электронная
216
аудиокнига
36
18+
Магазин Желаний

Бесплатный фрагмент - Магазин Желаний

Книга 1. Эмоциональный Дневник


4.8
Объем:
252 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-0050-0556-4
электронная
от 216
аудиокнига
от 36

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Нашей Алисе

От автора

Привет!

В этот дневник вошли события, которые происходили в моей жизни с 2016 по 2018 годы. Здесь, как впрочем и в других своих книгах, я раскрываю методы, которые испробовал на себе и делюсь результатами и опытом исключительно для пользы науки и для тебя лично, (если, конечно, ты имеешь достаточно смелости поставить на себе эти необычные эксперименты). Однако, нет гарантии, что ты останешься прежними. Помни, каждый сам за себя несет ответственность. Мы причина, наша жизнь — следствие.

Ты, возможно, удивлен почему именно мой дневник оказался сейчас в твоих руках. Поверь, я удивлен этому не меньше тебя. Но раз уж этот конфуз произошел, дай мне пару минут и я отвечу на вопрос: что же во мне такого, почему эта книга достойна твоего внимания?

В этот роман я вложил свои эмоции и опыт. На мой взгляд, получилось гениально. Перед тобой откровенный дневник — он не только о беспорядочном сексе, сравнительно нечестных способах ведения бизнеса и экспериментах с запрещенными препаратами, но и том, как я начинал простым курьером, без денег, без амбиций и без перспектив. Я весил 100 килограммов и при этом умудрялся колесить на своем велике по центру Монреаля доставляя посылки в своем потертом от старости рюкзаке.

Потом я устроился работать на телеканал, снимал сюжеты о «колдунах и экстрасенсах», выводя этих аферистов на чистую воду. Но не все «герои» моих репортажей были невменяемы, попадались и прикольные перцы. Как, например, мистер Бёрч. Он научил меня одному методу, по которому я поставил над собой эксперимент и с тех пор все пошло иначе.

Я потерял работу, начал бухать, бежал «от себя» из Монреаля в Бразилию, откуда так же сбежал. Мне почему-то везде не везло. Ну, почти везде. Я всё тебе расскажу. И этот мой негативный опыт пригодиться тебе больше, чем слащавые рассказы «эксперта» о том, как заработать миллион.

С тех пор я так и бегаю. От себя — в поиске себя и своего счастья. Хотя, как говорил мистер Бёрч, счастье не в «доме на берегу океана», счастье — внутри нашего сердца. Банально?

Не буду скрывать, я конечно добавил вымышленные детали, но лишь самую малость, для предания щепотки драматизма моим историям. Чтобы ты, дорогой читатель, не уснул и… возвращался к моей очередной книге.

Но в основном, все события реально происходили со мной. Именно поэтому я не называю свое настоящее имя. Я изменил имена персонажей, некоторые места действия и названия компаний. В общем, пока я себя скрываю, могу быть с тобой предельно открытым. Все ради тебя и ради твоего развлечения!

И в заключении. Если ты меня спросишь, что самое важно я вынес из своих приключений? Отвечу так, я понял одну истину: любое желание имеет свою цену. И если желание не исполнено, значит оно еще не оплачено. Поэтому путешествие продолжается. Присоединяйся.

Твой А. С.

Часть первая.
Дневник Негативных Эмоций

Запись 1

14 Февраля 2017, Монреаль.

Было около 11 часов вечера. День Святого Валентина уже завершался. Я ехал по закоулкам города, избегая центральных улиц. Это был мой проверенный «пьяный маршрут» — отрезок пути от пункта А до пункта Б, при прохождении которого остается лишь минимальная вероятность натолкнуться на полицейский заслон. В Монреале по вечерам (и особенно в праздничные дни), частенько можно встретить пикеты служителей правопорядка на центральных улицах и съездах с хайвеев. Задача копов — вычленять из потока машин подозрительные авто, а затем останавливать их и задавать водителям простой вопрос: «Сэр, вы сегодня пили?» При этом они обязательно засунут свой нос в салон и принюхаются, что, конечно, логично. Зимой все ездят с закрытыми окнами, и, если водитель немного выпил, будьте уверены — запах алкоголя уж точно не останется незамеченным. А дальше все просто: наручники, полицейский участок, суд и лишение прав на пару лет. Держа в голове все это, я ехал в ночной клуб «Рай». И был весьма и весьма пьян.

