электронная
234
печатная A5
408
18+
Под солнцем Лилит

Бесплатный фрагмент - Под солнцем Лилит

Издание второе в авторской редакции

Объем:
228 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4496-4388-9
электронная
от 234
печатная A5
от 408

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

1

В страну его не пустили. Вернее, пустили, но не сразу. Хмурый пограничник в форме светло-песочного цвета хаки вышел из своей будки, вскользь бросил недовольный взгляд на шлем в его руке, попросил выкатить мотоцикл из общей очереди и припарковать в специальном кармане.

Не зная чего от них ожидать, Андрей Демидов стоял у байка, переминаясь с ноги на ногу, мысленно перебирая в голове содержимое своего рюкзака и кофров. Вроде навскидку ничего запрещённого не имелось. Но фиг его знает, что им взбредёт в голову. После Майдана украинские законы регулярно менялись, дополнялись и отменялись. Вдобавок «Ночные волки» со своими косметичками подлили масла в международный огонь, и теперь байкеров, въезжающих на Украину, независимо от принадлежности к стране и мотоклубу, имели по всей программе.

Погранцы о чём-то переговаривались под навесом. Там был и тот хмурый. Вскоре женщина в форме отделилась от группы и направилась к нему.

— Следуйте с паспортом за мной.

— Куда?

— На собеседование.

«Задолбали», — коротко сформулировал он про себя своё отношение к происходящему, но не стал задавать никаких уточняющих вопросов и подчинился.

Она провела его служебными муравьиными тропками к административному зданию, в которое они вошли и поднялись на второй этаж. Со словами «Ждите здесь, вас пригласят» пограничница оставила его одного в общем коридоре у двери кабинета номер восемь.

Присесть было негде: ни стульев, ни скамеек. Всё для человека. Демидов подошёл к окну, снял куртку, положил её и шлем на подоконник и облокотился. Взгляд упёрся в зону досмотра фур и стену леса за ней. Водитель большегруза с папкой документов в руках, всей своей согбенной фигурой изображающий раболепие, поспевал за таможенником, который по-хозяйски осматривал автопоезд. Сцена не вызвала у Демидова ничего кроме уныния. На крыше большущего навеса, под который заезжали фуры, как он предположил, для взвешивания было название пункта пропуска — «Новi Яриловичi».

Именно в тот момент, когда уже набрался смелости, чтобы постучать в заколдованную дверь под номером восемь и напомнить о своём существовании, на лестнице послышались шаги. Привели ещё двоих. Каждый в руках держал мотошлем.

Это были дама в возрасте и молодой мужчина. Мадам была навскидку раза в два старше парня. Довольно крупная, высокая блондинка. Что сразу бросалось в глаза — это мощные бёдра и массивная задница, выгодно упакованные в чёрные кожаные штаны, а также густые длинные волосы медово-пшеничного цвета, собранные в хвост. «Брунгильда», — всплыло у Демидова при виде её имя из древне-германского эпоса.

Парень был высоким, ей под стать, под метр девяносто. Брюнет атлетического телосложения. Тоже в коже. Оба, как рыцари, были облачены в дорожные доспехи: мотоботы, чёрные наколенники, налокотники, под расстёгнутыми куртками угадывались черепахи. Увидев шлем на подоконнике, Брунгильда легко и непринуждённо вступила в диалог.

— Привет. Это твой Hornet на парковке?

— Привет. Да, мой.

— Чего они хотят? — кивнула она в сторону дверей.

— Думаю, будут проверять, достоин ли я находиться в их государстве.

— С тобой первый раз такое?

— Да, первый. Раньше никогда не «собеседовали». А с вами?

— С нами тоже. Да мы вообще первый раз на этом пункте.

— Откуда вы?

— Из Москвы. Едем на Азовское море. А ты?

— Я из Минска. Еду на «Тарасову гору».

— Класс! Мы тоже думали туда заехать, но по времени не получается. Фестиваль уже идёт?

