электронная
40
печатная A5
362
18+
Не такие

Бесплатный фрагмент - Не такие

Объем:
162 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4496-9433-1
электронная
от 40
печатная A5
от 362

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Как только мы думаем,

что знаем о человеке всё…

чаще всего мы заблуждаемся.

Глава 1

Февраль 2014

Двое мужчин курили в кабинете за большим директорским столом. Серый смог повис под потолком, а пепельница в форме девушки с чашей была переполнена. Лысоватый мужик цинично выцедил дым из сигареты.

— Ну, вроде всё получилось.

Второй, светловолосый с рыжими ресницами, ухмыльнулся:

— Агент, дивизию налево! Информатор! Не спалится?

— Нет, — лысоватый полюбовался на свою коллекцию старых фотокамер на полочке шкафа напротив. — Умная девочка. И я ей деньги за это плачу. Хотя… Провалит дело — голову оторву.

Светловолосый стряхнул пепел в блюдо полуобнажённой девушки-пепельницы.

— Петрович, покажи, как выглядит-то.

Лысоватый Петрович щёлкнул мышкой и повернул монитор компьютера.

— Ой, ёй! — отшатнулся светловолосый, хватаясь за сердце. — Спаси и сохрани. Видать, и правда, умная.


***

На парковке у офисного здания остановилась старая белая «Нива». Из неё никто не вышел. Фары погасли, и только работающий двигатель наводил на мысль, что кто-то ждёт и греется.

Действительно: мужчина с рыжей кучерявой бородой курил, кутаясь в безликий пуховик, и отстранёно наблюдал за перемещениями людей и машин. Выбросил окурок. Закрыл окно. Включил радио. Так прошло ещё минут пятнадцать.

Мимо него в поисках свободного места медленно проехало мерседесовское купе. Бородатый мужчина оживился, всмотрелся в номер. Заглушил «Ниву» и торопливо вылез с водительского сиденья.

Из «Мерседеса» вышла девушка с длинными тёмными волосами. Моргнула сигнализация…

Мужчина нащупал электрошокер кармане, окликнул девушку:

— Красавица, а где тут газовики сидят?

Она испуганно обернулась.

— Не знаю.

— Не в этом здании?

— Нет.

Мужчина вынул электрошокер…

Но из-за припаркованного авто возник кто-то высокий в капюшоне и кинулся прямо к девушке:

— О, Милк, какими судьбами?

— В гости приехала.


Бородатый спрятал руку в пуховик и пошёл обратно к «Ниве».


***

Пышная девушка с оранжевыми волосами, хаотично торчащими на затылке, мечтательно смотрела в ноутбук. Проснулась — не расчесалась. На затылке так и осталась плешь от подушки, а к некрасивым губам цвета морковки приклеились крошки от печенья. Маленькие коричневые глазки девушки прищурились, разглядывая фото симпатичного мужчины.

Вот он, небрежно привалился к стене какого-то здания. В Цюрихе… Или в Люцерне… Или… надо почитать его подпись в Одноклассниках. Такой весь… Ах! Глаза — прохладные, почти голубые. И вдумчивые, и с чертовщинкой. В уголке губ притаилась усмешка. Небритый. Щетина чёрная. Волосы тоже. Такой… Прям такой…

Нижняя губа девушки зашевелилась — как сворачивается толстенький червячок — соединилась с червячком верхним — дождевым — и вот они трубочкой тянутся к фото…

— Лола, чай будешь? — окликнули сзади.

Червячки разомкнулись — ах!

— А? Чай? Ага, буду.

Щёлкнула мышкой по фото, свалила мини-АТС, на лету поймала, поправила, пошевелила. Включила, выключила, опять включила… Или выключила?

Светлана протянула ей печенья в шоколадной глазури, а архитектор Миша налил в бокал кипяток.

— Ой, спасибки!

— Пакетик в мой бокал брось… Да не мимо! Ну что ж ты!

— Лол, ну как тебе работа? — задала дежурный вопрос Света, и аудитория замерла в предвкушении стёба.

— Мне всё нравится, — заулыбалась Лола, не замечая издёвки. Отхлебнула чай. Улыбка получилась некрасивой. Это была особенная непривлекательность черт, на которую хотелось смотреть и наслаждаться.

— Тебе ещё от Димы не доставалось, — фыркнула Света.

— А что… может?

Света закатила глаза.

— Ещё как!

— А мне кажется, он очень приятный.

— Ой, начинается, — перестал жевать Миша. –Что в нём приятного?

— Симпотный.

— И глаза, — на своей волне проговорила Лола. — Красивые — жуть!

Из громкоговорителя мини-АТС раздался голос:

— Ты кнопку громкой связи-то выключи.

— Ай, блин!

Лола пришлёпнула кнопку. Сотрудников как ветром сдуло. Секунда — и все на рабочих местах.

Дверь кабинета открылась. Лола пригнулась за ноутбук.

— Извините, Дмитрий Владимирович!

Тот скептически усмехнулся.

— Извиняю.

Светло-синие глаза взглянули с откровенным любопытством. Чёрные ресницы чуть опустились, смягчая прохладный блеск.

— Это не жуть, а цветовая аномалия.

(Лола побагровела.)

— И ещё у меня есть клон, — директор направился в бухгалтерию. Но вдруг обернулся…

«На меня!» — обмерла Лола. Но тот уже улыбался другой:

— О, какие гости!


Брюнетка в красивой дублёнке рассмеялась в ответ.

— Не ждали?

В руке она сжимала светло-серые замшевые перчатки. А волосы длинные, почти до талии, спадали каскадом на лицо, на плечи, дублёнку… Улыбнулась на зависть симпатично:

— Добрый вечер.

— Дбр вр, — буркнула Лола.

Брюнетку сопровождал Костя, директор коммерческий. Ещё один видный экземпляр. Смотришь на Диму — хорош, не вопрос! Смотришь на Костю… Тоже хорош! И думаешь: а не симпатичнее ли он Димы? Переводишь взгляд на Диму… Да ну! Не может быть. Снова оцениваешь Костю… И так до тех пор, пока не разойдутся по кабинетам.


— Это кто? — тихо спросила Лола у Светы, когда гости исчезли за директорской дверью.

— Мила. Жена Димы.

Пауза.

— Жена?

— А ты не знала, что ли?

— Знала, но… — Лола потеряла запал. Жена! Да чтоб она сдохла…


Мила сняла чёрную дублёнку, уронила в кресло. Поправила бант на пастельно-пудровой блузе, локон в каштановых волосах. Дима скользнул по ней быстрым взглядом. Подметил сапожки из мягкой замши цвета графита, серую юбку с интересной текстурой. И ауру бархатных зимних духов.

Мила улыбнулась с фирменным шармом:

— Страшно тут у вас на парковке, Дмитрий Владимирович.

— Почему?

— Да мужик к ней приставал, — пояснил Костя, поспешно отводя глаза от Милы.

— Не приставал. Он шёл за мной.

— Ой! — Костя скептически отмахнулся. — Я бы увидел красивую девочку на «Мерседесе» — тоже бы за ней пошёл.

Дима успел заметить разглядывание красотки Милы. Поддел:

— Да ты бы не пошёл, ты бы побежал! — и с доброй усмешкой в адрес жены уточнил: — Мужик-то хоть стоящий?

— Нет.

— Меня увидел — сразу отвалил, — прокомментировал Костя. — Явно не конкурент.

— Ну, брат, у тебя вообще нет конкурентов! — посмеивался Дима. — А что говорил-то, Милк?

— Спрашивал, где тут газовики сидят.

Дима и Костя переглянулись.

— Ещё пристанет — говори, что в подвале. Мы туда придём. Да, Костя?

— Конечно. С разводным ключом.

Мила хохотала.

— Ну вот, развеселили, — заключил Дима. И озадаченно поинтересовался у двоюродного брата: — А ты что вернулся-то?

— Милку встретил…

Повисла пауза.

— Ну, я поехал… — неуверенно начал прощаться Костя.

Дима посмотрел на него с озадаченной усмешкой. Убрал с плеча Милы какую-то соринку, поправил складку на блузке.

— До завтра?

Костя заметил собственнический жест, беспечно улыбнулся.

