электронная
169
печатная A5
415
18+
Поскакали

Бесплатный фрагмент - Поскакали


Объем:
216 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4483-0835-2
электронная
от 169
печатная A5
от 415

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Книга писалась для души и от души

Женская сказка, фантазия, о мужской любви.


А не хотите-ка Вы переместиться в другой мир, будучи подростком? Нет? Вот и меня никто не спросил. И ладно бы, просто так перекинули, так нет. В четырехногое переделали и супруга подсунули. И расхлебывай теперь, как знаешь. Поистерить, что ли?


От автора: Прошу обратить пристальное внимание. Ограничение по возрасту не ниже 18+. И помни, уважаемый читатель, книга написана в жанре СЛЭШ. Если вы не приемлете подобные отношения, не открывайте книгу.

Всем остальным храбрецам — приятного прочтения!

1 глава

Плохо. Плохо, причем очень. Тошнит-то как. Ууу! Голова… Чего же мне так хреново-то? Морщусь от боли при попытке сесть, но как последний идиот глаза открывать не тороплюсь. И сесть не получается. Странно. Так, теперь проморгаться и посмотреть… Ярко-то как! Жмурюсь снова. Медленно приоткрываю один глаз, второй распахивается сам, и я в непонятках. Это куда меня занесло?! С какого такого перепуга я в степи?! Пытаюсь ковыряться в болезной голове — трудно, но радует, что вспоминается.

Я же из школы домой кулепал, почти до подъезда добрел. Потом по башке получил. Ага, вот и шишка на затылке. Уй! Трогать, наверное, пока не стоит. Блин. Смотрю на пальцы: а хорошо приложили, даже кровь есть. Вот же уроды, я почти домой дошел. И поздно не было, подумаешь, всего-то восемь вечера. Получается, что уже и в такое время один не походишь. Ладно, я с ребятами поговорю, найдем шутников, и аргументируем по-крупному. А мать, наверное, как всегда, вся в заботах об отчиме и меня, небось, не ищет даже. Нет, все это замечательно, но почему я в степи-то?! Неужели эти уроды меня вывезли? И на кой я им сдался-то?

Надо осмотреться. Кручусь как стрелка компаса, без разницы, кругом степь. И камня указательного нет, как у трех богатырей. Солнце садится… стоп! Солнце, а где у нас садится-то оно? Вроде на западе. Угу, значит пойдем туда, где тепло, на юг.

Либо меня хорошо по кумполу огрели, либо глюки. Смотрю вниз и тихо впадаю в панику.

Это что?!!! Ноги?!! А почему четыре?! И тело как у лошади!!! И… хвост!!! Ааа!!!

— Мама!!! Я кто?!

Несколько минут в шоке скачу по кругу, пытаясь разглядеть себя, словно свой хвост поймать пытаюсь.

Подгибаю свои четыре и плюхаюсь на живот, каскад нереально выросших, длинных пепельных волос, скрывает меня от мира. Все, жизнь кончена — я конь…

Ревел как белуга, наверное, всех волков в округе перевыл, если они здесь есть.

— И что теперь делать? Я же мутант какой-то! Меня на опыты пустят. Аааа!!!

Истерю по второму кругу. И мне до звезды, что мужчины не плачут. Может, они и не плачут, а мне положено. У меня травма, как ее, психическая. Все, я точно тронулся. Раз так, лягу прямо здесь и сдохну, как скотина. Скотина?!

— Аааа!!! Я животное! Помогите!!!

С этой истерикой не заметил, как заснул, вдоволь выплакавшись. И мне совершенно не стыдно, что я, восемнадцатилетний парень, реву в два ручья. Ни капельки.


— Кто-нибудь, уберите этот фонарь. — Солнце заливает степь, даря радужное настроение всем. Но не мне. Я растерян, зол и совершенно разбит. Мимо прожужжал какой-то жук, я непроизвольно отогнал его своим длинным серебристым хвостом.

— Какой кошмар. Я как конь хвостом обмахиваюсь.

Решив двигать вперед, все равно мне без разницы, попробовал шагнуть. Вот, же! Вчера как горный козел скакал, а сейчас в ногах запутался. Так будем считать:

— Раз, два, три, четыре, — со стороны кто бы увидел, три дня с хохотом валялся бы. Ну, да, а сами бы попробовали с двух ног на четыре сразу перейти. Хорошо, что тело до талии человеческое.