— Да, сегодня третий день. Я и так на открытие не попал, так ещё эти тормозят весь процесс, — Андрей раздражённо указал в сторону кабинетов. — Это «Волки» православные сходили на Берлин, а нам всем теперь аукается.

— Если бы только «Волки». Это американцы со своим Майданом, мудаки, заварили кашу по отработанному сценарию, а нам, простым смертным, теперь расхлёбывать, — вставил реплику рыцарь Брунгильды. Хотел сказать ещё что-то, но она одёрнула его. Место не было подходящим для разговоров на эти темы.

— Вы состоите в каком-нибудь клубе? — поинтересовался Демидов.

— Нет. Сами по себе. Ты?

— Не-а, тоже сам по себе.

Дверь в нужный кабинет наконец открылась, и оттуда вышел взъерошенный молдованин-селянин с бумагами в руках.

— Ну что там? Хоть не пытают? — спросил Андрей у дядьки.

— Не, слава богу, нет. Иди, парень, не бойся, — пригладил тот чёрную шевелюру с проседью и сделал жест рукой, который, вероятно, означал: да пошли они все к чёрту.


2

У них не было никакой договорённости, Демидов он их дождался. Пока ещё не понимая зачем. Хоть он и передал паре по-быстрому суть беседы с офицером, тем самым устранив для них элемент неожиданности, всё же осталась некая недосказанность. Пустят — не пустят их? С российскими-то номерами.

Его багаж досмотрели, вернули проштампованный контрольный талон, пожелали счастливого пути. Байкер придал вещам прежний порядок, ещё раз проверил, хорошо ли закрыты замки на кофрах и рюкзаке. Сходил в Duty free, купил про запас бутылку рома и в задумчивости выкурил на крыльце магазина сигарету.

День только начинался, но очередь из машин на пропускном пункте уже образовалась приличная, и он похвалил себя за то, что всё рассчитал правильно и стартовал из Минска глубокой ночью. В принципе, можно было уже ехать, но красно-белая Honda Shadow из региона 150, припаркованная рядом с его тёмно-синим «Хорнетом», как будто включила магнит.

Этих двоих тоже впустили в страну. Прошмонав их, таможня дала добро. Передав молоденькому прыщавому срочнику с автоматом у последнего шлагбаума свои талоны, они покинули зону пограничного контроля с её неприятной тюремно-солдатской энергетикой и въехали на территорию Самостiйной.

Не разгоняясь, тормознули у придорожной окололесной кафехи. Официанты здесь были не предусмотрены, поэтому обслужить всех вызвался спутник Брунгильды — Валера. Он принёс каждому по бумажному стаканчику с кофе и шоколадку, которую разломил на куски.

Брунгильда оказалась Полиной. Она сняла с себя бело-красную кожаную куртку с символикой Pirelli, повесила её на спинку стула, оставшись в светлой майке с чёрно-белым принтом, под которой проступала пара небольших грудок. Валера снял с себя косуху. Под ней была чёрная черепаха, одетая поверх такой же майки.

Обменявшись подробностями и мнениями по поводу во многом надуманного интервью с женщиной-капитаном, которое к тому же снималось на видео, все трое, однако, не чувствовали, что их унизили допросом. Наоборот. Мотовладельцы осознали себя значимыми персонами, к которым власти проявили пристальное внимание. Чуть ли не подозреваемыми в международном терроризме.

Андрей смотрел на них и пытался определить, в каких отношениях состоят эти двое. По визуальной разнице в возрасте — мама и сын. Но они не были мамой и сыном. Он понял это ещё на границе по невербальным сигналам. Любовники? Тогда нужно было подтверждение. Профессия журналиста приучила его не гадать и не ходить вокруг да около, а задавать конкретные вопросы. Уловив момент, когда в разговоре повисла пауза, тактично спросил:

— Скажите, вы… пара?

Они переглянулись и заулыбались. Валера, детинясь, преданно потянулся к Полине, притянул её к себе и чмокнул в щёку.

— Зайчик, ну что? Кто мы с тобой? Пара или не пара?

