электронная
36
печатная A5
442
12+
Первый лист

Бесплатный фрагмент - Первый лист


5
Объем:
244 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-4496-7461-6
электронная
от 36
печатная A5
от 442

Прости родной

Отморожено сердце глухого

Не услышал мой, ритма стук

Опостылели души немого

Показав лику грусть разлук

Безнадёжие века слепого

Скорчит рожицы на лице

Ради нас, или дела благого

Отпустил ты жизнь под ланцет

Ласки едут наждачно по ранам

Исключая снов теплоту

Реки слез превращаю в фонтаны

Прикрывая ран наготу

Прошепчи мне заветные буквы

Как исправить снова судьбу

Не хотелось остатки профукать

Время дарит светочь мольбу…

Екатерина Овчинникова

Нет радости в солнечном небе

Нет радости в солнечном небе

Улыбки в цветущем саду

Сковали безудержно цепи

Что ноги несутся в бреду

Нет половинки познания

Которая веру дала

Только листок расставания

На память себе забрала

Вернуть те счастливые грезы

В которых есть ты и есть я

Осталось одна, на утесе

У моря частичка моя

Сжалась от боли и немочи

Сил нет ничего изменить

А строки поэмы демоны

Меня попытались расскрыть

Екатерина Овчинникова

Памяти Владимира Ивановича Овчинникова

Я в чёрном стою миниплатье

Коктельное кружево в нем

В лесу, у плиты в междурядье

Я плачу по свекру дождём

Сегодня его годовщина

На сердце одна пустота

Какой же серьезный мужчина

В глазах с огоньком, доброта

Ты щит для нас был и остался

Старался мне стать за отца

На каждую боль отзывался

Любил очень внука-мальца

До мозга-костей был строитель

Тебе во всем славный почет

Теперь ты у нас небожитель

Пусть Бог твою душу спасёт.

Мы любим тебя, как и прежде

И помним твой каждый наказ

Скорбим, наши души утешьте

Уходим с могилы, склонясь…

Екатерина Овчинникова

Истерзано сердце неволью

Истерзано сердце неволью

Мне душно от взглядов косых

Пропитана ядом и болью

От слов твоих, где-то скупых

Потоки реки неподвластны

Ведь мысли там бурно текут

Остались ко мне безучастны

Безжалостно в бездну столкнут

Снимите мне маску печали

Хочу быть счастливой с тобой

И чтоб в унисон задышали

Смятение и страхи долой

Красивая, но не родная

Изрезала судьбы в клеймо

А дальше стоит запятая

И будь так, что Богом дано

Екатерина Овчинникова

Мои чувства к тебе безграничны

Мои чувства к тебе безграничны

Я дышу каждым мигом тобой

На яву не всегда романтичны

Накрывает пучиной морской..

Не губите печальные вёсны

Расставаться не нужно, любя

Разбудите свой крик коматозный

Положите на плаху себя

Наши души сроднились любовью

Их скрепила поэтов семья

Я прилягу к тебе, к изголовью

И в ночной тишине вся твоя

От характера искры посыпятся

Затрепещат сердечки у нас

И пусть выбор наш безошибочен

С песней жизни пройдемся стремясь

Екатерина Овчинникова

Доброе утро

Сегодняшний день постучался в окно

Улыбками солнечных зайцев.

Как с горки скатившийся сквозь полотно,

Танцуя на кончиках пальцев.

Запрыгали блики по стенам, шкафам,

Роняя искристые брызги,

Достались немного моим волосам

Соломенных прядок изыски.

Ты знаешь? Они забрались на карниз,

Как голуби сели на пристань.

И самый отчаянный в мире каприз

Достоин пера беллетриста.

Да, кажется зайцы решили мне спеть,

Их щебет звучал акапельно,

Услышать их песню хотя бы на треть —

С щекоткой сравнимо веселье.

Пойми, не шучу я, конечно, ты  прав,

Что чудо резвилось, гуляя

В просторных домах, как на струнах забав,

Незримо аккорды играя.

Пропев свою песню во славу небес,

Они убежали по крышам.

А те, кто услышал их радуг диез,

Вдруг стали немножечко выше.

Проспекты и площади все озарив,

Бежало задорное утро.

С улыбкой наш город мотив подхватив,

Шагнул всем навстречу подспудно.

Меняя размеренный  свой монолог

На буйную радость везенья,

Звенел, как протяжный трамвайный звонок,

Ликуя расцветшей сиренью.

Зоя Ануфриева

Дорожное

По бордюру, поребрику, бровке

На мысочках, носочках двух ног,

Балансируя без остановки

По канату житейских дорог.

А быть может, по лезвию бритвы,

Оставляя следы, что кровят.

Значит кто-то склонился в молитвах,

День и ночь их читая подряд.

Ты идёшь и не чувствуешь боли,

Уходя от прогнивших мостов,

Отпуская движением воли

Страх сомнений толпой мотыльков.