— Хоть руки остались, и на том уже спасибо, — совсем скис я и медленно, старательно на первых порах передвигая ноги, поплелся вперед. И орать вроде не на кого. Или специально меня мутировали? Решил, пока людей не встречу, шагать, а там на месте разберусь, что к чему. Людям тоже надо с умом показаться, а то разберут по запчастям и имени не спросят.

Через несколько часов я бодренько бежал на своих четырех, гордо приподняв хвост и насвистывая песенку. Убедившись, что в ногах я больше не путаюсь, дурачась, стал приподнимать то передние, то задние ноги, стуча ими как в ладоши. За этим веселым занятием меня и застали. Вроде степь открытое пространство, и все видно, а я вот умудрился проворонить троих живых аборигенов разбойничьей внешности. Все, пустят на мясо или на опыты. Нашел живых, называется. Замерев настороженно, при малейшем намеке на опасность готовым пуститься вскачь, с опаской покосился на мужиков.

— Молодой совсем, — сообщил длиннобородый своим спутникам.

— Скорее всего. Видел, ногами какие фортели выделывал? — хохотнул второй из аборигенов. У меня ухо дернулось, как радар настраиваясь. По-моему, у меня слух улучшился. Или кажется только?

— Слышь, парень? — я не сразу понял, что третий обращается ко мне. — Ты чего, от табуна отбился?

Какой табун, дядя?! Ой, только не говорите мне, что таких, как я, разводят, как скотину! Я не вынесу, точно чокнусь.

— Немой, что ли? — допытывался бородач, остановившись в нескольких метрах от меня.

— Нет, — с усилием смог выдавить я. А сам на шаг назад отступил. Драпануть?

— Ты нас боишься, что ли? — с таким удивлением уставился на меня второй из троицы, что я сам поверил в беспочвенность своей настороженности. На секунду, а потом вспомнил, что таких, как я, могут и на опыты, шагнул еще на один шажок назад.

— Пошли с нами. У нас в деревне один из ваших гостит. С ним поговоришь, — предложил третий.

Ага, щаз! Только копыта почищу. Ууу! Копыта! Так, без истерик.

— Идешь? — и идут в ту же сторону, что я двигался.

— Дикий ты какой-то, — посматривает на меня из-за своего плеча бородач.

Неа, дядя, я нормальный, это условия вокруг дебильные. Мужики идут впереди, я на расстоянии трех метров от них двигаюсь следом. Разговаривать не хочется, лучше помолчу, авось больше узнаю. И что я им расскажу? Вроде как привет, я был мальчишкой, мне не так много лет, и я с выпускного не дошел до дома, по башке получил. Упал, очнулся, и я конь… и, в лучшем случае, дурка мне обеспечена.

Иду, вздыхаю. О судьбе своей горюю. А вот и деревня, домов на пятьдесят где-то. Останавливаюсь, как вкопанный, на самой окраине. Жду реакции деревенских. Вдруг кто с вилами выскочит или креститься начнет.

Стою, смотрю, впадаю в очередной ступор. Они меня рассматривают, как статую в музее, и страха никакого, словно так и надо. Может, мне повезло?

— Пошли, парень, — кличет за собой бородатый. Страшно, но куда я денусь. Вечереет. Осторожно делаю первый шаг в деревню. Нормально, вроде не нападают. Озираясь по сторонам, держусь за бородатым.

А он привел меня к богатому дому. Это мне так показалось, потому что самый большой в деревне, выше ни одного не вижу.

— Эй, хозяин! Принимай гостя. Порфирий!

— Клем, кого опять приволок? Самогона больше нет. Завтра будет, — отозвался где-то в сараях мужской голос. Прям, как и положено в деревнях, только одно «но» мешает, я-то конь. А это ни в какие рамки не вписывается.

— Порфирий, да выползи ты уже из своих закромов.

— Клем, ты меня за сегодня достал… — из сарая показался мужичок с редкими взлохмаченными волосками цвета соломы, маленькими глазками, с цепким взглядом и внушительным мозолем спереди.

— Ого! — озадачился мужичок, увидев меня.

Не, дядя, не ого, а хана, это я так подумал, когда узнал, кем я стал.

— Приглашать будешь? Порфирий, а где Нелс?

— Показать хочешь? — уточнил намерения бородача хозяин.

— Парень, а ты чего молчишь? — решил докопаться до меня бородач.

— А чего говорить-то? — растерялся я, переводя взгляд от одного к другому.