— Пока! — и вышел из кабинета с усталой растерянной гримасой на лице.

Глава 2

Лола и Света, кутаясь в пуховики, бежали от «Пирамиды» вниз, к пиццерии. Ледяной ветер с Волги обжигал щёки и нос, мешал дышать и разговаривать. Поэтому подруги двигались к цели молча и быстро.

— Наконец-то! — Светлана открыла тяжёлую дверь и попала в тёплую пиццерию.

Как здесь пахло едой! Аромат свежайшей картошки фри, нотка куриной ножки с хрустящей корочкой… Пицца только что из духовки! И всё это в компании острого соуса и сладкой колы с колючими пузырьками газа. Райское место в морозный февральский вечер!

— Ну что, — сказала Света, — отметим окончание рабочей недели?

— За нас! — Лола подняла бумажный стакан и с наслаждением сделала глоток колы. Обмакнула в чесночный соус куриную ножку и откусила горячую хрустящую корочку.

— М-м, вкусно! Обожаю!

Света наблюдала за Лолой с неподдельным любопытством. Хрусь, хрусь… и ножки нет. Ням, ням — и полкуска пиццы исчезло. Хотела пошутить: «Ну, ты и хомячишь!» Но вдруг вспомнила, что фамилия-то у неё Хомякова! И неудобно стало…

— Так эта мадам — жена Димы? — тем временем интересовалась Лола.

— Мила? Да.

— Расскажешь про неё?

— Лол, у него столько баб было… Что рассказывать?

Лола вытерла морковную помаду салфеткой. Едко прищурилась.

— А хочешь, я тебя удивлю?

Света перестала жевать.

— Мне нравится Дима.

— Н-да… А он знает?

— Пока нет, — Лола, чертовски довольная произведённым эффектом, продолжила есть. — Но скоро он будет со мной.

Света озадаченно осмотрела коллегу. Не рехнулась ли? Лола и Дима! Она себя в зеркало видела? Ни вкуса, ни ухоженности… Вслух усомнилась:

— А ты уверена, что ему это надо?

— Уверена. Просто он меня ещё не знает.

— Лол, — Света, пряча желание поглумиться над новенькой, почти искренне улыбнулась, — вообще-то, Диму сложно чем-то удивить. Что ты ему предложишь?

— Себя.

— Хм, — Света не нашла, что ответить на такую самоуверенность. Ещё раз оценила новую подружку. Может… она чего-то о ней не знает?

— Только не говори никому, — строго предупредила Лола, смачно обгладывая куриную косточку. — Ладно?

— Да ладно, не скажу, — заверила Света, уже предвкушая завтрашнюю тему дня.


***

Костя брёл к офису по хрустящему снегу. Нет: волочил ноги. Холодно. Темно. Скучно.

Устал.

Вот какая-то «Нива». Белая. Кто придумал такую покраску? Кастрюля. Из советских времён. Белая эмалированная кастрюля. У мамы на кухне была. И мужик рядом с «Нивой». Угловатый, бородатый. Шапка торчит на макушке, пуховик похож на фуфайку. Тоже из СССР. Валенок не хватает с калошами. Копается в салоне. Жалко его. Да что ж за сентиментальное настроение?

— Помочь? — спросил Костя.

— Не-не-не! — замахал руками мужик. — Нормально всё.

— Точно?

— Ага.

Костя ещё раз оглянулся. Бедность. Грустное состояние!


В офисе трудились самые стойкие. Лола, например. Окинул её взглядом. Оранжевые волосы торчат на затылке. Кто придумал такую стрижку? Это не работа, а панк-клуб какой-то. Баба лет пятидесяти с ирокезом на затылке. На голове креатив, а на ногах — совковые шлёпки. Белые. Костя на секунду запнулся: да ей, вроде, не пятьдесят… А сколько? Что там обсуждали-то местные сплетницы?

Гадая над возрастом нового менеджера, Костя вошёл в кабинет. Бросил куртку на свободный стул, включил ноутбук… Сел в кресло и замучено взъерошил отросшие волосы.

Нет настроения. Депресняк. Что вдруг?

Вернулся на денежную работу в должности коммерческого директора. С Димой мир-жвачка. Коллеги отличные. Что не так?

Может, это зима? Уж очень холодная. Снега намело вон сколько. И весь январь город был в депрессии из-за двойного теракта. До сих пор неуютно в людные места заходить. Переселиться за Волгу, что ли? Сколько сейчас стоит участок?

Прикинул сумму, сроки строительства… Потянет ли? Если с Наташей — вполне возможно. Надо обрисовать ей такую идею. И будут они счастливы подальше от толпы и негатива в коттедже на берегу реки.


***

Анатолий стряхнул горящие угольки с сигареты в чашу девушки-пепельницы. Едкий дым повис над столом.

— Эх, Петрович! Эт самое… Одинокий я старик.

— А скок те лет-то, дед? — спросил лысоватый товарищ.

— Сорок девять.

— Га-га-га!

Оба громко заржали.

— Толь, может, познакомить тебя с кем?

— Можешь, чё ли?

— Могу. У меня вон шпионка есть.

Мужики снова загоготали. Анатолий ехидно прищурился:

— А энто, недурно, кстати. Есть там кто помоложе?

Петрович пролистал номера в телефоне. Приложил его к уху обратной стороной. Анатолий озадаченно скривил рот.

— Не попутал ничё?

— Так лучше слышно, — пояснил Петрович. И сменил тон на командирский: — Алё! Всё нормально? Нормально всё, говорю? Алё! У меня вопрос очень важный. Личный. Личный, поняла? Алё! Девки у вас там хорошие есть?… Друга познакомить хочу. Только нормальные девки, поняла?… Ну ты это, напиши, как всегда. С фотокарточками. Га-га! А мы сами выберем. Сами выберем, говорю! Поняла? Всё, добро, — лысоватый нажал на кнопку и ухмыльнулся. — Найдём мы тебе невесту, Толь. Не переживай.


***

Архитектор Миша нервно бросил ключи от машины на стол. Выдохнул:

— Ненавижу баб за рулём!

Все повернулись в его сторону. На голове — вздыбленные клочья волос, щёки — красные. Пуховик кинул, сумку уронил.

— Что случилось-то? — в предвкушении скандала спросила белокурая Света.

— Кто тебя обидел? — размешивая сахар в кофе, полюбопытствовала коллега по проектам Ира.

— Да одна овца на «Рэндже». Начала мне сигналить и орать. Не видит, что я налево поворачиваю? Я ж не просто так стою!

— Симпатичная? — подыграла Света.

— Да какая разница? — Миша с третьей попытки подцепил упавшую на пол сумку. — Если на дорогой машине — можно хамить?

— Ей папа машину купил, — подала голос Лола. — Или папик.

Все начали спорить, стараясь перекричать друг друга, и никто никого не слушал.

Из бухгалтерии вышла Настя. Недовольно поморщилась. Хотела что-то спросить, но, поняв, что попала в эпицентр эмоциональной бури, уже не рискнула.

На мгновение все с осуждением повернулись в её сторону. Правильная до оскомины. Деловой костюм с белой блузой, юбка до середины колена, туфли на каблуках, идеально уложенное каре с чёлкой…

И опять понеслось!

— А ты бы своей не купила?

— Денег нет!

— Сами пусть зарабатывают!

— А кому отдавать, если не детям?

— Я считаю…

— Хамы на крутых тачках!

— А я…

— Да при чём тут это? — громче всех выкрикивала Света. — Будь человеком — и всё!

— А ведут себя так, потому что не заработали! — в тон ей митинговала Лола.

— Нет, потому что неправильное воспитание! — спорила Ира.

— А я… — пытался вставить реплику Миша.

— Дикое общество! Что творится?

— Преступники!

— А я…

— И им за это ничего не будет!

— Им всё просто так достаётся! — негодовала Лола. — Могу поспорить!

— Ну да, — наконец, произнёс Миша. — Вот Дима тоже «Мерседес» жене подарил.

Настя кашлянула.

Все повернулись… и увидели в дверях Диму. В его светло-синих глазах поигрывали черти.

— Подарил. И что?

Голос был таким небрежно-спокойным, что у спорщиков мороз пробежал по коже.