Хоть порой в темноте и на ощупь,

Вдох и выдох твой в такте шагов.

С каждым новым смелее и проще,

Как по глади расшитых шелков.

С верой, где-то под сердцем хранимой,

В неизбежность, конечность  пути,

Зная точно, что цель достижима,

Продолжаешь ты дальше идти.

Зоя Ануфриева

Матильда любит сказки

Матильда любит сказки

Про эльфов разных стран,

Читает на терраске,

Забравшись на диван.

В руках большая книжка,

Картинками полна,

Красавица-малышка

Застенчива, скромна.

Вокруг нее мечтами

Летают мотыльки,

Цветные оригами

Как бантики ярки.

Какого крылья цвета?

Лазурь и бирюза?

Матильда видит лето

И красит небеса.

Зоя Ануфриева

Печаль

Печаль тиха, в молчаньи крик

Не слышен уху рядом.

А по живому клеветник

Точёной лжи обрядом,

Взмахнув корявеньким ножом

Отсек, не дрогнув, крылья.

Эльфийка в платье дорогом

Поникла от бессилья.

Вид не подаст, замрёт она,

Стоп-кадром на картине,

Кричит лишь белая спина

Со шрамом в середине.

Эльфийской сути бытие

Подернуто забвеньем,

Нет сока в жизненной струе

На древе возрожденья.

Приходит время перемен,

Прикрыть ей нечем спину.

Возьмет нить бус, что до колен, —

На раны перекинуть,

И крылья нежные в печаль

Скрывая от паденья,

Качает — видно, отзвучал

Их трепет, ставший тенью.

Зоя Ануфриева

***

Революцией брызжет в оконце

Восстающее красное солнце.

Серых дней рудники катакомбы

Расчеркает в квадраты и ромбы,

Поделив на неравные части

Черно-белые блики в контрасте,

Вынимает деньки светлой масти,

Остальные вы сами раскрасьте.

Зоя Ануфриева

Слова

А о любви — любви, конечно, —

Мы не сказали все слова.

В проблемах времени извечно

Звенит витая тетива.

Как из натянутого лука,

Стрелою сладостная мука

Пронзает нежные сердца,

Не видно края и конца.

В противоречиях природы

Сменяют радостные дни,

Расправив жёсткие клешни,

Разлуки горькие невзгоды.

Лишь нежность вечная права,

Слова сплетая  в кружева.

Зоя Ануфриева

МИГ

Сегодня ангел мой устал,

Сложил фату прозрачных крыльев

И от меня на миг отстал,

Пока я путь доверил пыли

Пустых находок и надежд,

Напрасных слов и обещаний

Среди обмана и невежд,

Что отрекают горечь знаний.

Он отдохнёт и, может быть,

Ещё догонит по дороге.

Мне довелось забытым слыть,

Проснувшись в одиноком стоге…

Но вот рассвет явил его —

Догнал и выглядит отлично,

Гостил средь мыслей высоко,

А я седым стал непривычно…

Александр Богданович

ПОКОЙ

Я буду верить в то, что видел,

И буду знать, что сам познал.

Я эти сны возненавидел

У перевёрнутых зеркал.

В них отражение былого

Крутилось бледною строкой,

Гримасы пробуя иного,

Рядясь в обмане с суетой.

Я буду верить — мне привычно

Глядеть на время с добротой,

Пусть мысль порою и комична,

Но кто остался за спиной?!

Былые сны и неудачи

Наметят путь весенний свой,

Я не прошу у жизни сдачи

За обретённый вдруг покой…

Александр Богданович

МИМОХОДОМ…

Воспоминаний пряжу распущу

На прожитые месяцы и годы,

О времени ткача оповещу,

Что ищет мой рисунок в эпизодах.

Из прежних нитей будет соткан путь —

Мне непривычный, но такой понятный,

И вот уже готов пожар раздуть

Там, где вчера лишь отблеск цвёл закатный.

И вот опять бросаюсь с головой

В безудержные мысли и виденья —

Их ветер напевает лишь весной

После прощённого в обиде воскресенья.

А нити тянутся надеждой вдоль дорог,

Что ткач наметил просто мимоходом,

Не ведая сомнений и тревог,

Не по расчёту или снам в угоду…

Александр Богданович

ПРОЩАНИЕ

Я покидаю милый край —

В нём сердцу стало одиноко,

И мыслей высохли истоки,

И слову недоступен рай.

Я собираюсь снова в путь,

Где лишь дожди и листопады,

И осень спутала досадой

Дороги призрачную суть.

Я покидаю отчий дом —

Край соловьёв и жёлтых клёнов,

Затихших в сумерках затонов,

И дни с родительским теплом.

Я буду помнить каждый миг

Судьбы, отмеренной годами

Меж временными берегами,

И лишь душа сорвётся в крик.