— Ты его своди в таверну, он там, — предложил хозяин.

— А ты, парень, как поговоришь, приходи ко мне, поешь и переночуешь, — радушно предложил хозяин и, видимо почувствовав мои колебания, — если сам захочешь.

— Пошли, покажу тебе твоего сородича, — осмелев, я приравнялся к шагу бородача, идя рядом. Жители как жители, деревенские. Мальчишки с девчонками босоногие бегают, птицу гоняют, собаки лают. Старики на скамеечке возле крашенного штакетника сидят, судачат. Обо мне, естественно, я сейчас новинка в своем роде. Причем и для себя тоже. Девушки за забором похихикивают, меня в краску вогнать пытаются взглядами томными. Хмыкнуть, что ли? Меня сейчас больше волнует, что дальше делать, а не романы.

Таверна как таверна. Три стола, скамейки, стойка, все из дерева. Посетители пьют и веселятся, между столами полненькие девушки выпивку разносят. Только потолки повыше, да дверной проем пошире, и в центре комнаты кентавр пиво из объемной кружки хлещет. Чуть повыше меня, серый как мышь и хвост облезлый. И со спины не особо внушительный, так суслик засушенный.

— Нелс, — крикнул бородач. Конь повернулся, в недоумении уставился на меня. Мужчина лет сорока, вроде. Внешность не примечательная, серая. И сам он какой-то пасмурный весь. Над губами пена пивная.

— Ты кто? — идиотский вопрос.

— Конь, — хмыкаю я на вопрос Нелса.

— Почему конь? — продолжает пасмурный.

— Ну не кобыла же, — объясняю как больному.

— Кентавр, — поправляет он меня.

— А разница?

— А… — и зависает. Вот и поговорили. Кентавр чумной попался. Не ну, где справедливость, а?! Почему именно мне такой попался?

— Нелс, ты бы поговорил с парнем, — просит бородач, а сам от меня отвернулся и ему тихо на ухо шепчет, — дикий он какой-то.

А я слышал, сам ты дикий, мечта парикмахера.

— Пиво будешь? — показывает кивком на свою кружку Нелс.

— Раз приглашаешь, — и подхожу к кружку будущих моих собутыльников.

Выпили по первой.

— Ты ешь парень, не стесняйся, — подталкивает ко мне тарелку с закуской.

«Какие кентавры оказывается заботливые» — мысленно ехидничаю я.

— Тебя как звать? — интересуется конь, а селяне молчат и слушают.

— Вит, — сократил я Виталика.

— Откуда ты? — попивая пиво, спрашивает кентавр.

— Не знаю. Не помню.

— Забывчивый такой? — кривится в сомнении Нелс.

— Меня по голове огрели. Во, видишь, даже шишка осталась, — наклоняюсь, показывая, чтобы подтвердить рассказ. — В себя пришел, а ничего не помню, кроме имени.

А че, врать, так по полной. Память я потерял, пусть сами теперь мне все и рассказывают.

— Кто на такое осмелился-то? — ошарашено посмотрел на кентавра бородач. Селяне взволнованно загалдели, недоумевая, кто позволил подобному случиться. Из этих бурчаний я сделал вывод, что кентавров много, и трогать их никому и в голову не приходит. Зачем? Они и так прекрасно ладят. Делаем вывод, либо я в каком-то ненормальном эксперименте участвую, либо…, а вот это меня пугает, так вот, либо я в другом мире. Ууу! Я домой хочу и к нормальным двум ногам вернуться.

— Вит, я тебя утром в ближайший табун отведу. Пусть твою родню поищут, — ободряюще похлопал по плечу кентавр.

Пусть поищут, может, кого найдут. Мне не жалко.

Потом я тупо стал догоняться пивом и вполне мог в скором времени забулькать. Но не успел, срубило меня раньше. И повисая на плече Нелса, ведущего меня на постой к Порфирию, с трудом переставлял свои ноги. Постоянно путаясь и сосредоточенно считая, чтобы не сбиться и не растянуться прямо здесь. А кроме Нелса поднять меня некому, мужики физически не осилят. Я их порядком крупнее и выше. Так что считаем, не отвлекаемся и идем. Раз, два, три, четыре и раз… Ступеньки. Пол. Вырубило.


— О! — стон умирающего из-за сушняка и головной боли.

