электронная
90
печатная A5
371
18+
Молодая кровь

Бесплатный фрагмент - Молодая кровь

Объем:
234 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4485-9661-2
электронная
от 90
печатная A5
от 371

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Пролог

Третий год Королевство охвачено войной. Гумм, правитель Южных островов, ради несметных богатств соседа сменил дружескую улыбку на оскал и впился войсками в желаемые территории. События, о которых вскоре пойдет речь, произойдут на западе материка, в портовом городе Маринбург. Его былой помпезный вид остался лишь в воспоминаниях: нищета и улочки, что пропитались запахом нечистот, — вот и все, чем сегодня славится бывшая жемчужина Королевства. Жители молили о спасении, но судьба распорядилась иначе. Этим прекрасным летним днем они и не подозревали, что к их порогам приближается новое несчастье. Всадник в темном облачении был всего в нескольких милях от города.

Глава 1

Середина июля, в полуденный час солнце купало в лучах черепичные крыши, сонливых рыбаков на пристани и попрошаек, выстроившихся меж торговых лавок на площади. Мощеная камнем, площадь Розы находилась в центре Маринбурга и с высоты птичьего полета чем-то походила на осьминога: со стороны материка над ней возвышалась старая крепость, а к морю от нее тянулись извилистые и не очень улочки. На одной из них русый мальчик лет тринадцати изо всех сил пытался взвалить на спину мешок зерна. Третий из десяти, что власти прислали позже обещанного срока. И, хоть извозчик и остановил телегу около приютских дверей, работа от этого полегчала не особо.

Полноватого мужчину на козлах забавляли потуги юнца. Неопрятность свою извозчик дополнил невоспитанностью: еще более вызывая к себе отвращение у ребенка и у прохожих, рассмеялся похрюкивая.

Краем уха мальчик расслышал кряхтение: из дверей приюта сначала показалась сгорбленная спина в черном платье, затем ее обладательница — сестра Мария. Поправляя кистями рук цвета дерева подол одеяния, женщина запричитала:

— Киан, мальчик мой. Да что же ты так надрываешься! — уперев руки в боки, продолжила: — Почему один? Где твои друзья?

— Мадам, — кивнул извозчик, придерживая видавший виды котелок.

Сестра потратила на ответное приветствие всего пару секунд и продолжила: — Где они? Отвечай!

«Ага, так он взял и рассказал, что ребята отправились на рынок за сладостями и, как бы по-мягче выразиться, совершенно без денег».

Поднатужившись, мальчик все же взвалил на себя злосчастный мешок, и, немного подкосившись в коленках, пошатываясь из стороны в сторону побрел в кладовую.

— Молодой человек, я не закончила!
Киан молча скрылся в дверном проем, надеясь, что забывчивая старушка спустит неповиновение с рук.

Сестра Мария недовольно хмыкнула и, бормоча под нос: «Где же эти сорванцы?», отправилась вверх по улице.

За порогом приюта Киана подвела спина — острой болью в пояснице подала сигнал капитуляции, так что мешок пришлось бросить и остаток пути тянуть волоком по дощатому полу.

— Киан! Хочешь воды?
О, этот прекрасный девичий голос мальчик не спутал бы ни с каким другим. Лин, самая старшая и, что уж тут скрывать, самая красивая из приютских девочек, стояла сию минуту позади и держала в руках наполненный до краев ковш. Блики воды плавно гуляли по ее бархатистой коже и вгоняли мальчика в краску.

— Братик, бери смелей! — сказала Лин и звонко рассмеялась.

Киан раскраснелся пуще прежнего, но, не желая показать стеснения, тут же отпустил мешок и сделал шаг навстречу:

— Спасибо, мне сейчас самое то! — поблагодарил он и, принимая ковш, легонько коснулся пальцев Лин. Она сделала вид, что не заметила, а мальчик опустил взгляд и примкнул губами к холодному краю ковша.

— Смешной ты, — сказала девушка. — Много еще работы осталось?
Выпив все до капли, мальчик кивнул и с досадой ответил:

— Много. Скорее бы ребята вернулись, а то еще чуть-чуть и меня самого как этот мешок тащить придется.

— Тогда не буду мешать, работничек, — Лин снова приятно улыбнулась и упорхнула за двери общей трапезной.