— Ну… — уши у Миши стали алыми. — Она же нормально ездит, я хотел сказать.

— А ты откуда знаешь? — в уголке его губ обозначилась задиристая насмешка.

— Я — гипотетически, Дмитрий Владимирович.

— Я тебе премию в этом месяце выдам гипотетически, — по-дружески пообещал Дима и направился в свой кабинет.

Света обронила вдогонку:

— Дмитрий Владимирович, вот вы всегда всё слышите!

Тот обернулся.

— Ну, я ж не глухой.

— Га-га! — вырвалось у Миши.

Дима смерил его скептическим взглядом. Приценился к причёске.

— Опять лифт попал в зону турбулентности?

— Почему? — Миша недоумённо вытаращил глаза. Испуганно потрогал торчащие вверх волосы. — А, вы об этом…

Все дружно загоготали, и Дима исчез в кабинете.

— А виноват опять я, — печально заключил Миша, собрал разбросанные вещи и побрёл в соседний кабинет заниматься нескучной работой.


***

— Ну, что, Михалыч? Невесту выбирать будем? — в прокуренном кабинете лысоватый мужчина покрутил на верёвочке флэшку. — А?

— Ну кажи, чё там.

Ещё два облака дыма выпущены в атмосферу. Смешались, свились, рассеялись…

Лысоватый воткнул флэшку в компьютер. Прищурился.

— Так-так… Смета проекта. Очень хорошо, очень.

Анатолий надел очки, посмотрел на экран. Цинично зажал сигарету в зубах.

— Ты это, девок показывай. Смета — потом.

Лысоватый щёлкнул по папке с названием: «Девушки». Внутри оказалось ещё одно вложение: «Досье с фото».

— Ой-моёй, как серьёзно-то, — гоготнул Анатолий.

Досье на каждую даму содержало фотографию и сводную таблицу с информацией. «Светлана, 33. Занимается закупками стройматериалов и логистикой. Разведена. Есть дочь, 10 лет». «Ольга, 39. Главный бухгалтер. Замужем. Живёт в Латошинке. Дружит с Д. В.». «Настя, 28. Офис-менеджер. Не замужем. Недавно купила квартиру в ипотеку». «Ирина, 44. Архитектор. Статус неизвестен, чаще работает на дому».

— Не, эта старуха уже, — отмахнулся Анатолий. — Старуху мне не надо.

Всмотрелся в следующий снимок.

— Тоже старуха. Тридцать девять лет! Хотя… Чего пишут про неё? Главбух? Замужем… Не, с замужними — не дружу. А вот эта кто?

— Да она с жирком.

— А эта — тощая.

— И выбрать-то некого! — Анатолий снял очки. Погасил окурок. — После тридцати это ж бабки уже! Ну, вот эта, белая ещё ничего. Вроде, не сильно большая. Смачная. Но вон та — симпатишнее. Но тощая.

— Монету брось, — предложил Петрович. — Орёл или решка.

Анатолий нашёл пятак. Ехидно ухмыльнулся:

— Тощая — орёл, смачная — решка.

Подбросил монету.

— Оп!… Всё, судьба, Петрович!

Глава 3

С пакетом продуктов Мила шла по парковке «Комсомолла». Где она машину-то оставила? Растерянно оглядела многочисленные ряды. Обычно она делала визуальную отметку, а сегодня… Ладно, найдёт. Краем глаза увидела, как в её сторону дёрнулся какой-то мужчина и заторопился следом. Мила прибавила шаг. Оглянулась. Бородатый мужчина в низко надвинутой шапке и пуховике семенил прямо за ней.

Мурашки поползли по спине. Мила сразу вспомнила свой ряд и почти побежала к машине. Незнакомец тоже ускорился. И, как назло, никого на парковке! На ходу Мила нашла ключ от авто, ещё раз обернулась… Бородатый тоже что-то достал из кармана.

Мила бросилась к машине, открыла дверь, швырнула сумку с пакетом… Запрыгнула за руль, еле вставила ключ в зажигание… Мужчина подбежал к «Мерседесу», и Мила защёлкнула замки. Вот он, страшный, как чёрт, дёргает ручку и смотрит в салон ошалелыми глазами. И ничего не говорит. Господи, спасибо, что можно выехать вперёд! Мила воткнула первую передачу и рванула с парковочного места. Глянула в зеркало заднего вида. Пальцы не оторвала маньяку? Чёрт, он бежит за ней! Быстро-то как! Мила нажала на газ и ушла от погони.

Вот это да!

Выехала на Вторую продольную. Мысленно подметила: надо всегда блокировать двери. Что ж за напасть такая, что всем от неё нужно? Кто он, этот бородатый незнакомец?


Впереди за развязкой моста красиво и пафосно светилось огнями огромное здание Волгоград-Сити.


***

Настя бежала за автобусом по скользкому тротуару изо всех сил. Капюшон пуховика свалился, ледяной ветер растрепал волосы. Настя сделала последний рывок к открытым дверям, но… Они закрылись, и автобус поехал. Настя в недоумении протянула руки вслед уезжающему транспорту и осталась на остановке одна.

— Девушка, — услышала она голос откуда-то свыше. — Может, догоним?

Подняла голову. Серебристый джип. Стекло медленно закрывается… И из огромного авто выходит невысокий мужчина.

— Тепло ли тебе девица, тепло ли тебе, красная?

— Мне? — испуганно переспросила Настя. — Холодно, — и накинула капюшон.

— Ушёл автобус? — посочувствовал незнакомец. Он был без головного убора и в чёрном кашемировом пальто. Коротко стриженые светлые волосы кучерявились, как у ягнёнка, а в рыжей бороде спряталась усмешка.

— Может, подвезти тебя? Замёрзнешь ведь.

— Я подожду, тут маршрутки ходят, — отчуждённо ответила Настя и стала смотреть на проспект.

— Да пока они приедут! Ты смотри, уже синяя вся. Хоть согреешься в машине. Я ж не маньяк какой-то, не кусаюсь.

Настя поёжилась. Покосилась на джип. Судя по машине, это не маньяк. Солидный, пальто дорогое. Но кто его знает, чего ему надо?

— Поехали, поехали, — звал мужчина. — Я как увидел, ты за ним бежишь — прям сердце защемило, прости меня господи. Думаю, дай помогу человеку?

— Спасибо, но…

— Чего, но? Красивая девчонка, на автобусе… Неправильно это. Садись, подвезу.

И Настя сдалась.

В джипе было тепло, так, что по коже побежали сладкие мурашки.

— Тебя как звать? — спросил дядечка.

— Настя.

— Настёна, — проговорил мужчина задумчиво. — А меня Анатолий. Учишься? Или работаешь?

— Работаю.

— Кем?

— Менеджером, заявки обрабатываю.

— Во как! — Анатолий достал сигарету, посомневался и положил обратно. — Хорошее это дело, хорошее. Платят прилично?

— Не жалуюсь.

Анатолий опять потянулся к сигарете.

— Если на автобусе ездишь — платят плохо.

Настя невозмутимо пожала плечами:

— Я не умею водить машину. Это — не моё.

— Значит, теперь я тебя возить буду. Добро? — Анатолий щёлкнул зажигалкой, приоткрыл окно. — Телефон дашь? Свожу тебя куда-нибудь на неделе, покормлю. Красавицу.


***

Мила подъехала к бизнес центру затемно. В последнее время вечер вызывал у неё депрессивное состояние. Тьма-тьмущая, хоть и фонари везде светятся, холодно, снега по колено… Лучше бы домой сразу поехала!

Нашла свободное место сбоку от здания, осмотрелась. Чумных мужиков нет поблизости? Извернулась и достала с заднего сиденья небольшую коробочку с партией визиток для сотрудников. Только что из типографии! Сама дизайн разрабатывала. Открыла большую дверь купе и выбралась на мороз. Ох! Зябко!

Добежала до стеклянных дверей, нырнула в холл. Брр! Надо было шапку надеть. А вообще, господин Адамовский мог бы и дома визитки забрать. Мила прошла через турникет и вызвала лифт. Ну ладно, ладно: она приехала сюда ради вида на город с семнадцатого этажа. У Димы из кабинета потрясающий обзор!


