электронная
196
печатная A5
553
12+
Магазин Уотерса

Бесплатный фрагмент - Магазин Уотерса

Тайна Билли Бона


Объем:
322 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-0055-0323-7
электронная
от 196
печатная A5
от 553

1. Следы в лесу

Все обещало в этом дне нести в себе невыносимую печаль и тоску, как и вчера. Кто-нибудь быть может даже решил, что сегодняшний день нарочно копирует вчерашний: на столе лежали все те же тосты с джемом, за окном в глаза светило все тоже яркое солнце, а на лужайке около гаража, заведенный, все так же стоял серый Каен, который миссис Свифт купила полгода назад. И все же было в этом дне что-то такое, что не давало ему полностью повторить вчерашний, что-то особенное, радостное, что-то весело прыгающее под носом у печали, мешающее ей проникнуть в мысли маленькой девочки, тосты, солнце и машина для которой, заранее подготовленные, дожидались её пробуждения.

В этот ранний утренний час, когда во всех домах и одновременно бурлит жизнь и тихим храпом посапывает запоздалый сон, ещё не увидевший рассвет и не поспешивший скрыться под кровать, время тянется так медленно, и кажется, что часы с Винни Пухом на тумбочке в доме №8 никогда не зазвенят.

С первыми рассветными лучами весь Суррей запестрел и словно ожил. Зашелестели листья на деревьях, из дупел повылезали белки, заискрилась вода в фонтане, а темнота, попрощавшись с графством, исчезла где-то в глубине Зеркального леса. Машины на лужайках загремели своими двигателями, а будильник зазвенел в комнате:

Глаза спящей девочки резко открылись.

— Я не верю в это! Сегодня каникулы!

Выключив назойливый будильник, девочка бросилась бежать в ванную, чтобы почистить зубы и причесаться. Обычно она делала это без особой радости, но сегодня знаменательный день — наконец-то врата большой темницы под названием «Школа» откроются, и все узники выйдут на свободу чтобы почти все лето провести в компании со своими интересами.

В этом году частную школу Хэмилтон раньше отпустят на надлежащие каникулы, и все из-за рождественских выходных, на которых школа не догуляла свои два дня.

Каждый добропорядочный Хэмич (так назывались ученики школы Хэмилтон) конечно же не сделал домашнее задание на сегодня, кроме математики, разумеется, ведь кто захочет связываться со старой миссис Пейдж? Придирчивее человека на свете не найти. Полная, с короткими светлыми кудрями старуха всегда была не прочь «полакомиться» слезами бедных детей, которые у неё хорошо получалось выдавливать из них. Помнится, недавно один храбрый хэмич, по имени Карлайл Клювинтон на годовой контрольной решил обдурить ведьму и швырнуть через весь средний ряд записку в форме самолётика, где он якобы просил написать решение. Видите ли, он не знал, как находится сумма n первых членов арифметической прогрессии. Но обхитрить бабку оказалось не так просто, она быстро заметила что-то не ладное и тут же вырвала записку из рук потерпевшего.

— Кто это написал?.. Кто это кинул!? — скрипя зубами, как голодная акула, увидевшая стейк в воде, заорала тогда она.

Конечно же, верные друзья знали, как правильно поступить в вырисовывающихся обстоятельствах. Клювинтона быстро сдали, под устрашающим взглядом миссис Пейдж он вышел из кабинета вместе с ней, и больше его никто не видел. Историю с храбрым хэмичем быстро позабыли, как и надобность списывать на контрольных.

Кажется, мы отклонились от темы… Давайте лучше вернемся к тому, что Элиз забыла свой бант:

Быстро одевшись в школьную форму, девочка мигом спустилась по лестнице на первый этаж, как вдруг поняла, что на запястье чего-то не хватает. На тумбочке около кровати она забыла важную для неё вещь — резинка с черным шелковым бантом, которую Элиз всегда носила на руке, одиноко лежала, забытая хозяином.

С черным бантом девочка никогда не расставалась — это подарок её покойного отца. Кроме того, она считала, что он отлично выделяет её серди толпы других девчонок в Хэмилтон.

Поднявшись за аксессуаром и обратно спустившись, Элиз села за стол на кухне и, быстро позавтракав, уже одевала свои школьные туфли.

На улице сегодня, как и подобает особенному дню, было особенно прекрасно. Все в этот летний день цвело и пахло. Даже солнце на небе не припекало, а лишь немного подогревало остывшие за ночь мысли.

Весело шагая, девочка вышла за калитку и села в автомобиль, а из сада к машине вышла мама Элиз, Мадлен Свифт. На её лице виднелась улыбка — значит в саду все хорошо. Миссис Свифт очень любила свой сад, поэтому даже с утра наведывалась к цветущим гортензиям, пионам и незабудкам.

После нескольких маминых слов, машина тронулась с места и выехала с лужайки, а через какое-то время уже останавливалась на школьной парковке в Лондоне.

Элиз была очень красивой девочкой. Что и говорить, сегодняшняя белая кофта прекрасно смотрелась с ее карими глазами и светло-русыми волосами. На ее бледном лице не было ни веснушек, ни даже прыщей. Она была стройной и достаточно высокой… Но особенно прекрасной была ее улыбка. Поверьте мне, такой ни у кого нету, а даже если и была, то её обладатель наверняка приходился Свифтам родственником.

Элиз училась в начальной школе. Бешеный рев одноклассников и разные предметы, летающие по всему классу, не отвлекали её от своего любимого занятия. На последнем листе бумаги, который остался от ее школьного альбома, девочка рисовала свой портрет, она много раз видела по телевизору, как в разных семьях, где-нибудь в укромных местах — над диваном в гостиной или на видном месте в столовой — висят портреты всех членов семьи. Для Элиз это было невообразимо прекрасно — рисунки родных вместо сухих абстракций, якобы подходящих по общему интерьеру комнаты. Медлить с портретами семьи не пришлось. Сначала девочка с радостью нарисовала свою маму, миссис Свифт, картина, посвященная ей уже висит в холле, теперь Элизабет рисует себя. А кто же дальше? Кто следующий в очереди?.. Никого. Так уж повелось, что жизнь порою бывает весьма суровой, не со всеми, думаю, хотя многим она частенько напоминает о своей вольности, способности изменить ход игры, не используя при этом премудрых тактик и стратегий. Так, например, она напомнила об этом Элиз — ее отец, Джонатан Свифт погиб в автокатастрофе, когда она была ещё совсем маленькой. Да, у мамы были старые фотографии отца со свадьбы, из роддома… Но рисовать отца руки у девочки почему-то не поднимались — срисовывать прошлое, от которого часто наворачиваются слезы не так уж и прекрасно.

— Эй, что ты делаешь? — послышался неприятный голос. — Да, я тебя спрашиваю. — Элизабет обернулась назад, чтобы посмотреть на спрашивающего. Это была самая дерзкая и «популярная» из всей параллели сварливая девчонка по имени Пенелопа Милтон. Многие из класса Элиз просто обожали Пенелопу, конечно, ведь ее отец мистер Милтон владелец одного из самых крупных банков Англии. Поговаривают, что у мистера Милтона состояние в миллиарды долларов… Правда, говорит об этом только Пенелопа, да и мистер Милтон заезжает за ней после занятий все на том же Мартине, на котором забирал её многие другие годы. И живёт она все в том же доме в центре Лондона. Недавно по Хэмилтон даже пронесся слушок, что отец Пенелопы всего лишь обычный владелец ресторана. Разумеется, чтобы не лишиться своих марионеток, которые так хорошо играют друзей, Пенелопа нанесла хороший страйк бэк, купив самые дорогие Ролекс из розового золота с бриллиантами, которыми она нарочно подергала перед лицом Элизабет и положила руку на её парту.

— Ты не боишься, что твои часы украдут вместе с рукой? — сказала девочка, поражённая таким поступком. Пенелопа постоянно подшучивала над Элиз, делая ее жизнь в классе невыносимой.

В один миг Пенелопа приложила руку к груди и сделала вид, что умирает от инфаркта:

— Ха-ха! — рассмеялась она поддельным тоном. — Ты только посмотри! — Пенелопа обернулась ко всему классу и громко закричала. — Тихушница пошутила, давайте похлопаем ей! Где ты берешь эти шутки? — не успокаиваясь, спросила Пенелопа. — Достаешь из своего дряхлого чемодана? — она сильно пнула портфель Элиз на глазах у всех.

— Эй, Милтон, успокойся! — выкрикнул кто-то из первых рядов.

— Кого она из себя строит? — послышались вновь тихие недовольные возгласы. — Давайте отберем у нее эти часы, пусть знает, как себя нужно вести.

После этих слов дерзкая и горячая девчонка будто попала под леденящий душ. Она с неприязнью сморщила глаза и посмотрела на Элизабет:

— Думаешь, ты самая умная? Думаешь дала мне отпор?.. Не стой у меня на пути, таких тихоней как ты, мне всегда легко удавалось раздавить. — уже более тихим и зловещим тоном произнесла Пенелопа, на что Элизабет просто промолчала, и та поспешно удалилась на свое место.

Должен признать, Элиз была девочка тихого и ровного характера, правда, когда это действительно было необходимо она легко могла проявить другую его сторону — упорство и целеустремленность, но чаще всего обходилось без этого, так как за Элиз нередко вступались одноклассники, наверное, им становилось жалко скромную девочку, лишившуюся отца.

Через некоторое время в класс зашёл учитель. Радостные крики хэмичей вмиг прекратились, на их место пришла умело сдержанная тишина. Все встали и поклонились, затем, по команде учителя вновь заняли свои места.

Миссис Лоуренс преподавала английский язык, её черные волосы, как и всегда, впрочем, были аккуратно собраны в небольшой пучок, а на смуглом лице виднелась сияющая улыбка, изображающая радость.

— Здравствуйте, ребята, рада всех вас видеть. — начала она. — Вот и подошёл к концу ваш очередной год обучения. О своих отметках вы узнаете завтра после шести, сдайте пожалуйста ваши бланки. — Начиная с последней парты, по классу пошла вереница из документов, которые все передавали друг другу, вплоть до первой парты первого ряда. Элизабет тоже отдала свой заранее подготовленный бланк. Училась Элиз очень даже не плохо, если у неё и были четверки, то только по точным предметам, такие как физика и математика. Девочка с детства мечтала поступить в юридический институт в Лондоне, она хорошо знала закон и неплохо разбиралась в политических и экономических отношениях. — Чудно. — снисходительно произнесла миссис Лоуренс, получив толстую стопку бумаг. — А теперь, пожалуйста, распишитесь в этих документах, но до начала я прочту вам правила безопасности, чтобы вы знали, как следует вести себя на дорогах, в метро, ну и так далее…

После долгой речи учительницы, расписавшись и со всеми попрощавшись до следующего учебного года, почти все хэмичи с радостными воплями разом выбежали в распахнутые двери школы. Горе тому, кто поднимался тогда по широкой каменной лестнице ведущей к дверям здания, ведь на него бы свалился такой поток ребяческого ора и тяжелых портфелей, что он бы не выдержал, свалился бы с ног и моментально был бы раздавлен в горячую яичницу.

То, как хэмичи покидают школу многих бы рассмешило. Даже самого печального прохожего, который полностью был погружен в свои тоскливые мысли, коснулась бы маленькая радость. Ведь люди будто переживали те же эмоции, им, наверное, казалось, что они тоже бегут по широкой лестнице, бегут из школы, бегут на свободу.

За многими ребятами родители приехали. Вот и мамин Каен стоял, дожидаясь прихода Элизабет. Девочка открыла дверь и села на переднее сиденье, миссис Свифт тепло улыбнулась. Как и всегда, первым, что спросила женщина был вопрос «Как прошел твой день в школе?»

— Как обычно. — ответила девочка. Она ещё раз взглянула на двери школы и глазами будто проговорила: «До встречи»

Миссис Свифт сегодня ехала другим маршрутом. Вместо того, чтобы повернуть направо от школы и двинуться по главной дороге, она поехала прямо вдоль Мелборн стрит, чтобы по пути заехать в магазин.

Погода в Лондоне начинала портиться, она медленно и витиевато скользила по надлежащему ей пути перемен: поначалу тучи, вестники непогоды, выстроившись в свой серый ряд, виднелись вдали. Вскоре они уже висели над головами прохожих, скрыв за своей темной мантией яркое солнце. Но что-то подсказывало Элизабет, что дождь начнется не скоро. От отца ей передалась способность тонкого чутья к природе, девочка точно знала, что в планах природы начать дождь было не раньше, чем часы покажут пять вечера.

Серый, как сегодняшнее небо, автомобиль двигался все дальше по дороге, которая постепенно становилась грунтовой. Здесь начиналась та самая завораживающая своими элегантными особняками и прекрасными видами часть графства Суррей. В этом удивительном месте расположился старый особняк Эдгара Свифта, который тот завещал его после смерти своей дочери Мадлен Свифт. Дедушка Элизабет умер недавно. Но на его счету удивительные истории и самые лучшие рассказы, которые он посвятил своей внучке Элизабет. Дедушка всем сердцем любил свою семью. Работал он директором в крупной компании по изготовлению мебели «Лондон Фурнитур», теперь его место заняла, как вы, наверное, догадались, миссис Свифт.

Мадлен Свифт часто допоздна задерживалась в городе и нередко приезжала глубокой ночью. Элизабет была уверена, что завтра так и будет: мама с раннего утра, оставив завтрак с запиской на столе, уедет в Лондон и пробудет там до самого вечера. Быть совершенно одной Элиз успела привыкнуть, ведь у нее почти не было друзей… Почти…

Стрелки часов показывали 15:20, когда машина Свифтов въезжала в открытую девочкой калитку и парковалась в большом гараже. Встречать Элизабет тут же побежал годовалый щенок Веймарской легавой. Стоило ей выйти из машины, как Рокфор (так назвали пса) сразу же бросался девочке под ноги и сбивал её с дороги, один раз Элизабет чуть не выронила пакет с продуктами!

Чтобы вы хоть немного понимали, как устроена территория возле дома Элизабет, я, пожалуй, потрачу на это один абзац.

Большой особняк с красивой коричневой черепицей и крепкими каменными стенами расположился в самом конце двора, чтобы добраться до него следовало лишь повернуть направо и проехать немного вниз, там открывался красивый вид на Mirror forest (так привыкли его называть местные) а назвали они его в честь кристально чистых ручьев, пронизывающих весь лес, как извилины на коре самого старого дуба. После достаточно крутого спуска вниз, появляется ещё одна дорога, местными жителями кое-как забросанная щебнем. Вот в конце этой дороги и живут Свифты, их дом будто граница между дорогой и зеркальным лесом. Внутри участка все гораздо проще: низменная площадь, расположившаяся у входа, была вырыта и забетонирована специально под парковочное место и гараж, в котором хранились всяческие инструменты. Большая каменная лестница вела к пышному саду с ровно подстриженным газоном и фонтаном в центре. Тропинка, сделанная из серых каменных плит вела через весь газон к дому. Сама лужайка была окружена высоким забором, который был оплетен виноградом. По правую сторону от фонтана, если немного пройти по газону, был ещё один ход, он вел в теплицу, затем оканчивался огородом, где ранней осенью поспевали самые, что ни на есть, оранжевые гиганты — сладкие тыквы, которые миссис Свифт садит каждый год. В саду стояло много горшков с цветами, которые ещё не успели в полной мере расцвести. Дом находился на небольшой возвышенности, но благодаря высоким деревьям, так хорошо задерживающим сильные порывы ветра, на участке, обычно, было спокойно.

Вечерело. Как и намекало небо, пошел дождь. Элизабет и миссис Свифт сидели на кухне, которая занимала большую часть первого этажа. Капли дождя мягко стучали по окнам. Мама Элиз готовила ужин — овощное рагу и запечённую индейку в гранатовым соусе.

— Я почти дорисовала. — сказала девочка, уставившись в окно. — Мне осталось чуть-чуть, портрет нашей семьи вскоре будет висеть в холле… Правда, только… Живой семьи…

Миссис Свифт сделала глубокий вдох. Мама девочки не любила вспоминать смерть мужа и отца, она всегда старалась сдерживать слезы, когда речь заходила о покойных родственниках. Бывало, миссис Свифт целую ночь рыдала в подушку и совсем не могла заснуть.

— Это радует. — сказала она, не отвлекаясь от рагу. — Мне очень понравился рисунок, который ты мне подарила.

Дождь вскоре стих, но солнце по-прежнему не хотело выглядывать из-за туч. И тут у Элиз возникла замечательная идея. Что если прогуляться в зеркальный лес под конец дня?

