электронная
108
печатная A5
516
18+
Пока Египет не разлучит нас

Бесплатный фрагмент - Пока Египет не разлучит нас

Роман

Объем:
360 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4485-7871-7
электронная
от 108
печатная A5
от 516

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Глава 1. Побег

Она сидела в зале ожиданий Бориспольского аэропорта и смотрела в огромное окно терминала. Всю дорогу от Полтавы её маршрутку обильно поливал дождь, но в Киевской области было сухо, и только с рассветного неба свисали густые серые облака.

«Всё удивительным образом складывается в мою пользу, — размышляла Дарья о цепочке событий своей жизни, повлёкших за собой это „бегство в Египет“, как она его называла. — Дождь в дорогу перед важным событием — это к удаче. Ну а непогода при взлёте нам ни к чему. Самолёт легко и быстро поднимется над облаками, и я снова увижу солнце». Она всегда с нетерпением ждала того замечательного момента, когда на пушистые клочки белых облаков уже можно было смотреть сверху вниз, а солнечный диск не спеша выползал откуда-то из-за горизонта, перекрашивая облака в розовый цвет.

Нельзя сказать, что обстоятельства, способствовавшие её переезду в Египет, были такими уж радостными. Она всё ещё с содроганием вспоминала то состояние паники и шока, охватившее её, когда после политических волнений 2014 года начал рушиться её привычный мир, а вместе с ним и планы остаться жить в Киеве, который она так полюбила за те несколько лет, что провела там. Она презирала политиков всех мастей, всегда держалась в стороне от любых политических дискуссий, и за тем, что происходит в стране, следила только по заголовкам новостных лент, однако отстраниться от потрясений, раздирающих Украину, было совершенно невозможно. Волей-неволей ей приходилось начинать каждое утро с просмотра сайтов-закладок: новости киевского метрополитена, чтобы узнать, не закрыты ли её станции из-за объявления очередной угрозы минирования, и курсы валют в банках, потому что каждый скачок курса неизбежно влёк за собой скачок цен на бензин, а значит, и цен на продукты в супермаркетах. Впрочем, цены в супермаркетах росли и без колебаний курса. Они просто росли, едва поспевая за бешеными темпами инфляции. И когда цены на витринах перестали успевать за ценами на кассах, хозяева квартиры подняли стоимость аренды сразу на тысячу гривен, а на работе ей не продлили контракт по причине жесточайшего экономического кризиса, Дарья поняла окончательно: так жить нельзя, пора бежать. Египет был не только её любимым местом отдыха, но и давней мечтой. Точнее сказать, мечтой была Хургада. Там всегда было солнечно, весело, спокойно, и в своих мечтах она видела себя счастливой пенсионеркой, греющейся в лучах заходящего солнца на балконе собственной квартиры. Она старательно собирала себе на компьютер всю доступную информацию о жизни в Египте, интересовалась арабским языком и культурой, и всё рассчитывала варианты рассрочки на жильё в Хургаде, чтобы уж точно «выйти на пенсию во всеоружии». Однако не успела она ещё как следует насладиться радостями столичной жизни, и денег на квартиру у неё всё также не было, да и о пенсии думать ей было ещё очень рано, а её мечта начала уже сбываться, причём намного быстрее, чем она себе это представляла. А куда ещё она могла вот так запросто купить билет в один конец и, имея на первое время в кошельке долларов пятьсот, не больше, начать новую жизнь в новой стране? Ей даже не нужно было беспокоиться заранее о визе: её покупали за двадцать пять долларов все туристы на стойке в аэропорту. Кроме того, у неё в интернете была приятельница, которая собралась переезжать к своему египетскому бойфренду, и она тоже составляла списки вещей, которые не заняли бы много места, чтобы не платить за перевес чемодана в аэропорту.

— Сижу составляю списки вещей для переезда. Девочки, кто переезжал в марте, скажите, нужно ли брать с собой тёплые вещи. А полотенца с собой везти? Места в чемодане они занимают довольно много, но первое время как же без полотенца-то?

