электронная
90
16+
Лунария

Бесплатный фрагмент - Лунария

История призрака


5
Объем:
90 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-0050-0601-1

Глава первая. ТЕСТИРОВАНИЕ

— Выключите одну. — он бросил взгляд на папку, лежавшую перед ним — Джек, (вот ведь недомерок, снова собрал эти бумаги) будь так добр.

Джек поспешил выключить одну лампу, в комнате стало немного сложнее зрителям (они не знают ничего, думают это очередной допрос). Лицо Уилла Майера прекратило нервные подергивания своих морщин. Оно выглядело словно (лицо безумца, на которое пришли посмотреть эти работники, офисные черви) лицо человека, пережившего жуткие вещи, от которых он уже никогда не оправится.

Время четверть шестого, сегодня Уилла допрашивали дольше обычного. (и все из-за того, что мне пришлось взять этих глупцов). Он думал, что сидит напротив начальника исследовательской программы «Лунария». Уилла мучала головная боль и раздражал свет, с нежеланием здесь присутствовать слилось еще и тяжелое состояние.

— Мы ехали через Стейпл-Роу — голос Уилла был очень тихим. Фигуры вокруг него уже давно утратили призрачные очертания, но взгляд его был мертвый. Поверх зрения легли жуткие воспоминания, в них он видел себя, того человека, что задавал ему вопросы, а еще события, из-за которых он сейчас здесь находился.

— Хорошо, теперь попробуй описать водителя — сказал глава компании Гарри Додж, дав Джеку знак записывать.

(я провел этих людей сюда… что ж…) Гарри смотрел на помощника, доставшего свой красный блокнот: в нем последний записал лишь одно имя — «УИЛЛ МАЙЕР». (..что ж…). Сегодня был ужасный день, и теперь Гарри Додж, бывший начальник исследовательской программы, занят допросом сумасшедшего

(который)

(УИЛЛ МАЙЕР) он снова посмотрел в блокнот Джека

(эти ребята — главная проблема сегодняшнего дня)

(который…)

Уилл не поднимал голову, он все смотрел в зеленые плитки пола (Это взгляд в свое преступление, Уилл — куда теперь ты вынужден смотреть постоянно…)

— Ничего — с трудом выдавил он из себя. — Я ничего не знаю о водителе.

— Ладно, остановимся пока на этом — ответил Гарри. Он представлял что будет дальше: каждый допрос заканчивался этими словами Уилла.

Рядом стояла вода, бледный тяжело-дышащий Уилл взял стакан, тут же почувствовав головную боль: свет по прежнему действовал на него. Он потер лоб и поставил воду на место.

— Почему я до сих пор здесь, — Впервые за все время он посмотрел на мистера Доджа. — и почему мне все еще не рассказали что произошло?

— О чем вы Майер? — спросил кто-то из стоявших позади Джека.

(куда ты лезешь!)

Гарри внимательно посмотрел на спросившего, а затем повернулся к Уиллу.

— Скоро наступит время, когда ты все узнаешь, — Гарри закурил. — и я все узнаю.

Он собрал в стопку все бумаги, положив сверху папку с названием «документы о работе в Овертоне Уилла Майера», с которой, Гарри считал, уже покончил.

— Джек, унеси это, на сегодня все, и загляни к Криберсу — выясни, что у него есть по тому водителю. — Толпа вышла в коридор. Гарри, отдав свою сигарету Уиллу и выключив свет, покинул комнату. Уильяма Майера теперь ожидала встреча с главным надзирателем.

2004 г. стал годом активного изучения поверхности Столлинтона, это высохшее озеро в штате К. Р. В этом году была проведена программа «Лунария», основными задачами которой были освоение новых территорий и установка первичных лагерей, на основе которых планировалось строительство первых электростанций для будущего города. Теперь эта пустыня станет новым мегаполисом. Как давно начало высыхать озеро неизвестно, а вот с момента полного опустынивания прошло немного более полвека. Данное стало ясно для местных жителей, которые первыми прошлись по дну, натыкаясь на останки кораблей и животных; некоторые участки дна были доступны для людей очень долгие годы, пока другие места напоминали бассейны. Время уничтожало фауну, и разлагались проржавевшие обломки судов. В прошлом Столлинтона затерялись множество смертей и ужасных приливов, когда люди, по своей неосторожности, строили лагеря и деревни в местах близких с водой.

