электронная
252
печатная A5
386
18+
На осколке моря

Бесплатный фрагмент - На осколке моря

Объем:
64 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4490-1743-7
электронная
от 252
печатная A5
от 386

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

========== Часть 1 ==========

Верите ли вы, что в жизни случается сильная, роковая, сумасшедшая любовь? Даже если и «нет» — такое иногда бывает.


Это был самый обычный августовский день.

Солнце припекало, ласкало кожу, будто бы обмазывая персиковым кремом.


Дети резвились у воды, громко смеясь и визжа, а взрослые распивали ледяные коктейли, спрятавшись от жары под зонтики.


Данила бездумно бродил по интернет-пространству, лениво водя пальцами по гладкому экрану своего планшета.

Котировки валют, погода на ближайшие три дня, политический скандал, громкое убийство бюрократа в Москве…

Ничего нового.


На соседнем шезлонге загорала Алина, лёжа на животе и накрыв голову соломенной шляпой. Данила был даже где-то рад, что девушка молчала, потому что общаться с ней было не так просто, как могло показаться. Чем больше узнавал Асимову Черновский, тем сильнее ему хотелось закопать себя в песок. Впрочем, тот день выдался довольно спокойным. Алина была практически ангелом.


И Данила ни за что бы не нарушил её покой, потому что научился ценить минуты тишины и покоя.


Купаться не хотелось, несмотря на то, что бирюза воды симпатично переливалась на солнце.

Коктейль был выпит.

Свежайшие новости прочитаны.


И тут Даниле пришла в голову неплохая идея — смотаться в ближайший «Макдональдс». Алина никогда бы не пошла с ним в такое заведение, а так хотелось побаловать себя чизбургером и картошкой фри, что жуть.


Тихо поднявшись, Черновский отложил планшет на шезлонг, после чего натянул свою футболку-матроску и белые шорты. Нацепив на глаза тёмные солнцезащитные очки, он разобрался с белоснежными летними кроссовками, и двинулся в сторону выхода с пляжа.


«Макдональдс» находился на набережной, забитой туристами. Уже какой день Даня проходил мимо него, ощущая требовательные спазмы желудка. И вот Час Икс настал.

Радуясь своему неожиданному счастью, брюнет вошёл в тёплое помещение. Со всех сторон доносились голоса и смех, а в воздухе стоял запах булочек и кофе.


Но жара… Сломался кондиционер, не иначе.


Ощущая, как ткань футболки прилипла к спине, Черновский героически отстоял очередь.


Конфуз случился уже у самой кассы. Он хотел было открыть рот, чтобы сделать заказ, как стоящая рядом девица дёрнула своим подносом, из-за чего на Данилу полились струи колы и посыпалась картошка фри вместо конфетти. В глазах только что улыбающегося продавца мелькнул ужас.


Девица же ничего не соображала, снова дёрнув руками и взвизгивая:

— Боже, я ваша фанатка!


Несчастный поднос полетел в голову Черновского, ибо неизвестная шатенка подумала, что к чёрту его, заказ, ведь перед ней сам Бердер!


Данила успел подставить ладонь, из-за чего поднос свалился на пол.

Незнакомка мёртвой хваткой вцепилась в рукав стоящего за первой кассой мужчины.


Тот скалился, видимо, не зная, как реагировать на столь бурную реакцию. На нём была чёрная футболка с белыми надписями и бежевые шорты, щёки украшала недельная щетина. Стянув в глаз очки, он что-то негромко сказал девушке.


— Ненормальная, блять, — выплюнул Данила, рассматривая свои испорченные вещи.


На них уже косились почти все посетители ресторана. Продавцы ломанулись из-за стойки: кто-то с любовью накинулся на этого мужика с щетиной, кто-то принялся извиняться перед Черновским.

Девушка дрожала, пытаясь схватить Майкла за руку, а тот уже раздавал автографы, дежурно улыбаясь работникам заведения.


Данила нервно отстранился от приставшей к его футболке в безвольной попытке помочь, продавщицы, и стянул с носа очки, пепеля разгневанным взглядом голливудскую звезду и уже почти теряющую сознание фанатку.


Бердер неожиданно поднял голову. Серый взгляд схлестнулся с карим, словно кубики льда бросили в чашку с горячим шоколадом.


Казалось бы, ничего особенного. Просто взгляд.

Но Данила сморгнул, отворачиваясь.