Метель уже закончилась, но снегоуборочные машины будут расчищать завалы всю предстоящую ночь. И как показывает практика, на утро еще можно будет ожидать заторы из-за огромных завалов по обочинам дороги. Это вообще был снежный год, а как говорит моя мама, «снег, сынок, это к деньгам» (она, кстати, так же говорит и про дождь). В детстве я все думал о том, что если это так работает, тогда какие же богатые люди должны жить где-то на севере.

Несмотря на постоянные снегопады и гололедицу, народ в большинстве своем продолжал отчего-то ездить на обычной резине, то есть не зимней на шипах, как принято в это время года, а на той же самой, что и летом. Возможно, так сложилось по причине всеобщей экономии. В прошлом году многие потеряли работу, страна в целом погрузилась в экономический кризис, который лично я сам тоже еще долго буду помнить. Это обстоятельство, вернее эта странная особенность местных — передвигаться по скользкой дороге на летней резине — и послужила началом череды событий, о которых я и хотел бы рассказать.


Итак, вероятность встречи с полицией была, действительно, минимальна, но в жизни часто происходят события, хорошие и не очень, вероятность наступления которых невероятно мала. В общем, я поздно увидел полицейскую машину, припаркованную за углом дома так, что только с дороги был виден только капот, да и тот не целиком. Я сконцентрировался мгновенно, но, когда с серьезным видом проезжал мимо, полицейский все же дал знак остановиться. Чуть замедлившись, я съехал на обочину, остановился и приоткрыл окно. Возможно, алкоголь, а, может быть, и усталость от тех обстоятельств, которые произошли в течение дня, повлияли на мое странное решение. В боковом зеркале я увидел, как коп неспешно направляется ко мне. И когда он достаточно далеко отошел от своей машины, практически вплотную подойдя к моей, я хлестким щелчком каблука вдарил по педали газа. Машину немного занесло влево, но я справился с управлением и, стремительно набирая скорость, умчался прочь от нерасторопного служителя закона. Зачем я это сделал? Не знаю, как будто каким-то мистическим образом нога самопроизвольно нажала на газ, я даже не успел прикинуть все варианты исхода этого события. «Просто так вышло», — вот вам мой ответ.

Отделаться легким испугом не вышло. Когда я было решил, что выкрутился, увидел в зеркале заднего вида мелькание сирены. В кино погоня обычно длится достаточно долго, примерно 5—10 минут экранного времени. Это все потому, что трюки с обгонами, проездом по встречке и разворотами вполне эффектно смотрятся на большом экране кинотеатра. В обычной жизни все блекло и обыденно до серой скуки. В моем случае, к примеру, преследование заняло всего пару минут и столько же кварталов. Отчасти дело оказалось еще и в том, что сцепление летней шины на зимней дороге не всегда равномерно. Зимой водитель должен соблюдать осторожность в любом случае. А когда уходишь от полиции, да еще и на «лысеющих» покрышках, мечтающих о знойном июле, нет возможности задуматься о тонкостях поведения авто в сложных погодных условиях. К тому же алкогольное опьянение само по себе заметно снижает концентрацию и скорость реакции. Короче, при входе в поворот я неверно оценил ситуацию. Зад машины занесло, и вместо того, чтобы повернуть руль в сторону заноса, как и положено, я убрал ногу с педали акселератора и ударил по тормозам. Тачку дернуло и бросило в отбойник. Удар оказался не сильный — лишь по касательной, но я остановился.

