электронная
360
печатная A5
527
18+
Параллели

Бесплатный фрагмент - Параллели

Объем:
254 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4496-4833-4
электронная
от 360
печатная A5
от 527

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Глава 1

Светлана, замороченная поиском работы за последние две недели готова сейчас остановиться на первой предложенной, или как говорится, пальцем в небо.

Еще месяц назад не предвещало изменений в её жизненных планах. Менеджер немаленького туристического агентства «Колибри» строила себе карьеру и предполагала получить должность, если не руководителя одного из подразделений, то ведущего специалиста. Надеялась перебазироваться из этого «богом забытого города» в Австралию, Шри-Ланка или Китай. Агентство «Колибри» открывало в этих странах свои представительства, а в результате Света лишилась работы. Причина оказалась настолько банальной как дважды два. Генеральный директор выдвинул несколько кандидатур на должность руководителей подразделения и, конечно же, все они оказались мужчинами, её анкету и нескольких девчонок проигнорировал.

— Как он мог? Как? Это же дискриминация по половому признаку! — возмущалась Яна. Рыжая яркая девушка, в агентстве являлась не менее успешным менеджером, чем Светлана.

Еще одна претендентка, подавшая анкету на роль возглавить представительство особо и не парилась, но это тоже понятно, здесь какая никакая стабильность.

— Яна, да пусть едут на все концы света. Отсутствие этих мальчиков в компании никто и не заметит, что они были, а что нет.


В этом Маринка была права, стояла после собрания у окна, рассматривала новую брошюру с календарем. Волосы цвета фуксии, короткая стрижка пикси, вся в разноцветных татуировках от шеи до кистей рук, также яркая молодая женщина, без черного брючного костюма что на ней, её никто и не видел.

Мужчины действительно ничем не примечательны в компании, и заметить их среди более ста сотрудников было сложно, не смотря на вдруг оригинальное повышение сиих. План менеджерский недовыполняли, соответственно прибыли в материальном плане компания тоже имела от них мало, а тут вдруг повышение.

— Может они все геи и с нашим Санычем трахаются? Другого объяснения не вижу. — выдала Светочка и тут же раздался голос по громкой связи, того самого генерального директора Саныча.

— Макрухина, зайдите ко мне в кабинет.


Светка побледнела и осторожно спросила девчонок.

— Это мне сейчас?


Голос из громкоговорителя раздался вновь, с неким изменением в фамилии:

— Макрицина, отчет свой за последние полгода захватите.

Маринка оторвавшись от календаря, жестами показывая Светке, чтобы поторопилась, зашептала:

— Иди, иди. Это точно тебя. Либо изменил мнение на счет тебя и хочет дать тебе должность, или…

— Что или? — Светка, копошась в столе, ища копию в распечатанном виде отчета, ощутила панику внутри.

«Зачем этот чертовый отчет понадобился? Сдавали же в электронном виде. Неужели ошибки?»

— Или у нас везде прослушки. — ответила на вопрос Светланы Маринка.

О плохом думать не хотелось, наконец отыскав отчет и поправив на нем файл, Махрушева Светлана отправилась в кабинет генерального, который находился за встроенной перегородкой рядом с переговорной.


*****

Андрей Александрович Колибри, именно благодаря фамилии, а никак не благодаря любви к экзотическим птичкам, туристическое агентство получило название, восседал за небольшим столом с открытым ноутбуком. К самому же генеральному кличка Колибри не подходила совсем, огромных размеров в ширину и высоту Андрей Александрович больше был похож на медведя Гризли, поэтому не смотря на молодой возраст тридцати лет, его просто начали величать Санычем. Он был в курсе, не обижался, но все-таки скидку давал больше мужскому населению компании.

— Светлана Владимировна, что за сплетни в отделе?

— Какие сплетни?


Светка побледнела, затем покраснела, положила на стол генеральному файл с отчётом.

— Не нужен мне твой отчёт, забери. Это я так, тебя не компрометировать. Я про слухи о том, что я мужиков трахаю.

— А… мм… я тут причем?

— Ты идиотка совсем Макрицина? Или меня за идиота принимаешь?