— Парень, тебе столько пить нельзя, — протягивает мне запотевшую кружку. А! Блаженство, ледяная вода, вкусная, не кипяченная. Напился, и снова повело. Вздохнув, повалился на своеобразную кровать. Матрас на полу и гора подушек, развалился как вельможа восточный.

— Пошли есть, — позвал меня Нелс, я позеленел, тошнота подкатила к самому горлу.

— Забудь, — поторопился кентавр, увидев мою перекошенную физиономию.

— Я полежу немного, — слабым голосом попросил я.

— Приходи в себя, и пойдем в табун, а то у меня дела, и вечером я ухожу. И мне не по пути.


Через полчаса я все же выполз на улицу. Попрощался с Порфирием и сердобольным бородачом и поплелся за Нелсом.

Теплое солнышко и ласковый ветерок постепенно возвращали меня к жизни.

— Я точно не знаю, чей это табун, но предполагаю, Ксера, — нарушил тишину пасмурный.

— Ксера?

— Он вожак. Молодой, но вполне справляется. Если это его табун я три дня назад видел.

— А если не его? То что?

— Ничего. Просто с Ксером можно нормально поговорить, а бывают некоторые такие. Сначала в драку лезут, а потом разбираются.

— А ты, из какого табуна?

— Я из другого, — уклонился от ответа Нелс.

— Ясно. Долго нам еще? — если бы я на лошади ехал, может, не спрашивал бы. А тут я сам себе конь, ноги-то не казенные, а мои собственные. Интересно, а нас подковывают? По-моему, это я вслух спросил.

— Нет. Нас не подковывают. — Точно вслух. Гадство. — Хорошо тебя приложили, что ты задаешь такие странные вопросы. Первый раз об этом слышу. Ослов подковывают, а мы разве на животных похожи?

Мне вспомнились новые русские бабки, когда они шутили на счет мужика в доме и скотины в стойле, предложили кентавра. Вот и я сейчас не пойми в каком качестве.

— Смотри, видишь?

— Их пятеро. И это весь табун?

— Нет, конечно. Парень, ты меня пугаешь. Они охотятся и, по-моему, довольно успешно.

Я и сам уже разглядел несколько туш, похожих на кабанов. Кентавры настороженно замерли, внимательно следя за каждым нашим шагом. Мы приближались, а они не шевелились. Метров пятнадцать не доходя, Нелс остановил меня рукой, выступая вперед, от пятерки отделился один из кентавров и вышел чуть вперед. Самый старший из них, лет сорока, остальным на вид не более двадцати пяти, а то и меньше. Но я по сравнению с ними еще малец, и это бесит. Статные, сильные, двое рыжих, двое серые с пятнами, и старший, вышедший вперед, цвета речного песка.


— Я Нелс, прошу помощи для этого кентавра, — махнул головой в мою сторону.

— Я Белт. Не понимаю, чем мы можем тебе помочь?

— Могу подойти? — я затаил дыхание в ожидание ответа на вопрос Нелса.

— Приглашаем, — слегка склонил голову в поклоне Белт, и я вспомнил, что нужно дышать.

— Идем, — позвал меня Нелс.

Нелс не торопился рассказывать, а кентавры не торопились расспрашивать. Меня разглядывали теперь и они, как непонятную зверушку. Ну да, такого цвета как у меня я еще не видел, серебристый. Я как белое пятно на темном фоне.

— В чем помощь? — наконец-то решился спросить Белт, пристально глядя на меня. Остальные кентавры молчали.

— Меня зовут Вит, и я потерял память.

И тишина.

— Вит, иди, пройдись. Хотя бы до того дерева, — указал мне на единственное деревце в поле зрения Нелс.

Конспираторы, мать их! Пока отходил, уловил лишь обрывки фраз: «странные вопросы задает», «осмелились напасть».

За мной плелись четверо кентавров. Не одного меня, значит, отправили погулять.

Я дошел до молодого деревца и развернулся обратно. Мне призывно махал рукой Нелс. Договорились, интересно о чем. Четверка кентавров, перешептываясь между собой, тоже направились обратно.

— Ты идешь с нами, — без обиняков выдал мне Белт, не успел я еще подойти к ним. Не, ну нормально, меня даже не спросили, хочу или нет. Ладно, пока мне выгодно — промолчу.

— Вит, мне пора, — легкий кивок, вынужден ответить так же.

— Спасибо, — успеваю крикнуть ускакавшему кентавру. Быстрый. Это он меня жалел, так медленно плелся.

— Давай знакомиться, — весело предложил Белт.