— Мужик небритый, что ты от меня хочешь? — начал в наигранно-шутливой манере выбираться из его объятий «зайчик» с выражением лица, мол, я тут случайно оказалась. Пыталась соблюдать приличия. Валеру её сопротивление ещё больше раззадорило и, плотно сомкнув свои сильные руки вокруг неё, тот засыпал её поцелуями. Полине пришлось сдаться.

— Андрей, где конкретно в этом году «Тараска»? — спросила она, вернувшись к кофе.

— Село Свидовок. Под Черкассами.

— Ага… — Валера, очевидно, воссоздавал в голове карту автодорог Украины. — Ты как поедешь?

— Ну, сейчас, понятно, до Чернигова, а дальше: Нежин, Прилуки, Пирятин…

— Ни в коем случае. Даже не суйся туда, — он категорично замотал головой. — Мы тоже вначале планировала так ехать, но я выяснил на форумах, что дороги там убитые в хлам. Народ пишет, что больше шестидесяти толком не разогнаться, покрытие не ремонтировалось с советских времён. Потеряешь и время, и нервы, а в худшем случае и колёса оставишь.

— Что ты предлагаешь? Альтернатива есть? — Демидов мысленно упрекнул себя за то, что не учёл момент с качеством дорог. В Беларуси такой проблемы уже давно не стояло, поэтому по умолчанию решил, что дороги хороши и в прилегающей стране. По этому маршруту Андрей ехал впервые.

— Сейчас, подожди… — Валера открыл навигатор на своём противоударном милитари-смартфоне. Демидов присел поближе, и они вдвоём склонились над дисплеем. — Смотри, после Чернигова тебе лучше идти по трассе М01, дальше, не заезжая в Киев, уходишь на Борисполь, там переходишь на Р02 и молотишь до Золотоноши. А там и до Черкасс рукой подать.

— Хорошо. Я всё понял, — закивал он. Что касается географических объектов, схем, направлений, то у Демидова с детства была фотографическая память на такие вещи и, увидев однажды карту, запоминал её надолго. — А вы сами как идёте?

— Мы тоже идём до Борисполя, а дальше уходим по Киев-Харьковскому шоссе на Полтаву, затем Красноград и вниз через Днепр и Запорожье на Бердянск.

— Почему вы сразу не пошли из Москвы на Харьков?

— Обычно мы так и ездили. Но из-за этой военной заварухи позакрывали многие пропускные пункты на российско-украинской границе. Непонятно, куда соваться. Зверствуют, короче, — ответила Полина, затягиваясь тонкой сигареткой. — В любом случае, мы переночевали у моей одноклассницы в Гомеле, которую я не видела вечность.

— Как вы вообще решились на эту поездку в такое непростое время?

— Хм… А нам-то что. Мы пацифисты. Мы же не воевать едем, а отдыхать. Слушай, Андрюша, а вообще… поехали с нами. Всё равно до Борисполя у нас одна дорога.

Демидов немного удивился этому быстрому переходу к материнскому «Андрюша», но в целом ему было приятно. Ещё приятней было ехать по трассе не одному. Допив кофе, они уселись на байки, выехали друг за другом на шоссе, набрали скорость и понеслись по бескрайним просторам Украины. Снова в путь.

Дорога шла через леса и поля. Время было раннее. Около семи утра. Машин мало. Держали в среднем 120 км/ч. Они впереди, он — за ними. У Полины на голове был белый шлем с чёрным кудлатым хвостом на присоске, который смотрелся по-панковски и прикольно развивался на ветру.

Майское солнце уже хорошо поднялось над горизонтом и, когда байкеры остановились на перекур, им пришлось снова раздеться до маек, так как припекало прилично. Демидов чувствовал, что симпатичен Полине, поэтому особо не удивился, когда во время кофе-паузы после очередной смешной истории она поинтересовалась, насколько сильно тот хочет ехать на фестиваль. И тут же игриво закинула удочку:

— А, может, лучше с нами на море?