— теперь они были постоянными участницами всевозможных групп о Хургаде на Фейсбуке, а новости, публикуемые там, стали намного важнее отечественных новостных сайтов и телеканалов.

Приятельница Ленка жила в России, и также как и Дарья, работала техническим переводчиком английского. Но теперь разговоры о более точном употреблении того или иного технического термина и обмен фотками с очередной конференции отошли у них куда-то на второй план. Главной темой их интернет-чатов стала подготовка к событию, которое Дарья про себя называла «Бегство в Египет». Она давно уже завела тетрадку, куда скрупулёзно записывала всё, что по её мнению, могло бы ей пригодиться в Египте — списки вещей, которые она возьмёт с собой, сколько денег потребуется на билет, на гостиницу, на такси, и тому подобные вещи — и на тетрадке так и было написано: «Escape», т. е. Побег.

— Привет. Как дела? Я сегодня купила ещё 200 долларов. Вот дождусь ещё одной зарплаты, и можно будет ехать. А у тебя там что?

— Хорошо тебе. У вас валюту можно покупать в неограниченном количестве. А у нас нацбанк ограничения ввёл — обменивать не больше 3 тыс. гривен в день в одни руки. Со всеми налогами и сборами это всего лишь 100 долларов, не больше. Да и найти их можно только днём с огнём. Бегаю по обменникам, выискиваю, как шпионка, где ещё продают валюту.

Это от Ленки Дарья узнала о профессии «гест-релейшнз». Она же рассказала ей, что научиться этой профессии можно легко и быстро: помогаешь решать вопросы, возникающие у гостей, передаёшь все просьбы соответствующим службам — от менеджеров до уборщиков — и получаешь неплохую зарплату, да ещё и живёшь на всём готовом при отеле.

— Слушай, Лен, а я вот думаю, может, мне вообще поменять сферу деятельности? Пойти в анимацию, например. Танцовщицам хорошие деньги предлагают, и контракт — минимум на полгода…

— Да ты чё, Даш? На кой тебе та анимация? Будешь там скакать целый день. Ты ведь уже давно не студентка.

Ладно, это я так. За тебя же переживаю. А ты что, танцевать умеешь?

Танцы были Дарьиной страстью, увлечением, развлечением, и танцевать она могла всегда и везде, даже несмотря на усталость, недомогания и плохое настроение. Более того, она считала танцы лучшим средством от грусти и никогда не пропускала тренировки. Она регулярно занималась в киевской студии восточного танца, выступала на всех конкурсах, и вообще была любимой ученицей своей тренерши Анны. Маленькая и хрупкая, Дарья никогда не чувствовала свой возраст, указанный в паспорте, а любой, кто спрашивал, сколько ей лет, просто отказывался верить в то, что ей было уже тридцать восемь. «Двадцать пять, максимум двадцать восемь», — говорили все. Она и сама не понимала, почему годы летели, а она оставалась всё той же девчонкой, не имея ни малейшей морщинки на руках и шее, даже не пользуясь никакими специальными кремами и масками. Она любила жизнь во всех её проявлениях, ненавидела рутину, и среди её подруг было много тех, кому ещё не исполнилось и тридцати. А потому, работа танцовщицы в отельной анимации ничуть не пугала её, и даже привлекала больше, чем какая-то непонятная гест-релейшнз. Она даже прихватила с собой несколько концертных костюмов в надежде, что они ей всё-таки пригодятся в Египте.

«Не буду брать с собой тёплую одежду, я же еду в лето, — рассуждала она, пакуя ручную кладь, которую не надо было взвешивать в аэропорту. — Через полгода съезжу в отпуск домой и привезу с собой свитера и носки. А сейчас лучше костюмы возьму. Как это, приехать в Египет и не танцевать!»

И вот когда «план бегства» уже был практически готов, валюта куплена, а вещи разложены по сумкам, Ленка неожиданно прислала сообщение:

— У меня всё поменялось. Я никуда не еду.

— Лен, что случилось?

