке. Ранний гость увлеченно рассматривал пейзаж за окном, затем достал из кармана телефон и начал крутить его в руках. Догадывался ли он, что зеленые глаза следили за каждым движением рук, за тем, как тонкие пальцы обнимали металлическую крышку телефона, сжимали при повороте. Взгляд скользнул на его лицо. Когда-то черные волосы, по-модному уложенные, выдавали его возраст, глубоко посаженные темные глаза быстро скользили от предмета к предмету. Он выглядел напряженным, но эта напряженность, поигрывание желваками на скулах лишь придавали ему мужественности.

Настя вернулась с заказом и десертом. Подойдя к мужчине, она разложила все приборы и поставила блюда. Мужчина с недоумением осматривал блюда и что-то спрашивал. Настя отвечала и улыбалась, а затем и вовсе повернулась и указала в сторону бара. Алиса напряглась, мужчина улыбнулся и принялся за завтрак.

Когда Настя поравнялась с баром, Алиса дернула ее за руку:

— Что ты ему сказала?

— Он спросил, почему я принесла ему так много, и кто так хорошо управляет этим заведением. Я ответила ему, что вы, Алиса Геннадиевна. Он добавил, что, хрупкой девушке, как я, сложно справляться со всем одной, пока начальница спит с утра, но я сказала, что вы всегда с нами.

— Ясно, подойдешь потом, спросишь, понравилось ли ему.

— Да, конечно.

Настя ушла к другим официантам, а Алиса осталась сидеть за барной стойкой. Покончив со всем содержимым блюд, мужчина достал из кармана ручку и что-то написал на салфетке, затем повернулся и посмотрел Алисе в глаза. Она кивнула и отвернулась. Дожидаясь, когда мужчина покинет ресторан, Алиса старательно изучала журнал, поглядывая на часы. Наконец, когда посетитель закрыл за собой дверь, она подошла к столу, за которым он сидел. «Что на счет кофе, мисс управляющая?» Алиса сжала салфетку в руках: «Хорошо, что ее не видела Настя. Значит, кофе… Неплохо, хотя лучше бы вино. Интересно, как он узнает мой ответ».

Мысли о раннем госте не покидали ее весь день и вечер. И, лежа в постели, прокручивая в голове картинки прошедшего дня, она вспоминала лицо и руки мужчины, который пригласил ее на кофе. В руках она мяла ту самую салфетку и краснела от постыдных мыслей.

Утром она отправилась на работу, ожидая раннего гостя на завтрак, но он не пришел. Так прошел и следующий день. На третий день, когда, проснувшись, она решила, что это была просто шутка, он пришел с цветами. Она сидела за своим столиком и разбирала заявки на проведение торжеств. Ее отвлек легкий запах ромашек, и она подняла голову. Перед ней сидел тот, ради кого она ждала завтрак в эти дни. В руках у него был огромный букет ромашек.

— Я помешаю?

— Немного, — она улыбнулась. — Но я могу отложить все дела, если что-то важное.

— Готов отдать всё за две чашки кофе.

— Только за две чашки и сразу «всё»? — скептично переспросила она.

— Не то чтобы за две, но можем начать именно с них, — он аккуратно положил цветы на стол и, сжав пальцы в замок, оперся на них подбородком, — мне придется очень постараться, чтобы уговорить вас на ужин?

— Если начнешь прямо сейчас — к ужину как раз успеешь, — мужчина рассмеялся, и она кивнула.

Алисе нравились успешные мужчины с чувством юмора. Она разработала целую схему отбора мужчин и назвала это правилом «РОМАНТИК»: раскрепощённость, обаяние, материальность, аккуратность, натуральность, тактичность, ироничность и критика. Каждый раз, встречая интересного мужчину, она оценивала его по этим критериям. Раскрепощенность стояла для нее на первом месте. Алиса не верила в отношения без секса, поэтому мужчина, который не умеет удовлетворять женщину и получать от этого наслаждение, был ей неинтересен. Обаяние: тут всё просто — если мужчина не имеет хорошего чувства юмора, приятного голоса и не способен ничем заинтересовать — он ее и не заинтересует. Материальность: речь шла не просто о том, что человек существует сам по себе, но об успехе и его достижениях; мужчина всегда должен гордиться собой и своими достижениями и иметь планы и цели. Пункт про аккуратность был не совсем строгим правилом, Алиса могла пережить носки под диваном, но не могла смириться с помятой рубашкой на людях. Мужчины, которые много драматизировали или бурно выражали свои эмоции, отталкивали ее так же, как и бестактные, грубые и непунктуальные. Адекватную самоиронию и критику она считала положительными качествами, за ней был личный грешок — самоирония.

Инга считала, что ее схема слишком строга и сложно найти настолько идеального мужчину, и она была отчасти права — все отношения Алисы длились не более двух недель. Поэтому девушка приняла за правило делить мужчин еще на две категории: для общения и для секса.