Далее последовал её развёрнутый рассказ о том, что его там может ждать. Выяснилось, что у Полины в пригороде Бердянска был свой летний дом. Она живописала красоты прилегающего к даче заповедника, безлюдные песчаные пляжи, бодрящие и освежающие воды моря, ласковое и нежное солнце Северного Приазовья…

— Сейчас клубника пойдёт, черешня. Цены низкие на всё. А рыбы разной просто завались. Андрюша, ты пробовал когда-нибудь азовского бычка?

Демидов никогда не пробовал азовского бычка. Он выслушал все преимущества отдыха на курорте, но до того как прозвучала команда «по коням» так и не смог дать паре вразумительного ответа. Его настораживала спонтанность происходящего, и держал прописанный ещё месяц назад сценарий с мотофестом.

Под Борисполем они сделали последнюю совместную остановку и расстались. Валера ещё раз назидательно озвучил для него кратчайший путь до Черкасс. Демидов заверил, что запомнил маршрут, пожал ему руку, поблагодарил их за компанию и пообещал скинуть фотки с феста по «Вацапу». Полина поцеловала его на прощанье в щёку. Нежно.


3

В Борисполе Демидову пришлось постоять в пробке. Пока ждал, размышлял над тем, правильно ли сделал, что не поехал с ними. Андрей не чувствовал какого-то подвоха, они действительно хотели, чтобы он присоединился. «Они» в данном случае «она», Полина. Валера просто отзеркаливал желания своей «госпожи».

«В лет двадцать даже не задумывался бы, ключевое слово „море“ заставило бы меня забыть обо всём и двинуться в путь без рассуждений. А что сейчас?»

Сейчас, в тридцать шесть, с грустью признался себе, что растерял ту лёгкость, простоту и беззаботность. Не было той искры. Увы. С годами восприятие и взаимодействие с миром стало сложнее, запутаннее и замороченнее. Душа хотела одного, разум другого. И, к сожалению, в большинстве случаев прагматичный ум побеждал, а душа продолжала страдать.

Два дня феста Демидов уже пропустил. Что его вообще там ожидало? Да, он читал программу. Да, довольно насыщенная, юбилейная. Но всё это уже было много раз на других подобных мероприятиях. Все эти конкурсы Miss и Mister, кастом-шоу, музыкальные группы, диджеи, реки пива, пьяная байкерская братия, бесконечные разговоры об аппаратах и их мощностях… Суть одна и та же. Поменяются только декорации и местоположение. Да, количество «друзей» «ВКонтакте» и на «Фейсбуке» увеличится на десяток человек. Но что толку?

Полина и Валера предложили совсем другое. Они обещали приключение. Сколько он не был на море? Демидов задумался. Последний раз ездил с Ольгой под Одессу. Когда они ещё были вместе. Три года назад. С тех пор как они расстались, и Андрей снял себе отдельное жильё, актуальней и злободневней стоял вопрос выживания в большом городе. Нужно было платить за квартиру, «коммуналку», еду, бензин… Гонорары за статьи и публикации были в целом невысокие. Иногда всё же удавалось выбить хорошую сумму за коммерческий материал.

Ещё этот чудаковатый Кузнецов со своим youtube-каналом… Узнав, что Андрей едет на байкфест, бизнесмен не преминул дать Демидову задание подготовить оттуда видеорепортаж для рубрики «Камера в кулачке»: «Главное — наснимай побольше эффектных и зрелищных моментов. Возьми у организаторов интервью, поговори с участниками. Мы потом всё грамотно смонтируем и красиво наложим музыку и твой голос с комментарием. Сделаем качественный ролик минут на шесть. Помни, нам нужно набирать подписчиков. Сейчас мы работаем на канал, потом канал будет работать на нас».

Планы у предпринимателя Дмитрия Кузнецова были амбициозные, — мечтал, чтобы аудитория «Кузнец ТВ» разрослась до астрономических размеров. Тогда смог бы продвигать через канал сеть своих магазинов, а также размещать рекламу товаров и услуг сторонних компаний, зарабатывая этим. В конечном счёте он желал влиять на общественное мнение, как минимум, жителей стран СНГ и Балтии. Замах был наполеоновский, но вот ресурсы были крошечными. Да и с мотивацией имелись проблемы.