«Эх, мне бы еще пару годков», — подумал Киан, выдохнул и поволок мешок на положенное ему место.

Через час зерно лежало в кладовой, близилось время чая, а слегка чумазый и уставший Киан забрался во внутреннем дворе на ветку дуба. Забыв о товарищах, мальчик погрузился в сладостный сон. В его объятиях он гулял около старого дома на Юге и от того сердце мальчика наполнялось радостью. Мамы не было видно, но ему чудился ее прекрасный голос, почти как у Лин, только более чарующий, уверяющий, что здесь и сейчас все хорошо. Вместе с ним гулял и отец — шрам на его лице не был таким заметным и пугающим, как в жизни — мужчина что-то говорил сыну, но в гуле отцовского баритона Киан не мог разобрать и слова. Да особо и не пытался, слишком прекрасна была погода и настроение, чтобы обращать внимание на такие мелочи. Отец опустился на одно колено и взялся ладонями за плечи ребенка:

— Киан, слышишь, что я говорю?
Слух прорезался и следующие слова мальчик различил отчетливо:

— Сын, мамы нет.

— Что ты такое говоришь, пап? Я только что ее слышал! Она в доме!
Отец тоскливо опустил голову:

— Сын, Аннабель больше нет с нами. Три года, как и нашего дома.

— Но…
Потеряв возможность двигаться, мальчик будто врос в землю. Из чувств осталось только зрение: окруженное обугленными деревьями место дома занял выжженный пустырь, погода переменилась на ненастье и отчаянье кривыми отростками потянулось к сердцу ребенка. Дыханье сперло и на щеках заблестели тонкие солоноватые полоски.

— Киан, сынок, — пытаясь вывести из оцепенения, отец тряс мальчика за плечи, — ее нет, но нас двое и мы должны жить дальше. Я далеко от тебя, но…
Киан его более не слушал. Разгорающееся чувство беспомощности брало верх.

— Сейчас я далеко. Но война когда-нибудь закончится, я вернусь и все будет хоро…
В голову Киана что-то ударило: из реальности в сон прорвался круглый предмет и тут же прогнал дремотные грезы. Ощущение короткого полета, приземление. Удар о землю отозвался болью и окончательно пробудил мальчика.

Загораживая дневной свет, над Кианом стояли приютские товарищи и что-то жарко обсуждали:

— Норт, ты опять силы не рассчитал! — возмущался Вилли, темноволосый мальчик в большой — явно на взрослого — клетчатой кепке.

— Яблоком в яблочко! — похлопал сам себе упитанный мальчуган и склонился над Кианом. — Да все с ним в порядке.

— Ты как? — рыжеволосый мальчик по имени Тим протянул Киану руку и помог подняться.

— Я… я в порядке. Как же голова трещит, — Киан потер ушиб и недовольно зыркнул на обидчика: — Ну ты и засранец.

— Следи за словами, — обзывательство задело Норта, — земля то круглая!

— А в приюте ночи темные…

Здоровяк скрестил руки на груди и с улыбкой хмыкнул.

— Закончили? Вот и славно. А теперь, ребята, в столовую, — Вилли ободряюще хлопнул Киана по плечу. — Жаль, что на обед не успели. Но может матушка не заметит пропажи нескольких пирогов, как думаете?

— Заметит, — послышался сзади женский голос. Ребята обернулись и замерли. В дверном проеме стояла высокая, с тронутой сединой шевелюрой, матушка Хелен — гроза мелких хулиганов приюта и округи. — А ну живо в мой кабинет!

Вилли приподнял козырек кепки и почесал лоб:

— Попали.

* * *

Ровно в четыре часа дня к дому бургомистра прибыл всадник. Шляпа надвинута на глаза, ворот приподнят. Мужчина соскочил с лошади, и, привязав ее к ограде, спешно вбежал по ступеням центрального входа. Три стука с равными паузами и двери отворились. Коридор дома еще не освещался — того, кто встретил посетителя, с улицы видно не было.

— Он у себя? — незнакомец шагнул за порог.

— Господин Фарвуд? — дворецкий не сразу признал гостя, только присмотревшись через монокль. — О, это определенно Вы. Прошу за мной.

Из холла на второй этаж вела лестница на два всхода. Ее резные перила в ансамбле с расставленными по залу статуями придавали помещению величественности и без тени скромности подчеркивали статус владельца дома.

