электронная
180
печатная A5
680
16+
Ломая миф

Бесплатный фрагмент - Ломая миф

Книга 1. Лунное безумие


4.7
Объем:
444 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4493-6297-1
электронная
от 180
печатная A5
от 680

АННОТАЦИЯ

Этот мир, к которому мы все так привыкли, имеет оборотную сторону, которой управляют боги.

Мерил Ковак — юная дриада, довольствующаяся осуществлением детской мечты, поступлением в Высшую Академию, Элизиум. Вместе с подругой они должны овладеть своими силами, чтобы стать подлинными творениями богов.

Мерил пугает её учёба в Элизиуме, потому как её род не был предназначен этому месту. Но практически сразу она находит себе могущественного союзника, покрывающего её тайну.

Вскоре девушка открывает в себе неимоверные силы, неприсущие дриадам, которые одновременно и пугают её, и внушают трепет, открывая тайны окружающих её людей.

На этом переживания Мерил не заканчиваются. Восход Безумной Луны рушит хрупкий мир вокруг девушки, неся в себе не только разоблачение, но и различные обвинения.

ГЛАВА 1

«Вставай-вставай-вставай!» — Гласило сообщение, которое утром так некстати разбудило меня. — «У меня есть для тебя потрясающее известие. Жду тебя на нашем месте через час».

Одним глазом я прочитала его, и, когда перевела взгляд на время, подскочила.

— Чёрт!

Через двадцать минут я уже выходила из дома.

Местом, которое Кэсси называла нашим, был Японский парк.

Как оказалось, у нас огромное количество общих увлечений: от музыки до красивых мест города. Япония всегда восхищала меня, но поехать в это место, полное вдохновения, у меня никогда не получалось. В этом минус небогатой семьи. Зато кто-то додумался принести частицу Японии к нам в Портленд, штат Орегон.

Хотя я проспала, если так можно назвать внезапное пробуждение, пришла раньше, чем подруга. Выбрав лавочку возле озера, которая располагалась в тени раскидистых деревьев и россыпью огромных камней, покрытых мхом, я достала телефон и наушники. До встречи оставалось около получаса, но просто так сидеть я не любила. Я осмотрелась по сторонам.

Был конец августа, погода стояла отменная, лёгкие облака клубились над тем местом, где я сидела. Несмотря на недосып, настроение у меня было отличное. Мне давно не удавалось выбраться в парк, всё время что-то от этого отвлекало. Под «чем-то» я обычно подразумеваю учёбу в академии искусств.

Странно, но это место не только отвратило меня от рисования, но и вымотало так, что я даже не могла представить. Теперь же, заканчивая бакалаврат, передо мной стоял выбор, который я всё никак не могла сделать.

От этих мыслей меня отвлекло появление Кэсси. Она была пунктуальной девушкой, ну, во всяком случае, со мной… Прошло буквально три песни, как моя подруга оказалась в паре метров от меня. Её лицо, всегда такое открытое и приветливое, сегодня излучало нетерпеливую первостепенную тайну, которой она просто жаждала поделиться. Судя по тому, что у неё в руках были стаканы с кофе, то разговор предстоял довольно серьёзный. А вот если кофе был ещё и домашним, то этот разговор мне точно не понравится. Так уж у нас завелось.

Многие говорят, что я буквально читаю мысли мисс Дельфис, хотя я даже не пыталась посягать на её частные тайны. Просто мы действительно подружились, стали близки как сёстры, может даже ближе. При виде меня улыбка засияла на её лице ярче. Она кинулась обнимать меня, стоило мне лишь немного приподняться.

— Обещай, что ты выслушаешь меня и не будешь сразу кричать, — прошептала она мне на ухо, прижав, в объятии, мои руки по швам и быстро чмокнув в щёку. От такого приветствия я, признаюсь, немного оторопела. Складывалось такое ощущение, что она совсем не оставляла мне выбора.

— Ммм… Хорошо, — всё так же удивлённо пробормотала я. — А что за кофе?

Подруга немного отстранилась от меня, давая свободу моим рукам. Всё с той же сияющей улыбкой она протянула мне стакан, предназначенный для меня.

— Это твой любимый Фраппучино, притом сделанный собственноручно твоей покорной слугой.

Я продолжала смотреть на подругу, не отрывая взгляда. Нет, ну действительно! Ей от меня точно что-то нужно, либо она сильно провинилась… В данной ситуации нельзя было исключать ни один из вариантов, ведь Кэсси, по натуре, была девушкой довольно-таки неусидчивой. Она могла загореться какой-либо идеей настолько сильно, что готова была провести ночи напролёт, готовясь к осуществлению данной затее, даже если у неё не было гарантий, что хотя бы какое-то из событий поможет ей в этом осуществлении.

Взяв протянутый мне стакан, я сразу почувствовала, что лёд в ней начал таять до тех пор, пока напиток не остался просто холодным, а не замороженным. Такова была часть сущности Кэсси. Она была дочерью выдающейся Наяды с большой буквы, Менты, которая охраняла пресные воды нашего штата уже на протяжении нескольких десятков лет, переняв пост у матери. Если я не ошибаюсь, то бабушка Кэсси отошла от дел, как только её дочь окончила университет. На вид Менте можно было дать и тридцать, и сорок, но никак не больше. А вот кто приходился отцом Кассандры, оставалось загадкой, потому что она по силам была не совсем такой, как её мать.

Мента всегда любила кофе, который, казалось, занимал половину жидкости её организма, что, впоследствии, передалось и её дочери. Эта любовь была настолько большой и сильной, что вылилась в немаленькую отрасль кофеен с названием «Мечта Наяды». Только некоторые, кхм, люди знали о том, что означало это название.

Я отпила из стакана. Боже! Кэсси каждый раз загадочно улыбалась, когда я утверждала, что она может работать в местной кофейне наравне с матерью. Хотя, как мы обе знали, она и так была там своей, главным кофеманом, предлагающим новые рецепты и усовершенствования старых. Подруга действительно очень много знала о различных составах кофе, однако всё же сумела создать лицо кофейни — напиток, состав которого знало всего несколько человек, включая её мать. Мне же, простой «смертной» в данной отрасли, предстояло лишь гадать, что именно добавляли в фирменный кофе Менты.

— Так о чём таком ты хочешь со мной поговорить, что даже пытаешься меня умаслить? — Я внимательно на неё посмотрела и опять сделала глоток восхитительного напитка.

— Нас зачислили! — Выкрикнула она и огляделась по сторонам, боясь, что нас мог кто-нибудь услышать. — Наши приглашения пришли вчера вечером, хоть я и отправляла наши анкеты месяцев пять назад, если не больше.

Немного порывшись в своей сумочке, по ходу дела выкладывая на лавочку её содержимое, девушка достала два конверта.

Вначале я даже не поняла, о чём Кэсси ведёт речь, тупо смотря на конверты в её руках, но потом, задумавшись, я поняла, что девушка осуществила свою давнюю угрозу. От неожиданности я обратно села на лавочку. Если это новый способ пошутить, то мне было до ужаса не смешно.

Всё не настолько страшно, как может показаться, но у меня сразу перехватило дух, потому что я не думала, что она могла быть способна на это. Хотя меня всегда поражала моя неуверенность в способностях девушки, стоящей сейчас передо мной. Как и в человеческом мире, дети мифических существ, в том числе и богов, должны были пройти обучение в специализированном заведении, чтобы полностью раскрыть свои способности и научиться управлять ими. Существует огромное количество таких заведений, однако все они разделены, грубо говоря, по видам и царствам, а их огромное количество. Не верите? Откройте мифологию и убедитесь сами. Например, мне, как дочери незнатной, но чистокровной, дриады, предстояло учиться в одном из трёх отделений Гильдии Плетущегося Побега, разбросанных по разным концам света. Кэсси же легко могла получить приглашение из элитного рая для новичков всех сущностей, который так и назывался, Элизиум. Любой, у кого значимые семья или способности, мог получить в неё приглашение. Но многим туда путь закрыт, и я никогда не считала, что я смогу хотя бы издалека увидеть сады Элизиума.

Высшая Академия, в которую Кэсси подталкивала меня вступить, хоть и сама прекрасно понимала, что мне не светит.

— Нас — что? — Всё ещё не верила я. — Я даже заявление не писала…

— Вместо тебя написала я.

И тут до меня в полной мере дошёл смысл сказанных слов. Если меня, по её словам, записали в Элизиум, то… О боги, я так об этом мечтала, так хотела попасть именно туда! Хоть мне и нельзя было мечтать о таком, ведь эта мечта была не достижима, но почти каждый вечер перед сном я грезила об этом моменте.

— Да?

— Да… — Посмотрела она на меня, ожидая непонятно какой вспышки.

Но зачем мне что-то ей говорить? Как оказалось, мои бессмысленные действия скажут намного больше. Я начала смеяться и, подскочив с лавочки, прыгать вокруг, как будто я была маленьким ребёнком, хотя мне скоро исполнится двадцать два. Но, если хорошенько пораскинуть мозгами, я действительно была им, в отличие от большинства своих знакомых девушек, я почти (но тоже бывало) не думала о парнях, а, скорее, выбирала мультик для просмотра вечером. И такое положение дел меня, в общем, устраивало, однако иногда думалось, может со мной что-то не так? Парням я была не очень интересна, и это если не считать пары не совсем адекватных юношей и престарелого преподавателя.

Но и Кэсси, не смотря на всю свою красоту и харизму, не могла найти себе парня на долгосрочные отношения, потому что теперешний тоже был, как она говорит, с приветом. И долго задерживаться на нём она не хотела.

Она была стройной девушкой, ростом пять-семь. Её волосы ниспадали светло-русыми прямыми струями ниже плеч, однако она хотела их обрезать, хоть мне они нравились и такими. Иногда они казались белёсыми, словно первый снег, и её зелёные глаза казались на их фоне такими глубокими, как и морская пучина, частью которой она хотела стать, хоть её судьба — пресные воды нашего штата.

Немного успокоившись, я задумалась. У меня нет никаких особых талантов, чтобы мою кандидатуру одобрили в Элизиуме, так что моё зачисление оставалось загадкой. И это самое простое, что можно было о нём сказать.

— Стой, — посмотрела я немного недоумённо на свою подругу. Она так же в ответ посмотрела на меня. — Я не из знатной семьи, да и талантами не вышла. Как они могли меня принять?

В ответ Кэсси посмотрела на меня с многозначительной таинственной улыбкой.

— А кто сказал, что ты не из знатной семьи?

— Ясное дело, что не из знатной! — Я всё ещё не могла понять, как она провернула это тёмное дело. Что-то я начинаю постепенно становиться двигателем прогресса. То бишь тормозом.

— Вместе и навсегда, подруга. — Лишь рассмеялась она. — Ты официально будешь числиться моей кузиной. А раз ты дриада, то это никого не заставит усомниться в твоём происхождении. Остальное я объясню тебе дома. Мама ждёт нас к чаю.

Я не смогла сдержаться и крепко обняла мисс Дельфис, до конца не веря в то, что она сделала, что рассказала. Нет, я была счастлива, но в то же время меня обуревал страх. Как? А не выяснят ли?..

«Хватит паниковать!» — Приказала я себе, обратив внимание на то, что Кэсси не обняла меня в ответ. Признаться, это немного меня смутило.

— Будет очень странно, если ты не обнимешь меня в ответ, — заметила я.

— Для начала отпусти мои руки, чтобы я могла это сделать, — со сдавленным смешком прикрикнула она. Я поспешно убрала свои руки.

— Та ладно! — Теперь уже она обняла меня. — Настолько далеко можно было не отходить.


Наяда опять засмеялась, а я подумала о том, насколько мало я её знаю, ведь два года в нашей жизни — это очень короткий срок. Как я раньше не могла с ней подружиться? Этот вопрос навсегда останется нераскрытым. За довольно короткий промежуток времени она стала моей поддержкой, опорой, тем человеком, которому я могу сказать всё, как есть, без утайки. И даже в самое печальное время жизни двадцатилетней девушки, а таковым может являться воздыхания в сторону парня, для которого ты лишь подруга. Хоть меня, чаще всего, не сильно беспокоит полное отсутствие личной жизни, всё же я — обыкновенная девушка, которая не так уж и много хочет от жизни. Во всяком случае, обычная я среди своих. А тот парень, как раз, свой. Но Кэсси любую страшную трагедию, которая присуща юношеству, может превратить в самую настоящую комедию. Да притом настолько, что ты ещё будешь удивляться, что эта ситуация вообще носила гордое название «трагедия».

Нас познакомила девушка по имени Ребекка Каррингтон, дриада, как и я. Всё произошло совершенно случайно и банально: мы столкнулись в торговом центре. Но, как зачастую и бывает, разошлись, лишь немного посмотрев друг на друга, однако, спустя год мы сошлись. С третьего раза. Но Бекке это, как мне кажется, не совсем понравилось.

— Ты её у меня увела! — Кричит она и обнимает меня так, будто приклеенная. А точнее в эти моменты девушка кажется приваренной сварочным аппаратом. И такое происходит теперь практически при каждой нашей встрече, которых, слава богам, не так много. По правде, она мне не очень симпатична, и всё благодаря её характеру. Нет, я рада её видеть, но меня никто ни у кого не уводил. В отличие от мисс Каррингтон, Кэсси была спокойнее, ну, во всяком случае, в большинстве ситуаций, и то только тогда, когда-либо я её доведу, либо нам в голову придёт такое, что оставаться спокойным уже просто нет возможности, она может проявить склонность к чрезмерному подобию.

А ещё, что немаловажно, у нас было много общих интересов, которые позволяли нам постоянно находить темы для разговоров, так что на телефоне мы висим не один час. Странно, но это был единственный человек, который практически полностью разделял мои вкусы в музыке, хотя маленькие различия всё же были. Я очень часто захожу на её профиль в социальной сети, нахожу музыку и добавляю её себе. Из-за этого пару раз случались маленькие конфузы: мы путали, на чьей странице находимся, удивляясь, почему не помним некоторые хорошие песни.

Одним словом, мыслим мы на одной волне, хоть и не всегда приемлемой окружающими, и практически всегда понимаем друг друга с полуслова. На данный момент моей жизни я могу сказать, что такой человек у меня один, поэтому «вместе навсегда» — как раз то, сколько я хочу с ней быть. Надеюсь, это взаимно, хотя она бы таких слов не произнесла, если бы не верила в них.


***


Если честно, то я плохо помню, что было дальше. Всё казалось просто нереальным сном, который всё никак не желал отпускать меня из своих цепких объятий. Поступление Кэсси в Академию было предопределено, ведь её записали туда уже при рождении, не то, что меня. Наяде была уготована судьба стать наследницей своей матери, которая охраняла пресные воды нашего штата. Этот факт Кэсси немного пугал и разочаровывал, потому что хоть она и любила воду, полностью отдать себя ей она не хотела. Слишком много вокруг интересного для неё было, слишком мало возможностей, как ей казалось, открывал для неё Подводный мир.

В себя я пришла только на кухне Кэсси, которая что-то готовила, в то время как я медленно отходила от новости. Однако, воспоминания о прошедших нескольких часах были полностью стёрты из моей головы, как будто их вообще не было, а в данной ситуации — это странно, если хорошенько подумать. Провалов в памяти у меня не бывает, только в особых случаях, да и то редко. И нет, не из-за того, что я злоупотребляю алкоголем!

— Повтори ещё раз, как ты обыграла меня, дочь незаметных в широком обществе дриад, при поступлении в Элизиум?

Повернувшись, она изобразила из себя ангела, который подвержен адским мукам. Её взгляд излучал такое терпение, которое мне и не снилось.

— Нравится тебе или нет, но ты дочь сына маминой двоюродной бабушки, который умер три месяца назад, это если не придираться к генеалогии. — Она осторожно посмотрела на меня, а я и слова сказать не могла. Я была настолько поражена, и пыталась понять, кто же я такая по её версии для Академии. Видя, что говорить я пока что не намерена, перебирая всё в голове и активно шевеля губами, пока расставляла всё по полочкам, она продолжила, всплеснув руками. — О боги, просто запомни, что мы двоюродные сёстры.

— Правда, что ли?

— Да, — уверенно кивнула она головой. — Про меня можно сказать что я — простая нимфа, хоть и с некоторыми отклонениями в силах, но такое бывает. В этом вся прелесть наших сущностей. Замаскироваться под мою сестру-дриаду, тем более что они тоже нимфы, проще простого. Тем более что в кланах мы не состоим, как это было ещё пару тысяч лет назад. То есть кровосмешения сущностей вполне вероятны и даже приветствуются. И, напомню тебе, что у моего дяди Майкла была незаконная дочь, погибшая вместе с ним и матерью. Мы запросто выдадим тебя за неё, так что вполне прокатит, выкинь из головы, сестрёнка.

Хмыкнув, я представила, как приятно изображать мёртвого человека, но если это мой единственный шанс попасть в Элизиум, то моя совесть замолчит на очень долгое время. Как ни крути, такая возможность дважды не даётся. Плюс то, что я притворюсь именно той девушкой, избавит меня от родственников, грозящих раскрыть обман моей подруги. Стоп, ведь не только от них?

— Насколько я поняла, — произнесла я зародившуюся мысль, вертясь на барном стуле, — родство с тобой означает потерю настоящих родных?

— Не волнуйся, всё будет намного проще в действии, чем в теории. Просто объяснить твоих родителей у нас с мамой не получилось. Точнее, у нас не удалось правильно объяснить твоего отца, но что-то придумаем. — Оказалось, что Мента на чай нас не ждала, а просто приготовила нам его, потому все мои вопросы приходилось терпеть и выслушивать её дочери. — И, кстати, это была именно её идея. Конечно, без Айфи тут тоже не обошлось, как мне кажется. Они считают, что каждая нимфа обязана раскрыть свои способности в том окружении, которое для неё привычно и приятно. А для тебя я, надеюсь, таковой и являюсь.

Мента Дюмейн, мать Кассандры, была главой их семьи, что перешло ей по наследству от матери как носительнице силы. Это была добрая женщина, которая всегда помогала мне в любой ситуации. Кроме Кэсси она единственная, кто знала всё обо мне, и даже была знакома с моими родителями. По внешности я смогла бы показаться её дочерью даже больше, чем Кэсси, хотя они были похожи практически как две капли воды. Но, в отличие от дочери, Мента была натуральной брюнеткой с пронзительными льдистыми глазами.

Я тоже была представительницей практически чёрных волос, однако в последнее время они начали светлеть. Но, в основном, цвет был тёмного вишнёвого оттенка с, присущей Кэсси, золотинкой, что тоже делало нас похожими. А глаза у меня были от «тёти».

Меня всегда поражало отношение этой семьи, точнее этих двух членов семьи, ко мне. Вот и сейчас они показали, что я для них не просто проходящая мимо девушка, которую встретили в торговом центре. Не зная, что можно сказать в ответ на всю их любовь и доброту, я подошла к Кэсси, достающую очередную партию кексов из духовки и, дождавшись, пока она поставит противень, обняла. Опять. Крепко. Она даже ойкнула. Дважды. Но не отстранилась, потому что прекрасно понимала, что для меня это всё значит. Она лишь засмеялась и покрепче прижала меня к себе, уткнувшись лицом в мои волосы. Так мы и простояли какое-то время, пока в парадную дверь не позвонили.

— Всё это замечательно, но тебя пора выводить в свет, — произнесла она, неловко отстраняясь от меня.

— А это ещё что значит?


***


Спустя полчаса мы с пришедшими гостями сидели в гостиной, и пили чай с кексами, которые, как говорила наяда, на удивление хорошо получились. Эх, сам себя не похвалишь — никто не додумается, как говорит моя мама.

Я всегда была замкнутой с чужими людьми, особенно когда их много, да ещё и с парнями, так что сегодняшний день не стал особым исключением. Но мне только нужно время и, если мне его дадут, не посчитав ненормальной, то я приспособлюсь.

