электронная
180
печатная A5
397
18+
Петрикор

Бесплатный фрагмент - Петрикор


5
Объем:
176 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4493-1768-1
электронная
от 180
печатная A5
от 397

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Дорогой друг

Хочу, чтобы ты знал о том, что кое-что в этом письме — правда, кое-что- является продуктом моей фантазии. Для меня было первично рассказать историю, высказать часть того, что накопилось в моем сердце, и сделать это максимально доступным языком и стилем. Знаю, что ты всегда ценил мою простоту, и я безгранично благодарна тебе за это.

Все же, помни! Мы разные. Я и ты. Возможно, ты будешь со мной не согласен. В этом нет ничего страшного, ведь я пишу тебе, чтобы высказаться. А ты… Ты просто будь там и выслушай.

С любовью,

Аш Габриели

Посвящается ей

Она об этом знает

Мои глаза в тебя не влюблены

Они твои пороки видят ясно

А сердце ни одной твоей вины
Не видит и с глазами несогласно…

Уильям Шекспир, Сонет 141

Глава 1

Каждый раз, когда мне хотелось оторваться от реальности, я пряталась в маминой библиотеке. Это было место, где меня никто не беспокоил. Место, где можно было найти покой, взять очередную книгу для чтения, завалится на уютный пуфик у камина, или послушать музыку, усевшись на просторном подоконнике, и наблюдать за переменчивым настроением природы, уставившись в окно. Хорошо было знать, что никто не будет претендовать на право побеспокоить тебя.

«Дом, в котором нет книг, подобен телу, лишённому души»! Не помню уже, где я вычитала это высказывание, но оно правдиво на все сто процентов. Судя по размерам маминой библиотеки, у нашего дома была невероятно богатая душа. Здесь можно было найти книги совершенно разных жанров и писателей. Каждый мог бы подобрать себе что-нибудь для чтения. Даже тот, для кого это являлось далеко не самым любимым занятием. Мой старший брат, к примеру. Голова его была занята исключительно музыкой, а если быть точнее, то гитарой. «Муза на всю жизнь», — как он однажды выразился.

Безмерная любовь к искусству и творчеству передалась нам от родителей. Мама имела магистерскую степень по журналистике и массовым коммуникациям, а папа был сценаристом и режиссером в мире кино. Что касается внешности, то Натаниэль — мой брат — больше был похож на отца. Скажем так, его абсолютная копия- 3D модель. Такие же карие глаза миндальной формы, красиво выраженные скулы, которые соответствовали его худощавому лицу и комплекции. Единственная черта внешности, которая передалась ему от мамы- это толстые и густые брови. Не знаю, что больше заставляло девочек влюбляться в него: киношная внешность, умение играть на гитаре, харизма козерога, или в целом комбинация всех этих трех компонентов. В общем, не суть. Факт оставался фактом- глаза большинства девушек наполнялись блеском, а эндорфины зашкаливали, когда он находился вместе с ними в одной комнате.

Наблюдать за этим со стороны было очень забавно. Когда я оказывалась очевидцем этого процесса — якобы тайного флирта со стороны девушек, и он замечал улыбку на моем лице, то спрашивал меня: «В чем дело?». Но потом сам улыбался в ответ и этим же давал знать, что отвечать не стоит, так как он сам в курсе. Короче говоря, недостатка внимания со стороны представительниц рода Евы у него не было.

Больше всего меня удивляло то, что у Нэта не было ни с кем серьезных отношений. Еще в школе у него была девушка, но после выпуска они расстались. Шаблонный сценарий, не правда ли? Она уехала продолжить учебу за границей, в Англию. Когда Нэт провожал ее, в аэропорту она без всяких эмоций, с серьезным выражением лица сказала ему следующее: «Спасибо тебе большое за два прекрасных года, проведенных вместе, но и для меня, и для тебя настало время двигаться вперед. Я буду далеко, по ту сторону атлантического океана. С тех пор, как я узнала о моем поступлении, я думала о нас, о нашем будущем, и я поймала себя на мысли, что не вижу его с тобой. Прости, Нэт, но отношения на расстоянии не для меня. Я знаю, что ты найдешь для себя достойную партию». После чего она улыбнулась, обняла его и отправилась на посадку. Между тем, бедный Нэт простоял еще долгое время в аэропорту и вернулся домой очень поздно.

После того как он ввел меня в курс дела, мне ничего не оставалось делать, кроме как включить режим сестринского сочувствия и поддержать его словами: «Пф, да она мне никогда не нравилась»!

Никогда прежде я не видела его плачущим. Сложно смотреть на то, как душа компании, «мистер развеселю всех», твой брат и лучший друг плачет. Если до этого мне было глубоко параллельно на Габи, то, когда я увидела состояние Нэта, мне захотелось пересечь этот океан и дать ей пощечину за то, что она задела его чувства.

За ее отъездом последовали бесчисленные звонки продолжительностью в месяц, но все усилия были затрачены впустую. Она не отвечала ему, а после и вовсе заблокировала его номер телефона, удалила изо всех возможных социальных сетей, сказала нашей общей подруге Зое передать Нэту, чтобы тот перестал ее искать и доставать.

Никогда не забуду, в каком эмоциональном состоянии оказался мой бедный однолюб. Как говорится: «нет худа без добра». Если в школе он только играл на гитаре и делал каверы на песни других исполнителей, то после того, как Габи бросила его, он сам начал сочинять.

Он вложил слезы, злость и разбитое сердце в творчество. Впоследствии на свет появились прекрасные песни, по крайней мере, в моем восприятии, да и количество просмотров на YouTubеканале свидетельствовали об этом. Удивительно, что любовь делает с людьми. Сначала дает крылья, а затем пинает так, что встать становится совершенно невозможно.