Сработала подушка безопасности. Кто бы знал, что в моем «Понтиаке» 95-го года выпуска, купленном месяц назад за скромную тысячу долларов на какой-то свалке подержанного хлама, она была предусмотрена. Я на автомате кое-как выбрался из машины и поднял руки вверх. Теперь можно было ближе рассмотреть полицейского, который также вышел из авто и, несмотря на гололед, довольно ровно бежал ко мне. Блюстителем закона оказалась молодая белая женщина. Приблизившись на расстояние пяти шагов, она направила на меня пистолет. Ее напарник, коренастый чернокожий мужчина, подошел через полминуты и молча застегнул «браслеты» у меня за спиной. Оба вели себя корректно, без резких движений и крика поинтересовались, как я себя чувствую после аварии, зачитали мои права и посадили на заднее сидение своей машины, что все еще сверкала красно-синими «мигалками».

Через несколько минут, пока копы заполняли какие-то бумаги, прибыл эвакуатор — мою тачку погрузили на платформу и увезли в неизвестном направлении. Они потом выставят мне солидный счет за эту транспортировку, на котором и будет указано, где именно ее забирать. Вообще, ребята знают свое дело. Всегда удивлялся, как они умудряются приезжать на места столкновений, считай, одновременно, а то, бывает, и раньше полиции. Такие вечно дежурят на съездах, перекрестках. Стоят и ждут, как рыбак клёва. Да, ребята знают «рыбные места» — локации, где чаще всего происходят ДТП, и плюс к этому — умело пользуются прогнозом погоды. Вот уж у кого снегопад всегда к деньгам. Молча ждут, пьют чай из термоса, слушают музыку или трансляцию матча, а еще неспешно курят и следят за ситуацией на полицейской волне. А затем, чуть что — мгновенно реагируют на сообщение о столкновении, и первыми прибывают на место, чтобы заработать свои пару сотен. Это, должно быть, азартные люди…

Об этом я думал, пока меня везли в участок. На заднем сидении полицейской машины оказалось не так уж и много места. Чем-то воняло, и отчего-то было до одури жарко. Адреналин, страх неизвестности, алкоголь и закрытое пространство послужили причиной начала паники. Я стал задыхаться и принялся (признаю — возможно, слишком настойчиво) их умолять приоткрыть окно. Мне просто надо было разомкнуть пространство и продышаться. Бравые ребята меня не поняли, а может, и не хотели понимать. Итог переговоров — женщина пригрозила электрошоком. Тут мне стало совсем страшно и начало тошнить прямо на месте. Несколько секунд, и я заблевал их и без того вонючий салон. Ну, предупреждал же…


В кабинете психолога. Наши дни


— Я часто вижу сон, будто иду по улице, и люди обращают на меня внимание. Останавливаюсь. Опускаю взгляд и понимаю, я — голый. Мне стыдно и страшно от того, что могут подумать окружающие. Не могу вспомнить, что было до этого момента, как будто спал и вдруг проснулся… во сне.

— Хм… По Фрейду, появиться голым в людном месте снится человеку тогда, когда он делает непростой выбор.

— Выбор? Вся жизнь выбор. — Вздохнул я. — За каждое желание мне приходится чем-то платить. И проблема ещё в том, что за исполнением одного сразу следует другое. Получается, любое желание проходит?

— Определенно. Чтобы понять эту простую истину, я рекомендую начать прислушиваться к ощущениям в теле. Вы будете удивлены, желание почесать нос быстро проходит само собой, — предложила психолог, чьё имя вы, быть может, слышали — Стефани Гросс, достаточно известный специалист в Калифорнии.

— Да, да. «Желания, как и ощущения в теле, непостоянны», — процитировал я учителей Востока, — но мне не понять, почему стремление во чтобы то ни стало достичь заветной цели мудрецы считают глупостью.