Так что я уже не была сильно молчаливой, хоть всё так же чувствовала себя неловко, несмотря на то, что друзья Кэсси и пытались разговорить меня. Я осмотрела своих новых знакомых, вникая в то, о чём они говорили, стараясь понять, что каждый из себя представляет.

Справа от меня сидел Натаниэль Деверо, один из трёх наследников владелицы богатой империи. Он был высоким, брюнетистым кареглазым красавцем, и, судя по всему, от девушек у него не было отбоя. Самое странное, что он вёл себя как обычный юноша, не задаваясь своей внешностью и положением, будто не понимал, какое может производить впечатление на противоположный пол. Он был сыном богини Ночи, и, как я поняла, силы его отличались от матери, хотя даже в мифологии говорилось о её сыне, могучем Гипносе, который покровительствует над сном.

Зеленоглазый шатен, сидящий слева от меня, постоянно пытался втянуть меня в разговор, отступая от своей затеи буквально на пару минут, и снова рвясь в атаку. У него были красивые глаза, и поэтому я не могла противиться ему. Как раз на них я была падка, притом очень сильно, ведь это первое, на что я обращала внимание. Нет, он не нравился мне в роли моего будущего парня, я его таковым не представляла, но как человек он был мне симпатичен. Звали сие чудо Николас Рашворт и, в отличие от всех собравшихся в комнате, он был сыном самого громовержца, который сейчас стоял во главе нашего сообщества. Он полностью унаследовал силы своего отца, и поэтому, когда настроение у него было отвратительным, погода была такой же, а небеса низвергали молнии, благо, не попадающие в живых.

Но я узнала его совсем с другой стороны. Этот парень был полнейшей непоседой, которая вечно пытался над кем-то подшутить, кого-то развеселить. Он не так давно окончил Академию, но настолько завяз в этой жизни, что остался там аспирантом, что радовало многих его знакомых с младших курсов. И если вдруг у вас назначена пара с мистером Рашвортом, то знайте, что это очередное выступление одного актёра. Но он был довольно популярен среди сверстников и не только — многие преподаватели любили его и с радостью приняли его в свой состав.

Последней незнакомкой была кареглазая шатенка, Алиша Дин. Я издалека видела её пару раз, но Кэсси неоднократно рассказывала мне о ней. Девушка принадлежала древнему роду Сирен, которые сколотили такое состояние, что ей можно и вовсе не работать, как и её детям и внукам. Из-за того, что в роду хранилась чистота крови, кроме сирен никаких других видов не было, кроме её старшего брата. И это была одна из таких старых семей, которые не принимали новых порядков и родства разных сущностей, не смотря на то, что истоки у нас общие. Именно потому, что сирены — единственные представители рода, измена её матери выплыла наружу.

Так же с нами находился и парень моей подруги, Кристиан Кэммис. Его матерью была богиня Ника, и, в отличие от Нейта, силы родительницы отчасти передались ему. Кристиан был кареглазым блондином с очаровательной улыбкой, на которую оборачивались прохожие, а также победителем по жизни. Он всегда добивался того, чего хотел. Примером может послужить и сама Кассандра, ведь её тоже пришлось завоёвывать, притом не один год.

— Мне не нравится его голос! — Кричала она. Это был главный аргумент в споре «я-должна-его-бросить». Мне оставалось лишь вздыхать в сторонке, потому что Кристиан был замечательным парнем, хоть и не привлекал моего внимания.

Спустя ещё час я могла открыто веселиться с друзьями Кэсси, которые заставили меня капитулировать под общим натиском. Не могу сказать, что уже считала их своими лучшими друзьями, но просто — да, они уже были. Каждый рассказывал о своём зачислении и поставленных основных предметах.

— Ну что, детки, — рассмеялся Николас, — готовьтесь к моим парам, потому что я буду очень, ну очень строг.

Он так многозначительно посмотрел на меня, что я просто покатилась со смеху. Впрочем, не я одна. Те из нас, кто не знал его лично, многое слышал о нём от Кэсси. Поэтому его угроза с подмигивающими глазками да улыбкой до ушей говорили всю правду о нём.

— Рашворт! — Прикрикнул Нейт и хлопнул друга по плечу, привлекая к себе внимание. — Не хочешь ли ты сказать, что будешь измываться над своими друзьями?

— Да я до крика вас всех доведу, — ответил он с мечтательной улыбкой, глядя на Алишу.

«Явно бабник», — подумала я и отпила сок из стакана, который стоял на маленьком круглом журнальном столике, вокруг которого мы сидели. Алиша демонстративно отвернулась от Ника, всем своим видом показывая, что не собирается связываться с ним, придерживаясь принципов семьи.

Но всё же я заметила, что хлопок Нейта показался Нику каким-то не таким, поэтому он, уже с ухмылкой, повернулся к другу. От прежней мечтательности не осталось и следа, вместо него во взгляде парня поселился бесёнок.

— А знаешь, что?

— Что? — Недоумённо переспросил Нейт.

— Ты меня уже достал. Останешься после занятий.

Как это случилось, я не поняла, однако в Нейта полетела диванная подушка.

Парень ловко уклонился от неё, но никак больше не отреагировал. Видимо, он просто считал, что дальнейшие споры просто не стоят его усилий.

Ник тоже не был так чтобы сильно заинтересован в продолжении спора. Он окинул взглядом цветник девушек, после чего, как бы невзначай, присел возле Алиши, которая упрямо продолжала смотреть на него как на пустое место. Я заметила, как девушка немного отодвинулась от младшего громовержца, на секунду закатив глаза. Ник же, явно не понявший намёка, потянулся к своей чашке, в которой было далеко не кофе.

ГЛАВА 2

Когда я подошла к своему дому, меня встретили лишь тёмные окна. Я не поздно вернулась, вершины многоэтажек, расположенных в нескольких кварталах от нас, ещё освещал мягкий свет заката. Похоже, родители просто ушли на прогулку или к кому-то в гости, что случалось не так уж и редко, ведь у них были хорошие отношения с соседями. Не могу сказать, что у меня были не такие, просто я старалась избегать некоторых ровесников, потому что сразу начинались вопросы, на которые мне отвечать не хотелось.

Я открыла дверь своим ключом, бросила сумку в прихожей и наконец-то сняла натиравшие балетки. Вроде обувь и не новая, а проблема так и осталась. Немного кривясь, я прошла на кухню, и, включив свет, заметила какой-то стикер, наклеенный на дверцу холодильника. Наверное, это послание от мамы. Так у нас было заведено: если последний член семьи уходит из дома, на самое заметное место прикрепляется записка, сообщающая о том, куда этот человек направился и когда будет. Наверное, со стороны такое поведение выглядит смешным благодаря наличию у всех телефонов, но такие мелочи были даже очень приятными.

Сорвав стикер, я увидела аккуратный почерк мамы. Всем, кто не знал, что моя мама пишет простой ручкой, казалось, что это распечатка набранного текста. С лёгкой ноткой зависти, я принялась читать записку.


«Мерил,

Мы с отцом в гостях у семьи Порт. Если хочешь, присоединяйся, Брайден спрашивал о тебе сегодня в магазине. А если нет, то ужин находится в духовке, но что-то мне подсказывает, что от Кассандры ты вернулась не голодная.

Если что, мы вернёмся поздно, не жди нас и ложись спать. Завтра обсудим твой день.

С любовью, мама.


P.S.: В холодильнике десерт! Уж от него-то ты не откажешься!»


Только его мне для полного счастья сегодняшнего дня не хватало! Брайден Порт… Как можно было описать этого человека, чтобы полностью передать его характер? Этого я не знала.

Мы учились с ним в одной школе, только он был на год старше меня. В средней школе мы начали с ним общаться, и всем казалось, что в скором времени мы начнём встречаться, но… Не знаю, что точно произошло, однако, он резко прервал наше общение, притом самым глупым образом. В один прекрасный день он просто перестал со мной разговаривать. Совсем, даже не объяснив причины своего поведения. Мне было обидно, потому что этот парень был первым, кто мне серьёзно понравился, но, проплакав один вечер, я постаралась выкинуть его из головы, что мне и удалось.

Я точно знаю, что он не принадлежал нашему с Кэсси миру, однако он всегда знал, когда я полностью забывала о нём, и появлялся в самый не подходящий момент. Первым таким появлением было моё поступление в Академию Искусств Портленда. Как ни в чём ни бывало, Брайден позвонил мне, будто с тех пор не прошло почти два года, откуда-то узнав мой номер мобильного. Это было немного странно, потому как со школьными знакомыми я практически полностью оборвала отношения. Как последняя дура, я стала вновь с ним общаться, правда, помидоры к тому времени переживали свою десятую смерть.

А как раз овощи с огорода его и интересовали. Наивный… Он опять перестал со мной общаться. И месяц назад опять появился, а прошло уже четыре года. Я всеми силами стараюсь избегать его, потому что на этот раз он что-то долго не исчезает, хоть и слышал мой отказ не один раз.

Тут я обратила внимание на постскриптум, который написала моя мама. Эта фраза мгновенно подействовала на меня, отогнав все мысли, которые только могли кружить в моей голове. Теперь там победно скандировалась мантра сладкоежки со стажем.

«Это уже интересно». — Подумала я про себя и полезла по указанному мамой адресу. О! Тортик! Это как раз то, что мне подходит. После сегодняшнего дня сладкое было самым лучшим лекарством. Хотя почему я вру даже самой себе? Тортик был необходим в любом состоянии. Я до сих пор удивляюсь, почему его не зарегистрировали как основное лекарство от всех проблем, хоть он их и не решал. Отрезав себе «маленький» кусочек вкусности, я, в полной уверенности подождать родителей, направилась в свою комнату.

Включив свой компьютер и найдя одну из своих любимых песен, я вошла в фэйсбук.

Я совсем, я совсем не своя.

Как будто я кто-то другая —

Падшая и безликая.

Так пуста, пуста изнутри,

Часть меня мертва

Нужен ты чтобы жить опять…

Ты можешь изменить это?

Я пуста, пуста и безлика.

Ну не смогла я сдержаться! Но из-за того, что мой рот был забит вкуснейшим тортиком, слова песни звучали невнятно. Она была одной из моих самых любимых, поэтому я даже начала пританцовывать, изображая ложкой микрофон.

Для концертов моя комната вполне подходила: она была просторной и светлой. Конечно, до комнаты моей подруги она не дотягивала, но это была самая большая комната в доме, не считая гостиной. Она была забита шкафами с книгами, старыми пластинками и новыми дисками. Мне доставляло особое наслаждение покупать, а не только качать в интернете. Может я сумасшедшая, но это поистине доставляло мне удовольствие. Знакомые часто спрашивали меня, какую музыку я предпочитаю, но однозначного ответа получить не могли, потому что я слушала всё, к чему душа ляжет. От джаза до тяжёлого рока, но не такого, где я не понимала слова песни из-за скрипа голосов.

Сразу возле входа располагалась небольшая, но вместительная гардеробная, а напротив неё — выход в личную ванную. Я никогда ничего не имела против того, чтобы пользоваться общей, но почему-то мои родители решили, что немного больше личного пространства мне не повредит.

Но самым моим любимым местом в комнате был широкий подоконник, который прикрывали книжные шкафы. Это было идеальным местом, в котором можно было спрятаться. Со стороны двери меня никто не мог увидеть, а это очень полезно, когда ты хочешь побыть одна.

Ещё одним достоинством этого окна был выход во внутренний двор нашего дома. Мой отец — садовник у какого-то начальника какой-то фирмы. Он много времени проводит у него, облагораживая огромный сад, который оставался в запустении после смерти его жены. Но Дэвид Ковак никогда не забывал и про свою гордость, поэтому наш дворик всегда был похож на тропические джунгли с различными цветами и таким буйством красок, что другого места отдыха не нужно было.

Остановилась я только из-за того, что услышала звук приходящего сообщения в сети. С недоумением и лёгким разочарованием, что прервали мой великий концерт, я подошла обратно к компьютеру. В такие знаменательные моменты меня прервать могла только Кэсси. Так уж завелось, что если я слушаю музыку, да притом такую, от которой тянет в пляс, неугомонная наяда моментально начинает звонить или писать.

«Эй, красотка», — звучало сообщение, — «жди гостей, ведь у меня пытками выяснили, как с тобой связаться!; -)»

Либо я сегодня туго соображала, либо моя любимая слишком туманно изъясняется.

«И что ты хочешь этим сказать?» — Полюбопытствовала я.

«Просто ты всем очень понравилась :-D. Добро пожаловать в семью!» — Не заставил себя ждать ответ.

Отлично! Такое объяснение мне ничем не помогло. Складывалось ощущение, будто подруге просто нравилось меня мучить. Окей, я просто не буду ей отвечать. Полная решимости я вышла из своего аккаунта и вернулась к более приятным делам, за которыми время пролетает незаметно. А под приятными делами я, разумеется, подразумевала вкушение сладкого под любимую музыку. Во время очередных оваций моих фанатов — плюшевых игрушек, которые просто сходили с ума от моего таланта, — раздался стук в дверь. От неожиданности я подскочила и выронила ложку.

— Почему ты не спишь ещё? — Спросила мама, заглянув ко мне в комнату. Увидев ложку на полу и расставленные игрушки, она улыбнусь. — И как поживает моя певица?

Мне очень не нравилось, что она быстро нашла язык с родителями Брайдена. Несколько раз были такие ситуации, когда его мама пыталась уговорить мою поговорить со мной насчёт сына. Она считала, что мы были бы просто идеальной парой. Но мне повезло, он моей маме не очень нравился, поэтому каждая такая попытка быстро пресекалась, что было мне на руку. Мама считала, что если парень мне понравится никто вступаться за него не будет. Тем более что это за парень, который сам ничего понять не хочет! Например, то, что мне он как парень безразличен. Хотя друг он довольно неплохой… Но, как всем понятно, ему этого мало. Но, если признаться, мне иногда начинало казаться, что его прельщал сам факт того, что я скажу «да», а не столь близкое общение со мной. Не знаю, может, я, конечно, просто ставлю это в ряд причин, почему я не хочу общаться с Брайденом, однако… Это чувство не покидало меня, как бы я ни старалась.

Я бросила ложку и подскочила к маме. Поцеловав её в щёку, я произнесла:

— Краснеет от похвалы, — заулыбалась я. Вспомнив, почему я вообще ждала сейчас маму, я ещё больше развеселилась.


***


Проснувшись, я потянулась к телефону, лежавшему на тумбочке рядом с кроватью. Наушники были подключены, поэтому, включив первую попавшуюся песню, я вспоминала тот разговор, который состоялся с мамой ночью. Всё-таки было странно разговаривать с ней о моём поступлении в Главную Академию, ведь мама была приверженцем кланового обучения, ну а мне казалось, что так будет лучше. В этой ситуации конфликт возрастов и мнений проявил себя.


— Даже не смей думать об этом! — Мама сразу же стала непреклонной. Пока я рассказывала ей о произошедшем радостном для меня событии, её лицо меняло свои краски, а глаза наполнились испугом. Если быть до конца честной, то такой я реакции не представляла. Да, традиции — это хорошо, но я не понимала, почему мой отказ от традиционного обучения стал поводом для такого страха. Я ведь не говорила о том, что решила бросить всё и податься к жрецам в качестве монахини или жертвы для ритуалов!

— Мам, да что тут такого? Я же просто хочу развиваться в таком окружении, раз мне предстоит прожить с ними всю жизнь!

Меня пугала её реакция и то, что она переходила на крик, но я пыталась спокойно объяснить ей свою позицию. Она всегда меня понимала, поэтому я надеялась, что и эта ситуация не станет исключением.

— Мам, обучение в Элизиуме пойдёт мне на пользу…

Мама начала глубоко дышать и озираться по сторонам как затравленный зверь, будто повсюду была опасность. На меня она отказывалась смотреть, поэтому я решила подойти к ней. Медленно, чтобы не вызвать нового крика, я стала приближаться. Ещё никогда я не видела её в таком состоянии. Казалось, будто она потеряла рассудок от переживаний.

— Мам? — Тихо позвала я. Она не ответила, но наконец-то посмотрела на меня, и я увидела в её глазах такую тоску, что я быстро обхватила её руками. — Мам, всё будет хорошо, я всё время буду находиться рядом с Кэсси. Когда мисс Дюмейн предложила ей организовать моё поступление…

— Так это её идея? — Мать вскинула на меня взгляд.

— Д-да… — Неуверенно пробормотала я в ответ, боясь, что это может привести к ссоре ставших близкими подругами женщин.

Она ещё раз странно посмотрела на меня, выпуталась из моих объятий и вышла из комнаты, так ничего и не сказав. Я оцепенело стояла, не имея сил пошевелиться. Вроде бы ничего глобального не произошло, но ни разу, ни разу мы с мамой так не расставались.


Я ворочалась, не могла сосредоточиться на музыке. Выражение лица и поведение моей мамы ставили меня в тупик. Что с ней было? Почему она так отреагировала? Насколько я знала, она с момента знакомства с Ментой доверяла её суждениям, но… Сколько я себя помнила, моя мама была сдержанной женщиной с очаровательной улыбкой, которая сходила с её лица лишь в редкие моменты жизни. Видимо, сейчас для неё настала как раз такая ситуация.

Я отложила телефон, выключив Poets of the Fall и встала. Всё же от своих проблем не убежишь, а решать нужно как можно быстрее. По-быстрому приняв душ, я с трудом расчесала щёткой спутавшиеся волосы. Наверно, это вчерашнее происшествие так повлияло на меня, что спала, не зная покоя, ведь мои волосы редко когда так спутывались. Ещё раз взглянув на своё озадаченное лицо в зеркале, попыталась придать ему нормальное выражение, блеска глазам, который куда-то пропал. Через пару минут осознав, что это гиблое дело, я вышла из комнаты.

Когда я спустилась вниз, то обнаружила только своего отца, который, как всегда по утрам, читал газету, полностью погрузившись в это занятие. На столе возле него стояли чашка чая и тосты, к которым он никогда не притрагивался. Мамы нигде видно не было.

— Доброе утро, папочка! — Улыбнулась я, когда отец обернулся на мои шаги.

— Доброе, милая… — Он уткнулся обратно в газету, слегка приподняв уголки губ.

Я подошла и налила себе кофе. Достав из холодильника мороженое, добавила пару ложек.

— А где мама? — Робко спросила я. Мне не было известно, рассказала ли мама ему о моём поступлении. Реакция отца могла быть не лучше, чем у неё, хотя у нас с ним отношения всегда были лучше, чем с мамой, хоть это было тяжело представить. Те немногочисленные друзья, которые у меня были, всегда завидовали моим отношениям с родителями. Но в отличие от мамы, с отцом мне всегда было проще поговорить по душам, потому что он в любой ситуации пытался понять причины моих поступков, а потом уже судить, в то время как мама говорила всё и сразу. Эта черта характера у меня от неё.

— Она захотела о чём-то поговорить с Ментой, — не поднимая головы, ответил он. — Умчалась очень рано. Мне показалось, будто она была чем-то встревожена.

Я вздохнула и уткнулась носом в свою чашку.

— А теперь странно себя ведёшь и ты. — Он отложил свою газету в сторону. — Ничего не хочешь мне сказать?

На мгновение я задумалась, стоит ли говорить отцу, но потом я взглянула на него, и все мои страхи ушли.

Это действительно был тот человек, который должен быть у каждой девушки. Тот друг, которому она может всё рассказать, ведь только он поймёт и поддержит её. Я абсолютно всё рассказала отцу, и во время моего рассказа он то улыбался, то хмурился, а это было значительным отличием от реакции моей матери, потому что он никогда не прерывал меня на полуслове.