Знала бы она, как её встретят…


— Дмитрий Владимирович занят, — вместо приветствия сказала пышная девушка с оранжевыми волосами, и глаза её загорелись откровенной неприязнью. До черноты.

— Я подожду, — дружелюбно улыбнулась Мила.

— Насть, — позвала оранжевая сотрудница недовольным голосом, — займись человеком.

— А ты? — отозвалась из противоположного угла брюнетка с каре, не отрывая голову от компьютера. — В твою компетенцию это не входит?

— Я заказ готовлю. Крупный, между прочим.

— Лол, а я просто так сижу, по-твоему?

— Я не знаю, чем ты там занимаешься, — смакуя каждое слово, неприязненно проговорила Лола.

Мила тем временем набрала номер на телефоне.

— Дим, а я жду тебя… у кабинета.

Дверь через секунду открылась.

— А что не заходишь? — Дима с недоумением посмотрел на Милу, убрал трубку от уха.

— Вы же сказали, что заняты, Дмитрий Владимирович, — с подчеркнутой важностью пояснила Лола и посмотрела на него, как на божество.

— Понятно, — он ошалело закатил глаза. — Пойдём.


… — Опять притащилась! — прошипела Лола. Повернулась к Свете: — Вот что в ней особенного? Ни-че-го!

— Только при Диме так не скажи, — вполголоса предостерегла Света.

— А если скажу?

— Уволит.

— Да ну! — Лола посмаковала своё возражение. Губы, как червячки, развернулись в стервозной улыбке. — Нет такой статьи в Трудовом кодексе.

— Есть или нет, а хозяин — барин, как говорится.

— Спорим, — Лола сделала паузу для важности, — что через месяц на её месте буду я?

— Пфф! — не удержалась от реплики Настя и выглянула из-за монитора.

— А ты сиди там, работай! — цыкнула на неё Лола. — У тебя ж аврал.

— Молчу, молчу, — с тайной улыбкой Настя скрылась за монитором.

— Вот и молчи, — Лола неприязненно посмотрела в её сторону и с важным видом стала что-то пересчитывать на калькуляторе.


…Мила расположилась в кабинете напротив панорамного окна. Чёрный горизонт, мерцающие жёлтые огни. Вид на развязку моста. Фантастика!

— Красиво, да? — заметил Дима. — Чай попьём?

— Давай.

Он достал персональный набор чашек для гостей, включил было чайник… Но обнаружил, что там нет воды. Подхватил, собираясь выйти, но в этот момент зазвонил телефон.

— Мил, налей воды на кухне, — попросил Дима, отвечая на звонок.

— Хорошо, — кивнула она.


За дверью сразу три пары глаз уставились на неё с немым вопросом. Мила, конечно, знала, где взять воды. Но, чтобы не хозяйничать в чужом офисе, поинтересовалась:

— Где у вас можно воды налить?

Девушка за столом слева, та, что с оранжевыми волосами, издала что-то похожее на шипение и недовольно бросила:

— Там!

— Спасибо, — озадаченно поблагодарила Мила и прошла на кухню.

Пока наливала воду из кулера, краем уха прислушалась к продолжению перепалки:

— Ты что себя так ведёшь? — возмущалась, вероятно, Настя.

— Не нравится — оставь мнение при себе, — огрызалась Лола. — Я вам не секретарь.

— А, понятно.

— Что понятно?

Мила поскорее прошла мимо ворчащих сотрудников и скрылась в директорском кабинете.


… — Дим, а вот эта рыжая девушка у тебя чем занимается? — поинтересовалась она между делом, пока тот отбирал свои визитки.

— Лолка? Она по комплектации объектов. Косте в помощь, клиентов ищет. Менеджер, короче, — Дима рассмотрел свою визитку, оценил. Ресницы его часто заморгали: взвешивал какую-то мысль.

— Она, похоже, меня недолюбливает.

— Разве? Ну, Лолка такая, на своей орбите. Но, кстати, менеджер неплохой.

Мила усмехнулась задумчиво:

— То, что у меня получалось не очень хорошо.

Дима отпил кофе. Бросил на неё быстрый взгляд.

— Ты хороший дизайнер.

— Ну, — Мила пожала плечами, — с природой, наверное, не поспоришь. Мне всю жизнь хотелось делать то, что нравится.


За окном мерцала огнями панорама холодного зимнего города.

Глава 4

Дядечка привёз Настю в «Бульвар-кафе».

— Выбирай, не стесняйся, — предложил он, открывая меню.

Настя мучительно долго всматривалась в блюда, цены… спутника. Ему сорок девять лет! Разница между ними в двадцать один год! Коренастый, с бородой, глаза ехидные. Но при этом — солидный. Основательный. Прямолинейный. И ухаживает не слащаво. Конечно, не Костя Литвинов…

— Выбрала?

— Нет ещё…

— Ладно, не торопись, — Анатолий закурил. Помял сигарету в толстых пальцах. — Мясо любишь? Я буду мясо.

— Я его редко ем.

— Зарплату, что ль, не платят?

— Платят.

— А почему не ешь?

— Овощи люблю.

— А я думал, денег нет, — затянулся едким дымом. Выдохнул с усмешкой. — Овощи! Что за еда? Ну, выбрала?

— Я буду «Цезарь» и чизкейк классический, — Настя неуверенно отложила меню. — И чай.

— Может, ещё чего закажешь? — по-отечески предложил Анатолий. — Вон худышка какая. Ты энто, не стесняйся.

И жестом подозвал официантку.

Настя ковыряла салат, стесняясь выглядеть голодной жующей гусеницей, и ела его медленно и понемножку.

Анатолий закурил. Спросил через сигарету в зубах:

— С кем живёшь? С родителями?

— Нет, одна.

— Квартиру купили?

— В ипотеку…

Настя ляпнула, не подумав, и напряглась. Ну всё: вопрос «с кем живёшь?» подразумевает интимное продолжение вечера. Но дядечка почему-то не стал напрашиваться в гости.

— Я тоже один живу.

— Совсем один? — уточнила Настя и, понимая, что это прозвучало глупо, добавила: — Почему?

— Померла жена моя. Болела.

— Сочувствую, — вымолвила Настя и уронила на пол кусочек курицы.

Анатолий не заметил. Жадно выцедил дым из сигареты, выпустил в сторону. Поразмышлял над чем-то.

— Чего на выходные делаешь?

— М-м… — потерялась Настя.

— На дачу поедешь? Шашлыки, то-сё, природа.

Настя с ужасом представила, как её затаскивают в постель.

— А… это далеко?

— Да не боись, у меня комнат много. Выделю аппартаменты, — сбросил серый пепел с кончика сигареты. — С друзьями едем. И девки твоего возраста будут.

— Ну, ладно, — согласилась Настя.


Наступило утро субботы.

«Зачем я согласилась ехать?» — в сто пятый раз думала Настя. Почему не отключила телефон? Почему не заболела? Господи, он же сейчас приедет! И отвезёт её на какую-то дачу за Волгой, с которой она не сможет выбраться.

Настя, конечно, предупредила подругу о предстоящем путешествии. И пообещала звонить ей в случае непредвиденных ситуаций. Но как объяснить, где её искать?

Ну почему нельзя было провести выходные в тёплой квартире под пледом перед телевизором? Одной! Увы… Именно по этой причине подруга настояла, чтобы Настя поехала с Дядечкой. Чтобы не остаться незамужней старухой в ближайшие десять лет.

Сумка собрана. Телефон заряжен. Остаётся только ждать. Может, действительно стоит присмотреться к дядьке получше? И не заморачиваться по поводу разницы в возрасте? Многие так живут. Ну, стоп! Ещё не факт, что у Анатолия серьёзные намерения. Вдруг он позвал её вместо девочки по вызову? Брр! Анатолий — он… своеобразный. Есть в нём что-то и от простецкого мужика, и от авторитарного хозяина. С ним…

Зазвонил телефон. Ну всё, теперь поздно что-либо менять.


Погода удалась. Было солнечно, вчерашний свежий снег искрился и манил побродить по пушистым сугробам. Настя приютилась на заднем сиденье «Лэнд крузера» и беззаботно глазела по сторонам. Рядом с ней разместилась гламурная девица Нелли. Она с ногами взобралась на диван и время от времени рассматривала свои ногти бирюзового цвета.