— Да мы вроде как уже… — растерялся я.

— Со мной да, а с ними нет. Парни, знакомьтесь, он пойдет с нами.

И словно прорвало плотину. Улыбки, радостный галдеж. Их много, а я один, голова кругом, имена почти не запомнил. Вроде, рыжие Серс и Зерк, пятнистые — Минт и Конс. А кто из них кто, в общем гвалте не разобрал.

— А ты откуда?

— А ты, что, правда, ничего не помнишь?

— Кто твои родственники?

— Ты надолго к нам? Может, останешься?

Посыпались вопросы. Появилось желание закрыть уши и заорать, чтобы заткнулись. Если они все такие, я сделаю ноги в первый же день.

— Тихо. Засыпали парня вопросами. Вам же сказали, что он память потерял. Чем слушали? — четверка понуро опустила головы.

— Если говорить будут по отдельности, а не все сразу, думаю, перетерплю, — хихикнул я на подмигивание старшего кентавра.

Умело упаковав в сетки куски кабанов, перебросили на свои спины и поскакали домой. Мне так и не дали помочь, как я ни уговаривал. Сказав, что гости не могут заниматься подобным. Не хотят — как хотят, я и без ноши с трудом догонял их. Им приходилось иногда притормаживать, чтобы запыхавшегося меня дождаться. Часа через два моих мучений по покорению степи, я увидел дома. Настоящие жилые дома, немного больших габаритов, чем человеческие, но ведь дома. Цивилизация, комфорт, условия. И я не один такой, и не пятеро, нас, оказывается, много. Впереди было настоящее поселение кентавров, в несколько раз превышающее человеческую деревеньку.

Мне стало не по себе. А если вожак меня не примет? Или чего похуже?

Заставив свои поджилки перестать труситься, бежал следом за охотниками. Нам навстречу высыпала малышня с радостными воплями и жители этого поселения. Теперь и здесь я стал диковинкой номер один. Пока пересекали деревню, не заметил ни одного кентавра похожего на меня окраса. В большинстве шоколадные, рыжие и в крапинку. Реже песочные и серые. Все разные, как и люди.

— Вы с хорошей добычей, — довольный бархатный голос впереди приятно поразил слух.

Сильный, лоснящийся вороной кентавр с мощным торсом, смуглой кожей, черными как ночь волосами, распущенными до пояса, и такими же глазами, пугающе проникающими в самую душу. Я, зажмурившись, тряхнул головой, прогоняя наваждение глаз. Посмотрел на вороного снова, взгляд стал другим, мягче, что ли.

— Ксер, этот парень просит помощи, — хотел было возмутиться, что ничего я не прошу. Но вовремя прикусил язык. Самому не разобраться во всей этой чертовщине.

— Как твое имя? — властные интонации нисколько не портили хорошего впечатления о нем.

— Вит, — сам не понял, почему голос дрогнул. Вздохнув, глядя прямо в черные глаза вожака, продолжил. — Ударили по голове, ничего не помню. Кто? Где? Когда? Не знаю.

— По описанию ты подходишь на того, кого ищут вторую неделю, — ошарашил меня Ксер.

— Кто?

— Твои родственники.

— Мама, что ли? — скептически скривился я, очень сомневаясь, что она вспомнила обо мне.

— Мама? — теперь удивился он. — Нет. Отец.

— А зачем? — само вырвалось.

— Ты пропал накануне заключения союза.

— Война, что ли? — глаза от удивления у кентавра стали еще больше.

— Нет. А причем, здесь война?

— Союз заключать. Перемирие получается, — вот такая у меня логика. Какая уж есть, извини.

Слышащие мой ответ, кентавры расхохотались, дружно и до слез. Вожак даже всхлипывать умудрился.

— И долго ржать будешь? — не выдержал я, рыкнув на вожака. — Может, объяснишь?

Мое недовольство не замеченным не осталось. Смех прекратился, и снова меня словно просканировали черные глаза.

— Союз — это заключение договора между супругами, — хмыкнул Ксер.

— Извините, получается, он ищет меня, чтобы женить?! — по-моему, я начал пятиться назад. Потому что меня тут же поймали за руку, остановив. Вожак расстарался. Не отпуская мою руку, он продолжал:

— Серебристый — редкий цвет. Я рад, что ты нашелся.

— А вот я что-то не очень, — попытался вытянуть свою руку, из его ладони.