— Сюда, пожалуйста, — дворецкий поднялся наверх первым и спешно оглянулся. Каждое мгновение мужчина старался держать гостя в поле зрения — уж слишком хорошо ему была известна репутация господина. Проводив Фарвуда до кабинета бургомистра, дворецкий приник к двери:

— Одну минутку, сэр, — прошептал дворецкий, затем откашлялся и, желая быть услышанным по ту сторону, декламируя произнес: — Господин Фарвуд изволили просить Вашей аудиенции, господин бургомистр.

В голосе и движениях старика гость подметил излишнюю суету: статный, с сединой на висках мужчина, некогда бывалый рубака и дуэлянт, сейчас пресмыкался перед ним и спешно стучал костяшками пальцев в резные двери кабинета сэра Роквила.

— Поправка, — Фарвуда тяготило, что в пустую тратят его время, — я не прошу, а требую. Отойди, Роджер.

Он отстранил дворецкого и затем без стука, пренебрегая всеми правилами этикета, зашел в кабинет.

Сэр Натан смотрел на округу через настежь распахнутое окно. Телосложением мужчина походил на типичного завсегдатая булочной, но властный взгляд и осанка выдавали в этом человеке фигуру посерьезнее. Услышав скрип петель Натан обернулся, и, не обращая внимания на своевольного гостя, резко кивнул дворецкому. Недвусмысленный знак был понят верно: Роджер мигом закрыл дверь и послышались его удаляющиеся шаги.

— Что за спешка, Лэнс? — выдержав короткую паузу, спросил бургомистр и вернулся к созерцанию городской площади.

Фарвуд расстегнул пуговицы дорожного плаща, сел в кресло и, глубоко вдохнув, на выдохе ответил:

— Натан. Предприятие в Бонне провалилось, — сказал он и кулаком припечатал дорожную шляпу к журнальному столику.

Новость явно шокировала Роквила:

— Что за черт? — выкрикнул бургомистр и, прячась от чужих глаз и ушей, спешно закрыл окно. После занял кресло за письменным столом и посмотрел на Фарвуда:

— Выкладывай!

— Это все ищейки из столицы… Серебряный отряд.

— Та-а-к, — протянул Натан и сомкнул ладони перед собой. — Что им известно?

— Толком ничего. Мы успели вывезти, кхм, — на этих словах Лэнс оглянулся на входную дверь, — сам знаешь ЧТО. Еле ноги унесли.

Сэр Роквил откинулся на спинку кресла и задумчиво уставился в потолок. Молчание повисло в воздухе, но ненадолго. Фарвуд не смог усидеть на месте и прервал мысли бургомистра:

— Готов принять нас в Маринбурге?

— Ни за что! — Натан возмущенно всплеснул руками. — Это невозможно, и я напомню тебе, что в самом начале Он принял мое условие — любая поддержка, но только не мой город. Боже, я прямиком угожу на плаху!

— Натан, боюсь, что это не обсуждается. Условия диктует Он. И вот тебе от Него послание, — Фарвуд опустил руку в полы жилета и явил на обозрение конверт.

— Он передал тебе его лично?

— Не будь так наивен. Случись нам встретиться, тут же выстрелил бы ему меж глаз, не раздумывая.

— Ты в своем амплуа.

— Боюсь дня, когда перестану быть полезным.

Натан поднялся с места и взял письмо из рук собеседника:

— Удивляюсь, что сам еще жив, — сказал бургомистр и покрутил конверт на свету.

Лэнс изобразил подобие улыбки:

— И я удивляюсь. Сидишь в своем захудалом городишке, играешь в королевского ставленника, а местные фабриканты повозками прут золотые к себе в закрома — мимо твоего носа! Если бы не Его предложение, ты бы такой роскошной резиденции не отстроил. Хорошо хоть пока справляешься с вверенными обязанностями.

— Пока справляюсь, спасибо. Вернемся к делу.

— Как скажешь. Только сначала прочитай, что пишут. А то теребишь конверт, как письмо от возлюбленной.