«Зачем я ввязался в эту авантюру?» — спрашивал себя Демидов. Одно дело, рассуждал он, примкнуть в качестве наёмного работника к огромной корпорации, медийному монстру с большими возможностями, с уже прикормленной обширной аудиторией и освещать горячие темы под протекцией этой структуры, а другое дело начинать всё с нуля самим в нераскрученном, никому не известном видеоблоге среди тысяч других похожих бложиков. Ради чего?

Причины были. Зарплаты, которую он получал в газете «Город М», на жизнь не хватало. Плюс хотелось попробовать себя и на другом поприще. Рассматривал варианты. Для газеты, несмотря на то, что взял отпуск, тоже обещал написать статью о байкфесте…

С Кузнецовым они уже сделали два пробных выпуска. Один был посвящён работе частной фирмы, занимающейся аэрографией, и был больше заказным. Кузнецов хорошо знал владельца студии и рассчитался с ним по бартеру рекламным сюжетом за эротический портрет Дианы Шурыгиной, стоящей на четвереньках на поводке с шариковым кляпом на боку его «Лексуса». Второй выпуск снова получился скрытно-рекламным. Один из друзей Кузнецова устроил им приглашение на открытие нового семейного ресторана с французской кухней. Почему-то похожий на армянина владелец заведения после интервью накормил Демидова и оператора блюдом похожим на плов с соевым мясом и подарил скидочные карты аж на 5%.

«„Лайки“ меня возбуждают больше, чем секс», — говорил трижды женатый Кузнецов. Но для того, чтобы собрать многотысячную (не говоря уже о миллионной) армию подписчиков, требовалось минимум раз в неделю снимать и выкладывать зрелищный, провокационный, цепляющий материал. Нужно было создать ажиотаж, вызвать живой интерес у искушённой публики, чтобы заработало сарафанное радио, чтобы люди начали ставить отметки «нравится», подписываться и обмениваться ссылками на их ресурс.

Процесс худо-бедно шёл. Да, Кузнецов выступал в качестве продюсера и готов был финансировать затраты по подготовке материалов. Однако этого было недостаточно. Конкуренция в Сети была сильнейшая. На данный момент в интернет-пространстве вещали обо всём на свете столько разных независимых и зависимых блогеров, влогеров, объединений, студий и компаний, что не было до конца ясно, что именно нужно снимать, чтобы привлечь драгоценное внимание пользователей. Сигнал канала «Кузнец ТВ» терялся в многоголосом хоре кликаний, «лайканий» и «комментов» и напоминал писк птенца на гигантском птичьем базаре на скалах Антарктиды. Поэтому пока решили снимать всё, что было интересно самим.

Ещё Демидов мечтал написать роман…

Он очнулся, так как сзади долго и настойчиво сигналили. Из-за потока захвативших мыслей не заметил, как впередистоящие машины рассосались. Cнялся с нейтралки и газанул.

Пробираясь по загруженной центральной улице города через утомляющие и раздражающие светофоры, Демидов неожиданно увидел на парковке перед супермаркетом «АТБ» знакомую красно-белую Honda Shadow. Он включил правый поворотник и свернул к магазину.


4

Пройдя Борисполь, два мотоцикла вышли на Киев-Харьковскую трассу. Потянулись долгие километры солнечных дорог. Шоссе было многополосным, скоростным и с качественным покрытием. Наконец появилась возможность хорошенько разогнаться. Шли около 130—140 км/ч. Иногда делали 150. Конечно, временами у Демидова возникало желание стать в крайнюю левую и положить стрелку на 180. Но теперь он был привязан к впереди идущему чопперу, который знал дорогу, поэтому в интересах Андрея было не терять его из виду.