— Мама, я пройдусь с Рокфором. Тут не далеко. — с надеждой спросила девочка, вставая из-за стола.

— Хорошо, можешь сходить, — ласково сказала миссис Свифт. — поводок, кажется, лежал в гараже.

С радостными мыслями девочка вышла из дома. Она очень любила вечерние прогулки по лесу и хотела, как можно больше времени провести там. Вскоре щенок уже был на длинном поводке, и они вдвоем направлялись в сторону зеркального леса.

Рокфор — славный пёс! Его светлые голубые глаза так и сверкали смелостью и решимостью. Казалось, он хоть сейчас ворвётся в лес и распугает всяческих мелких грызунов: белок, шустрых мышей и даже склизких жаб.

В лесу царила полная тишина, только щенок постоянно к чему-то прислушивался, кажется, он что-то слышал. Большие тёмно-зелёные деревья приобрели ещё более мрачный вид после проливного дождя. К счастью, почва здесь была твердой и ещё не успела вымокнуть и превратиться в коричневую кашицу, тыкать носом которую, просто обожал Рокфор.

Пёс завел девочку в самую чащу леса, деревья здесь росли плотнее, а трава становилась выше и гуще. Внимание Элизабет привлекли какие-то отметины на земле, около старого пня. Девочка нагнулась, чтобы лучше разглядеть… Следы. Кто мог их оставить? «Может тоже собака?» — подумала про себя Элиз. Рокфор неожиданно залаял, его лай, наверное, был слышен по всей долине, а может и во всем графстве.

— Эй, Рокфор! Прекрати немедленно! — девочка обернулась к щенку. Стоявший около дерева человек, заставил попятиться собаку. — Добрый вечер, мистер Слигл. — поздоровалась Элиз. Рядом с щенком стоял тот самый Роджер Слигл — сосед, чей дом расположился по правую сторону от особняка, где жили Свифты.

— Добрый. — снисходительно произнес пожилой мужчина. — Слишком поздно, чтобы гулять в лесу…

Старик прокашлялся в кулак.

— Если вы хотите довести кого-нибудь до инфаркта, продолжайте в том же духе. — заметила девочка. — Я уже собиралась падать в обморок, если бы не ваш коричневый жилет.

И вправду, мистер Слигл постоянно ходил в своем кожаном коричневом жилете, кажется, он с ним не расставался.

— Извини, если напугал. Я увидел тебя ещё издали. — сказал он. С Эдгаром Свифтом они были хорошие друзья.

— Что вы тут делаете? — поинтересовалась Элиз.

Мистер Слигл присел.

— Я полагаю, ты тоже заметила следы… Те, возле пня.

— Да, — ответила девочка.

— Они странные, не правда ли?

Следы действительно были чудны́е, такое ощущение, что зверь, оставивший их, умел ходить на двух ногах, либо имел очень большой шаг.

— Это лиса, я уверен. — снисходительно произнес мистер Слигл, сделав подозрительное выражение лица. — Смотри в оба. — предупредил он. — Как бы зверь не пробрался в курятник.

— Хорошо. — поблагодарила девочка за совет. — До встречи. — попрощалась она.

— До скорого. — угрюмо, как и всегда, произнес пожилой мужчина, после чего направился домой, вскоре скрывшись за широкими деревьями. Странный всё-таки тип, этот мистер Слигл, от него так и веяло ужасной тоской и невыносимой печалью.

Ночь. На улице слегка моросило. Миссис Свифт досматривала вечерний выпуск новостей, который в этот раз был особенно неинтересным. Рокфор, в надежде скрыться от надоедливых капель, спрятался в свою будку у подножия лестницы. Взяв свой телефон, Элиз решила поболтать с Джозефой Литлшелл. Немного посплетничав, поговорив о школе и о грядущих годовых оценках, Элиз попрощалась с Джозефой до завтрашнего дня. Джо живёт в центре Лондона, но сейчас она уехала вместе с родителями в Чикаго на время каникул. Учится Джозефа тоже в Хэмилтон, правда, в другой параллели.

Сегодня Элизабет почему-то сильно измоталась. Перед сном она подумала о школе, одноклассниках, вспомнила вечно брякающие часы Пенелопы… А также вспомнила странные следы в лесу. «Кто бы мог их оставить?» — подумала девочка и тут же заснула.

Мгла растянулась на весь Лондон и его окрестности, накрыв их темной пеленой — почивальней редких звёзд. Ветер за окном тряс листья деревьев, от чего те перешептывались между собой, словно обсуждая какую-то тайну, скрывшуюся в глубине сада…

2. Старая хижина

Медленно розовело летнее небо. На небесный престол метило восходящее Солнце, а Луна, отдав должное новому дню, поспешно торопилась по другую сторону горизонта. Рассвет невероятной гуашью растекся по всему графству. Цветы в дивных садах Суррей вновь запестрели разными красками, вода, льющаяся из фонтанов, на мгновение впитала в себя огонь, который принес новый день, а пушистый шмель, умывшись и причесавшись, медленно полетел вдоль извилистой лесной тропы, по краям которой росли большие желтые одуваны.


Миссис Свифт в этот утренний час сидела на против большого зеркала с красивой ажурной рамой. Она выглядела недурно: каштановые, не очень длинные волосы заплетены в красивую прическу, ярко-зелёные глаза всегда светились радостью, а милая улыбка заставляла людей улыбаться в ответ.

Миссис Свифт очень любила печь. И даже ранним утром она не жалела сил для приготовления какого-нибудь шоколадного кекса. Мадлен сегодня, встав пораньше, испекла дюжину вкуснейших круасанов с фруктовой начинкой. Аккуратно сложив выпечку в плетёную глубокую чашу, и положив поверх завтрака записку, она вышла из дома и, сев в свою машину, направилась в «Лондон Фурнитур», полная мыслей о разных бумажных отчётах и важных документах.

Элиз, несколько раз потянувшись в своей кровати на втором этаже, где расположилась ее небольшая комнатка, спустилась вниз. В глубине души она надеялась на то, что этот день будет намного лучше, чем вчерашний. Кофеварка бесшумно варила бодрящий кофе, солнце, своими яркими лучами, освещало всю кухню, высокие окна которой не были прикрыты бежевыми занавесками (а это вновь заслуга миссис Свифт). Много о доме говорить довольно сложно, да и нудно к тому же. Но, пожалуй, расскажу самое главное:

Итак, первый этаж состоял из небольшой прихожей, где расположились красный шкаф с зеркальными дверями и небольшой красный комод, где хранилась разная мелочь. Красивые черные обои с алыми розами, винтажный фонарь на стене наполняли комнату особенным уютом.

Кухня занимала почти весь первый этаж. Дедушка Элиз, который строил этот дом просто обожал большие комнаты, поэтому и кухню он сделал очень большой. Высокие витражные окна наполняли кухню светом, а длинный мраморный стол — дедушкино наследство, словно притягивал к себе, заставляя иной раз выпить не одну чашку кофе.

Контрастом для большой столовой была маленькая уютная комната миссис Свифт. Тёмно-синие шторы в этой комнате всегда были прикрыты, поэтому в ней царила полная атмосфера умиротворения и спокойствия, которую в свою очередь дополняли пастельные тона обоев и разные женские безделушки.

Комната Элиз была на втором этаже. В комнате у девочки стоял зелёный стол, за которым она всегда, по приходу со школы, выполняла домашнее задание, над желтой кроватью расположилось большое окно, в которое Элиз часто любила смотреть, а также небольшое кресло, стоявшее у книжной полки. В общем у девочки была самая обычная комната без изысков.


Сегодня особенный день. А знаете почему? Потому что сегодня Элиз остаётся дома одна. В школу идти не надо и можно делать все, что пожелает душа. Итак, первым делом, Элиз выпила горячий кофе со свежими круасанами. Записку, оставленную мамой, можно было и не читать, ведь там будет написано все тоже, что и всегда. И все же любопытство взяло вверх над ленью, и девочка медленно провела глазами по бумаге… «Ах, какой сегодня будет беззаботный день…" — думала она, держа записку в руке.

— Что?! — чуть не подавившись куском теста выкрикнула Элиз:


«Мистер и миссис Кларкс приедут сегодня вечером в гости, домой я вернусь пораньше. Будь умницей и прибери в саду, он должен хорошо выглядеть перед приходом миссис Кларкс.»


«Глупости» — подумала девочка.

Мама Элиз всегда любила ходить вместе с гостями по саду, она показывала им большие розовые пионы, маленькие, будто чьи-то любопытные глазки, незабудки, росшие в красивых глиняных горшках, рассказывала о высокой подстриженной изгороди из винограда, а также говорила о тыквах. Миссис Свифт очень любила проводить время с гостями на лужайке, для этого она вытаскивала белые пластиковые стулья и столик, затем накрывала его скатертью и расставляла на нем еду.

Семья Кларксов давно дружит с мамой, ведь работают они на том же предприятии. Не смотря на то, что мистер Кларкс был человеком довольно крупным, хозяином в семье все равно являлась его жена — Сицилия. С мамой Элиз она часто говорила про то, как проходят их дни, про работу и про сад, да и другие женские сплетни не редко вертелись у них на языках, а мистер Джеймс где-то поддакивал, временами посмеивался, в общем вставлял свои реплики куда не попадя. Но ещё у Кларксов был один очень большой секрет… Ну для Элиз с ее мамой это никакой не секрет, а для вас — он самый, вы ведь ещё не знаете, что у Кларксов был сын А́дам, здоровый, весь в отца Джеймса, при том такой дерзкий, что аж смешно. Помнится, в позапрошлый раз он сорвал кучу маминых цветов и раскидал их по всему огороду, а свалил все на Элиз, якобы это она, в порывах весенних страстей, гонялась за ним, и пыталась задушить его венком из цветов. Очень вредный этот Адам Кларкс. Да и вообще все Кларксы довольно вредные.

Убирать сад для гостей Элиз, как вы догадались, не очень хотела. Но это пришлось сделать ради матери, которую девочка любила всем сердцем.

Первым делом Элизабет вышла во двор, вытащила из гаража большой зеленый шланг. Сначала она обильно полила самые большие клумбы, на которых росли пионы и лилии, они украшали вход в сад вместе с изгородью. Затем девочка полила цветы в горшках, подмела тропинки и стала дергать сухие листья из зеленой изгороди. Все было готово менее чем за два часа.

После уборки, девочка решила отдохнуть, присев на белый стул, стоявший в теньке рядом растущей акации. Миссис Свифт вытащила весь этот набор для удачного разговора на свежем воздухе заранее. Несомненно, казалось, что вот сейчас Элиз и пойдет вновь сидеть в своем телефоне и просидит так до самого вечера, а оживет лишь к шести часам, когда придут Кларксы… Но тут она подумала о маминых тыквах.

— Может их тоже нужно полить? — сказала она сама себе и направилась прямиком в огород. Вот она прошла мимо изгороди и клумб, вода в которых уже давно впиталась, мимо теплицы, мимо фиалок с гортензиями. Тропинка обрывалась у входа в огород, который был огражден довольно высоким частоколом.

— Вот вы где. — Элизабет посмотрела на левый угол, где росли тыквы. — Неплохо, неплохо. — говорила она, определяя на глаз размеры будущего урожая.

«Мама будет очень довольна, если я чуть-чуть полью её тыквы.» — подумала девочка и направилась за шлангом.

Когда Элиз проходила мимо лужайки, ее внимание привлек неожиданный звук отворяющейся калитки. Девочка испугалась.

На всякий случай Элиз отвязала Рокфора и тот побрел за ней, иногда останавливаясь, чтобы к чему-то принюхаться.

Собака с девочкой подошли к огороду, Элиз немного пригнулась и принялась поливать растение. В мыслях ее промелькнули вчерашние следы в лесу. Стало как-то не по себе. Скрипучий звук заставил девочку взглянуть на курятник, находившийся в конце огорода… Только что открытая кем-то дверь не до конца захлопнулась, курицы в курятнике встрепенулись, кто-то вновь прихлопнул дверь. В окне мелькнуло что-то темное, не имеющее четких контуров тела. Пёс тревожно залаял.

Испугавшись, она ринулась бежать домой.


Элиз нервно шагала из одного конца своей комнаты в другую. Глупо было полагать, что кто-то ворвался в курятник, а точнее незаметно прокрался, пока девочка ходила за шлангом. Но даже если так, то это ему удалось. Неужели кто-то и сейчас сидит в этом сарае? Но кто же? Элизабет не покидали бушующие в ее голове мысли: «Что если это вор решил поживиться и украсть куриц?» — гадала девочка, вскоре она села на свою кровать. Что-то заставило ее посмотреть в окно: ничего необычного не происходило, все также мирно сидел на лужайке Рокфор, калитка по-прежнему была закрыта.

Может это ветер? Сквозняк? Решил пошелестеть над чувствами? Если так, то это у него получилось.

Но несомненным было то, что странные следы около трухлявого пня, замеченные вчера вечером никак не могли взяться из воздуха. Кто-то оставил их и этот кто-то возможно прямо сейчас сидит в курятнике. В сознании Элиз вырисовывался черный силуэт незнакомца.

Но время шло, и вот так просто провести время до вечера в комнате было невозможным. Надо было что-то срочно предпринимать. И, кажется, у девочки возник чудеснейший план, касающийся непрошеного гостя.

Спустя некоторое время, которое уделяется для дрожащих коленок и нервных мыслей, Элизабет набралась храбрости спуститься на первый этаж и выйти на улицу вместе с Рокфором.

Она решила вновь посмотреть на курятник, чтобы убедиться, что там никого нет.

Вот и вход в огород.

Элизабет руками направила щенка к курятнику, а сама села около тыкв и пристально принялась осматривать все что есть перед глазами, иногда оглядываясь назад.

— Ну же иди! — поторапливала девочка, прислонившись к земле. — Нет, не ко мне. Пошел прочь!

Несмотря на то, что с ним не особо ласково обращались, пёс все равно продолжал махать хвостом и нюхать территорию около дверей курятника.

«Ну и бестолочь!» — подумала девочка, Элизабет собрала кучку влажной грязи и слепила шарик, затем швырнула его в двери курятника, может это заставит их открыться, и собака зайдет внутрь. Двери в курятнике всегда плохо закрывались, все из-за давно погнутых ржавых петель. После первого удара, двери все также неподвижно висели на петлях. Второй раз — осечка! Элизабет чуть не попала в морду Рокфора, когда тот вновь повернулся, чтобы глянуть на неё. В третий раз Элиз кинула грязевой снаряд с такой силой, что тот остался на двери, и она со скрипом отворилась.

Щенок зашёл внутрь. Кажется, там никого не было кроме куриц.

Девочка подозрительно посмотрела в окно. Птицы при виде Рокфора закудахтали и забегали, выбежали в огород.

«Я ведь видела тебя… Кто бы ты ни был, видела.» — подумала она и пронизывающим свистом позвала щенка обратно к себе.


Время шло. Семья Кларксов должна была приехать с минуты на минуту. Но мама Элиз подъехала к дому первой. Из машины она вытащила большой пакет с продуктами и отнесла его прямо к столику на лужайке. Элизабет кинула телефон на свою кровать и побежала помогать маме готовиться к приходу гостей.

— Элизабет, солнышко, — миссис Свифт встретила девочку теплой улыбкой. — Как настроение? Поможешь мне разобрать продукты?

Элиз кивнула.

— Будь умницей, отнеси это в холодильник. — сказала мама, она дала девочке кетчуп и горчицу. — Мистер Кларкс обещал испечь нам сегодня хот-доги на мангале. Уголь он принесет. Как там сад? Ты убралась в нем?

— Да, мама. — буркнула Элиз. В прошлый раз от хот-догов мистера Кларкса ее стошнило.

Вернувшись на улицу, девочка вновь принялась разгружать пакет. Тень от пышной акации стала больше, с севера подул теплый ветерок, с собой он нес приятный запах шашлыков. Кажется, не одни Свифты затеяли что-нибудь поджарить на мангале. Солнце по-прежнему пекло голову и лишь тень дерева хоть как-то защищала Элиз от солнечного удара.

Калитка неожиданно заскрипела.

«Опять сквозняк?» — подумала про себя Элиз. Но она ошибалась.

— Тащись живее! — послышался громкий голос на лестнице. Рокфор зарычал, но вскоре спрятался в будку. — Медленнее тебя может ползти лишь черепаха! И то, если подтолкнуть ее с горочки, она покатится в разы шустрее тебя!