— Когда я училась в университете, один преподаватель посоветовал студентам использовать простой прием. Надо всего лишь записывать свои эмоции и желания в блокнот, и от случая к случаю его перечитывать. Помню, я была поражена, как заветное желание или сильная эмоция проходили со временем, не оставляя и следа. Порой читаешь текст, написанный собственной рукой, и дивишься тому, как это могло раньше иметь значение. И так происходило с большинством моих желаний, но в тот момент я готова была отдать все ради них, разве это не глупо?

— Блокнот, говорите, а ноутбук подойдет?

Стефани слегка улыбнулась.

— Кстати, я вам не говорил, что пишу книгу?

— Нет, — она еле заметно приподняла бровь, — и о чем же она?

— Это роман. В последние годы никак не мог найти, что почитать. Чтобы история интересная, да и стиль изложения тоже на уровне. Вы знаете, что ни начну — ничего не трогает. Вот и решил сам написать, чтобы было, что толкового полистать на досуге.

— Смешно…

— Пока, к слову, все идет неплохо. Постепенно вырисовывается психологический портрет героя — эдакого алкоголика и банкрота, который одержим идеей заработать миллион. На пути к цели он теряет сначала совесть, а затем и покой, чтобы наконец предстать перед читателем унылым персонажем без шанса на возрождение. Однако одно обстоятельство все же превращает его в успешного героя. К сожалению, по итогу деньги не приносят ему счастья, и в результате он оказывается на приеме у психолога.

— Но, послушайте, подобных историй много, что нового ваш герой может сказать миру?

— А разве сейчас можно сказать что-то новое? На мой взгляд, важно, не что именно говоришь, а как именно рассказываешь. Знаю-знаю, — я картинно поднял руки как бы сдаваясь, — удается такое единицам, но при этом я верю в свою звезду. И, как любит повторять моя мама, «чудо, доступное одному, доступно всем».

Она пару мгновений молчала.

— Предлагаю вам совместить приятное с полезным. Пишите роман в виде эмоционального дневника или, как еще говорят, дневника чувств. Номеруйте записи, указывайте дату и место, описывайте события, чувства или эмоции, которые испытал ваш герой. Пишите, не выбирая слова, без стыда и оглядки. Вы же не про себя пишете, а про «того парня».

— Думаете? Но не слишком ли жестко откровенно выставлять тайные мысли для всеобщего обозрения?

— Только так можно увидеть свои действия со стороны и осознать свои истинные мотивы. Пишите. А потом перечитывайте. Хоть какая-то польза будет от вашего романа.

— И с чего же начать этот дневник? Может с того как главный персонаж оказался в полной заднице, потерял работу и попал в полицейский участок, уходя от погони?

— Возможно, но я бы начала, скажем, за пару лет до этого события. И учтите, роман в виде дневника — это достаточно объемный материал, не стоит торопиться. Рекомендую начать с события, которое послужило началом трансформации главного героя. — предложила Стефани.

— Дайте-ка подумать, — мой взгляд устремился вдаль, — пожалуй, лучше всего начать с момента, как он купил велосипед.

— Это… это существенная деталь?

— Ну, смотрите сами. Покупка велика помогла ему устроиться на работу, что, в свою очередь, привело к поступлению в институт и, как следствие, его выбору работать на себя после его окончания. Он взял кредит, создал компанию, обрел успех, а за ним был провал. В результате мой герой попал в довольно скверную историю. Короче, если бы он не купил тогда велосипед, то не оказался бы в заднице. Причина, на мой взгляд, породила следствие.