Дорога пыльная клубится,

Уходит в новый сон закат —

Он непременно будет рад

С былыми тенями проститься…

Александр Богданович

Берёза

А ветер, как хлыст, намотался на ствол

И тянет его из земли…

Горит над берёзой луны ореол

В туманной небесной дали.

И свет его белую мажет кору

Оттенком таким неживым…

Что будет с берёзою той поутру,

С убранством её полевым?

Зачем она выросла в поле одна?

Чем лес нехорош для неё?

Затем, что в пустыне яснее видна

И жизнь, и погибель её!

Пугает забвенье без вести в лесу.

Но вовсе не страшно теперь,

Когда её люди найдут и внесут

В какой-нибудь список потерь.

Андрей Фесенко

Измена

Я не знаю, как с тобой прощаться.

Что тебе — не знаю — говорить.

Мои мысли выкрутиться тщатся

И спасти надежду у двери.

Ты забыла, кто я и зачем я.

Кривишься гурманом над гнильём.

Словно всё подлунное никчемье

Воплотилось в образе моём.

Я тебе ни в чём не признавался.

Ты меня не видела ни с кем.

Просто так сюжет нарисовался

По лекалам праведнейших схем.

Взглянешь, словно кровные враги мы.

Адски зла, божественно грозна.

И уйдёшь… А я не смог с другими.

Жалко, раньше этого не знал.

Андрей Фесенко

Ну…

А что сентябрь? Ну выдохлась жара.

Ну расцвели кленовые аллеи.

И с клёнами закаты так алеют,

Как будто революции пора…

Ну колоколен дальний перезвон.

Ну ветер, уносящий звон от слуха.

Ну лёгкое затем паденье духа.

Как хорошо, что всё же лёгок он.

Ну птичек уж не нежны голоса.

Ну ветка, мокрой тяжестью согнута.

Ну парк, что проходил я за минуту.

И что теперь пройду за полчаса…

Андрей Фесенко

ПГТ

Она вокруг бродила без следов.

Броженья походили на витанья.

Она ему прощала несвиданья.

А также недарение цветов.

Она ему прощала, что могла.

А то, что не могла, — прощала тоже.

Она была не то что не моложе,

Она его взрослей куда была.

А жили они в малом ПГТ,

Где всё, как говорится, на ладошке.

Где в каждом отражается окошке

Очередное чьё-то фуэте.

И ей не надо было ничего.

А просто чтобы было всё привычно.

Чтоб он её, не зная даже лично,

Вовек не променял ни на кого.

Андрей Фесенко

Таки

Давай немножко подождём.

Осталось, может быть, немножко…

Ты — у камина за окошком.

Я — под окошком, под дождём.

К тебе я в дом не постучусь,

Чтобы хотя бы в коридоре…

Дабы забыть об этом вздоре,

Дождя я каплями лечусь.

Да вздор не хочет размокать

И не желает растворяться.

Не хочет духу покоряться —

Душе желает потакать!

Венчались оба — я и ты.

Зачем-то с теми, с кем не надо.

За это — нам теперь награда.

За это — мы теперь чисты.

Перетерпеть — прямой резон!

Тебе — согреться у камина,

А мне — прикрыть от хляби спину,

Непринуждённо вскинув зонт…

Хоть не объелся белены,

Но что мне здесь? — не знаю толком…

Не дай Господь, завою волком

На влажный свет своей Луны.

Аль мужики не дураки,

Которых Бог за вздор прощает?

А вздор мне твёрдо обещает,

Что я дождусь тебя таки.

Андрей Фесенко

Не буди. Не буди мою страсть

— Не буди! Не буди мою страсть до рассвета! —

Ты шептала мне тихо, надо мною склонясь.

— Как родится заря, я тебя обниму тёплым ветром

И сбегу над тобой, ещё сонным и нежным, смеясь.

Ты меня позови, когда Солнце в окошко заглянет,

Я тебя отогрею, если ночью немного застыл.

Если любишь меня, мой цветок для тебя не завянет,

А не любишь — увы, мне не хватит согреть тебя сил.

Не буди… Не буди — я сама разбужу коли надо.

Среди ночи приду, поцелую и рядом усну.

Только ты меня жди, буду я твоей нежной наградой,

Ты меня не отдай — не отдай, я прошу, никому.

Что молчишь? — я в ответ — Красотою твоей восхищаюсь!

Голос твой как ручей, омывает живою водой.

Я не буду будить, на столетье с тобою останусь,

Но а после уйду, когда путь свой окончу земной.

— Не буди. — Разбужу! — Любишь? — Да! Я тобою пылаю.

Пусть костёр нашей страсти горит и горит до утра!

Я тебя отпущу — ты уйдёшь? — Не скажу. Я не знаю.

Может лет через сто, как костёр прогорит наш дотла.

…Посветлело в окне. — Ты не спишь? — Да, не сплю. Ты уходишь?

Не хочу пропустить свет рожденья зари золотой.

Я тебя провожу, веселее вдвоём — что не хочешь?