Натан вернулся к столу и, воспользовавшись специальным ножом, извлек лист аккуратно сложенной бумаги. Послание он зачитал не сразу — сначала опустил взгляд на нижний край письма. Лэнс говорил правду: Он написал ему лично — собственной рукой поставил инициалы К.А. и печать с изображением пустых песочных часов. Со слов Фарвуда бургомистр уже имел представление о ситуации, потому читал строки без особого интереса — наивно оттягивая время, будто был шанс отказаться. Чувство тревоги проедало все нутро: теперь он будет непосредственно участвовать в действиях, что противоречили его изначальному представлению о сотрудничестве. Раньше все происходило где-то далеко, а связанные с предприятием негативные моменты сглаживались неприличными суммами. Но теперь он боялся, что нет на свете такого количества золота, которое покроет возможные последствия.

— Прочитал? Согласен? — Лэнс выдержал короткую паузу. — Теперь слушай. Времени у нас мало — перебоев с поставками быть не должно. Обозы стоят около деревушки Летта, недалеко от Железного пути. Если рассчитывал, что все затянется, то ошибся. Так вот, с тебя теперь мне нужно только одно — место. Знаю, что есть склады в порту. Так же знаю про заброшенную фабрику. Выбирай, теперь на кону не только моя голова.

Натан подошел к шкафчику со спиртным, взял бутылку бурбона и сделал несколько глотков прямо из горлышка:

— Отравляйтесь в старую крепость, — ответил низким голосом Роквил и вернул бутылку на место: — При строительстве ее связали с городской канализацией тайным проходом, на случай осады.

— Отлично, старик. Ты в деле, как всегда, — Фарвуд поднялся с места и левой рукой надел дорожную шляпу: — Отправляюсь немедленно. Как обоснуемся, жди гонца с деньгами.

— Знаешь, где выход.

— Не забудь сжечь письмо.

— Не учи ученого. Проваливай.

* * *

— Ужина не ждите, вы наказаны! — сестра Мария явно была не в духе: хлопнула дверью в спальню, да так сильно, что мальчики вздрогнули.

Ребята лежали по койкам и тихонько постанывали, ибо раны на мягком месте давали о себе знать из-за любого неосторожного движения.

— Больно надо, — выдавил из себя Вилли.

— Тим, ты — трус, — Норт гневно посмотрел на рыжеволосого товарища. — Только матушка рявкнула, всё и выложил, болван.

Тим не ответил, лишь насупился и обиженно уставился в окно.

— Еще и надулся, ишь какой.

— Да ладно вам, — не смотря на боль, Киан решился сесть на край кровати. — Можно сказать, легко отделались. Нам хоть что-нибудь осталось? А то получить по заднице за просто так совсем не круто.

— Дружище, что было с собой отобрали, — виновато начал Вилли, — но твою долю спрятал сразу!
Глаза Вилли заблестели, мальчик сунул руку под подушку и вынул из под нее большой аппетитный пряник. Тут же на лицах ребят засияли улыбки, Киан махнул рукой и поделился лакомством со всеми — даже с Тимом.

После перекуса компания воспряла духом.

— Чем займемся? — спросил Норт и вытер губы рукавом рубахи.

— Теперь нам ни на улицу нельзя, ни во двор, — Вилли скрестил руки на груди и нахмурился, — а вечером опять дадут тряпки и будем драить полы.

— Да-а-а, — Киан уперся руками в колени и тихонько раскачался. Перспектива провести остаток дня в лишениях и работе совсем не вдохновляла.

— Раз делать нечего, — Вилли надвинул кепку на глаза, вытянулся во весь рост и зевнул: — Предлагаю поспать. А там все само собой решится.

Друзья пожали плечами и последовали примеру товарища.

Глава 2

Прошло две недели. Пожар войны продвигался все дальше и все больше обездоленных бежали на север Королевства. Некоторые забредали в близлежащие к Маринбургу деревни и в приюте появились новые лица. Дети поступали в плачевном состоянии. Власти надеялись, что горячая еда и компания сверстников реабилитируют бедняжек, но на деле происходило иначе. Кто из них не знал своих родителей, тех не мучила боль утраты — они и так существовали сами по себе. Но те из ребят, кто знали вкус семейной жизни, страдали неимоверно: мокрые от слез перины, измученные голодом тела, ибо через ком отчаяния в горле не проходила даже крошка хлеба.

Только напольные часы пробили двенадцать, махая свежим выпуском «Маринбургского Вестника», в приют вбегает Вилли.