— Мне кажется, что с велосипедом вы преувеличиваете…


Запись 2

Меня зовут Александр Спик. Я родился в июле 1985 года и полностью соответствовал своему знаку зодиака. Амбициозный, замкнутый, любящий воду и ненавидящий суету. Так же, как и положено всем Ракам, я любил свою раковину, в которой жил вместе с мамой и сыном-подростком. Квартира была мамина, на свою жилплощадь рассчитывать не приходилось по причине отсутствия постоянной работы и боязни брать ипотеку. Ну не мог я себе представить, как жить с обязательствами некислой ежемесячной выплаты по кредиту. А что, если что-то случится? В моем воображении вечно рисовались страшные картины внезапных увольнений, скитаний по биржам труда и жизни на пособие по безработице. В общем, я был боязливый Рак — без какой-либо предпринимательской инициативы.

В целом, жить с мамой было хорошо, правда, одно обстоятельство плохо на мне отражалось — она реально вкусно готовила, а я не знал меры в еде. По квартире ходил упитанный Рак, поедающий все, что оставалось не убранным в холодильник. Как говорил про меня друг по имени БВ, я был в ту пору как рыба в аквариуме во время кормления — каждый раз, когда открывался рот, туда попадала еда.

Говорят, углевод — это вид наркотика. Наша традиционная семейная кухня, в основном, состояла именно из них. Чем больше ешь — тем больше хочется. Картошечка разного типа приготовления, макароны всевозможных сортов, булочки, аромат которых сводил с ума. Все сдобрено маслом, майонезом или джемом. Но если макароны — это хотя бы легкие наркотики, то тортики и иные сладости — тяжелая дурь, которой заканчивался каждый прием пиши. Два-три раза в день — без выходных и праздников. Таким образом, углеводная зависимостиь привела меня в состояние, когда вес превысил все расчетные показатели нормы — на добрые 30 килограмм. При росте 170 см я весил почти 100 кг, каково, а? «Почти» — ключевое слово. Ровно центнер или больше я никогда не видел на своих весах во время утренних замеров. Хотя кого я обманываю? Ежу понятно, что если взвешиваться утром, без трусов и на весах 99, то явно вчера вечером в пижаме я мог бы пробить историческую или, как еще говорят, психологическую отметку в 100 кг.

Пробовал ли похудеть? Конечно! Но в период очередной диеты становился злой, как уличный пес. Дома возникало напряжение, от которого страдали родные и я сам. Пробовал заниматься спортом, конечно. Но от этого бесполезного занятия разгорался такой аппетит, что потом съедалось сильно больше калорий, чем мой организм успевал сжигать. Человек, у которого лишних 10 кг, не поймет человека с 30 лишними кило, вот что я скажу вам. Десятку можно еще носить с собой. С таким грузом не утрачивается способность бегать или, скажем, кататься на велосипеде. Но с 30-ю лишними кило — уже при беге страдают стопы и коленные суставы, ломит спину и хрустит шея. Однако, кроме кардионагрузки на беговой дорожке ничто другое на снижение веса не влияло. Фитнес-инструкторы об этом так напрямую и говорили. А еще о том, что устойчивый результат возможен только если кроме тренировок «мы сядем на жесткую диету». Почему мы? Вот вы сами и садитесь. А мне, чтобы похудеть, надо было просто съехать с маминой квартиры. Надо-то надо, но куда я с сыном поеду жить?

Кстати, о сыне. Мы развелись с женой, которую, к слову, звали Каролина, в 2016, когда ему было 12. После дюжины лет совместной жизни, такое вот совпадение. Поженились мы рано — ей едва исполнилось 18, я был на год старше. Ко дню свадьбы невеста уже была на третьем месяце беременности. Мы поэтому, собственно, и поженились. А за год до бракосочетания, мы одновременно потеряли девственность. В одной постели, в одно мгновение — друг с другом. Все, как в любовных романах — романтика, яркие чувства и любовь до гроба. Так нам, подросткам, тогда казалось. Почему развелись? Я бы поставил вопрос по-другому: отчего мы прожили 12 лет вместе, так и не став близкими людьми? Ответа нет. Просто такой первый эксперимент. Неудачный, и затянувшийся. Мы попробовали — не наше. Вот и разошлись. Быть может, кто-то спросит — все 12 лет пробовали? Я же говорю — Рак я, а значит, не люблю перемен. Вот и тянул с решением до последнего. Но это я отвлекся, моя история началась с покупки велосипеда…


Апрель 2014, Монреаль.