— Нет. Уже не уйду. Мы сто лет не прожили с тобой.

Первослав

Розовые зори

С небесами спорят розовые зори,

Словно стяг походный в зеркале речном.

Сосны куполами глади вод разводят,

Наводя порядок в доме перед сном.

Русь — Душа Земная, боль взвалив на плечи —

Мир как брага ходит — вынесешь-ли вновь?

Ты терпи Родная, время только лечит —

Станут чище люди и краснее кровь.

Не гоните ветры тучи грозовые,

Не дожди очистят чёрные сердца —

Веды вспоминая, Корни Родовые,

Люди гадость смоют с твоего лица.

…Остывает вечер. Стражею земною

Высыпали звёзды зёрнами в ночи.

— Спи Земля родная — мы всегда с тобою! —

Шепчут тихо сосны, — Спи родная, спи.

Спорят с небесами розовые зори…

Кто-то крикнет утром: — Славься новый день!

Русь — Душа Земная вздрогнет как от хвори

И отторгнет серый, словно плесень — тлен.

Розовые зори — стяги огневые —

Счастьем и Любовью полнится Душа.

— Ты лети голубкой во поля родные,

Расскажи всем людям, что пора пришла!

Первослав

Она

Средь тысяч звёзд одну искал,

Что мне является ночами.

Где наяву Она — не знал,

Где грань её меж сном и Явью,

Где тот источник, в чём она

Черпает силы мне являться?

Испить хочу его сполна

Чтоб вместе с ней на век остаться.

Взываю к млечным небесам:

— Пусть не погаснет звёзд сиянье!

О мука — жгучее желание,

Вкусить с источника бальзам!

Шепчу я ей: — Останься здесь,

Не радость мне рассвет приносит.

Из всех явленных мне чудес,

Твой свет влечёт светловолосый.

Я там скитаюсь в мгле ночной,

Ищу твой луч меня зовущий,

Чтоб уплатить двойной ценой

За зов далёкий и гнетущий.

Но сколь бы долго не искал

И не взывал к Звезде ночами,

Как прежде, пропасть между нами

И пики серых, острых скал.

Опять Она пришла в ночи —

Теперь в мерцании свечи…

Первослав

А мне-ль не знать…

А мне-ль не знать, как Родина мила,

Остался отчий дом в прошедшем веке —

Здесь просто снег, а там моя Зима,

Сугробы в поле выше человека.

Здесь те же люди, тот же пресный хлеб

И комары бывают летом тоже,

И наш язык, что так роднит нас всех,

Но нет того, что делает моложе.

Здесь нет мороза — запах здесь иной,

Чем пахло в детстве на заре багряной,

Здесь нет болот и лес здесь не такой,

И земляники нет с горчинкой пряной.

Красиво здесь и спорить не берусь,

Да и к чему, сравненья тут излишни,

Бывает, как туман накатит грусть,

Захочется своей, из детства, вишни.

Мне край казачий несказанно мил,

Но иногда, с утра, за чашкой чая,

Сдержать невмочь порыв душевных сил

И по краям родимым заскучаю.

И так захочется в сосновый светлый бор

На лыжах прогуляться по морозу,

Что на груди как будто тяжкий ком

И прячешь от себя скупые слёзы.

Как мне не знать, что Родина мила,

Что отчий край по мне грустит порою,

Здесь снег, а там карельская Зима

И банька у Мологи, под горою…

Первослав

Песнь о берёзках

На кручине реки ветер шумный гуляет,

Сёстрам белым берёзкам власы в косы плетёт,

То как тихий юнец что-то шепчет-стенает,

То в ветвях зашумит, песнь свою запоёт.

День и ночь ветви мнёт, загрустит — подвывает,

Но устанет и стихнет принеся благодать

И берёзки в тиши обо мне заскучают,

Знают, верный я им, буду также скучать.

Как же им не понять, то не ветер им косы

Вьёт и песни поёт от зари до зари,

То тоска к ним моя через веси и слёзы,

Шепчет в листья зелёных о душевной любви.

Первослав

СИНЕОКАЯ ДЕВОЧКА ВАЛЯ

Моим бабушке Богачевой (в замужестве Липиной)Валентине Егоровне и прабабушке Тимофеевой (в замужестве Богачевой, Савельевой)Анастасии Михайловне, пережившим всю блокаду города Ленинграда, спасенным 27 января 1944 года, выведенным по Дороге Жизни, посвящается

Было тесно и душно в вагоне,

От смертей та теплушка неслась,

Все в ней были за миром в погоне,

Лентой «Жизни Дорога» вилась.

Там по наледи Ладоги быстрой

Выводили детей, стариков,

И девчонку с глазами лучистыми

Увели от лихих холодов,

И от голода дико-жестокого,

Что с ума так сводил в час ночной.

Всё девчоночка та синеокая

Маму гладит ручонкой худой.