— Твой союз укрепит отношения между табунами, — совершенно серьезно разжевывал мне Ксер.

— А мне-то какая разница! — взвился я, резко выдернув свою руку. — Я не собираюсь ни на ком жениться! Мне только восемнадцать. И с каких пор за меня решают, с кем мне жить и что мне делать?!

— Во-первых, ты сам согласился на этот союз.

— Сам?! — обалдел я.

— Во-вторых, жениться тебя никто не заставляет — рано еще.

На душе полегчало.

— Тогда что за супруги?

— Супруг, и он один.

— А? — начал пятиться я назад от надвигающегося на меня вожака. — Как супруг? Он, что мужчина?!

Мне враз поплохело. Куда я попал?! Без меня меня женили. Ужас! Не, я, конечно, не пай мальчик. И последнее время стал заглядываться на парней намного чаще, чем на девчонок, но чтобы так. Раз и вперед. Ну, уж нет.

— Да. А ты кого хотел? — скрестил на груди руки Ксер.

— Охренеть… Вы, что ополоумели?!

— Не понимаю, чего ты возмущаешься? — меня шокировало его действительно непонимающее лицо. Красивое, должен заметить, личико.

— А не из-за чего?!

— Можешь не заключать союз, — раздраженно всхрапнул Ксер.

— И не буду! — вздернул я подбородок.

— Начнется война и дележка территории, — спокойно ответил Ксер.

— И вся проблема в том, лягу я под мужика или нет?! — взбеленился я. Стоящие рядом кентавры покраснели, все. Кроме непрошибаемого вожака. Он что, надо мной издевается?!

— Да.

— А! — взвыл я не хуже банши. — А разводы есть?

— Нет, — вид у этого коня такой, словно смех сдерживает. Гад.

— Я заключу союз, но спать я с ним не буду, — припечатал я, надеясь, что повезет.

— Тогда такой союз будет недействительный, — уже в открытую улыбается вожак.

— Дебильные порядки какие-то! Ой, стой. А он что, тоже кентавр? — ко мне прыжками неслась паника.

— Кентавр, — утвердительно кивнул он головой.

— Я не зоофил!!! — проревел я.

— Причем здесь это?! А, ты же у нас память потерял. Мужчины могут принимать человеческий облик, а женщины — нет. Поэтому мы за них спокойны. Какой человек полезет к кентавре? И союзы мы заключаем с мужчинами, а кентавры — женщины для вынашивания детей, и они сами по себе.

Бред! Бред какой-то. Ну, точно — дебильные правила. Сумасшедшие кентавры и я… похоже, влип — сел я на задницу, упершись передними ногами, чувствуя, что готов просто разреветься от несправедливости и непонимания того, что тут творится. Ну, нравятся мне мужчины, но это не повод выскакивать за первого встречного. И вообще, я еще не определился с ориентацией. Ксер, например, очень даже ничего. От такого супруга я, пожалуй, не отказался бы, и действует он на меня как-то по-особенному. Нет, наверное, подгонят что-нибудь толстое, безобразное и старое. Еще и союз через постель скрепить заставят. А у меня это в первый раз будет. Идиотство. Сбежать, что ли?! Только куда? Начнется резня, грызня, невинные погибнут, и только из-за моего эгоизма? Черт! Но я тоже жить хочу. Я же живой.

— Хорошо, я согласен, — не поднимая глаз, прошептал я сорванным голосом. Меньше орать надо было и возмущаться. Вдруг мне повезет, и он сломает себе шею. Или я от него сбегу, как только все утрясется, а пока сжать зубы и вперед. А! Хочу домой! Ну, не совсем домой, но в свою школу, это точно. И пусть месяц учебы остался, все равно хочу!

— Зовите моего отца. И этого, как его там, супруга. Чтоб он сдох!

Не реагируя на приглашения переночевать в доме вожака, я демонстративно удалился на сеновал, благо он здесь был. И поворочавшись, уснул.

Утром совершенно не похожий на меня кентавр, может только цветом зеленых глаз, суетился вокруг и счастливо щебетал, какой я молодец, что принял союз.

Кроме как желания тюкнуть по голове суетящегося кентавра, ничего не было. Меня заставили вымыться и переодеться. Подсунув мне какие — то тряпки для человеческой части тела. Пришлось натягивать.