А так же, когда я переводила дыхание, тараторя, он задавал вопросы. Много вопросов. И они были разнообразными, в нужном месте помогая дополнить мой рассказ. Они касались всего: от мельчайших деталей плана моего прикрытия до моего отношения к какой-либо мелочи.

Именно благодаря этим вопросам я смогла полностью рассказать отцу всё то, что моя мама не захотела слушать, выйдя за дверь. И когда я перешла к рассказу о приходе друзей Кэсси, он задал неожиданный вопрос. На то он и отец, чтобы подлавливать и вгонять в краску.

— Итак, дочь, — серьёзным тоном начал он. Я уже начала пугаться, что он скажет то же, что и мама. — К которому из них мне следует присмотреться?

Что-то я совсем в последнее время соображаю плохо.

— Ты о чём? — Настороженно поинтересовалась я.

— Я о тех парнях.

Наконец-то! До меня постепенно начал доходить смысл его вопроса, значит, со мной ещё не всё потеряно.

— Пап, — заикаясь, я всё же ответила, — я их видела всего один раз! Мне никто не понравился.

Он улыбнулся, и вокруг его глаз начали собираться морщинки.

— Ну, спросить-то я должен был.

Так мы просидели ещё час, рассуждая о прибытии в Элизиум и моём поселении в общежитие. В отличие от мамы, его интересовала любая мелочь касательно… всего, без исключения.

— Ты не думаешь, что тебе опасно жить с кем-то в комнате? А вдруг они заметят что-то необычное, ведь тебе часто становится не совсем хорошо.

О, как раз этот вопрос меня и мучил больше всего, ведь я, хоть и походила способностями, являлась чистокровной дриадой с двух сторон, но всё же во мне было что-то странное, что отличала от мирной пары Дэвида и Алесы Ковак. Как говорили родители, иногда, когда я сплю, я начинаю декламировать что-либо в стихотворной форме. Всё бы ничего, разговоры во сне — дело пустяковое, но декламирую я на странном языке, понять которого родители не смогли. И да, мне часто становилось плохо. Ну, то есть не совсем плохо. Я могла начать плести что-либо, продолжая что-то втолковывать на том же языке. Очнувшись, я ничего не помнила из своих действий за всё время приступа, от чего у меня просто мороз шёл по коже. Об этом я никому не говорила, даже Кэсси. Однако мама всегда убеждала, что это временно, и я перерасту эти приступы, но я никак не могла в это поверить. Это вам не какая-то пустяковая детская болезнь.

— По правилам Академии каждый вид живёт в комнате с тем же видом, но мисс Дюмейн договорилась, что мы с её дочерью будем жить в одной комнате. Мы же ровесницы, сёстры, плюс Мента отвалила в библиотеку Академии несколько старинных томов из своей личной коллекции.

Произнеся последнее, я закатила глаза. Род Менты уходил корнями глубоко в мифологию, что позволило им создать большую библиотеку в первом, родовом, особняке наяд Дюмейн. Лишь пару веков назад бабушка Менты решила переехать и растить свою дочь отдельно.

— Ну что ж… Я ничего против не имею. — Наконец выдохнул папа. — Лично я доверяю Менте Дюмейн.

По его глазам было видно, что всё сказанное им было правдой, хоть он волновался не меньше мамы. За это я ещё больше ценила папу, за умение принимать правду. А она была такой, что мне действительно лучше было бы в Элизиуме, и нельзя было упускать такой шанс.


После разговора с отцом на душе стало легче, хотя размолвка с мамой всё также не давала покоя. Но пока её не было, мне ничего другого не оставалось, как подняться к себе в комнату. Посмотрев на часы, я с удивлением заметила, что уже больше двенадцати.

Включив компьютер, я вошла в фэйсбук и увидела, что моя страница буквально преобразилась за те часы, которые меня тут не было. Казалось, что я являюсь пропавшим человеком — настолько много там появилось всего, особенно за последние два часа.

Во-первых, это был миллион сообщений от Кассандры, которая интересовалась, в какой роще я потерялась, что у меня не отвечает телефон. Притом интерес её, ладно, миллион — это много, был минимум на сто сообщений, интонация которых с каждым новым менялась.

«ПОЗВОНИ МНЕ НЕМЕДЛЕННО!!!!!!» — Гласило последнее, но пока я не разберусь со всем, что тут появилось, она от меня такого не дождётся.

Я потянулась за телефоном, который лежал на тумбочке, и увидела, что, оказывается, он разрядился за то время, пока я разговаривала с отцом. Странно, я его только вчера зарядила… Достав зарядку и подключив телефон, я пошла дальше разбираться с аккаунтом.

Во-вторых, там было очень много отметок на фото. И когда я говорю очень много — то это действительно много, если учесть, что фотографироваться я не люблю и всячески избегаю фотоаппарата. Я зашла в отметки и остолбенела. Это были фотографии с наших вчерашних посиделок. Нет, там ничего неприличного не было, просто на всех фотографиях я была то с Ником, то с Нейтом, практически в обнимку, или почти сидя у кого-то на коленях. Ну ладно, такое действительно было, кроме коленей, во всём виноват ракурс, но как, скажите на милость, рядом со мной вечно оказывались бутылки мартини и бурбона?! Я ж дрянь эту даже не пила! Хотя нет, вру. Немного мартини всё же было… Но не настолько! Притом бутылки присутствовали на каждом отмеченном фото. Несколько раз даже казалось, будто я тянусь за одной из них.

Ну, Кассандра! Папарацци доморощенный мой! При встрече задушу в объятиях моей всепожирающей страсти! Я уже давно грозилась сделать это, только что-то руки не доходили.

Далее я обратила внимание на заявки в друзья. Три. По одной на каждого участника фотографий. Угадала, как ни странно. Да я экстрасенс, видимо!

— Экстрасекс, — мурлыкнула бы наяда.

Почему три, а не четыре? Всё просто: Кристиан уже был у меня в друзьях, мы довольно-таки мило общаемся, хоть и не часто. Как говорится: редко, но метко.

Заполучив новых друзей на сайте, я решила, что большего счастья мне в жизни не нужно, и вышла, тем более что Брайден был в сети, а вот с ним переписываться не хотелось. В последнее время я его довольно часто избегала. Я буквально видела то сообщение, которое он уже мне сочинял. Я не огородник, хоть и вожусь с растениями!

Несмотря не то, что мама была против этого, я собиралась поехать в Академию, потому что оставлять мои способности без контроля было не правильно. Вдруг обучение в Элизиуме так же разъяснит мне, почему со мной случаются такие приступы. Поэтому мне предстояло подумать, что из вещей мне нужно было взять с собой.

Я хотела достать из сумочки проспект Академии, который находился в том же конверте, что и приглашение, но вспомнила, что бросила её в холле. Я быстро сходила за ней и, достав проспект, стала изучать его.

Вроде всё довольно просто, климат был мягким. Точнее, таким его поддерживала Администрация Элизиума. Обычные клановые школы располагались в том месте, которое удобно для клана. Например, высшая школа Гильдии Северного Чёрного Потока, в которой, как ни странно, воспитывались орестиады, располагалась, на севере, в горах. Само же расположение Главного учебного заведения оставалось под строжайшим секретом. Единственное, что было точно известно, она была под водой, недаром там преподавателем был Посейдон. И это была единственная школа, в которой большинство преподавателей — боги. Считалось, что обучающиеся в Элизиуме приближены к будущему в высших кругах, рядом с богами, потому готовили их очень серьёзно.

Я встала и заглянула в гардеробную. Просмотрев все свои вещи, — то есть, пошвыряв их на кровать, а затем, уже просмотрев, — я остановила свой выбор на нескольких кашемировых свитерах, паре брюк и джинсов, паре туник и нескольких пар обуви. Я не вижу смысла нагружать себя множеством вещей, они лишь занимают место. Лучше я возьму с собой свои любимые книги. И любимого мишку в половину моего роста — подарок самой себе на двадцатилетие.

Выбор вещей занял много времени. Когда я окончательно отобрала нужное, вышла за дорожной сумкой моего любимого бренда Burberry, которая находилась в комнате родителей, а всё потому, что маме она тоже понравилась. Вообще-то я всего один раз покидала Портленд, с Кэсси и её мамой. Как раз тогда она мне и понадобилась, когда на время отпуска Мента взяла нас в командировку, в которой её предложили занять другой округ. К счастью, она отказалась.

Уже когда я возвращалась к себе, заметила маму, стоявшую на лестнице. Я остановилась, не зная, что дальше делать.

— Уже подобрала вещи? — Спросила она дружелюбно и со смущённой улыбкой на губах.

— Да, — нерешительно ответила я.

— Хочешь, ещё раз вместе просмотрим?

— Конечно, — обрадовавшись, я вслед за ней направилась в спальню.

Мама оглядела царивший в ней беспорядок и аккуратно сложенную стопочку на кровати.

— Это и всё? — Спросила она удивлённо.

— Я не хочу брать с собой много вещей.

— Правильно, лучше там докупить. — Улыбнулась она. — Насколько я знаю, Администрация Элизиума организовывает на выходные порталы в разные места и города.

Всё так же нерешительно, я улыбнулась ей в ответ. Переведя взгляд вниз, я увидела у неё в руке какую-то коробку.

— Мам, может, поставишь коробку? А то неудобно с занятыми руками просматривать вещи.

Она немного округлила глаза, когда вспомнила о коробке, быстро подошла к моему столу и поманила меня за собой.

— У меня совсем из ума вылетело, — мама поставила коробку на стол и начала её распаковывать. — Я сегодня ездила к Менте Дюмейн…

— Да, папа говорил. — Не сдержалась я, затем виновато посмотрела. — Прости что перебила.

— Ничего страшного. Я вижу, что ты сейчас боишься меня. — Всё так же улыбалась она. — Это ты прости меня за вчерашнюю реакцию, просто я была немного ошеломлена.

Я присела на кровать, наблюдая за мамой. Сейчас она хоть и выглядела немного обеспокоенной, но страха в глазах, в отличие от вечера, не было, и она улыбалась чему-то известному лишь ей.

Моя мама ещё в школе начала славиться своей красотой, и у неё всегда было много поклонников. Её густые чёрные волосы волнистым водопадом спадали по её плечам и струились по спине, а зелёные глаза были настолько светлыми, что при определённом освещении могли показаться белыми. Лишь тёмная обводка глаза указывала на радужку, отделяя её от белка. В свои сорок четыре она выглядела всего на несколько лет старше меня, так что мои школьные друзья часто принимали нас за сестёр. Некоторые парни, увидев нас, позже просили у меня её номер.

И таких ситуаций было много, так что нам с мамой они не раз давали повод для вечерних сплетен, тогда как отец лишь подшучивал над нами, за что мы в ответ называли его стариком. Родители мамы не одобряли её выбор мужа, потому что он был намного старше её, хоть на вид ему и было около сорока.

А сейчас мама была флористкой в свадебном салоне, и я сама не раз наблюдала, как их посетители радостно улыбаются ей. Это были завсегдатаи салона, которые заказывали букеты по любому поводу. Ни один день рождения, или девичник, не мог без них обойтись.

— Кстати, — начала мама с начала, — я сегодня говорила с Ментой Дюмейн. И она убедила меня в правильности твоего обучения в Академии.

Я смотрела на маму с удивлением. Просто не ожидала, что она так быстро, а точнее за один разговор с мамой Кэсси, поменяет своё мнение.

— Правда?

Она обернулась, и только теперь стал заметен огонёк у неё в глазах.

— Да, и по этому поводу я решила сделать тебе подарок. Именно поэтому меня не было так долго.

Она полностью распаковала коробку и достала оттуда новенький планшет.

— Asus? Тот, что я хотела? Спасибо! — Я подскочила и обняла маму. — Но, мам, у нас в каждой комнате общежития по два компьютера. Не стоило тратиться!

— Я знаю, — сказала она и стала гладить меня по волосам. — Просто я хочу, чтобы у тебя было персональное устройство хранения данных. И ты сможешь сразу связаться с нами, в любое время.

— Если там будет связь… Мам, — осторожно спросила я. — Скажи, а почему всё-таки ты изменила своё мнение? Нет, ты не подумай, я очень рада, но не думала, что всего один разговор с мисс Дюмейн так переубедит тебя.

— Я сразу понимала, что это правильное решение, просто я боялась, что твои… проблемы могут состроить тебе плохую службу. Но идея выдать тебя за родственницу Кассандры не так уж плоха. Ко всему прочему ты действительно научишься контролировать себя, и нам не придётся затыкать уши на ночь, когда у тебя приступы языкознания.

— Спасибо, что поняла меня, — прошептала я и прижалась к ней сильнее.

— Просто я осознала, — ответила мама, утыкаясь носом в мои волосы, — что ты уже совсем взрослая, и никогда не примешь какое-либо решение, не обдумав его. Мне пора свыкнуться с мыслью, что ты уже не моя маленькая девочка.

Я была счастлива, что больше не приходилось уверять маму в правильности такого решения, что привело бы к новой ссоре. А мне хотелось её избежать — я ненавидела ругаться с мамой, которая, всё же, была моей лучшей подругой.

Вполне вероятно, что пару слов в мою пользу мог сказать и папа. Я помню, как он сказал о своём доверии Менте, потому не сомневалась, что он был на моей стороне. Ведь где как не в окружении олимпийцев его уже не маленькая дочь могла открыть себя?

Пока мама помогала мне собраться, мы всё же решили, что мне не повредит взять немного больше лёгких вещей, ведь было не ясно, когда можно будет отправиться за покупками, а ходить в чём-то надо было.

Странно, но только после маминого одобрения во мне проснулась нотка сильного беспокойства. Да, у нас действительно были причины опасаться моего обучения, но это касалось не только Элизиума, а и любого другого учебного заведения, в котором мне бы пришлось жить в общежитии. Иногда мы даже думали, что в такой ситуации было бы полезно снять маленький домик или квартиру, где я бы могла не бояться реакции соседей, но… Такого наши школы не предусматривали, желая собрать всех в одну кучу.

Потом я вспомнила, что Главная школа — это не совсем обычное учебное заведение. Я помню, Мента рассказывала об одной из своих поездок в Элизиум, и тогда она остановилась в одном из гостевых домиков. Может, я могла бы тоже жить там? Хотя зачем? Мне просто нужно было набраться духу и рассказать о своей проблемке Кэсси, хоть это и было трудно. Я и сама не понимала того, что со мной происходит, не понимали родители. Многие просто сочли бы меня за полоумную, и именно это вселяло в меня больший страх. Не хотелось бы, чтобы это портило мои отношения с лучшей подругой.

Но всё равно я предвкушала то, что меня ждёт в Элизиуме, не даром же название Академии означало «рай». И главное то, что я смогу увидеть потомков тех, о ком с малого возраста читала в книжках. Греческие боги всегда были для меня чем-то… сказочным, хоть я и знала, что принадлежу их миру.

ГЛАВА 3

Мента Дюмейн была защитницей вод нашего штата, поэтому часто случалось так, что её долгое время не было дома. Вот и в этот раз был такой случай. Хоть люди и принимаю всё за миф, но боги никогда не спят, образно выражаясь, а следят за вверенными им территориями.

В Портленде открывалось несколько порталов до Элизиума, но так как хозяйки не будет, то из ближайших мест выбрали дом семейства Деверо, который находился всего на другом конце леса. Не успела я приехать к Кэсси, как её водитель сразу же стал хлопотать о том, чтобы засветло привезти нас к Нейту.

Ну что ж, это, в общем, было неплохой идеей, ведь сегодня было полнолуние, и все «взрослые» нимфы проводили свои ритуалы, а в это время лучше по лесу не гулять, иногда люди пропадали в таких ситуациях. Даже известная сказка о Гензеле и Гретель не говорит о ведьме с её пряничным домиком, просто нимфы разошлись на славу. В тот день была рождена нимфа, которой было предначертано влюбить в себя небезызвестного бога. Притом одного из тех, которые считаются главными.

— Вот так погуляли… — Вспоминают дриады ту ночь, тяжко придерживая голову и готовя себе огромное количество разнообразных «лекарственных» жидкостей.

А пряничный домик? Ну… На таких сборищах закуска обязательно должна быть, хотя даже она не спасла нимф.

Собирались мы «недолго». Кэсси думала так же, как и я, по поводу одежды, но кое-что из вещей она всё же не могла просто так оставить дома. Повезло ещё, что машина оказалась вместительной, на то это и лимузин. Но что может взять с собой нормальная девушка кроме одежды? Вы не поверите — много чего. Кроме кофе у мисс Дельфис было ещё несколько страстей.

Во-первых, она замечательный фотограф. Честно. Сколько раз подруги меня фотографировали, когда я соглашалась на это, но мне ничего не нравилось. И вот настала та пора, когда за дело взялась Кассандра. Тогда у неё ещё не было фотоаппарата, и фотографировала она на обычный телефон, однако эти снимки стоят у меня с пометкой «любимое». Даже при том небольшом количестве мегапикселей она смогла сделать действительно стоящую вещь. Она замечательно подбирает ракурсы, которые помогают скрыть недостатки фигуры, которых у меня, по моему мнению, куча, и подчеркнуть достоинства. И вот недавно у неё появился её любимый Nikon, который стал её вечным спутником на все мероприятия. Но и на этом она не остановилась. Теперь у неё огромное количество объективов, сумочек, и ещё всяческих принадлежностей для её любимца, названия которых я не знала. И их все она пыталась аккуратно разложить в контейнеры под сидениями машины, буквально трясясь над ними.

— Ты издеваешься, да? — Ворчала она на мои ехидные подколки по этому поводу. — Я без фотоаппарата — это то же самое что я без макияжа. Сразу кого-то встречу, или увижу что-то интересное.

Во-вторых, она очень любит читать. Но не какие-то смазливые женские романы. Её привлекают более серьёзные произведения, ну или фэнтези, наконец. Третий этаж в доме, ласково именуемый чердак, был её спальней, укромным местом в виде библиотеки. И она была огромной. Когда я впервые пришла к ней, то задала скромный вопрос по поводу уборки, на что она загадочно ответила:

— Наши слуги — это сильфы. Они наводят порядок буквально за пару минут.

Она с упоением читала каждую книгу, а точнее параллельно две: одну на телефоне или электронной книжке, а вторую печатную. Сейчас же она не отошла от своих традиций и волокла по ступенькам, пересчитывая их, огромный мешок, — именно что мешок! — книг. На ходу она опять-таки не переставала ворчать.

— Я? Без Вербера и Паланика? Не дождётесь! А что прикажете мне читать на парах литературы? Как всегда, препод окажется занудным ботаником! С нашим счастьем другого и не светит!

По правде говоря, мне надоело препираться с ней, толку всё равно никакого не будет, проверено временем. Поэтому, облокотившись на бампер уже раздувающейся машины, я скрестила руки на груди и пристально следила за её манипуляциями. Когда она закончила, то была уже довольно взъерошенной и тяжело дышала.

— Слушай, — сказала я, когда подошла к ней. — Тебе бы машину как в Министерстве Магии. Вместительнее будет.

— Да, тогда бы я тебя засунула в багажник со всеми вещами. — Как-то сердито ответила она.

— А чем это отличалось бы от теперешней поездки? — Спросила я, заглядывая в переполненную машину.

— А тем, что тогда бы ты нашла Нарнию и передала от меня привет Аслану… — Буркнула она, когда я садилась в машину. — Чака не помни!


Спустя час мы всё-таки кое-как пролезли в машину и направились к дому Нейта. Как сказала Кэсси, там соберётся небольшая компания отметить наше поступление, в которой так же будут знакомые мне личности. А пока мы ехали, то решили повторить нашу историю, ведь нам предстояло выдать её большому количеству людей, и поэтому она должна дойти до совершенства. Меня не страшили незнакомые люди, но я точно знала, что в Элизиум должны поступить некоторые люди из Академии Искусств, которые всегда знали меня под именем Мерил Ковак, а не Дюмейн.