Что ж, попытка набить живот фастфудом с треском провалилась. Черновский, дабы не наворотить дел из-за негодования, поспешил покинуть заведение. Он и сам не заметил, как по пути на пляж думал уже только о том, в каких фильмах он видел раньше этого актёра, привлёкшего к себе фанатичное внимание многих?


***


— Где ты ходишь? — изогнув чётко прорисованную чёрную бровь, требовательно спросила Алина.


Она недовольно поморщилась, стоило Даниле дежурно чмокнуть её в щеку.


Лёгкий французский сарафан из невесомой голубой ткани теребил тёплый ветер, дующий с моря.


— Да хотел купить минеральной воды, а там только сладкая, — улыбнулся брюнет, стаскивая с себя футболку.

— А почему ты грязный и чем от тебя воняет? — брезгливо поинтересовалась Алина.

— Какой-то придурок перевернул на меня поднос на набережной. А ты куда собралась? — скинув на шезлонг и очки с шортами, двинулся спиной к воде.

— Устала, — всё ещё морщась, ответила девушка, — вечером Элина приезжает, ты ведь помнишь, да? Я не могу выглядеть тускло, нужно отдохнуть и всё такое.

— Окей. Иди отдыхать.


Изогнув бровь пуще, Асимова придержала шляпу, которую вдруг задумал содрать ветер, дабы лишить частички спеси.

Схватив пляжную сумку, она пошлёпала к выходу с пляжа.


Ощутив, как гора свалилась с плеч, Черновский рванул в море.


С наслаждением провалился в него, а когда спустя долгие полчаса развернулся к берегу, то заметил… того самого актёра из ресторана.

Он сидел прямо напротив него на песке в одних шортах и курил. Солнцезащитные очки-авиаторы скрывали глаза, оттого было непонятно, куда именно он смотрит.


Внутренне сконфузившись, Черновский пригладил мокрой ладонью волосы и уплыл на глубину. Он искреннее надеялся, что ирландец уйдёт, но тот, казалось, решил побить рекорд по выкуренным сигаретам.


Пляж постепенно пустел, гранатовое солнце игриво скатывалось к линии горизонта, а Данила тысячу раз успел ощутить себя морским чудовищем.

Бердер уже наклонился вбок и чуть назад, упираясь на локоть. Второй рукой подносил к губам сигарету, делая затяжку, и выпуская облачками терпкий дым.


Сексуальный дым.


========== Часть 2 ==========


«Ладно, пора на сушу. Чего я прячусь, чёрт побери?!» — спустя некоторое время подумал Данила.

Он сам не понимал, почему так разволновался. И это его начинало раздражать.


Поплескавшись в воде ещё какое-то время, парень медленно вышел на берег. Ощущая, как по телу струями бежит прозрачная жидкость, он старался не смотреть на иностранца.


Пройдя к шезлонгу, он взял белое махровое полотенце, промокнул им лицо.


— Говорите по-английски? — неожиданно спросил Бердер, заставляя Данилу обернуться.

— Да.

— Это ведь мы с вами виделись сегодня в ресторане? Неловкая ситуация.

— Да, ерунда.


Майкл медленно поднялся, натянул одежду, стащил с носа очки.


При свете закатного солнца Черновский мог внимательнее рассмотреть красивое лицо с отпечатком усталости. Возле глаз пролегли небольшие привлекательные морщины. Казалось, мужчина отвык смотреть на мир без очков, потому что как-то болезненно щурился.


Второй рукой отряхиваясь от песка, он приблизился к русскому.


— Простите, что так вышло. Идиотский случай.

— Всё в порядке, — сдержанно улыбнувшись, Черновский натянул на мокрые плавки шорты и поспешил разобраться с футболкой.

— Такое иногда случается с актёрами. Если их знают не только на родной земле, — устало улыбнулся в ответ Майкл, с интересом глядя в лицо парня.


Он не понимал, знал тот его или нет. Забалованный вниманием поклонников и прессы, он слегка удивлялся, когда к нему не проявляли должного любопытства, как к известному артисту.


— Забыл, в каком фильме вас видел, — словно читая мысли того, произнёс Данила. Взяв очки с шезлонга, он напялил их на лоб, и принялся обуваться.

— Их немало, — с облегчением ответил ирландец, — но я рад, что вы не один из моих… фанатов.


Русский как-то странно улыбнулся, мельком глянув на актёра снизу.