Меня привели к устроенному в степи своеобразному алтарю в виде крупного камня. Самый старший кентавр, по обычаю, стал проводить обряд. Что-то спрашивали, я отвечал, вяло поддакивая. Состояние было близкое к обморочному. Меня качало и трясло одновременно. Я совершенно не желал видеть своего супруга, поэтому все время смотрел себе на ноги, не отрываясь.

После нудной и долгой церемонии нам, в конце концов, вручили браслеты, прицепив их на предплечья, и объявили супругами.

Столь радостную весть я воспринял, скрипя зубами. И решил по-тихому смыться и заныкаться где-нибудь подальше от первой брачной ночи. Супруг, чтоб его черти жарили, вцепился в мой локоть и не отпускал меня ни на шаг. Я как сомнамбула бродил за ним следом, так и не посмотрев, как он выглядит. Нас подвели к столу, вручив кубки с вином, и понеслось…

— Поздравляем с союзом… бла-бла…

— Пусть союз будет крепок и нерушим…

— Желаем вам любви…

«Еще бы детей побольше пожелали» — издевался я сам над собой.

— Подними кубок, — прошептал очень знакомый бархатный голос с места моего супруга.

Я, дернувшись, уставился в смешливые глаза Ксера.

— Ну, ты и урод, — выдал я. Обидно. Словно надо мной взяли и посмеялись, причем прилюдно.

— С чего бы вдруг? — вроде спрашивает игриво, а в глазах недовольство.

— Если бы я знал, что будешь ты, никогда бы не согласился, — зло сказал я. Но мне ведь можно, это меня унизили, просто использовали как игрушку. А я, дурак, повелся! За меня решили, а я и рад стараться. Идиот! А сам только перед церемонией думал, что попадись такой как Ксер буду рад. Отвратительно. Я сам себя продал, как последнюю шлюху.

— Тогда нечего было соглашаться, тебя никто не неволил. И меньше стоило бы в пол пялиться, тогда знал бы, с кем заключаешь союз, — не меньше моего разозлился кентавр.

— Ты прав. Я идиот, что повелся на все эти бредни. Я чихать хотел на всех, и на тебя в том числе!

— Поздновато ты спохватился, — скривился в усмешке вожак.

— В самый раз. Я не стану тебе супругом. И если у вас не было разводов, то мы будем первыми, кто расстанется. Чао! — Швырнул кубок с вином через стол. Сорвал с плеча браслет, запустил его следом за кубком и выскочил в коридор. Не останавливаясь, я понесся к выходу, слезы мешали глазам нормально видеть. Все расплывалось, а я ревел в голос. За эти несколько дней я плакал слишком часто, это непорядок.

— Все к черту! Пусть катятся на все четыре стороны со своими законами. Я хочу домой. Просто хочу оказаться в своей комнате и забыть все это как дурной сон.

Я продолжал бежать что есть силы. Шум ветра в ушах как песня.

— Пожалуйста… пожалуйста… — просил я у шутников, закинувших меня в это место.

Я бежал долго, выкладываясь по полной, пока обессиленный не повалился на траву. Говорят, загнанная лошадь умирает. Может, и мне повезет. Вот сдохну прямо сейчас, и все закончится.

Грудь ходит ходуном. Воздуха не хватает, кажется, словно задыхаешься. Сердце готово выскочить из груди, бьется в бешеном ритме. А я жду чуда…, но оно не происходит.

2 глава

Опять утро. Долго я спал. Поднимаюсь, с радостью потягиваюсь. Надо уходить. Меня могут искать, а как же, я так оскорбил самого Ксера, вожака табуна. Хрен ему, а не супруг. Придирчиво осматриваю себя и понимаю, что с таким заметным и необычным серебристым окрасом меня вычислят на раз. Приходится искать грязь. Даже грязь здесь найти сложно, в сердцах я сплевываю.

Скачу быстро так, как могу, впереди маячит лес. Замечательно, уж там грязь просто обязана быть. Замажусь весь по самые уши, на первое время пойдет, а там, глядишь, денег подзаработаю и краски какой-нибудь куплю, перекрашусь. Вот еще было бы неплохо узнать, как кентавры эти самые деньги заработать могут. А вдруг в городах люди на таких как я охотятся? Вопросы, вопросы, и ноль ответов.

Теперь знаю, что такое, когда земля трясется от топота ног, вернее, копыт. Я тихонечко притаился в зарослях, раскорячась на пузе, как можно ближе прижимаясь к земле. Ага, в человеческом теле можно и по-пластунски проползти, а тут грести чем? Копыта до ушей сотрешь, но ползать не научишься.