Настя подумала о том, что ей тоже надо бы сделать маникюр. Только не в таком экстравагантном цвете.

Друг Анатолия, Игорь, был его ровесником. Бритый наголо, с жёсткими морщинами у рта и, практически, без губ. Настолько тонкими они были. Приятели болтали про рыбалку, про охоту, а когда заехали в лес, где были разбросаны дачи, Настя перестала их слушать. Она с интересом стала разглядывать загородный пейзаж. На огромных деревьях клочками висел снег. Всё вокруг было чистым, белым — как в сказке. Дорога петляла то вправо, то влево и Настя уже не пыталась её запомнить. Наконец, они добрались до отдельно стоящего двухэтажного дома.

— Эх, снег чистить придётся! — проговорил Анатолий, разглядывая железные ворота. — Не заеду.

— Да ну его, — отмахнулся Игорь. — Тут брось машину.

И компания принялась выгружать пожитки и пакеты с едой.

Настя не знала, чем ей заняться. Нелли сразу принялась хозяйничать на кухне — вероятно, бывала здесь раньше. Анатолий готовил мангал во дворе. А пока её ни к чему не обязывали, Настя отправилась рассматривать дом.


Дача не выглядела заброшенной на зиму. За ней кто-то следил. В большой гостиной, в которую они попали сразу с улицы, было умеренно тепло, и бревенчатые стены не казались сырыми или промёрзшими. Интерьер напоминал старинный русский сруб. Не хватало побеленной печки. Вместо неё у дальней глухой стены располагался электрокамин. Посередине гостиной — массивный деревянный стол со стульями персон на десять. Рядом с камином — угловой диван из чёрной кожи. Наверное, бывший в употреблении и переправленный на дачу.

Настя украдкой заглянула в кухню. Она была небольшой, почти как в квартире. Оборудована исключительно для готовки.

— Помочь? — спросила Настя.

Нелли отмахнулась ножом в шелухе от лука.

— Нет, гуляй. И так тесно.

— Ладно, — она смущённо попятилась. Ещё разок обошла деревянный стол, потрогала его отполированную, натуральную поверхность. Оглянулась на большое окно. Ух ты! Оно выходило на лес. Настя на цыпочках подбежала к нему и стала смотреть вдаль, через кирпичный забор. Красота! Ели, дубы, запорошенные снегом, золотистые отблески солнца. Наверное, со второго этажа вид ещё лучше.

Настя, входя во вкус незатейливых приключений, стала подниматься на второй этаж по закрученной по спирали деревянной лестнице. Хорошо, что с одной стороны её ограничивает стена! Лестница настолько крутая, что глянешь вниз и упадёшь от потери равновесия. Ступеньки тихо поскрипывали под её осторожными шагами.

Итак… Вот оно! На втором этаже тоже была гостиная, только совсем небольшая, похожая на мансарду. Красота! Какой вид! Заснеженный лес и дорога. Можно присесть вот на этот диванчик, включить камин и смотреть за окно. Настя живо представила чашку кофе на небольшом столике, потрескивание искусственного огня… Ох! Как же ей хочется здесь пожить! Или хотя бы ещё разок-другой вернуться.

Настя продолжила обследование этажа. Шикарно! Несмотря на то, что тесновато. Приоткрыла добротную дверь цвета «орех». Ага, уютная, компактная спальня. Здесь даже телевизор есть. Как в гостинице!

— А где подруга наша? — послышались голоса внизу.

Настя торопливо закрыла дверь и осторожно стала спускаться по лестнице. Тихонько подала голос:

— Я здесь…

— Так: давайте, шустрее, — командовал Анатолий. Бросил на стол скатерть с вышивкой. — Давай, давай, хозяйничай.

И Настя подключилась к общей непонятной суете.


Дядечка очень вкусно готовил мясо. Гостиную на первом этаже сразу заполнил запах жареного шашлыка, терпких солений. Нелли подала отварную картошку с луком в большой чаше. Теперь Настя ничего не боялась и не жалела, что поехала вместе с ними. Анатолий рассказывал байки из жизни, Игорь его дополнял, подшучивал, и Настя поймала себя на том, что уже давно так не смеялась.

После обеда они пошли в лес: Анатолий пообещал показать ей романтику. Он подвыпил, раскраснелся от водки и теперь напролом грёб по свежему снегу в неизвестном направлении. Настя едва за ним поспевала.

— Вот дубы! — широким жестом показал Анатолий направо.

— Ага, — подтвердила Настя, делая секундную передышку.

Но Дядечка уже мчался дальше, вспахивая глубокий снег.

— Вот ели, — показал он налево. — Романтика!

Остановился, огляделся. И отмахнулся:

— А дальше — ничего интересного. Пошли.

И они побрели обратно по протоптанной ими тропе.


Настя представляла себе романтику несколько иначе. Но подумала, что странно было бы ожидать сентиментальных рассказов от такого взрослого и властного мужчины. Впрочем, больше всего Настя опасалась наступления вечера. Вдруг её уволокут в постель? А бежать-то ей некуда! Здесь даже соседей нет.

Сумерки неизбежно приближались.

Компания продолжала пить и закусывать. Настя приютилась на чёрном кожаном диване и читала в телефоне дамский детектив. Стало скучновато.

— Всё, спать, — наконец, скомандовал Анатолий. И позвал Настю наверх.

Ей оставалось лишь смириться с неизбежным. Повинуясь, Настя забралась на мансарду и стала смотреть в чёрное большое окно без штор. Унылый вид! Чернота, звёзды и тоненький месяц. Никакой цивилизации.

Анатолий вынес из комнаты стопку постельного белья и подушку.

— На, стели. Тут спать будешь. А я, энто, пошёл…

Настя с радостью бросила стопку на стул. Боже, спасибо! Она заночует на мансарде, и никто приставать к ней не будет. В предвкушении Настя застелила диван, взяла полотенце и отправилась в душевую на первом этаже. Тихонько спустилась по лестнице, быстро, чтобы хватило горячей воды, приняла душ… И только сейчас увидела над косяком двери наклеенный крест. Вообще, она уже видела парочку: на входе в дом и над окном в комнате. Наверное, освящали помещение. Настя набросила домашний халат и так же неслышно заторопилась на мансарду.

Дверь в спальню Анатолия была закрыта. Настя покосилась на неё с опаской… И с удивлением обнаружила крест, начерченный мелом. Его же не было! Присмотрелась. Кривоватый, крест, нарисованный школьным мелком. Опустила глаза и увидела на полу жирную белую линию. Прямо перед входом. Попятилась. Что это значит?

Стало неуютно. Настя погасила общий свет, дёрнула за цепочку бра над диваном. Забралась под одеяло. Тишина. Из соседней комнаты едва слышался храп Анатолия. В чёрном небе светился тонкий месяц. И на окне не хватало штор. Настя собиралась почитать книжку, но почувствовала огромную усталость. Пора спать.


Едва она задремала, как услышала тихий скрип лестницы. Прислушалась. Дядечка? Опять тихий скрип. Как будто останавливается кто-то на каждой ступеньке. Настя открыла глаза. Темно! Видны перила мансарды, очертания мебели. Надо лишь приподняться и выглянуть из-за стены. Скрип…

— Кто здесь? — хотела спросить Настя, но вместо слов получился лишь полусонный шёпот из скомканных букв.

Скрип…

Настя очнулась и в страхе вскочила на постели. Дёрнула цепочку бра. Тело сжал ужас. Она заставила себя пошевелиться и выглянуть из-за стены.

Никого!

Настя нащупала выключатель и зажгла общий свет. На лестнице и вправду было пусто. Она перекрестилась три раза, как учила её бабушка, подкралась к перилам, глянула на первый этаж. Пусто. Спят все гости.

Настя погасила свет и забралась под одеяло. Показалось. Наверное, Анатолий ходит в своей комнате.

Надо спать.