— Я Махрушева.

— Мне по хер. Короче, Махрушева.

Саныч сделал паузу, девушке она показалась слишком длинной, хотя длилась какие-то миллисекунды, продолжил в более мягком тоне.

— Чтобы таких слухов не шло, предлагаю сделку.

— Сделку?


Разговор принимал более интересный поворот, Махрушева женской интуицией чувствовала нехорошие последствия, сглотнула слюну.

— Да, сделку. Ты же деловой человек. Бизнесом готова заняться. Представительство возглавить. Кстати, куда больше хочешь? В Китай или Австралию?

— Всё равно, но лучше в Австралию.

— В Австралию значит. Кенгуру посмотреть?

Светка не растерялась, ляпнула:

— Птичек люблю. Колибри.


Саныч поднялся с кресла и навис над столом.

— Вот уже правильно мыслишь, Светочка. Так предлагаю начать с того, чтобы ты показала, как ты любишь колибри. Сегодня вечером ресторан, то да сё, сама понимаешь, не маленькая.

— Предлагаете стать вашей любовницей?

— Открытой любовницей. Открытой. Всем потом будешь рассказывать, что я женщин люблю. Нет никакой дискриминации по половому признаку, детка.


Светка снова зарделась краской, её пожизненно бледное лицо покрывалось пятнами, будто началась аллергическая реакция. Возможно аллергия действительно начала проявляться, на генерального директора турагентства «Колибри», но внутри теперь вместо паники появилась некоторая обида и ненависть к мужчинам.

«Что за хрень происходит?»

— Это есть сделка?

— Да, Светочка. Хорошая сделка. Ты любовь к колибри, я Австралию.

— Почему не на общих основаниях? Я же отличный менеджер, я вам делаю одна больше, чем эти три увальня.

— Так вот, как бизнесменша, ты сама подумай. Ты бы отказалась от такого сотрудника, что приносит компании доход? А там еще развивать надо, туда вкладывать, кто эти деньги здесь принесет?


Это Махрушева понять могла, но причем тут секс с генеральным? Светка взяла отчет со стола, развернулась выйти, но генеральный остановил:

— Махрушева, мы не договорили. Ты куда?

— Кормите свои филиалы не за мое время на вас. Я работу найду.


Светка вышла из кабинета, ни с кем не разговаривая, молча подошла к своему рабочему столу, покидала вещи в рюкзак, и также мимо всех вышла из помещения. На следующей день пришла, написала заявление по собственному, две недели как положено по трудовому кодексу отработала, и вуаля… Света Махрушева гордая, с чистой совестью, с ненавистью ко всем теперь генеральным директорам, но безработная.


*****

За эти две недели попыток найти работу шляясь по собеседованиям, её психологическое состояние постоянно ставило стену на встречах с руководителями организаций, где в её мозгу отмечались жадные и полуголодные взгляды иных, что ни одни условия не подходили Махрушевой, то не подходила она, как специалист.

Первую неделю пройдя почти полгорода интересных ей вакансий и оставаясь не в предпочтении, вторую неделю она готова была куда-то из тех компаний вернуться на собеседование, но уже девушку знали и повторно не записывали. Сейчас оставался может быть последний шанс на чём-то остановиться, деньги таяли на глазах. Тот мир, который она представляла себя востребованным профессиональным спецом, рушился на глазах как карточный домик.

— Светк, не парься. Берись сейчас за любую, а там пока трудишься будешь искать и ожидать лучшей вакансии. — Маринка как могла поддерживала девчонку по мобильной связи вечерами.


«Хорошо говорить!» — вздыхала Махрушева и, сравнивая себя с подругой по бывшей работе, оглядывалась в зеркало.

Это у Маринки есть яркость, харизма, фигура, а у неё, Светланы Махрушевой что? Не сисек, ни попы. При росте сто шестьдесят восемь весить пятьдесят два, светлые русые волосы в яркий цвет при бледном лице не окрасить, дабы на проститутку не смахнуть, и что с этим делать?

— В клубе где я тусуюсь уборщица нужна. Иди пока туда. — предложила в очередной раз Маринка.