— Так, меня зовут Мерил Дюмейн, дриада в нескольких поколениях со стороны матери. По отцу же могла оказаться наядой. Мама вышла замуж за Дэвида Ковака и дала мне его фамилию, но для института решила изменить её, чтобы не возникло вопросов. Так? — На всякий случай уточнила я.

— Да, всё правильно, а моя мама всегда знала о тебе, ведь дядя Майкл доверял ей, но мы слабо общались. Более близкими стали как раз пару лет назад.

И так всю дорогу. Мы обсудили всё, захватывая каждую мелочь, о которой нас могли спросить. Хоть к Деверо было не так далеко ехать, дорога показалась нам чересчур короткой, но все важные детали мы успели обсудить. А так же я успела наслушаться по поводу Кристиана, поэтому, когда мы приехали, я очень обрадовалась, что теперь могу не выслушивать какой он плохой, если учесть, что он ходячее золото.

Нас встретил очень довольный Нейт, который сегодня был в красной рубашке и брюках. Мда, принарядился к приезду гостей… Это было действительно заметно, ведь даже волосы уложил при помощи геля, и теперь они топорщились в разные стороны.

— Девушки! — При открытии дверей глаза у Нейта округлились. — Чьё добро?

— А ты не догадываешься? — Спросила я, схватив его за руку, которую он подал, когда пыталась пролезть наружу через дебри книг. Мило. Нейт хмыкнул и просунул голову в машину.

— Ну, так что, мисс Дельфис, может, сначала машину разгрузим? Я позову подмогу!

— И ты туда же, Брут? — Кэсси сверкнула глазами в его сторону. Я в этот момент тихонько похихикивала в сторонке, наблюдая за тем, как подруга аккуратно выходит из машины, стараясь не задеть драгоценные книги.

— Ну что, милые, с поступлением? — Заворковал вокруг нас хозяин дома, приобняв обеих за плечи и ведя в дом.

Но опять я оказываюсь не в курсе происходящего. Если для Кэсси это маленькая вечеринка, то… Уже сразу при входе в дом было заметно, что семейство Деверо устроило для своего сына всё по высшему разряду. Из просторного холла, в котором была полукруглая лестница, ведущая на второй этаж, сквозь арку была видна гостиная, которую на этот вечер превратили в клубный зал. Нет, правда! Даже диджей сейчас крутил песню, от которой тот час хотелось пуститься в пляс.

Мы прошли в гостиную, и теперь комната полностью предстала перед моими глазами. Тот свет, который я сначала приняла за свет шара, оказался мерцанием свечей, которые располагали в малом количестве на стенах, и в просто огромном свисали с потолка. Притом свечи горели пламенем разных цветов, что создавало такую атмосферу, которую просто невозможно передать словами. И такое не увидишь в обычном клубе.

В дальнем левом углу, возле стойки диджея, которая была на сооружённом подиуме, находился бар, возле которого толпилось множество хихикающих девушек.

В центре зала находился большой танцпол, который был окружён столиками. К одному из них мы и направились. Там уже собрались наши друзья и, к неудовольствию Кэсси, её парень, который, увидев её, подошёл к нам и поцеловал свою девушку, а наши друзья просто приветственно закричали. На людях Кассандра вела себя с ним прилично, а вот мне потом предстояло выслушивать очередную порцию. Единственным человеком за столиком, которого я не знала, был брюнет с пронзительными голубыми глазами, который с неким интересом смотрел на меня. Так всегда смотрят на новеньких в классе, когда пытаются понять, что те из себя представляют. Нижнюю часть его лица украшала, — и я не шучу — щетина. Вообще-то такое мне не нравится, но именно этому парню очень даже шло, и отрицать это было бы глупо. А когда он встал и с улыбкой протянул мне руку, сердце у меня пустилось вскачь.

— Кажется, мы ещё не знакомы, — взял он меня за протянутую в ответ руку, наклонился, и поцеловал её. — Колин Деверо, старший брат этого оболтуса.

Нейт начал было возмущаться, а я стояла в смятении, не ожидав такого приветствия, но, так как на нас смотрели столики, расположенные рядом, то я быстро взяла себя в руки.

— Очень приятно, Колин. — Улыбнулась я этому красавцу. Уверена, щёки мои заливал румянец, и, надеюсь, при таком освещении его сильно заметно не было. — А я Мерил, сестра Кэсси.

— Кэсс, — обернулся он, приобнимая мою подругу, — а я и не знал, что у тебя есть сестра.

Она улыбнулась ему в ответ:

— Да, мы как родные, но мы кузины. И поверь, меньше всего при Рилле я думала о тебе. — Она пожала плечами. — Теперь, надеюсь, ты счастлив из-за этого знакомства.

Колин опять посмотрел на меня тем непонятным взглядом, кивнув при этом наяде.

— Ну что ж, теперь мы знакомы, — констатировал парень.

— Да, — улыбнулась я, а Кэсси потеребила меня за рукав.

— Рилла, я хочу пить. Пойдём к бару?

— Пойдём.

И мы оставили на время нашу компанию, которая, казалось, была самой шумной, и всё благодаря Нику. Казалось, что этот парень не может спокойно усидеть на одном месте, и просто не простит себе, если минуту проведёт без шутки. Странно, но Колина это совсем не интересовало. После того как мы отошли от столика, он сел на своё прежнее место и задумался о чём-то, время от времени подливая себе в стакан из появившейся ниоткуда бутылки. Он задумчиво окидывал взглядом толпу, словно надеялся увидеть кого-то, но, судя по всему, этого не произошло.

Мы подошли к большому бару, за которым сидело несколько одиночек, подражавших Колину, и несколько ребят, ожидавших огромное количество алкоголя, заказанного на свои столики. Выдохнув, я помотала головой.

— И как он тебе? — Загадочно улыбаясь, поинтересовалась Кэсси, заказав у бармена коктейли.

— Колин? — Уточнила я.

— Не прикидывайся дурочкой. Ясное дело Колин. Он такая лапочка.

— Что-то он сильно задумчивый… — Протянула я.

— О чём ты? — Не поняла подруга, но я не стала отвечать на этот вопрос, резко почувствовав какой-то дискомфорт. Мы взяли бокалы с коктейлями и направились обратно к столику. Всю дорогу мне казалось, что на меня кто-то смотрит со стороны бара, но, обернувшись, я не заметила ничего подозрительного.

Кристиан сидел, пытаясь поддерживать разговор присутствующих, но невооружённым глазом было заметно, что ему было неприятно отношение Кассандры, которая хоть и вела себя на людях как влюблённая девушка, не чувствовала этого чувства. Насколько я знала, он нечасто мог вытянуть её погулять, да и просто дозвониться до неё.

— Эй, Кристиан! — Окликнула я его. — Пойдём, потанцуем? Кэсси не против.

Парень благодарно посмотрел на меня, когда я протянула ему руку. Заметив на себе взгляд Колина, я сперва оробела, но потом просто выкинула свою стеснительность из головы. Я давно пыталась это сделать, но как-то не выходило. Однако, сейчас мне было нечего стесняться, ведь с Кристианом мы знакомы не первый день. Подав мне свою, он не ожидал, что я потяну его, а это как раз входило в мой план.

— Всё у тебя будет хорошо. — Сказала я ему. — Даже если не с ней.


Наша компания действительно была самая шумная, а Николас всё никак не мог угомониться. Поэтому со временем к нашему столику пришлось придвигать всё большее количество диванчиков и столов. Я никогда не любила шумные посиделки и клубы, однако в этой компании мне было уютно. Прошло уже несколько часов, а Колин оставался для меня загадкой, хотя своих новых знакомых я очень быстро «почувствовала».

Например, Алекса Пол, высокая сероглазая блондинка, которая постоянно пыталась находиться радом с Николасом, на вид была очень милой, но, если присмотреться, то её глаза всегда смотрели на всех с отвращением. Создавалось впечатление, что окружающие люди её раздражают, но она терпит их лишь для того, чтобы быть рядом с Ником, который не обращал на неё никакого внимания. То есть, он с ней общался, и довольно хорошо, но она не была исключением и являлась для него лишь подругой. Алекса это понимала и от этого становилась ещё раздражённее, но одновременно с этим и милее с окружающими, словно думала, что это привлечёт внимание парня.

Этот вид мне порядком надоел, поэтому я поднялась с диванчика и направилась к выходу. Одна, потому что хоть Кэсси и жаловалась на Кристиана, сейчас она сидела у него на коленях, и они целовались. Ну, мило же! Я не понимала, что по-настоящему отталкивало её от этого парня, а мне просто захотелось подышать свежим воздухом вдали от шума, от которого уже начинала болеть голова.

Я вышла за двери особняка, однако не ожидала, что ночь окажется такой холодной, ведь, когда мы приехали, было очень даже жарко. Я зябко поёжилась в своей тунике, которая явно не подходила для такой температуры. Я подняла голову вверх и увидела полную луну. Она сегодня была необычайно большой и с каким-то лёгким оттенком зелени, зрелище действительно завораживающее. Небо было чистым, но ни одной звезды заметно не было, что показалось очень странным при такой погоде, и всё же я не могла отвести взгляд от луны, которая, казалось, становилась всё крупнее и ближе ко мне. Моя голова начала кружиться, а в голове пронёсся какой-то голос:

— Наследник силу обретёт… — Шептал он.

— С тобой всё в порядке? — Спросил уже другой голос, более реальный, чем тот, который я слышала буквально минуту назад. Луна приобрела свои нормальные размеры, и зеленоватый оттенок стал менее заметен, намекая, на то, что я потихоньку сходила с ума. Или утверждая то же. Обернувшись, я с неожиданностью узнала Колина, который положил мне на плечи свой пиджак.

— Спасибо. — Благодарно улыбнулась я, укутываясь в его пиджак, который необыкновенно пах. Я долго рассматривала Колина, пока сидела напротив него за столиком, однако одежде я не придавала никакого значения. Сейчас же, при таких-то обстоятельствах, она привлекла моё внимание.

Колин был одет просто, без кричащих цветов, которые то и дело попадались на глаза в гостиной. Тёмная рубашка идеально смотрелась на нём, облегая мускулистое тело, тёмные джинсы были прямыми, а не тем облегающим бредом, который был сейчас в моде у парней. В довершении всего на нём были кроссовки, а пиджак, тоже тёмный, теперь был у меня.

— Да, со мной всё хорошо, просто захотелось побыть в тишине, — добавила я, понимая, что проигнорировала его вопрос.

— Не хочешь осмотреться? — Спросил он, видимо, разделяя моё мнение. — Я думаю, дриаде будет интересно посмотреть на наш задний двор.

Я согласилась на это предложение. Возвращаться внутрь не хотелось, а моему спутнику, видимо, холодно не было.

На задний двор поместья можно было попасть несколькими способами. Первый заключался в том, что нужно было вернуться в дом, пройти через переполненную гостиную в столовую, а уже оттуда — в зимний сад, в котором и находился выход.

Второй же путь, в данной ситуации, был более подходящим для нас обоих. Мы шли по тропинке, которая была в тени кустов, практически возле самых окон. Мы могли идти, не таясь, потому что за этими тёмными окнами располагалась столовая, которая сейчас пустовала. Все гости особняка были в гостиной, а родители братьев Деверо находились на втором этаже. Насколько я поняла из разговоров, которые велись за нашим столиком, у Деверо была ещё и дочь, которая сейчас находилась у друзей в другом штате. Именно оттуда она и отправится в Академию.

Кроме света луны, пробивающегося сквозь заросли над нами, эту дорожку ничего не освещало.

— Дай мне руку, — проговорил Колин. — Я с детства хожу тут, мне темнота не помеха, а для тебя это может стать неудобством.

Понимая, что он говорит правду, я протянула ему руку, которую он крепко схватил. Сердце моё опять стало биться чаще, несмотря на то, что мне нравился другой человек, хоть мы с ним и не встречались. Но вот так идти с Колином, хоть в этом и не было ничего предосудительного… Было не очень комфортно. Точнее, по отношению к Брендону и моим чувствам было неудобно, а в остальном компания старшего Деверо доставляла мне удовольствие.

Пока что мы шли с ним в полной тишине, чтобы снующая по дому прислуга не заметила нас. Но когда мы подошли к каменной ограде, примерно полтора моего роста, молчание казалось неуместным. В этом месте зарослей уже не было, поэтому лунный свет мог полностью показать нам окружающую заднюю часть дома стену, которая во многих местах заросла хмелем.

— И как дальше? — Спросила я, думая о разных ходах или потайной двери. Но Колин лишь усмехнулся и быстро взобрался на стену, протянул мне руку и смотрел с довольной улыбкой.

— Не бойся, — всё так же улыбаясь, произнёс он. — Я просто подтяну тебя на стену, а потом помогу спуститься.

«Что я вообще здесь делаю?» — Пронеслось в голове. Ах да, пытаюсь выбросить из головы, да и из сердца, Брендона.

Понимая, насколько мне это нужно, я протянула одну руку Колину, стала на большой камень возле стены и, поддерживаемая парнем, схватилась за её край и, не без помощи Колина, подтянулась на неё. Когда я почти залезла на стену, — слава Богу, что этого не видит Кэсси и её фотоаппарат! — Колин подхватил меня второй рукой за талию и усадил себе на колени.

— Не стоит юной девушке сидеть на холодном камне. — Усмехнулся он, заметив моё смущение, после чего спрыгнул за стену со мной на руках. Честно, я не ожидала, что в нём столько силы, однако такая забота мне понравилась. Но всё же я решила, что немного отстраниться всё же не помешает. Моя затея удалась, однако руку парень не отпустил.

На это я уже могла, в общем, не обращать внимания, а точнее этот неловкий факт сразу же вылетел из моей головы, как только я увидела то, что находится за стеной.

Казалось, будто свет гостиной перенёсся сюда, но нет. Теперь не свечи мерцали со стен и потолка, растения сами сверкали так, если бы они были лампами. Колин указал мне на что-то, что окружало каждое растение. Маленькие кристаллы, которые и излучали этот свет. Мне казалось, что я попала в сказку, настолько это место было волшебным. Присмотревшись, я поняла, что все растения были мне знакомы. Отец неплохо воспитал свою подрастающую дриаду. Мы с ним с раннего детства часто ходили в лес, так что я всегда могла отличить растения, которые могли помочь при болезнях от красивых трав, которые могли мгновенно убить человека.

И все эти виды, не смертельные, разумеется, я могла сейчас видеть перед собой, а в центре этого великолепия находилось большое озеро, возле которого росла Золотая Яблоня, обладающая мистическими свойствами. Чем дальше мы углублялись в это совершенство, тем теплее становилось.

— Давай мне, — сказал Колин странным голосом, когда я сняла его пиджак. Этот парень оставался для меня загадкой, но я прекрасно осознавала, что он испытывал ко мне симпатию.

— Как вам удалось достичь такого совершенства? — Спросила я, не поднимая на него взгляда. Я восхищалась этим зрелищем, вдыхая дивный аромат, витающий в воздухе.

— Это всё действия разных стихий и силен. Они поддерживают здесь климат, а дриады, наши садовники, ухаживают за цветником.

Я заулыбалась ему, но в нескольких клумбах от себя заметила увядающее растение. Приблизившись к нему, я присела и положила свои руки на него. Не прошло и секунды, как маленькая орхидея расправила свои листья и потянулась вверх. Ну не умею я контролировать себя! Я ж не отрицаю! Когда я закончила, эта уже немаленькая орхидея своими размерами стала похожа на подсолнух. А что? Красивых цветов много не бывает!

Со смущённой улыбкой я обернулась к Колину.

— А знаешь, — прокашлялся он, — так довольно-таки неплохо.

— Ну да, конечно. — Пробормотала я, закатывая глаза.

Ещё полчаса мы провели, исследуя это удивительное место и просто общаясь. Так мы подошли к Золотой Яблоне, и теперь шли вдоль берега к месту, которое, как и тропинка, по которой мы шли до стены, было под куполом сплетённых ветвей деревьев и кустарников. Шли неспешно, хотя я подозревала, или надеялась, что Кэсси всё же заметит моё отсутствие. И вот теперь не было той скрытности, которую я наблюдала в зале, мой спутник был обыкновенным парнем, который общался со мной, как со своей давней знакомой, что было очень приятно. Он не был развязным, нет, просто Колин превратился в открытого парня, хотя в зале… Да уж, я бы сказала, что это два разных человека, если честно.

Место, в которое мы направлялись, так же было освещено кристаллами, и в их свете я увидела очертания какой-то высокой фигуры в плаще, склонившейся над чем-то. До нас донёсся какой-то звук, словно Незнакомец бормотал слова, которые я пока что не могла расслышать.

Он поднялся, и я заметила, что вокруг него начал подниматься туман. Колин всё это время смотрел на меня, поэтому не заметил этого… кого бы то ни было. Я резко остановилась, стараясь не привлекать к себе внимание, и дёрнула его за рукав, указывая на Незнакомца.

— Эй…! — Окликнул он человека в плаще, который лишь приподнял голову и продолжил что-то бормотать, приподняв руки ладонями вверх. Парень словно запнулся, окликая его, однако я не придала этому значения.

— Оставайся здесь, — сказал мне хозяин дома, не отводя взгляда от Незнакомца, и бегом направился к природной беседке.

Но он не смог приблизиться к ней, хоть и старался. Это место, казалось, было чем-то окружено, что не давало пройти. Я подбежала к знакомому.

— Колин! — Незнакомец почему-то на секунду прервался, когда услышал мой голос. — Присмотрись, там барьер.

— И моя мать, — прорычал он в ответ, колотя кулаками по невидимому барьеру, который мешал нам пройти. В ответ тот вибрировал, но не могу сказать, что удары моего спутника рушили его.

— Миссис Деверо? — Не поверила я, но всё же присмотрелась. Я не знала, как выгладит мать Нейта и Колина, но я точно видела, что туман, который окружал Незнакомца в плаще, так же окутывал человека, лежащего перед ним на земле. Это была женщина с прямыми длинными, как снег белыми, волосами. Издали видно не было, но почему-то мне показалось, что она не дышала. И какое-то внутреннее чувство подсказывало, что я не ошибаюсь. Я забила по этому барьеру, пытаясь хоть чем-то помочь Колину, а Незнакомец, когда туман поднялся над его головой, исчез. Мы с парнем повалились на землю, так как невидимая стена тоже пропала. В этот момент у меня зазвонил телефон.

Кэсси. Я знала это до того, как посмотрела на экран телефона. Она всегда могла подобрать подходящий момент для звонка, и иногда создавалось впечатление, что она чувствует это.

— Ты куда пропала? — Донёсся из трубки обеспокоенный голос. — С тобой всё в порядке?

— Нет, не в порядке. — Коротко ответила я.

Колин уже бежал к матери.


Ночь была просто сумасшедшей. Колин подхватил тело матери, и я еле успевала бежать за ним в дом. Вечеринка была прервана, гости отправились спать, и лишь несколько друзей осталось вместе с Деверо, поддерживая братьев и их отца. Полиция, которая приехала вскоре после случившегося, забрала тело Лариссы Найт-Деверо, не потрудившись предположить, что могло с ней произойти, лишь расспросили нас с Колином и на этом всё.

— Отец, я чувствовал, что вскоре Смерть должна посетить наши края, но не думал, что это будет сегодня. — Мрачно проговорил он, сидя рядом с отцом. — Но хочу отметить, что с мамой был Жнец. Не простой жнец, если быть точнее.

Я недоумённо посмотрела на Кассандру, не понимая, откуда он мог знать о происшедшем. Да и кто такой жнец меня тоже интересовало. Кэсси поняла, о чём я хотела её спросить и коротко кивнула.

«Я расскажу тебе, когда поднимемся наверх», — словно говорила она.