— Джеймс! — вмешался женский голос. — А ну отстань от него. Ты что хочешь, чтобы Свифты нас услышали?! Если что-то пойдет не так, если хоть одна капля жира упадет с твоих хот-догов, то ручаюсь, мало тебе не покажется.

— Но Сицилия, так нельзя… Мальчик растет болваном. Нужно принимать какие-то меры!

На лужайке показался мистер Кларкс, сзади него шла жена, она волокла большой черный пакет с сосисками, пока мистер Джеймс шел налегке.

— Оу, друзья мои дорогие! — заорал радостный мистер Кларкс, делая вид, что помогает жене подняться. — Как же я рад всех вас видеть!

— Привет, Джеймс. — тихо поздоровалась Мадлен, складывая части мангала.

— О, нет! — вновь заорал мистер Кларкс. — Не могу видеть, как женщины выполняют тяжкий труд, позволь я сам. Я сам все сделаю. Всё-таки мне жарить эти сосиски. Да где же они? Сицилия! — мужчина обернулся назад. Миссис Кларкс еле как поднимала тяжелый пакет. — Да что же ты возишься там, эти сосиски и двух фунтов не весят.

На лестничном пролёте показался полный мальчик, он быстро проскользнул мимо Сицилии и направился к мангалу. Он ехидно улыбнулся, когда посмотрел на пакет с сосисками и дрожащие руки матери. Неожиданно, когда мальчик прошел мимо будки, из конуры вылезла морда Рокфора и цапнула его за ногу, порвав новые белые гольфы.

— А-а-а! — завизжал Адам. — А-а-а, как же больно. — мальчик со всей дури пнул будку.

— Терпеть не могу, когда кто-то возится. — ворчал себе под нос мистер Кларкс, вкручивая винтики в железяки, точнее выкручивая, в общем делая много раз одно и тоже без толку. Наверное, он не знал как делать мангал. — А как у тебя дела, Мадлен. Все хорошо? Как новая машина? Надо была брать британца, немцы — это те ещё прохвосты! — буркнул мистер Кларкс. — Ведра с болтами, честное слово, как на таких можно ездить.

Миссис Свифт улыбнулась.

— Все хорошо, вроде едет…

— Вроде? Хотя, что это я сомневаюсь… Мешки с шестернями… Что это я удивляюсь…

Вскоре, не без помощи А́дама, миссис Кларкс доковыляла до до сих пор несобранного мангала, бросила пакет, который почти порвался и сделала самое долгое «Ф-у-у-х», которое вы когда-либо слышали. После того как она вытерла лоб рукавом, принялась здороваться с мамой Элиз, Адам тоже поздоровался.

Элизабет не любила долго затягивать с приветствиями, она всегда со всеми здоровалась и Кларксы не исключение.

— Добрый вечер, Мистер Джеймс и миссис Сицилия… И Адам. — тихо, как и всегда, впрочем, сказала она.

— Разрази меня консерва на пляже Санта Моники! — встрепенулся мужчина. Летом Кларксы уезжали к родственникам в Америку, скорее всего куда-то в сторону Санта Моники, раз мистер Джеймс упомянул тамошние консервы, которые, наверняка, были разбросаны по всему пляжу. — Элизабет, дорогая, это ты? — надувшись, как пропавшая консерва, произнес мистер Кларкс.

— Да. — тихо произнесла девочка. Ей явно не понравилась выходка мужчины, щеки у которого стали ещё более толстыми и жирными.

— Ты так выросла… — сказала миссис Кларкс, подойдя к Элиз. — Ты стала такой большой, почти как Адам.

На лице девочки показалось явное негодование.

— Верно Джеймс? — женщина взглянула на мужа.

— Да. Точно так! — подтвердил он. — Я тоже это сразу заметил.

— Помнится с последней нашей встречи ты был куда ниже. — продолжала гнуть Сицилия, надувшись как помидор. Похоже надувательство щёк было их семейной чертой.

— Но миссис Сицилия, мы виделись с вами вчера в магазине. — напомнила Элиз, недоумевающе подняв правую бровь.

— Да? Вот как?.. — миссис Кларкс задумалась. — Да ты ведь растешь не по годам, а по секундам! — заявила она и присела на стул. Рукой она стала махать себе перед лицом, прям как веером. Видимо сегодняшняя жара утомила ее. — Ну что… — вздохнула она. — Рассказывайте, как начались каникулы?

— Думаю, Элизабет обо всем тебе расскажет. — улыбнулась миссис Свифт. — А я помогу пока Джеймсу, бедняга не справляется.

После ухода Мадлен, миссис Кларкс ожидающе посмотрела на Элиз глазками бусинками. Наверное, девочка просто долго соображала, что же ответить. Иначе они обе не застыли бы на минуту молчания.

— Год прошел отлично. — выкинула вскоре Элиз. — А у вас как дела?

— О-о, н-е-е-т, персичек мой. — Сощурив глазки пропела миссис Кларкс. — До начала расскажи мне поподробнее о себе… О своих отметках, о годовых, о учителях.

Элиз очень не любила, когда ее расспрашивали о жизни, а еще хуже, о школе ведь там она была самой настоящей тихушницей, как любила её называть Пенелопа Милтон. Элиз практически не с кем не разговаривала, не играла в телефон на переменах и даже не клала кнопки на сиденья учителям.

«Что же тебе такое выдумать?» — подумала девочка, понимая, что миссис Кларкс так просто не отстанет. Прилипнет как жвачка на ботинок!

— Вы знаете… Очень хорошо прошел весь учебный год. — Начала она. — Отметка 5 в этом году мелькала чаще всего, учеба была не сложнее, чем в прошлом году. Учиться — одно удовольствие! — врала Элиз. — Я обожаю «Хэмилтон» и всех моих одноклассников. Годовые замечательные. Контрольные писала хорошо…

— Ох, это замечательно! — не сдержала вопль миссис Кларкс. — Ты такая умница! Персичек мой. — добавила она. — Эй, Адам, ты бы поучился! — женщина сменила ласковый тон и обернулась к мангалу, где стояли гости.

Адам стоял, делая вид, будто чем-то занят. На самом же деле лишь мешался под ногами. Его подозрительное лицо уставилось на Элиз и словно проговорило: «Подожди ещё немного, и ты вновь будешь собирать разбросанные цветы по саду.»


— Ну все, кажется, готово! — вытирая о салфетку толстые грязные пальцы сказал мистер Кларкс. — Надо бы приступить к хот-догам. — вытер лоб Джеймс.

— Конечно, давно пора. — подхватила миссис Кларкс. — Сосиски сами себя не изжарят! — заметила она и сделала вид, в котором представляла себя, наверное, в роли Конфуция.

Тут её взгляд упал на бездельника Адама.

— А ты что встал? — тут же вырвалось у нее. — Не можешь помочь отцу с хот-догами, так иди займись чем-нибудь полезным.

— Нет! — внезапно отрезал Джеймс, медленно ножом протыкая сосиску. — Это дело тонкое, — заявил он. — Здесь нужен деликатный подход. — мужчина вновь собрался проткнуть сосиску, но неожиданно лезвие соскользнуло и впилось в палец Джеймса. — А-а-а-я-й! А-а-а-я-й! Ай, как же мне больно! Ай, консерва Санта Моники!

— Дорогой, успокойся, это всего лишь порез. — начала успокаивать миссис Кларкс, нервно поглядывая на пострадавшие сосиски.

Адам и Элиз чуть было не засмеялись во весь голос. Мадлен тоже улыбнулась.

— У меня дома в аптечке есть пластырь с зелёнкой. — сказала она. — Подожди минутку, я быстро.

— Ох, спасительница ты моя! — завопил мистер Кларкс. — Все бы ничего, если бы Адам не бездельничал. — заявил он и резко уставился на мальчика, сморщив лицо, как гнилой огурец.

— Верно подмечено. — подхватила Сицилия. — Может тебе с Элизабет поиграть в саду, понюхать цветы, порисовать на земле… Да хоть что-нибудь поделать?

Элиз, уже стоявшая около входной двери, передумала прятаться в кладовку. Краем уха услышав предложение миссис Кларкс, девочка придумала план.

— А что если нам пройтись в лес вдвоем? Думаю, Адам не против. — сказала Элиз.

— В лес? Вдвоем? В лес? — недоумевающе спросили Кларксы в один голос. — Конечно же можно. Вот вздор — не пускать детей туда, куда они хотят! — подчеркнул мистер Джеймс.

— Вы куда-то собрались? Я услышала разговор… — вышла из дома Мадлен.

— Да, мы с Адамом собрались прогуляться до старой хижины, здесь недалеко. — заявила Элиз.

— Что же… Даже не знаю. Уже поздно, да и…

— Мы не пробудем там долго, мама. — не отставала девочка. — Мы туда и обратно.

— Отпусти ребят, думаю, с ними ничего не случится. — поддержала Сицилия, вновь принявшись за ногти. — Пусть Адам изучает окрестности.

— Все лучше, чем просто сидеть… Э, то есть… Стоять. — буркнул мистер Кларкс, цепляя пластырь на раненый палец.

Миссис Свифт задумалась, она посмотрела на чёрную тень акации и на калитку. В глазах её появилось сомнение.

— Что же ладно. — вскоре вымолвила она. — Но только ненадолго.

— О, да, спасибо большое, мам! — обрадовалась Элиз. — Мы не будем задерживаться, обещаю.

Девочка вместе с мальчиком побежали к калитке. Рокфора Элиз брать не захотела. Вдруг он опять цапнет чью-нибудь ногу или того хуже — палец. Начнутся вопли, а Элизабет сейчас хотелось убежать. Убежать к старой хижине и наслаждаться закатом. Порыв лёгкого ветра заставил кровь заиграть в жилах, от шума сочных листьев участилось сердцебиение, а дышать там, идя по широкой тропе ведущей в лес, было тяжело и легко одновременно.

— Куда мы идём? — спросил Адам, шагая вслед за Элиз. — Надеюсь недалеко. — негодующе буркнул он.

Но Элиз не хотела отвечать. Она просто хотела идти и наслаждаться видом. Идти по Зеркальному лесу и ощущать эту необъяснимую тягу к приключениям…


Идти по лесу одной и идти по лесу с Адамом — СОВЕРШЕННО разные вещи! Он то и дело постоянно спотыкался о разные коряги, камни, корни, да обо все, что попадалось под ногу. А когда он все же споткнется, то грохнется, начнет чертыхаться и заревет на весь лес:

— Я хочу дом-о-ой! Мамочка моя, мне плохо.

Элиз казалось, что миссис Кларкс, услышав жалостные вопли прямо сейчас прибежит в лес и обнимет своего сына. К счастью, они забрели слишком далеко, чтобы их мог кто-то услышать.

Путь к старой хижине лежал через весь Зеркальный лес. Можно было, конечно, пойти в обход, а дальше уже идти по тропе. Но времени до заката оставалось совсем немного. Элиз с Адамом пошли напрямик, через весь лес. Они шли мимо высоких, поросших зелёным мхом, деревьев, мимо прозрачных ручейков, мимо колючего терна. Лёгкий ветер носился по всему лесу, от этого девочке постоянно казалось, что за ней кто-то следит, скрывшись в зарослях терна.

— Ну долго нам ещё идти!? — проворчал вдруг Адам, поглядывая на свои испачканные порванные гольфы. — Я измотался. Дурной затеей было отпустить нас в лес. Эх… — тяжело вздохнул Кларкс. — А помнишь, как мы с тобой играли в саду, помнишь, как рвали цветы?

Мальчик ехидно засмеялся.

— Если не заткнешься, то будешь долго помнить, как я бросила тебя в колючки. — с негодованием произнесла Элиз.

Адам рассмеялся ещё больше, видно его это забавляло.

— Да брось. — вырвалось у него, сквозь смех. — Забыла, что мы в лесу? Нам нужно держаться вместе, иначе пожрут нас.

— Кто?

— Да какая разница кто? Главное, что это в любом случае больно и неприятно. А я не очень люблю неприятности.

Девочка сделала вид, что ничего не услышала. Некоторое время они шли молча.

— Ладно, кажется мы близко. — сказала Элиз и участила шаг. — Ещё чуть-чуть, я уже слышу речку.

— Ой, зачем мы вообще сюда пошли? А? Тебе что приспичило? Джемом намазано?

— Да нет. — тихо ответила девочка. — Просто не охота было сидеть дома, прятаться в комнате.

— Это да. Я тоже не люблю сидеть в своей комнате. — посочувствовал Адам. — Я прячусь туда, когда мама хочет накормить меня кашей на завтрак. Не люблю кашу.

Адам сделал такую рожу, будто его сейчас вырвет.

Шум речки был отчётливо слышен. Элиз со своим компаньоном поднимались вверх по склону. Никакой тропы здесь и в помине не было. За этим холмом заканчивался Зеркальный лес, дальше шел совершенно другой, густо поросший высокой травой, где темные деревья великаны мрачно шелестели своей кроной, а величавые сосны высоко устремлялись в небо. Этот лес был очень древним.

Поднявшись на самый верх холма, Элиз увидела небольшую речушку. Она протекала в пади, которую образовывали два холма. Одним холмом заканчивался зеркальный лес, а другим начинался другой, старый. В правой части реки виднелась заброшенная деревянная хижина, такая старая, что казалось, будто она прямо сейчас провалится и со скрипом уйдет под землю.

Солнце ещё ясно светило над головой, но уже собиралось покидать свой временный пост.

— Поторапливайся, Адам! — крикнула с вершины холма Элиз.

— Я уже… Уже иду… Почти забрался. — С каким-то жалостливым оттенком выговорил мальчик. — Ещё чуть-чуть.

Забираться вверх по крутому склону было для него задачкой не из лёгких. Он еле как поднимался, руками и ногами цепляясь за траву.

— Ох, почти добрался. — продолжал он. — Слышишь… Только жди меня, ладно? Никуда не убегай! Нельзя бросать друзей в лесу.

«Да никто не собирается бросать тебя, лишь ползи поживее! Тягомотина». — думала Элиз, протягивая руку Адаму.

Наконец-то он взобрался. Отдышавшись, он, раскрыв рот, и смог лишь произнести что-то наподобие протяжного «Вау». По глазам было видно, что он ещё не видал такой красоты. Уходящее солнце залило долину реки красным светом, а река внизу негромко пела свои вечерние песни.

От вершины, до низменности, где протекала речка, расстояние было где-то в метров двести, может сто пятьдесят. Северный склон холма не был покрыт кустарниками, поэтому они спускались к реке спокойно, ничего не задевая и не царапая ноги разными колючками.

Мелкая речка, кристальными водами тянулась, наверное, через всю падь. Но больше всего внимание привлекала большая старая хижина, косо опрокинутая на бок. Она стояла на камнях, будто её кто-то перенес сюда. Из больших квадратных окон, полностью лишившихся стекол, веяло старостью и тьмой.

Девочка сняла обувь с носками и аккуратно пошла по камням через речку.

— Эй, ты это куда? — тут же спросил Адам, немного запоздав со спуском. — Куда собралась?

— К хижине. — ответила Элиз и, сделав последний шаг, вступила на другой бережок. — Ты идёшь?

— Да-да… Конечно. — запинаясь ответил мальчик. — Подожди минутку, я сейчас.

Адам снял свои зелёные сланцы и направился вслед за Элиз. Один раз он чуть было не плюхнулся в торопившуюся воду, все из-за мха на камне, который попался под ногу.

— А где дверь? — дрожащим голосом спросил Адам, рассматривая гнилые доски хижины. — Ты хочешь зайти внутрь?

— Не знаю… — отрезала Элиз. — Подожди, может она с другой стороны?

— Может. Я туда не полезу. Нужны клещи и пауки? Валяй.

Девочка вздохнула.

— Ладно стой здесь. — приказала она.

Мальчик застыл на месте, пугливо заглядывая в окна.

Элиз направилась прямиком к тыльной стороне хижины. Эта часть дома была хорошо освещена уходящим солнцем, в отличии от западной стороны, которая полностью была в тени. Тяжёлая дверь скрипя болталась на ржавых петлях.

«Прямо как в курятнике» — подумала девочка.

Она потянула руку, чтобы открыть дверь, ей не терпелось узнать, что же находится в старом доме. Ещё никогда она не спускалась сюда, вниз к речке, девочка лишь молча глядела на хижину, стоя на вершине холма, и та давно засела в ее планах. Что же находится там за дверью? Элизабет продолжала медленно тянуть руку. Порыв леденящего ветра будто прошептал что-то на ухо.

— А-а-а-а! — послышался чей-то пронзительный вопль.

Это был Адам.