«Чмоки-чмоки тебя в щёки», — говорил напевный женский голос, и муторный сон смешивался с осознаем, что надо открыть глаза. «Заплету тебе косички… Будем мы с тобой гулять и цветочки собирать…» «Чмоки-чмоки…» Насте снилось, как кто-то копошится в её волосах и прохладным, влажным носом тычется в щёку. «Кошка», — подумала она. Только женский голос приятно и тихо напевал нескончаемый бред. Он всё звучал и звучал… Настя отпихнула одеяло и очнулась. Разомкнула веки.

Темнота. «Нельзя спать», — подумала она. Но время было самое сонное.

Хрустнул потолок. «Неправда», — опровергла Настя и перевернулась набок. Но хруст повторился. И ещё. Словно огромный лесной человек медленно шагал по крыше.

Настя вскочила. Всё притихло. Потолок не провалился, за окном всё та же февральская ночь. Она ещё раз перекрестилась, хотела произнести молитву, но, к своему стыду, ни одной не знала.

— Господи, пусть ничего не происходит, — попросила она и опять уснула.


Пасмурное утро.

Насте совсем не хотелось вставать, но солнечный свет через полупрозрачную облачность заставил её открыть глаза. На мансарде стало прохладно. Все ночные кошмары теперь казались чем-то нереальным. Будто она посмотрела кино и не более.

Гости, наверное, ещё не выбрались из своей комнаты внизу, а во дворе кто-то громко шаркал по земле. Настя подошла к окну, пригляделась. Вот оно что: Анатолий чистит снег лопатой! Что ж, пора собираться.


После позднего завтрака компания стала готовиться к отъезду. Посуда помыта и убрана, остатки еды разложены по контейнерам и пакетам.

— Ну, всё, что ли, Михалыч? — спросил опухший после ночи Игорь.

— Вроде всё, — Анатолий осмотрел дачу, и потащил пакеты на улицу.

Настя вяло побрела следом.

— Как спалось-то на новом месте, Настёна? — спросил Дядечка. — Женихи снились?

— Нет, — она отрицательно покачала головой. — Мне показалось, что по крыше кто-то ходил. Не слышали?

Анатолий крякнул, кидая пакеты в багажник «Лэнд Крузера».

— Да эт снег хрустел. Вон его сколько на крыше. Сползает.

И Настя поняла, что мистические события на даче в лесу ей всего лишь померещились.


Настоящим было только то, что у неё появился старший друг с попечительскими намерениями.

Глава 5

Лола приготовилась осуществить план по соблазнению Димы именно сегодня. Только уехал он из офиса в полдень и ещё не вернулся.

Лола подкрасила губы красной помадой. Полюбовалась на себя в зеркальце: потрясающе! Ярко-оранжевые взлохмаченные волосы, алая водолазка, старые джинсы, в которые сегодня она смогла влезть. И шлёпки. Не забыть бы переобуться, когда Дима приедет! Лола захлопнула пудреницу. Полюбовалась на маникюр с чёрным лаком. Очень, очень эффектно смотрится!


Светлана уже собиралась домой, Настя тоже зачехлилась в свой пуховик, отсчитывая секунды до старта.

— Лол, — окликнула Света. — Ты домой не собираешься, что ли?

— Я задержусь, — Лола с нарочитой важностью переложила под правую руку стопку документов. — У меня контракт на подписании.

— У-у, — проговорила Света с пониманием. — От этого зависит наша зарплата. Ну, до завтра.

В офисе почти никого не осталось. Лола смотрела на часы в ноутбуке, и молилась, чтобы Дима приехал. Ведь он всегда задерживается по вечерам! Пожалуйста, боги!

Из кабинета вышел Костя. В куртке и с ключами от «Хонды». Уезжает! Лола окликнула:

— Константин Валерьевич!

Тот обернулся. На лице появилось удивлённое выражение. Более удивлённое, чем в ожидании вопроса.

— А… Дмитрий Владимирович уже не вернётся?

— Не знаю, — Костя окинул её озадаченным взглядом. — Ничего не говорил.

Ещё раз странно посмотрел под стол и ушёл.

Лола расстроено вздохнула. Значит, не приедет. Весь план разрушен! Придётся ждать завтра… Или послезавтра… Или после-послезавтра… А она так настроилась на решительный шаг сегодня!

Открыла его фото в ноутбуке. Ох, какой же он красавчик! Долго разглядывала под разными углами. Потрогала изображение за нос. Загадала: «Дима, появись!» Нет, не сработало. Может, что-то добавить надо? Как там делают, в сериалах про ведьм? Закрыла глаза, прошептала три раза:

— Дима, появись! Дима, появись! Дима, появись!

И хлопнула в ладоши.

— Зелёных человечков ловим? — вдруг раздался магический голос.

Лола подпрыгнула. А-а-а! Дима! В чёрном пальто! В деловом костюме!

— Сделай мне копию, если не трудно, — не останавливаясь, он положил ей тонкую папку на стол.

— Человечков? — очумело удивилась Лола.

— Гуманоидов, — Дима обернулся. Глаза его перестали моргать; в уголке губ притаился глумливый смешок. Чёрные ресницы опустились на секунду… И с флегматичной усталостью он попросил:

— Я сейчас скину тебе перечень документов по тендеру. Завтра с утра подготовь, хорошо?

— Да-да, подготовлю! Может, вам кофе?

— Нет, спасибо, — ответил Дима. Глянул под стол…

«Тапочки!» — с ужасом вспомнила Лола. Быстро спрятала ноги.

Дима закрыл дверь кабинета.


Лола сделала копии документов, аккуратно собрала все листы по порядку. От волнения ей стало жарко: прямо сейчас она должна соблазнить Диму. Да, сейчас, немедленно! Раз… два… три! Пошла!

Дима сидел за столом и что-то внимательно разглядывал в бумагах. Он уже не читал. Явно, пытался сосредоточиться на тексте. Белая рубашка расстёгнута на несколько пуговиц, без галстука (определенно, не носит), а из-за тёмно-серого цвета костюма глаза его кажутся голубыми. Прохладными. Какой же он! Ах! Нет слов. Совсем нет…

— Я всё сделала, — наконец, произнесла Лола. — Что-нибудь нужно ещё?

— Нет, спасибо, — Дима взглянул вскользь, думая о чём-то своём. Потом разглядел её снова. Озадаченно.

— Ты куда так оделась сегодня?

Лола довольно засмущалась.

— Нравится?

— Как тебе сказать…

— М-м… — улыбка сползла с её лица и губы растерянно подвернулись. — В смысле?

— Неоднозначный вид. Особенно шлёпки. Поменяй их на туфли, пожалуйста.

Лола окаменела. Под кожей прямо по позвоночнику пробежал электрический ток. Дима тем временем спокойно добавил:

— Если пять минут подождёшь — я тебя подвезу, — и вернулся к чтению тендерного задания.

Шаркая ногами, Лола поковыляла из кабинета. Значит, подвезёт… И он растерзал её шлёпки. Радоваться или заплакать?


Дима выглядел уставшим. Просто сказал:

— Идём, — и выключил свет.

Но даже на слабой энергетической волне он завораживал. Забыв про своё унижение, Лола не могла отвести от Димы взгляда. Спокойный. Уверенный. Идёт по парковке, не застёгивая пальто. Как герой фильма! Ну того самого… Про этих… А вот и его чёрная «Ауди» с номером «013». «А6», — прочитала Лола на корме. И дальше какие-то TFSI, и ещё цифры… Впрочем, неважно. Главное, что она знает: номер машины — это день его рожденья, тринадцатое ноября.

— Садись, — предложил он, вместо того, чтобы галантно открыть пассажирскую дверь.

Лола забралась в салон. Как же тут хорошо! Только холодно.

Вспыхнула красная подсветка приборов. Дима молча включил подогрев сидений и стал чего-то ждать. Лола нарушила неловкую тишину:

— Хорошая у вас машина.

— Ну да, — без особых эмоций согласился Дима.

— И вы сегодня так здорово выглядите! Как с обложки!

— Льстишь?

Рассмеялся. В глазах — шальная искра, ловушка для женщин. Спросил:

— Ехать куда?

— Это… — запамятовала Лола. — Сейчас… На Семь ветров.

И назвала адрес.

Дима вырулил на проспект.

— Лучше поехать через «Комсомолл», — начала ориентировать Лола.