В мозгу крутилась заразная мелодия «В голове моей туманы-маны…» Он подцепил её из радио, играющего в магазине. Музыкальный хит чередовался с внутренним диалогом. Демидов продолжал начатый в Минске спор с замредактора газеты, которая покромсала его последний материал…

Проблемой было то, что его тело постоянно пребывало в одном и том же положении. Определённые группы мышц были напряжены и постепенно затекали. В отличие от Валеры, который восседал на своём байке, как король на троне, корпус Андрея из-за конфигурации Hornet’а был наклонён вперёд, и ему приходилось упираться руками в руль, одновременно удерживая контроль над передним колесом. И если на коротких дистанциях такого рода напряжение не имело большого значения, то на дальняках нужно было постоянно одёргивать себя и осознанно расслаблять мышцы. В любом случае, приходилось регулярно останавливаться, ходить, разминаться.

Поесть они решили в пригороде провинциального Краснограда. Пока официант из летнего кафе пошёл выполнять их заказ, Полина помогала Валере и Андрею. Она выливала на визоры из бутылки воду небольшими порциями, а парни аккуратно проводили пальцами по оргстеклу, убирая мелкие трупики насекомых и их разбрызганные от удара соки.

Вкусно отобедав окрошкой, жареной картошкой со шкварками и овощным салатом, Андрей откинулся на спинку стула и закурил. Порции были огроменными, если сравнивать с местами общепита Беларуси, где всё постоянно зажималось, урезалось и недодавалось. Валера предложил расстелить спальные мешки либо покрывала (такие вещи имеются у каждого байкера, выезжающего в дальнюю дорогу) в зелёной зоне за кафе и немного поваляться. Его предложение поддержали.

Они выбрали большие кусты, которые давали тень. Демидов расстегнул и расстелил свой спальник, улёгся на него, положив под голову сложенную куртку. Полина и Валера расстелили рядом покрывало, поснимали обувь, бросили под головы косухи. Демидов обувь не снимал. На пятке его левого носка, он знал, была дырка. Хотелось бы снять и спортивные штаны, но под ними было заштопанное в нескольких местах, вылинявшее от многократных стирок старенькое трико. Пара, экипированная мотозащитой с головы до пят, была удивлена тем, что Демидов выехал на дальняк в одном спортивном костюме, кроссовках, кожанке и трикотажных акриловых перчатках. Тот был бы и рад тоже защитить своё тело на высоких скоростях, но финансовые дела журналиста Андрея Демидова шли неважно.

Потёк неспешный диалог о чём-то несущественном. Над головами летали насекомые, в траве издавали свои трели кузнечики. Мозги потихоньку отключались. Краем глаза Андрей видел, как у Полины с Валерой начался петтинг. Инициатива больше исходила от Валеры. «Госпожа» вроде как не очень-то и хотела. Или делала вид, что не хотела. Может, стеснялась Андрея? Скорей всего. Потому что после копошения и приглушённого шёпота они поднялись и пошли к ещё более дальним кустам. Андрей сделал вид, что спит. Но, оставшись в одиночестве, провалился в сон по-настоящему.

— Андрей… Андрей, просыпайся. Надо ехать.

Разомкнул глаза и увидел над собой лицо с грубыми, лошадиными чертами, неестественно белыми зубами и зелёными глазами. Всё это смотрело на него из густой гривы крашеных волос, седых у корней.

— Сколько я проспал?

— Час. Мы не хотели тебя будить, так как ты ехал полночи.

— О’кей, благодарю… — он зевнул, прикрыв рот рукой.

— Как себя чувствуешь?

— Получше.

— Кофе будешь?

— Да.

Она налила ему горячей чёрной ароматной жидкости в чашку, которая пару секунд назад была ещё крышкой серебристого термоса. Сделав пару глотков, полез в свой рюкзак и извлёк из дорожной аптечки флакончик с голубоватой жидкостью. Вскинув лицо к небу, капнул пару раз в один глаз, затем второй.

— Что это? — поинтересовалась Полина.

— Капли. Применяются при повышенных зрительных нагрузках. Снимают покраснение, усталость, улучшают зрение.

— Ух ты. Можно попробовать?