Элиз ринулась к мальчику, быстро обогнув широкую стену.

— Что ты орёшь? Что случилось? Ты вообще в курсе, что нельзя так громко орать в лесу?! — с вопросами нахлынула девочка.

— Т-т-ам… Я что-то видел, что-то т-т-емное. — еле как выговорил Адам. — В окнах кто-то был. В этих окнах кто-то был! Я видел его!

— Погоди, не выдумывай. — начала успокаивать Элиз.

— Нет, Элиз, ты не понимаешь… Кажется, он шел к тебе.

— Что?

— Он шел открывать дверь.

Элизабет взглянула в темные окна хижины, настолько темные, что увидеть в них ничего нельзя было. Наверное, Адаму показалось. Но как насчёт курятника? Ведь и там что-то было, чьи-то очертания.

— Бежим! — громко крикнул Адам и кинулся сломя голову бежать по речке, разбрызгивая воду в разные стороны.

Элиз некоторое время стояла, окаменев от страха. Но потом ринулась вслед за мальчиком.

Элизабет побежала по воде… Но вот, она случайно наступила на большой камень, покрытый мхом и с криком упала в шумные воды. Она обернулась в сторону хижины — никого не было, но жидкий мрак, будто был готов вытечь из окон. Чей-то яркий хвост медленно скрылся в кустах шиповника, заставив девочку обратить на него внимание.

— Стой, Адам! — не выдержала Элизабет, увидев, что мальчик уже скрылся за склоном. — Стой! Подожди меня, слышишь? Как же насчёт друзей, которые не бросают в лесу? А?

Девочка ринулась к склону, назад она не оглядывалась.


То, что заставило Адама испугаться явно не сидело в кустах, махая своим хвостом. Нет. Но оно, кажется, любит места потемнее, чем заросли шиповника.

Солнце медленно садилось за горизонт. Вот-вот должно было стемнеть. Зловещий ветер гулко расхаживал по лесу, который будто был пропитан загадкой и тайной. Несомненно, что-то происходит… Но что же?

3. Кто ограбил курятник?

Вообще-то с Элиз всегда происходили какие-нибудь странные вещи, но как только начался новый год, они участились, стали явными, а до этого будто скрывались из виду.

Все началось с Рождественских каникул. Элиз проснулась посреди ночи из-за странного звука. Когда она открыла глаза, то увидела, что все книги, стоявшие на полке в её комнате, были разорваны в клочья и валялись на полу. Свалила девочка все на кота мистера Слигла. Якобы это он залез ночью в приоткрытое окно и устроил погром.

В феврале Элиз как обычно гуляла с Джозефой на лужайке. Около фонтана она неожиданно нашла какие-то странные золотые часы, но, как оказалось они вовсе не показывали время. На них, конечно, был циферблат и все такое, но это были часы явно не для измерения времени. Элиз положила находку на комод в своей комнате, но когда пришла обратно, её уже там не было. Виновным вновь стал кот мистера Слигла. Только он мог так нагло врываться в окна и воровать чужие вещи!

Но одним весенним вечером случилось то, чего никто не мог даже представить: Элиз как всегда сидела около окна на своей кровати и любовалась закатом, как вдруг из-за дерева показалась туча оранжевых светлячков, устремившихся к небу. Некто просто стоял за деревом, а потом растворился в ярких огоньках. Как хорошо, что есть мистер Слигл и его котяра…

Казалось, что странными силуэтами в курятнике и в старой хижине, её уже не удивишь. А если, что и случится, то за пазухой всегда был кот мистера Слигла да и другие варианты того, на что можно было свалить.

Но Адама в тот вечер Элиз все же догнала. Если бы мальчик от страха не спрятался в кустах терна, то девочка не успела бы его переубедить, что никаких «чудовищ» за ним не гонится. Он бы просто рассказал все миссис Кларкс и начался бы скандал, и очень хорошо, что он не начался, ведь Кларксы умеют их развозить, прям как грязь, честное слово.

А хот-доги в этот раз у мистера Джеймса получились отменные. Видимо на сосиски он не поскупился. Да и булки не были сухими, как в прошлые разы. В общем поужинали тогда на славу. Адам, слопав несколько хот-догов, вроде успокоился, а холодная кола и вовсе заставила его позабыть о зловещей хижине.

Мадлен ещё долго в тот вечер разговаривала с Кларксами про сад и про работу. Мистер Джеймс постоянно ей льстил и хвалил ее, наверное, потому что она была директором компании, на которой они все дружно работали. В общем, день прошел хорошо.

А ночью Элизабет моментально уснула.


Погода в Суррей была до жути изменчива. Это утро началось с густого тумана, разлившегося по всему графству, как молоко по блюдцу.

Элиз с мамой позавтракали вместе. Когда миссис Свифт вышла из дома и направилась к машине, Элиз побежала провожать её. Но на удивление обе застыли от следующей картины:

Около изгороди с клумбами валялись пестрые куриные перья. Лёгкий ветер медленно гонял их по каменной дорожке, ведущей в сад. За изгородью все исчезало в тумане: и тропа, и клумбы. Лишь перья безостановочно поднимаемые ветром, одно за другим падали на лужайку.

Миссис Свифт первая скрылась за изгородью, направившись к предполагаемому месту преступления, следом за ней последовала испуганная Элиз. Ей почему-то казалось, что сейчас вновь произойдет что-то странное…

Но ничего такого не было. В конце огорода, окутанный бледным туманом, все также стоял курятник. Дверь в нем была открыта, она висела лишь на одной верхней петле и жутко поскрипывала. Все курицы были внутри, тесно прижатые к друг другу, видимо, чем-то напуганные. Почти все. Одной птицы все же не хватало. От нее остались только перья, которые теперь летали по всему огороду, ветром выдуваемые на лужайку.

Времени на размышление у миссис Свифт совсем не было. Она поспешно направилась к машине, сказав несколько слов Элиз:

— Разберемся после. Правда, сегодня я приеду слишком поздно, сил вряд ли хватит, чтобы устраивать какие-либо разборки. Давно пора избавиться от него.

— От кого?

— От курятника. Что теперь делать со сломанной дверью? — недовольно буркнула женщина и вышла из огорода. — Надо же было до сих пор не убрать этот… А-а-а!

Миссис Свифт в ужасе остановилась перед выходом на лужайку. На тропе, скрытый в тумане, стоял высокий мужчина с лопатой в руках. Это был мистер Слигл. Когда туман около него немного рассеялся то Мадлен быстро пришла в себя.

— Роджер? — пролепетала она. — Что ты тут делаешь?

— Кажется, ОН приходил… — зловеще прошептал мужчина, его глаза сверкнули в тумане.

— Кто он? — тут же в недоумении спросила миссис Свифт.

— Понятия не имею. — ответил мистер Слигл, прокашлявшись. — Откуда мне знать? Такое ощущение будто я стою весь день около твоего курятника и слежу за тем, кто в него заходил.

— А зачем вам лопата? — подозрительно спросила Элиз, оглядываясь на огород.

— Я шел закапывать их.

— Кого?

— Семена огурцов, разумеется, — не медлил с ответами старик. — Сейчас лучшее время, чтобы их посадить. Лопатой я разрыхлю землю. А что?

— У вас все ноги в перьях мистер Слигл. — шепнула девочка, рассматривая соседа.

— Да у вас вся дорожка в них, трудно не измараться знаешь ли. — с негодованием произнес тот, пальцем указывая на лужайку.

— Понятно. — протянула Элиз.

— Кажется, я знаю, что нам делать. — сказала Мадлен и уставилась на старика, тот поднял правую бровь.


— Мистер Слигл куда же вы? — Элиз бежала по лужайке вместе с миссис Свифт.

— Постой, Роджер! — кричала вдогонку старику Мадлен. — Подожди, не уходи так быстро.

Мистер Слигл быстро спустился по лестнице и закрыл за собой калитку.

— Я же сказал, что не буду чинить вашу дверь в курятнике! Чего вы хотите?

— Но почему? — спросила Мадлен, остановившись, чтобы отдышаться. Для пожилого дядьки мистер Слигл неплохо бегал.

— У… У вас нет инструментов. — заявил он, обрадовавшись и высоко подняв свой нос. — Как я смогу сделать без инструментов то, что сделать без них не удастся? А?

— У нас в гараже уйма всяких инструментов. — ещё не до конца отдышавшись, успокоила миссис Свифт. — Вам какие нужны? Сейчас, одну секунду, я принесу вам их.

Старик негодующе рыкнул.

— Да нет же! Инструменты тут не причем. У… У меня просто нет времени на это. — придумал он.

— Но мистер Слигл, пожалуйста, помогите починить нам дверь. — умиляла Элиз.

Но тут старик неожиданно наклонился к лицу Элизабет. Сердце у нее ушло в пятки.

— Запомни одну вещь, детка. — он сменил тон и сощурил глаза. — В дом, где нет дверей, всегда будут приходить воры, бандиты, убийцы, если они не глупы, конечно… Ты только представь: легко войти, легко и выйти… Дом, где нет дверей, всегда мани́т непрошеных гостей. — старик выпрямился. — Так и быть, Мадлен, я помогу с дверью. Инструменты я принесу свои. — недовольно буркнул он. — И постарайся впредь следить за дверьми, какими бы ржавыми не были на них петли.


Ближе к обеду туман рассеялся и день стал ясным. Солнце заливало сад и теперь он не казался таким зловещим. Элиз лежала на кровати и смотрела на пустующую полку, где была лишь одна книга «Все об орехах». Кажется, кот мистера Слигла не очень любит орехи.

«Измазать бы этому вору лицо арахисовой пастой» — подумала девочка и посмотрела на лужайку.

Калитка со скрипом открылась и во двор зашёл мистер Слигл, в одной руке он нес старый чемодан с инструментами, а в другой своего лучшего друга — черно-коричневого кота. Кажется, его звали мистер Китс. Безумец сосед, наверное, любил его больше чем себя, он ухаживал за ним и постоянно выгуливал. Лучше бы прикупил новый жилет, вместо средства от блох.

Рокфор знал старика, но почему-то побаивался его. Поэтому, когда мистер Слигл проходил мимо будки, тот лишь пару раз рявкнул на мистера Китса, на что тот ответил угрожающим шипением.

— Пошла прочь вшивая псина! — прогнал щенка старик и исчез за изгородью.

Элиз несомненно подозревала мистера Слигла в краже курицы. Откуда он узнал, что петли ржавые? Может они просто погнулись. Неясно.

— Коварное дело. — проворчала Элиз, наблюдая за Рокфором, который после ухода соседа вновь выбежал на лужайку, он волок за собой новую лёгкую цепь. Её прикупили, после того, как пес укусил Адама за ногу. — Но я выведу вас, мистер Слигл, я выведу вас на чистую воду… И мистера Китса заодно. — сказала сама себе Элиз и тихо, стараясь не привлекать лишнего внимания, направилась к соседнему дому.

Вторыми соседями Свифтов были Эвенсы. Они жили в небольшом особняке по правую сторону от их дома. Эвенсы очень дружелюбные, они тоже любят устраивать с миссис Свифт посиделки на лужайках. Но в отличии от Кларксов, эти люди очень скромные и тихие. Поэтому мистер и миссис Эвенс редко сами приглашали Элиз с ее мамой в гости. Таким же скромным был, и их сын Уильям. Тощий, не особо высокий парень с черными, как смоль волосами и большими зелёными глазами. Пройти сотню миль и не сказать ни слова, в этом был весь Уилл.

Элиз направилась прямиком к соседнему дому. Увидев, что машины Эвенсов нет на парковочном месте, девочка зашла на лужайку и остановилась около левой стены дома. Мистер и миссис Эвенс тоже работали допоздна. Отец Уильяма был владельцем большого автосалона в центре Лондона, а его жена работала там в администрации.

Элиз точно знала, что Уильям до сих пор дрыхнет в кровати, поэтому она стала кидать камушки в окно его комнаты, которая расположилась на втором этаже.

Спустя некоторое время в окне показалось чьё-то недовольное лицо. Это был Уильям. Он быстро открыл окно.

— Эй! Хорош кидаться, с ума сошла?! — провопил он.

— Уилл, у меня к тебе есть одно дельце! — крикнула Элиз, смотря на мальчика.

— И какое же?

— Надо разоблачить одного негодяя. Поможешь мне?

— Почему я должен помогать тебе? Ты испачкала окно грязью! — заметил тот, проведя пальцем по стеклу.

— За тобой должок, Уилл, помнишь? — напомнила девочка. — Если бы не я, ты бы не получил новый велосипед на день рождение. Забыл?

Сверху послышались недовольные вздохи. Мальчик закрыл окно. Через некоторое время он вышел из дома и направился в сторону гаража мистера Эвенса, что-то ворча себе под нос.

Большой блестящий велосипед подкатил к ногам Элиз.

— Мама сказала заехать за кое-какими продуктами. Ты не прочь если мы проедемся до ближайшего магазина?

— Что ж, я пойду пешком. — сказала Элиз. — По дороге я расскажу свой план.


Элиз с Уиллом направились в ближайший продуктовый магазин. Туда и обратно это где-то час пути. Мальчик ехал на своем новеньком велосипеде, который родители подарили ему на недавнее день рождение в апреле. О таком большом, серебристом он мечтал всю свою жизнь. Вот ребята приблизились к небольшому склону, мальчик слез с велика и покатил его, держась руками за руль.

— Так что там за срочное дело у тебя? — спросил он, до сих пор негодуя о предстоящей мойке окон.

— Кто-то ограбил наш курятник. — быстро сообщила Элиз. — И этот кто-то должен ответить за свой поступок. Я полагаю, что это сделал мистер Слигл.

— Брось, этот старик только и делает, что сидит у себя дома перед теликом, да поглаживает своего кота. — отрезал Уилл, закатывая велик. — К тому же зачем ему курицы? У него, кажется и свои есть.

— Не знаю, но я нутром чувствую, что он как-то причастен к этому делу.

— А как насчёт зверей? — спросил Эвенс, медленно крутя педали. — Мы ведь рядом с лесом живём, их здесь уйма.

— Не было ни крови, ни следов… — девочка задумалась. — Хотя были какие-то странные следы в лесу, я сама их видела. Знаешь, такие, большие и шаг большой.

Мальчик рассмеялся.

— Это вовсе не смешно, — буркнула Элиз. — может мистер Слигл их специально изобразил, чтобы запутать меня? Он, кстати, тоже был в тот день в лесу.

— Ой, не знаю. — с улыбкой ответил Уилл.

Полпути уже было пройдено. Большая извилистая тропа вот-вот выйдет на просторный луг, а там дальше асфальт, дорога.

— Как там поживают твои родители… Ой… То есть, как там миссис Свифт. — мальчик покраснел.

— Нормально, а что?

— Да так, просто.

Какое-то время ребята шли молча.

— Думаю, я с предками уеду в штаты на каникулы. — неожиданно сообщил мальчик и сделал небольшой круг на просторном лугу. — Давно пора. А то сидеть здесь, та ещё скука.

— Повезло. — вздохнула Элиз, посмотрев на знакомую долину. Ей тоже хотелось куда-нибудь уехать хотя бы на лето, но мама вечно была занята. Все одноклассники и друзья Элиз куда-то уехали. Даже Кларксы уедут в Лос-Анджелес, купаться на свой любимый пляж в Санта Монике. Правда, это давало гарантию, что в ближайшее время никаких хот-догов и Адама не предвидится.

Но грусть охватила Элиз, как удав бедную жертву, она сжимала ее в тиски. Казалось, что девочка всю жизнь проведёт здесь, в Суррей, и так никуда не уедет.

— Так что ты собираешься делать? — напомнил мальчик, подъезжая к небольшому магазину, около дороги, на крыше которого большими буквами было написано «Продукты. Суррей.»

Девочка собралась с мыслями.

— Разоблачить вора можно лишь одним способом. — начала она. — Поймаем его с поличным, там, где он этого не ждёт… Вылезем из-под коврика, о который он захочет вытереть свои ноги.

— Но там же нет никакого коврика. — в недоумении заметил мальчик.

— Да это же… Ну просто выражение… Ой ладно, все отстань!


Ветер шелестел в зелёной кроне деревьев. Элиз с Уиллом медленно крались к дому. Они бесшумно открыли калитку. Девочка отломила от специально купленной булки кусочек и кинула Рокфору, чтобы тот не залаял на Уилла. Ребята тихо прошли по лужайке и спрятались за изгородью.

Элиз показала мальчику план на жестах.

— Ты с ума сошла, я же ничего не понимаю! — сказал он.