— Раз там был Жнец, — надрывающимся голосом прошептал мистер Деверо, — то смерть Риссы была предопределена, и ты ничего не смог бы сделать, так что не кори себя.

Томас Деверо был представительным мужчиной, который за последний час состарился не на один десяток лет. С женой он провёл всю свою жизнь, они познакомились с ней ещё в песочнице, когда не могли сказать полных предложений. С возрастом она стала его лучшим другом, а затем и невестой. И теперь её потеря очень сильно сказывалась на нём. Не смотря на всю тоску, глаза его излучали свет, похожий на огонь в глазах моего отца, от чего моё сердце ещё больше сжалось от тоски.

— Спасибо, ребята, что вы сейчас здесь. — Обратился он к нам. — Но завтра у вас будет трудный день, поэтому ложитесь отдыхать. Вам вставать всего через несколько часов.

— Вы уверены, что мы больше не можем ничем помочь? — Спросил Николас у него.

— Нет, мы тоже сейчас ляжем, — тихо произнёс Натаниэль. — Нет смысла сейчас сидеть. Ничего нового мы пока что не узнаем.

— Хорошо. — Так же тихо ответила Кэсси. — Спокойной ночи.

Она наклонилась, и по очереди поцеловала резко осиротевших мужчин Деверо, после чего мы попрощались и вышли из комнаты.

— Мне необходимо встретиться с ним, — донёсся до меня шёпот Колина.

— А разве он не здесь? — Уточнил его отец.

— Он покинул это место.

Идёшь? — Окликнула меня Кэсси, и, кивнув, я направилась за ней.

Я не понимала, о чём разговаривали отец и сын, кем был этот «он», и почему Колину нужно было поговорить с ним.

Пока мы с Кэсси поднимались по лестнице, я думала о жнеце. Неужели он хладнокровно убил невинную женщину? Насколько я поняла, то следа кинжала, который я видела у него в руке, не было. Возле тела его не нашли, да и на первый взгляд можно было подумать, что Ларисса Найт-Деверо умерла не от него. Тогда от чего же? Ведь другого объяснения нет.

Когда же мы с Кэсси вошли в отведённую нам комнату, молча улеглись в кровати. Как только моя голова коснулась подушки, я заснула, хоть и не крепко. Я всё время просыпалась от каких-то звуков, и иногда казалось, будто в комнате мы были не одни.

Судя по всему, Кэсси тоже просыпалась, а иногда до меня доносились голоса из соседних комнат. Вряд ли кто-то крепко спал в эту ночь.

Не прошло и трёх часов, как нам уже нужно было вставать. С Кэсси мы так и не поговорили, утомлённые событиями. Хоть моя семья и является «мифической», но о жнецах мне не рассказывали, хотя все присутствующие при разговоре с Томасом о них знали. Насколько я помню, Гермес и Ирида были проводниками душ в Подземное царство, но я была уверена, что Гермес не носил такие одежды, как вчерашний Незнакомец.

Собираясь, мы с Кэсси решили, что отложим разговор до прибытия в нашу комнату в Элизиуме. Когда мы спустились на первый этаж, увидели гостей дома Деверо сонными и растрёпанными. Странно, но мы выглядели лучше, хотя и задержались не намного дольше остальных. Возле трёх порталов, расположенных в холле, стояли братья, по традиции провожая гостей дома. Сами покинуть его они могли лишь тогда, когда все студенты отправятся.

Кристиан, заметив свою любимую, подбежал к нам, а я решила подойти к Колину, вид у которого был ужасный, будто он так и не лёг. Я отвела его в сторону, решив поговорить без свидетелей.

— Как ты? — Спросила я, не привлекая внимания окружающих. — Понимаю, вопрос глупый…

— Не волнуйся. — Грустно улыбнулся он. — Будет лучше, но я рад, что ты со мной.

Я немного смутилась от его откровенности, но была рада, что хоть так могу его немного успокоить и подбодрить. Он заметил моё смущение и, чтобы сгладить неловкость, а может и по другим причинам, произнёс:

— Встретимся в Академии, хоть я и не студент. И я могу провести вас быстрее, чем пока пройдёт очередь.

— Ты аспирант? — Немного удивилась я. — Не думала, что тебя может привлечь преподавание.

«Зато девушек предмет явно привлекает», — промелькнула в голове мысль.

— Ну, — он огляделся по сторонам и, посмотрев опять на меня, улыбнулся. — Надо же чем-то себя занять.

Не думаю, что у парня жизнь была слишком скучной, но я не стала задавать лишних вопросов. Уверена, ему сейчас было не до любопытной дриады, которая, по плану, должна была многое знать. Но как же мало я знала! Мне даже было стыдно за то, что, интересуясь человеческим вариантом наших жизней, пренебрегала настоящей историей. Но я намеревалась исправить эту оплошность, помня, что в проспекте Академии было написано, что некоторые общеобразовательные предметы тоже были, да и мама говорила, что раз в Гильдии Плетущегося Побега была история, в Элизиуме с ней проблем быть не должно.

Никто никогда не мог обвинить меня в том, что я была слишком поглощена учёбой, из-за неё забывая обо всём остальном, но я с замиранием сердца ждала начала занятий в Элизиуме, предвкушая и строя планы. Мне сейчас казалось, что это — лучшее событие моей жизни, и я не могла нарадоваться, откинув все свои опасения в глубины сознания.

Я пошла за Кэсси, не переставая улыбаться. Похоже, не смотря на всё происходящее вокруг, что-то менялось, и мы оказались в самом центре изменений.

ГЛАВА 4

Мы стояли возле портала, который поблёскивал неярким голубоватым светом. Казалось, что это просто стена воды, разделяющая комнату, однако входящие под струю с обратной стороны не выходили. Но, что поражало меня всегда, и поток не отражал окружающее место. За ним можно было рассмотреть зелень, но не было понятно, деревья это или просто дома зелёного цвета. Переглянувшись с подругой и сделав глубокий вздох, я дотронулась до портала, который сразу же покрылся рябью. Ещё раз вздохнув и закрыв глаза, я вошла в портал.

Всё было не так, как я ожидала. Прикосновения к порталу я совсем не почувствовала, хотя то, что я через него прошла не вызывало сомнений. Открыв один глаз, я посмотрела на окружающий меня мир.

Два последних дня были для меня потрясением.

Место, в котором я оказалась, было садом невероятной красоты. Казалось, что задний двор Деверо просто расширили в пространстве, добавили больше деревьев, что создавало впечатление, будто ты попал в рощу. Но эта схожесть нисколько не портила красоты этого места, а наоборот, делало его как-то ближе, роднее. Присмотревшись, я могла разглядеть участок, похожий на собственный сад, выращенный отцом. Взглянув наверх, я поняла, что мы действительно находились под водой, так как свет, изучаемый большими кристаллами и пока что непонятным мне светилом, покрывался рябью от тени скользящих над нами волн. Меня пугало, что Кэсси сейчас не было рядом, потому я обернулась и увидела стоящую арку, в которой располагался проход. Она была полностью естественной и оплетённой фуксией разных цветов. Кэсси как раз выходила из портала, когда по лужайке разнёсся голос:

— Первокурсники, при выходе из портала не задерживайтесь на месте. Подходите к столику с вашей специализацией и записывайтесь, у сидящих там кураторов.

— Специализация? — Спросила я у подруги.

— Мы стихиарии, — засмеялась она, и, подхватив меня под руку, потащила к столику, возле которого сейчас столпилась кучка хихикающих девушек. Парни, которых тоже было немало, реагировали не так бурно, однако вид такого количества девушек, годящихся в дочери Афродиты, тоже немного нервировал их. Кстати, может, кто-то ими и был, я не могла сказать, потому что на вид все студенты — не отличающаяся ото простых смертных толпа.

Таких столов было не мало, они кругом стояли возле одного дерева. То дерево, к которому мы направлялись, было с большой табличкой, обращённой в нашу сторону.


«СТИХИАРИИ»


Это всё, что было видно из-за толпы студентов, однако я сразу же задумалась о том, почему специализации дали именно такое название.

Кое-как протиснувшись к столам, мы оказались в очереди, которая вела на ту сторону дерева, которое я бы не обхватила руками. Очереди нервировали меня, однако щебетание подруги здорово отвлекало. Пройдя несколько метров, мы оказались возле того стола, за которым сидела девушка со стопкой каких-то бумаг и регистрационным журналом. Девушка улыбнулась нам, и, увидев её глаза, я поняла, кто она.

— Добро пожаловать в Элизиум, — проворковала нам сверкающая астра, не скрывающая свою сущность. Скорее всего старшекурсница. Она дала бланк, который нужно было заполнить и отдать человеку, с которым мы будем общаться чуть позже. — О вещах не волнуйтесь! Назовите мне ваши имена, и чемоданы доставят в комнаты.

— С нами всё просто, мы живём в одной, — засмеялась Кэсси, обращаясь к астре. — Кассандра Дельфис и Мерил Дюмейн.

— Готово! — Записала девушка и улыбнулась.

Вот о том, что некоторые сущности можно узнать даже тогда, когда они не раскрывают силу, мама мне когда-то читала, но я принимала это за сказку. Точнее, эта история как раз и была записана в детской книжке сказок. Суть заключалась в том, что на некоторые сущности сила влияет в некоторые периоды настолько сильно, что они не могут скрыть своей природы. К богам это не относилось, потому что те больше контролировали себя, однако, когда они злились… Не знаю, я бы предпочла не быть рядом с Зевсом или Аидом в такой ситуации. Хоть я с ними пока и не знакома, они всё равно внушали мне ужас, что ли.

Эта же девушка ничем не отличалась от окружающих нас студентов, но, как я и сказала, глаза выдали её сущность. Это были необыкновенные тёмно-синие ночные глаза, в которых была видна россыпь звёзд, выделяющих свою обладательницу, ведь что звёзды делают лучше всего? Сияют.

Мы отошли от первого столика, продвигаясь ко второму, где как раз освободилось место, и мы могли спокойно сесть и заполнить анкеты.

— Давай сначала я заполню? — Предложила Кэсси. — Как раз разберусь, где нужно будет приукрасить в твоей анкете.

А я и не возражала. Кэсси действительно хорошо разбиралась в документации сущностей, раз смогла протащить и меня, за что я была ей очень благодарна. Странно, но родители даже не общаются с другими дриадами, выбрав себе роли простых людей, однако с очень хорошими знаниями в ботанике. У мамы были возможности открыть своё дело, но она не хотела становиться слишком заметной, довольствуясь своей должностью.

Однако меня действительно смущала неосведомлённость о многих аспектах жизни Сущностей. Ладно, мифологических существ. Благо, познакомившись с Кассандрой и Ментой, я стала познавать мир, в котором живу уже двадцать лет.

— Да, тут есть маленькие заморочки, но мы сейчас их заполним. — Произнесла Кэсси, ещё раз просматривая свой листок и уступая место мне. — Представь, что это эссе.

Я села, так и не заглянув до этого в бланк, и стала читать. Первые пункты были понятны и являлись стандартными во всех документах. Далее шли вопросы о семье, на которые мне помогала отвечать Кэсси, а вот потом, действительно, настало время для эссе.


7. Проявлялись ли у Вас способности к чему-либо, не относящемуся к Вашей специализации? Перечислите, если таковые имеют место.


Кхм… Да, конечно. Я очень способная студентка, если быть предельно откровенной. У меня феноменальные способности к древним языкам, на которых я разговариваю в бессознательном состоянии. А, ещё я вяжу. На чём угодно и чем угодно. Даже корзинки могу, но только в том же бессознательном состоянии, и обязательно продолжая вещать всякий бред на том же языке. Это одна из причин, из-за которой я не употребляю алкоголь, а то мало ли что может выйти из этой невинной затеи. Но если я так напишу, мне прямая дорога в дурдом, а терять шанс учиться в Элизиуме не хотелось. И надо предупредить Кассандру, а то оббитые стены заполучат меня и без записи о моих странностях.

«Языковедение, домоводство, графический дизайн», — подумала я, но записала только первое, потому что лёгкое изучение языков, которое присутствовало у меня, являлось особенностью сфинксов. А языки я щёлкала как орехи, если так можно сказать. Свободно переводила, но не разговаривала, на семи языках. Это если не считать мой непонятный бессознательный язык, который родители распознать не могли, хоть и записывали на диктофон. Читаем дальше…


8. Есть ли у Вас высокоразвитые творческие способности?


Плетение корзинок относится? Нет? Жаль… Тогда запишу графический дизайн. Фотошоп я люблю, и это у нас, похоже, взаимно. Иногда. А ещё иногда стихи пишу или короткие рассказы, это тоже можно записать, уж точно не помешает и не навредит.

Все оставшиеся вопросы были примерно такого содержания, но таких комментариев с моей стороны больше не вызывали. Поэтому я быстро закончила, и мы с Кэсси двинулись дальше.

Люди скапливались возле первых столиков, а вот там, где стояли мы, их практически не было, что позволило нам увидеть главный преподавательский стол факультета. Там сидело всего три человека, во главе которых был светлый шатен, смотря на которого девочки начинали хихикать и заливаться румянцем. У него были густые волосы, что очень хорошо было видно из-за его взъерошенной причёски. Я уверена, что ему было за тридцать, потому что преподавателей моложе тут быть просто не могло, однако на вид ему можно было дать слегка за тридцать, если не слегка до. У него был чуть длинноват нос, что не делало его хуже, а за улыбку можно было многое отдать. Видимо эти хихикающие уже были к этому готовы.

Слева от него, ближе к нам, сидела статная блондинка, которая явно была богиней. У неё были прямые волосы чуть ниже плеч, а чёлка, для удобства, была заколота вверх, что позволяло открыть лоб. Она приветливо улыбалась всем студентам, и некоторые парни, как я поняла, считали, что это сама Афродита.

Справа от шатена сидел юноша, брюнет. Даже издали видно, насколько у него яркие серые глаза. Щетины, что не могло не радовать, не было. Однако я уверена, что ему бы она тоже пошла. Как и Колину. Что-то меня немного не в ту степь потянуло…

Студенты подсаживались за стол, когда хоть одно место освобождалось. Как раз сейчас освободилось место возле третьего парня, к которому и направилась Кассандра, а я осталась ждать следующего. Как я заметила, у шатена, который приковывал взгляды не только девушек, был прекрасный голос с английским акцентом. Сидя так близко, трудно было не заметить его.

Но у этой наяды есть просто феноменальная способность не замечать ничего вокруг. И никого. Эта девушка может вполне спокойно стоять в общественном транспорте рядом с одноклассником, да и просто с симпатичным молодым человеком, и не видеть его. Поначалу я не верила в это, однако, понаблюдав за ней какое-то время, поняла, что она не притворяется. Иногда я даже завидовала такой способности. Я же, наоборот, замечала всех идущих мне навстречу людей, особенно когда не хотела этого.

Кэсси лишь раз взглянула на него, и когда он улыбнулся ей, смущённо отвела взгляд, на мгновение, опустив голову так низко, что волосы закрыли её лицо. Взяв себя в руки, она продолжила свой разговор с брюнетом. Подошла моя очередь садиться за стол.

— Добро пожаловать в Элизиум. — Ласково, как дочери, улыбнулась блондинка, к которой я попала. — Меня зовут Ава Лэшер, Деметра, и сейчас я помогу тебе подобрать предметы и расскажу об устройстве нашей Академии.

Я протянула ей анкету, радуясь, что попала именно к ней, ведь Деметра… Я не знала, как описать все мои чувства.


***


Не думала, что в обычном общежитии могут быть такие комнаты! Какие они всегда? Небольшая комнатка с несколькими кроватями, шкаф, стол — всё. А эта «комната» представляла собой маленькую уютную квартиру.

Как только ты входишь в комнату, перед твоими глазами предстаёт небольшая гостиная, в которой располагается камин, диван и несколько кресел, стоящих вокруг милого журнального столика. За ними — учебная зона, в которой располагался большой книжный шкаф, стоящий между двумя столами с компьютерами. Возле крайнего к двери располагался выход на балкон, напротив входной двери.

Пройдя между зонами отдыха и учёбы налево можно было подняться по двум ступенькам в коридор, из которого вело две двери в жилые комнаты, а напротив них ещё две — в большую ванную комнату и в мастерскую, где я уже планировала поставить швейную машинку.

Если же при входе повернуть направо, то можно выйти в небольшую кухоньку. Ну как небольшую… Человек пять могли спокойно разместиться. Не общежитие, а мечта!

— Нет, ты слышала его голос??? — Кэсси спрашивает меня об этом уже не сотый раз. Я сбилась со счёта, которая сотня этого вопроса пошла.

— Да, — просто чтобы ответить, ляпнула я, сама же углубилась в изучение расписаний, которые дали нам Деметра и брюнет.


Мерил Дюмейн

СКФ-1

(куратор проф. Э. Фаунтлори,

гл. зд. №85)


4 пара — Литература, проф. Э. Фаунтлори

5 пара — Уход за растениями, проф. А. Лэшер

6 пара — Прорицания, проф. Э. Роумейр.


Кассандра Дельфис

СКН-1

(куратор проф. Э. Фаунтлори,

гл. зд. №85)


4 пара — Литература, проф. Э. Фаунтлори

5 пара — Ведение хозяйства и медицина, проф. Р. Фовлер

6 пара — Прорицания, проф. Э. Роумейр.


— Эй, у нас занятия практически не отличаются, — довольно обратилась я к Кэсси.

— … и милый, и красивый, и… — Говорила сама с собой моя подруга, явно не замечая ничего вокруг. Книги, которые она пыталась расставить на полке, просто мялись в её руках. Похоже, этот случай не описывали в литературе по психиатрии, а может, и описывали — так глубоко я ещё не углублялась. Интересно, а если я уйду, она заметит?

Но проверить возникшую в голове теорию так и не удалось, потому что в нашу дверь стали колотить настолько сильно, будто пожар был в самом разгаре и именно в нашей комнате, вот только мы не замечали. Кассандра обратила внимание на дверь, но не такое как я, потому что с перепугу я слетела с дивана, на котором мирно лежала.

Кое-как поднявшись и не обращая внимания на бардак, творящийся на голове, я направилась к двери, пытаясь понять, кто может там быть. Не успела я открыть дверь, как влетел Кристиан, который уже соскучился по «своей неотразимой зайке», хоть и знал, что за это прозвище она готова его убить. Ей, как и мне, не нравились эти уменьшительно-ласкательные прозвища. Иногда просто складывалось впечатление, что у парня несколько девушек, и чтобы случайно не назвать одну из них чужим именем, он всех подряд называет котиками, солнышками и другими лесными обитателями. Главное, чтоб до кикимор дело не дошло, нечего бедных вспоминать без дела.

За его глупой реакцией наблюдала не только я.

— Привет! — Обрадовалась я пришедшим.

Вслед за Кристианом в комнату вошли Нэвия Олдридж и Ребекка Каррингтон, с которыми мы были знакомы ещё с человеческого института. Из нас четверых я была старшая, а Бекка младшая.

— Ви! — Воскликнула Кэсси, выпутавшись из объятий своего парня, и кидаясь к девушке.

Нэвия, нежно называемая Ви, была музой астрономии, такого же роста, как и я, вдохновляющей не только на какие-либо научные работы, но и на романтическое времяпровождение под луной. У неё были волнистые тёмные волосы до лопаток, которые она хотела покрасить.

— А меня, значит, ты видеть не рада? — С ноткой приближающейся истерики, воскликнула ревнивая Бекка, когда Кассандра обняла Нэвию. Иногда у этой блондинки возникал вопрос: а может это рок какой-то? Стоило ей начать с кем-то общаться и познакомить этого человека с мисс Дельфис, как они начинали общаться хуже, чем с новой знакомой.