— Что? Я и уборщицей в клуб? Менеджер и отличный продавец?

Светка смутилась на счет предложения, но услышала в ответ:

— Кто тебя там увидит? Наш директор или сотрудники? Это тематический клуб. Там одни геи и лесбиянки. Кого ты знаешь из них в нашей конторе «Колибри»?


«Вот это новость? Два года работая с Маринкой не знала, что она лесбиянка. Блин, еще и дружу?!»

Светка пребывала в некотором растерянном состоянии, себя иной не считала, но это выход из сегодняшней ситуации, поэтому произнесла:

— Хорошо! Давай адрес.

Глава 2

Небольшой переулок недалеко от центра города в этот период времени оказался совсем немноголюдным, скорее даже тихим. Независимо от того, что из жилого в этом районе являлись только апартаменты и небольшой хостел, а остальные пространства зданий занимали офисы и кафешки, на встречу попалось Светлане всего парочка человек. Удивляясь тому, что оказывается мало знает свой город и, если бы не такой случай идти сюда устраиваться уборщицей в некое закрытое заведение, то еще столько же лет сколько проживает на свете не узнала бы о том, что существует такой переулок, да еще и недалеко от центра.

Да, ей двадцать девять. Примерная дочь своих родителей, была когда-то. Сейчас понимала, что не подготовили всё же мама и папа девочку к жизни. Рассказать им о том, что работу потеряла и теперь безработная никем не востребованная личность Светка не могла. Стыдно в первую очередь, что ведь окончила институт с отличным аттестатом, школу с красным дипломом, и всё это было с надеждой, гордостью родителей за неё «золотую дочку», как всем хвалился отец. Хвалился и хвалил, вот перехвалил теперь.

«Лучше бы ты, папочка, мне сказал, что мужики бывают далеко неблагородными личностями, а генеральные директора козлами каких свет не видывал!».


Понятное дело, в свои там советские времена родителям казалось, что «мир, труд, май» это «мир, труд, май», но в итоге же и ранее в те времена подобные предложения от руководителей кому-либо встречались. Махрушева на родителей не обижалась, благодарна за то, что воспитали такой правильной, но куда эта правильность теперь привела? К тому, что идти проситься на любую без квалифицированную работу. Стоило ли оканчивать школу с красным дипломом и институт, чтобы в итоге быть уборщицей в закрытом клубе. Что скажет папа?

Папа наверняка скажет, что сама виновата опустилась до этого, и так далее, и тому подобное. А признаться, что ушла из агентства только потому, что не решилась стать официальной любовницей шефа, тоже не камильфо. Отец или пойдет прибьёт Саныча, или обвинит Светку в том, что она и без того засиделась в старых девах, что от такого жениха нос ворочает. Богат, успешен, молод, умён и красив. С последней характеристикой Махрушева готова поспорить, не в её вкусе Колибри, да и фамилия какая-то птичья, и как-то желания любить того самого «колибри» что между ног у толстого Саныча болтается никакого желания нет.


Светлана остановилась под вывеской «Посейдон», пять минут стояла в раздумьях перед дверью, впечатлительная теперь ко всяким названиям и фамилиям, помолилась своим мозгам, чтобы ее здесь-то хоть не утопили, «Посейдон» всё-таки, открыла тяжелую из черного металла дверь.

Лестница шла вниз, закрытое заведение оказалось скрыто в не менее закрытым цокольном этаже, но спускалась Махрушева без опаски доверяя подруге Марине. Да, собственно, какой бы розовой, или как у них там правильно по цветам радуги «радужной», подруга не была, но единственная из агентства переживала, звонила, морально поддерживала. Все остальные повели себя так, будто не было девушки Светланы Махрушевой в компании с ними два года, а ведь это никак даже радовались тому, что самый успешный менеджер покинул команду и конкуренции всё меньше. Действительно среди менеджеров всегда имелась конкуренция и зависть, что один кто-то успешнее другого, Махрушевой доставалось всё легко, и теперь она подумала о том, что может Санычу нравилась изначально и он ей не просто так подкидывал крупных клиентов.