С тех пор прошло два года. Нэт поступил в Йельский университет вместе со своим другом Дэном. Правда, на разные факультеты, но все же вместе. Два друга не разлей вода еще с младших классов. Нэт изучал музыку, а Дэн кино. Он был настоящим ценителем. Знал практически все фильмы на свете, также как и актеров, режиссеров, сценаристов, и вообще все-все, что хоть каким-то боком касалось киноиндустрии. В школьной газете он даже вел собственную колонку о последних новинках кино. Наши семьи близко дружили, и тот факт, что Дэн часто зависал у нас, а Нэт у Коллинзов, вообще никому не доставал неудобства. Он помог брату пройти через сложности расставания с Габи. Вообще, он был всегда рядом, и мы прекрасно ладили.

Вернусь обратно к библиотеке. В целом, я насчитала пятнадцать тысяч семьсот девяносто четыре книги у нас дома. Мне всегда казалось, что если не пополнять их количество, покупая новые книги, то даже в таком случае, я не успею прочесть все, что там имеется, ведь читаю я также медленно, как двигается улитка. Все потому, что читая, я вникаю в каждое написанное слово, а не просто сканирую текст, как это делают многие.

Легкая меланхолия заставила меня сегодня зайти в библиотеку. На улице была именно такая погода, которая приказывала душе грустить безо всякой весомой причины. Девизом такой погоды являлось следующее высказывание: «Поплачь, а если спросят что случилось, ответь- ничего особенного».

Темные облака и изящно струящийся в порывах легкого ветра летний дождь. Не знаю, как у других, но со мной такое случалось неоднократно. Состояние грусти, причина которой не ясна даже тебе самой. Ты просто встала каким-то утром, почувствовала, что тебе тоскливо и все. Несмотря на то, что жизнь прекрасна, все вокруг хорошо. Ничего не поделаешь.

Я знала практически все книги, которые находились на нижних полках. Они были наполнены современной и классической литературой, такими авторами как- Джон Грин, Кассандра Клер, Дэниел Киз, Джордж Мартин, Джоан Роулинг. В один момент захотелось перечитать «Поттериану» в тысячный раз, но потом момент слабости прошел.

На самом деле, современная литература мне нравилась больше, чем мировая классика. Странно, но кому бы я это не говорила, каждый считал своим долгом осудить меня. Мол: «Ты ничего не понимаешь. Как можно такое говорить? Tы, вообще, в своем уме? Классики освещали и отсылались на такие темы, которые до сих пор актуальны. Тебя засмеют, если ты не перестанешь об этом заявлять».

Боже, наплевать! Засмеют или нет. Это было мое мнение, и я не собиралась молчать об этом, или, что намного хуже, скрывать, чтобы угодить кому-то. Я считала, что многие современные авторы пишут намного лучше, чем некоторые классики, и никак не собиралась стыдиться своего мнения, а тем более — скрывать его. К слову, кто вообще сказал, что те люди, которые отдают предпочтение новому, наплевательски относятся к старому? Никак нет! Я лишь хочу сказать, что есть уйма вещей, происходящих вокруг нас, которые находят свое место в современной литературе. Вещи, о которых не говорилось раньше. Классика- это мировое достижение, но современная литература- это олицетворение реальности, и кто знает, может в скором времени произведения новых авторов будут проходить в школах и университетах.

Я полезла изучать подробнее, что же имелось в наличии на верхних полках: Михаил Булгаков — «Мастер и Маргарита» (в списке), Иоганн Гете- «Страдания юного Вертера» (читала), Габриель Гарсиа Маркес- «Сто лет одиночества» (в списке), Джеймс Джойс- «Улисс» (в списке), Уильям Фолкнер- «Шум и ярость» (в списке), Джордж Оруэлл- «1984» (читала), Гомер- «Илиада» (читала) …и среди казавшейся бесконечности этого книжного потока, в самом углу, на самой верхней полке, затаился толстый, коричневый блокнот, без единой надписи на обложке. Первое, что я заметила перед тем, как начать предварительное чтение, — страшно красивый почерк. А дальше…

***

Ты не представляешь себе, как мне больно. Когда начинаешь думать, что хуже уже не станет, становится паршивее, чем было.

Приходит горе, эмоциональный шок, тебе становится дьявольски плохо, и ты думаешь, что это твой предел, но нет…

Разрешив проблему, ты радуешься. Вот он- покой. Наконец все хорошо. Все будет хорошо. Начинаешь верить в светлое будущее, оставив плохое позади, двигаешься вперед… Но созданная гармония разрушается, когда судьба дарит тебе очередной ящик Пандоры, и ты понимаешь, что та боль, которую ты пережила ранее, не была твоим пределом.

Четыре дня назад к нам в дверь постучали двое мужчин. Они искали Айка. Я, не открывая, сообщила, что он не появлялся дома больше недели, и это было абсолютной правдой. После этого они ушли, а я пошла обратно к детям. Затем начался настоящий кошмар. Минуты через две они вернулись, выбили проходную дверь, зашли в дом и стали пробивать двери, ведущие в совершенно пустые комнаты. Не обнаружив Айка, один из них подошел ко мне, взял за волосы, ударил голову об стену, и, не переставая, задавал один и тот же вопрос: «Где твой муж, я тебя спрашиваю?» Я говорила им, что не знаю, клялась, просила отпустить меня к детям, которые плакали во весь голос. Бессмысленно… Между тем, пока один пытался вытащить из меня информацию, второй на кухне в шкафу, нашел большую кастрюлю, налил туда кипяченной воды, занес ее в гостиную, где я все еще была прижата к стене, поставил на пол, взял старшую дочь на руки, приподнял ее над кастрюлей и стал медленно опускать ее все ниже и ниже, грозясь, что она полностью окажется облита кипятком, если я не признаюсь, где находится Айк.