Всё ей шепчет: «Мамулечка, мама,

Ты живи, ты не смей умирать!

Перебьют всех фашистов упрямо,

Мы с тобой будем, мама, гулять.

Вон, прорвали блокаду, ты слышишь?

Победили фашистский измор.

Я, мамуля, смотрю как ты дышишь.

Город дал, мам, фашистам отпор.»

Мама смотрит, сама чуть живая,

Нету силы уж даже ходить,

На носилках её поднимая

В ту теплушку смогли погрузить.

А девчонка всё смотрит в окошко:

Дом родной оставался вдали.

«Ты ещё потерпи, мам, немножко,

Нас уже от беды ведь спасли.»

На девчушку смотрела соседка:

«Как зовут?» вдруг спросила она.

«Валя я…»

«Моя милая детка,

Молодец, что осталась жива.»

Вдруг зашла медсестра молодая,

Покатился волнами шумок,

Всем картошку она раздавала,

И ей было совсем невдомёк:

Это самый бесценный подарок

Для людей, что не сдались врагам.

Руки белые всех санитарок

Целовали, молясь всем богам.

Кто-то тихо спросил в том вагоне:

«Куда едем? — скажите, народ.»

Офицер со звездой на погонах

Также тихо сказал: «На восход.

Нас Ташкент принимает по-братски,

Отогреет, откормит, как мать.

Но не будем фашистам сдаваться,

Перебьём эту вражескую рать.»

И неслась та теплушка от смерти

На восход, и ни шагу назад.

Подросли те блокадные дети,

Встал с коленей Герой — Ленинград!

Те вагоны сменили трамваи,

Жизнь стремится вперёд всё быстрей.

Синеокая девочка Валя

Теперь бабушкой стала моей.

Наталья Липина

И мне бы надо Вас назвать дедами

Моим прадедам Дубенкову (Шикову)Тимофею Александровичу и Богачеву Егору Ивановичу, погибшим в боях за Родину в годы ВОВ 1941—1945гг., отцам моих бабушек Дубенковой (Зайцевой)Валентины Тимофеевны и Богачевой (Липиной)Валентины Егоровны, посвящается

И мне бы надо Вас назвать дедами,

Куда уж там — Вам тридцать с небольшим…

Я часто представляю как мы с Вами

На голос бабушки на ужин все спешим.

Как я — девчушка в летнем легком платье,

А Вы два деда любящих, родных.

И кажется — я чувствую обьятья,

Любовь дедов. И нет тех бед лихих,

Когда Вы оба очи посомкнули:

Один под Оршей, а другой в бою

За Ленинград, фашисты что замкнули

В кольцо смертей. И ты отдал свою

И жизнь, и смерть, и молодость, и веру

За дочь, за Родину, за мир и за любовь.

А жизней отнято без счета и без меры —

Убит мой дед, пролита его кровь.

Один из Вас чуть дочку не дождался,

Уж пятый раз он мог бы стать отцом,

Но выстрел в цель, дед слышал, он раздался, —

И вот убит расплавленным свинцом.

Другой, как мог, берег жену с дочуркой,

А вот малую не смогли сберечь.

Блокада прорвана, и топится печурка

В избе, что 《не слыхала》 немцев речь.

Ты жизнь отдал, блокаду прорывая,

Ушел на небо к дочери своей.

Вы оба смотрите на нас теперь из рая,

Герои наши, все родных кровей.

И я себе так часто представляю —

Как я с дедами летом босиком

По полю бегаю, ромашки собираю,

А бабушки нас поют молоком.

Вы оба для меня всегда Герои,

Отдали жизни, чтобы я жила.

Ни быт, ни время памяти не смоют:

По Вам молебен пропоют колокола.

Наталья Липина

МАЛАЯ РОДИНА. ОТЧИЙ ДОМ

Так много различных есть мест на земле:

Великих, достойных, красивых,

Но только одно из них вижу во сне,

Оно лишь для сердца так мило.

Совсем небольшой тот посёлок, и пусть,

Там дом есть, что «отчим» зовётся.

Там дышится легче, там светлая грусть,

Душа там живёт и смеётся.

В том доме всегда и уют, и покой.

Я знаю — там ждут и там любят,

Там светится взгляд, там живётся душой,

Помогут, поймут, приголубят.

Ах, Родина Малая, как же важна

Ты в жизни — с рожденья до смерти,

Любовь наша очень взаимно-верна:

Ты — мама, а мы твои дети.

И пусть там болота. И пусть там поля,

И пусть там зимой бездорожье.

Нет места родней, ты поверь, для меня,

Уютней и дома надёжней.

Наталья Липина

СЕЛО АЛЕКСИНО

Есть местечко такое в подмосковной глуши

На просторах полей необъятных,

Здесь пристанище веры, здесь покои души,

Здесь всё с детства легко и понятно.

Все «Алексино» кличут село с давних лет.

Здесь просторы: поля и широты.