— Да меня тут с мальчиком познакомили. Цветы, подарки)) Отец сильно против моего переезда, надоело бороться со всем этим. Я остаюсь. Своему хабибу дала отставку. Решили остаться друзьями. Хочешь, познакомлю тебя с ним? Хоть будет к кому обратиться первое время. Он как раз без работы сейчас болтается, пусть хоть какая-то польза от него будет.

Ленкин бойфренд Питер был родом из Кены, но уже лет десять жил в Хургаде и время от времени работал барменом в различных отелях и заведениях этого курортного городка. Бог его знает, как ему удавалось там жить без постоянной работы и заработка, но он наверняка знал все нюансы местной жизни, а количество его знакомых уж точно перевалило за сто. Начитавшись на форумах разных историй о любви наших девушек и местных египетских ловеласов, Дарья сомневалась в том, что Ленкины отношения смогут продолжиться в виде российско-египетской дружбы, однако отказываться от знакомства не стала. К тому же, Питер был христианином, а христианам Дарья как-то верила больше. Работу она собралась искать самостоятельно, всё через тот же Фейсбук, но в Хургаде она оказалась бы совсем одна, поэтому любая помощь представлялась ей нелишней.

— Так ты хочешь сказать, что приедешь в Хургаду одна и собираешься самостоятельно искать здесь работу? — На Дарью, через очки в толстой белой оправе, смотрела из окна Скайпа хитренькая физиономия Питера.

— Ну да, а что здесь такого?

— Но это же Египет! Здесь женщине одной нельзя быть. Никак нельзя.

— Ещё скажи, что украдут! — засмеялась она в ответ.

— Украсть не украдут, но без поддержки будет сложно. Давай я тебя в аэропорту встречу, а потом помогу тебе с поиском работы.

И вот все хлопоты, связанные с отправкой вещей из Киева к родителям в Полтаву, сборы, прощания — всё осталось позади, и Дарья сидела в терминале аэропорта «Борисполь», готовая в который раз начать жизнь с чистого листа. Она немного волновалась, но в то же время была полна какой-то спокойной уверенности в успехе своей новой авантюры. В её душе не осталось ни капли былого романтизма, и она твёрдо знала, куда и зачем едет. Оставив где-то далеко в прошлом все те детские болезни, которыми страдают неопытные туристки, приезжающие на египетские курорты, сердце её было наглухо закрыто для всех любовных переживаний. Да, Хургада — город грехов и соблазнов, но ей нужны только деньги, деньги, которые позволят ей безбедно жить и радоваться каждому новому дню, независимо от людей и обстоятельств. И она заработает их своим упорным и честным трудом, как она всегда это делала.

Глава 2. Хургада — это там где ветер…

Дарья впервые в жизни забронировала гостиницу по интернету самостоятельно, в обход турагентств, и Питер, как и обещал, встретил её в аэропорту, вместе со своим знакомым таксистом. Они мчались по набережной вдоль узкой полоски моря, виднеющейся из окна, а в руках она держала отельный ваучер, на котором значилось название: «Шедван Гарден».

— Ну и отель же ты выбрала! — ругал её Питер.

— Отель как отель. О нем отзывы в интернете все хорошие!

— Но это же на другом конце города! Ты за такси в Дахар сколько заплатишь! И потом тоже будешь искать всё время, чем бы уехать. Выбрала бы гостиницу поближе к центру, всё было бы намного проще. Ты же не отдыхать приехала, а работу искать.

Физический отдых Дарье был просто необходим. В последние пару лет она постоянно куда-то спешила, бежала, боролась, напрягалась в надежде не потерять своё место в жизни, остаться на плаву, доказать самой себе, что она может быть ещё лучше, чем вчера. Днём она работала переводчицей в офисе, а вечерами, частенько прихватив и часть ночи, а также выходные и праздники, делала переводы для бюро и частных заказчиков. В своём стремлении обрести пресловутый баланс духовного и физического, она использовала каждую свободную минутку, чтобы послушать очередной вебинар, прочитать интересную статью и попробовать на практике всё то, что она почерпнула у всевозможных интернет-гуру. И единственное, о чём она тогда жалела, было то, что в сутках только двадцать четыре часа. Но в какой-то момент Дарья поняла, что она просто устала, что ей пора сделать паузу и сменить жёсткий распорядок жизни на более размеренный и спокойный. Она собиралась провести в гостинице десять дней, совмещая поиски работы с солнечными ваннами, скрабами, масками, и просто сном, которого ей так не хватало в Киеве. А Питер жил на улице Шерри в центральной части города и считал это место самым лучшим для полезного делового общения.