Но прошло много времени, и пугающие бассейны превратились лишь в большие лужи. Деревнями велось хозяйство, благодаря «Лунарии» были построены две атомные электростанции, проложены водоканалы с берега, и самое главное, возведена дорога Стейпл-Роу. По планам она должна будет протянуться через все озеро, но пока в ней не было и десятой части этого.

Одной из красных страниц в прошлом Столлинтонского дна стал случай 2004 г. произошедший на южной электростанции. Началась эта история осенью, когда были сильные холодные ветра, а Уилл пребывал в страхе перед будущем, открывая новые тайны пустыни.

В штате К.Р. создается корпорация «Овертон». Из-за аномалии, произошедшей с озером, изменилась природа территории, животные мутировали, приспосабливаясь к новому биотопу. И исследование Столлинтона требовало обучение специальных войск, готовых встретить опасность в пустыне, а также способных ориентироваться в данном климате, разбираться в географии местности и ее флоры.

В семь часов они заканчивали вечернюю тренировку, которая шла сразу после теоретической части. Сегодня закрепляли умения пользоваться новым техническим оборудованием — в течение года трехместный джип «тесла» использовался настоящими разведчиками. Теперь управлять им учились эти бойцы, готовясь к концу осени начать исследовать котловину. Вдоль беговой дорожки вокруг стадиона горели шесть фонарей: по два и одному на противоположных сторонах. Вокруг стемнело, а над тренировочным комплексом появился туман, сияющее облако над стадионом посреди бесконечной тьмы «Овертона».

Один раз в каждое время года проводился конкурс: из сотен человек со степенью бакалавра в медицине, инженерии или ботаники, и с соответствующими физическими параметрами отбирали десять потенциальных разведчиков озера. Конечно, это грубое число, дальше победителей ждали месяцы кровавого пота и психологического давления. Немногие выдерживали такое. К финишу, в эту осень, получили четырех новоиспеченных исследователей дна-пустыни.

Им осталось добежать два круга, и тройной свисток Гарри Доджа подведет итог тренировки. Он лихорадочно поглядывал на свои часы, его мучило сильное желание закурить.

Гарри был одним из основателей корпорации, а также успешно руководил исследовательской программой. Он замечательно показал себя в этом проекте, когда Столлинтонское дно имело потенциал к формированию настоящего города. Разумеется, никто по ту сторону корпорации не говорил по поводу неприятностей, жертв и настоящих причин потери бойцов. Все хотели слышать только об успешном старте.

Один обучающийся закончил бежать. Последний круг остался Мартину Смиту и братьям Майерам. Гарри готовит их в разведчики, он не может проводить все учебные занятия или тренировки сам, но старается на них присутствовать как можно чаще. Не раз сопровождая отряды в пустыни, он считал себя единственным, кто может по-настоящему подготовить их. Сейчас он стоял посреди тренировочного поля вместе с Руди, смотря то на беговую дорожку, то на часы, будто искал оправдания в том, что начал нервничать и тянуться к сигарете, когда тренировка, казалось, так затянулась. Но не находя на часах этому подтверждения, он снова поворачивался к бегущим.

Руди собирался уйти со стадиона.

— Подожди их, — сказал Гарри, все еще держа руку с часами возле живота. — мне нужно вам объявить кое-что.

Приблизились Мартин и Уилл — позади них Майк. Закончив круг, он повалился на газон.

— Да это же будет обязательно…

— Ты точно спросил… а остальные в курсе, как думаешь…

— Тихо! Идите все сюда!