Ее ранний гость только начинал сдавать экзамен, но у Алисы появилось хорошее предчувствие.

— Геннадий, — бодро пробасил гость.

— Очень приятно, Алиса, — она подала руку, и Гена приблизил ее к губам.

Кожу обдало горячим дыханием, и по телу поползли мурашки.

— Мне тоже очень приятно, — Гена смотрел ей в глаза, иногда переводя взгляд на стол.

Отпустив ее руку, он вернул свои в исходное положение. Большие пальцы нервно перебирали друг друга, но Алисе нравилось это ребяческое волнение, которое она разделяла впервые за долгое время.

­­­ — Никогда прежде не встречал такую колоритную девушку.

­Алиса лишь удивленно подняла бровь.

— Я имею ввиду цвет ваших волос и глаз. Довольно редкое сочетание рыжих волос и зеленых глаз. В них можно разобрать дьявольские огоньки. Готов поклясться, я пил вместо чая зелье.

­Алиса с улыбкой слушала собеседника.

­ — Говорят, ведьмы весят меньше сорока пяти килограмм, так что не переживайте, по крайней мере, пока моя талия не уменьшится на тридцать сантиметров.

Они еще час пили кофе и обсуждали работу, иногда вспоминая истории из детства или юношества, смеялись, пока не пришло время обоим возвращаться к рабочему процессу.

Во время ужина, они снова встретились. Гена набрал семь из восьми баллов, но Алиса не спешила радоваться. Она понимала, что это только первая встреча, и многое может измениться, и ему для полного счастья предстояло пройти самую важную проверку и набрать самый важный балл, решающий. Его руки сводили ее с ума. Она гладила их при каждой возможности, ощущая прикосновения к густым темным волоскам и мечтала о том, чтобы его руки были всегда с ней.

Гена был перспективным банкиром, обладателем немалого состояния, но Алису интересовал не только размер счета. Обменявшись номерами телефонов, в тот вечер они договорились о новой встрече через неделю. Вторая встреча прошла также триумфально для Гены. Поражая ее своим бурным прошлым путешественника, он не замечал, как Алиса строит планы на их третье свидание, надеясь провести его у него в квартире. Но мужчина так и не пригласил к себе, а лишь намекнул, что собирается отвезти ее в новый ресторан. Сгорая от нетерпения испытать его в интимной сфере, она позвонила ему накануне встречи:

— Привет.

— Привет, — Гена тяжело дышал в трубку, — не ожидал твоего звонка.

— Занят?

— На тренировке, что-то случилось?

— Может, приедешь завтра ко мне? — Алиса выпалила фразу на одном дыхании.

На обратной стороне линии повисла тишина.

— Алло?

— Да-да, я тут — запинаясь, сказал Гена. — Давай. Напиши мне сообщение: куда подъехать и во сколько.

— Конечно, до завтра.

«Да, всё так и началось, но неизвестно, чем закончится».

Алиса вывернула к своему дому и остановилась. Одно парковочное место ожидало именно ее. «Как всё удачно складывается». Выйдя из машины, она посмотрела на часы. До встречи еще полчаса, как раз хватит.

Через полчаса раздался звонок. Брызнув пару раз на шею мужскими духами Black XS, она на секунду замерла, принюхалась, а затем добавила третий раз на грудь и уверенной походкой прошла к двери:

— Сейчас, подожди секундочку, я открою.

Замок щелкнул. На пороге стоял высокий мужчина в черной кожанке. Куртка обтягивала его руки при любом движении, готовая порваться в любой момент от напора мышц. Свет лампы падал на его голову, отражаясь от ее поверхности мягким светом.

— Рома? Ты что тут делаешь? — рука соскользнула с замка, а зрачки увеличились.

Рома никогда не появлялся в ее жизни без предупреждения, но всегда был готов принять ее и утешить. Их отношения исключали романтику, которую принимают за конфетно-букетный период, но ее связь с ним была очень крепкой. Он понимал, когда нужно что-то говорить, а когда молча раздевать. Рома заменил ей отца, когда тот бросил мать, и долгие годы наставлял ее и поддерживал во всех начинаниях. Он был идеальным мужчиной, с которым у нее никогда не могло ничего получиться, кроме секса.

— Ты не рада?

— Рада, конечно, просто неожиданно как-то, — Алиса отошла на пару шагов, давая Роме пройти.

­ — Такая красивая, — он потянулся рукой к щеке Алисы, но остановился, — я думал ты не любишь прически, никогда не видел твои собранные волосы. Такая забавная, и лицо сразу овальную форму приобрело, а раньше я и не замечал. Ладно, я к тебе по делу, мне нужен совет.

Скоро придёт Гена, с которым возможно выйдет что-то большее, чем просто секс или разговоры, она не могла рисковать.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 356
печатная A5
от 613