— Всегда советуйся со мной, прежде чем что-то сделать, — учил он её. — Я местный и знаю лучше, как здесь поступать.

Приехав в «Шедван Гарден», они удивились, насколько пусто и тихо было в лобби отеля. Ресепшионисты только развели руками:

— Это не к нам. Это в «Шедван Фестиваль».

— Но ваучер же выписан на «Гарден»!

— Это какая-то ошибка. Вам в соседний отель.

Даже вездесущий Питер не знал о том, что когда-то раньше эти два отеля — трёхзвёздный «Фестиваль» и четырёхзвёздный «Гарден» — представляли собой единый комплекс. Каждый из них имел свой пляж, но менеджмент был общим, а их гости могли свободно гулять по территории обеих гостиниц. Но потом их собственники, вступив в конфликт с местными властями из-за прав на землю, рассорились в пух и прах между собой, и в конце концов, после долгих судебных разбирательств, получили каждый свой кусок собственности. Причём все пляжи отошли «Фестивалю», а «Гардену» осталось только пятиэтажное здание с окнами, выходящими на дорогу. Поэтому-то и было так тихо в «Гардене», а «Фестиваль», ничем не отличаясь от обычных отелей Хургады, с утра до ночи принимал туристов, едущих сюда именно ради пляжного отдыха.

Дарью тоже с радостью приняли на ресепшене «Фестиваля» и даже выдали ей номер с видом на море — без всяких усилий с её стороны. Впрочем, делать усилия ради хорошего номера не входило в её планы. Она очень устала и хотела только одного: расслабиться хоть на какое-то время. Питер также понимал это и дал ей пару дней, чтобы прийти в себя и привыкнуть к мысли о том, что теперь она — не обычная туристка, а будущая гест-релейшнз. Идею об анимации он отвергнул сразу же как работу, не достойную девушки, в совершенстве владеющей английским.

— Аниматоры — это клоуны, — рассуждал он позже, восседая в кресле одного из кофе-шопов на Шерри-стрит. — Они всегда должны улыбаться, дурачиться, веселить народ с утра до поздней ночи, а зарплаты у них — самые маленькие.

Это потом уже Дарья узнала, что самые маленькие зарплаты получали всё же не аниматоры, а уборщики и официанты, но аргумент о том, что гест-релейшнз получают чуть ли не в два раза больше аниматоров, был очень весомым, и она согласилась со своим новым приятелем.

***

«Шедван Фестиваль», несмотря на свои три звезды, оказался довольно приличным отелем с большой, ухоженной территорией, двумя пляжами (один из которых, достался ему от «Гардена»), и очень вкусной кухней в главном ресторане. По крайней мере, так ей показалось после многих дней вынужденной экономии на еде в последние месяцы перед отъездом.

Если не принимать во внимание стандартные континентальные завтраки, которые, пожалуй, во всех отелях Египта всегда состоят из одних и тех же омлетов, сосисок, жареных баклажанов и помидоров, сырной нарезки да различных кукурузно-овсяных хлопьев, йогуртов и блинчиков, то кухню «Фестиваля» можно было назвать вполне разнообразной и достойной всяческих похвал. Сочные и сладкие дыни, виноград, гуавы, финики, всевозможные салатики, запечённая курица, рыба, свежайшая выпечка — что же ещё нужно девушке после прогулки по пляжу и развлечений с командой аниматоров? Эти первые дни её отпуска выдались довольно прохладными: с моря дул холодный ветер, и лежать на пляже в купальнике было всё ещё холодно. Поэтому Дарья решила уделить больше времени домашним косметическим процедурам в своём номере. Наконец-то у неё появилось для этого время!