Но ответ очень прост, и именно из-за этого Ребекка о нём никогда не задумывалась. Просто Кэсси была намного проще и интереснее, с ней можно было поговорить на абсолютно любую тему, тогда как Бекка любила перетягивать одеяло на себя.

— Рада, конечно. — Обернулась Кэсси к Бекке, продолжая прижимать к себе Нэвию. — Просто тебя я видела несколько дней назад, а с Ви мы не виделись всё лето.

— Ну ладно, — успокоилась Бекка и ухватилась за меня. — Я не видела Мел всё лето, поэтому краду её.

Я в испуге оглянулась на присутствующих. Разумеется, своё нормальное отношение к Ребекке не отрицаю, потому что не считаю достойным грубить всем, кто хоть немного меня не устраивает, но в ней что-то меня отталкивало, что-то не давало подпустить её ближе, хоть она и пыталась нормально со всеми общаться. И в определённом кругу у неё было много знакомых и поклонников.

— И как вам тут? — Перевела тему Нэвия, которую Кэсси уже отпустила. Бекка повторить её действия не хотела, так что мне оставалось только надеяться на чудо.

— Если честно, то такого не ожидала, — пробормотала я, оглядываясь по сторонам. Кристиан сидел за столом, обижено следя за каждым движением своей девушки, которая не обращала на него абсолютно никакого внимания.

До пары нам оставался час, но лучше его потратить на общение с друзьями, ведь комната закреплена и никуда от нас не денется. Решив, что оставим обживание комнаты и засорение её вещами на вечер, ребята отправились во двор Элизиума, а я решила задержаться на пару минут и написать маме в соцсеть, чтоб она не волновалась. Дело не срочное, однако, необходимое.

Облюбовав один из компьютеров, я зашла на свою страницу и сразу заметила входящее сообщение. Открыв его, я немного поморщилась.

«Приветик. Ты куда пропала? Почему не пишешь? Я тебя чем-то обидел? Что ты меня забыла».

Только его мне сейчас не хватало. Брайден. Может молчать месяцами, но напомнит о себе в самый неподходящий момент. Хоть в последнее время он и пытался меня подловить, я старательно избегала его. Просто поняла, что не хочу, чтобы в моей жизни был человек, который ведёт себя как непостоянный трёхлетний ребёнок.

Я не хотела ему отвечать, поэтому попросту пометила его сообщение как непрочитанное, и принялась за сообщение маме. Мы договорились, что напишу ей сюда, потому что только социальная сеть была постоянно открыта у неё на телефоне, а от всего остального она пароли просто не запоминала. Это и не странно, ведь через эту страницу её всегда находили заказчики.

Закончив краткое изложение деталей прибытия, я начала собираться на занятия, но так как был первый день, то положила себе в сумочку всего одну тетрадь и ручку, решив, что на сегодня хватит, и отправилась во двор, где сразу же заметила свою компанию, сидящую на лавочке и о чём-то громко спорящую. Хотя… В основном возмущалась Ребекка, которой хотелось сразу же учиться управлять растениями, да так, чтоб моментально вышло.

На секунду я замерла, вспоминая одну деталь, которую мы с Кэсси не обсудили. Моё имя и прежние знакомые, ведь все меня знали под именем Мерил Ковак, и то, что Кэсси моя кузина, могло вызвать некое затруднение. Нэвию, но не Ребекку, наяда посвятила в план, но с остальными была проблема. Я постаралась стряхнуть с себя эту непрошеную мысль. При большом желании, я могла попросту сказать своим знакомым, что носила имя матери, не афишируя свою принадлежность к семейству Дюмейн. Или то, что Дэвид Ковак, я скривилась при этой мысли, был мне намного ближе, чем родной отец. Да, правильно. Именно так я и скажу, если вдруг встанет такая необходимость, этот вариант самый логичный. Ещё раз тряхнув головой, я направилась к друзьям, нацепив улыбку. Посидев немного, мы решили пройтись и осмотреть это место.

По пути мы встретили ещё несколько знакомых. Изобель Броунлоу, миниатюрную блондинку, я знала ещё со школы. Она была старше меня на год, но мы учились в параллели. У неё был младший брат, мой ровесник, которого все считали старшим ребёнком бога Океана. Странным было то, что силы отца не передались Изобель, и она была простым человеком, которого, однако девушку приняли в Академию, надеясь раскрыть её таланты. Гэбриела, брата Изобель, я знала, но мы не были друзьями, хотя всегда были рады видеть друг друга. Зная мой секрет, девушка подмигнула с доброй улыбкой.

— А где Рилла? — Донёсся до меня бас Брендона Найветта, с которым мы познакомились в институте, и который был предметом моего обожания с того момента, как попал в нашу группу.

— Я сейчас вернусь, — шепнула я Кэсси, и направилась к своим знакомым из института.

Брендона было легко заметить не только из-за его голоса, но из-за роста, который достигал шесть-четыре, да и парнем он был симпатичным, что замечало большинство девушек. Однако ему очень не шла щетина, которую он иногда просто ленился убирать. Он стоял в окружении других наших одногруппниц, с которыми, в общем, у меня были нормальные отношения, не считая некоторых инцидентов. В общем, терпеть друг друга могли и хотя бы открыто не враждовали.

— Привет! — Подошла я к Брендону, который, услышав мой голос, резко развернулся и крепко обнял. Объятия у него были медвежьими, так что буквально через несколько секунд мне перестало хватать воздуха. Все рассмеялись, а Чарити закатила глаза.

Этих людей я знала уже четыре года, но Брендон пришёл к нам два года назад.

Старостой нашей институтской группы, и моей, как я раньше считала, подругой, была Триша Торнтон, миниатюрная орестиада, которая, однако, вместе с Макайлой Каврел некоторое время назад начали меня игнорировать. Резко.

Две другие девушки — Чарити Милтон и Платиша Шортер. Чарити была из знатной семьи, и богатство кружило ей голову. Она, сперва, показалась мне милой девушкой, мы дружили с первого курса, но когда я узнала её лучше, поняла, что первое мнение часто бывает ошибочным. Она завидовала любой мелочи, которая происходила в жизни окружающих, критиковала всех и считала ангелом себя, подстраиваясь под окружающих людей, которые могли ей пригодиться в будущем, обманывала. Но всегда при ней был только один такой человек. Открытых конфликтов она не любила, да и понимала, что на место поставить её могут очень быстро. И из-за этого она ещё больше завидовала. Мы долго общались, но, узнавая её, я начала отдаляться. Она же, поняв, что не может «командовать», нашла себе новую жертву, Тишу, а своих школьных подруг она вообще выбросила из списка знакомых.

— Наверное, это любовь, — со смехом протянула Триша.

— Да, притом сильная, — задыхаясь, буркнула я.

Брендон понял, что долго я так не протяну, и отпустил, вместо этого приобняв за плечи.

— Ну а разве ты сомневалась? — Засмеялся он. — Со мной ведь всё просто.

— Ковак, — крикнула Хлоя Сеймур, идущая под ручку со своей сестрой, Блейк. Крайне неприятные личности, как по мне. — А тебя сюда каким ветром занесло?

Блейк одобрительно кивнула головой. У нас с ними не заладилось ещё с института. Как только мы познакомились, девушки казались приветливыми, но, как и Чарити, оказались не такими.

Хлоя и Блейк не были единокровными сёстрами, но такое случалось уже довольно часто в нашем мире.

Блейк была законной дочерью семейства Гарпий, но её отцу этого было мало. Всего лишь одна дочь не могла гарантировать ему хорошие связи в будущем, но его жена больше не могла иметь детей. После чего на свет выплыла Хлоя, дочь человеческой служанки, у которой чудесным образом проявились силы главы семейства.

Их семья оказалась на грани разрыва, но мистер Сеймур всё уладил мирным путём. Или не совсем мирным. Как бы то ни было, он, после теста ДНК, на котором настояла его жена, признал Хлою.

— Дюмейн, если быть точной. — Поправила я, вживаясь в роль и начав хватать недоумённые взгляды друзей.

— И с каких пор? — Поинтересовалась Блейк, сладко улыбаясь.

— С рождения, — ответила я, подражая её улыбочке. Было приятно видеть, что она моментально угасла, как только я рассказала о своём «отце».

Я провела с ними немного времени, и решила, что компания Кэсси мне нравилась больше, несмотря на то, что Брендон меня очень привлекал. Однако, когда я сказала, что уйду, он отправился со мной. Мистер Найветт был на три года старше меня, однако в Элизиуме он, как и я, являлся первокурсником. А всё дело в том, что он долго не мог закончить университет. По собственной глупости, я тут ни причём.

Кассандре он не очень нравился, и это ещё мягко сказано. Особенно из-за поведения: он очень любил проводить время с друзьями, однако о другой жизни он не задумывался. Точнее задумывался, но на этом дело останавливалось. Как говорится, умный только на словах. Хотя нет, это не совсем точно. Ум у него определённо был, только парень пользоваться им не умел. Всё лето Кэсси твердила мне одно:

— Брендон? Выкинь это имя из своей головы! — А потом добавляла, загадочно улыбаясь: — Я вижу на твоём горизонте нового парня.

Так что, увидев его со мной, она не очень-то обрадовалась, но заметила это только я. Остальные не знали Брендона, так что началось глобальное знакомство. Он был парнем общительным, так что сходился с людьми быстро. Особенно с девушками, которые сразу начинали вести себя с ним как школьницы. Стыдно, но я раньше тоже не умела себя контролировать.

— Рилла, нам пора на литературу. — Подруга попыталась увести меня от него, но это не очень удавалось, потому что он шёл за нами по пятам.

— У вас Фаунтлори? — Поинтересовался Брендон.

— Да… — Неохотно ответила наяда, кисло смотря на парня.

— Тогда я с вами. — Не замечая её взгляда, ответил он, сверкая улыбкой.

— Замечательно! — Подытожил Кристиан. — Наконец-то я не один в этом женском пристанище.

— Я его ненавижу! — Зло прошептала Кэсси мне на ухо. Я не поняла, кого именно она ненавидит, потому что эти оба могли спокойно подойти. Хотя она могла ненавидеть двоих сразу, чего уж там, не жалко.

Мы подошли к аудитории, в которой должна была состояться пара, одни из первых. Сама Академия была построена в очень интересном стиле. Ремонт был новейшим, однако массивные двери и старинная мебель учебного здания свидетельствовали о том, что Академии было уже не одно столетие. Вот и сейчас мы подошли к такой двери, которая, к нашей радости, была открыта. Заглянув внутрь, мы увидели нескольких парней, сидящих за самыми последними партами.

— Я надеюсь, в дверях вы стоять не хотите? — Спросила я, оборачиваясь к друзьям.

— Разумеется, нет. — Улыбнулась Кэсси, и пока никто не успел ничего сказать, добавила. — Рилла, я сижу с тобой.

Кристиан, до этого разговаривавший с Брендоном, резко замолчал и заметно погрустнел, посмотрев на свою девушку. А она, в свою очередь, не обращая внимания на парня, потащила меня к партам возле окна. В первый день хотелось разобраться, что собой представлял преподаватель, тем более что он был нашим куратором, поэтому я уговорила Кэсси сесть за первую парту.

Бекка села с Нэвией за нами, а парни устроились в соседнем ряду, начав разговор с присутствующими.

Через несколько минут стали подтягиваться первокурсники, среди которых были и мои одногруппники из института. Они рассаживались, казалось, мест уже не было, однако студенты всё прибывали. Прозвенел звонок, но пока преподавателя не было, все сидели, общаясь с друзьями или знакомясь. До меня донеслось и то, что несколько девушек уже предлагали свои номера немного наивному Брендону.

Кэсси сидела спиной к двери, что-то рассказывая мне, хоть в суть я и не вникала, поэтому смогла заметить раньше подруги входящего преподавателя. Дёрнув её, я подмигнула девчонкам и повернулась к профессору Фаунтлори, который уже остановился возле своего стола. Это точно был он, потому как не думаю, что к нам мог заглянуть первый попавшийся преподаватель, чтобы просто проверить, чем мы занимаемся. Кэсси решила пока что игнорировать преподавателя, и не поворачиваться к нему, объявляя бойкот. Наяда уже приготовила томик Паланика, чтобы заглушать им голос преподавателя литературы, а сидение за первой партой её никогда не смущало.

Интересно, назовёт ли она этого Э. Фаунтлори ботаником, когда обернётся?

— Добрый день, первокурсники! Добро пожаловать в Элизиум. — Разнёсся по аудитории голос с акцентом, от которого Кассандра подскочила.

В её взгляде я смогла уловить такое удивление, словно профессор Фаунтлори был каким-то призраком. Интересно, она, что же, не думала, что мы сможем столкнуться с этим мужчиной, который точно был с нашего факультета? Если да, то Кассандра — это действительно трудный случай.

ГЛАВА 5

Гомон, стоявший до этого момента в аудитории, мгновенно стих. Все девушки резко, как и замершая до этого Кассандра, обернулись, в немом изумлении следя за профессором. Даже парни перестали разговаривать, однако они, с непониманием, наблюдали за своими подругами, девушками, да и просто незнакомыми студентками. И я могла их понять: создавалось впечатление, что они повстречали Медузу-Горгону, которая, не теряя времени даром, превратила всех в камень.

Мужчина, стоящий возле преподавательского стола, моргнул и с изумлённой, но не очень удивлённой, улыбкой осмотрел притихшую аудиторию, в которой сейчас можно было услышать малейший звук, например, работу кондиционера. Продолжая улыбаться, он наклонил голову к плечу и сказал:

— Ладно, давайте начнём сначала. — Он выпрямился и, уже без улыбки — всего лишь с лёгкой усмешкой, продолжил. — Меня зовут Эрик Фаунтлори.

— Ага… — Пронеслось мечтательное заявление по аудитории, которая начала постепенно отмирать.

— Я ваш преподаватель литературы, — продолжал он доносить мысль, следя за классом. В глазах у него прыгали бесята.

— Ага… — Несколько девчонок начало хихикать.

— А ещё я куратор стихиарий, бог любви, Эрот. — Заулыбался профессор.

Гомон в классе возобновился, представительницы женского пола не могли оставить эту новость без внимания. Ну как же, первый преподаватель — и сразу бог! Да притом тот, который входил в Совет. Ладно, их это не волновало, но меня заинтриговало. А девушки лишь думали о том, что этот горячий красавчик (и это не преувеличение!) бог любви, да ещё и куратор части аудитории.

«Ну, понятно…» — Подумала я. — «Было бы странно, если бы девушки так на него не реагировали».

Я взглянула на Кэсси, надеясь найти в ней поддержку моим мыслям, но она, предательница, сама была готова хихикать со всеми. Моя подруга сидела, положив голову на ладони. Слегка опустив взгляд, она наблюдала за ходячей фантазией, который стоял не так далеко от нашего стола. Взгляд её был затуманен, явно находясь где-то далеко отсюда. Господи, хоть бы там они не бежали друг к другу по полю с цветами!

«… и милый, и красивый, и…» — Пронеслось у меня в голове. Как я могла забыть! Не про брюнета же она тогда говорила, и уж точно не про своего парня, а про этого Эрота! Нет, он, конечно, милый и всё такое… Но вести себя так при живом парне, который сейчас ошеломлённо наблюдал за Кэсси и пытался привлечь её внимание?

— Кэсс, — шепнула я ей. Меня не удостоили даже взгляда. — Кэсси!

Я звала уже настойчивей. Можно подумать, что это на неё хоть немного подействовало. Она лишь вздыхала с блаженной улыбкой на губах. На языке уже вертелась неприличная шуточка, которая точно бы вывела подругу из транса, но я сдержалась. Признаю, это далось мне с огромным трудом.

— Кассандра! — Моё терпение было на исходе, поэтому я просто схватила её за локти и развернула к себе. Наконец-то взгляд подруги сосредоточился на мне, хоть и было видно, что она не поняла, кто и что от неё хочет. Потихоньку до неё стало доходить, а к щекам подкрался коварный румянец.

— Ой… — Только и смогла сказать она.

Моё раздражение как рукой сняло, честное слово. Я думаю, такая реакция была бы у любого, кто смотрел бы на моём месте на Кэсси. Немного вспотевшая девушка, которая по цвету приближалась к помидору, нервно мяла свои руки, пытаясь взглядом ухватиться за что-то, что могло бы отвлечь её от куратора. Что-то поняв, как будто лампочка загорелась над головой, она попросту уткнулась лицом в парту и притворилась спящей, чтобы выдать произошедшее за сон. Мне кажется, до неё могло дойти, что она только что практически пускала слюни не просто на преподавателя, а на куратора. Я не выдержала, и начала смеяться. Из-за гомона в классе мой смех мог бы показаться не таким громким, однако я прекрасно понимала, что это лёгкий вид истерики.

Буквально на секунду я подняла взгляд на преподавателя, и мой смех прекратился. Он стоял, слегка повернув голову в нашу сторону, и то, что он всё слышал и видел, было очевидным. Он искоса посматривал на меня, но не это привело меня в чувство.

«А он симпатичный», — внезапно поняла я. Сейчас, пристально смотря в его глаза, я понимала это до боли отчётливо. Хотелось всего и сразу — так быстро он стал самым необходимым…

— Как всегда, а я ведь даже ничего не делаю… — Пронёсся разочарованный шёпот, на который кроме меня, похоже, никто не обратил внимания.

Это отвлекло меня от профессора Фаунтлори, зрительный контакт был разорван. Я стала оборачиваться по сторонам, пытаясь понять, кто это прошептал. Голос был явно мужской, и вроде знакомый, но я его… не узнала. Как только он прекратил звучать в моей голове — тут же забылся. Голос будто стёрся из воспоминаний, потому что я не могла вспомнить, каким он был. А когда я в следующий раз подняла взгляд на очаровавшего меня бога, мои чувства снова сошли с ума.

Но сейчас он смотрел на меня немного выжидающе, будто понимая, что сейчас творилось у меня внутри. Прежняя мания снова охватила меня, но… Что-то изменилось. Может из-за того, что мне нравился другой человек, это непонятное чувство влюблённости быстро прошло, перерастая в нечто совсем другое. Родное и знакомое, как будто встретил своего давно потерянного друга, брата. Как парень он перестал меня интересовать, но уважение к этому человеку углубилось в моём сознании.

— Молодец, девочка. — Довольно прошептал тот же голос, который вновь испарился из моей головы.


***


Прошло не так много времени, но инцидент с поголовной влюблённостью был практически исчерпан. Я придерживалась мнения, что такое помешательство, и моё в первую очередь, вызвано феромонами бога любви. Профессор был действительно очарователен, но не совсем мой типаж…

— Время теперь приступить к тому, что гораздо важнее, — как уловить для себя ту, что искал и нашёл? Все и повсюду мужи, обратите умы со вниманьем, и доброхотной толпой слушайте слово моё! — Проговорил профессор Фаунтлори, медленно проходя между рядами. Кэсси таяла от его голоса и интонации, мне было это заметно, хоть она до сих пор лежала. — Так говорил Овидий, предрекая, что если слушать его, то можно словить и удержать ту, которую считаешь своей. Даже если она поначалу и не настроена на ваше общество.

Многие парни начали вслушиваться в то, что им говорят, явно заинтересованные подобным разговором на уроке. Меня поразило то, что Брендон, к которому липло много девушек, выглядел, словно лишённый женского внимания.

— То есть Вы хотите сказать, — встрял тот, которому ещё со времён первого курса института уж очень нравилось общаться с преподавателями, — что это античная книга пикапера?

Кроме того, даже просто если посмотреть на Брендона, сразу было видно, что ему «никогда не доставалось внимания девушек», он был им просто «не интересен»! Называется, спросил тот, кому было больше всех необходимо…

— Ага, от Барни Стинсона. — Прозвучал приглушённый голос моей соседки.

Она всё так же не поднимала голову, но профессор не делал ей абсолютно никаких замечаний, словно его это не волновало.