Тебе знакомо чувство, когда сердце словно падает в невидимую пропасть, когда ноги от страха цепенеют, ты перестаешь их вовсе ощущать и в полном бессилии падаешь на пол? Вот, что я почувствовала, когда увидела картину, которая возникла перед моими глазами.

Я стала молить их о пощаде, просила, чтобы делали со мной все, что захотят, лишь бы они оставили моих детей в покое. Я не переставала утверждать, что не знаю о местонахождении Айка, но либо я не была достаточно убедительной, либо им этого было мало. Этот изверг довел свое дело до конца… Ужасающий крик моей маленькой девочки до сих пор стоит в ушах.

Они ушли, оставив за собой весь образовавшийся хаос и последствия своих зверских поступков.

Я еле доползла до Нинель, не чувствуя своих ног. Взяла ее, прислонила к себе и стала тащить нас обеих по полу гостиной до ванной комнаты. Благо, добираться до нее было недолго. В ванной я включила холодную воду, чтобы охладить ожег. Сердце сжималось каждый раз, как она кричала.

***

Я не верила своим глазам. Это все должно было иметь хоть какое-то объяснение. В дневнике были упомянуты знакомые мне имена. Я решила, что надо срочно найти маму.

Глава 2

Долго ее искать не пришлось. Как обычно субботним вечером она сидела у себя в кабинете, на втором этаже нашего неприлично большого дома. Эта комната вообще никаким образом не смахивала на стандартные рабочие помещения, которые часто встречаются в других домах. Я про те кабинеты, в которых обстановка настолько мрачная, что непременно без каких- либо раздумий хочется повеситься, побывав там всего лишь пять минут. Речь идет о домашних офисах, в которых присутствует стандартная коричневая мебель, все документы расставлены ровно миллиметр к миллиметру, стены покрашены в темно-зеленый цвет, исходя из стереотипа, что зеленый успокаивает и придает рабочее настроение.

Окна, занавеси которых настолько тяжелые, что ни один луч прекрасного солнечного света не в силах пробиться в помещение, чтобы хоть как-то разрядить обстановку этой темной, сонной лощины, где отказался бы жить сам Всадник без головы.

Совсем наоборот. Открывая дверь маминого кабинета, чувствуешь, как на тебя отовсюду падает свет. Создается ощущение, будто дверь-это врата рая, а кабинет принадлежит архангелу Гавриилу. Подсознание сразу приписывало к создавшейся картине фоновую музыку в исполнении церковного хора.

Каждая деталь, каждый атрибут человеческой внешности, каждый предмет его окружения — все говорит о его личности, характере, предпочтениях. Если присмотреться внимательно к каждому человеку, то можно найти множество подсказок и открыть для себя частичку одного большого секрета под названием человеческая личность.

По маминой комнате сразу можно было понять, что она безмерно боится ночи, темноты и всего, что в ней скрывается. Каждый день с наступлением сумерек она, как маленький ребенок находила себе компанию, чтобы ни на минуту не оставаться одной. Не важно, кто будет рядом: я, Нэт, папа, ее сестра, бабушка, друзья. Самое главное, чтобы она с кем-то общалась. Одиночество в целом олицетворяло ее главную фобию, но в конце дня, с наступлением темноты, она как-то особенно обострялась, и мама находила укрытие в общении с людьми. Да что уж там. Может она, именно исходя из своего страха, стала специалистом по массовым коммуникациям и журналистике и сейчас владеет одним из самых успешных медиа- холдигов в Америке.

Постучавшись в дверь, я зашла в офис. Мамин взгляд, который был до этого сосредоточен на экране компьютера, переключился на меня. Заметив дневник в моих руках, а также мой вопросительный взгляд и переполняющие меня эмоции, которые я никогда не умела скрывать, она откинулась назад на спинку своего комфортного, мягкого кресла, сняла очки, легонько улыбнулась и попросила меня сесть. У меня сложилось такое ощущение, как будто она знала, что этот день настанет, что этот разговор рано или поздно состоится между нами. Я не удивлюсь, если даже она заранее у себя в голове провела предварительную репетицию относительно этого дня, подготовив речь. Ее предусмотрительность и на все сто процентов развитая интуиция меня всегда удивляли и одновременно заставляли восхищаться ею. В глубине души я надеялась, что однажды также смогу выработать в себе эти навыки, ведь, как ни как, я была ее дочерью.

Я послушно села на небольшой светло-голубой диван, который отлично сочетался с белоснежными стенами ее домашнего офиса.

Нинель: Я вижу, ты добралась до верхних полок.

Джулия: Погода на улице более чем подходящая для чтения, вот я и решила покопаться в библиотеке, взять что-нибудь новое, и если честно, сейчас не в этом дело. Скажи, пожалуйста, что это?

Нинель: Ты успела прочесть?

Джулия: Нет. Точнее не все. Только начало.

Нинель: И?

Джулия: И то, что я увидела на страницах этого блокнота, заставило меня прийти к тебе за ответами. Здесь было твое имя и имя деда.

Нинель: Это дневник твоей бабушки. Я сама случайно его нашла и без ведома прочитала. В нем целая история. Разочарования, слезы, потери, тысяча уроков, которые можно учесть. История, в основе которой лежат реальные события, которые произошли с членами твоей семьи. Твоя бабушка хотела избавиться от него, чтобы ничто не напоминало ей обо всем кошмаре, через который она прошла, но я сохранила его. Втайне от нее.