У людей здесь в сердцах зла и тяжести нет.

И все души готовы к полёту.

А среди тех полей — в самом сердце села

Храм воздвигнут — маяк жизни вечной.

Не склонил головы, он в боях устоял,

И в гоненьях людских бессердечных.

Купола золочёные в переливах звенят,

Слышен благовест снова повсюду.

На молебен к обедне прихожане спешат,

С верой в Бога, с надеждою — люди.

Здесь крещенье младенцев свершалось не раз, —

Христиане в малютках рождались,

Ну а если вдруг пробил последний тот час —

На века на погост провожали.

Здесь венчали в любви женихов и невест,

Здесь молились в здоровье и в муках,

И нигде не сыскать на земле таких мест —

Господь Бог ведёт жизнь здесь за руки!

Наталья Липина

КРАСОТА ПРИРОДЫ

Красота моей родной природы —

Русское изящество полей,

Хороша в любое время года,

Не могу я без тебя — ну хоть убей!

Выхожу я в поле на рассвете:

Я люблю здесь каждый колосок,

Как же дороги твои просторы эти,

Дорог сердцу каждый уголок.

Кружево цветов, порой привычных,

Синеоких колокольчиков разлив

И ромашек, что гаданья грёз девичьих

Подтверждают, сердцем полюбив.

Запах сена — стога травяного

Не заменит никакой «парфюм».

Не умею жить я по-иному,

Мне не вырвать о России дум

Из души, где теплится надежда

На ответную твою ко мне любовь.

Я люблю тебя сегодня, завтра, прежде…

Ты собою пропитала мою кровь.

Наталья Липина

Ложится ночь на сонные дома

Ложится ночь на сонные дома.

Как росчерк шпаги твои фразы прямо в сердце.

Я обнимаю с грустью тополя

В надежде глупой хоть чуть-чуть согреться.

Вперед тропинка в темноту бежит

И если завтра сердце биться перестанет.

Мир не сойдет с ума от горя и обид

Одной бедой на свете просто меньше станет.

Вы отпустите мою душу в небеса

Ей слишком больно разбиваться о смятенье.

Я ненавижу ту весну, что принесла

В мою размеренность нелепое сомненье.

Как жить не чувствуя? Как стать навек слепой

Не видеть сути, к тебе больше не тянуться

Да как уйти с поднятой гордо головой

И на пороге невзначай не обернуться?

Татьяна Торгашина

Я устала скрывать то, что душит и жжет мои мысли

Я устала скрывать то, что душит и жжет мои мысли.

То, что спать не дает, фейерверком взрываясь внутри.

Мы с тобой как компьютеры от перегруза зависли.

Но, а я умираю от этой безумной любви…

Каждый взгляд твой ловить

В надежде увидеть ответы.

На вопросы, что спать мне ночами, увы, не дают,

Пролетают часы, гаснут звезды, взлетают ракеты.

Где найти мне ту пристань, где помнят и искренне ждут?

Татьяна Торгашина

ОСКОЛКИ ДУШИ

В окнах зажегся давно вечерний свет.

Только нигде, как всегда, места мне нет.

Лишь на небе луна, да холодный туман

Мне на плечи лег, в сердце посеяв обман.

Я бреду в темноте, в моих мыслях ложь

Ты ее опять красиво завернешь.

Мне уже все равно, на встречу не спеши.

В груди почти не болят осколки души…

Татьяна Торгашина

ОДИНОЧЕСТВО

Одиночество — вечность. Оно примирит

Все, что вихри вздымало в твоей голове.

Одиночество — ворон,

Что праздно сидит, вновь не радуясь солнцу и чьей-то весне…

Одиночество — крылья

полуночных грез, что тебя оставляли ночами без сна

Одиночество — это электрический ток

что разрядами лихо пускали в тебя.

Одиночество — боль,

Что терзала в ночи и никто не пришел, чтоб ее излечить

Одиночество — деньги,

Что просто звенят и на них только горе ты сможешь купить.

Одиночество — толпы фальшивых друзей,

Что тебя продают как обычный товар

Одиночество — флаг на твоем корабле, обреченном на гибель,

ну что за кошмар.

Одиночество — скальпель, топор палача, стон любви, громкий крик,

не твое, не мое…

Каждый вложит в него неотъемлемый смысл,

Одиночество в каждом бывает свое…

Оно бесит и тушит порывы души,

Разрывая нам сердце, считая ступени

Кто-то гордо бредет разгоняя зверье,

Кто-то боли боясь упадет на колени…

Всех ломает по-своему средь осколков потерь,

Но одна есть лишь истина всем подходящая:

Одиночество вечно среди этих руин,

А вот счастье и жизнь — это все проходящее…

Татьяна Торгашина

Меня лечат от любви к тебе

Меня лечат от любви к тебе.

В мои вены вводят безразличие.

Меня ввергли в адову жару,

Называя ее рамками приличия.