Дима спокойно согласился.

— Я знаю. Я там часто бываю.

— По делам?

Он отрицательно покачал головой.

— Жена бывшая там живёт.

Лола ошарашено открыла рот. Как?! Он, с бывшей?

Но Дима пояснил прозаичный мотив:

— За дочкой приезжаю.

— А-а… — вспомнила Лола. Отлегло от сердца. Хотела поддержать беседу, но тема чужих детей была для неё не очень понятной.

Авто быстро поднималось по виражу. Как это круто, оказывается, ездить на дорогой машине! Дима очень уверенный за рулём, ему так идёт этот антураж! Надо срочно идти в автошколу. И попросить Диму научить её водить, как он. Идея Лоле понравилась. Но сначала…

Лола положила руку с чёрными ногтями себе на коленку. Прикинула: оценил маникюр или ещё нет? Проговорила таинственно:

— Дмитрий Владимирович, можно спросить?

— Спрашивай, — тот небрежно пожал плечами, не отрывая взгляд от дороги.

— Мне нужно мнение мужчины со стороны: как вы считаете, я — красивая девушка?

Глаза его перестали моргать; потом стали круглыми. Дима смотрел на перекрёсток, на светофор, и не замечал, что для него уже загорелась зелёная стрелка. Сзади аккуратно посигналили. Он очнулся, повернул налево… Проговорил:

— Ты, Лола, своеобразная девушка. Красота — это дело вкуса, тут нельзя опираться на мнение одного человека. Я могу сказать, что у меня свои предпочтения, и ты можешь обидеться.

— Что-то не так? — голос у неё надломился. — Я вам не нравлюсь?

Дима обалдело поморгал.

— Я же сказал, что обидишься. Ты не в моём вкусе.

Лолу словно подключили в розетку. У неё вся спина стала колючей от электричества. Услышать такое от Димы она никак не ожидала.

— Но почему? Я… Я же красивая! — она развернулась к нему с искренним потрясением.

— Лол, ты просто вынуждаешь меня говорить неприятные вещи.

— Значит, по-вашему, я некрасивая?

Дима ошалело перестал моргать. Фыркнул:

— Лола, у меня свои представления о красоте.

— Какие, Дмитрий Владимирович? Обоснуйте. Вы назвали меня некрасивой, — возмутилась Лола. — По сравнению с кем?

— Во-первых, я так не говорил, — Дима надел отстранённую маску спокойствия. — А во-вторых, я не хочу дискутировать на эту тему.

— А я хочу! — напирала Лола. — Вы мыслите шаблонами!

Он замолчал и сосредоточился на дороге.

— Почему вы молчите? Я права?

— Да права, права, — покривился Дима. — Что ты от меня хочешь?

— Вы мне нравитесь, — выпалила Лола. Нижняя губа, как червячок, свернулась, сжалась нервозно. — Я хочу с вами встречаться.

Дима нервно заржал.

— Ну, это вряд ли.

— Вы меня не знаете, — распалялась она. — Вы просто попробуйте выйти за рамки своих стереотипов. Я — особенная.

— В чём? — Дима округлил глаза, почти наивно глядя перед собой.

— Я умная девушка. Я умею убеждать, и на работе вы это слышите. У меня есть руководящие способности. Я интересный собеседник. Я могу ездить на деловые переговоры вместе с вами. У меня есть индивидуальность. Я не считаю, что должна быть похожа на всех этих одинаковых девиц. Я докажу вам, что девушки в моём стиле — красивее.

— Доказывай. У тебя две минуты.

— Прямо сейчас? — опешила Лола.

Дима пожал плечами. В уголке губ — пренебрежительный изгиб: нет — так нет.

— Ну, — спохватилась Лола, — все эти девушки — они навязаны рекламой. Им не надо быть умными. Вы, мужчины, видите внешность с обложки и влюбляетесь.

Она сделала передышку, чтобы скомпоновать мысли.

— Вот. Девушка может быть высокомерной и пустой, и всё равно будет вам нравиться. Потому что у вас в голове стереотип внешности. А это — неправильно.

Дима нырнул на узкую дорогу. В глазах его появился азартный блеск.

— Согласен. Ну, а вы на что смотрите?

— Мы? — растерялась Лола.

— Да, — он притормозил перед лежачим полицейским с хрустом abs. — Во мне ты что увидела?

— М-м… — Лола наморщила лоб. — Вы очень умный, Дмитрий Владимирович.

— Да ладно! — развлекался тот.

— Уверенный.

— Какой дом? — спросил Дима, окончательно сбивая её с логической цепочки.

— Вон тот, — показала Лола на панельную девятиэтажку. — Там поверните…

Он продолжил её рассуждение:

— Значит, умный и уверенный. Что ещё?

— Вы умеете добиваться целей. Бизнес построили.

— То есть, при деньгах, на хорошей машине, — резюмировал Дима. — А как же внешность?

— Ваша?

— Да, моя.

— Так это… — Лола взволнованно зажестикулировала. — У вас внешность вообще… Идеальная!

— Вот, — подчеркнул Дима, заезжая во двор. — Ты сама доказала обратное. Вы так же смотрите и на внешность, и на статус, и на деньги. Так что, квиты, Лола.

— Но я не то имела в виду!

Дима остановился у первого подъезда.

— А это уже неважно. У тебя было две минуты. Ну, до свиданья?

— Дмитрий Владимирович! — взмолилась Лола.

— Я тороплюсь, правда. Пока, — он будто принципиально не смотрел в её сторону.

— Подождите, вы ошибаетесь, — тараторила Лола, — я вам докажу…

Сзади, как назло, подъехала машина и нетерпеливо заморгала фарами.

— Выходи, мне ехать надо, — наконец, посмотрел на неё Дима, и в его взгляде не было ничего, кроме усталости и равнодушия.

— До свиданья, до завтра, — попрощалась Лола и неуклюже выкарабкалась из дорогого, но до зуда желанного авто.

Дима быстро уехал. Лола ещё несколько секунд смотрела ему вслед, и, так и не собравшись после проигранной битвы, вялой походкой поволоклась домой.

Глава 6

Дима шёл к офису, разглядывая что-то в телефоне. Озадаченно усмехнулся, убрал трубку в карман… И вдруг кто-то схватил его за куртку.

— Молодой человек!

Дима резко повернулся, едва не сбив незнакомца с ног.

— Что надо?

Это был бородатый мужик в очках и шапке. Неряшливый, угловатый. Неприятный.

— Дай десять рублей на проезд!

Испуг в глазах Димы сменился омерзением. Презрительно бросил:

— Заработай! — и пошёл прочь.

— Ты тоже таким будешь! — крикнул вдогонку бородатый.

Дима оглянулся. Злость обожгла его. Секунда — и он метнётся к бродяге, швырнёт его об асфальт… Но только хрустнули пальцы в кулаке. «Не надо», — подсказал ему разум. И погасил эмоции.

— Не буду, — проговорил Дима и вошёл в большую стеклянную дверь бизнес-центра.


Лола учла замечания шефа. Приняла к сведению. Но следовать им не собиралась. Наоборот: пошла в парикмахерскую и коротко постригла волосы. В стиле полного хаоса на голове. Более того: она выкрасила их в белый цвет. Для завершения образа ей сделали татуаж бровей, а на ногтях обновили чёрный лак. Ну всё, Дима: готовься. Лола докажет свою индивидуальность.

Бережно разгладив документы на подпись, она вошла в кабинет директора.

— Здравствуйте, Дмитрий Владимирович.

Тот выковыривал карандаш из-под папок на столе. Повернулся, взглянул… И выронил все папки с карандашом вместе.

— Твою ж дивизию! — вырвалось у него. Кое-как собрал с пола бумаги. — Лола, это ты, что ли?

Та самодовольно заулыбалась.

— Да. Я теперь блондинка.

Дима взглянул на неё с неприкрытым скептицизмом.

— А я подумал, волосы выпали.

Лицо Лолы покрылось красными пятнами.

— А вы… А вы знаете, что? — она возмущённо подбирала слова. — Вы — не добрый!

Дима пожал плечами:

— Ну да. Я — директор. Что-то ещё?

— Вот, — Лола положила ему на стол документы. — Подпишите. Пожалуйста.