Небольшой табунчик, с десяток кентавров, пронесся мимо, явно куда-то спеша. Проскочили, и молодцы.

За мной или нет гадать не буду. Есть хочется, и в животе противно урчит. Надо искать место, где можно перекусить или сделать что-то за ночлег и еду.

В ту сторону, куда эти лошадки поскакали, я не пойду. Кругом степь, я как на ладони буду. Значит, в глубь леса…

Через десяток минут я уже проклинал свою тупость, продираясь через заросли кустарников, постоянно цепляющихся то за хвост, то за гриву, и сам весь в царапинах. Словно в малинник влез. Ууу! Как меня все это достало и Ксер этот заодно. Гад!

Когда, чертыхаясь на каждом шагу, я весь взлохмаченный выполз на полянку, обрадовавшись, стал скакать как молодой жеребенок. Стоп! Как-то я ненормально последнее время реагирую. Как жеребенок, фу, черт! Я же конь. Пока скакал как ненормальный, я потерял ориентир, откуда пришел. Покрутившись по кругу, с ужасом понял, что не знаю, куда теперь идти.

Вроде плачет кто-то. Я прислушался. Точно плачет, мне не показалось. Спешу на звук, вернее, пытаюсь, продираясь сквозь кусты. На полянку я выкарабкался раздраженный и поцарапанный.

— Да отцепись ты от меня, чертова колючка!

Плач прекратился, только тихие всхлипы. На меня смотрели желтые глаза маленького черного дракончика.

— Ты чего ревешь? — все еще раздраженно спросил я, отбиваясь задней ногой от зацепившийся ветки.

— Потерялся, — с оторопью ответил дракончик.

— Ясно. Я тоже, — подошел я к нему.

— Я дракон, — зачем-то сказал он.

— Я вижу. А я вот — конь.

— Кентавр.

— Я и говорю, конь.

— А… понятно, — ошарашено протянул дракончик. — Ты меня не боишься?

— А что, надо?

— Нет, — замотал он головой.

— Ты откуда такой? — дракончик странно посмотрел на меня и показал когтистой лапкой наверх, я проследил взглядом.

— Долетался, значит?

— Ага. От меня обычно убегают.

— Правда? А я за последнее время столько пережил, что уже не удивляюсь. Кто его знает, может скоро эльфов с вампирами встречу, или с гномом пересечемся.

— Эльфов знаю, а остальных не знаю, — задумчиво ответил дракончик. — А, понятно, ты не из нашего мира?

— С чего взял? А хотя, какая разница. Сам не знаю из какого. У меня уже башка пухнет от непоняток.

Посидели, помолчали.

— Слушай, — не выдержал я, — а тебя родители искать будут?

— Они на неделю к бабушке улетели, а меня с дядькой оставили.

— А ты, значит, смылся? — хмыкнул я.

— Я уже большой!

— В каком месте ты большой?

— Что? — сжался он.

— Решил доказать, что вырос, а в итоге заблудился. Ну и как, доказал? Не начинай хлюпать. На меня посмотри, я до недавнего времени вообще человеком был, а теперь посмотри, гибрид какой-то.

— Ты кентавр, — хлюпнул носом дракончик.

— Да понял я уже. Эх, а меня еще супругом наградили. Хоть вешайся теперь.

— Повезло, — обрадовался дракончик.

— Ты что, шутишь?!

— Нет. А разве ты не рад, что заключил союз? Теперь есть тот, кто будет о тебе заботиться.

— Я что, зверек домашний, чтобы обо мне заботиться? Я и сам могу. — Обиженно сказал, посмотрев на недоуменно распахнутые желтые глазища, — не рад я, не рад!

— А какой он, твой супруг?

— Вот же любопытный. Ну. Он вороной, весь из себя — лоснящийся, а глаза такие… завораживающие. Смотришь в них и словно тонешь. А мышцы, они так играют, когда он двигается, и волосы развеваются от скачки. Кожа загорелая, и капли воды с нее соскальзывают, когда он обливается… Ааа!!! Куда меня понесло, — схватился я за голову.

— Понятно, — хмыкнул дракончик, — тебе он «совсем» не нравится.

И захихикал, мелочь пузатая. Ничего не оставалось, как фыркнуть и отвернуться. Двигаться на лошадиной заднице не очень то удобно, пришлось отворачивать только голову.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 169
печатная A5
от 415