Киан в это время носил воду в прачечную и внезапно появившийся на пороге товарищ чуть не сбил его с ног:

— Вилли, осторожней! — крикнул он и, кое-как удержав равновесие, поставил ведра перед с собой.

Вилли на эмоциях жестикулировал, одышка не давала голосу нужной силы и никто из присутствующих в холле не мог разобрать произносимых им слов.

— Да что случилось то?

— Тут это! — Вилли выпрямился и сунул другу под нос первый разворот газеты. — Тут такое!
Киан быстро прошел взглядом по крупно выделенным предложениям: «Маринбург встревожен! На улицах пропадают дети…» и удивленно посмотрел на Вилли.

— Читай вслух, я не все слова знаю, — измазанным в саже пальцем Вилли ткнул в середину страницы. — Здесь!

— Каждый день на Юге пропадают сотни: наши отцы, братья, сыновья. Но Богу видимо мало — начали пропадать и наши дети! Да еще и в стенах родного города! Только за прошедшую неделю без малого девять семей встретили рассвет без своих чад. Рассматривается несколько версий, но подтверждений ни одной из них пока нет. Родители пропавших еле сводят концы с концами и сердечно просят у жителей города помощи. Ниже приведен список ребят и их особые приметы…

— Странно дело, брат, — Киан нахмурил брови и еще с минуту просматривал список.

Вилли подхватил одно из ведер:

— Давай-ка закончим с делами, — предложил он, — а после сходим на улицу, поспрашиваем!

Прошло около получаса. Тим дежурил на кухне, поэтому отправились втроем: Киан, Вилли и Норт.

— Вы куда это намылились? — сказала сестра Мария, перекрыв ребятне выход из приюта.

— Гулять, погодка нынче отличная, — Вилли опустил козырек на глаза, явно не желая пересечься со старухой взглядом.

— Сделаю вид, что поверила. Поручения все выполнили?

— Да, сестра Мария, — ответил Киан, выйдя вперед, — честное слово!

— Ладно. Но, не дай Бог, снова притащите с собой неприятности, я вам покажу!
Мальчики шмыгнули за дверь и быстрыми шагами направились к площади Розы.

— Простых уличных спрашивать толка нет, — остановил Вилли процессию, — они дальше своего носа не видят.

— Тогда куда идем? — спросил Киан и скрестил руки на груди.

— К Котам. Их старший точно в курсе.

— Прости, кто? Коты? — Киан все отлично расслышал, переспросил лишь от того, что название шайки показалось ему смешным.

— Не говорил о них раньше, есть причина, — немного замялся Вилли. — В общем, знаю где живут и говорить с ними буду сам, а то ляпните чего лишнего и надают тумаков. За мной, в порт.

— Но там же постоянно шастает стража? — засомневался Норт.

— Они смышленые — дозорных выставляют. За мной! — скомандовал Вилли и увел ребят в проулок.

Через несколько минут троица добралась до причала. Его безмятежное спокойствие нарушали только крики чаек и шелест мелких камушек под ногами ребят. Вдали, на тихой морской глади, кто-то рыбачил, но кто именно — разглядеть было трудно.

— Не отставайте, — ускорив шаг, крикнул Вилли и на распутье свернул на тропу к подножию утеса.

Через десяток шагов на невысоком дереве Киан приметил движение. В густой листве определенно кто-то прятался и мальчик окликнул Вилли.

— Спокойствие, — ответил он товарищу. Поднял голову и, придерживая козырек, чтобы не слепило солнце, крикнул: — Свои! Нам бы с Томом поговорить!
Полминуты с дерева не раздалось и шороха. Вилли подошел ближе.

— Да свои, говорю!

Шелест листвы и сверху послышался мальчишеский голос:

— Пароль!
Вилли блеснул улыбкой и ответил:

— Блудный кот!
Мальчуган походил на обезьянку, так ловко спускался с дерева, что ребята диву давались:

— Если кров ищете, — ступив на землю, сказал он, — Котам лишние рты не нужны.

— У нас другое дело, — Вилли протянул дозорному ладонь. — Вилли. Тебя как зовут?

Ребята обменялись рукопожатиями.

— Рене. Кто с тобой?

— Здоровяка зовут Норт, второго — Киан, — Вилли приподнял козырек и посмотрел дозорному в глаза: — Веди.