Теперь все четверо пробежали, и на том закончилась тренировка. В это время Гарри, обычно, уже уходил в корпус, или разговаривал с Криберсом возле центрального входа: интересовался новостями или разведкой, но точно не тем, сколько осталось кругов этим парням.

— Объявление на счет завтрашнего.

Все подошли к Гарри Доджу, и он рассказал о запланированном на завтра мероприятии. А именно, руководством будет проведен выбор первого разведчика из тех двоих, которых отберет Гарри. В главный блок завтра отправятся два кандидата, сам Гарри потом выразился, что именно в них он нашел потенциал, а он знал, что с выбранным лидером ошибиться нельзя:

— Мартин Смит… и Уилл Майер.

Слова Гарри воспринялись как очевидное. Не было удивления или досады, все четверо хорошо знали друг друга, и видели более подходящего первого разведчика в лице кого-нибудь из этих двоих.

Гарри поблагодарил за проведенные занятия, пожелал удачи Марти и Уиллу и направился к сарайчику, в котором хранились мелкие принадлежности для тренировок. Хотя пробыл он там дольше, чем можно было раскладывать флажки и фишки.

В Столлинтонской котловине сейчас заканчивался второй, еще имеющий название вечерний, поток разведки. Одни исследователи отправлялись назад в деревни, другие продолжали свои пути или устраивали ночлеги. Скоро к солдатам в пустыни прибавится новый отряд Гарри Доджа, но в этот раз он заявил о том, что прекратит сам выходить на дно, а позволит новичкам уже с самого начала находится один на один со Столлинтоном.

В то время, когда заканчивалась вторая разведывательная фаза, а Гарри доставал из кармана пачку «лаки страйк» в сарайчике с тренировочными вещами, Майк Майер, Руди и Марти занимали очередь в душ. С ними не было Уилла, который обладал талантом всегда пропускать очереди.

Сейчас он сидел на крашенной старой шине, рядом с которой были и другие, связанные вместе цепью. Он сидел, держа в руках свою куртку, песчано-серую и болоньевую, с сетчатой серой тканью внутри, связанной только по краям так, что тонкую куртку одним движением можно было превратить в мешок. Уилл держал эту куртку — он не мог ее забрать. Уилл всматривался в ткань, что-то сильно встревожило его на ней.

Пока он сидел здесь, прошло достаточно времени, и Гарри уже покинул сарай. Когда Уилл увидел направляющегося вдоль беговой дорожки Гарри Доджа, то тут же встал с шины и, одев куртку, поспешил в здание. Он засунул руки в карманы, над которыми было несколько дыр от пуль с темными кругами, в которых виднелась серая рваная сетка.

На дне высохшего озера должно быть много странных вещей, и многие из них должны быть опасны, но до отряда Уилла Майера никаких странностей или опасностей разведчики в котловине не находили. Все смерти были связаны с природными условиями или нехваткой ресурсов. Хотя, исследования их ограничивались территориями выше чем южная АЭС. Дальше этой электростанции никто не отправлялся. И главным событием 2004 г. в изучении дна станет именно поход южнее данного места. Путешествие откроет тайны озера Столлинтон, обретя свое название. Благодаря найденным растениям в 2005 г. исследовательская программа получит свое имя.

На самом юге, дальше злополучной электростанции, место было небольшое по сравнению с остальными фронтами изучения. Берег этого места представлял цепь скал, за ними были леса и граница штата. И исследовать это ни с юга, ни со стороны дороги Стейпл-Роу не входило в список интересов компании на первый год.

— 21-его ноября вы и Мартин Смит прибыли в главное здание «Овертона». — говорил Джек.

Уилл молчал. Напрягал свое полупустое сознание и не мог найти в нем это имя.

— Нам удалось выяснить, кто был водителем. — продолжал главный помощник Гарри Доджа. — Теперь мы хотим узнать о тестировании от 21-его числа: в каком формате оно проходило?

Уилл докурил свою сигарету, его лицо выглядело сейчас зеленовато-желтым, вокруг глаз были красные круги. А мышцы его горла все время совершали нервные движения.