Джулия: Зачем?

Нинель: Я собиралась передать тебе дневник, когда ты повзрослеешь, через пару лет. Но раз уж ты нашла его преждевременно, выбор за тобой — читать или нет.

Джулия: Это очень странно.

Нинель: Поверь, «странно» — совсем не то слово, которым можно описать содержание того, что находится у тебя в руках.

Джулия: Ладно, если что, я буду в библиотеке.

Глава 3

В тот же вечер герой торжества, иначе его никак не назовешь, явился домой. На тот момент я лежала на кровати, мое тело все еще не подчинялось мне. Я чувствовала слабость, которая потихоньку сдавала свои позиции. После того как он осмотрелся, согласно его привычке, которую он приобрел с недавних пор, он повторно зашел ко мне в комнату. Я сказала, что его искали, он ответил, что знает.

«Я все видел из окна здания напротив, но не мог прийти. Они бы меня убили, а вас только запугали. Ты не представляешь, насколько опасны эти люди», — сказал он мне.

Потеряв дар речи, я замолчала. Он видел все и не пришел. Он просто стоял и смотрел, как подвергаются насилию его жена и дети. Всего лишь запугали. Всего лишь! Боже, передо мной стоял человек, которого я больше не знала.

***

Все вокруг раздражает, ранит. Такое ощущение, будто пришёл конец. Все рушится.

Знаешь, я тысячу раз спрашивала себя, зачем люди ведут дневники? Что в них пишется? В чем смысл всей этой писанины, если никто не прочтёт, не услышит, не поймёт и не даст совет, как быть дальше.

Только сейчас поняла… Это способ высказаться. Не важно, что тебя не слышат. Лучше так, чем рассказать кому-то все то, что творится внутри тебя, и услышать в ответ раздражающее: «Все будет хорошо». Слова, цель которых заключается в утешении, на самом деле олицетворяют полное безразличие. Лучше уж молчание, в котором больше смысла, чем это «Все будет хорошо».

Мы все время лжём. Окружающим, себе, близким нам людям. Искренность и честность куда-то пропали. Мы позабыли о настоящем смысле этих слов. Вся наша жизнь-это иллюзия, которую мы сами создаём вокруг себя. Живём в выдуманном нами мире, пытаемся себе доказать, что все хорошо, что все так и должно быть. И, когда, не дай Бог, что-то вторгается в наш построенный мир, в наш самообман, в нашу иллюзию, мы бесимся, сердце начинает неспокойно пульсировать. Мы нервно пытаемся вышвырнуть эту частичку реальности из нашей головы, чтобы вернуться туда, где было хорошо. Я буду честна с тобой. Буду писать правду и не пытаться от неё убежать, как часто делаю в реальной жизни.

Я попытаюсь сделать это. Попытаюсь столкнуться с правдой, которую так боялась принять все это время, и мне будет чуть легче благодаря той мысли, что я обращаюсь к тебе. Да, именно к тебе, а не к пустой и бесчувственной белой бумаге. Не важно, что ты не слышишь. Главное ты здесь, в моем сердце, и мне нужно высказаться.

***

Ты спрашивал себя, как за очень короткий период времени можно полюбить совсем незнакомого человека? Мне всегда было интересно, каким образом действует этот механизм. Как сердце делает выбор, намекает, что перед тобой находится именно тот человек, которому ты отдашь все на свете, включая свою душу?

Обычно по сценарию жизни эпизоды проигрываются в следующем порядке: ты встречаешь человека, вы общаетесь на протяжении определенного промежутка времени, пытаетесь понять, куда вас может довести это общение. В итоге, при благоприятном стечении обстоятельств, вы даете клятву перед Господом, что будете любить друг друга до конца своей жизни, пока смерть не разлучит вас.

Со мной произошла противоположная история. Это как включить какую-то хорошую любовную мелодраму не сначала, а с конца, тем самым открыв себе секреты всей сюжетной линии.

Сначала мы с Айком дали ложную клятву перед Господом, что ничто на свете, кроме смерти, не сможет разлучить нас. Ложную потому, что мы не любили тогда. Затем мы перешли к следующей стадии — общению… После этого я полюбила его. Я была юной наивной девушкой, и ему не понадобилось много времени для того, чтобы я впустила его в свое сердце, в свой маленький и хрупкий на тот момент мир.

Я полюбила его шарм, его красоту, его харизму, безграничный ум. Его улыбка. Боже, это самая красивая улыбка на свете, которая излучает тепло, заботу и любовь.

Ты спросишь, почему все сложилось именно так? Родители думали, что настало самое время выходить замуж, как старшей дочери. Мне было восемнадцать лет. Они все за меня решили, а я не имела на тот момент никакой храбрости, чтобы противостоять их решению.

Уважение и любовь к определенным людям, иногда не позволяют тебе высказать все те мысли и переживания, которые накопились в твоем сердце. Время от времени человек жертвует собой, своим мнением, своими чувствами, чтобы не обидеть тех, кто ему так дорог.

По крайней мере, я никогда не забуду то, что сказал мне наш папа в день свадьбы: «Если хочешь, поедем обратно». На что я ответила: «Нет». Не знаю, может он почувствовал тогда что-то. Честно, я была в шоке. Он никогда раньше не считался с нашим мнением. Всегда делал исключительно так, как считал нужным, и оказывался в конце прав. Всегда! Господь свидетель — это никак не влияло на мою к нему любовь, но я так и не смогла понять, почему он сказал это именно в день свадьбы, а не раньше.