А вечерами, понаблюдав, как солнце быстро садится за кромку морского горизонта, она шла на тематический ужин, каждый вечер посвящённый какой-нибудь кухне — средиземноморской, азиатской или национальной восточной. Возле ресторана, на площадке под открытым небом, устраивалась зона барбекю, где дюжие египетские парни в чёрных фартуках и банданах жарили мясо на больших мангалах, и от этого повсюду разносились восхитительно ароматные запахи. Приветливые официанты встречали гостей у входа в ресторан, угощая их прохладительными напитками, а после, летая по залу, словно на крыльях, ловко собирали со столов использованные приборы, тарелки и чашки, услужливо интересуясь, не хочет ли гость чего-нибудь ещё.

«Ешь, ешь, угощайся, — приговаривала Дарья сама себе, накладывая целую тарелку золотистых кусочков курицы, тушёных овощей и румяной выпечки, — ты это заслужила!». Она никогда не утруждала себя запретами на еду после шести вечера и запросто могла поужинать ближе к полуночи, не набрав ни одного лишнего килограмма. «Я оттанцую!» — обычно отвечала она червячкам сомнения, которые изредка точили её совесть после плотного ужина. И ей всегда как-то удавалось сохранять стройную фигуру, несмотря на любовь к еде. Нельзя сказать, что Дарья была обжорой, но поесть она любила вкусно и разнообразно, и поэтому считала шведские столы просто замечательным изобретением отельно-ресторанного бизнеса. Ведь с них можно было поугощаться самыми разными блюдами, каких не приготовишь на домашней кухне.

***

Они договорились, что Питер встретит её возле «Фестиваля», и для начала, они пойдут погулять по городу. В назначенное время Питер стоял возле отеля.

— Значит так, сейчас я покажу тебе, как добраться до Шерри на маршрутке. Мы, кончено, могли бы взять такси, но ты же собираешься здесь жить, значит, тебе нужно привыкать к обычной местной жизни. Я тебе сейчас всё покажу-расскажу, а потом ты будешь всё делать сама.

Раньше Дарья много раз бывала в Хургаде на отдыхе, но за пределы отеля она всегда выходила только в сопровождении гида и город представляла по пейзажам, проплывающим в окне экскурсионного автобуса или такси. Теперь же ей предстояло самостоятельно попробовать на себе все прелести здешней городской жизни, и в принципе, её устраивал такой вариант. Она любила всё делать сама и никому не быть обязанной.

Перед ними открылась дверь, и они запрыгнули в маленькую и тесную маршрутку, очень напомнившую ей изрядно потрёпанные временем микроавтобусы, которые когда-то давно бегали по её родному городу. Дарье показалось, что все места уже были заняты, но Питер достал откуда-то сбоку ещё два откидных сиденья, обтянутые засаленными лохматыми чехлами, и тогда для них в автобусе как раз оказалось ещё два места.

К её удивлению, они проехали в микробасике совсем немного, и почти сразу же вышли.

— Я специально решил выйти здесь, чтобы показать тебе городской пляж. Запоминай: «Саваки Бич», сюда вход свободный, платишь только за пользование лежаком. Местные жители тоже приходят сюда купаться.

Они прошли в деревянную арку, служившую входом на пляж. Арку украшало деревянное колесо корабельного штурвала, а на нём красовалась табличка с названием: «Эль Саваки Бич. Кофе-шоп и ресторан». Там возле входа, под тентами, стояли столики, плетёные кресла и лавки, как в обычных кофейнях. Лежаки и зонтики располагались у небольшого кусочка моря, отгороженного с двух сторон насыпями из желтоватых камней.

— А бикини здесь можно носить? — спросила Дарья.

— Можно. В Хургаде на всех пляжах можно носить купальники. Кому не нравится, тот сидит одетый; а купальники носить никто не запрещает. Только топлесс нельзя.