— До этого момента речь шла о вещах, как я думаю, вам неизвестных. Теперь же вы меня спрашиваете о формате тестирования, о чем сами имеете множество документов и сообщений с главного штаба.

— Поймите…

— Зачем меня спрашивать?

— Поймите, многое пока мы не можем рассказать. Но задавать вопросы будем, ваши слова могут не отличаться от наших сведений, только вот они нам, все равно, нужны. Вы не помните многого, что произошло с вами и с отрядом на дне Столлинтона. А мы с этим знакомы, и нам нужно понять ваше состояние, чтобы лучше разобраться в произошедшем.

Сигарету Уилл положил в железную пополам разрезанную банку, которую ему оставил Гарри. Пока он сидел один, ожидая главного надзирателя, то уже успел все выпить. Когда Джек вернулся, говорил только он, сам надзиратель, молчал, наблюдая за превращением «пепси» в пепельницу.

— Теперь скажите нам, что вы помните о проведении тестирования? — наконец, подключился к допросу Сэм Криберс.

После того, как Гарри Додж перевелся в главный штаб, уже не в силах терпеть все ужасы разведки, пост надзирателя перешел к его напарнику и другу Сэму. Последний приложил все усилия для завершения «Лунарии», благодаря ему в 2010-ых годах Столлинтон встретит революцию в исследовании.

— Ладно… я помню что сперва… нас посадили в разные комнаты, задавая по очереди вопросы, у одного не менее часа на формирование ответа, у другого — десять минут на то, чтобы угадать слова напарника. (моего напарника… его звали Мартин Смит?) Такое задание проверяло, как нам объяснили, способность в любых ситуациях осознавать поведение своего отряда, понимать мысли своих солдат. Когда все закончилось нас привели в одно помещение и объявили результаты…

— Хорошо, пока не будем говорить про результат. У меня есть к вам вопросы: для начала, вы знали о привилегиях звания?

— Да, о некоторых.

— А вы знали о дополнительном обмундировании и техническом оборудовании первого разведчика? — продолжал Сэм.

— Да.

— Об обязанностях и функциях, которые в пустыне придется выполнять именно первому разведчику?

— Да.

— И наконец… о главном законе дезертирства и ответственности за жизни солдат?

Долгая пауза, нервные удары пальцев по железной банке, и прозвучало тихое, даже не получившееся с первого раза:

— Да, знал.

О многомиллионной компании, занимающейся изучением дна высохшего озера, о программе тренировок разведывательных войск, и о тайнах, которые таит дно-пустыня в штате К.Р. ходило множество слухов. И билет в разведчики считался возможностью попасть в один из самых элитных отрядов штата.

В августе 2004 г. уже дипломированный ботаник, Уилл Майер, вместе со своим братом Майком подал заявку на осенний конкурс от «Овертона». В штат К.Р. братья переехали после того, как Уилл устроился на стажировку в компанию, и когда появилась возможность принять участие в отборе разведчиков, он немедленно рассказал о конкурсе Майку. Во многом, это случилось из-за него, имея гарантию трудоустройства после месяцев стажировки и хорошие отношения с главой разработки исследовательской техники, Сэмом Криберсом, Уилл серьезно рисковал этим августом. Однако для его брата это был шанс получить работу, о которой тот мечтал.

Все корпуса компании были на берегу Столлинтона кроме главного здания, оно находилось на самом озере на расстоянии проделанной дороги. Сейчас через Стейпл-Роу ехал одинокий «фольксваген» Гарри. Он уже посетил после тренировки главную часть, и теперь направлялся в сторону «Осиной» улицы, где также находился дом Майеров. Именно там живут братья с того момента, как приехали в штат.

В восемь часов вечера Амелия Додж сняла трубку, звонок поступил из «Овертона». Через несколько сотен метров от дома этой семьи был другой, в который в конце августа приехали два амбициозно настроенных победителя осеннего конкурса. Но сегодня, когда они вернулись домой, у них были разные мысли о будущем: Майк видел в конце осени осуществление давней мечты, стать разведчиком в пустыне, а Уилла мучило предстоящее тестирование.