Вообще, наша свадьба- это отдельная «комедия». Ты спросишь почему? Гречневая каша на свадебном столе — чем тебе не аргумент? Именно! Гречневая каша.

Все могло бы сложиться иначе. Я бы смогла реализовать свою мечту. Поступить в университет, получить диплом инженера, о котором так мечтала. Я ведь имела все шансы.

Ты веришь в то, что все заранее предначертано? Я совершенно запуталась.

Как бы я хотела, чтобы ты был рядом. Мне тебя не хватает.

Глава 4

Звуки дождя прервались, облака расступились, открыв дорогу солнцу, которое стало приятным образом греть все, что видело на своем пути и к чему могло прикоснуться. Я отложила дневник в сторону, решив выйти во двор.

Прислонившись к мокрому дереву, я начала думать о том, как мало знала о судьбах и прошлом членов нашей семьи. В чем была причина? Эгоизм, незаинтересованность или же созданная иллюзорная картина реальности, в которой все было настолько детально идеальным образом продумано, что в голове даже не мог уложиться драматический сценарий всех тех событий, которые были описаны в блокноте. Дело в том, что бабушка Лилит являлась невероятно позитивным человеком. Я никогда не видела ее грустной и тем более плачущей. Мотивирующий, жизнерадостный персонаж, всегда приносивший с собой веселье, куда бы она ни ходила, — вот кем она была.

Совершенно не удивительно то, что я была немного в шоке. Если бабушка когда-нибудь решила бы написать книгу, то она выбрала бы жанр комедии, а не драмы, которую я читала на данный момент.

Цепочку моих мыслей успешно прервал Нэт, который подкрался ко мне сзади.

Нэт: Что делаешь?

Джулия: Нэт, ради Бога! Я же просила тебя не делать так больше!

Нэт: Извини. Это выше моих сил. Если бы ты каждый раз видела свое испуганное и чертовски забавное выражение лица, то в тот же момент перестала бы просить меня об этом.

Джулия: По-твоему это забавно? С каких пор пугать меня стало для тебя забавой? Ты же знаешь, что я верю в сверхъестественное, и мне страшно.

Нэт: Медиум-медиум, как там дела в потустороннем мире?

Джулия: Это ведь совершенно бесполезно, да?

Нэт: Что именно?

Джулия: Ты не перестанешь меня пугать? Никогда, правда?

Нэт: Зачем ты заставляешь меня повторяться? Я же говорю, что это выше моих сил.

Джулия: За какие грехи мне достался в братья именно ты?

Нэт: Ой, перестань. Ты ж любишь меня. Я знаю, любишь.

Джулия: Шел бы ты отсюда туда, откуда пришел.

Нэт: Ты не в настроении?

Джулия: Да нет, все в порядке.

Нэт: Конечно, я так и поверил. Ты не занята? Может, фильм посмотрим?

Джулия: Звучит неплохо.

Нэт: Отлично. Кстати, Коллинзы в отпуск уехали вчера. Я предложил Дэну пожить у нас, пока они не вернутся.

Джулия: Как долго?

Нэт: На месяц.

Джулия: Что же, будет весело.

Нэт: Думаешь?

Джулия: Нэт, чего тебе надо?

Нэт: Ладно-ладно, все.

Джулия: Пошли смотреть твой фильм.

На самом деле он был прав. Я любила его безмерно. Так же, как и он меня, и я знала об этом. Однажды, во время очередных посиделок с друзьями, наша общая подруга- Лиана, начала свою любимую психологическую игру-«познай ближнего», или как мы любили называть ее «апокалипсис веселья», так как у всех после ее бредовых вопросов портилось настроение, и вечеринке приходил конец. В списке ее вопросов были: «Со сколькими парнями должна переспать девушка, чтобы на нее повесили ярлык шлюхи? Как бы ты провела последний день своей жизни? Если про твою половинку будут ходить неприятные слухи, например, что до тебя она спала с десятками парней или девушек, как ты поступишь? Можно ли найти выход из любой ситуации? Расскажешь ли другу об измене его или ее второй половинки? Достойны ли люди второго шанса? Отдала бы год из твоей жизни близкому человеку, если бы знала, что ему осталось жить недолго?» и так далее. Если вдруг казалось, что вопросов больше нет, она сочиняла и задавала новые.

В тот вечер она задала свой очередной сногсшибательный вопрос: «Нэт, представь следующую ситуацию. Два психопата проникли к вам домой с оружием в руках, взяли все ценное, что смогли найти, а под конец, ради веселья, решили пристрелить кого-то из твоих родных- папу или сестру. Но не все так просто. Они поставили перед тобой ультиматум: либо ты указываешь на одного из членов твоей семьи, кроме тебя самого, разумеется, либо они убивают всех. Твои действия? Кого ты выберешь? Ну, давай, отвечай. Я знаю, что в глубине души ты сделал выбор. Тебе лишь остается огласить его. Нам всем интересно».

Вся маразматическая нотка этой ситуации, да и вообще, в целом, всей игры заключалась в том, что никто ее не останавливал по одной очень простой причине- нам нравилась эта игра, несмотря на то, что она была похожа на роулинговских дементоров: высасывала все веселье и счастье из тебя. Мне кажется, именно благодаря Лиане мы за очень короткий период времени смогли так хорошо узнать друг друга и стать в каком-то плане предсказуемыми для окружающего нас круга «десятки». Десять человек, десять друзей. Неразлучных как казалось бы.

