электронная
360
печатная A5
626
16+
Рассказы

Бесплатный фрагмент - Рассказы


Объем:
166 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4493-9461-3
электронная
от 360
печатная A5
от 626

Белая ворона или Нестандартное мышление

1

Витя Куролесов сосредоточенно выполнял домашнее задание, когда в комнату вошел его старший брат Денис. Денис сел рядом с братом и серьезно сказал:

— Витька! Я ясновидящий.

— Ага, — усмехнулся Витя, — расскажи кому-нибудь другому.

— Серьезно, — сказал Денис, — я научился читать мысли людей.

— Ну и о чем я сейчас думаю? — поинтересовался Витя.

Денис взял чистый лист бумаги и ручку и начал что-то писать. Закончив писать, он свернул лист вчетверо и пододвинул к брату.

— Пока не разворачивай, — попросил он, — сначала посчитай в обратном порядке от ста до единицы.

Витя с любопытством посмотрел на старшего брата.

— Вслух считать? — спросил он.

— Вслух.

Витя прокашлялся и начал считать:

— Сто, девяносто девять, девяносто восемь, девяносто семь. девяносто шесть…

Когда Витя произнес число семьдесят четыре Денис внезапно сказал:

— Русский поэт.

Сбитый с толку Витя уставился на брата и в следующую секунду выпалил:

— Пушкин.

— Считай дальше, — скомандовал Денис.

Витя, ничего не понимая, продолжил счет.

— Семьдесят три, семьдесят два, семьдесят один, семьдесят…

Когда счет дошел до тридцати восьми, Денис снова перебил Витю.

— Часть лица, — сказал он.

— Нос, — пожал плечами Витя.

— Продолжай.

— Тридцать семь, тридцать шесть, тридцать пять, тридцать четыре…

Когда Витя дошел до числа двенадцать, Денис в очередной раз сказал:

— Домашняя птица.

После секундного колебания Витя ответил:

— Курица.

— Всё, — сказал Денис, — теперь разверни лист и прочитай то, что я написал.

Витя развернул лежащий рядом с ним сложенный вчетверо тетрадный лист и, не веря своим глазам, прочитал написанные Денисом три слова — «Пушкин», «нос», «курица».

— Ну ты даешь, — Витя восхищенно смотрел на старшего брата, — как ты узнал, что я отвечу именно так? Ты что правда мысли читать научился?

— Да нет, — рассмеялся Денис и, хлопнув Витю по плечу, поднялся со стула, — просто у людей мышление стандартное.

— В каком смысле стандартное? — Витя даже забыл о своих уроках, — Денис, объясни.

Денис снова сел на стул.

— Когда мозг у человека чем-то занят, — объяснил он, — как вот в данном случае счетом в обратную сторону, человек на любой вопрос выдает стандартную фразу, потому что ему не оставили времени на размышление.

— Стандартную это…

— Стандартную — значит такую, над которой думать не нужно, а просто дать в качестве ответа наиболее легкий вариант.

— Ты хочешь сказать, — наконец стал понимать Витя, — что если бы на моем месте был кто-то другой, то результат был бы точно таким же?

— Любой человек на твоем месте даст те же ответы, — усмехнулся Денис, — можешь завтра в школе попробовать.

2

На следующий день Витя Куролесов едва дождался большой получасовой перемены. Как только прозвенел звонок, Витя подсел к одному из одноклассников и немедленно начал эксперимент. Спустя десять минут одноклассник воззрился на Витю, с удивлением глядя на лежащую перед ним бумажку.

— Как ты догадался? — спросил он у Вити, — что я отвечу именно так?

Витя в отличие от своего брата Дениса не стал пускаться в объяснения.

— Особый дар, — гордо заявил он и с важным видом вышел из класса…

Спустя еще неделю одноклассники стали шушукаться и поглядывать на Витю с некоторой долей уважения. Но пожинать плоды особо одаренного ребенка Вите долго не пришлось. Спустя еще неделю классный руководитель привел к ним в класс новенькую, Леночку Перепелкину, которая переехала вместе с родителями из другого города. В первый же день ее появления в классе Витя дождался большой перемены и сразу подсел к ней, дабы продемонстрировать ей свои необозримые таланты. Выслушав Витю Куролесова, Леночка послушно начала считать в обратном порядке от ста до единицы. Витя слушал ее со скучающим видом, а потом небрежно сказал:

— Русский поэт.

— Ломоносов, — ответила Леночка.