Рене кивнул и повел троицу к береговой линии. По пути ребята краем глаза осмотрели ее обветшалые постройки. А ведь когда-то порт процветал: кто стремился на Юг, должен был оставить здесь монеты за кров, провиант или ремонт. Но, как только началась война, разруха не заставила себя ждать и буквально за пару лет превратила эту часть города в заброшенное место. Теперь в городскую гавань заходили лишь суда королевского флота, да мелкие посудины с товарами первой необходимости. Одни местные потихоньку перебрались вглубь города, другие же со всем своим скарбом отправились искать лучшей жизни на Север.

— Пришли, — сказал Рене и зашел за угол неприметного, завалившегося набок дома.

— Вы все там же, — сказал Вилли и прошел следом.

— Хорошо спрятались, — сказал Киан, наблюдая как Рене расшвыривает груду хлама и открывает взору присутствующих потайную дверь. Год прошел с той поры, как, отправляясь на войну, отец отдал Киана под опеку госпоже Хелен. Мальчик думал, что уж теперь-то знает Маринбург как родной, но оказалось — нет. В городе обнаружился маленький мирок, где свои правила и законы. Теперь придется считаться и с ними.

Рене приложил немало усилий, прежде чем дверь поддалась и явила непроглядную тьму за собой.

— Дальше сами, можешь возвращаться, — сказал Вилли и первым юркнул вниз. Звук приземления мигом дошел до Киана и он тут же сообразил, что подвал совсем неглубок. И, только решил поделиться своим наблюдением, как Норт, приговаривая: «Кто последний, тот девчонка», сиганул в подвал вторым.

Когда Киан присоединился к товарищам, Рене насмешливо хмыкнул и, закрыв проход, оставил ребят в объятиях темноты. Вилли мигом пересек подвал и призвал застывших на месте товарищей поторопиться. В отличие от него, мальчикам место было незнакомо: сначала подождали, пока глаза привыкнут, и только после, спотыкаясь об мусор на полу, отправились следом.

— Пришли, — сообщил Вилли и постучал в массивную дверь перед собой: — Помните, говорить буду я.

Товарищи кивнули, Вилли толкнул дверь и взору троицы открылась большая, освещаемая лампадками, комната.

— Кто такие? — раздавшийся из дальнего угла голос заставил Киана и Норта застыть на месте. Вилли же уверенно сделал шаг вперед и ответил:

— Это я, Вилли. Со мной Киан и Норт.

— Вилли! Сразу и не признал, — на свет показался рослый парень, лет восемнадцати. Чистота лица и рук не очень вписывались в образ бездомного подростка.

— Еще бы.

— Меня зовут Том, — представился парень новым знакомым.

Пока он делал шуточный книксен, Вилли приметил у стены несколько составленных друг на друга ящиков и спавшую рядом группу ребят: расположились на куче тряпья, один из них в больших галошах, остальные босыми. На лицах пробивалась растительность, прибавляя возрасту парней, как минимум, пару лет.

— Прошлой ночью им выпала тяжелая работенка, — Том вернул внимание Вилли на себя. — Вы, полагаю, тоже пришли подзаработать?
«Грабить склады? Нет уж, спасибо», — подумал Киан и перевел взгляд с ящиков на главаря Котов.

— По другому вопросу, Том, — ответил Вилли и снял кепку.

— Тогда не стойте в дверях — проходите. Только говорить будем тихо, пусть парни выспятся.

Том казался неплохим малым, но Киан и Норт еще помнили предостережение и не двинулись с места, пока Вилли не махнул рукой.

— Так с чем пожаловали? — спросил Том и вернулся в свой угол. Вилли решил сесть рядом и обнаружил, что в тени угла Том расположился в кресле:

— Хорошо живешь, — удивился Вилли и продолжил: — К делу. Узнали из «Вестника», что на наших улицах ребята пропадают.

— Наших? — выдержав паузу, уточнил Том. — Ну-ну. И какое домашним до этого дело?

Норт резко перевели взгляд на Вилли.

— Это может случиться с любым из нас… — нотки обиды закрались в голос мальчика.

— Не обобщай. Вряд ли тебя выкрадут из-под юбки Хелен. Мы — другое дело. Нас не замечают. И случись что, на поиски точно никто не поднимется.