— Да тише ты. — разозлилась девочка. — Забыл, что он не должен нас заметить?

— А-а-а, точно. — вспомнил мальчик и подмигнул Элиз. — Так каков план? — прошептал он.

Девочка глянула в сторону сада, там на конце тропы, где начинался огород, сидел мистер Китс, он охранял вход в сад и гнусно помахивал своим пушистым хвостом из стороны в сторону. Внезапно он перевел взгляд на девочку, но та уже успела спрятаться за изгородью.

«А он не так глуп. — заметила Элиз, сощурив глаза. — Поставить наемника охранять вход, пока сам занимается нарочным вкручиванием плохих петель, чтобы потом вновь их сорвать и свалить все на кого-нибудь. Мерзавец».

Пока Элиз судорожно вспоминала, где она с мамой провинились перед мистером Слиглом, за что тот ворует у них куриц, Эвенс пихнул ее локтем по полечу.

— Что села?

— Тебе то что? Я план придумываю.

— Давай скорее.

— Ты куда-то торопишься?

— Нет.

— Отвяжись тогда. — буркнула Элиз. Но теперь у неё в голове действительно созрел план. — Кажется я знаю, как нам поступить. Уилл. — позвала она. — Где твой пакет с продуктами?

— Там же где и велик, около гаража. — ответил мальчик, уставившись на лестницу.

— Я одолжу тебе булку, ты не против?

— Валяй.

Элиз опрометью пробежала через лужайку и спустилась по лестнице. Она обошла будку, поэтому щенок не сразу заметил ее. К ручке велика был прикреплен черный пакет, в котором лежал хлеб, на половину растаявшее масло и жирная булка с фаршем.

Взяв пирожок, девочка побежала обратно к изгороди. Там она разделила булку пополам. Один кусок взяла в руки, а второй оставила около изгороди.

— Я брошу булку в кусты терна в саду, это отвлечет мистера Китса. — сообщила Элиз. — Мы с тобой спрячемся за теплицей. Понял?

— Понял. — ответил мальчик, поднявшись. — А с этим куском что делать? — он указал на вторую половину булки.

— А это оставь здесь, вдруг пригодится. — сказала девочка и кинула булку прямо на тропинку, и та кувырком покатилась к хвосту кота. — За теплицу. — шепнула Элиз и, взяв за руку Эвенса, тут же спряталась.

Мистер Китс, важно подняв голову, медленно обернулся. Он несколько раз понюхал пирожок и видимо уже собирался его слопать, но почуял что-то неладное. Кажется, этот кот не был идиотом. Он устремил свой взор на лужайку и, обернувшись на курятник, направился к изгороди.

Девочка прижалась к теплице. Кот прошел мимо. Одно неправильное движение, и он тут же завопит, позвав таким образом хозяина. Но мистер Китс начал лопать вторую половину булки, видимо он все же не сдержался.

«Это наш шанс!» — подумала Элиз и тихо побежала по тропе в огород. Вместе с Уиллом она спряталась за частоколом.

Мистер Слигл насвистывал себе под нос веселую песенку, что-то закапывая около входа в курятник.

— Так и знала. — прошептала Элиз. — Петли сломанные.

— Да там же ничего не видно, — заметил мальчик, вглядываясь в закрытую дверь. — по-моему ты воображала. — сказал он. — Лучше посмотри, что он это делает там.

— Что-то закапывает.

— Может бомбу?

— Да нет, вряд ли бомбу. Скорее какая-нибудь ловушка. Но зачем? — в недоумении произнесла девочка. — Что ему нужно?

— Это странно. — подтвердил Уилл, и посмотрел назад. — Кажется, пора смываться. Этот кот вот-вот доест мою булку.

— Ладно идём. — поторопила Элиз, и они вместе вновь спрятались за теплицей.

Сделали они это как раз вовремя. Только ребята шмыгнули по другую сторону изгороди, как мистер Китс тут же вышел из лужайки, гордо подняв свой хвост. Вскоре он скрылся в огороде, перед этим, разумеется, съев второй кусок булки.

— Что он задумал? — тихо спросил Уилл.

— Не знаю, — отрезала Элиз, не отводя взгляда от огорода. — Но если это мистер Слигл ворует куриц, то он будет пойман. — решительно произнесла девочка. — Ладно, зайдём в дом. Верну тебе булку.

— Две.

— Нет уж.


Время шло. Часы показывали без пяти три, когда мистер Слигл вышел на лужайку держа в руках ящик с котом.

— Пошла прочь вшивая псина! — крикнул он вновь на будку и, спустившись по лестнице, быстрее обычного скрылся за забором.

Девочка нервно шагала по комнате из стороны в сторону. Уилл молча сидел на кровати Элиз, о чем-то задумавшись.

— И все равно я не понимаю. — начал он. — Зачем старику курицы?

— Не знаю. — шепнула Элиз. — Может это и не он… Но тогда кто? — в мыслях девочки пронеслась вчерашняя хижина и странные следы в лесу. Что же творится?

Какое-то время Элиз с Уиллом молча сидели на кровати, иногда поглядывая в открытое окно. На небе не было ни одной тучки, и даже облаков сегодня почти не было. Палящее солнце продолжало жарить луга и крону деревьев. На улице было ужасно жарко. Хотелось на море, на речку, да хоть в ручей. Куда угодно, где есть холодная вода и тень. Вновь пойти к хижине Элиз не решилась, не хватало ещё потом Уилла догонять. Его то догнать будет куда сложнее, чем Адама.

— Ладно, надо пообедать, а потом подежурить в курятнике. — Вскоре сообщила Элиз. — Пошли.

Из-за жары не хотелось ничего горячего. Благо, что в холодильнике лежали вчерашние хот-доги с колой. Быстро перекусив, Элиз с Уиллом стали обдумывать план по поимке вора:

— Может сделаем ловушку? — сразу предложил мальчик. — Соорудим что-нибудь.

— А это идея, Уилл. — согласилась Элиз, долив себе в стакан немного колы. — Когда приступим?

— Прямо сейчас. — с нетерпением ответил мальчик. — У тебя есть веревка и фотокамера?

— Кажется, веревка есть в гараже, а старая фотокамера лежит в кладовке. Она ещё у дедушки была. Так что ты хочешь сделать?


— Фу, здесь так пыльно. — ворчала Элиз, доставая старую камеру из большого кожаного сундука, который был завален разной ветошью и прочим ненужным хламом. — Надо бы убраться здесь.

— На то она и кладовка, чтобы всегда быть грязной. — заметил Уилл.

Тряпкой они протёрли камеру от пыли и отнесли её сушиться на порог.

— Так, теперь веревка. Где говоришь она лежит? — спросил мальчик, посмотрев в глаза Элиз.

— В гараже. Пойдем.

Ребята подошли к гаражу. Но двери оказались закрыты на замок.

— Ну вот, что теперь будем делать? — в отчаянии спросил Уилл, пнув дверь.

Элиз задумалась. Ей очень не хотелось портить план Уильяма. Но мама всегда носила связку ключей с собой, там были ключи и от дома, и от машины, и от офиса, и от гаража. Неожиданно девочка вспомнила. Она вспомнила о дубликате ключа.

— Подожди секунду. — сказала она Уиллу и побежала к дому.

Элиз зашла в гостиную, там в рамке большой географической карты, которая висела на стене, был спрятан дубликат ключей от гаража. Девочка совершенно случайно нашла его прошлым летом в фонтане. Кто бы мог его туда положить? Но сейчас это было неважно.

Девочка вернулась к гаражу и с небольшим усилием открыла железные двери. Она достала прочную белую верёвку. Её длины как раз хватило для ловушки, задуманной Уильямом.

— Пойдет. — сказал мальчик и принялся сооружать незамысловатую вещь. — Я видел такое в фильмах. — сказал он.

Уилл начал привязывать к ручке старой фотокамеры верёвку.

— Здесь ещё есть фотобумага? — спросил Эвенс.

— Должна быть.

— Хорошо… Готово! — радостно выкрикнул мальчик, сконструировав некий прибор. — Пошли к курятнику, настроим ловушку.

Время шло, но ребята успевали все сделать.

«Если вор и придет, то не раньше пяти.» — успокаивала себя Элиз. Она до сих пор считала мистера Слигла подозреваемым номер один.

Со стороны огорода дул лёгкий ветер. Перья исчезнувшей курицы разлетелись и уже не были видны, лишь кое-где они попадались на глаза, как бы напоминая о коварном происшествии. Приближался вечер. Солнце уже не палило с такой силой как днём. Курицы свободно гуляли по отведенному для них загону.

Уилл каким-то образом прицепил камеру на верх левой стены и настроил её так, чтобы она запечатлела вора во всей его красе. Вот как работала ловушка: как только кто-то дергает за верёвку, камера тут же приходит в действие и делает снимок.

Казалось, все было идеально. Но кто же будет сидеть здесь, вместе с курицами, держать веревку и ждать появления вора?

В кармане у Эвенса что-то заморгало белым светом. Он достал свой телефон и взял трубку. Мальчик отошёл и принялся с кем-то разговаривать.

— Извини. — сразу сообщил Уилл. Он положил телефон обратно. — Надо идти, мама вот-вот приедет. Послезавтра мы уезжаем в Сан-Франциско на каникулы. Помнишь я говорил, что уеду?

— Помню. — с какой — то жалостью произнесла девочка, она вышла на улицу и посмотрела на небо. — Ладно уж иди.

— Ага. Ну давай, встретимся после каникул. — сказал мальчик и радостно побежал за своим великом. — Я привезу тебе сувенир. — подбодрил он.

Элиз промолчала. Она взглядом попрощалась с Уиллом. Тот сел на свой велик и быстро помчал по тропе. Девочка была очень рада, что этот день провела с ним. Они успели поговорить, пройтись до магазина, успели соорудить ловушку. И теперь дело за малым.

Надо лишь поймать вора. Кто бы он ни был!


Элиз загнала всех куриц в курятник и заперла за собой дверь. Находится здесь, в обиталище птиц, было не из приятных.

Девочка просидела за насестом, где спали курицы очень много времени.

«Как же это я не додумалась взять часы?» — упрекала она себя, опиравшись о стенку.

В половине шестого девочка уже собиралась выйти из курятника, чтобы попить кофе, но вот, послышались чьи-то лёгкие шаги… Они приближались. Элиз затаила дыхание. Сердце билось, как бешеное, казалось, оно готово было выпрыгнуть из груди. Курицы забеспокоились, почувствовав, что кто-то приближается. Сильный порыв ветра прошептал в ушах. Девочка плотнее прижалась к стене, чтобы ее не заметили и приготовилась тянуть верёвку.

Дверь открылась, кто-то зашёл внутрь… Девочка выскочила на середину сарая. Старый фотоаппарат упал на пол.

— АГА! ПОПАЛИСЬ МИСТЕР СЛИГЛ! ВЫ ИМЕЕТЕ ПОЛНОЕ ПРАВО ЛОПНУТЬ ОТ СТЫДА! СТОЯТЬ, ЗАСТЫТЬ… НИ С МЕСТА!!!

4. Незнакомец с хвостом и черным цилиндром

Пить чай с мистером Эдвардом — занятие странное, но занятное. Он очень общителен и вежлив. Однако, как и у большинства животных, его яркие ядовитые зеленые глаза были наполнены чем-то… Чем-то очень хитрым и коварным. И все же, Элиз уловила в них нечто и поистине человеческое — доброту.

Помните я говорил, что Элизабет уже успела привыкнуть к творящимся вокруг странностям? Собственно говоря, возможно это и поспособствовало нормальному общению с Эдвардом. Ведь сейчас они сидят за столом, пьют чай с зефиром и ведут оживленную беседу, касающуюся умбраметра. Нормальный человек давно бы уже упал в обморок от такого чаепития.

Девочка никак не ожидала столь неожиданного поворота. Неужели мистер Слигл не причастен ко всему этому? К разгрому в курятнике. Нет? Это мы ещё выясним. А вообще-то даже лучше, поверьте мне, что Элиз столкнулась с мистером Эдвардом, а не с этим «кожаным жилетом» Роджером Слиглом.

Как оказалось, в курятник тогда зашёл лис по имени Эдвард. Он искал свою тень, которая отскочила на слишком большой промежуток времени. Вот он теперь и рыщет везде и повсюду.

По внешности много описывать не придётся: обычный лис (между прочем он умеет стоять на двух ногах), одетый в зелёный жилет, украшенный золотыми резцами, на мохнатые бедра были натянуты лёгкие коричневые шорты, и что самое странное, на голове был небольшой черный цилиндр, перевязанный малахитовой лентой. Пахло от мистера Эдварда чем-то терпким и сладким одновременно.

При встрече лис не на шутку перепугался, увидев внезапно выпрыгнувшую, девочку, орущую во весь голос, но затем быстро пришёл в себя и поздоровался, представившись Эдвардом Клоккерлоу. Довольно странная фамилия, особенно для лиса с черным цилиндром на голове.


Тридцатью минутами ранее:

— Стойте! — послышался жалобный голос. — Не бейте, я ничего не крал, постойте!

Элизабет чуть не упала в обморок, когда увидела, что перед ней стоит самый настоящий ЛИС. ЗВЕРЬ. ЖИВОТНОЕ. Разинув рот, Элиз простояла бы так до самого утра, если бы столь невероятный незнакомец, убрав свои лапы от морды, дружелюбно не улыбнулся.

— Простите, — проронил он, приглядываясь. — Вы тут живёте? Это ваш дом? Простите пожалуйста, я не знал… Прошу прощения.

— Так это вы украли курицу? — вырвалось у Элиз. — Вы её украли?

— Подождите, нам нужно успокоиться. — заверил лис. — Совсем забыл представиться. — сказал он, и сняв свой цилиндр, сделал поклон. — Меня зовут Эдвард. Эдвард Клоккерлоу, если быть точным.

Зверь сделал вид, что хочет услышать, что-то в ответ, его голова всё ещё была наклонена.

— Элиз. Мое имя Элиз. — тихо сказала девочка, должен признать, ей не очень понравилось, что лис укравший курицу, вел себя так, будто находился в собственном доме. В какой раз он появляется здесь? Кто он, откуда деньги на одежду? Эти и другие не менее важные вопросы пронеслись в голове у Элиз.

Лис до сих пор держал свой черный цилиндр в руке.

— Позвольте, — сказал он и засунул лапу в шляпу. Через какое-то время он достал пышный лиловый цветок и отдал девочке. — Я подарю вам это в знак своей благодарности. Это необычный цветок. — заверил лис.

— Почему? — удивилась Элиз.

По привычке девочка поднесла розу к губам. Запах от него напомнил Элиз шоколадное печенье, то самое, которое её дедушка любил покупать на Рождество, шоколадное печенье в красной коробке. Затем запах плавно перешёл в другой не менее знакомый аромат: цветок пах, как мамины духи, нежно и тепло, их ей подарили на тридцатилетний юбилей.

— Чувствуешь? — тихо произнес лис.

— Запах моего детства. — девочка сделала глубокий вдох. — Кто вы, мистер Эдвард? Что вы делаете в Суррей?

— Давно не виделись, Элиз. — тихо сказал тот, улыбнувшись.


Спустя тридцать минут:


— Элизабет, у тебя нет чайной лаванды? — лис расстегнул верхнюю пуговицу на своем жилете. Кухня за весь день успела хорошо прогреться. Во всем доме было душно.

— Нет, мистер Эдвард. — ответила девочка, помешивая чай в своей зеленой кружке. — Раньше мама любила покупать бергамот, мяту с лавандой и все такое, но к сожалению, давно этого не делает. Дело в том, что раньше с нами жил дедушка, он обожал добавлять в заварку разные добавки.

Так получилось, что Элиз пригласила мистера Эдварда немного погостить и выпить чаю. Ну а что тут такого? Мало ли чего интересного он расскажет.

— Вот и хорошо. — снисходительно ответил лис. — Ненавижу лаванду.

— Тогда зачем вы спрашиваете?

— Просто хочу, чтобы ты знала, что я не люблю лаванду. — ответил тот, почесав лапой правое ухо.

Элиз сделала озабоченный вид, затем посмотрела на стол. На нем все ещё лежал подарок незнакомца — лиловый цветок, пахнущий детством. Девочка поспешила наполнить маленькую стеклянную вазочку водой, чтобы поместить туда растение.

— Не стоит этого делать, — прервал её лис. — Дарге́нции растут лишь там, где лились слезы. Эти цветы не нуждаются в воде, Элиз.

— Значит вместо воды им нужны слезы? — растеряно уточнила девочка, ставя вазу на место.