«Всё возможно, всё возможно! Кому теперь всех моих клиентов передадут?»


Перебирая в своей головке все возможные встречи и разговоры Саныча по отношению к ней, Светлана вышла в маленький холл с гардеробной, где похожий на Саныча габаритами сидел охранник.

— Простите. Я по поводу работы.

Светлана осматривалась вокруг и заодно оценивала занятость охраны.

«Вот работа „не бей лежачего“, сиди и ничего не делай!»

Крупных габаритов человек с бритой головой, но с появившимся ёжиком когда-то густых волос, сидел за столом с планшетом в руках и огромных наушниках, смотрел что-то веселое и улыбался.

— Эй! Я тут! — Махрушева помахала перед человеком рукой, повторила: — По поводу работы.


Охранник оторвался от планшета, лениво взглянул на Светку, оценил своим зеленым глазом, второй был странно прищурен, но тут девушка поняла, на глазу шрам и не позволяет человеку открыть тот полностью. Следующим жестом человека стало то, что левой рукой стянул наушники со своих ушей и спросил.

— Стриптизершей?


Светлана растерялась, охранник оказался женщиной, голос и отсутствие кадыка ввели в смятение, но справившись с ним, спросила:

— Почему стриптизершей? Мне сказали уборщица нужна.

Охранница поднялась, нависая не меньше чем тогда Саныч над столом, Светка даже со своим ростом оказалась ей под мышку.

«Пипец. Такие бывают?»


— Ты уверена, что в уборщицы? — уточнила мужеподобная женщина в черной форме охранника, на нагрудном кармане вышита группа крови римскими цифрами «III» со знаком плюс, и прицеплен бейджик с именем Наталья Петрова.

Под оценивающим зеленым взглядом огромной бабы Светка занервничала и сорвалась:

— Послушайте, Наталья Петрова, или как вас там! Мне порекомендовали это заведение и сказали, что здесь очень нуждаются в моей услуге уборщицы, а не того чего вы мне навязываете. Куда пройти скажите, и я не буду вам дальше мешать наслаждаться просмотром смешных видео на рабочем месте.

— Так ты от Орсен?! Сразу бы так и сказала.


Охранница снова села на свой широкий стул, выдвинула ящик стола, вытащила дешевенький кнопочный серенький самсунг, набрала номер.

— Родионова. Да, тут от Орсен пришла одна… смазливая. Уборщицей.

После этих слов трубка была вновь спрятана в ящик стола, а мужеподобная Петрова надевая наушники себе на голову с ухмылкой сказала Свете:

— Налево по коридору. Три ступеньки вниз. Возле бара жди. Выйдет к тебе.

— Кто выйдет?


Ответа более Махрушева не услышала, охранник занялся тем, чем занимался до вмешательства Светки. Девушка повернула в левый коридор длинной около двух метров и далее, по тем самым трем ступенькам вниз, оказалась в необычном зале.

Обшитые деревом стены с вырезанными на них фигурами полуобнаженных нимф, вечно танцующих странные танцы чем-то схожи с восточными. Территория бара располагалась дальше от танцевального пространства, а с правой стороны украшенные фиолетовыми занавесками зона кафе со столиками и синими диванчиками. Сочетания цветовой гаммы зала действительно сильно отличалась от тех клубов, какие ранее удавалось посещать Махрушевой. Возле бара два молодых человека трудились над расставлением прозрачной посуды и вытиранием пыли на полках со спиртным, на девушку даже не обратили внимание, поэтому в ожидании того, кто должен выйти к ней, она набрала Маринку.

— Привет. Марин, не отвлекаю?


Светлана понимала, что время полуденное и до обеда Маринке еще час, а в агентстве, как все теперь понимали, имелась «прослушка», хотя может и не было, но осторожность не помешает.

— Не так чтобы отвлекла, только что продала хороший пакет. Люди группой собрались в Индию, счет сейчас отправлю. Поздравь меня.


Голос Марины радовал, но вот некая ностальгия по старом времени и этому азарту в работе привнесло грусть в состояние Махрушевой.