Несмотря на отсутствие толковой обратной связи, Бердер не спешил уходить. Будто бы некая невидимая сила удерживала его на этом пустынном пляже, наполненном волшебным светом португальского заката.


Данила выпрямился и направился в сторону выхода, нарушая молчание:

— Отдыхаете здесь?

— Да. У меня сейчас небольшой перерыв между съёмок. А вы?

— Я здесь живу уже три года, — парень посмотрел на бледно-розовое небо, медленно шагая рядом с ирландцем, — и мне здесь чертовски нравится.

— Португалия великолепна. Одна из моих любимейших стран, — кивнув, Майкл достал из кармана шорт пачку сигарет и зажигалку, — откуда вы переехали?

— Россия.

— О, так вы русский, — с нотками приятного удивления процедил мужчина сквозь стиснутые зубы, в которых красовалась сигарета.


Вспышка зажигалки — и снова Майкла окутал сексуальный терпкий дымок.


Какое-то время они шли молча.


Несмотря на то, что начинало стремительно темнеть, набережная была полна туристов. Кто-то тихо бренчал на гитаре, напевая португальские песни. Это придавало вечеру романтическую пикантность для тех, кто отдыхали в уличных кафе под открытым небом.


— Вот я давно хотел задать американцам вопрос. А теперь предоставилась такая возможность. Разрешите? — внезапно заговорил Данила.

— Какой же? — выпуская дым носом, с интересом спросил Майкл.

— Почему вы считаете, что выиграли Вторую мировую? Это же бред, — усмехнулся Черновский, задерживаясь взглядом на скрипаче, играющего что-то из Моцарта.

— Наверное, потому что Америка давно враждует с вашей страной? Конкуренция? — казалось, актёр даже слегка озадачился, — хотя, чёрт его знает, я не американец.

— А кто же?

— Ирландец.

— Да какая разница, — хмыкнув, брюнет достал купюру из кармана шорт и бросил её в шляпу скрипача, лежащую на асфальте.


Тот широко улыбнулся, склоняя в благодарности голову, не прекращая при том игры.


Дорога вывела мужчин на широкий проспект, который был уже погружён в пучину вечернего блаженства.


— Вот при других обстоятельствах я бы дал вам в морду, потому что вы только что меня оскорбили, — беззлобно заметил Бердер, бросая на землю окурок.

— Чем это? — изогнул бровь Данила.

— Сказав, что между ирландцами и американцами нет никакой разницы. Это в корне ложное заявление.

— О, прошу прощения, — миролюбиво отозвался русский, вскидывая голову к небу и довольно жмурясь от прохлады, которая была так кстати после жаркого дня.


Бердер задумчиво пробежался взглядом по напряжённой шее спутника.


Звуки скрипки становились всё тише, праздные разговоры таяли.

Проспект был пуст, лишь изредка мимо них проходили случайные прохожие.


— Умеете кататься? — вдруг спросил ирландец, заставляя Черновского взглянуть на себя.

Мужчина стоял возле чёрного новенького байка, с интересом рассматривая спутника.

— Ого, «Харлей», — не без восторга вырвалось у брюнета.

Он приблизился к иностранцу.

— Прокатимся? — с азартом в роскошных арктических глазах спросил вдруг Майкл.

— Что? Угоним? — растерялся брюнет.

— Да без разницы. Садишься? — ловко усевшись на байк, Бердер перешёл на «ты» без всяких лишних церемоний.

Данила не стал тянуть, усаживаясь позади мужчины и отчего-то внутренне смущаясь от такой близости.


Он забыл обо всём, стоило Майклу набрать скорость.

Вечерний ветер бил по лицу, заставляя Даню крепче обнимать актёра за талию. Он ощущал запах его одеколона, смешанный с сигаретными нотками. И сам не заметил, как начал откровенно балдеть от такого коктейля ароматов.


Сперва по обе стороны мелькали разноцветные старинные дома Лиссабона, а затем началось море. Солнце уже село, но на горизонте остался алый след от его губной помады, напоминающий поцелуй на прощание.


Повернув голову вправо, Данила любовался бесконечным покоем воды, замечая вдалеке свет маяка и одинокие корабли. Весь мир был здесь, прямо у него на плечах, на ресницах, на приоткрытых губах…


Только скорость, только свобода.