Амелия ждала своего мужа с работы. Когда Гарри позвонил ей, то объяснил почему задержался: из-за подготовки к отбору первого разведчика ему пришлось посетить главный штаб «Овертона».

Он только что припарковал машину на «Осиной» улице и, выйдя из нее, захватил с собой коробку. Он прошелся по мокрой траве перед домом, держа в руках кучу необходимых документов для завтрашнего тестирования. Эту коробку Гарри Додж получил в главном штабе вместе со всей информацией на счет отъезда.

Дома Майеров и семьи Гарри Доджа располагались в месте близком с берегом озера. «Осиная» улица знаменита тем, что с нее начинается самая протяженная дорога штата, по крайней мере такой она должна стать к концу освоения дна. Это место также называют «Овертонской» долиной, так как здесь живет большинство работников этой компании.

Итак, один из них сейчас ужинал со своей женой, не менее чем Уилл озадаченный будущим тестированием, только в отличии от него не испытывая страха, а скорее осознавая что это конец, и он сделал свое дело для этого отряда. Через пару дней те четверо отправятся в настоящую разведку. А он когда-нибудь сядет в кресло генерального директора, покинув тренировочный центр, чтобы в один момент, получив известия о жертвах в пустыне, никого из них не узнать. Но это случится только после отряда Уилла Майера.

— И кого ты взял? Марти, наверное, да?.. Его ты точно взял…

— Да, ты права. Я думаю, он… достойный командир.

— А кто еще? — продолжала Амелия. — Ты говорил, что выбрал двоих.

— Хм, да… еще Уилл. Он в отличии от Марти… у Марти есть качество лидера, его явно любят и уважают, но Майер… ах, слушай, я уверен, что нам повезет и в пустыне все обойдется, но если что-то случится, Уилл обязательно проявит то, из-за чего я его выбрал. — Покручивая кружку, Гарри смотрел на коробку в коридоре, и немного помолчав, все-таки сказал. — Существует, так называемое, главное правило дезертирства и ответственности за жизни отряда.

Свои слова Гарри решил пояснить, найдя в этом необходимость на лице жены. Амелия смотрела так, что неясность, и даже испуг были видны на нем.

— Первый разведчик должен довести свое задание до конца, срок его исследования должен истечь прежде чем, он вернется в «Овертон». Но порой, обстоятельства действуют даже на самого любимого и уважаемого члена команды. Представь если кто-то получит смертельную рану, или вовсе погибнет, если кто-то сойдет с ума от долгих месяцев, проведенных среди песка, обломков кораблей и раненых товарищей… В этом случае… первый разведчик должен оставаться сильным и заставлять это делать других… в этом случае я ставлю на Уилла.

После ужина он решил достать все бумаги по завтрашнему мероприятию, среди которых были анкеты для участвующих, документы подтверждающие список будущих солдат. Для Руди и брата Уилла они были уже заполнены, с заголовками «белый разведчик» — у самого Уилла и Мартина Смита было еще несколько пустых полей. Завтра у одного из них на первой странице появится надпись «черно-белый разведчик».

РУДИ-ВАЛЬДО ЭМЕРСОН

2.3_ штат К.Р. город Луин.

2.4_ 1985 г. 15 марта.

4.1_ М.А.К факультет роботостроения, инженерия ракетной техники.

Тем временем Гарри просматривал бумаги Руди, вспомнив о тех, кто играл в его большом замысле роли жертв, пока другие боролись за звание «первого». Гарри еще долго просидел за этими бумагами, заполнил все, что было нужно, иногда отвлекаясь на моменты чей-то биографии, в конце концов, составив план отъезда и обозначив своей жене время, когда он сможет вернуться.