— Это был сарказм, да? — Переспросил он у Кристиана, который с начала пары стал ещё мрачнее.

— Не переживай, я сделаю специально для тебя табличку «сарказм», и буду её показывать. — Пробурчала она так тихо, чтоб слышала только я. Но, похоже, профессор тоже это заметил и далее продолжил с ещё большей улыбкой. Видимо происходящее откровенно забавляло его.

— Вы правы. Это античное пособие, которое приобрело много интерпретаций. — Он подошёл к своему столу, обернулся, и, раскинув руки, засмеялся. — Даже великий Казанова предпочитал Овидия. Поверьте на слово, он дружил с моей семьёй, будучи потомком бога плотской любви.

Я рассмеялась в ответ. Не смотря на то, что он был богом любви, Эрику Фаунтлори было что предложить кроме этого. И кроме внешности. Начитанность откровенно сплеталась с харизмой, что придавало его урокам особую атмосферу, которая понравилась мне уже на этом, первом уроке. А ведь Кэсси думала, что у нас будет вести «занудный ботаник»!

— Сама рукопись Овидия не такая большая. Несколько сотен лет назад сфинксы перевели и оформили её книгами для нашей Академии. — Продолжил профессор. — К следующему уроку вам предстоит изучить первый том, по которому в конце занятия я дам вам задание. А пока мне бы хотелось обсудить ваши книжные интересы. Я всегда подгоняю программу под студентов.

Остаток пары прошёл в дружеской обстановке, в которой каждый мог высказать свои пожелания, но я до сих пор не решалась что-нибудь произнести. Парни отодвинули столы к стенам, из-за чего образовывалось много свободного места в центре комнаты.

— У нас не те примитивные уроки литературы, какие были у вас в школах, — улыбнулся профессор, сидя в окружении студентов. Не знаю, как так вообще получилось, но мы с Кассандрой сидели практически рядом с ним. — У вас все предметы, даже, казалось бы, самые обыкновенные, будут связаны с вашей силой и изучением истории, которую смертные называют мифологией.

— Эрот, — как самая смелая обратилась Триша. Ещё в институте она отличалась прямолинейностью и целеустремлённостью. Если она хотела что-то узнать, то обязательно найдёт способ. — У нас в расписании есть уроки истории и мифологии. Значит ли это, что литература будет не напрямую связана с мифологией?

— Вы точно подметили, — согласился он. — Как Ваше имя?

— Триша Торнтон, я орестиада.

Профессор кивнул, как будто запоминая сказанное ему.

— Задание к следующему занятию у девушек и парней будут немного отличаться, наверное, молодым людям будет даже труднее. — Он окинул взглядом сидящих. — Однозначно прочитать первый том «Науки о любви», которую можно найти как в библиотеке, так и в Сети Академии.

Мы с Кэсси переглянулись, не совсем понимая, что значит «сеть Академии».

— Эм… Эрот? — Не совсем уверенно начала я, рискнув обратиться к нему. Меня немного пугало, как правильно называть преподавателя. Насколько я поняла из разговоров друзей, обращаться к богу, входящему в Совет, нужно только по титулу, хоть в расписании он записан своим именем.

— Да, мисс?.. — Он повернулся ко мне. Произошедшее со мной вначале занятия не повторялось.

— Дюмейн. — Улыбнулась я без всякого подтекста, чуть было не ляпнув другую фамилию. Кэсси округлила глаза, не ожидав, что я заговорю с этим странным красавцем. Мне нелегко было общаться с противоположным полом, зачастую я испытывала смущение, но с этим человеком всё было нормально, будто мы были знакомы не один год. — Я немного не поняла про сеть.

— Да, все новички последних лет об этом спрашивают. — Засмеялся он. — Как раз после открытия Сети. Всем известно, как все вы любите социальные сети и сколько времени можете просиживать в них. Так вот, это то же самое, однако допуск в неё осуществляется по регистрации в библиотеке. Таким образом, Администрация решила совместить полезное с приятным.

— То есть не числящиеся в наших учебных заведениях люди не могут в неё попасть? — Спросил какой-то парень с задних рядов.

— Не совсем точно. — Пожал плечами Эрот. — Только зачисленные в эту Академию могут в неё попасть. И в каждом учебном заведении есть своя, просто наша самая полная и безопасная. Притом в этой Сети вы можете не только использовать функции любой социальной сети, но и читать или качать книги или любой другой материал. Без исключений.

— Любой? — Переспросила девушка, сидящая возле Кристиана.

— Абсолютно всё и бесплатно. — Подмигнул профессор. — Такова привилегия наших студентов. Так что советую зарегистрироваться сегодня же.

Все засмеялись, и как раз в этот момент прозвенел звонок. Прислушавшись к нему, профессор Фаунтлори произнёс:

— Юноши, к следующему занятию отработайте любой совет Овидия на ваших однокурсницах. А вы, леди, кроме того, что подберёте феерическую литературу, которую хотели бы изучить, должны написать краткую характеристику каждого совета, который будет опробован на вас. На следующем занятии сдаём и обсуждаем. Можно в парах.

Попрощавшись с профессором, мы вышли из аудитории, а к моим подругам, наконец-то, вернулся дар речи. Нэвия и Бекка отреагировали на Эрота так же, как и Кассандра, попеременно обмахивая себя руками и рассказывая, чтобы они с ним сделали.

Остаток дня прошёл спокойно, но очень интересно, ведь предметы были необычны, однако я всё время переживала из-за Кэсси, потому что она, на удивление, была очень тихой.

Именно это я заметила, когда пришла на третью пару после ухода за растениями. Моя милая сидела, опустив голову на руки. Она практически лежала на столе и смотрела в пустоту. Странно замечать такое поведение за столь жизнерадостным человеком. Подсев к ней, я положила сумку на стол, пристально наблюдая за ней.

— Что с тобой? — Поинтересовалась я. Не могу смотреть на друзей, когда они в таком состоянии.

— Эрик… — Она произнесла, или простонала, всего одно слово, без подробностей, но почему-то я поняла, о каком Эрике идёт речь. Не зря же она заметила его ещё возле стола.

Я не знала, что можно было в этот момент сказать ей. В таких вопросах я всегда молчу, потому что без соответствующего опыта тяжело советовать другому человеку.

— Я его силу тоже почувствовала, — ляпнула я, не подумав, и сразу же прикрыла рот рукой. Иногда меня заносит… Ведь не хотела же рассказывать!

— Ты о чём? — спросила Кассандра, поворачивая ко мне голову.

Меня спас звонок, который оповестил о начале занятия, что означало, у меня будет время обдумать, как преподнести всё подруге. И отвлечь более весёлыми мыслями, потому что такое её состояние меня настораживало.


***


— Да, теперь расскажу! — В сотый раз прикрикнула я, когда мы вошли в нашу комнату. Я, конечно, всё понимаю, но пока мы шли к комнате, Кэсси задала мне один и тот же вопрос не меньше сотни раз, чем успела вывести меня из себя. Я по натуре человек вспыльчивый, хоть и стараюсь сдерживаться, но ничего не могу с этим поделать, а в итоге пострадала сумка. Но это лучше, чем неугомонная наяда.

Кинув её на диван, я направилась к компьютерам. Мне просто необходима была музыка, для того чтобы успокоиться. Как и сладкое, это было универсальным решением всех проблем и плохого настроения. Мисс Дельфис всё это время наблюдала за мной, чувствуя моё раздражение.

— Чай? Кофе? Капучино? — Спросила она, неловко улыбнувшись, когда заметила мой взгляд. На минуту она задумалась, поджав губы, а потом её лицо озарила ехидная усмешка. — Колина?

— А он тут причём? — Переспросила я, вскинув брови.

— Да так… — Загадочно заулыбалась подруга. — Просто вы очень мило смотритесь.

Решив, что я не буду на это пока ничего отвечать, включила песню, которую услышала несколько дней назад. И всё же я опять заметила, насколько отличается это общежитие. Как оказалось, по всей «комнате» были расположены динамики, просто тише, чем основные колонки. Песня Алекс звучала в каждом уголке этого помещения.

Не забывай меня, не подводи меня,

Не говори, что все кончено,

Потому что это свело бы меня в могилу,

Вниз под землю.

Не говори этих слов,

Я хочу жить, но твои слова могут убить,

Только ты можешь погубить меня.

— Почему так пессимистично? — Крикнула подруга с кухни.

— Вот это я и у тебя могу спросить, потому что песня не пессимистична. — Войдя в комнату, Кэсси демонстративно закатила глаза, показывая, что не разделяет моего мнения. Ну и пусть! — Мне нравится эта песня!

— Ну да, я ж не сомневалась. — Нагло подмигнула она, а потом призадумалась. — Знаешь, а песня действительно хорошая… Со смыслом.

Моя милая опять погрустнела, настолько сильно, что у меня возникла физическая потребность отвлечь её от всего. А отвлекающих манёвров у меня было много.

— Ммм… — Промычала я в её сторону. Ответом мне был недоумённый взгляд, но увидев, что я уже добралась до кофе, притом до её стакана, она немного отвлеклась.

— Вернуть не хочешь? — Умильно улыбнулась она, ведь прекрасно знала, насколько я люблю её напитки.

— Не дождётесь! — Засмеялась я и задала вопрос в лоб. — Кто такие жнецы?

— Тебе родители действительно не рассказывали? — Задумалась она.

— Нет, я бы тебя не спрашивала.

Взгляд подруги затуманился. Такое случалось, когда она думала, как лучше предоставить информацию. Странно, но думала она долго, а мне было настолько любопытно, что я не могла не поторопить её. Когда её взгляд сфокусировался на мне, то наш разговор, который мы откладывали, всё же начался.

— Жнецы в нашем мире являются повсюду. Они ближайшие помощники Смерти, и помогают людям перейти из нашего мира в потусторонний. — Она замолчала, быстро закончив интересовавшее меня повествование.

— Всё? — Озадаченно спросила я. — А как этих помощников можно отловить?

— А зачем их ловить? — Переспросила Кэсси, явно не понимая моего вопроса.

— Как зачем? — Я была поражена, что она не понимает столь очевидной вещи. — Они должны отвечать за совершённые убийства!

Кассандра смотрела на меня озадаченно, однако, когда до неё дошёл — наконец-то! — смысл моего вопроса, она просто… рассмеялась! Я уже снова начинала злиться, честно!

— Да что в этом может быть смешного? — Вспылила я. — Мать твоих друзей была убита жнецом, а ты, вместо того чтобы хоть что-то толковое рассказать, смеёшься!

Опять пострадала многострадальная сумка. На этот раз не моя, что немного радовало. Под рукой оказалась сумка Кэсси, которую она так неосторожно оставила возле меня. Теперь же в мою подругу летело сие чудо кофейного цвета. Она легко перехватила её, как будто знала, в какое именно место та полетит, положила сумку, и, прекратив смеяться, пояснила:

— Рилла, жнецы не убивают людей.

— Но ты же сказала…

— … что они помогают перейти из нашего мира, — Кэсси серьёзно посмотрела на меня, явно пытаясь понять, дошёл ли до меня смысл её слов. — Ни больше, ни меньше. Они лишь наставники умершего и проводники.

И всё же мне не нравилось то, что в последнее время до меня так туго доходило.

— То есть ты имеешь в виду, что то, что я видела…

— Было лишь обрядом освобождения и проведения души. — Подтвердила Кассандра. — К убийству это никакого отношения не имеет.

— Значит кинжал, который он держал… — Я не закончила, потому что подруга меня прервала:

— Какой кинжал? Ты про него ничего не говорила.

— У жнеца был кинжал, я просто только вспомнила про него.

— А вот это странно… — Задумалась Кэсси. — Жнецы не пользуются кинжалами, насколько я знаю.

— Значит, я права! — Воскликнула я. Странно, но была особо рада своей правоте по поводу причастности жнеца.

— Ты не думала, что он просто поднял его?

На секунду я задумалась. Жнец держал кинжал, но до сих пор это воспоминание как будто просто пряталось в моей голове. Углубляясь в эти размышления, я поняла, что мне необходимо будет поговорить на эту тему с Колином.

— Смысл ясен, — мне просто пришлось уйти от ответа, потому что Кэсси была уверена, что это тут не причём. Так же продолжать спорить не хотелось, ведь это случилось с матерью Колина и Нейта. — Кстати, ночью, если что, не пугайся.

— А что? — Не поняла Кэсси, но тут же всполошилась и начала надо мной подшучивать. — В окна поклонники полезут?

Я закатила глаза. В последнее время у мисс Дельфис навязчивая идея свести меня с кем-нибудь. Притом это уже превращалось в, своего рода, манию. Она могла читать линии на руке, что я узнала совершенно случайно. Но её таланты проявлялись не только в этом, как и мания.

Если ей нравилась какая-то кандидатура, Кэсси могла спокойно начать придумывать, в каком стиле будет наша свадьба. В следующее мгновение спокойно мог быть задан скромный вопрос:

— Слушай, а как ребёнка хоть назовёшь? Насколько я знаю, у тебя будет гарнюняя девочка!

Много раз мне приходилось осекать её, хотя было приятно, что она заботится об этом заранее. Но сватанье мне каждого второго парня иногда напрягало.

— Я не сваха! — Орала она на меня, когда я ей об этом говорила. — Просто хочу осчастливить какого-нибудь парня.

— О своём бы подумала! — Парировала я.

На что Кэсси всегда переводила тему, бурча что-то себе под нос.


Мы проговорили с Кэсси полночи, обсуждая как жнецов, так и впечатления об Элизиуме. А рассказывать было действительно много.

— Меня радует, — выдохнула я в одном из ответвлений нашего разговора, — что такое влечение почувствовала не только я.

— О, поверь, точно не только ты. — Подруга мечтательно закатила глаза. — Я до сих пор в себя прийти не могу. А прошло уже часов десять.

— С пары у Эрота меньше ведь прошло? — Я мысленно пыталась подсчитать.

— С пары — да. А вот со встречи на регистрации, — она посмотрела на часы, — Десять часов, сорок семь минут и тридцать две секунды. Тридцать три секунды, тридцать четыре…

— Стоп! — Я щёлкнула пальцами, прерывая грёзы влюблённой не в своего парня девушки. Кассандра сфокусировала свой взгляд на мне.

— Что? — Удивлённо поинтересовалась она.

— Да как бы ничего, просто мне хватило утренней ситуации с «милым и красивым». — Улыбнулась я, а Кэсси заметно смутилась. — Хотя мне приятно, что у тебя появились такие чувства. Правда, Кристиана жаль.

— Знаешь, — она придвинулась поближе ко мне и положила голову ко мне на колени. — Сейчас, когда я начинаю осознавать, что предстоит разговор с ним, то понимаю, что он хороший парень, которого редко можно встретить.

Начав гладить её по волосам, я задумалась. Но посмотрев на её лицо, не колеблясь, произнесла:

— Но всё же в отношениях ты должна чувствовать себя иначе, а раз он не вызывает у тебя таких чувств, то вывод напрашивается сам. — Выдохнула я. — Не сочти меня эгоисткой, но что же это за отношения, которые в тягость?

— Да, — Кэсси закрыла глаза и потёрла виски, как будто у неё начала болеть голова. — Сама ничего к нему не чувствую, а лишь причиняю боль.

Она любила Кристиана, хоть и не настолько, как ему хотелось бы. Она любила его, однако не была в него влюблена.

Каждый раз, когда я видела их вместе, его глаза излучали радость от пребывания с ней, но и печаль, которая для меня ставила всё на свои места. Кристиан никому ничего не говорил, предпочитал, чтобы все думали, что у них с Кассандрой всё хорошо. Тем более, так люди всё и видели. Им казалось, что перед ними была идеальная пара.

Но, как говорится, внешность обманчива. Даже я поначалу не могла видеть фальши в их отношениях, но Кэсси всё рассказывала.

Я видела, что ей стыдно мучать парня, но и сама она быть не хотела, даже если такие отношения не доставляли ей никакого удовольствия.

Не знаю, смогла бы я встречаться с парнем, к которому вообще ничего не чувствую. Наверное, нет, но мне легко судить, ведь серьёзных отношений у меня не было. А на деле всё может оказать иначе.

Но я всем сердцем желала подруге найти того человека, который будет приносить ей счастье, а не являться очередной галочкой.

Пытаясь хоть как-то отвлечь подругу, я достала наши расписания на завтра. Точнее, на сегодня, потому что уже было за полночь, однако я всегда считала, что пока я не заснула, завтра не наступило.


Мерил Дюмейн

СКФ-1

(куратор проф. Э. Фаунтлори,

гл. зд. №85)


1 пара — Ведение хозяйства и медицина, проф. Р. Фовлер

2 пара — Философия, проф. М. Сандерс

3 пара — Боевые искусства, проф. И. Бреттингем


Кассандра Дельфис

СКН-1

(куратор проф. Э. Фаунтлори,

гл. зд. №85)


2 пара — Философия, проф. М. Сандерс

3 пара — Боевые искусства, проф. И. Бреттингем

4 пара — Доминирование, проф. Б. Мохан


— Эй! — Воскликнула я, сбрасывая подругу со своих коленей. — Это не тебе на первую пару, так что я ложусь, а ты можешь и дальше вздыхать по нашему куратору.

— Вот и буду, — пробурчала она, недовольная таким сбрасыванием. — Кстати, а чего я ночью не должна бояться? Ты так и не сказала.

— Просто я могу разговаривать во сне. — Выдохнула я с опаской, на что Кэсси рассмеялась.

— Ну, такие подвиги и я совершаю.

— Не такие, — тихо ответила я ей. — Я говорю на непонятных языках.

Подруга внимательно посмотрела на меня.

— Что-то не заметила.

— Просто прошлую ночь я спала не достаточно крепко. — Чуть громче ответила я. — А сегодня я планирую отоспаться, если это возможно.

— Ну и ладненько! — Кэсси расцветала так быстро, что это меня пугало, потому что это означало, что ничего хорошего мне ожидать не приходилось. — Сладкого Колина тебе во сне.

Мои подозрения подтвердились, и Кэсси вновь принималась за своё. Высунув язык, я вышла из её комнаты, закрыв за собой дверь. У себя я включила музыку в наушниках и, уже укутавшись в одеяло, продолжила думать о жнеце.

Всё, что говорила Кэсси, никак не вязалось с тем, что я видела в особняке Деверо. Я бы не сказала, что кинжал, который жнец держал в руках, служил инструментом для извлечения Души. Ведь это оружие, которое не могло быть использовано в хороших целях. А ещё то бормотание, которое доносилось до меня… Это действительно было похоже на обряд, но… Я не думала, что он был во благо. Чересчур странно это было. Но я точно уверенна, что больше не хотела видеть ничего подобного. И в то же время хотела разобраться со всем тем, чего я ещё не знала о своём мире. С этими мыслями я и уснула, так что сон, полный тёмных силуэтов с ножами, не был странным. Но проснувшись по звонку будильника, который зазвенел слишком быстро, я не помнила его, однако у меня осталось чувство чего-то нехорошего, что скоро должно произойти. Это тревожило меня всё то время, что я собиралась, стараясь не сильно шуметь. Хоть Кэсси и не спала так чутко, как я, это не значило, что она не могла проснуться. Девушка феноменальным образом читала мои мысли, как и я её, потому она бы сразу поняла, что меня что-то тревожит, а ой как не хотелось опаздывать из-за того, что она прилипнет, как банный лист, с допросом относительно моего настроения. Это она умела делать лучше, чем большинство моих знакомых, и большую часть времени это доставляло только сплошные неудобства, хоть иногда и помогало.