Удивительно, как время и расстояние меняет человеческие отношения, которые строились на протяжении долгих лет. Наивно было предполагать, что все останется так, как прежде. Мы теряем дорогих нам людей по пути к своей мечте и цели, сами не понимая, как в итоге, разрешили этому случиться. Спустя время, просто в один день, открываешь глаза, с чувством осознания, что частично ты уже потерял человека, так как не находился в последний промежуток времени рядом с ним. Все эти дистанционные разговоры, переписки, лайки в социальных сетях, вся эта хреновая виртуальная реальность никогда не заменит личного присутствия кого-то определенного в твоей жизни. И что в итоге? Вся прискорбность этой ситуации заключается в том, что ничего особенного вроде бы и не случилось. Вы не ссорились, не держали друг на друга обид, но в итоге, стали чужими людьми. «Десятка» перестала существовать после того, как ребята окончили школу. Все разошлись. Кто куда — неважно. Мы до сих пор дружили, но не так близко, как раньше, что расстраивало меня больше всего. Неправильно все это. Мы не должны терять близких нам людей на пути к своему рассвету.

Лиана была права. Нэт сделал выбор в мою пользу в тот вечер. По пути домой, когда мы остались одни, я спросила его, почему именно я, а не папа, но конкретного ответа так и не получила. Он просто попросил, чтобы я не задавала лишних вопросов. Эти тупые игры Лианы всегда оставляли на моей душе неприятный осадок. Да и не только на моей.

Глава 5

Под конец фильма, когда Чарли, Патрик и Сэмнаправлялись по тоннелю в центр города, в «киностудию», так мы называли специально отведенную в доме комнату для просмотра фильмов, зашел Дэн и присел на свободное кресло, а затем параллельно с Чарли начал цитировать его монолог.

Дэн: В какой-то момент, ты понимаешь, что ты- это не грустная история. Ты жив, и ты стоишь и смотришь на огни и на все вокруг, что заставляет тебя удивляться…

В самом конце, когда на экране появились титры, он добавил.

Дэн: Удивительный человек этот Стивен Чбоски.

Нэт: Привет, Дэн.

Дэн: Общий.

Джулия: Что фильм, что книга — высокий уровень.

Дэн: А знаешь, почему фильм получился ничуть не хуже книги, если даже не лучше?

Джулия: У меня есть подозрения, но все же интересно будет узнать твою точку зрения, мастер.

Дэн: Потому что мистер Чбоски сам выступил в роли режиссера и сценариста экранизации. Никто другой не смог бы передать на экране весь смысл и настроение этой истории лучше него.

Джулия: Хочешь сказать, что остальные экранизации книг, с которыми сами авторы не имели ничего общего, не стоит смотреть?

Дэн: Эм, да. В целом ты поняла суть.

Джулия: Чушь!

Нэт: Вовсе нет. Я практически согласен. Абсолютную аналогию не получить, если сам автор не причастен к написанию сценария, режиссерской работе или вообще съемкам. Каждый читает книги, смотрит фильмы через призму личного восприятия.

Дэн: Поэтому в выигрыше оказываются те экранизации книг, в которых мы видим присутствие самого автора.

Джулия: Я готова поспорить. Есть множество экранизаций книг, которые считаются шедеврами, несмотря на то, что авторы не имели абсолютно никакого отношения к работе над картиной. Например: «Пролетая над гнездом кукушки», «Зови меня своим именем», «Искупление», «Бойцовский клуб».

Дэн: Засчитаю тебе два балла за «Бойцовский клуб» и «Пролетая над гнездом кукушки», частично за «Зови меня своим именем», так как автора мы увидели на экране. А с «Искуплением» ты прогадала. Иэн МакЮэн выступил в роли исполнительного продюсера фильма.

Джулия: Что за бред! Требую дополнительный и полноценный балл за экранизацию «Зови меня своим именем». Тот факт, что автор сыграл маленькую роль в фильме, абсолютно никакой погоды не меняет. Вся заслуга за успех принадлежит режиссеру, главным актерам и сценаристу, который, к твоему сведению, получил Оскар.

Дэн: Знаю- знаю. Ладно. Пусть будет по-твоему.

Джулия: Так-то!

Дэн: Кстати, поздравляю с поступлением.

Джулия: Спасибо.

Дэн: Когда уезжаешь?

Джулия: Через полтора месяца.

Нэт: Отправляем ее в теплые края.

Джулия: Не завидуй.

Нэт: Ни капли! Я люблю Нью-Йорк. А ты, видимо, нет, раз решила заменить его Калифорнией.

Джулия: Поступление в Беркли- это одно из самых лучших событий, произошедших в моей жизни. И потом, как можно жить все время в одном городе?

Дэн: Можно, если тебе там комфортно.

Джулия: Боже, кто в двадцать лет думает о комфорте?

Нэт: Мы!

Дэн: Мы!

Нэт: Тем более Нью-Йорк не тот город, откуда хочется бежать. В этом городе присутствует бешеная энергетика, конкуренция, жажда жизни и развития. Он не стоит на одном месте он движется вперед и меняется с каждым днем. Завтра он уже не будет таким как сегодня. Что может быть лучше этого?

Дэн: Подписываюсь под каждым словом. В Нью-Йорке никогда не заскучаешь.

Нэт: Я бы переехал только в том случае, если его затопило бы, как в одном из фильмов-катастроф о глобальном потеплении.

Дэн: Если люди не перестанут зверски обращаться с планетой, то исход данных событий гарантирован.

Джулия: Знаете что, старички. Я лучше оставлю вас.

Нэт: Спорим на десять баксов, что она пойдет в библиотеку?