Я люблю кататься на велосипеде. Только, правда, в фитнес-клубе. Сидишь, крутишь себе педали и смотришь очередной телесериал на мониторе. Возможно, велик — моя страсть. Как-то раз мне пришла в голову эта мысль, и следующим шагом стало приобретение дорожного велосипеда. Без обсуждения с женой и планирования семейного бюджета — сделал импульсивную покупку, как говорят. Металлический красавец статно стоял на витрине веломагазина, удержаться не было сил. Кредитная карта VISA, с небольшим запасом по лимиту, помогла осуществить мечту.

Теперь нужно было как-то оправдать свою покупку перед женой, и я соврал, что велик (вообще, среди нас, профессионалов, правильно говорить «вел») мне нужен, чтобы ездить на новую престижную работу, куда меня приняли по результату конкурса. На самом деле, в солидную компанию я, действительно, устроился, но, правда, работать там предстояло обычным курьером. Когда в первый день мой супервайзер посмотрел на мое 100 килограммовое тело и на новый велик с тоненькой рамой, стоящий рядом, он ничего не сказал — лишь тяжело вздохнул. Ну а что такого? В Северной Америке 33% людей живет с лишним весом. То есть треть населения континента страдает ожирением. Хотя слово «страдает» не совсем правильное. Мы просто живем себе, как живется, и носим с собой лишние килограммы, словно школьник таскает набитый учебниками рюкзак. И это — наша ноша, не ваша, а значит, и проблема вас не касается. В общем, супервайзер ничего не сказал — у политкорректности все же есть определенные плюсы. Думаю, что мой новый босс был уверен, что к вечеру я сам откажусь от идиотской затеи работать курьером. Он ошибся — я видел в этой своей затее возможность, потому что верил, что так и только так смогу похудеть.

Вечером первого рабочего дня я доставлял корреспонденцию уже пешком, потому что к обеду успел натереть промежность. Кроме этого, на десятой доставке у меня стала ломить спина, вероятно, по причине того, что каждую остановку приходилось наклоняться и пристегивать колесо вела к поручням, чтобы не угнали. Но эта необходимость быстро отпала — я перестал пристегивать велик и просто бросал его у входа, потому что забегал в офисы на короткое время. А вот потертости в районе задницы и между ног (чрезвычайно сильно потел из-за жаркой погоды и массивного тела) быстро исправить не удавалось. Так и ходил — расставляя ноги в стороны. Эта странная походка крупного человека со стороны, возможно, кому-то напоминала сумоиста. Смотрелось, видимо, забавно, но мне было не до смеха. Лишь купленная в аптеке мазь помогла справиться с этой проблемой и то — только через пару дней.

Через неделю я уже гонял по даунтауну Монреаля, как будто всю жизнь только этим и занимался. Вообще, достаточно быстро научился доставлять корреспонденцию в различные конторы, «не путая маршрут». На жаргоне курьера это значит следующее — берешь заказ, но не доставляешь его сразу, а ждешь еще заявки, чтобы потом развести сразу два или три в один сектор города. Разумеется, получив оплату как за отдельные доставки. Риск лишь в том, что отсиживаясь, набирая заказы и комплектуя их по маршруту, можно «пересидеть», то есть выпасть из отведенного времени. Тогда пойдут штрафы и прочая малоприятная шелуха. Чтобы и этого не произошло, иногда можно объединяться с другими курьерами и обменяться пакетами — ты везешь мое, я твое. В общем, я стал зарабатывать свои 500 долларов в неделю после вычета налогов, и все в семье были довольны. Кроме меня, конечно.