Наслаждаясь ярким морским пейзажем и буйством ветра, он замечал, как далёкие одинокие корабли подмигивают огоньками, наверное, ища друг друга и зовя. Быть может, они пересекутся посреди беспечного простора волн, а, может, никогда не встретятся. И единственное, что у них останется — это свет, то исчезающий, то появляющийся, как бы говорящий: «ты не одинок».


Они летели прямо в ночь. Синее зеркало неба рассыпало серебро звёзд, будто горсть жемчуга. Море то пряталось, то снова вырисовывалось фиолетовым полотном из-за невысоких мускулистых скал.


Алый след заката исчез.


Лиссабон постепенно утопал в бархатных объятиях пьяной ночи.


Данила задыхался от изобилия приятных ароматов и ветра, терзающего его лицо.


А дорога всё манила и манила…


Байк остановился совершенно неожиданно для Черновского.

Задыхаясь от ощущений, он сполз на землю и ткнулся лицом в колени, переводя дух.


— Всё в порядке? — ощутив ладонь на своём плече, парень поднял совершенно счастливый и пьяный взгляд на Майкла.


Переглядки длились некоторое время, затем актёр убрал руку.

Стараясь отдышаться, Данила поднялся на ноги, с интересом оглядываясь. Знакомая улица.


— Это было просто потрясающе, — произнёс он, наконец, справившись с собой, — только байк… мы его угнали…

Хмыкнув, Бердер вернулся к своему чёрному «другу» и похлопал его по боку:

— Он мой. Так что… угона не было.

— Класс, — искренне рассмеялся брюнет, проводя бездумно ладонью по волосам и с восторгом глядя на мужчину, — а то я уж было подумал… ты отлично водишь, кстати.

— Да, есть немного, — эффектно улыбнувшись во все сорок восемь (так казалось) зубов, Майкл небрежно потёр свою недельную щетину, — зато эта прогулочка останется у тебя в памяти надолго, да?

— О, определённо, — всё ещё счастливо улыбаясь, отозвался Данила.

— Я даже не заметил, как наступила ночь. Впервые за долго время мне бы хотелось, чтобы этот день не кончался, — с лёгкой хрипотцой в голосе добавил Бердер, тепло глядя в карие выразительные глаза.


Данила в тот момент был очень аппетитен: всклокоченные волосы, горящие от воодушевления очи, неровно дыхание…

Зрелище из разряда «роскошно». По крайней мере, так подумалось ирландцу.


И эту очаровательную «роскошь» явно смутила речь актёра, ибо он поспешил отвести взгляд и даже слегка покраснел.


— Далеко живёшь отсюда? — спросил Майкл, снова скалясь в широченной улыбке.

— Нет, мой дом совсем близко. Вон он, — хохотнув, Данила указал подбородком на элегантный двухэтажный коттедж в конце улицы.

— Прям как чувствовал — остановился здесь. Что ж, поеду. Спасибо за компанию.

— И тебе спасибо. Чудесная поездка вышла.


Бердер уселся на байк и медленно поехал по улице, не сводя взгляда с брюнета. И Черновский не смел даже шелохнуться, пока звук «Харлея не стих» вдалеке.


***


Домой он вошёл окрылённым, неровно дышащим от перезабыта чувств.


В гостиной, интерьер которой мог сравниться с лучшими американскими домами, что часто показывают в кино, — горел торшер.


Алина сидела на диване в одной ночнушке, сложив ноги на журнальном стеклянном столике, и пила красное испанское вино прямо из бутылки.

По огромному экрану плазмы крутили мыльную оперу.


— Привет, милая, — разбираясь со шнурками кроссовок, произнёс парень.

— Да пошёл ты к хуям, Черновский.


Парень на миг замер, зажмуриваясь. Да-а, как он мог забыть: Элина… дружеский ужин…


— Солнце, прости, я заснул на пляже, — отбросив кроссовки, Данила рухнул на диван рядом с девушкой, обнимая её за плечи.

— Я, как идиотка, пробыла одна весь вечер. Они все были парами. Теперь будут думать, что у нас что-то не в порядке, пустят слухи… — дёрнув плечом, ядовито проговорила Алина, делая очередной глоток из бутылки.

— Да чёрт с ними. Я дурак, признаю. А ты не увлекайся, — он попытался отобрать вино, но Алина вскочила с дивана, крепко держа «свою прелесть».

— Да пошёл ты.

— Дорогая, иди спать. Ты пьяна. Завтра всё обсудим, — Данила очень постарался улыбнуться.