Вилли будто иглой ткнули:

— Ты сказал «выкрадут»? — резко спросил он. — Значит это похищения?
Том немного замялся:

— Верно, Вилли, — подтвердил главарь Котов, смерил собеседника серьезным взглядом и продолжил: — Кто — не знаю, иначе привязали бы ему к ногам камень побольше и в море.

Неожиданно в разговор вклинился Киан:

— Откуда знаешь, что это похищения? — спросил он и подошел ближе: — Городская стража до сих пор понять не может…

— Пацан. На то она и стража: чтоб понимать, им на бумаге должно быть написано и печатью заверено. Остальное — неподтвержденные домыслы.

Вилли недобро глянул на товарища, затем продолжил разговор:

— Сколько твоих пропало?

— Вопрос за вопросом, кхм, — Том нашарил под креслом бутыль, аккуратно извлек пробку и утолил мимолетную жажду.

— Ром? — предположил Вилли. — И в ящиках тоже?

— Ага, — Том закупорил бутылку и поставил обратно, — вода в здешних колодцах ничем не лучше помойных стоков. Вкус не важен, главное — притупляет жажду и отбивает заразу.

Вилли крепко сжал кепку и сказал:

— Надо объединиться и найти похитителя!

— Тише, герой, тише, — Том снисходительно улыбнулся. — Малолетки из приюта против похитителя — так и вижу заголовок «Вестника», — главарь Котов изобразил пальцами очертания вывески.

— Не разговаривай со мной как с ребенком! — от вспыхнувшей злости Вилли сжал кепку еще сильнее.

— Остынь, приятель. Что будет известно — сообщи мне, Коты разберутся. А сам… держи ухо востро и не лезь. Дружеский совет вам троим: ночью на улицу ни ногой.

Том замолчал и ребята почувствовали на себе его тяжелый взгляд:

— На этом и закончим, — уже отрешенно сказал Том. — Было приятно познакомиться, Норт, Киан — чудное же у тебя имя. А теперь бегите домой, к своей матушке.

Том явно дал понять, что больше от него ребята ничего не услышат. Не проронив ни звука, троица покинула комнату.

Оказавшись на улице Вилли громко чертыхнулся.

— Ты что, друг? — Киан положил на его плечо руку, а тот отскочил, как ошпаренный.

— Малолетками обзывает. Домашние? Да я такой же, как и он — сирота!

— Вилли, отчасти он прав.

— А ты тут вообще не причем — у тебя есть отец!
Норт не встревал, молча смотрел, как Киан опустил взгляд, выдержал паузу и произнес:

— Не злись. Мы спим на кроватях и едим горячий ужин за так — им это только снится.

До самого вечера мальчики не проронили ни слова. Как бы Вилли не обижался, но приют больше походил на настоящий дом, нежели подвал ветхой развалины.

Глава 3

Глубоким вечером в город пришел дождь и огни фонарей превратились в подрагивающие пятнышки света. Горожане разбежались по своим уютным, теплым после дневной жары домам. А кто не успел или просто не имел своего угла, был вынужден прятаться, где случилось: под козырьком дома или, например, телегой. И как раз под одной из них прямо сейчас лежал мальчик лет восьми. Одежда на нем была вымазаны в грязи, где не хватало кусков ткани наспех заштопано, а то и просто оставлено как есть.

Неожиданно прямо перед носом ребенка появилась пара больших галош.

— Друг, — раздался сипловатый голос сверху, — тут недалеко есть теплое местечко, могу показать.

Мальчик высунул из-под телеги чумазую мордашку и, щурясь от дождя, разглядел говорящего: высокий парень, темные волосы, намокшие вместе с ними лохмотья и мужские галоши на щуплых юношеских ногах — такой же уличный, как и он сам.

— Да не бойся, вылезай, — парень присел на корточки и протянул ребенку правую руку.

Мальчик улыбнулся и ответил тем же. С небольшим усилием, юноша вытащил ребенка наружу и тут же перешел на легкий бег.

— Это отличное место, тебе понравится, — парень ускорился и еще сильней сжал мальчишескую руку.

— Я — Джон, — представился мальчик и тут же, не обращая внимания на залетавшие в рот капли дождя, засыпал вопросами: — А тебя как зовут? Ты с какого района?

— Роб зовут. Гулял… забрел сюда… случайно, — парень отвечал будто на ходу придумывал. — Считай пришли.