Дело в том, что я всю жизнь мечтал стать режиссером кино. Но денег на учебу в университете у меня отродясь не водилось. А вот мыслей о собственной неполноценности, нереализованных амбициях и вообще никчемности — хоть отбавляй. Поэтому, когда в одно солнечное утро, мой велосипед был украден (закономерно и предсказуемо, если все время бросаешь его непристегнутым), я посчитал это знаком Божьим и не стал покупать новый. Тем более через пару месяцев должен был выпасть первый снег, и я понятия не имел, как велокурьеры работают зимой. На мой вопрос, как все происходит в холодное время года, коллеги пожимали плечами и говорили: «А в чем разница? Даунтаун-то чистят от снега». Странный народ, определенно. Короче, я решил, что с меня достаточно экспериментов. Да и темпы потери веса от такой активной работы меня не впечатлили. Еще бы, от рабочих нагрузок я ел больше обычного. Получается, просто прогонял через свой жиронакапливающий завод больше продуктов. В чем же смысл? Нет его. Вот я и заявил жене, что иду учиться на режиссера кино. На вопрос, откуда деньги на учебу и вообще, как нам теперь жить, я ответил уклончиво и попытался успокоить супругу избитыми словами «как-нибудь все само образуется».

Две недели жена ежедневно напоминала мне о моем решении, сопровождая нелицеприятными эпитетами «дурацкое», «необдуманное» и даже оборотом «твоя идиотская идея стать студентом». Это при том, что сама она не работала. Лишь подрабатывала инструктором в фитнес-клубе. Да, работой я бы это не назвал. Польза от ее такой активности выражалась лишь в бесплатном абонементе в этот клуб для меня. Вообще странно: жена фитнес-инструктор, а муж — жиртрест. Чувствуете иронию судьбы? Впрочем, скорее это характеризует ее низкий профессиональный уровень, чем мою слабую волю. Однако в наших спорах каждый, разумеется, оставался при своем мнении.

В итоге, взвесив все «за» и «против», в конце двухнедельной атаки жены, я предложил нам пожить «какое-то время» отдельно и тут же переехал к своей маме. По обоюдному с супругой решению наш сын отправился со мной, поскольку у меня были хоть какие-то сбережения. С бабушкой ему будет хорошо, решили мы, а жена — найдет себе работу, снимет квартиру и тогда Алекс (так зовут нашего мальчишку) вернется к ней.

Моя мама, в отличие от своего сына и невестки, зарабатывала хорошо. Она убирала дома богатых людей в пригороде Монреаля. Это были очень большие и дорогие жилища с антикварной мебелью. Ей платили по сотне долларов в день, чего хватало на безбедную жизнь. Плюс она была на хорошем счету, и ей часто отдавали подержанные вещи для меня и моего сына. Алексу подходило все, либо «на сейчас», либо «на вырост». Мне же оставалось лишь покупать ему обувь, потому что ее нам не отдавали. Донашивать за чужими детьми ботинки считалось дурным тоном. Ну, что тут поделаешь? Пусть будет так — давайте одежду. Мне тоже перепадали неплохие, в целом, вещи. Конечно, это был прошлый сезон, но вы вот реально можете отличить новые модели от прошлогодних? Тем более 58-о размера! А хозяева домов, где работала матушка, могли, поэтому я донашивал «прошлый сезон» и был счастлив. Это было избавление, потому что вообще-то стеснялся ходить по магазинам и примерять вещи. Часто случалось, что, когда я просил посмотреть большой размер, продавец, смерив меня снисходительным взглядом, отрицательно мотал головой со словами «у нас таких не бывает».