Дэн: Ставлю двадцать на то, что собирается навестить собак.

Джулия: Боюсь тебя разочаровать, но ты должен моему брату десять долларов.

После того как я сделала Нэта чуть богаче, добавив в его карманный бюджет очередную купюру с изображением Александра Гамильтона, я вышла из «киностудии» и направилась в библиотеку, где ранее прервала чтение бабушкиного дневника, а не к собачкам, как предположил Дэн.

На всем белом свете у меня было три любимых занятия: читать книги, смотреть фильмы и играть с нашими восьмилетними немецкими овчарками, которых мама назвала Дрогон и Визерион, в честь драконов Бурерожденной Дэйнерис Таргариен- персонажа из серии книг Джорджа Мартина «Песнь льда и пламени». Ей показалась забавной эта идея, обусловленная следующим: «Если на нас кто-то нападет, дадим собачкам команду „дракарис“, и они в ту же минуту бросятся нас защищать». Папе идея оказалась по душе, следовательно, собачек так и назвали, а мама не пройдя и месяца тренировок, научила их лаять по команде «дракарис».

Она верила, что нет ничего невозможного на свете. Если чего-то очень сильно хочешь, то получаешь, а если нет, значит, что не так уж сильно и хотел. Что касается меня, то я поспорила бы с этим «гениальным» умозаключением.

Глава 6

Буквально через два дня после того случая нам пришлось бежать. Если бы нам представилась возможность раствориться во времени и пространстве, мы бы не упустили такого шанса.

Айк объяснил, кем были те люди и зачем приходили. Он стал посредником между двумя бизнесменами. Взял у одного товар, передал перекупщику, который собственно его и кинул на очень большие деньги, а сам поставщик не поверил во всю эту историю и начал за ним погоню, чтобы вернуть свои деньги. Сорок тысяч долларов.

Последствия неудачной бизнес сделки, из-за которой стало страшно жить. Бог знает, на что способны эти люди, если у них даже поднимается рука нанести вред совершенно невинным детям.

Что касается Айка, то я простила его. Когда человек поистине любит, он готов простить и оправдать даже самые зверские поступки любимого. Каждый имеет право на второй шанс. Имеет право быть понятым. Мы должны уметь прощать, чтобы однажды простили нас. Никто не идеален, ничто не идеально. Любовь не идеальна, но она есть, и каждый любит по своей мере.

***

Сегодня уже три дня, как мы провели на вокзале. По ночам бывает холодно. Осень, ничего не поделаешь. Жизнь непредсказуемая и порой неподконтрольная штука. Никогда не могла бы себе представить, что в моей жизни настанет период, когда я буду сидеть на холодном полу у дверей закрытого вокзала. Тем более ночью, укутавшись в несколько слоев одежды, с двумя детьми на руках, и ждать, когда же один из друзей Айка согласится приехать за нами и позволит пожить у них на время. Трое суток спустя, ни одного отклика, ни денег на билеты.

Ужаснее всего было, когда прохожая пара вчера ночью спутала нас с попрошайками и бросила на нас мелочь. Сердце не выдержало, и слезы струей покатились по лицу. Та пара оказалась не единственной, которая спутала нас с бомжами. Люди, проходя, давали деньги и быстро исчезали. Настолько моментально, что я не успевала объяснить, что на самом деле все не так, как выглядит.

Ответь, пожалуйста, можно ли упасть ниже?

***

Пишу тебе из нового города. Мы на время остановились у одного из знакомых Айка, пока он не уладит дела. Пять дней спустя за нами, наконец, приехали. Я благодарна Богу за это. Не знаю, как долго бы мы протянули без денег в этих условиях.

Спали мы по очереди, чтобы детей не украли, и чтобы быть начеку, если эти изверги появятся снова. Последние копейки были потрачены на одну булку небольшого размера, которой пришлось кормить детей, три раза в день, два дня подряд.

Слава Богу, все обошлось. Теперь мы в безопасности.

***

Сердце мое, извини, что долго не писала. Друг мужа, в доме которого мы остановились, женат. Я и его жена хорошо поладили и часто проводим вместе время. Оказалось, это ее второй по счету брак. Когда я ей рассказала о произошедшем в тот день, о том, что привело нас к ним домой, она сказала, что я — дура, и добавила, что мне в ту же минуту следовало собрать вещи, взять с собой детей и бежать обратно к родителям. Знала бы она, как все это не просто. Во-первых, я находилась далеко от дома. В совершенно другой, незнакомой и огромной, по сравнению с нашей стране. Во-вторых, за душой у меня ни гроша. В- третьих, если бы даже я вернулась к себе на родину, в свой дом, с двумя детьми на руках, на меня в ту же секунду, без каких-либо раздумий, повесили бы ярлык аморальной разведенной гулящей девушки. Таковым было общество, где я выросла. Со своими железными, непробиваемыми законами и моральными ценностями. Один промах, одна ошибка, могла для них стать очередным поводом для общенационального обсуждения.

Помню, однажды одну девушку из соседнего двора застали за тем, что она целовалась со своим парнем. Соседи такой скандал раздули, что мне было ее безумно жаль. Бедняжку сравнили со средневековой ведьмой, зажгли пламя и стали постепенно накладывать туда дров, чтобы оно ни в коем случае не потухло. И пламя это не было обычным, а в проявлении слухов. И дрова были не обычными, а в виде слов. Слово за словом, образовалось такое количество дров, и пламя так насытилось, что, в итоге, один невинный поцелуй возрос в регулярные половые отношения с разными мужчинами. Бедная девушка покончила жизнь самоубийством, неся на своих плечах бремя изгоя общества. Ведьмы не стало. Инквизиция была довольна. Родители продали все, что было, и уехали из страны, а парень год спустя женился на другой.