— Поздравляю. Ладно. Не буду отвлекать.

— Стой, стой… Ты чего? Ну, прости. Где ты сейчас? Тебя поздравить-то можно с чем?

— Пришла по адресу в Посейдон. Пока жду.

— Чего ждешь?


Светка сама не знала, чего ждала, голоса барменов тоже казались странными, и прислушиваясь к разговору девушка снова услышала имя Орсен. А может это не имя? Фамилия чья?

— Марин, а Орсен, это ты? — внезапно спросила Махрушева подругу, создавая логическую связь с тем, что Марина отправила её в это заведение.

— Орсен?! Да ты что? О, это очень…


Марина не успела ответить, к Светлане подошла красивая женщина в сером брючном костюме и синей рубашке с открытым воротом. Махрушева отключила телефон, попытка убрать его в сумку оказалась неудачной, тот выскользнул из рук и полетел на плиточный пол.

Глава 3

Молодая женщина в сером костюме нагнулась поднять телефон раньше, чем стоявшая растерянная Света. Последняя тоже вдруг поняла, что телефон нужно поднять и получила затылком женщины по подбородку, когда наклонилась навстречу спасенному аппарату. Боль оказалась сильной, что у Светланы брызнули слезы из глаз.

— Ой, извините, пожалуйста! Мало того, что я вас так напугала своим появлением и вы выронили телефон, теперь нанесла травму.

Девушка обняла Свету, таким образом пытаясь пожалеть или унять боль, одновременно крикнула ребятам за барным столом:

— Стасик, Влас, лед быстрее принесите.


Светлана почувствовала себя некой маленькой растяпой, а жест девушки обнять вдруг её, как незнакомого человека, напугал больше, чем появление ранее той. Махрушева отодвинулась от женщины, дрожащим голосом от сдерживаемых слез произнесла:

— Не волнуйтесь. Вы меня совсем не напугали. Это я неловкая сегодня, все из рук валится.


Оба парня подошли, Влас держал стакан с кусочками льда, а Стасик упаковку с влажными салфетками.

— Синяка не будет?

— Что произошло? Вы плачете?


Ребята наперебой пытались помочь Светке, которую почти насильно усадили на один из барных крутящихся стульчиков. Махрушева от умиления такого внимания, какое давно не испытывала к себе посторонних людей, да и не только, расчувствовалась и слезы все-таки хлынули из глаз. Светка понимала, что скорее этому причина расслабленности состояния, и соответственно жалость к себе, но девушка и бариста решили, что правда боль сильная.

— Регина, вот лед. Лед приложите девочке. — переживая подал идею один.

— У нас аптечка есть, может там обезболивающее имеется. Давно не открывали. — говорил другой.

— Недавно открывали, там аспирин и нашатырь только, а… перевязочный материал еще. Бинты и вата.

— Ой, ты про вату лучше молчи, а то ее недавно Ксю на тампоны себе повытаскивала.

— Да, пипец! Надо ей на тампоны скинуться. — возмущался Стасик на заявление Власа.


От разговоров обсуждения какой-то Ксю, которая растащила вату из аптечки, Светка засмеялась. Истеричный смех заставил всех улыбаться.

— Вот и выздоровела. Это истерика, девочка. Просто истерика.

— Чего делать-то теперь? Валерьянка в аптечке хотя бы есть?


Странные ребята-бариста со своими предложениями напоминали Светке девчонок-старшеклассниц.

— Не, говорю же аспирин и нашатырка только.


Регина, стоявшая до этого молча, прикладывала лед к подбородку Светланы через влажную салфетку, наконец решила внести свою идею для снятия стресса девчонке, сказала:

— Виски давайте. Или лучше водки. Нашей русской. Грамм двести.

— Что? Регина, это же стакан. А на кого его спишут потом?

— Водки неси. Орсен оплатит. — Регина убрала салфетку с остатками льда от лица Махрушевой и строго взглянула на ребят. Стасик метнулся к холодильнику на свою рабочую территорию, а Влас художественно руки сложив замком разглядывал физиономию Светланы.

«Опять этот Орсен!»