Он бросил листы бумаги в общую стопку, глянул с издевательским равнодушием:

— Через полчаса. Я занят, — и отвернулся в свой ноутбук.

— Угу, — буркнула Лола и, сгорбившись от обиды, поплелась прочь из кабинета.


***

После двух неудачных попыток подружиться с директором, Лола решилась пойти к гадалке. Она думала, что её коллега Света настоящий эксперт в этой теме. Но к своему удивлению она ошибалась! Настоящим знатоком крутых гадалок оказался Костя. Именно у него Света выведала все рекомендации, и теперь за компанию с Лолой отправилась чистить карму в надёжное место.

Это была маленькая деревня в городе. Частный сектор. Двадцать минут от центра — и вот он, поразительный контраст. Тихо. Морозно. Маленькие домики. Снег, как на картинке. И солнце — сумеречное, мистическое… Приглушённое.

— Я боюсь, — затормозила Лола перед входом в дом.

— Ну, здрасьте! — воскликнула Света. — Пришли уже.

— А вдруг она скажет что-то… страшное!

— Не скажет.

— Почему? — маленькие глазёнки Лолы вдруг стали невероятно большими.

— Потому что совсем плохое они не говорят.

— Вот этого я и боюсь!

— Лолка, ядерная вошь! Пошли! — Света взяла её под руку. Открыла деревянную калитку и втолкнула подругу во двор.

— Вместе зайдём? Или по одной? — упиралась та.

— Вместе. У тебя секреты, что ль, какие?

— Нет. Но вдруг… аура перемешается? Судьба — это ж индивидуально.

— Не перемешается! — Света втащила Лолу на ступеньки и позвонила в дверь.


Их встретила женщина лет сорока. Жгуче-чёрная. У неё было короткое каре с чёлкой, как на картинках с египетской Клеопатрой и тёмно-красные ногти. Правда, одета она была в самый обыкновенный вязаный свитер и юбку из серого твила.

В полутёмной комнате пахло травами и свечным воском.

— Здрасьте, — Лола испуганно замялась на пороге. — Мы пришли.

— Договаривались с вами, — подсказала белокурая Света и подтолкнула подругу вперёд.

Гадалка жестом указала им на стулья. Угольно-тёмные глаза в упор посмотрели на Лолу.

— Катерина, мне надо… — она неловко поставила пустую трёхлитровую банку на стол, полезла в сумку за телефоном. — Сейчас…

Неуклюже попыталась разблокировать экран, но пальцы три раза попали мимо нужной кнопки.

— В общем, я его люблю и хочу с ним быть, — Лола, нервничая, стала отыскивать фотографию Димы, — а у меня не получается. Помогите. Вот.

Она сунула снимок гадалке.

Катя вздрогнула.

— Что? — испугалась Лола.

Гадалка многозначительно помолчала. Между бровей появились две морщины озабоченности.

— Ты знаешь, кто он?

— Да-а, — протянула Лола растерянно. — Мой директор.

— У него очень сильная энергетика, — проговорила Катя, впадая в транс. — Будет сложно. У него есть женщина. Тёмная.

Лола закивала, в потрясении округляя глазёнки.

— Она сделала порчу, — вещала гадалка.

— Ему?

— Тебе.

У Лолы сердце покрылось ледяными колючками. Она пыталась что-то сказать, но слова пересохли в горле, пальцы задрожали.

— Я сниму её, — успокоила Катя и приступила к лечению.


Лола чувствовала себя так, словно её загипнотизировали. Над головой что-то говорили, выливали, колдовали, а она не смела пошевелиться. Лола готова была терпеть что угодно, лишь бы избавиться от заразы, которую занесла жена Димы. От страха она уже забыла о начальной цели визита. Какая тут любовь, когда её заколдовала и прокляла Мила Адамовская! Змея! Ведь недаром она так на неё смотрела! Лола представила жену Димы: глаза карие, волосы длинные, худая… Ведьма! Наверняка, и Диму заколдовала, чтобы он в неё влюбился!

Гадалка вылила воду в трёхлитровую банку и закрыла пластиковой крышкой.

— Всё.

— Всё? — переспросила Лола. — А он? Влюбится в меня?

Катя с важностью доктора, уже знающего диагноз, прошла на своё место за столом.

— Сначала вылей эту воду в реку. Обязательно! И поставь пять свечей в разных церквях. Сегодня.

— Сегодня? — хором изумились подруги.

— Да. Иначе порча останется.

— Хорошо, — закивала Лола, готовясь стартовать в затяжной марафон. — А он? Как мне с ним…

— Приходи через неделю. И принеси какую-нибудь его вещь.


Лола и Света выкарабкались из такси на Набережной и побежали к реке.

— Щас разобью, щас разобью, — причитала Лола, прижимая к себе банку с отработанной водой. Там — порча! Это — как серная кислота, только хуже! Если хоть капля попадёт на неё…

— Да подожди! — задыхаясь, плелась сзади Света со своей тарой. Выматерилась. — За тобой не угонишься!

— В церковь не успеем! — Лола пошатнулась на замёрзшей ступеньке. — Ох!

Вот она: чёрная река, покрытая у берега тонким льдом.

— А что делать-то? Лёд!

— Выливай, какая разница! — скомандовала Света. Затея с гаданиями, вероятно, её уже утомила.

Лола открыла пластиковую крышку, размахнулась… Да так и выплеснула воду вместе с банкой.

— А-а-а!

Тара ударилась о бетонный парапет и разбилась вдрбезги.

— Всё… — губы у Лолы зашевелились, вывернулись… Задрожали. — Разбила.

Подруга с сарказмом заключила:

— У тебя не только карма кривая, но и руки тоже.

— Не получилось… ы-ы-ы!

— Не реви! — прикрикнула Света.

— Порча-а! — всхлипывала Лола. — Осталась!

Вытерла рукавом слёзы и красный нос, размазала тушь под глазом.

— Ничего, — строго, как мама говорила Света. — Через неделю всё равно к ней идти.

Аккуратно вылила воду из своей банки. Лола заплакала ещё громче. У Светы — получилось! Ни капли не разбрызгала! А она…

— Да замолчи ты! — прикрикнула подруга. — Не истери! Ты сама себя портишь. Глянь, на кого похожа!

— На кого? — рыдала Лола, перепачканная чёрной тушью.

— На дитя пятилетнего.

Света схватила её за рукав и потащила наверх, к дороге, где их ожидала белая «семёрка» такси.

— Я не хочу, бесполезно! — еле волочилась и спотыкалась Лола.

— Не ной! — подруга силой поволокла её к машине. — В одной церкви пять свечей поставим, и хватит.

— Но… как же? — возразила Лола.

— Скажешь, что сделали. Всё, залезай, — скомандовала Света и затолкала её в машину. — Да ползи ты уже, господи!


Машина зарычала прогнившим глушителем и поехала по серой с клочками примёрзшего льда дороге.


Там, внизу, дымилась, парила чёрная вода. Растворяла и уносила своим течением и порчу, и химию, и чьи-то напрасные грёзы.

Глава 7

Весна. Её так долго ждали! И вот она ворвалась, размывая пласты снега, заливая ручьями дороги, тротуары, обнажая сухую траву и мокрую землю. А потом солнце — безжалостно яркое — просушило остатки воды, и стало пыльно и ветрено.


Костя ехал на встречу с Ником. Жарко. Приоткрыл окно. И сразу ледяной ветер швырнул в него комок пыли. Тьфу! Нажал кнопку стеклоподъёмника.

Червячок сомнения всё сильнее свербил в солнечном сплетении. Если он уволится… Дима не простит. Хотя, кто его знает? И если рассуждать здраво: разве обязан Костя работать на него всю оставшуюся жизнь? Свободы — вот чего ему хотелось. Или… безответственности? Люди готовы на что угодно за его должность и зарплату! За это сражаются, ползут наверх, перешагивают через головы и принципы… А Костя разом готов от всего отказаться. Чёрт возьми, ему уже тридцать девять! Пора подумать о стабильности, комфорте. А не начинать всё сначала. Может, не надо, а? Ведь не зря говорят, что лучшее — враг хорошего.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 40
печатная A5
от 362