— Да, конечно. Валере тоже предложи, — передал ей бутылёк.

Полина уставилась вверх и закапала себе.

Через несколько минут Демидов услышал восклицания:

— Боже, вот это капли! Это магия! Я прозрела!

Он вопросительно посмотрел на неё.

— Андрей, ты видишь вон ту птицу? — указала она на одинокую тушку, сидящую на силовом кабеле вдалеке.

— Да, вижу.

— Вообще, у меня плохое зрение. Я ношу линзы. Но сейчас я могу различить даже хохолок на головке той горлицы.

Демидов подумал о том, что нет никакой возможности, проверить горлица ли это, и лишь сказал:

— Вот видишь, взглянула на мир по-новому.

— Мне кажется, ещё пару минут — и я различу, что у горлицы под хвостиком.

В Днепр они въехали в начале пятого, когда солнце уже начало потихоньку сползать к западной кромке горизонта. Андрею понравилась энергетика этого города-миллионика с его широкими улицами, зелёными скверами и парками, длинной красивой набережной, переброшенными мостами через мощную реку. Они не останавливались в городе и постарались пройти его поскорее, чтобы не увязнуть в пробках в приближающиеся часы пик.

Ко второй половине дня накопилась недетская усталость, и он был вынужден включить режим дополнительной жизни. Болели и ныли мышцы спины, рук, ног… Его тело оказалось не готово к многочасовой эксплуатации в подобном режиме. Последние две сотни километров дались особенно тяжело. Пару раз он был вынужден обгонять красно-белую хонду и включать правый поворотник, запрашивая остановку для отдыха. Жутко болела спина в районе правой лопатки. Очевидно, мышцы «забились», хорошо сдавив нерв. Красные от усталости и раздражения глаза отказывались видеть. Затекла шея. Никакого удовольствия от езды уже давно не было. Стояла задача, превозмогая боль и дискомфорт, просто доехать.

На ночёвку остановились на случайном гостином дворе в пригороде Днепра. Утром отсюда было удобно выскочить сразу на Запорожскую трассу. Заселились в рубленом евродомике с двумя спальнями, кухней и душевой. Демидов с удовольствием сбросил с себя шмотки и после горячего душа принял пятьдесят грамм коньяка с новыми друзьями.

Тёплая ночь. Открытое окно. Приглушённый свет ночника. Где-то поблизости на дереве звучно поёт соловей. Сильные руки «госпожи» массируют спину Андрея. Валера лежит рядом на покрывале в ожидании своей очереди и медленно потягивает сигарету.

— Полностью расслабься. Обмякни. Отпусти всё, — настаивает Брунгильда.

Он отпускает.

— Полин, особенно то место, под лопаткой…

После массажа становится гораздо легче. Демидов лежит лицом к потолку в полном расслаблении и слушает, как во всю заливается пернатый самец, виртуозно зазывая самку. Полина работает с телом своего мужчины. Тяжёлые веки Андрея опускаются, но и здесь на него бежит дорога. От неё уже никуда не деться… «Зачем я им нужен?» Отогнав набежавшую тревожную мысль, что, на самом деле, его новые знакомые могут оказаться каннибалами и в их планах расчленить его и съесть, проваливается в глубокий сон.


5

Встали поздно. Долго раскачивались, собирались, завтракали и в итоге выбрались на трассу только к полудню. Дозаправились и замолотили до Запорожья.

Через полтора часа они уже гуляли по знаменитой плотине ДнепроГЭС, визитной карточке города. Андрей слышал про это сооружение, но видел такую грандиозную конструкцию впервые в жизни. От Валеры он узнал, что эта гигантская дамба была спроектирована и построена ещё при Сталине.

Пока влюблённые фоткали друг друга и делали селфи на фоне острова Хортица, Демидов, склонившись через перила ограждения, как завороженный, смотрел на шестисотметровый бетонный изгиб и силился понять, как люди, эти жалкие букашки на теле планеты, сумели перегородить русло такой широкой и глубокой реки да ещё десятки лет умудряются извлекать миллиарды килловат-часов электроэнергии из движущихся масс воды.