В отличии от остальных Руди родился в Луине, и не стал заселяться на «Осиную» улицу, как это сделали приехавшие братья Майеры и Мартин Смит. Он закончил факультет инженерии, и вместе с Уиллом проходил стажировку в компании. Когда Руди подал заявку на конкурс, то со своими мыслями о призвании разведчиков был ближе скорее фанатику Майку, чем Уиллу. Именно в Луине штат К.Р. находится озеро Столлинтон. И именно в этом городе растут цветы «Лунарии», чьи серые, иногда синие, и даже розовые, листья так похожи на луну.

Глава вторая. ОКОНЧАНИЕ СЕЗОНА

Руди встретил их на стадионе. Это утро оказалось очень холодным, солнце было закрыто от новых занятий группы, а тренировочный центр сливался своими стенами с серым небом. Марти и Майк вышли из корпуса, когда до начала занятий оставалось совсем немного времени. Вокруг центра, за его ограждениями, небо было изрезано ветвями нелепо возвышающихся деревьев, а внутри — поле с беговой дорожкой, фонарные мачты и сарайчик.

Пока они ждали Криберса, Доджа или еще кого-нибудь, чтобы начать занятие, главной темой для разговора стало тестирование. Марти рассказывал о поездке в главный штаб и о том что испытал, оказавшись там. За все дни, прошедшие с того момента, не было работы, и встретились они только сегодня.

— А Джека видел? — спросил Руди.

— Нет, ты ошибся, там были совсем другие люди.

— Повезло… Говорят, он — мастер допроса… из кого угодно информацию достать может. Особенно, его на дезертиров натравляют.

— Да, мы думали, он из вас неприятные вещи вытягивать будет, пока не определит, кто лучше продержался.

Сегодня в тренировочный центр Майк отправился один. Его брат проснулся несколько раньше, чтобы посетить главный блок. Там от Уилла ожидали подписания «правила дезертирства».

Над ними пролетели птицы. Все трое в тренировочной песчано-серой экипировке сидели в ожидании руководителя сегодняшних занятий. Часто от того, кто это будет, зависел тип тренировок и теории.

Пока они пытались объяснить все происходящее: необходимость этой подписи, смысл задачи тестирования, какая ответственность лежит на плечах первого разведчика — погода становилась все хуже. Начался дождь.

Когда в «Овертоне» появился Сэм, то уже закончилась утренняя тренировка и прошло некоторое время от занятия по инженерии, а если появился бы Гарри — то по ботанике. В последнее время такое случалось часто, сезон подходил к концу, и руководство больше заботило теперь не обучение разведчиков, а оформление, подписание документов, перевоз последних из одних блоков в другие.

Сегодня был именно такой день. Они уже ушли со стадиона, и встретили Криберса в здании, после того, как сами провели упражнения.

— Рад всех вас видеть, сегодня опоздал… Это из-за того, что пришлось посетить технический блок. Вот взял на каждого из вас лицензии для оснащения оборудованием.

Вместе с Сэмом они отправились в инженерный зал. Там находились обычно все материалы и работы по изучению инструментов или оружия, и у каждого разведчика это были свои предметы, управлять которыми он здесь учился. Но сейчас помещение было совершенно пустым, а теорию у разведчиков заменило подписание лицензий.

Тем временем, Гарри и Уилл ехали через Стейпл-Роу. Когда они окажутся здесь, всех четверых ждет самое важное заявление от Гарри Доджа.

Сезон подходил к концу. Руководство было занято с одной стороны отрядом Уилла, с другой — уже зимним конкурсом. 24-ое ноября стал последним днем, проведенным в тренировочном центре. В этот день было подписано «правило о дезертирстве», и Гарри Додж приехав из главного центра должен объявить об окончании подготовки разведчиков. Осенний отряд был официально сформирован и обучен.

Располагающаяся очень высоко над уровнем дна и бесконечная, как и само озеро, дорога Стейпл-Роу, под дождь по которой ехал «фольксваген» Гарри, ужасала своей одинокостью. Он вместе с Уиллом возвращался на тренировочную базу.