«Даргенция? Впервые слышу…" — пронеслось у нее в голове.

— Просто положи его на видное место и пусть он радует глаз.

После слов незнакомца, Элиз положила цветок на обеденный стол. Интересно, много ли растений появляются на месте пролившихся слез?

— Напомните, мистер Эдвард, а что вы собственно делаете в Суррей? Вы говорили, что вы потеряли…

— Тень. — подхватил лис. Его глаза засияли на солнце. — Свою тень. Я видел, как она побежала сюда. Ринулась, как ошпаренная мимо старых сосен. Только хвост и видел…

— Простите… Но как можно потерять свою тень, сэр?

— Речь идёт об одном очень интересном приборе, Элиз. Ты когда-нибудь слышала об умбраметре (от лат. Umbra — тень и meter — мера длины)? — спросил лис, почесав ухо, будто ожидая отрицательного ответа.

— Умбраметр?

— Да, прибор для определения коэффициента теневого отскока. С помощью него, собственно, и выпускается тень.

Девочка до сих пор прибывала в каком-то странном недоумении. С одной стороны, она понимала, что все происходящее на какой-то сон. Но тыкать себя вилкой, дабы узнать не спит ли она сейчас было, как она считала, неправильно. Мистеру Эдварду такое поведение вряд ли бы понравилось. А кто хочет упускать шанс поговорить с животным, одетым в человеческую одежду? Думаю, никто. Вот и Элиз решила, что лучше пусть она притворится, как будто так и надо: звери говорят, тени убегают от хозяев, а странные цветы пахнут воспоминаниями.

— А как именно вы потеряли свою тень? — спросила девочка, докладывая в тарелку оставшийся ванильный зефир, пришедшийся по вкусу рыжему гостю.

— Баловался с умбраметром. Прибор для…

— Для измерения теневого отскока, — подхватила Элиз. — Я поняла, а как именно он работает? Может покажете?

— Да, разумеется. Но для этого выйдем во двор. Места маловато. — лис высыпал весь оставшийся зефир в свой цилиндр, затем встав из — за стола, направился к выходу. — Ты со мной?

— Да, одну секунду! — в предвкушении воскликнула Элиз, убрав кружки в раковину. Она понятия не имела, что собирается делать лис. А все это время, которое она провела с Эвенсом, будто потеряло временной вес. Быстро налив в вазу воды, девочка, не послушав Эдварда, поставила туда Даргенцию и направилась вслед за незнакомцем.


На улице было жарко. Вечернее солнце грело графство своими последними лучами. Теплый порыв ветра приятно гладил волосы. Тихо шептались яркие зеленые листья яблонь и акации, росших в саду. Вода в фонтане была теплой. Мистер Эдвард, после липких зефиров решил сполоснуть в нём лапы. Энергично махая своим рыжим хвостом, он направился к живой изгороди, тень от которой хорошо защищала от палящих лучей.

— Идёшь? — громко спросил лис, остановившись в прохладной тени.

Элиз, стоявшая на пороге, и только привыкшая с ослепительному свету, направилась в след за лисом.

— Мистер Эдвард, так откуда вы пришли? — невзначай спросила девочка, подходя к зверю.

— Думаю, у нас ещё будет время поговорить обо всем этом. — заявил тот. — А теперь смотри. Ты хотела, чтобы я показал, как работает умбраметр.

— Да… А кстати, где он?

Эдвард снял цилиндр, оттуда он достал небольшие сверкающие золотые часы на цепочке. Его глаза засияли.

— Иди посмотри, ну же, — поторопил лис, всматриваясь в Элиз. — Солнце скоро сядет, а мне бы поискать ещё тень. Не хочу тратить время впустую.

Девочка всё ещё считала происходящее чем — то нереальным.

«Может я сплю?» — подумала про себя Элиз.

Но для сна все было чересчур правдоподобно.

Эдвард протянул девочке часы. Стук, доносившийся от них, был таким громким, казалось, что он сливается с биением сердца. Неожиданно, на девочку нахлынули старые воспоминания. Ну конечно! Помните тот случай со странной находкой? Прогулка с Джозефой. Странные часы, не указывающие время. Так вот что это было! Умбр… Как его… УМБРАМЕТР!

— Как тебе? — тут же спросил лис. Он положил цилиндр вверх дном на газон. — Они сделаны из чистого золота. Это очень дорогой прибор, Элиз. — предупредил он.

— Смахивает на часы. — не медлила с ответом девочка. — Простите, сэр… На что указывают эти стрелки?

Лис вздохнул, затем вплотную подошёл к девочке.

— Здесь есть две стрелки. Видишь? Они на нулях (12/12 по обычным часам). — начал объяснять лис, своим черным когтем он указал на тоненькую длинную золотую стрелку, гравировка на которой гласила: «ДЛИНА». — Эта стрелка указывает расстояние, на которое отскочит тень. — продолжал он. — Всё как на часах, только вместо минут ярды (примерно 1 метр). — А вторая стрелка, та что поменьше, указывает временной промежуток, в котором тень и будет существовать. Ясно?

Если быть точным, то маленькая стрелка находилась в собственном радиусе бледно — красного поля, на одной из половин которой была начертана буква «f», а на другой «p» (future — будущее, past — прошлое. от англ.). Следовательно, тень могла отскочить, ну, например, на сто метров в прошлое, так и на сотню метров в будущее. Причем будущее и прошлое для этого прибора — это всего лишь назад и вперед.

— Хочешь узнать, как определить, длину и время? — спросил Эдвард, замахав хвостом.

Элиз поспешно кивнула.

В один миг, лис, быстро отобрав у девочки прибор, со всей силы кинул его в небо, да так, что Умбраметр поднялся выше изгороди. Солнце осветило «часы» и стрелки, сверкнув солнечным блеском, немедленно изменили свое направление.

Эдвард ловко поймал Умбраметр своей лапой и взглянул на него.

— Хм, немного запаздывают. — пробормотал он.

— Что простите? Вы что-то сказали?

— Не двигайся лучше. — приказал лис, улыбнувшись. Он нажал большую кнопку на боковой грани прибора.

Не успела Элиз и сообразить, как тень, скрытая в изгороди, резко вырвалась и по зеленому газону побежала к фонтану.

«Невероятно» — подумала Элиз, широко раскрыв глаза.

Лис подошёл к девочке и указал пальцем на ее тень, которая стояла около фонтана.

— Тень, выпущенная Умбраметром, имеет тот же облик, что и хозяин.

И вправду, около фонтана будто вновь стояла Элиз, но на этот раз была как будто прозрачная и черная.

— Твоя тень была отрезана на пять минут в прошлое. — пояснил Эдвард, показав девочке «теневое время» на часах. — Если быть точным, то на четыре минуты, сорок восемь секунд. — добавил лис. Он сделал глубокий вдох. — Моя тень отрезалась в будущее… Почти на день.

— В будущее? — переспросила Элиз, до сих пор пребывая в шоке от гуляющей тени.

— Именно. — тяжело ответил Эдвард. — Я собирался прогуляться в Древнем лесу… Похоже, что моя тень рисует мой завтрашний день.

Девочка задумалась, её взор устремился в Зеркальный лес.

— Вы были в лесу вчера, да, мистер Эдвард? — спросила она. — Я видела следы. Такие мог оставить лишь зверь… Умеющий стоять на двух ногах.

Лис посмотрел на Элизабет недоумевающим взглядом.

— Как бы там ни было, но вчера я весь день тренировался с ребятами. Мы готовились к соревнованиям по Ке́чингу (от сокращ. англ. catch the night) буква е, читается как э́.

— Что ещё за Кечинг?

— Это такой вид спорта. — пояснил лис. — Каждая команда состоит из шести человек: один ловкач, два призывателя… Так, подожди. — остановился Эдвард. — Ты сказала, что видела следы?

Девочка кивнула.

— Простите, — начала она. — а тень может оставлять след?

Глаза лиса помутнели, он спрятал умбраметр в свой цилиндр.

— Кажется, мне пора идти. — сказал он, снимая шляпу и кланяясь. — Возможно, в лесу прогуливается ещё один Берг. Всего доброго, мисс Элизабет, рад был вновь повидаться с тобой.

Сделав глубокий вдох, лис направился к калитке. Быстрым шагом он обошел будку, где лежал Рокфор и спустился по бетонной лестнице.

— Подождите, стойте! — крикнула Элиз. Она побежала вслед за странным незнакомцем. — Стойте, мистер Эдвард.

Лис остановился.

— Ты что-то хотела? — спросил он, приоткрыв калитку. — У меня мало времени…

— Я помогу вам. — перебила Элиз. — Я помогу найти вашу тень. Я видела ее около старой хижины… Древний лес, я знаю, о чем вы, какой лес имеете ввиду.

По Элизабет сразу можно было сказать, что просто так незнакомца она не отпустит. Кто знает к каким невероятным приключениям может привести это знакомство…

— Говоришь, около хижины? — спросил лис, его глаза снова загорелись, а на лице появилась улыбка.

— Да, я могу показать вам, я знаю дорогу. Может вы подумаете, куда могли отправиться завтра, после похода к хижине. — от всех этих «будущих» и «прошлых» уже начала болеть голова.

Лис взглянул в глаза девочки, он пристально и внимательно оглядел ее с ног до головы, затем отошёл от калитки, приоткрыв её.

— У вас вкусный зефир. — сказал он. — Дамы вперёд.

— Вперёд на поиски тени! — радостно крикнула Элиз.


— Теперь мне все ясно. — неугомонно говорила Элиз, идя по лесной тропе. Скоро она закончится и придется идти, как первопроходцам по камням и траве. Идти в Древний лес, границей которого являлась бурная речушка, текущая неподалеку отсюда. — Дело в том, что вчера к нам приезжали Кларксы…

— Кларксы? — спросил в недоумении лис, обходя заросли терна.

— Старые друзья. Мамины друзья. — уточнила девочка. — Так вот их сын, я думаю, вчера и испугался вашей тени, сэр.

— Возможно. — горделиво произнес Эдвард, всматриваясь в исцарапанный ствол молодого дуба. Терпкий сок на коре уже успел засохнуть.

— Мистер Эдвард, мы почти на месте. — радостно сказала она. — Осталось только спуститься с этого пригорка.

Оба быстро забрались на вершину.

«Не то что Адам. Век не мог подняться сюда!» — вспомнила Элиз.

— Ух ты. — не выдержал лис. Вид с сопки действительно был красив. Прозрачная речушка, около которой расположилась хижина, живо текла по устью. Солнце вот — вот скроет ее поток в тени. Поэтому нужно было поторапливаться.

Девочка с лисом быстро спустились по склону и ступили на травянистую низменность.

— Может всё — таки расскажите откуда вы, сэр? — настаивала Элиз.

— Ладно, хорошо. — сжалился лис, видимо постоянные просьбы девочки его утомили, он сел на траву, а из цилиндра достал зефир. — Если тебе так важно знать. — добавил он и сделал глубокий вдох. — Вообще-то… Я живу у Ричарда Уотерса. Он владеет большим магазином зверей в Торсли, славный человек. Мистер Уотерс приютил меня, когда я был ещё лисенком. Поначалу я помогал ему: чистил клетки и мыл полы, ну а сейчас составляю отчёты по продажам. У меня даже есть собственный кабинет. — с гордостью сообщил Эдвард. — Но моя родина — Лондберг. Великая и прекрасная империя, а правит ей его величество король Грег.

— Я прежде не слышала о таком…

Лис откусил кусок зефира.

— Конечно ты не знаешь, ты ведь даже не была там. Ты не была в Лондберге, в Арфэлоне, в Энфиэне наконец, а ведь там любой простофиля был… Но если хочешь, я провожу тебя в гости к мистеру Уотерсу, думаю, он будет не против.

Глаза Элиз радостно засияли.

«В гости? Магазин зверей? Мистер Уотерс?» — пронесся в голове рой будоражащих мыслей.

— Конечно. — снисходительно ответил лис, будто прочитав мысли девочки. — Ты должна там побывать. Считай, что это такой подарок за твою помощь в поиске.

— Спасибо больше, Мистер Эдвард. — с полными энтузиазма глазами воскликнула Элиз.

Девочка привыкла быть одна, а тут такое…

«Может там будут новые друзья?» — подумала Элиз и с мистером Эдвардом прошла через спешившую речку к старой хижине.

Это место девочка застала таким же, как и в прошлый раз, а все потому, что солнце вновь утопало в горизонте, и фронтальная часть хижины была такой же темной. Не смотря на жаркую погоду, из окон веяло холодом.

Элиз с мистером Эдвардом обогнули хижину и остановились подле двери.

— Ну что, — поторопила девочка, всматриваясь в горизонт. — Как думаете, тень до сих пор там?

— Не знаю, — ответил лис. — Ты же сказала, что видела ее здесь.

— А может это и не ваша тень вовсе? — спросила Элиз.

— Может. — тихо произнес он.

Лапа мистера Эдварда медленно потянулась открыть дверь. В прошлый раз этому помешал крик испуганного Адама. Ржавые петли заскрипели и полу-отвиснувшая дверь открыла вход в темную комнату.

— Нужен свет. — сказала Элиз. — Жаль я не взяла телефон. — с досадой добавила она.

Мистер Эдвард снял свой цилиндр и положил его на пол. Покопавшись в нем, лис достал маленькую стеклянную колбочку, в которой бледным бирюзовым светом сияли два жучка.

— Вы что носите с собой светлячков? — в недоумении спросила Элиз. — А я думала у вас есть фонарик.

Мистер Эдвард открыл пробку и оттуда мигом вырвались два огонька. Одним взмахом лапы, он аккуратно поймал их. — Это необычные светлячки. — заявил он. — Многие называют их как хотят, светлячками например, но вместе они Нейдэл (от англ. Night — ночь, day — день), а по отдельности Свич и Мичелл.

Лис подкинул Нейдэл в воздух, и в одно мгновение, слившиеся огоньки раздвоились. Один из них впитал в себя всю темноту, которой была наполнена хижина, этот светлячок тут же стал черным. Другой незамедлительно наполнил всю комнату бледным бирюзовым светом, загоревшись сильнее обычного и превратившись в большой сияющий шарик, излучающий зеленоватые лучи.

— Вау. — не сдержалась Элиз. — Как… Мистер Эдвард, как вы сделали это?

— Не я, это сделал Нейдэл. — сказал лис. — Свич — тот, что впитал в себя тьму, а Мичелл, тот что наполнил светом… Так, на заметку.

Лис сделал глубокий вздох.

— Это очень полезные жуки. Нейдэлы всегда пользовались большой популярностью, правда… — в глазах мистера Эдварда потемнело. — Сейчас их численность сокращается.

— Почему? — спросила Элиз, не отрывая взгляда от светлячка, который стал источником света.

— Большая часть всех жуков находилась на юге Лондбергской империи. Большие рассадники, в том числе, были и в самом Лондберге — столице империи. Но кто-то стал разрушать их и забирать всех Нейдэлов. Кто они?.. Никто не знает. Министерство миропорядка давно заметило что-то неладное…

— Мистер Эдвард, — внезапно перебила девочка тревожным голосом. На свету она кое-что заметила. — Посмотрите сюда. — рукой девочка указала в угол комнаты.

Лис затаил дыхание, а стук его сердца участившись, заполнил своим импульсом всю хижину.

На полу лежал Умбраметр. Точно такой же, как и у мистера Эдварда. Сквозь пыль он, при свете от светлячков, сиял тусклым блеском.

— Не может быть. — вырвалось у лиса. Смахнув пыль, он взял прибор и постучал по стеклу когтем. — Рабочий. — заявил он.

— Кто — то был здесь. Судя по тому, что умбраметр под слоем пыли, был давно. — заметила Элиз, разглядывая «часы» в руках Берга. — Кто-то обронил его… — неуверенно добавила она.

— Нет. — резко сказал лис. — Тот, кому принадлежит умбраметр, был здесь недавно. Он лишь хотел спрятать его ото всех, скрыв под слоем пыли.

В этот момент зверь стал приглядываться к стенам и что-то искать на полу.

— Так вот чьи ноги могли оставить столь странные следы. — сказала Элиз, вспомнив недавний поход в лес.

— И странные царапины на деревьях… — еле слышно произнес Эдвард и, оглядевшись, вышел из хижины. Девочка поспешила за ним.

— Мистер Эдвард, что вы намерены делать?