И правда, индустрия моды на таких, как я, не рассчитана особенно. Сложно представить, что можно пойти в модный бутик и выбрать из широко представленного ассортимента 60 или 64 размер. А причина проста — на 64-й размер ткани уходит в два раза больше, чем на 48-й. Модели шьются по стандартным лекалам размеров от XS до XL. И отшивать ХХХL для непривередливых покупателей экономически невыгодно. Однако, если ты богат и постоянный клиент модного бутика, под тебя персонально могут заказать любимую вещь большего размера, и ты-таки оденешь свою оверсайз фигуру в модные тряпки. На мое счастье, пара маминых клиентов носила вещи нужного размера. Так потихоньку я обрастал своим уникальным гардеробом. Со временем уже стал разбираться в брендах и откладывать в сторону вещи, которые не подходили под определение «хай топ» (так говорят в приличных домах про качественную вещь известного бренда категории «люкс»). Дошло до того, что отложенных в сторону вещей набрался целый мешок, и я его отнес в близлежащую церковь.

Как-то мама устроилась в дом, где отец семейства работал в представительстве компании «Харлей Дэвидсон» — производителя мотоциклов. С того момента я был экипирован с головы до пят во все кожаное: «скрипящие» брюки, благородная «косуха», расшитые сапоги на каблуке, а еще головные уборы всех мастей и прочие кожаные изделия. Иногда к месту, но чаще совсем нет, я одевался как прожженный байкер. Одевался и, к примеру, выходил за продуктами в магазин. Мои «братья» из числа обладателей стальных коней, да и другие сочувствующие, одобрительным кивком приветствовали меня. Из вежливости, я им кивал в ответ. При этом не водил ни разу в жизни мотоцикл, и сам себе напоминал лишь толстого клоуна. Но о байке мечтал (это был следующий пункт после вела). Ведь байк — это свобода. Сесть на кросс-кантри и помчаться через всю страну, не шикарно ли? Останавливаться в мотелях, по вечерам заливаться разливным пивом, а утром не иметь желания опохмеляться — вот это настоящая жизнь. Когда заработаю миллион — так обязательно и сделаю. У меня будет лишь одна проблема в жизни — короткий летний сезон. Поэтому, в конце концов, решу свалить отсюда и перееду навсегда в солнечную Калифорнию — прямо на хромированном байке, вместе с сыном. Постер на стене моей комнаты (со сверкающим стальным конем от компании «Харлей Дэвидсон») еще долго служил визуализацией этого моего будущего обретения свободы.

Ну а пока переезд в Лос-Анжелес оставался в дальних планах, я жил своей обычной жизнью. В общем и целом, мы с сыном были довольны маминой работой, лишь одно обстоятельство расстраивало меня. Во время уборки она использовала различные химикаты, пары которых попадали в дыхательные пути, а руки при этом разъедало до крови. Ей трудно было мыть посуду дома, а по ночам мама мучалась приступами кашля. Конечно, моим долгом было отгородить ее от этой вредной работы, но что я мог сделать, не имуя денег? К тому же теперь я стал студентом. Мама не упрекала меня за увольнение с работы и желание учиться. Она вообще всегда говорила: «Заниматься в жизни надо любимым делом, только так сможешь преуспеть».

В свои 29 лет, к моменту поступления, я был самым старшим из студентов продюсерского факультета Института Телевидения и Кинематографии, что располагался в самом центре Монреаля. Начался довольно интересный период моей жизни. За счет новизны, я испытывал радость от всего, что меня окружало. Хотя, возможно, это теперь мое сознание так это само себе внушило. В любом случае, группа моя состояла из таких же сумасшедших романтиков и чудаков, которые еще не знали, что в кино люди работают не за деньги, а за еду. Получить постоянную работу и прокормить семью на зарплату творческому человеку здесь очень сложно. Но, если для восемнадцатилетнего человека это романтика, то для мужчины, которому почти тридцать, к тому же еще и отцу-одиночке сына-школьника — это настоящее сумасшествие. Все вокруг только и твердили, что я сошел с ума. Бывшие коллеги-курьеры говорили, что невозможно без связей найти достойную работу в кино, а значит, не стоит и мечтать. Жена и ее подруги насмехались, мол, кино — это для избранных, а я совершенно точно в число таковых не вхожу.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 216
аудиокнига
от 36