Уилл смотрел на Столлинтон, и не мог вообразить, как это место с таким жутким климатом (и своими законами, как говорили опытные разведчики…) когда-нибудь сможет стать городом. (…разве могло превращение озера в пустыню остаться бесследной ошибкой природы без своих тайн и смертей…) А тем временем, Гарри продолжал:

— Когда вы вернетесь, я обещаю тебе… твой брат на всю жизнь наиграется. А ты сможешь тихо работать где-нибудь в лаборатории или если на то сил уже не хватит, то надзирателем в каком-нибудь блоке. — Гарри говорил о том, что отлично знал, он понимал в каком состоянии Уилл и какое его отношение к полученному званию. — Всему этому придет конец, но важно не каким он будет для тебя, Уилл, а каким он станет для него…

Он продолжал смотреть на дождь, который, то и время, прекращался и снова начинался.

— А что если этот конец для Майка будет уже не важен?

— О чем ты говоришь?..

— О том, мистер Додж, ради чего мы сегодня подписывали эти документы.

С этих слов Гарри замолчал, он не хотел говорить о том, что Уилл придумал в своей голове, так как это мешало его счастливым планам об уходе с поста главы исследовательской программы.

Грязь и мокрая трава, впереди въезд на территорию. И над всем будто в тумане молчание — все молчит.

И снова ударом по тишине появляются капли, превращаясь в ливень.

А он до сих пор наблюдает за этими переменами, не разговаривает с тем, кто сопровождал его этим утром. Гарри отвез его в главную часть, встретив у дома на «Осиной» улице.

И теперь тоже везет, на работу.

Когда «фольксваген» остановился перед воротами, а Гарри получил разрешение проехать, Уилл, наконец, отвлекся от дождя. Но от своих мыслей он еще не избавился.

Итак, первый разведчик воссоединился с командой. Гарри обошелся сдержанным приветствием с Сэмом, и строгим — с исследователями.

За плечами были месяцы подготовки и еще три дня после избрания «первого». Наступило время для Столлинтона. И сейчас, когда они все собрались в инженерном зале, Гарри начал свой монолог. Он рассказал о главных географических направлениях, поведал о точках сбора и о сроках.

Время исследования — это не только промежуток, в который нужно успеть выполнить задание. Уже год многомиллионная компания занимается освоением озера, и за это время люди добились построения двух электростанций и части дороги. Чтобы оправдывать ожидания правительства, «Овертон» формирует систему обязательств для всех разведчиков. Руководство организации осознало, что озеро Столлинтон не сделать крупным городом, если любой исследователь сможет вернуться из разведки, когда захочет, а целые фазы освоения будут прерываться чьими-то ранениями или смертями.

Точками сбора называли места пересечения линий «фланжпаков», устройств, ряды которых помогали для создания первичных лагерей. После того, как разведчики заканчивали свою работу, «фланжпаками», словно маркерами, они выделяли изученную территорию. И эти места переходили в зону строительств. На местах сбора также можно было найти ресурсы, которые ежевременно поставлялись компанией.

И фронт изучения. Им стала территория дальше южной АЭС. Сказать, что это место вызвало у группы исследователей вопросы — не сказать ничего. Изначальна, отряд Уилла Майера планировался для северной стороны дороги, а далее — изучение в восточном направлении. Но в последний момент произошли перемены.

Процесс подошел к концу. Подвел итог своей работе Гарри Додж, спокойно теперь ощущает себя Сэм, хотя знает, что впереди еще много головной боли и бумажных вопросов.

Гарри, тем временем, отправился к своей машине, все необходимое им было сделано. Криберс будет еще находиться в корпусе должное время. А группа разведчиков оказалась в шаге от того, чтобы узнать, чего стоили их идеи и мечты перед Столлинтоном.

Дождь по прежнему заставляет задуматься, но человек теперь не видит в нем неприятность — это уже случилось, и есть лишь отношение к неизбежному.