Светка перестала смеяться, вытирая салфеткой стекающую водичку по давно переставшему болеть подбородку и глаза от потекшей туши, думала «кому должна всему своему преимуществу?!».

Перед Махрушевой предстал стакан с томатным соком без всякой трубочки, а еще тарелочка с канапе и красной рыбой.

— Это чего? Водка? — уточнила Регина на поставленный перед Светкой стакан с красным напитком.

— Да. Ну, томатным соком разбавил. Так выпить проще, а закусить девочке рыбку. Все равно же Орсен оплатит. Пусть за своих девок раскошелится.


Махрушева осознала, что её сейчас заставят выпить водку, испуганно замахала руками:

— Нет. Нет. Не пью я. Да и не знаю кто такой Орсен. Я сама по себе.


Ребята переглянулись между собой, а Регина взяла стакан с недоделанным коктейлем «кровавая мэри» подала девчонке.

— Ладно, ладно. Не от Орсен, так не от Орсен. Но лучше выпей. Тебе полегчает.


Светлана спорить не стала, и без того выглядела с самого появления в зале не в лучшем образе, поэтому взяла из рук Регины стакан, чего ломаться как «девственница», лишь уточнила, не ожидая других инструкций:

— Надо, да?

— Надо. Пей. — Регина уверено кивнула девчонке и расплылась довольная белоснежной яркой улыбкой.


Водка вперемешку с томатным соком действительно хорошо пошла. Махрушева, пока допивала содержимое стакана, слышала шепот окружающих ее людей.

— Регин, а если она не от Орсен, то зачем она здесь?

— Да, успокойтесь. Уборщица новая. На работу пришла устраиваться. И почему сразу не от Орсен? Стресс у девчонки просто. Вам бы в первые минуты знакомства по морде врезать, тоже бы в шоке пребывали.

— Это да! Ой, девочка всё выпила почти. Закусить надо ей срочно, а то свалится. Я же томатного сока добавил на одну треть стакана, все остальное водка.


Махрушева поставила стакан на барную столешницу, голова прояснилась, смелости прибавилось, и откусив кусочек от канапешки решила наконец представиться:

— Светлана. Махрушева Светлана.

— Очень приятно. Власий. Можно просто Влас. Бариста, как и этот вот рыжий.

— Этого рыжего зовут Стас. А так, если что, то Стасик. У этих фантазия примитивная, ассоциация с рыжим тараканом. Не обращай внимание.


Ребята по очереди пожали Светке руку, и она поняла, что удивительно, но ей тут нравится.

— Регина. Управляющая закрытого клуба «Посейдон».

— Так вы управляющая?! — воскликнула раскрепощенная смелая после водки Махрушева.

— Я рада что вы пришли. Сегодня у нас день рождение. Нашему клубу годик, народу будет много, а хозяйничать не кому. Останетесь на вечер? Присмотритесь. Похозяйничаете. А там, сами примите решение остаться или нет. — попросила Регина и вновь улыбнулась.

— Нет проблем. Останусь.


Как-то быстро согласившись Светка расслабилась и дожевала оставшееся в руках канапе. Что могло быть лучше, чем найти работу, где ты не выглядишь запеченной рыбой под соусом и не ожидать, что кто-то залезет тебе в трусы. Смотря на милого управляющего в синей рубашке, Махрушева думала только об одном, как протрезветь до того самого вечера, который сегодня случится.

Глава 4

Светка проснулась в семь вечера. Будильник, который прозвонил на два часа раньше, конечно же не слышала. Виной всему спиртное днем, этот злополучный коктейль «недоделанная кровавая Мэри». В панике собираясь в клуб, первый день работы после огромного перерыва и такой «аут», ругала себя за безалаберность и непунктуальность. Куда теперь до пунктуальности, Махрушеву сама управляющая клубом «Посейдон» попросила не опаздывать, потому что дел много и годовщина существования этого голубого полубога должна быть на высоте.

— Годовщина, это тебе не «хухры-мухры»! — произнесли бариста с неподдельной гордостью.