— Отправляйся в дом. — сказал лис, обходя хижину. — Я провожу тебя до тропы, а сам наведаюсь к мистеру Уотерсу. Есть кое — какие вопросы, волнующие ме…

— Но мистер Эдвард! — воскликнула Элиз — Как же я? Вы говорили, что возьмёте меня с собой. — напомнила она, переходя речку, вода в которой потемнела из-за наступивших сумерек.

— Обязательно. — сказал лис. — Иди быстрее. — поторопил он.

Элиз с мистером Эдвардом быстро забрались по крутому склону. Луна уже засияла над черными тучами, отчего вода в речке начала серебриться. Деревья по ту сторону стали ещё темнее, а в окнах хижины до сих пор горел свет.

Мистер Эдвард несколько раз по пути до тропы сравнивал два Умбраметра, которые он оба в конце концов положил себе в цилиндр. В глазах его витала тревога, а в мыслях у Элиз таилось чувство грядущих приключений. Вскоре показалось тропа. Обросшая по бокам высокой травой.

— До скорой встречи. — сказал Эдвард, взглянув в глаза девочки. — Рад был вновь увидеть тебя.

— Увидимся завтра, верно? — в надежде спросила Элиз.

Лис покачал головой.

— Завтра в десятом часу я зайду за тобой. — поспешил ответить он.

Глаза лиса сверкнули зеленым пламенем. Эдвард ловко прыгнув в ближайшие кусты дикой розы, скрылся в тени.

— До завтра! — крикнула ему девочка.


Идя по тропе, Элиз то и дело улыбалась. Она смотрела на восходящую луну и думала о завтрашней встрече. Девочка шла полная мыслей о том, какие приключения ждут её завтра.

5. Новые знакомства

Как и полагалось, это утро началось с густого тумана. Весь лес и луг накрыла полупрозрачная мантия, а в саду за окном, в утренней вуали поблескивали розовые бегонии, пытаясь привлечь посторонний взгляд.

Элиз проснулась в половину девятого. Выпив стакан воды, она умылась и заправила постель. Девочка мельком глянула в окно — машины на месте не было, а значит мама уже уехала в Лондон.

Она открыла окно в своей комнате, запах цветущей акации тут же разлился в спальне, наполнив её сладким пряным ароматом. Взглянув в сторону леса, девочка вспомнила о словах мистера Эдварда, и о том, что в десятом часу они должны встретиться у нее дома. В голове тут же пронеслись мысли о старой хижине, от которой по спине, прыткой рысью, пробежались мурашки.

Элиз быстро спустилась вниз на кухню, там, по традиции, лежала записка от мамы и коробка Несквик.

Девочка насыпала в чашку немного сухого завтрака и залила молоком. Время шло, а мистера Эдварда по-прежнему не было. Стрелки часов медленно приближались 10:00. Неужели он забыл про свое обещание?

Неожиданно послышался стук в дверь.

«Ну наконец-то! — подумала Элиз, ринувшись к прихожей. — Давно пора!»

— Доброе утро мистер Эдвард! Я так долго… — с радостными криками девочка поспешно открыла дверь, но к её удивлению на пороге стоял никто иной, как мистер Слигл.

— Кхе-кхе. — сухо покашлял старик. Видимо он не очень любит, когда его называют другим именем. — Доброе утро, — прокряхтел он. — Я забыл у вас стамеску, когда ремонтировал петли, могу ли я забрать ее?

— Прошу прощения, мистер Слигл. — извинилась Элиз, покраснев как помидор в теплице. — Да… Ээ… Конечно вы можете забрать свою стамеску. — расстроенным голосом сказал она, сделав глубокий вдох. — Курятник там… Думаю, вы помните.

Одарив девочку весьма недовольным взглядом, сосед удалился к живой изгороди, а затем и вовсе скрылся в саду.

Элиз оглянулась — вокруг никого. Ни в лесу напротив, ни на лужайке. Ждать было невыносимо, и девочка села на порог прихожей в полном отчаянии… Но вдруг… Откуда не возьмись, послышался странный звук. Девочка взглянула на изгородь, затем вышла во двор, чтобы посмотреть за домом.

— Эй, я тут! Видишь меня?

Элиз взглянула на окно своей комнаты, в котором мелькнули рыжие лапы и уши.

— Мистер Эдвард? Это вы? — с удивлением спросила Элиз, уже готовая бежать обниматься.

— А кто ещё? — тихо произнес лис.

Девочка рассмеялась.

— Мистер Эдвард, как же я рада, что вы пришли… Но как вы там оказались?..

Правой рукой лис подал знак, которым показал, что Элиз пора прекращать разговор и пора подниматься наверх…

Это неописуемое чувство тягости к чему-то, когда руки сами творят, ноги бегут, а сердце стучит все сильнее и сильнее, невозможно объяснить человеку, который ни разу не отправлялся в приключения. (Поход с классом не в счёт). И та радость, наполнившая Элиз, была неподдельна.


Спустя какое-то время.


— Быстрее к делу. — поспешно начал лис, спрыгнув с подоконника. Вот-вот прилетит Эпигрим, в нем личное письмо от самого́ Ричарда Уотерса.

— От того са́мого?

— Да. Мистер Уотерс лично приглашает тебя на обед.

— Меня? Лично?! — от неожиданности у девочки вспотели ладони.

— Да. — снисходительно произнес Эдвард. — Я же говорил, тебе, Элиз… Ты необычная девочка.

Элиз посмотрела в окно, уловив боковым зрением какое-то движение: БУМ! Что-то белое с неимоверной силой врезалось в стекло.

— А вот и Эпигрим. — с нетерпением сказал лис. — Элиз, будь добра, открой окно. — вежливо попросил Эдвард.

Девочка подошла к окну. Что за Эпигрим такой? Никого не увидев, она высунула голову из окна.

— А-а-а! — громко закричала Элиз. Что-то очень быстрое и белое влетело в комнату.

— Что это? — Элизабет в ужасе отпрянула от окна.

— Это Эпигрим. — тут же пояснил лис. Его ловкая лапа поймала конверт. — Это такие письма, они не обычные… — добавил он.

— Это я уже поняла. — недоверчиво произнесла девочка.

Мистер Эдвард закрыл окно и засунул лапы в карманы своих шорт (сегодня он был без цилиндра). В воздухе зависло самое настоящее кремово-белое письмо.

Как в старину, на нем были разные марки и восковая печать красного цвета. Но самым необычным было то, что сзади у письма торчали небольшие бумажные крылья, благодаря которым оно тихо парило в воздухе.

— Эпигрим — летающие письма. — тихо сказал Эдвард. — Так быстрее и безопаснее. — добавил он. — Хотя… Должен признать, что и таких крылатых негодяев могут поймать. Правда, Эпигримы настолько самолюбивые, что ты ещё попробуй не схлопотать от них пару пощёчин.

Недоразумение девочки внезапно перетекло в удивление и восторг. Широко раскрыв глаза, она наблюдала за тем, как машет крыльями письмо — Эпигрим.

— Посмотри. — Эдвард указал на зелёную марку, которая то и дело переливалась изумрудным блеском. — Эта наклейка означает, что письмо адресовано важному гостю. Обычно Эпигримы с такой штуковиной летят вдвое быстрее. — продолжал объяснять лис. — Прочтешь его?

У Элиз пересохло во рту. Медленно, потянувшись к письму, она взяла его в руки, после чего Эпигрим замер, его крылья резко захлопнулись, плотно сложившись на задней стороне, как оригами.

— Ну же смелее. — поторопил лис. — У нас не так много времени. Срывай печать.

Девочка сняла красную печать, на которой заглавными буквами были награвированы буквы W и S (от англ. Water’s shop — магазин Уотерса). Внутри самого конверта лежала белая бумага, свёрнутая вдвое. Элиз достала письмо, положив Эпигрим на кровать:


«Доброе утро, дорогая Элизабет. Рад сообщить, что ты приглашена на обед, который я устроил в твою честь. Я кое-что знаю о тебе и этого без всяких сомнений хватило, чтобы прислать тебе Эпигрим с маркой зелёной надобности. Думаю, об этом мы успеем поговорить за трапезой. А пока что Эдвард проводит тебя в мой магазин. Обо всем остальном я поведаю тебе в Торсли. До встречи.


С уважением Р. Уотерс.»


— Марка зеленой надобности? Ну и ну. — с улыбкой произнесла Элиз.

— Твоя некомпетентность в Арфэлонской почте подождёт. А вот остывающая индейка даже не подумает! — буркнул в ответ Эдвард.


Лис с девочкой быстро спустились на первый этаж. По словам мистера Эдварда, медлить было категорически запрещено.

— Прошу прощения… Ээ… Мистер Эдвард. — запинаясь выговорила Элиз, обуваясь. — А где вообще находится этот магазин? Долго ли нам идти до него?

Лис уставился на портреты, нарисованные девочкой.

— Путей много. — ответил он. — Но ближайший вход в Торсли у тебя в саду. — он перевел взгляд на Элиз. — Ты уже всё?

— В саду? Но как? — недоумевающе произнесла девочка. — Там нет никакого входа. — улыбнулась она. — Совсем нет. Никаких лишних дверей…

— А дверь и не нужна. — гордо сказал лис. — У тебя за огородом растет целое поле дикой розы. Ты никогда не замечала там тоннель?

— Нет, сэр. — уверено произнесла Элиз. — Я в детстве пыталась сорвать цветы с этих кустов, но они были до боли колючие.

— Да и сейчас не лучше. — буркнул лис, почесав правое ухо. — Ладно, пойдем, нужно торопиться.

Девочка с мистером Эдвардом незаметно прокрались к живой изгороди. Из сада, напевая себе под нос знакомую песенку, шел мистер Слигл. В руках он виртуозно вертел свою ржавую стамеску. Когда сосед скрылся за калиткой, двое ребят мельком проскочили через клумбы, затем через теплицу и вот уже были около больших оранжевых тыкв. Туман к этому времени почти весь рассеялся, но всё-таки решил под задержаться на огороде.

Лис быстро поднялся вверх по вспаханным грядками и рукой поманил девочку. Та живо откликнулась. Вот и курятник. За ним вплотную стоял старый серый частокол, который никто не менял, по всей видимости, очень давно.

— Раз, два, три… Ага, вот эта. — Эдвард отодвинул одну из деревянных досок. Из-за тумана ничего не было видно, у Элиз участилось сердцебиение. — Нам сюда. — глухо произнес лис, пролезая через тонкую щель. — Идем скорее. — на этот раз его голос отдался тихим эхо. Зверь скрылся в тумане.

Девочка, приложив все усилия, смогла пролезть в щель, любезно оставленную мистером Эдвардом. Она оглянулась. Сложно было представить, что за огородом и садом расположился целый лабиринт из колючих, как иглы ежа, темных кустов, на верхушках которых постепенно начали раскрываться нежные розовые бутоны.

— Ты идёшь? — внезапно спросил лис, резко появившись из-за куста. — Нам сюда.

Эдвард повел девочку в самую чащу «лабиринта», здесь кусты были массивнее, а их иглы были намного больше и тверже.

— Мистер Эдвард, постойте… Где вы? — в недоумении спросила Элиз, оглядываясь по сторонам.

— Я тут. — донёсся глухой ответ.

В трех шагах от девочки мелькнул рыжий хвост. — За мной. — поторопил он и, высунув лапу, постучал по часам. — Время не тень, упустишь не поймаешь. После этих слов, лис скрылся в тоннеле.

Девочка осталась наедине с собой. Здесь в кустах никого не было. Свинцовое небо над головой вот-вот должно покрыться синевой. Ветер медленно крался по всем уголкам лабиринта. Элиз вспомнила о времени… Наклонившись, она приготовилась ползти за мистером Эдвардом в тоннель, но что-то заставило ее последний раз взглянуть на это небо. Небо, которое никогда больше не будет прежним.

Элиз еле как просунулась в тоннель. Ползти приходилось долго и медленно, руки то и дело царапались о надоедливые колючки. Эдварда впереди не было видно, а что что, но его рыжий хвост девочка тут же заметила бы.

«Кларксы бы в век не управились. — думала про себя Элиз. — Один Адам чего стоит. Поцарапавшись о колючку, тут же завыл бы…»

Ползти в темном тоннеле оставалось не долго — впереди показалось маленькое окошко света. Девочка уловила запах свежей листвы, послышалось пение птиц. Трава, по которой передвигалась Элиз начала светлеть.

— Ну долго она ещё там! — послышался чей-то недовольный голос.

— Подожди. Глупый, ты, что, не понимаешь? Она впервые лезет в этом тоннеле. Ей нужно время… — отозвался кто-то.

— Лучше бы помогли. — знакомый голос Эдварда заставил Элиз опомниться.

— Представляете, что сейчас будет? Распознавай-дерево будет в не себя от злости, когда увидит её.

Девочка заметила, что тоннель стал шире, теперь она спокойно стояла на коленках. Она вырвалась объятий темноты и упала в чьи-то серые лапы.

— Привет. — отозвался голос.

Элиз подняла голову. Перед ней стоял точно такой же Берг, как и Эдвард, только он был волком, одетым в серую футболку с надписью «Кечинг» и черные шорты. Волк был небольшого роста и стоял на двух ногах. Уши у Берга были торчком подняты верх, а большие глаза имели темно-зеленый оттенок.

— Давай лапу. — приветливо произнес волк. — Давай, я не обижу.

Схватившись за мягкую руку помощи, девочка поднялась на ноги. Теперь недопонимание вновь нахлынуло на нее с новыми вопросами. Где она? Куда попала?

— Привет. — еле слышно отозвалась она. — Я Элиз. — покраснев, добавила девочка.

— Меня Расселом зовут. — представился Берг и заботливо добавил: «Как колючки?»

— Кхе-кхе! — послышался чей-то кашель.

Элиз обернулась. Справа от нее стоял мальчик лет 12-и, он был одет в джинсы и белую футболку. Сбоку на поясе висели кожаные ножны. Волосы на голове мальчика были насыщенного черного цвета, а кожа была слегка смуглой, загорелой. Сразу его не заметив, девочка вновь невольно покраснела.

— Ой, забыл представить. — опомнился Рассел. — Это мой друг…

— Вечно ты только о себе! — перебил его мальчик. — Привет, я Джек. — буркнул он, уставившись на Элиз. — Познакомься лучше с распознавай-деревом. — сказал он, указав головой за спину девочки.

Элиз тут же развернулась. Позади нее стояло толстое дерево, из-под корней которого она только что, как оказалось, вылезла. Несмотря на ширину, дерево было относительно невысоким, его ветви были длинными и свисали чуть ли не до земли. Темно-зеленые листья густо покрывали наготу дерева.

Неожиданно, одна из веток, на которой висели уродливые коричневые плоды, приблизилась к Элиз. Самый крупный плод вмиг сморщился и теперь напоминал лицо старой бабки.

— Кто ты такая? — грубо спросил он.

— Таким как ты здесь не место! — тонким голоском произнес соседний плод. — Убирайся прочь! — с этими словами одна из веток дерева сильно шлепнула Элиз по лодыжке. — Прочь отсюда!

— Ай… Кто это? — возмутилась Элиз, бросив взгляд на рядом стоящих ребят.

ШЛЁП!

— Эй, хватит! — крикнула девочка. — Прекратите.

Джек и Рассел начали хихикать в стороне.

— Довольно! — громко сказал Эдвард, отводя девочку на безопасное расстояние.

— Что это за растение? — недовольным голосом спросила Элиз. — Зачем бьёт меня?

— Это распознавай-дерево. — пояснил лис. — Эти деревья растут на границах. Сами там вырастают. Ведь ничего лучше у них не получается, как распознавать незнакомцев.

— Ты как белый лист во тьме, выделяешься вполне. — подняв складку, как бровь, произнес один из плодов.

После этих слов все дерево начало неприятно хихикать.

— Пойдем отсюда. — поторопил Эдвард. — Себе дороже сориться с распознавай-деревом. Они всегда такие вредные.

— Это ещё что! — вмешался Рассел, сделав вид, что пять секунд назад не смеялся над Элиз. — Видела бы ты молодые саженцы… У-у-у. Одним словом — хуже смерти. Орут и орут, орут и орут, да при этом ещё и обзываются.

Девочка промолчала, посмотрев на больную ногу.

Долина, по которой они шли, была залита солнечным светом. Элиз шла по дорожке, бока которой обросли невысокой травой. Позади нее виднелся густой зеленый лес и дрянное дерево, любящее всех обзывать. Здешняя местность не сильно отличалась от Суррей. Было также тепло и светло. Впереди виднелся пригорок, на котором росли огромные сосны: тропа вела к хвойному лесу. По правую сторону Элиз заметила пастбище, где паслись овцы. Там же стоял небольшой деревянный домик, во всей видимости, принадлежащий фермеру. За ним шел огород, огражденный невысоким частоколом.