От тебя мне сделали укол,

Даже если встречу — не узнаю.

Сердце не зайдется от тоски,

Крылья обломали — не летаю.

Я теперь примерный семьянин

К дому своему спешу с работы.

Только сам себя не узнаю,

Постоянно спрашивая: «Кто ты?»

Выбили всю дурь да из башки

Кинувшись разучивать любить

Только вот боюсь так может стать

Что скоро разучусь, возможно, жить.

Татьяна Торгашина

Молитва

О дай мне, Боже, мудрости хоть грамм!

Позволь не поддаваться искушенью,

Душе моей стремиться к назначенью,

С рождения дарованному нам!

О дай мне, Боже, радость осознать,

Насколько мир, что познаем с любовью,

Согрет для нас отеческой рукою,

Где есть простор и счастье -созидать!

О дай мне, Боже, право быть собой,

И не размениваться по’пусту на фальши,

Смотреть вперед, но видеть много дальше,

Найти свой путь под яркою звездой!

О дай мне, Боже, время пережить,

Принять как есть, пройти все испытанья

Прекрасный опыт, муки осознанья-

Все то, что означает слово БЫТЬ!

О Боже мой, так много я прошу,

Но искренне судьбу тебе вверяю

Чудесным светом душу наполняю,

Одним с тобою воздухом дышу!

Бурлюша

ЛЮБИТЬ

ЛЮБИТЬ. По настоящему и нежно,

За каждый вздох, за ярких чувств метель,

Любить за то, что счастье неизбежно,

Нет не потом, любить сейчас, теперь!

ЛЮБИТЬ. Глотая жадными глотками,

Смакуя, вдохновенно и смеясь,

Любить секундами, минутами, часами,

Нет не потом, любить теперь, сейчас!

ЛЮБИТЬ! Забыв совсем про страх и совесть,

Любить такой, какая удалась,

Любить тобой написанную повесть

Нет не потом, сегодня и сейчас!

ЛЮБИТЬ! В объятьях нежности и неги,

И охранять, как будто лютый зверь,

Чтоб совершая хищные набеги,

Любить осознанно, любить сейчас, теперь!

ЛЮБИТЬ! Самозабвенно и красиво!

От счастья задыхаясь каждый раз-

Неистово, волнующе, игриво-

Любить как Бог, который любит нас…

Бурлюша

Не предавали вас?

Не предавали вас? Так значит, вы не жили,

Борясь с обидой, гордость усмиряя,

По каплям воска верой выгорая-

Не предавали вас? Так значит-не любили!

Не предавали вас? Чтоб сердце уничтожив,

Не подвергали ваших грез насилью?

Не разрушали радости идиллию?

Не предавали вас? Печали приумножив…

Не предавали вас? Чтоб так срывало крышу,

Душа навылет, вдребезги, кусками

Чтобы стена глухая между вами…

Чтоб показалось- в этом мире лишний…

Не предавали вас? Не смешивали с прахом?

Оправданно, с нелепым утешеньем,

Предательство- иллюзий разрушенье!

И одиночество, приправленное страхом.

Не предавали вас? Надежду не дарили?

Не погружали в мрачные чертоги?

Чтоб цену счастья осознали вы в итоге…

Не предавали вас? Так значит не любили…

Бурлюша

Со-настройся!

Где-то то там, далеко, где просторы не ведают связи,

Где клокочет вулкан, где от звезд даже падает тень,

Где растет мухомор и бывают лечебными грязи,

И в реке серебристый привольно резвится таймень!

Где-то то там, на краю, где заря превращается в утро,

Где пучину морскую покинув, на остров подходят киты,

Где все просто и чисто и жизнь так устроена мудро,

Где-то там, среди этих чудес обретен был канон красоты.

Вот куда то туда, за границу разумного мира,

Мне однажды захочется просто с тобой убежать,

Чтоб понять, как мала и чудесно уютна квартира,

И что мир так огромен и хочется мир весь понять.

Чтоб, попробовав истинный вкус и желание жить человека,

Чтоб от запахов, звуков и красок совсем очуметь,

Там понять как мала доля счастья у быстрого века,

Если вовремя сердце в груди у себя не согреть.

Чтоб узнать, ощутить, что вокруг все такое живое,

Чтобы в мира картину вписаться душой гармонично бы смог

Отправляйся со мной в свое главное место покоя,

Где восторг осознанья и в сердце главенствует Бог.

Подыши этим днем, и на радость со мной сонастройся,

И позволь своим мыслям познать очищающий свет.

В сердце счастье прими, полюби и душой успокойся,

Осознай, что прекрасней, чем ты, в этом мире создания нет…

Бурлюша

Просто…

Долькой лимона горчит и блистает

В темных чертогах ночи»

Выдав авансы, луна обещает…

Просто вкушай. Просто молчи.

Жадно вдыхай аромат этот влажный,

Словно цветок, укради поцелуй,

Символ прими на салфетке бумажной,

Просто сияй. Просто танцуй.