Они снова запрыгнули в микроавтобус и поехали по дороге, которая тянулась вдоль моря, мимо небольших отельчиков, кофе-шопов, мелких лавочек, недостроенных домов, и песчаных насыпей.

Пересев на площади Саккала на ещё одну маршрутку, Питер повёз Дарью на улицу Шерри, в кофе-шоп, где он, похоже, чувствовал себя, как дома, и где проводил большую часть своего времени. В кафе были одни мужчины. Все они сидели на диванчиках или стульях, курили кальян и ждали начала футбольного матча, устремив свои взгляды на большие экраны, установленные под потолком в нескольких местах. Именно ради таких трансляций спортивных событий и собираются местные жители в эти заведения по всей Хургаде.

— Это что, мужской клуб? — спросила Дарья.

— Женщинам сюда вход не воспрещается, не переживай, — отвечал ей Питер. — Просто сейчас все ждут начала матча. Сегодня один египетский футболист играет за итальянскую команду, и все будут болеть за него. Представляешь, всего один египетский футболист, а все собрались, чтобы поддержать его!

В зале было не протолкнуться, и они решили расположиться за одним из столиков, выставленных на летней площадке возле кофейни. Два больших плазменных экрана также висели где-то под потолком, развёрнутые в сторону улицы, так что и все прохожие могли смотреть матч.

Пока они искали свободное место, Питер перездоровался с сидящими там болельщиками, а также с официантами — с кем просто за руку, а с кем и троекратным поцелуем в обе щёки, как это принято в арабской культуре.

— Ты что будешь пить? — Спросил он Дарью, когда они наконец-то устроились в плетёных креслах, уставленных в ряд напротив большого экрана.

— Ничего. — Ответила Дарья. В её памяти ещё крепко сидел их с Ленкой диалог, которая перед самым отъездом давала ей последние наставления:

— Ты сколько денег с собой берёшь?

— Четыреста девяносто долларов. Это всё, что мне удалось собрать на сегодня

— Ну, пойдёт на первое время. Только ж экономь!

И Дарья экономила. Как это делается, она хорошо отрепетировала, пока жила в Киеве, и твёрдо знала: то, что в английском языке называется «eating out», то есть еда вне дома, никогда не пойдёт на пользу экономии. Но Питер имел на этот счёт другое мнение:

— Как это ничего! Попробуй хоть что-нибудь! Давай я угощу тебя кофе по-турецки. Вот увидишь, тебе понравится.

Он заказал себе колу и кальян, называемый здесь всеми «шиша», а Дарье — кофе. Потом он достал откуда-то пульт и добавил звук. Голос комментатора заревел с новой силой. Казалось, вся улица наполнилась стадионным гулом и криками болельщиков. А пока все следили за перемещениями по полю египетского футболиста в составе итальянской команды, Дарья развлекалась тем, что разглядывала публику, собравшуюся вокруг них в кофейне и снующую туда-сюда рядом по улице. Египетские семьи со своими детишками всех возрастов неспешно хрустели чипсами, оставляя после себя шлейф из разноцветных блестящих обёрток; пожилые и не очень египетские мужчины в национальных одеждах-галабеях попыхивали кальянами и наблюдали, как туристы в коротких платьях и шортах прогуливались за ручку и, широко раскрыв глаза и рты, разглядывали египтян.… За столиком напротив сидела уже немолодая дама, вся в чёрном, и, заложив за край головного платка мобильный телефон, о чём-то разговаривала по нему в течение всего того времени, пока длился матч. При этом она совершенно свободно жестикулировала обеими руками, помешивая сахар в своей чашке, и отсчитывая монеты разносчикам всякой всячины — от бумажных салфеток до ментоловых жвачек.

«Хэндс-фри по-египетски, — улыбнулась про себя Дарья. — А вот и неправда, что в мусульманской стране женщине нельзя выходить на улицу без сопровождения мужчин. По крайней мере, здесь. Вот эта дама сидит в кофейне одна, и никто не удивляется. Правда, закутана она вся в чёрное с головы до ног. Всё по закону шариата, кто же на такую внимание обратит, кроме меня?».

