Ridero

Книга создана при помощи издательской системы Ridero
Издай свою книгу бесплатно прямо сейчас!

978-5-4474-3624-7

Распечатки прослушек интимных переговоров и перлюстрации личной переписки

Том 1

Купить электронную

Lena Swann

автор книги

О книге

Роман-Фуга. Роман-бегство. Рим, Венеция, Лазурный Берег Франции, Москва, Тель-Авив — это лишь в спешке перебираемые ноты лада. Ее знаменитый любовник ревнив и установил прослушку в ее квартиру. В ее украденной рукописи — вся история бархатной революции 1988-го — 1991-го. Аресты, обыски, протестные уличные акции, жестоко разгоняемые милицией, любовь, отчаянный поиск Бога. Личная история — как история эпохи, звучащая эхом к революции достоинства в Украине и борьбе за свободу в России.

Об авторе

«…политический аспект в «Распечатках…» не доминирует, и Путин получает лишь несколько беглых брезгливых упоминаний (что, возможно, гораздо больнее, чем прямая «обычная» критика). «Распечатки…» — роман в романе. «Внешняя оболочка» изображает современную жизнь российской писательницы в изгнании, за которой шпионит ее влиятельный любовник (который лично так и не появляется перед читателем; не является ли он одной из элиминаций русской/советской репрессивной власти?). Путешествия, встречи с друзьями, рукопись, переговоры о публикации, дискуссии на различные, в том числе теологические, темы. Начало этого «внешнего», современного сюжета, который является и началом книги, выглядит довольно скромно, мотивированность его становится понятна лишь в конце. Игра в подчеркнуто современный, динамично-рваный и немного «газетный» стиль нередко имеет результатом разве что грубоватую банальность, через которую приходится пробиваться, хотя сам язык, фактура письма обещает впереди нечто интересное. Это «нечто» находим во «внутреннем» романе, который героиня якобы пересылает своей приятельнице для публикации. История взросления развитой интеллигентной девушки на фоне падения коммунистического режима; история поисков семейной памяти; история религиозного обращения. Здесь роман получает широкий диапазон языка, среды, тем. Диссидентские круги, панки и священники перестройки, колорит старых и новых районов Москвы как города и как человеческого, и культурного, и идеологического измерений. Первые влюбленности. Первое путешествие в западный мир, который ошеломляюще открывается и оказывается не таким, каким мерещился из-за железного занавеса. Первые потери. И всё это в контексте массовых манифестаций, начала возвращения запрещенных страниц истории. То есть вещей, которые в русской культуре не назовешь полностью проговоренными и перейденными. Привлекает внимание небудничная речь Трегубовой-Swann, игра с ассоциациями и звучанием, интересная и насыщенная метафорика. Финал «внешнего» романа очевиднее показывает героиню текста о Москве восьмидесятых-девяностых на новом этапе, с устоявшимися взглядами. Ее религиозная концепция выглядит причудливо, во многом наивно, но эффектно (именно в религиозном измерении всплывают упоминания об украинском Майдане 2013—2014 годов). Ее органическое пренебрежение к «совку» и путинской России демонстрирует альтернативный имперскому вектор российского гражданского самоощущения. А сочетание удачного сюжета, работы с формой, интеллектуального и общественного аспектов делает книгу явлением, заслуживающим внимания.»

0 ответов

«Ребрендинг Кремлевского Диггера. Итак, изучаем героя первых глав (отсутствующего, мы ни разу его не видим — собственно, он и прослушивает героиню, а знаем мы, как он выглядит, только с ее слов): низенький, циничный, летает на личном джетсете, держит диету из отечественных углеводородов, любит хвастануть дружбой с московскими интеллектуалами, любит кататься с женой в Швейцарии на горных лыжах, а изменять жене в антуражах Венецианского палаццо. Ткнуть пальцем, в поисках прототипа, в какого-нибудь прежнего знакомца журналистки из Кремля или в олигарха, конечно, хочется. Но перехочется. Время действия первой части романа — последние дни Великого поста. Героиня слегка истерит, пытается от влиятельного любовника сбежать, одновременно держа пост, и, видимо, с голоду, начинает, в воображении, обшаривать земной шарик в поисках еды, как собственный холодильник, то и дело выключаясь из зримой реальности и удирая в направлении Яффы и Иерусалима. На протяжении „московской“ части романа героиня успевает встретиться с костоломом-массажистом (рассказывающим, как у гёрл-фрэнд одного из российских министров имплантированная косточка в носу рассосалась и нужно нового трупака), а потом разъезжает ночью с неким другом Славиком по дорогим московским ресторанам в поисках хоть чего-нибудь постного, причем друг этот, прочитав меню ресторана „Пушкин“, непринужденно выдает философскую максиму: „Ничего больше не хочется. Все перепробовано“. Из-за бытовой белиберды внешних событий начинает казаться, что автор просто дурачит читателя. И так оно, собственно, и оказывается — вся внешняя канва оборачивается вдруг фальш-романом, а на 87-й странице мы неожиданно обнаруживаем надпись „Глава 1“ — и как будто ни в чем не бывало начинается абсолютно другой роман (e-mail с рукописью, перехваченный любовником героини, — ее автобиография), разительно отличающийся по старомодному, медитативному стилю и ритму от крикливых метафор и эпатажных образов начала книги. С „Байками кремлевского диггера“ новую книгу роднит, пожалуй, только нарочитая, эпатажная эгоцентричность взгляда: во „внутреннем“ романе история бархатной революции в России конца 80-х — начала 90-х годов, да и вообще русская и восточно-европейская история последних двух веков поданы как личная история пятнадцатилетней девушки: разговоры с академиком Сахаровым, роман с лидером подпольного антикоммунистического движения, встречи с Иоанном Павлом Вторым, молитва героини перед Ченстоховской иконой, немедленно же мистически вызывающая крушение безбожного советского режима. Москвичам будет забавна географическая и документальная точность, с какой воскрешена в книге нищая голодная Москва конца восьмидесятых. У прочих же захватит дух от метаморфозы закадрового образа самого бывшего автора „Баек“: новая книга — как подсмотренная внутренняя жизнь бывшего кремлевского диггера.»

0 ответов

«Два столетия русской истории идей, бесчисленные референции из литературы, философии и широкое полотно персонажей, каждый из которых представляет собой разный склад ума, и сравнения советской и пост-советской эпохи в обществе и политике — всё это переплетается между собой в сюжет романа образования, написанный в изысканном стиле. Этот многослойный роман — чрезвычайно впечатляющий труд.»

0 ответов

«Твердая рука, точность формулировок, артистизм самой ткани повествования — всё зримо, всё рельефно, смыслы и метафоры согласованы и текут в общем русле. Книга удивительная.»

0 ответов

«Эта книга мне кажется идеальным примером большого русского романа, которого так мало и на российском, и на украинском книжном рынке. Это роман для тех, кто любит читать и ориентируется в истории и культуре. Это роман в романе, две истории, объединенные общей героиней, ее любовные и духовные переживания. Ее прослушивает не государство, а любовник, она пишет роман о детстве и юности, о детстве и юности наших стран в 80х годах.»

0 ответов

Новости

Украинское издательство «Фолио» выдвинуло книгу «Распечатки…» на премию «Русский букер» — 2016.

Рассказать друзьям

Ваши друзья поделятся этой книгой в соцсетях,
потому что им не трудно и вам приятно