Люди видят исключительно то, что хотят видеть, и верят в то, во что хотят верить. Ни больше и ни меньше. Лишь некоторые пытаются по-настоящему проникнуть тебе в душу и понять, что там творится на самом деле. В основном, это близкие тебе люди: члены твоей семьи и друзья. Остальные же судят по обложке, по факту и им глубоко наплевать на твою историю. Я не хочу, чтобы на нашу семью начали смотреть другими глазами из-за меня. Их все любят и уважают. Пусть все так и будет.

Наконец, последняя, но немаловажная причина. Я все еще люблю его. Не смотря ни на что.

***

Интересно, на что похожа спокойная жизнь? Жизнь, когда тебе не приходится бежать из одного города в другой в надежде, что твою семью когда-нибудь оставят в покое. Ты не представляешь, как мне надоели эти вечные и нескончаемые переезды. Адаптироваться даже не приходится. Смысла нет, так как не знаешь, как долго вы протянете на новом месте. Благо, дети маленькие и ничего пока не понимают.

Глава 7

Около четырех часов утра я проснулась. Поняв, что уже не смогу заснуть, встала из постели и спустилась во двор, чтобы подышать чистым воздухом. На мое удивление я застала там Дэна, который жадным образом пытался вытянуть из уже выкуренной сигареты оставшийся никотин. Я присела рядом, на свежем газоне.

Дэн: Не спится?

Джулия: Ну, раз уж я здесь.

Дэн: Просто пытался начать разговор, спросив о тупой очевидности.

Джулия: Бывает. С каких пор ты куришь?

Дэн: Это не на регулярной основе. Так, пять-шесть сигарет в месяц. Меня и курильщиком не назовешь.

Джулия: Не знаю, какая часть того, что я скажу, является правдой, но говорят, что курить пару — тройку в месяц даже полезно для здоровья.

Дэн: Разве? Никогда раньше об этом не слышал. Для меня это всего лишь эффект заполнения. Курю, когда скучно, когда нечего делать.

Джулия: Пять-шесть штук в месяц. Занятый ты человек, оказывается.

Дэн: Значит, все-таки Беркли. Променяла Нью- Йорк на западное побережье.

Джулия: Мое маленькое расследование показало, что там вполне неплохо. Солнечно, тепло, и, в конце концов, это же Беркли. Нэт не хочет показывать этого, но я вижу, что он так и не смог свыкнутся с моим решением. Не знаю почему.

Дэн: Не знаешь почему? Ты это сейчас серьезно? Даже я вижу причину. Ты всегда была рядом. Ты не просто сестра для него, ты его лучший друг. Да что уж там. Вы ближе Питера и Джексона- знакомых мне близнецов. Вам повезло, что вы есть друг у друга. Сама знаешь, не часто бывает, что братья и сестры становятся близкими друзьями. Вот его и бесит осознание того, что тебя больше не будет рядом, на расстоянии протянутой руки, как это было всегда. Поэтому он хотел, чтобы ты подалась в один из местных университетов.

Джулия: Я ему не говорила, но это немного эгоистично с его стороны.

Дэн: Мы все ведем себя, как эгоисты, когда дело касается людей и вещей, которые мы любим.

Джулия: Я же не собираюсь растворяться в воздухе, положив крест на прошлой жизни и на людей, которые мне дороги. Это всего лишь Калифорния, а не Сингапур. И, наконец, человечество придумало такие прекрасные вещи, как мобильный телефон и интернет, и я не собираюсь блокировать его во всех социальных сетях в первый же день отъезда.

Дэн: Ну, ты же не Габи.

Мы посмотрели друг на друга и засмеялись очень сильно. Это было иронично.

Дэн: Скоро начнется.

Джулия: Начнется что?

Дэн: Самое красивое время дня- рассвет. Обычно людям нравится встречать его сидя на берегу моря, а я люблю ехать по полупустому городу, слушать классическую музыку и смотреть на то, как меняется и оживает город.

Джулия: Звучит красиво.

Дэн: Сказала она грустным голосом…

Джулия: Все увиденные мною рассветы были по ту сторону окна моей комнаты или с этого двора. Ни прогулок по городу, ни моря.

Дэн: Прозвучало так, будто ты находишься дома в заключении.

Джулия: Даже не знаю, почему я раньше этого не делала.

Дэн: Что скажешь, если мы сейчас же исправим эту ошибку?

Джулия: Голосую «за»! Двумя руками. На твоей машине поедем или на моей?

Дэн: А вот это совершенно лишний и неуместный вопрос. Давай, поднимайся, иначе упустим момент. Вставай!

Он поднялся со своего места, а затем протянул мне руку, чтобы я встала, и мы направились к его машине, которая была припаркована в нашем дворе. Дэн водил белый BMW-X6. Большая, спортивная и одновременно элегантная машина, которую он получил в подарок от родителей, когда поступил в Йельский университет.

Маленький экскурс в жизнь Коллинзов. Мистер Коллинз финансист по образованию, а Миссис Коллинз программист. Они познакомились на последнем курсе в университете и влюбились друг в друга, а после окончания поженились. Несколько лет спустя, они начали совместно работать над одним проектом: создали платформу для обмена, покупки и продажи криптовалют. Сайт начал процветать, тем самым, обеспечив, Коллинзам целое состояние. Дэн любил иногда подшучивать, что под именем мистической фигуры Сатоси Накомото, скрываются его родители. Мы естественно в это не верили.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 180
печатная A5
от 397