Тропа стала поднимать своих путников на сопку. Должен признать, солнце здесь грело не слабо, и даже пекло. Правда, Элиз уже успела привыкнуть к подобным выходкам солнца, которое, в самый разгар лета, очень любило поджарить чью-нибудь темную голову.


Эдвард шел впереди, указывая дорогу, но Рассел с Джеком, кажется, знали её наизусть с самых пелёнок. Они то и дело сходили с тропы, ища что-то в траве около больших стволов старых деревьев.

— Вы сегодня без цилиндра. — заметила Элиз, подбежав к лису. — Так что там с этим умбраметром? Хозяин нашелся? — поинтересовалась она.

Эдвард вздохнул.

— Нет, умбраметр я о́тдал мистеру Уотерсу. Он нашел в этом что-то странное, но я не вижу никакого повода задумываться над найденным прибором, возможно, просто кто-нибудь обронил его…

— Но вы же сами говорили, что кто-то нарочно спрятал его в хижине. — напомнила Элиз.

По глазам мистера Эдварда нельзя было сказать, что он желает продолжения данной дискуссии, но можно было легко определить весомость его озабоченности, касающуюся найденного Умбраметра.

Девочка решила сменить тему:

— А тень? Вы нашли ее? — спросила она.

— К моему большому сожалению, пока нет. — произнес лис. — Но я в поисках. — добавил он. — Рано или поздно я найду тень… Надеюсь, что рано…

— Почему? Это так важно?

— Видишь ли, соревнования по Кечингу вот — вот должны начаться. — заявил Эдвард. — А без тени меня никак не пропустят на стадион… Команда противников уже начинает тренировки. Не хочется отставать от них. — с досадой закончил лис, почесав лапой два уха одновременно.

— А что такое Кечинг? — тут же поинтересовалась девочка.

— Эта игра. Она очень популярна. — не медлил с ответом лис, в его глазах мелькнул энтузиазм. — Наверное, все слышали о ней… Ее суть заключается в отбирании у врага трех разных знамён. Чья команда быстрее принесет знамена противника, та и победит.

— Всё так просто? — с ухмылкой произнесла девочка. — Можно мне поиграть в Кечинг? — рассмеялась она.

— Если бы… — тихо сказал лис. — Каждое знамя имеет свои особенности, это меняет игру, так как к каждому знамени нужно применить специальный алгоритм. А ещё по полю гоняет вышибала. Тот, кого длительное время не покидала тень, будет у него на мушке. А вышибалы — они не церемонятся, знаешь ли…

Элиз сделала глубокий вдох. Кажется, ей ещё долго придется вникать в трудоемкий процесс познания всех тонкостей Кечинга. Но кто знает какой вышибала, однажды, дернет её за язык…


Девочка решила взглянуть на Рассела с Джеком.

— Кто они, мистер Эдвард? — тихо спросила Элиз, не отрывая взгляда. — Тоже живут в магазине, как и вы?

— Нет. — ответил Берг. — Ребята помогают мистеру Уотерсу — ищут сбежавшего Гринфела. Проказник снова убежал в город. Но как ему это удалось? — в недоумении сам себя спросил лис, он посмотрел на девочку. — Иди, познакомься поближе.

— Зачем? — буркнула Элиз, посмотрев на больную ногу. — Они смеялись надо мной.

— Ох, если дело только в этом… — Рассмеялся Эдвард. — Скажу по секрету, когда Джек впервые встретился с распознавай-деревом, он получил жуткую оплеуху от него.

Девочка улыбнулась. Не её одну «обожает» сорняк-обзывальник (так назвала Элиз дерево у себя в голове).

— Рассел тогда чуть не умер со смеху. — продолжил лис. — Но как видишь, сейчас они лучшие друзья, и даже имеют общее дело.

Девочка задумалась. А ведь и вправду, ну серьезно, это просто ну очень сложно — сдержать смех, когда видишь, как дерево своими ветками шлёпает тебя по ногам. А эти сморщенные яблоки — цирк, да и только. Элиз свернула с тропы и направилась к Джеку с Расселом, которые остановились около самой большой сосны.

— А, это ты? — грубо проворчал Джек, его карие глаза впились в девочку. — Решила присоединиться? — сухо спросил он.

Элиз остановилась. Как оказалось, Джек, среди всех этих мишек Гамми, был заядлым ворчуном. Его низкий голос звучал дерзко и гордо.

— Нет, — не медлила девочка. — Просто мистер Эдвард только о индейке и говорит.

— А… Это. — мальчик посмотрел в сторону лиса. — Есть такое. — заметил он. — Все Берги думают о еде. Если бы я умел читать мысли, то Рассел давно бы сел на поп-корную диету.

— У вас есть поп-корн? — удивлённо спросила Элиз.

— Ни твоего величества дело. — с высока произнес Джек. — Интересно… А что ты хранишь в своих мыслях…

— Если начать копаться в моей голове, можно сойти с ума. — предупредила девочка.

— Тебе здесь не место. — недовольно заявил парень, нахмурив брови. — Те, кто вылезают из-под распознавай-дерева… — Мальчик рассмеялся. — Надолго ли их хватит?

— А здесь что так опасно? — в недоразумении спросила Элиз, оглядываясь по сторонам.

Джек сделал глубокий вдох, явно тронутый наивностью незнакомки.

— Ну, например, идёшь ты сегодня обратно к тоннелю, я слышал мистер Уотерс послал тебе Эпигрим, допустим идёшь после обеда, который он устроил для тебя. И вдруг, из-за дерева выбегает бандит, готовый напасть на тебя! — мальчик вплотную приблизился к Элиз. — Твои действия?

Девочка отодвинулась от парня на два шага.

— Оттолкну его подальше. — сказала она первое, что пришло на ум.

Джек рассмеялся, явно не ожидав такого ответа.

— А что если у бандита, в точности, как и у меня, будет это… — мальчик схватился за ножны и вытащил сверкающий меч, сделав резкий выпад в сторону Элиз, от чего та, чудным образом, мгновенно перенеслась за спину Джека и тот обернулся.

— Что это? — в недоумении спросила девочка.

— Меч непредсказуемости. — пояснил мальчик, кладя оружие на место. — Можешь расслабиться, такого у него не будет, он есть лишь у меня.

— А говорил, что это я о себе много болтаю. — с недовольством ворвался Рассел.

Джек покраснел.

— Лучше посмотрите, что я нашел. — с тревогой в голосе произнес волк.

Элиз с Джеком побежали вслед за Бергом. Что такого интересного нашел Рассел?

Вскоре ребята стояли около большого старого дерева, ствол которого зарос густой лианой.

— И что? Что ты нашел? — тревожно спросил Джек, оглядываясь по сторонам.

— А вот, что. — волк одним взмахом своей лапы снёс лианы, покрывающие ствол. Теперь взору открылись огромные порезы, казалось, что кто-то большой просто провел лапой по стволу дерева.

Рассел удручающе свистнул.

— Кто мог их оставить? — в ужасе спросила Элиз, дотрагиваясь до глубоких ссадин — сок давно засох.

Через несколько секунд подбежал испуганный Эдвард, в его глазах витало недопонимание, а взгляд невольно упал на израненное дерево. Не произнеся ни одного слова, он наклонился, прислонившись к стволу.

— Надо бы побыстрее добираться до магазина. — сообщил лис.

— Эй, ребята, взгляните на это. — девочка подняла сухие лианы. — Они выдраны с корнем, кто-то специально притащил их сюда, чтобы закрыть ствол.

Мальчик с Бергом подозрительно перекинулись взглядами.

— Ладно вы идите, я догоню вас позже. — поднявшись, сказал лис. — Пройдете через мост с феями, а там и рукой подать.

— А вы куда, мистер Эдвард? — спросил Джек.

Все четверо вернулись на тропу.

— Нужно перекинуться парой новостей с знакомым фермером. Он здесь в долине, живёт неподалеку от Торсли. — пояснил Берг. — Я приду немного позже. А мистеру Уотерсу скажите, что я задержался в сосновом бору, он поймет.

— Хорошо. — разом ответили все трое.

Мистер Эдвард начал поспешно спускаться вниз по склону, свернув с тропы.

— Скорее идите к мосту… И только посмейте не оставить мне индейку. — добавил он и скрылся за мохнатыми лапами деревьев.

— Будьте осторожны! — крикнул ему вслед Рассел.


Лес быстро закончился, на смену ему пришло изумрудное поле, сплошь усеянное яркими синими глазками — маленькими фиалками — отражением прекрасного небосвода, который огромным куполом укрыл долину.

Элиз казалось, что она попала в сон, но все было таким реальным, что думать, будто она играет роль Алисы из страны чудес, было недопустимым. Странные мысли о царапинах в лесу плавно перетекли в дружеский разговор. По-моему, девочка смогла найти общий язык с Расселом и даже с Джеком, который, поверьте мне, не отличался добротой и дружелюбием… По крайней мере, на первый взгляд…

— А вот мне интересно, — с недовольством произнес волк. — Кто бы мог так обойтись с деревом?

— А самое главное зачем? — подчеркнула Элиз. — Кому понадобилось сначала его покалечить, затем скрыть царапины?

— Посмотрел бы я на недовольство распознавай-дерева, когда его ствол начали бы царапать. — добавил Джек.

— Думаю, негодяй никогда бы не забыл апперкот, прилетевший ем в первую же секунду. — рассмеялась Элиз, посмотрев на ушибленную ногу.

— Верно. — согласился Рассел. — Уже не болит? — спросил он, взглянув на девочку.

— Нет, уже прошло. — улыбнулась та.

— Понравился меч Джека? — невольно спросил Берг, оглянувшись на друга. — Я бы многое отдал, чтобы заполучить такой же, но…

— Но что? — тут же спросила Элиз, заинтересованная словами волка.

— Этот меч просто так не достанешь. — буркнул мальчик, поравнявшись с друзьями. — Ты понятия не имеешь какого труда он мне стоил. — заявил он.

— А что, твой меч сделан из какой-то редкой стали? — предположила девочка, посмотрев на ножны Джека.

— Нет. — глаза мальчика сверкнули. — Фея снов и воображения Лилит подарила мне его за то, что я выполнил все ее задания.

— Фея снов? — в недоумении спросила Элиз.

— Да, именно. — Отозвался Рассел, обогнав ребят и повернувшись к ним лицом. — Лилит — одна из самых могущественных фей на свете. Но никто никогда не видел ее… Почти никто…

— Почему? Она боится публики? — вновь спросила девочка.

— Нет. — грубо ответил Джек. — Она предпочитает сидеть на своем выдуманном троне, в несуществующем королевстве. Все ее поступки — сон, а слова — ложь, она не знает, что такое дружба и любовь, но может в одну секунду победить в легендарной войне, которой никогда не было и возвести огромный город, вмиг его уничтожив.

Элиз удивленно посмотрела на мальчика.

— Этот меч тоже обладает силой воображения. — добивал Джек. — Ты понимаешь, о чем я, Элиз?

— Да. — не сразу ответила девочка.

— Он даёт сопернику то, чего он не хочет. Ставит его в неудобное положение. Это хорошо сказывается в поединке один на один…

— Да, мне бы такой меч! — восторженно произнес Рассел.

«Интересно, почему это именно Джек выполнял какие-то задания Лилит?» — про себя сказала девочка, думая, что мальчик что-то не договаривает. Может именно это сделало его таким грубияном?

— Ладно, — весёлым тоном произнес Рассел, решив сменить тему. — Мы приближаемся к мосту с феями. — сказал он, почему-то поморщив глаза. — Элиз, ты, когда-нибудь видела фей?


— Наверное, только во сне. — тихо ответила девочка.

6. Магазин Уотерса

Идти до моста оставалось недолго. Поле, через которое шла тропа, постепенно клонилось к небольшому озеру. По словам ребят, там обитали самые настоящие феи. По ту сторону моста, начинался небольшой пролесок, там тропа была намного шире.

Элиз быстро спустилась к каменному мосту. Он был широким и крепким на вид. Красивые плиты давно позабыли свой готический узор, который сумел сохранится лишь в некоторых местах. По краям моста стояли массивные потрепанные колонны, на которых, скорее всего, когда-то держался купол. Думаю, он, как и половина шестой последней колонны по левой стороне, рухнул в призрачные объятия озера. А всё, что падает в подобные места придается забвению.

Джек первым ступил на мост.

— Идёмте. — поторопил он. — Скорее, иначе можно опоздать.

Элиз пошла вслед за Расселом. Девочка подошла к первой колонне, невольно она глянула в воду — черное илистое дно показалось ей бесконечным и страшным.

— Смотри не упади в воду. — Рассмеялся мальчик, глядя на испуганные глаза Элиз. — Вряд-ли Рассел побежит спасать тебя. Он ведь, как огня, боится феяк-пиявок. Ха-ха.

— Не смешно! — рассердился волк. — Они и вправду страшные. — заявил он. — Стоит тебе начать говорить с ними, так они и не отвяжутся, присосутся как пиявки и выжмут все соки, гляди и в воду утащат. Будто им собеседников мало…

— Феи — пиявки? — в недоумении спросила девочка.

— А ты что думала? — буркнул Джек. — Ты не в Энфиэне, забыла? — мальчик и не заметил, как вдруг наступил на дыру, провалившись туда чуть ли не в пол ноги. — А-а-а! — крикнул он. — Меня утащит Фея-пиявка!

— Успокойся! — девочка протянула руку пострадавшему. — И не ори так. — предупредила она. — Вдруг, нас кто-то услышит. Кто-то похуже и пострашнее этих… Фей.

Атмосфера на мосте была странной. Заглядывать в черную воду Элиз не имела никакого желания, но что-то подсказывало, что она ещё не раз придет на это место.

Одна колонна за другой, ребята быстро приближались к противоположному берегу. Но вот, под самый конец, на ногу Элиз кто-то кинул темно-зеленую водоросль.

— Эй! — крикнула она от удивления и оглянулась. На водоросли был неприятный черный ил, который тут же растекся по ноге. — Кто это? — когда Элиз развернулась обратно, перед лицом у нее летало маленькое существо с голубыми глазами и крыльями из черных водорослей, которые так живо порхали, что легко на лету держали небольшое, где-то в половину ярда, стройное тельце, одетое в зеленое платьице.

— Привет, меня зовут Палунна. — отозвалось существо. — А тебя как?

— Элиз стой! — не решаясь близко подходить, крикнул Рассел. Он и Джек уже стояли на другом берегу. — Феи-пиявки опасны! Забыла?

В один момент девочка застыла от негодования. Как можно называть столь прекрасное создание пиявкой? Или те, кто живут под мостом навсегда обречены на такое обращение с ними…

— Меня зовут Элиз. — ответила девочка. — Очень приятно, Палунна.

— Прости меня за речную ламинарию. — тоненьким голоском извинилась фея. — Я не нарочно. Мне просто показалось, что это вновь пришли хулиганы, те самые. — продолжала Палунна, тревожно оглядевшись по сторонам. — они кидают в омут камни, это очень неприятно, знаешь ли. Особенно когда ты спишь. Приходится кидать в них водоросли с илом…

Рассел шепотом начал говорить какие-то фразы, наверное, что-то вроде «они опасны, это же Феи-пиявки! Идем отсюда!» Но девочка не обратила на это никакого внимания.

— У тебя замечательные крылья. — заметила Элиз.

На секунду, всем показалось, что фея покраснела. Палунна взглянула на свои весьма необычные крылья из водорослей. В ее глазах мелькнула слеза радости.

— Ох… Спасибо… Ещё никто никогда не говорил, что мои крылья красивые. Я их каждый день меняю на самые крепкие водоросли, что растут глубже всех остальных… Но никто даже не заикнулся о них… — Палунна готова была расплакаться. — Но ты заметила. — вновь радостным голоском заговорила фея. — Спасибо тебе большое, Элиз. — в этот момент Палунна заулыбалась, как, наверное, не улыбалась уже очень давно.

— Извини, что так скоро прощаюсь, но мне пора. — тихо сказала девочка, глядя на ребят впереди.

— Ничего страшного. — заявила фея. — Я как раз собиралась погонять окуней и ядовитых жаб в округе. А то уж больно они о себе возомнили, эти жабы.

— Думаю, мы ещё увидимся, Палунна. — на прощание сказала Элиз. Ей очень не хотелось вот так быстро расставаться с неимоверно добрым и удивительным созданием, которого все почему-то боятся. — До встречи.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 196
печатная A5
от 553