Тут к ним подошла девчонка лет двенадцати и бросила на стол пригоршню неочищенного арахиса.

— Питер, это как понимать? — не поняла Дарья.

— Если тебе хочется арахиса, то можешь брать. — Отвечал Питер, не отрывая взгляд от экрана. — Потом она к тебе подойдёт, и дашь ей фунтик. Ну а если не хочешь, то не трогай.

Тем временем официант принёс «турецкий кофе» — крошечную чашечку, наполовину заполненную кофейной гущей, так что собственно напитка там была всего половина чашки. Однако кофе был вкусный и крепкий.

— Попробуй шишу! — Питер протянул Дарье трубку от своего кальяна, но она только поморщилась и покачала головой:

— Мне не нравится вдыхать дым.

— Шиша безвредная, её все тут курят.

Дарья оглянулась по сторонам: кальяны стояли практически возле каждого столика, а их сладковатый запах, разносившийся повсюду, и вправду был вкусный. Но Дарье претила сама мысль о том, что дым надо затягивать в лёгкие, а потом выпускать через нос или рот.

— Ты что, никогда даже не пробовала курить? — Питер удивлённо вскинул брови над белой оправой своих очков.

— Нет, мне это неинтересно.

Девочка, разносившая арахис, уже успела обойти все столики, и, заметив, что ни Питер, ни Дарья не проявили интереса к орехам, привычным движением сгребла желтоватые сморщенные стручки обратно в большой пластиковый пакет.

***

— Я голоден. — Заявил Питер, когда отгремели последние возгласы по поводу победы итальянской команды, и они встали со своих мест. Просидев за столиком на свежем воздухе часа полтора, они оба поняли, что было бы неплохо перекусить. — Идём, я покажу тебе одно местечко, где ужинают египтяне. Они свернули куда-то за угол и оказались возле небольшой забегаловки, где за довольно грязными и обшарпанными столиками сидели египтяне, почти все одетые в галабеи, и что-то ели руками из небольших металлических мисок.

— Подожди здесь, я пойду закажу еду, — сказал он Дарье, когда они сели за один из таких столиков. Возле входа в забегаловку стоял «исполнитель заказов» — высокий, крепко сбитый дядька, который жарил какую-то еду в большом чане с кипящим жиром. Чан стоял на подставке с газовой горелкой и подведённым к ней баллоном. Тот же самый здоровила и принимал заказы, отсчитывая сдачу с замусоленных египетских фунтов. Между делом, он жевал результаты своего труда, завернув их в лепёшку.

Питер вернулся с двумя тарелками жареной печени.

— Ты постишься? — спросил он её.

Шли последние дни предпасхального поста, и перед Дарьиным внутренним взором предстали все вкусности шведского стола, которыми она соблазнялась в отеле. Она покачала головой.

— Я тоже, — сказал Питер. — Я — плохой христианин. Но я обязательно наверстаю всё перед Пасхой и схожу на исповедь.

По небольшому залу закусочной носился молодой египтянин, который собирал грязные тарелки и помогал разносить заказы к столам. Вполне возможно, что закусочная представляла собой небольшой семейный бизнес, а этот молодой человек и мужчина у котла вполне могли быть отцом и сыном. Питер крикнул ему что-то по-арабски, и вскоре парень принёс ещё одну тарелку с нарезанными помидорами, лепёшки, а также вилку. Вилка была почему-то одна.

— Угощайся. — Пригласил её Питер.

В это ещё не позднее время Дарья при желании могла бы успеть на вполне приличный ужин в отеле, но ей показалось невежливым отказываться от приглашения. Да и узнать, как ужинают обычные египтяне, тоже ведь интересно.

— А где здесь можно помыть руки? — спросила она в ответ.

Питер усмехнулся и указал рукой на умывальник в конце зала — металлический, как у бабушки в деревне, и довольно грязный. Конечно же, вода из него текла только холодная, но зато Дарья увидела на краю умывальника небольшой обмылок, и обрадовалась, что руки она всё-таки сможет помыть.

«Хоть так, чем никак» — сказала она себе.