— Ло-мо-но-сов? — лицо Вити вытянулось от удивления, — причем тут Ломоносов?

— Ломоносов тоже стихи писал, — невозмутимо ответила Леночка.

— Тоже стихи писал еще не означает поэт, — возмутился Витя, — я прошу тебя назвать русского поэта.

Леночка задумалась. Витя смотрел на нее широко раскрытыми от удивлениями глазами. — Ты что, русского поэта не знаешь?

— Баратынский, — наконец, ответила она.

— К-кто? — Витя впервые в жизни слышал эту фамилию, — какой Баратынский? Я прошу тебя назвать русского поэта… ну такого, которого знает вся страна.

— А-а, — сообразила Леночка, — Маяковский.

— Почему Маяковский? — Витя едва не плакал от досады.

— Как почему? Это же вся страна знает.

— Что это?

— Ну это, — Леночка наморщила лоб, вспоминая строки из стихотворения, — завидуйте… я достаю из широких штанин… бесценный груз…

— Ладно, — перебил ее Витя, решив, что один прокол из трех возможных еще не означает провал, — считай дальше.

Леночка послушно продолжила счет. Немного подождав, Витя внезапно сказал:

— Часть лица.

— Подбородок, — ответила Леночка.

— Подбородок? — лицо Вити пошло красными пятнами, — подбородок к лицу не относится.

— Как это не относится? — возразила Леночка, — а к чему же он относится?

— К го-ло-ве, — назидательно сказал Витя Куролесов.

— Лицо тоже к голове относится.

— Да но…, — Витя обвел пальцем свое лицо, — я спрашиваю часть лица… ну то, что больше всего выпирает.

— А-а, — улыбнулсь Леночка, — щеки.

— Щеки? Почему щеки? — Витя, кусая губы, смотрел на испытуемую.

— У вашего учителя математики щеки как у хомячка, — улыбнулась Леночка, — выпирают.

— Хорошо, — сдался Витя, надеясь угадать хотя бы один ответ, — считай дальше.

Леночка продолжила счет и вскоре услышала очередной вопрос.

— Домашняя птица.

— Индюк, — невозмутимо ответила испытуемая.

— Ну почему индюк? — Витя никак не мог поверить в свое полное фиаско.

— Потому что индюк домашняя птица.

— Да, но индюк мужского рода… я прошу тебя назвать птицу… то есть женского рода… это же так просто..ну… она… ну..

— Выхухоль, — предположила Леночка.

— Кто-о-о-о? — особо одаренный ребенок Витя Куролесов был окончательно и бесповоротно разбит, — какая выхухоль?

— Обычная, — ответила Леночка, — я читала, что их разводят в Америке на специальных фермах.

Сидящий неподалеку одноклассник Вити внимательно слушающий разговор возразил Лене.

— Выхухоль это животное… зверек такой.

— Животное? — удивилась Леночка, — неужели я ошиблась?

Витя повернулся к однокласснику осмелившемуся прервать эксперимент и насмешливо сказал:

— Тоже мне знаток… выхухоль это птица.

Одноклассник вытаращил на Витю глаза.

— Да ты что? Выхухоль это зверь.

— Какой зверь? — подал голос еще один ученик с соседней парты, — выхухоль это птица.

— Да вы что с ума все сошли… это зверь… животное.

Услышав шум в класс вошел старшеклассник и мрачно уставился на учеников. Витя внезапно увидел в нем помощника способного разрешить спор и громко сказал:

— Эй, Генка, выхухоль эт…

— Чего? — прорычал Генка, ибо не имея представления о том, кто такая выхухоль, принял это слово за ругательное и, подойдя к Вите, схватил его за шиворот, — что ты сказал?

Он уже вознамерился отвесить Вите подзатыльник, но к счастью в класс вошел учитель математики с выпуклыми как у хомячка щечками.

— Что здесь происходит? — спросил он.

— Он меня выхухолем обозвал, — ответил Генка, все еще держа Витю за шиворот.

— Отпусти его, Геннадий… Витя, — укоризненно сказал учитель математики, — нехорошо… тебя ведь никто не обзывает индюком, например.

— Обзывает, — в отчаянии сказал Витя и показал пальцем на Леночку, — вот она двоечница… ворона белая… не знает самого элементарного...русского поэта Александра Сергеевича Пушкина… и вообще ничего не знает.