Уилл вышел на улицу последним. На его капюшон тут же стали попадать капли. Но равнодушие к дождю не означало отсутствие страха. Он лишь принял его, не думая, что сможет что-то изменить. А страх был за него.

Дождь невозмутимо продолжал свое влияние на Уилла. И дождь этот был Столлинтон с чем-то предстоящим страшным.

Первый разведчик вышел из дверей «Овертона», пробежался взглядом по площадке перед воротами тренировочного центра, наконец, найдя своего ожидавшего брата.

А страх был за него.

Последний день в «Овертоне» завершился, однако времени было всего около полудня. В тумане через Стейпл-Роу едет «фольксваген», и вместе с Гарри на «Осиную» улицу отправляется еще Марти.

— Ну как ты?.. — спросил Уилл, подойдя к брату. — Что-то чувствуешь?

— Не знаю.

Они стояли посреди дороги, которая вела через ворота к зданию. Было не только мокро, но и холодно. Окрепший дождь пробегал по курткам, а холодный ветер пробирался к телам. Осень в Столлинтоне играла последними днями.

— Да, знал, — Прозвучал ответ, которого ждал надзиратель. И Джек записал это в свой блокнот.

Он стоит в той части комнаты, которая не освещена, и движения его громоздкого блокнота почти не привлекают внимания. Сэм же находится под светом лампы — уставший и явно не желающий проводить допрос. Его рабочий день еще не закончился, пока Уилл, сжимая банку с сигаретой, отвечает на их вопросы, зимние разведчики проводят вечернюю тренировку.

Времени было уже семь — допрос Уилла Майера проходил в зиму 2005 г — и между тем заканчиваются занятия нового отряда.

— Так… Это было единственное задание, после чего, ты говоришь, вас с Мартином привели в одно помещение и объявили результаты. И больше ничего?..

Джек подтвердил слова Уилла. Для этого ему пришлось покинуть темную половину комнаты, и указать на некоторые бумаги Криберсу. Усталость и оторванность от допроса последнего проявились и в неспособности проверить документы.

Допрос продолжался еще некоторое время, пока Сэм расспрашивал о наиболее значимых для дела документах, связанных с окончанием сезона.

Освободили Майера поздним вечером, когда надзиратель тренировочного центра задал вопросы о его семье. Сегодня эта процедура отличилась своей продолжительностью, во многом из-за подключения к допросу Джека Илиена и главы блока, Сэма Криберса. В прочие же разы присутствовал только Гарри и некоторые им приглашенные, а само действие завершалось, обычно, к пяти.

— Приехали все: сестра и папа… и в общем-то мы с братом. Я помню, это был последний день в «Овертоне». Спустя еще один — мы выйдем на озеро. А они решили нас поддержать, увидеть, наконец…

Необходимость вопросов о семье Джек также объяснил. После этого Сэм поблагодарил Уилла за сегодняшнее участие и разрешил отвести его в камеру. Все это время после Столлинтона Уилл не мог покинуть тренировочный лагерь. И после каждой ночи, проведенной в камере, он отправлялся на очередной допрос.

Когда все закончилось, они вышли в коридор. Сэм видел, как Уилла сопровождали охранники, а между тем, Джек высказывал свои находки в речи и, как он выразился, полупустой памяти первого разведчика.

Джека Илиена пригласили из главного центра, оповестив всех о помощи, оказанной со стороны руководства. Но в отличии от Сэма или Гарри он не знал человека, которого судили за дезертирство, и поэтому не мог увидеть в его словах ничего кроме (еще одного случая). У Гарри его невозмутимое отношение к допросу вызвало отвращение.

Сэм же провел тяжелый рабочий день и не мог как Гарри Додж составить у себя в голове образ офисного червя из главного блока. Сейчас Сэм очень устал, и после занятий со своей зимней группой и допроса Уилла, он, наконец, сможет спустится к своей машине и, покинув центр, отправиться на «Осиную» улицу, но прежде он зайдет в инженерный зал.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.