Когда она вернулась, стряхивая с рук капли воды, её приятель уже принялся за еду. Дарья взяла вилку и стала поддевать ею кусочки помидоров и печени.

— Оставь вилку, — сказал ей Питер. — Делай это, как делают египтяне. Смотри.

Он взял лепёшку, оторвал от неё кусок и ловко поддел им печень с тарелки.

«Теперь понятно, почему вилка была одна, — подумала Дарья. — Конечно, они увидели европейку и вспомнили, что европейцы едят вилками. Ну что ж, если бы я была в Азии, то там мне бы пришлось всё есть палочками, а вилку подать даже никто бы и не подумал. Здесь местные люди едят лепёшками, и я попробую, как они это делают».

Порция была довольно большая, а печень — очень жирная, и Дарья забеспокоилась, как она всё это съест, и как справится с такой непривычной едой её желудок. Тут она заметила кошек, которые тёрлись об ноги под столом. Наверное, они жили прямо здесь, промышляя тем, что выпрашивали кусочки у посетителей закусочной. Видимо, с ними уже давно никто не делился, потому что, когда Дарья уронила кусочек печени на пол, пытаясь по-египетски подхватить еду лепёшкой, то толпа этих голодных созданий тут же набросилась на него. И, как это всегда бывает в дикой природе, победил сильнейший. Самый большой и проворный кот растолкал своих сородичей и быстро проглотил добычу.

Дарья выбрала самого маленького котёнка, который сидел немного в стороне и даже не пытался бороться за еду, и бросила ему немного со своей тарелки:

— Хватай, малыш, пока старшие не отобрали!

Так понемногу они справились со своими порциями — Дарья и Питер — за столом, а коты — на полу у их ног. Покончив с ужином, Дарья поинтересовалась, сколько она ему должна за угощение.

— Пока что ничего. Сейчас о деньгах не переживай. И, кстати, я не знаю и не хочу знать, сколько у тебя с собой, но если вдруг случится так, что у тебя закончатся деньги, ты всегда можешь рассчитывать на меня. Если не я, то кто-нибудь из моих знакомых обязательно одолжит тебе нужную сумму.

«Мягко стелит, — почему-то пришло в голову Дарье. Она очень не любила брать в долг, тем более у малознакомых людей. — Как бы он мне потом не выставил счёт с кругленькой суммой».

Но деваться было некуда. Ужин они уже съели, укрепив тем самым украинско-египетскую дружбу в городе Хургаде. Да и не могла такая еда стоить дорого.

***

На следующий вечер они снова встретились на Шерри, но на этот раз Питер усложнил задание и предложил Дарье добраться туда самой.

— Я учу тебя быть сильной и независимой в чужой стране, — с довольным видом говорил он ей потом. — Ты мне потом ещё за это спасибо скажешь!

Запомнить, как доехать до центра города на двух маршрутках, она ещё не успела, поэтому просто взяла городское такси. Поймать его не составило никакого труда, стоило только выйти из отеля и стать у дороги. Эти оранжево-синие машинки с утра до поздней ночи сновали по всему городу, и было их так много, что не пассажиры ловили такси, а наоборот, таксисты преследовали каждого, кто шёл по улице пешком, стараясь поймать очередного клиента. О назойливости хургадских таксистов ходили целые легенды, перекочёвывая с одного интернет-форума на другой, и Дарья решила не испытывать на себе их уловки, а сразу же сесть в первую попавшуюся машину.

Выглядывая из окна такси, она пыталась запомнить, какой дорогой её везут, но потерялась в разноцветных огнях мечетей, магазинных и ресторанных вывесок, в полицейских постах и поворотах, а потому занялась разглядыванием улиц, а таксиста попросила остановить в начале Шерри, как проинструктировал её заранее Питер.

— Надо тебе купить местную сим-карту, чтобы мы всегда были на связи, — сказал он ей, когда они встретились.

— Надо, — согласилась Дарья. — А сколько она стоит?

— Потом, всё потом, — уклончиво ответил он.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 108
печатная A5
от 516