В блюзовом ритме качает планета,

Время не властно, настал вечный час,

Только лишь в чувства душа приодета

Просто в ночи. Просто сейчас.

Мы заполняем друг другу дыханье,

Стоит остаться вдвоем,

Теплым коктейлем из грёз и желанья.

Просто водой. Просто огнем.

Знаешь, давно уже не прекращаю

Я наслаждаться омутом глаз,

Жажду свою утоли, угощаю:

Просто любовь. Просто для нас.

Бурлюша

Подарите мне…

Подарите мне нежность вашу,

И тепло ну, и счастья крохи,

Чёрно-белые я раскрашу,

Подарите мне люди вздохи,

Из утрат, от пустых утех,

У меня есть к ним пары, где то,

И вообще пара есть для всех.

Подарите, что не согрето,

Что забыто и так давно,

Не мечтает о чьей то ласке,

И ещё бы вон то окно,

Из прекрасной и горькой сказки.

Подарите мне ваши крылья,

Запылились, а я встряхну,

Ещё капельку от бессилия,

Подарите не ту струну,

Из мечты и её начала,

Не свершившихся почему то,

И, что даже не зазвучала.

Подарите мне, что никто

Никогда и нигде не ценит,

Из души отгоревшей сажу,

То, что брошено без применений

Что для вас некрасиво — скажем…

А ещё без любви планету,

Вам не к спеху, а мне сгодится,

Где то нужно же раритету,

Из сердец из людских храниться.

Не прошу ни счетов, ни нала,

Мне всё то, что давно забыто,

Что не модным для вас же стало,

Без открытого депозита.

Натерпелись дороговизны,

Пусть забудут от вас мытарства,

Подарите мне ваши жизни,

Ну, а вам… ну, а вам богатства…

Чугуевский Сергей

Я скучаю… Сентябрь грустит

Я скучаю… Сентябрь грустит,

Отпуская дождями эпитет,

Под ногами опавший лежит,

Скоро ими он землю насытит,

Поджигая деревья в цвета,

Собирая свинцовое небо,

Изменяя родные места,

Забирая эффекты плацебо…

Я скучаю… мне холодно тут,

Без тебя, словно солнце устало

А дожди всё идут и идут,

И мне мало, мне мало, мне мало,

Наших кратких, терзающих встреч,

С осознанием завтра разлука,

Мне бы данностью сей пренебречь

Открывая все двери без стука,

Отыскать и украсть, унести,

На руках без стеснения свыше,

Мне бы чёртов покой обрести,

Целовать тебя тише… и тише,

Прикасаясь губами чуть-чуть,

Потому, что так сердце велит

Ещё раз, ещё каплю, вдохнуть,

Я скучаю… Сентябрь грустит.

Чугуевский Сергей

А боги смирились, а Боги устали…

А Боги шутили, а Боги мечтали,

А Боги творили планету тепла,

Что люди от счастья устали — не знали…

Всё время заботы, дела и дела…

Счета, пересуды, нет времени жить,

Примерки, покупки, усталость и сон,

Рассветы пустые, не поговорить,

Компьютер, планшетник, любимый смартфон.

Ни веры, ни правды, нет искренних глаз,

Побег в никуда, в аватары и лайки,

Где всё идеально с наличием страз,

Где мы без изъянов — любимые зайки.

Не нужно заботиться, капли тепла

Растрачены на полировку страниц

И страшно, и больно смотреть в зеркала,

Которые бьют пустоту небылиц…

А боги смирились, а Боги устали,

Взирая на наш нескончаемый ад,

А Боги нам счастье дарить перестали,

Поскольку никто их подарку не рад…

Чугуевский Сергей

Помаду положив передо мной…

И я был шут с улыбкою ненужной,

Явившись в счастье вакуум забыв,

Ну, а сейчас сей вакуум окружный,

Стал основным без всех прерогатив…

Как клоун из душевной сказки,

Пурпурный грим на губы наносил,

Забыв о клоунаде, без опаски,

Смешить, смешить с остатками от сил,

Которых мало, мало, мало, мало,

Итак осталось с пустотой в войне,

Но клоуну сдаваться непристало

И я смешил истратив их втройне…

Упал… с последней из запаса,

Пурпур стирая с болью неземной,

Ушёл мой зритель с радостной гримасой,

Помаду положив передо мной…

Чугуевский Сергей

А нежность она, как рассвета тепло…

А нежность она, как рассвета тепло,

Вот, вот на границе от томности ночи,

Уже не темно, но ещё не светло,

Конкретно и вроде бы так… между прочим.

Без разных заскоков, оплаты и лжи,

Которыми полниться скучное чувство,

Ей горестны маски, хвала, типажи,

Уже возведённые миром в искусство.

Легка и желанна, проста, величава,

Как небо, как воздух, как радуги цвет,

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 36
печатная A5
от 442