Сделав селфи на троих, они, удовлетворённые посещением местной достопримечательности, продолжили свой путь. Поверх плотины пролегала соответственно улица Плотинная, по которой они переехали на другой берег и покатили по самой длинной улице города — одиннадцатикилометровому Соборному проспекту, который ещё совсем недавно назывался именем Ленина. Страна стремительно избавлялась от советского наследия.

«Интересный город, — думал Андрей, поворачивая голову по сторонам на светофорах. Бесконечно тянулись офисы, банки, магазины, рестораны… По тротуарам гуляло много молодёжи. — По хорошему, этому месту нужно было бы посвятить несколько дней. Галопом ничего толком не увидеть. Ну, ладно, — успокоил он себя. — Может, на обратном пути?»

В Бердянск они въехали ближе к вечеру. Вниз по старым бетонным плитам Мелитопольского шоссе к центру города, к набережной, к морю.

Приземлились в открытой кафешке с отличным видом на вечерний залив. Посетителей было мало. Сезон ещё только начинался. Официантка, приняв заказ, удалилась, чтобы принести напитки и лёгкий перекус. Полина подсоединилась к wi-fi и ушла всем вниманием в смартфон. Мужчины тем временем, привлечённые звуками прибоя, пересекли малолюдную набережную в направлении статуи «Мальчика-рыбачка».

Осмотрев металлического парнишку в кепке, только что выловившего рыбу, Андрей подошёл к парапету, на горизонтальной плоскости которого было приклеено объявление. Бóльшую часть листа А4 занимала фотография «на паспорт» пожилого, седовласого, интеллигентного мужчины в пиджаке, рубашке и галстуке. Текст сообщал: «…Ушёл и не вернулся домой известный врач нашего города Денисенко Пётр Викторович. Мужчине 84 года, страдает потерей памяти, мог заблудиться! Не будьте равнодушными, присмотритесь, оглянитесь!..»

Демидов оглянулся. Метрах в десяти на таком же объявлении мужики разложили нехитрую закусь и соображали на троих.

От бронзовой фигуры шли ступеньки вниз. Они спустились к самой воде, которая набегала волнами на мокрые, скользкие плиты. Пахло морем. И мочой. Прохожие, по-видимому, любили это укромное местечко.

Андрей окинул взглядом пространство перед собой. Чёрная вода сливалась с темнеющим небом. Звёзды на небосклоне были ещё бледными и неяркими. Слева далеко в море огнями уходила восемнадцатикилометровая Бердянская коса, образующая залив. Справа на фоне послезакатного неба двигались портовые краны-богомолы.

Мужчины прошли вперёд по плитам, чтобы не дышать аммиачными испарениями. Валера сел на камень и закурил. Андрей присел на корточки у кромки плиты и погрузил руки в прохладную воду. Было желание раздеться догола и окунуться: смыть с себя пыль дорог, обновиться, перезагрузиться. Спуск в воду был затруднён из-за нагромождения склизких валунов и камней. Можно было запросто поскользнуться и хорошенько приложиться. Посовещавшись, мужчины решили воздержаться от ночного купания и перенесли акт омовения в водах Азова на утро. Валера докурил, затушил ногой окурок, и они двинулись назад на набережную. Прежде чем подняться по ступеньками наверх, задержались у стены и помочились.

Демидов проснулся на рассвете от холода, расстегнул спальный мешок и высвободился из него.

Когда он вышел из туалета, где ему удалось избавиться от жуткой эрекции вследствие наполнившегося до краёв мочевого пузыря, то обнаружил Полину в домашнем халате, спускающуюся со второго этажа.

— Шо, змерз?

— Да просто пипец какой-то, — коротко бросил тот, весь покрывшийся дрыжиками, и поспешил назад в комнату, где собрал все имевшиеся покрывала и одеяла, наслоил их друг на друга и нырнул в кровать под приготовленную толщу тканей.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 234
печатная A5
от 408