— Ну, насчет двоечницы это ты загнул, — учитель подошел к ученикам и положил ладонь Леночке на плечо, — хотя, впрочем, ты прав… она действительно белая ворона, потому что уже шестой год является круглой отличницей, — он посмотрел на ребят и глубоко вздохнул. — не чета вам… выхухолям.

Доброе имя

1

Молодая женщина открыла дверь своей квартиры и пропустила вперёд семилетнего сына.

— Заходи, Максим, — сказала она и втащила в прихожую тяжёлую сумку с продуктами.

Включив в прихожей свет, она увидела разбросанные по полу грязные туфли своего мужа.

— Иди в свою комнату, Максим, — женщина подтолкнула мальчика к двери, — папа сегодня опять пьяный.

— Папа добрый, — возразил маленький Максим, но всё-таки направился в свою комнату.

— Да, — вздохнула молодая женщина, — конечно, он добрый, только почему-то дебошир и пьяница.

Молодая женщина работала детским психологом и прекрасно знала, что дети не оценивают родителей почти до двенадцати лет. И этот пресловутый переходный возраст у подростков начинается именно потому, что наступает момент, когда ребёнок словно прозревает и начинает видеть родителей такими, какие они есть на самом деле. Иными словами, начинает их оценивать. К счастью, её сыну было только семь лет и для него папа в любом состоянии был всегда добрым и хорошим. Единственным плюсом её мужа было то, что он по-своему тоже любил своего сына. Это «по-своему» означало то, что, возвращаясь пьяный домой, он неизменно приносил сыну какие-нибудь гостинцы. Конфеты, печенье, фрукты — ни разу он не явился домой с пустыми руками. Вот и сейчас, молодая женщина вошла на кухню и, включив свет, увидела на столе коробку с тортом. Коробка была помята с боков, видимо, добрый папа часто терял равновесие, пока нёс этот торт, но тем не менее, и в этот раз он что-то сыну принёс.

Молодая женщина втащила на кухню сумку и, приведя лежащий на столе торт в более-менее надлежащий вид, стала выкладывать из сумки принесённые с собой продукты. Они тихо плакала, размышляя о своей нелёгкой судьбе. Весь день на работе, затем в начальную школу, чтобы забрать сына, затем путь через продуктовый магазин, нелёгкий подъём на четвёртый этаж и, в довершение ко всему, дома пьяный муж и разбросанные по квартире грязные туфли. На улице была поздняя весна и уже неделю шли грозовые дожди, и когда женщина представила, на что похожа сейчас гостиная, из её глаз ещё сильнее потекли слёзы.

— Это кто здесь дебошир и пьяница? — раздался за её спиной грубый окрик мужа, — ты чему учишь моего сына, сучка?

Женщина обернулась и увидела в дверном проёме здоровенную фигуру своего суженого. Он стоял, опершись о дверной косяк, и едва держался на ногах. Брюки его были в ужасной грязи, майка разорвана почти в клочья, обнажая крепкое тело с огромной разноцветной татуировкой на левом плече.

— Это также и мой сын, — твёрдо сказала она и тихо добавила, — и зовут меня не сучка, а Нина. На случай, если ты забыл.

Женщина снова повернулась к кухонному столу и выложив всё на стол, убрала сумку.

— Нинка как картинка с фраером гребёт, — молодой муж Нины, осклабившись, затянул блатную песню, — дай мне, Керя, финку, я пойду вперёд.

Он подошёл к жене сзади и сгрёб её за плечи. Затем круто развернул женщину к себе лицом и продолжил:

— Поинтересуюсь, а шо это за кент…

— Ну хватит, Стас, — перебила она его, — Максим и так уже вздрагивать от твоего голоса начал.

— Ты мне не перечь, женщина, — медленно проговорил он, — и сына моего не трожь. Дай мне лучше пожрать что-нибудь. Что-то голодный я.

Нина вздохнула и, высвободившись из его крепких объятий, повернулась к холодильнику.

— Садись за стол, — тихо произнесла она, — только брюки свои грязные сними. И так уже вся кваритира словно скотный двор.

Она рассовала в холодильнике принесённые продукты и, вытащив из него кастрюлю с борщом, поставила её на плиту. Включив газовую горелку, она тоже присела на стул и, вглянув на мужа, с горечью в голосе заговорила:

— Ну что ты за человек такой, Стас! Я не понимаю. Отец у тебя — губернатор области, люди его безумно любят и уважают. Мать твоя — главный врач в областной клинике, тоже уважаемая женщина. Два родных брата у тебя — выдающиеся спортсмены…

— Нина, — грозно перебил её Стас, — не нужно читать мне морали и нотации. Терпеть этого не могу.