Как так произошло, что Светлана вдруг вырубилась днем, когда пришла домой? Успокаивая себя тем, что расслабилась, вроде как нашла работу и «хер» с тем, что уборщицей, напяливала джинсы и зеленую кофту. День рождение пусть остается днем рождения, но она идет работать, а не тусоваться на вечеринке далекого от неё контингента. Как назло, никто и звонком не разбудил, и Маринка не перезвонила после падения телефона.

«Интересно, а Маринка придет сегодня в клуб на днюху?»


Махрушева не знала, хорошо, если Богданова придет, или наоборот, хорошо если не придет. С одной стороны, Марина могла хотя бы немного рассказать о гостях клуба, их радужные привычки, мотивы и прочее. Светлана готова себе признаться, что абсолютно не знает другой мир совершенно других людей, даже не думала, что Богданова из «другого измерения». Да, работа совершила знакомство с такой барышней как Богданова, но в другой обстановке где-нибудь на улице на вряд ли бы знакомство состоялось, и речь не о том, что на лбу у Маринки написано «лесбиянка», как раз об этом Махрушева узнала лишь вчера. Дело в яркой харизматичной со стильной стрижкой и вообще странном стилевом образе крайней, да еще разноцветные тату по всем рукам и плечам, и пирсинг на языке. Были ли татуировки где-то на других частях тела и пирсинг на пупке, Светка могла лишь предполагать, так как в рабочей обстановке эти части тела скрывались, но то, что она лично огромная противоположность Богдановой, с этим никто не поспорит. Бледнокожая, не вызывающаяся внешность Махрушевой, это подвиг её семьи.


Родители, прародители, да и собственно воспитательный процесс детства маленькой Светочки проходил всегда на равнение на кого-то, хорошо не на уровень Павки Корчагина или Зои Космодемьянской. Против последних Махрушева ничего не имеет, но они для семьи не представляли интереса в воспитательных целях. Мать говорила:

— Ты должна всегда быть примерной, хорошей, соблюдать правила и беречь время других людей, тогда ты станешь идеальной и тебя все будут любить.


Затем приводились примеры какого-нибудь двоюродного дяди или прабабки, совершившего в свою очередь некий жизненный поступок, не борьбы с немецкими фашистами конечно, а получение, например, какого-то кубка, премию или орден за что-либо. Это «либо за что» быстро маленькой Светкой забывалось, а в более старшем возрасте начинала оценивать поведение своих родственников старшего поколения, осознавала, что «никого и ничего идеального ни в ком нет», а некоторых даже недолюбливали свои же соседи, что говорить о целом мире. Воспитание, оспорить слова матери Светлане не позволяло, а теперь еще не сберегла время других, это про сегодняшнюю непунктуальность выхода на работу.

«А так хорошо начиналось! Пиздец, как оправдывать своё опоздание?!» — вновь думала о клубе Махрушева вызывая такси.


Выходила из клуба днем в приподнятом настроении. Свежий осенний воздух казалось отрезвил, а приятные сочувствия сотрудников и приятной красивой управляющей клубом вызывали самопроизвольно улыбку. Уборщица, а ну и что. Любая работа хороша, как говорится. Работа в основном ночью, днем легко заниматься поиском нужной вакансии, разослать резюме по крупным организациям. Да, безусловно Светлана верила в лучшее, в этом родителям благодарность, и рассчитывала на то, что многие компании просто не выставляют вакансий, и по резюме могут найти её, отличного специалиста менеджерского профиля. Обязательно в крупную организацию, а не к таким маленьким агентствам, как «Колибри».

Возвращалась домой склоняла кличку Саныча, осмелев на не так давно принятой водке, в голове рисуя ситуации, где она мстит за склонение её фамилией им. Как он её обозвал? Макрициной или Макрухиной? А он то, кто? Не Саныч, а Зассаныч! Зассыхин! Нет, Ссыхин. Андрей Зассаныч Колибри. С желанием однажды его «случайно» так назвать в реальности, а не в своем обиженном мозгу, удовлетворенная и спокойная за своё будущее, Махрушева завела будильник и заснула.