— Почему у нас всё через жопу, Черновский? Почему тебя никогда нет, когда ты нужен? Где ты шляешься? — взмахивая свободной рукой, нетрезво выкрикнула Асимова.

— Алин…

— Сегодня был особенный вечер. Приезжала моя, блять, сестра. Но ты, сука, не появился, хотя знал, знал всё! Тебе за неделю сказали! — казалось, девушка была готова разбить бутылку о голову Данилы.


Но пока там оставалось хоть немного пойла — она этого не сделает.

Черновский это знал.


— Алина, просто заткнись и иди спать, — уже серьёзно произнёс Даня, начиная терять терпение.

— Что?! А ты не ахуел?! Ты должен извиниться передо мной и не так убого, а с чувством! Чтобы я поверила! Потому что ты поганишь мне жизнь! — замолчав, Алина сделала щедрый глоток вина, — тут была эта стерва Чертанова. Я же говорила тебе, как мне важно утереть ей нос! Она смотрела на меня и ухмылялась! А завтра все будут обсуждать меня!

— Алина…

— Это всё ты! Твоя вина, сволочь!


Резко поднявшись, Данила выхватил бутылку из рук девушки и швырнул её в стену, мгновенно оставляя алый след на бежевой крошке (последний писк). Осколки праздно разлетелись по паркету.

Алина заверещала и закрыла уши.


Не желая больше церемониться, Черновский закинул пьяную подругу на плечо, и потащил в спальню. Её нужно было уложить.


========== Часть 3 ==========


Бердер курил на балконе своего номера, сонно наблюдая за тем, как просыпается Лиссабон.

Чёрт знает, почему, но настроение было отличным. Он уже успел отвыкнуть от столь ярко приподнятого состояния души. И виной тому была встреча с черноволосым русским парнем, который чем-то зацепил. Улыбкой ли, взглядом ли?

Накануне мужчина с трудом уснул, снова и снова прокручивая в голове все детали их небольшого путешествия на байке.

Утром мысли о Даниле не покинули его. Напротив, захотелось снова увидеться. Какие могли быть трудности, если Майкл знал, где тот живёт? Осталось только привести себя в надлежащий вид, выпить чашку кофе и явиться без приглашения.


Выбросив сигарету на асфальт, актёр выпустил последнюю порцию дыма ноздрями и вернулся в номер.

Завалившись на кровать, поставил на грудь белоснежный телефон, набрал короткий номер ресепшен.

Заказав сендвичи, салат и кофе, он закинул руки за голову, с каким-то слащавым блаженством рассматривая лепнину на высоком сиреневом потолке. Кажется, будни потихоньку начинали приобретать очертания чего-то важного и интересного.


***


Данила проснулся от того, что чьи-то холодные руки пробрались ему под футболку и очерчивали торс.

Замычав, он разлепил глаза, видя улыбающееся лицо Асимовой.


— Дорогой, пора вставать.

Вздохнув, парень вплёл пальцы в её волосы и зевнул:

— Прости за вчерашнее. Как я могу искупить вину?

— Я приглядела очень красивые серьги, — намекающе отозвалась Алина, касаясь влажными губами в розовом блеске его губ.

Данила лениво ответил на поцелуй, успевая ответить, что согласен на подобную сделку.


— А теперь мне пора в «Синегорье», там сегодня фэшн-коллекция от Бельдорса, — вполне довольная жизнью, Алина потрепала брюнета по волосам и слезла с кровати.

Потягиваясь, двинулась в сторону ванной, стягивая по пути ночнушку.


Черновский лёг набок, закрыв глаза и попытался заснуть. Но, к сожалению, ничего не вышло. Он слышал, как Асимова одевается, красится, как жуёт виноград и уходит, хлопая дверью. Поражаясь самому себе, он ощутил острый укол раздражения.

Алина, конечно, частенько выбешивала, но обычно на то были веские причины, а сейчас Данилу выводил сам факт её присутствия в доме.


Спустя какое-то время, когда комната ужа пылала от яркости солнца, брюнет вышел на террасу, прихватив по пути пачку с сигаретами и зажигалку.

Зевнув, облокотится локтями на деревянную перекладину и увидел Его.


Бердер сидел на асфальте и перекатывал мяч, разговаривая с местным мальчишкой.

На лице Черновского заиграла улыбка.


Посмеиваясь, он громко обратился к актёру:

— Добрый день. Надеюсь, это не ваш безумный фанат?

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 252
печатная A5
от 386