— Да я не нотации читаю, — с жаром заговорила Нина, — я хочу сказать, что от тебя отвернулись уже все. Все, понимаешь Стас. Одна я осталась. Или ты хочешь, чтобы и я тебя бросила и ушла от тебя вместе с сыном?

— Я тебе уйду, сучка, — угрожающе заговорил Стас, — лишишь меня сына — пеняй на себя.

Муж Нины невольно заскрипел зубами и сжал кулаки. Нина усмехнулась и, выключив газ, сказала:

— Да ты не пугай меня, пуганая уже. Но терпение у меня скоро лопнет. И однажды ты вернёшься в пустую квартиру.

— И к кому это ты уйти собралась? — Стас медленно поднялся из-за стола и, сжав кулаки, двинулся к Нине.

— Только попробуй маму тронь, — внезапно раздался на кухне голос Максима.

— Глаза семилетнего мальчика сверкали огнём. Он, плотно сжав губки, смотрел на отца. Стас уставился на сына, словно увидел его впервые в жизни. Нина, которая до сих пор почти никогда не боялась дебошира мужа, внезапно почувствовала страх. Не за себя, а за сына. Впервые в жизни сын вступился за мать, и какая на это будет реакция полупьяного Стаса, она знать не могла. Могло произойти всё, что угодно. Но, будучи профессиональным психологом, она всё-таки сумела найти выход из создавшейся ситуации и сгладить возникшие острые углы.

— Максим, — мягко сказала она, — папа тебе торт принёс. Так что ты оказался прав — папа добрый.

— Правда? — улыбнулся мальчик.

— Конечно, — в свою очередь улыбнулась Нина, — посмотри, какой шикарный торт. Называется «Наполеон».

Она открыла крышку торта и, Максим, увидев содержимое коробки, бросился отцу на шею. Стас слегка покачнулся под весом мальчишки и, прижав его к себе, снова опустился на стул. Нина взяла тарелку, чтобы налить борща, и отвернулась к плите. Из глаз её ручьём текли слёзы.

2

Спустя три месяца после описываемых событий, а именно, во второй половине августа, по центру Екатеринбурга ехала служебная легковая машина. На пассажирском сидении сидела девушка, которая являлась журналисткой центральной газеты и, положив на колени папку, просматривала бумаги. За рулём сидел молодой парень, не обращая на девушку никакого внимания. Парень никогда не страдал от любопытства, что очень устраивало не только эту журналистку, но и всех, кому этот водитель предоставлял транспортные услуги. Он всегда спокойно выполнял свою работу и никогда не вмешивался в то, чем занимались другие. Это было его железным правилом, или даже его профессиональным принципом, которого он неукоснительно придерживался всегда. Однако, этот день стал первым днём в его жизни, когда он, являясь всего лишь водителем служебного автотранспорта, не только проявил интерес к тому, что происходило, и но вмешался в ход событий.

Легковая машина направлялась в здание областного суда. Когда машина подъехала к цели своего путешествия, парень удивлённо приподнял бровь и тихо присвистнул. Возле здания областного суда было полно народу.

— Ничего себе, — негромко проговорил он, подыскивая место для парковки, — тут что сегодня олигарха судят?

— Нет, — девушка невесело усмехнулась, — одного дебошира и пьяницу за двойное убийство.

— Двойное? — парень, наконец, нашёл место и остановил машину, — в смысле, двоих убил?

— Да, — ответила девушка, собирая бумаги в папку и проверяя фотоаппарат, — зарезал по пьянку пожилую пару. Об этом все газеты писали. Неужели не слышал ничего?

Девушка уже вознамерилась выйти из машины, но парень придержал её за руку.

— Постой, — сказал он, — если не ошибаюсь, в газетах писали о том, что это убийство в Перми произошло.

— Да, всё верно, — ответила девушка, выходя из машины, — но преступника тут задержали, в Екатеринбурге.

— Это то убийство, которое было совершено поздним вечером пятого июля? — вдогонку спросил парень.

— А у тебя хорошая память, — улыбнулась девушка и, закрыв дверцу машины, отправилась в здание областного суда.

На этом и без того скудное любопытство молодого человека исчерпалось. Идти в суд, чтобь посмотреть судебный процесс, у него не было ни малейшего желания, поэтому он, окинув взглядом толпу людей, почти тотчас потерял интерес к происходящему.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 360
печатная A5
от 626