*****

Такси приехало быстро, до центра добралась тоже без пробок, чем их город мог гордиться, это вам не Москва, а в переулке светло от фонарей и иллюминации кафешек. Народу в переулке оказалось в это время суток предостаточно, у каждого заведения обязательно присутствовали прохлаждающиеся на улице люди. Кто курил, культурно сбрасывая пепел в урны, кто шутил над чьими-то историями, и обстановка чем-то напоминала атмосферу Рождества. До первого снега вроде бы далеко, но дым изо рта курящих мог заменить дыхание в морозный вечер, а яркие разнообразные костюмы и платья еще были тем представлением праздника.

Крыльцо клуба «Посейдон» также не отличалось оригинальностью, разве что… Махрушева подходила к центральной парадной заведения и пыталась рассмотреть людей. Около восьми человек у входа точно толпились, и если молодые люди еще могли смахивать на феечек-парней, всё не на девчонок, то рядом с тремя красотками в открытых платьях находились два оригинальных «чувака». Темная одежда мужского покроя, короткая стрижка, один даже бритоголовый с одной стороны, поведение явно неженственное, и как-то по-свойски, низкими голосами, подшучивали над своими же с кем курили девчонками.

Светлана прошла мимо, открывая входную дверь, услышала и в свой адрес пару фраз из-за чего некий страх поселился в ней.

— Кто это? Я вижу впервые эту малышку. — произнес низкий с женскими нотками голос, который вполне можно спутать с голосом молодого человека.

— Ой, а ты прямо всех должна знать? Мышь бледная какая-то пробежала, ничего значительного, можно и не заметить в толпе ярких девчонок.


«Мышь? Это я бледная мышь?» — задавала себе вопрос Махрушева спускаясь по лестнице к охране.

Мимо охраны в лице Наташи Петровой пройти в этот раз оказалось невозможно. Закрывая своим огромным торсом проход, оглядела с головы до ног Светку, видимо вспомнив эту девчонку со вздохом вытащила из ящика стола журнал.

— Плохо начинаешь, малявка. Время двадцать ноль пять твой приход. Распишись, работничек.

— Я сегодня только ознакамливаюсь. — оправдывалась Махрушева и нарисовала напротив своей фамилии закорючку.

— С чем это? С унитазами? Ты ни разу их не видела? Или с Доместосом?

— Это кто? — тут уже Светлана растерялась под одноглазым зеленым взглядом и усмехающейся улыбкой охранника.

— Ясно, блондинка. Марью Семеновну найди, и она тебя с Доместосом познакомит. Мужик один такой щупленький на Мойдодыра похож.

— Я не блондинка! — проворчав себе под нос, Махрушева быстро пошла по небольшому коридорчику в зал.


Шум от голосов людей раздавался из зала вперемешку с клубной громкой музыкой, а также и со стороны охраны. Народ прибывал, проходя контроль, но фразу голосом Петровой Светка смогла услышать и разобрать.

— Орсен, респект. Ты чего свою девку так не любишь? В уборщицы кинул. Я бы на нее в стриптизе бы лучше посмотрел.


Махрушева с волнением влетела в зал не оглядываясь назад, чуть не перевернувшись на трех ступеньках, и утопая в играющих огнях под удары музыки, пробираясь сквозь невидящую ей толпу подвыпившего народа прямо к бару, в надежде на спасение её Стасиком и Власом.

Глава 5

Светка с крольчачим стуком пульса протиснулась наконец к бару, но не всё так оказалось просто. Бар просто кишел разнообразными человеками совершенно разных оттенков и состояний. «Кто, есть кто» понять достаточно сложно, здесь были и ребята с подведенными карандашом глазами, и такие «ух» самцы-мужчины, в которых Махрушева не при этих обстоятельствах влюбилась бы только в один образ, здесь были разнообразные девчонки с таким же разнообразным стилем. Платья, джинсы, длинные юбки, лысые, с длинными волосами, с разноцветными, пьяные и опьяневшие, собственно поняв, что она вполне вписывается в своих джинсах в «антураж», Светка немного успокоилась.

— От кого бежишь? — некая девушка в синем вязанном платье преградила путь к бару.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 360
печатная A5
от 527