Ребята оказались на ступенях входа в городскую канализацию.

— Там закрыто, Роб. Чтоб такие как мы не лазили.

— Не сегодня, — парень толкнул решетку и пропустил мальчика вперед.

— Вот здорово!

Ребенок радостно забежал внутрь и взглядом прошелся от стен канала до мутных вод: в нескольких шагах от себя приметил небольшую лодку, а в ней двух взрослых мужчин: один сидел на веслах, другой курил трубку.

— Роб, тут кто-то есть, — прошептал мальчик и принял насторожился.

— Не бойся, это мои друзья, — парень подошел к ребенку сзади и достал из кармана левую руку, в ней все это время был зажат платок.

— Какие-то странные у тебя друзья. Что они тут…
Роб зажал малышу нос и рот, и простоял так, пока не почувствовал, что сопротивление спало.

— Хорошая работа, — сказал курильщик и не торопясь приблизился к юноше. — Давай его сюда.

Парень исполнил указание, мужчина кивнул и положил добычу в лодку.

После, еще с минуту, Роб провожал удаляющуюся по каналу троицу и мял в руках тряпичное орудие. Внезапно проснувшаяся совесть озадачила его обычно пустую голову моральным выбором. Спустя еще минуту юноша достал из кармана маленький пузырек и, откупорив, смочил платок его содержимым — выбор сделан, а значит работа еще не окончена. И сколько еще таких мальчиков ему предстояло встретить на улицах ночного Маринбурга, известно было только Всевышнему.

* * *

На следующий день, после обеда, Вилли собрал товарищей на чердаке:

— Ночью пропал еще один, — сказал он, смахнув с огромного сундука пыль и сев на его плоскую крышку.

— Откуда знаешь? В газете ничего не было, — сказал Норт, и засунул палец в нос. Товарищи брезгливо фыркнули, но здоровяку было совершенно наплевать. — Враки, наверное.

Киан перевел взгляд с закутанной в паутину птичьей клетки на рыжеволосого товарища:

— Ничего не враки. Тим, скажи!

— У меня есть знакомый мальчик, Артур, — Тим мял в руках кусок глины. — Знаете его младшего? Джона? Вчера домой не вернулся. Родители к властям еще не обращались… надеются, что просто загулялся.

— Да так и есть. Вернется, как пить дать, — стоял Норт на своем, продолжая отвратительное занятие.

— Как пить дать ты дурак, — не выдержал Киан, — уже столько детей пропало, а ты все никак не поймешь: в городе творится что-то ужасное!

— Пока его самого не сцапают, не поверит, — тихим голосом поддержал Тим.

— Я-то ночами не шастаю, — пробурчал Норт.

— Боишься? — с издевкой поинтересовался Киан.

— Опасаюсь.

— Плевать на слова Тома, — нахмурил брови Вилли. — Мы должны что-то предпринять. Не могу сидеть сложа руки, когда такое происходит!

— Полностью «за»! Но что мы можем? — развел руками Киан.

— Ты же не хочешь, чтобы мы вышли ночью на улицу, правда? — Тим боялся столь очевидного для присутствующих ответа.

— Вместе нельзя, — задумчиво ответил Вилли, — и по-одному — не вариант.

— Мы можем прикрывать друг друга, незаметно, — развил идею Киан.

— Вот, теперь похоже на план, — улыбнулся Норт и хлопнул себя по коленям.

— Здоровяк, а ты не струсишь, когда одного из нас схватят? — Вилли пристально посмотрел на Норта и, спрыгнув с сундука, подошел ближе.

— Один — может и да. А вот с крепкой палкой в руках — вряд ли.

Ребята дружно рассмеялись, после чего Киан подошел к Тиму и сказал:

— Рыжий со мной. Если что, сам, а подмогнет — еще лучше. А ты, Норт, пойдешь с Вилли. Он хоть и храбрый, но мелковат. Не обижайся, друг.

Ребята переглянулись и Вилли подвел итог тайного собрания:

— Значит решено, идем парами. Осталось только придумать, как выбраться из приюта после отбоя.

* * *

Полночь. Напихав вещей под одеяла, троица спустилась к выходу. Вилли осмотрел товарищей и прошептал:

— Так, ребята. Веревки взяли, палку…

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 90
печатная A5
от 371