ГЛАВА 6

Занятия были интересными, не то, что в моём человеческом институте, где ты всё учишь сам, а большинство преподавателей даже не способны донести базовую основу своего предмета. Здесь же они направляли, контролировали каждое действие своих студентов, для того чтобы подрастающее поколение могло качественно овладеть своими силами. Однако большая часть литературы находилась только в интернете, потому что библиотечные экземпляры были настолько стары, что сейчас находились на реставрации. Так что единственным и полным складом литературы оставалась своеобразная социальная Сеть, доступ к которой могли получить лишь учащиеся Элизиума. А раз у нас с Кэсси занятия были в разное время, я решила отправиться в библиотеку и зарегистрироваться. Интересно, почему эта мысль не пришла мне в голову раньше, пока я была в главном здании?

Было очень хорошо то, что мамин подарок я теперь всегда носила с собой, так что, быстренько достав планшет, к которому моментально привыкла, я нашла в нём карту кампуса, которую Кэсси сфотографировала в холе общежития, и направилась в библиотеку, легко ориентируясь по карте.

Она находилась в главном здании, где располагались комнаты преподавателей и учебные аудитории. Сейчас возле него стояло множество студенток, красящих губы. Они явно ожидали чего-то (или кого-то, кто знает). Когда я полчаса назад выходила отсюда, не сообразив сразу заскочить в библиотеку, такого ажиотажа не было. Наверное, потому что с пары нас отпустили раньше.

Из здания вышел мой куратор, и девушки, как по команде, стали хихикать, кидая на профессора призывные взгляды. Ну, теперь-то мне всё понятно! Девушки хотели произвести впечатление на бога любви!

— Добрый день, мисс Дюмейн. — Подошёл он ко мне и улыбнулся, чем вызвал огромное недовольство студенток, ведь в их сторону он даже не посмотрел. — Вы что-то ищите?

Профессор кивнул на открытую карту в моём планшете.

— Моё почтение, Эрот, — поклонившись, я приветливо улыбнулась в ответ. — Да, хотела зайти в библиотеку.

Он понимающе кивнул.

— Хотите зарегистрироваться в Сети?

— Отчасти. Мне хочется посмотреть на библиотеку, которая, по словам сестры, превышает площадь её дома.

Он немного помолчал, внимательно изучая меня, чем немало смутил меня. Казалось, он, как и Колин в нашу первую встречу, — боги, это было только позавчера! — пытается представить на что я способна и чего стою. А может, ждал, когда я упаду от счастья, что он заговорил со мной первым, обратил внимание. Ага, разбежалась! Отзываясь на мои мысли, у меня вновь возникло чувство, будто это самый желанный для меня мужчина. Однако, тряхнув головой и вспомнив, кем этот идеал является, наваждение мгновенно пропало. Казалось, мужчина услышал мои мысли, от чего заулыбался ещё шире.

— Давайте провожу и, — прервался он на мгновение, — как раз покажу Вам этот корпус. Не думаю, что за два дня многое успели увидеть.

Если бы это предложил студент, я бы даже не думала, но преподаватель, за которым увивались почти все девушки? Я глубоко вздохнула, думая, как правильно поступить. С одной стороны, он был моим куратором, и забота о подопечных как раз входит в его обязанности. С другой же — словами я это не выражу.

— Мисс Дюмейн, — снова произнёс профессор Фаунтлори, проявляя способность к чтению мыслей, — я не кусаюсь и в посягательствах на девичью честь меня тоже пока не обвиняли, насколько мне известно.

Пару раз моргнув, я явно залилась густым румянцем.

«Он твой куратор, и он прав!» — Завопил голос в голове. — «В этом нет ничего страшного».

— С радостью, — согласилась я, закрывая карту на планшете, что дало мне возможность не смотреть на него и собраться с нормальными мыслями. Не могу сказать, что, как Ребекка, я бы его «везде и много раз», нет, просто мне слегка было неловко. В аудитории разговаривать — это одно, при том количестве людей я не смущалась. А теперь, когда мы были только вдвоём, не считая толпы влюблённых девчонок, я снова превращалась в молчаливую мебель.

Эрик Фаунтлори направился обратно к двери здания, поманив меня за собой. Раз я согласилась, то нечего было артачится, поэтому я сразу же последовала за ним.

Не перевелись в наше время джентльмены. Как только мы подошли к двери, мой куратор открыл передо мной дверь, пропуская вперёд. Эрот был образцом типичного англичанина.

— Эрот, — обратилась я, поворачиваясь к нему, благодарно улыбнувшись и решив забыть своё смущение, — кроме библиотеки, учебных и жилых помещений, что ещё находится в этом здании?

По мужчине было заметно, что моя заинтересованность порадовала его.

— Плюс Вам за любопытство, — улыбнулся он. Я немного удивлённо посмотрела на него. Заметив это, он начал объяснять: — Просто наши студенты, в основном, этим зданием не интересуются, потому что тут находятся аудитории.

Мы шли по великолепному коридору, декор которого был в античном стиле. Он ещё вчера восхитил меня. Как бы это банально не прозвучало, но я всегда любила древнегреческую архитектуру и мифологию. Нас окружало множество статуй, которым, уверена, не меньше тысячи лет. Я не надеялась, что когда-нибудь смогу увидеть такое количество этой красоты вокруг себя, так что Колина, стоящего с какой-то девушкой, я заметила не сразу. Это была высокая шатенка, которая почти срывалась на крик, привлекая к себе внимание окружающих.

— Колин, Тринити. — Поздоровался преподаватель с ними. Когда же девушка обернулась, я увидела, что глаза её покраснели. Похоже, это была сестра Колина, которой он говорил о произошедшем с матерью.

— Моё почтение, Эрот. — Печально заулыбалась девушка, искоса поглядывая на меня. А вот её спутник явно был рад меня видеть, хотя всё так же грустил. Я улыбнулась ему, и направилась дальше за преподавателем.

— Мисс Дюмейн… — Начал он, но меня от этого «мисс» начинало коробить.

— Пожалуйста, Эрот, — перебила я его, не в силах сдержаться. — Просто Мерил.

— Так даже лучше. — Согласился он. — Я привык поддерживать дружеские отношения со студентами, так проще донести до них то, что преподаёшь.

Бросив на него быстрый взгляд, я поняла, что так, в действительности, он и думал. Бог любви был открытым человеком, настроение которого очень просто могло заразить тебя. Не странно, что к нему тянулись все, кто находился в его окружении. Он был тем магнитом, который заставлял всех быть рядом. И это если забыть о его способности влюблять в себя девушек.

— Так о чём я?.. — Оказывается, мы с ним похожи. Я тоже часто теряю нить разговора, особенно когда в голове роятся мысли. — Насколько я знаю, вы с сестрой прибыли по порталу из дома Деверо. Не знаете, случайно, что с ними? А то, насколько я сейчас заметил, и брат, и сестра очень расстроены. Их ауры источают скорбь.

— У них мама умерла. — Тихо ответила я, а профессор понимающе закивал.

— Я выпал из жизни. — Пробормотал он. — Нужно будет подойти высказать соболезнования.

Но по нему было заметно, что эта новость ранила и шокировала больше, чем он хотел показать своей студентке. Ещё бы! Ларисса Найт-Деверо, как мне ночью рассказала Кэсси, состояла в Совете и, как и все они, выполняла одну из важнейших ролей в нашем обществе. По словам подруги, Никс была хранительницей Завесы, отделяющей наш мир от мира простых смертных. Она, как «мать» дисгармоничных сущностей, скрывала нас от посторонних в их мире, а также способствовала слежению за тем, чтобы молодые сущности не раскрывали себя. С её потерей в мире могли запросто узнать о нас.

Меня удивило, что Эрот не знал о смерти своей коллеги, ведь его, как представителя Совета, должны были уведомить о смерти Никс одного из первых. Но я не стала задумываться об этом, потому что он оставался простым человеком, скажем так, потому Эрик Фаунтлори мог быть просто поглощён своими проблемами.

Несколько минут мы шли молча, но когда подошли к двери, ведущей в подвал, профессор снова повеселел. Видимо, не хотел впадать в тяжёлые мысли. Хотя бы в обществе.

— Так вот, — продолжил он, будто никакой заминки не было, и открыл дверь. — Это здание выполняет комплексные функции. В нём кроме администрации, учебных и жилых помещений преподавателей и ассистентов, располагается медицинский отсек, бальный и банкетный залы, в котором преподаватели и студенты кушают, если хочется побыть где-то кроме родных четырёх стен. И, конечно же, библиотека. Но так как наши запасы литературы большие, то и помещение должно быть соответствующим. За столетия существования Элизиума мы не придумали ничего более умного, чем многоуровневый подвал.

Я усмехнулась, и вошла вслед за профессором, который в этот раз предпочёл идти первым.

— Осторожнее, — предупредил он, — лестница довольно крутая, так что я буду предупреждать.

Сразу за дверью располагалась просторная мраморная лестница, которая плавным изгибом спускалась вниз, хоть профессор Фаунтлори и сказал, что она крутая. Когда мы прошли за поворот, моим глазам предстала самая шикарная из библиотек, которые я только видела. Прямо перед нами располагалась стойка библиотекаря, за которой сидела молодая девушка, на вид моя ровесница, и ела яблоко, увлечённо читая книгу. Справа располагался большой камин, возле которого стояли журнальные столики и уютные кресла, в которые читатели могли сесть, если хотели побыть в тишине и сосредоточиться.

За стойкой же не было привычных книжных шкафов. Сразу за ней находилась массивная дверь, которая, если честно, могла оказаться похожей на вход в царство Аида из какого-нибудь фильма. Буквально через два метра располагался спуск в основное помещение библиотеки этого уровня, возле которого располагались чаши с огнём, освещающие нечто, будто выплывавшее из моей фантазии. Это было огромное помещение, в котором располагалось неимоверное количество шкафов. Между ними располагались мифические экспонаты, а тот, который я смогла рассмотреть…

— Это что, Золотое Руно? — Почему-то шёпотом спросила я у профессора, который с интересом наблюдал за моей реакцией.

— Мерил, а Вы, я смотрю, девушка начитанная, раз с первого взгляда признали Руно. Многие первокурсники, приходя сюда, ничего не замечают, стараясь как можно скорее уйти.

— А можно переехать жить сюда? — Да, некрасиво, но мне было не до его замечаний. Даже комната Кэсси меркла перед этим совершенством.

— Боюсь, кровать тут негде расположить, — рассмеялся он, всё так же не сводя с меня взгляда. — Однако могу помочь получить расширенный доступ сюда, раз это место настолько Вас увлекло. Например, уровней на пять. Думаю, Вам хватит, даже я пока не продвинулся выше трёх, правда, снизу.

— Ага… — Мне кажется, или я стала походить на своих однокурсниц во время их первой встречи с нашим куратором на литературе? Казалось, что это помещение было моим Эриком Фаунтлори, на которого западало большинство девушек.

Похоже, он понял, что со мной разговоров сейчас никаких не выйдет, поэтому, пожав плечами, сам подошёл и стал регистрировать меня у девушки с яблоком, давая возможность осмотреться. Однако моё счастье продлилось недолго, и как я только подошла к спуску, профессор окликнул меня:

— Мерил, — уже открыто веселился мужчина.

— Я ещё к вам вернусь! — Прошептала я полкам, к которым нацелилась подойти, и, с трудом отвернувшись от этого великолепия, направилась к преподавателю.

— Вот Ваш пропуск, о котором я говорил. — Мужчина передал мне серебристую пластиковую карточку, напоминающую кредитку. — Приравнивается к аспирантской.

— Спасибо, профессор!

— А теперь я Вас покину, — поклонился он. — Найду Колина и Тринити. Приятного пребывания.

Оставшееся время я посвятила регистрации в Сети, которая должна была быть по обширности как эта библиотека, только в интернете. Я и не представляла, что в одном месте может быть столько старых фолиантов.

— Раз у Вас аспирантский доступ, на пять уровней, то вопросов может быть множество. — Сказала на прощание библиотекарь. — Вы запросто сможете найти меня в Сети и добавить в друзья, чтобы в любой момент связаться со мной. Всем новичкам Сети автоматом приходит сообщение с моего аккаунта. И да, меня зовут Сондра, думаю, с первого раза не расслышали. Приятно познакомиться!

Странно, но я не осталась в библиотеке. Я решила сразу отправиться домой, потому что когда Кэсси вернётся с занятий, спокойно полазить я не смогу, а хотелось обследовать её. Просто было интересно, какую боги сделали себе социалку. Меня заинтриговали слова профессора Фаунтлори о том, что мы можем через Сеть скачать любую доступную вещь.

Я сразу включила компьютер и, выбрав специальный ярлык, который заметила на рабочем столе ещё вчера, попала на страницу входа Сети Элизиума.

Перед моими глазами сразу появилось изображение зодиакального круга, который, однако, показывал не знаки зодиака, как могло представиться, а имена богов на греческом языке. Пантеон богов древности, первых богов, стоявших во главе давней религии и культуры. Как мне показалось, это была некая дань уважения той эпохи. Весь круг пересекали золотые буквы названия Академии. Как и положено зодиакальному кругу, его окружали звёзды и созвездия. В левом нижнем углу от зодиакального круга поместили панель входа в Сеть. Имя своё, я, благо, помнила, а вот пароль был стандартным, присвоенным в библиотеке. Первым делом я собиралась изменить его, а то мало ли какой сюрприз в итоге можно было получить.

Я ввела имя и фамилию, добавила пароль с листка, на котором Сондра записала его, и Сеть моментально приняла данные, так что мне не пришлось делать лишних действий.

Слева открывалась чёрная панель, позволяющая студентам или преподавателям попасть на самые важные учебные страницы Сети типа библиотеки. Так же во вкладке «Загрузки» можно было найти любой интересующий тебя материал, скачать его, а также просмотреть по тематикам. Что мне понравилось, так это то, что меню так же переходило на новости нашего сообщества в целом, что могло помочь такой незнайке собственного мира, как я.

Рядом с этой панелью, в верхнем левом углу висело окошко, в которое стоило загрузить свою фотографию, чем я и начала заниматься. Благодаря Кассандре у меня появилось много фотографий, которые действительно нравились, что само по себе было удивительно, ведь мне не нравится, как я получаюсь на фотографиях. Самые «свежие» фотографии от мастера были на флешке, которую Кэсси вчера сунула мне. Ради всего того количества дочь Менты заставила себя взгромоздиться на лавочку, чем вызвала бурю эмоций у окружающих.

— Чего все так смеются? — Удивлённо посмотрела она на меня в тот день.

И действительно, почему? Ведь практически на каждую лавочку, в какую сторону ни глянь, залезали девушки в мини-юбках и на десятисантиметровых каблуках, у которых на шее висел фотоаппарат с огромным объективом.

Я выбрала простую фотографию с закрытыми глазами: случайный кадр, который получился после рассказа наяды о том, с каким трудом ей досталась новая вспышка.

Когда фото загрузилось, я выбрала квадратную область, которая будет отображаться, и принялась за дальнейшее изучение Сети.

Сперва могло показаться, что от привычного сайта общения Сеть практически ничего не отличало, однако схожести, в общем, и заканчивались. Под фотографией, которую я только что загрузила, уже светилось моё имя, а также была запись о моём факультете и ещё одно меню навигации, которое давало доступ в основные нужные личные «папки», на которые мне было страшно смотреть в родной социалке. Например, фотографии. А во вкладке «Друзья» тебе сразу показывало тех, с кем ты скорее всего знаком, потому я сразу послала заявки некоторым старым знакомым.

Возле этого меню, если не переходить в посторонние вкладки, сразу же высвечивались присланные сообщения, и сейчас мне настойчиво мигало одно непрочитанное, немного вогнавшее меня в ступор:


От кого: Сондра Ли

Тема: Добро пожаловать!

Дата: 03 сентября

Добро пожаловать в Сеть Элизиума, мисс Дюмейн! Эта социальная сеть предназначена не только для связи студентов между собой, с преподавателями и аспирантами, но и комфортного обучения. С помощью подробных меню Вы сможете перейти во все необходимые для Вас тематики.

Прошу обратить Вас внимание на кнопку в верхнем правом углу «РЕДАКТИРОВАТЬ ПРОФИЛЬ». С её помощью Вы можете менять вид своего аккаунта, добавляя необходимые Вам меню.


С уважением,

Сондра Ли, бибилиотекарь.


Справа от этой панели сообщений находилась область редактирования профиля, о которой как раз и упоминалось в сообщении, в которой можно было ввести любые данные о себе. Что мне понравилось, то на сам профиль можно поставить определённую музыку, которую могли услышать люди, которые захотели к вам зайти. Увидеть песню можно было внизу профиля. Её можно было менять в любое время, так что эту функцию можно было использовать как индикатор настроения. Но если ты переходишь по ссылке (например, музыка), то вместо этого поля показан удобный медиаплеер.

Если покрутить колёсико мышки на себя, как будто хочешь пролистнуть вниз, ты просто передвигаешься ещё дальше вправо. Там открывался совсем другой мир, мир Элизиума. Если «учебное» меню настраивалось и содержало самые необходимые ссылки, к которым тебе необходим был доступ, то эта новая вкладка, что ли, была структурированным доступом в любое место сайта.

Верхнюю часть занимало расписание занятий на каждый день. Оно было представлено в виде отдельных таблиц, в которые, как я поняла, можно было добавить дополнительные занятия и расписания консультаций, потому что в день, в основном, было три пары.

Ниже располагалась панель со всеми преподавателями и ассистентами Академии, нажав на фотографии которых можно было не только узнать, что они преподают, но и перейти на личный профиль для связи. Подумав немного, я нашла фотографию Эрика Фаунтлори и перешла по ссылке.

Эрот (также Эрос, Амур, у римлян Купидон) — бог любви, олицетворение любовного влечения, обеспечивающего продолжение жизни на Земле.

Эрот — мировое божество, соединяющее богов в брачные пары, считался порождением Хаоса (тёмной ночи) и Гемеры (светлого дня) или Неба и Земли. Он господствует как над внешней природой, так и над нравственным миром людей и богов, управляя их сердцем и волей. По отношению к явлениям природы он является благодетельным богом весны, оплодотворяющим землю и вызывающим к бытию новую жизнь.

В более поздние времена, его представляли красивым мальчиком, с крыльями, в более древнее время — с цветком и лирой, позднее со стрелами любви или пылающим факелом.

Статус бога любви передаётся в роду Фаунтлори с начала времён, и хоть за все годы бывало много тех, кого можно было назвать эротами, исключений не было. Традиционно имя Эрота передаётся сыну действующего бога любви с наиболее развитым потенциалом, как и в родах Мандевилл, МакАлистер, Локвуд, ван Фэрлейн и других семьях потенциала, особенно изначального, таких как Монтроуз.

Тридцать лет назад статус и имя Эрота перешло к его младшему сыну, Эрику Фаунтлори, который на данный момент преподаёт феерическую литературу в Элизиуме и заведует библиотекой.

Не удержавшись, я присвистнула. Тридцать лет назад? Сколько же ему сейчас лет, и сколько было тогда? Мне казалось, что сейчас лет тридцать пять, никак не больше, а тут такое написано.

Чего уж там, попытка не пытка, ведь он так хорошо ко мне относился, проводил в библиотеку… Я подала заявку в друзья и ему, и девушке из библиотеки, которая, как выяснилось, была сфинксом. Ничего же странного в этом нет? Зато у меня всегда будет связь с моим куратором. Судя по всему, он мало кого принимал в друзья, да и среди его друзей я видела мало представительниц своего пола, видимо, девушки порядком надоедали ему.

Сзади послышался звук открываемой двери, в которую вошла Кэсси, сразу же так резко закрывая её, будто за ней гнался маньяк с бензопилой.

— Прости, Кристиан, я не хотела.

Она буквально захлопнула дверь перед носом парня, которого я не видела. Но мне казалось, что я знаю, за что моя подруга перед ним извиняется. Наверное, это было к лучшему.

— Как всё прошло? — Спросила я, поворачиваясь к ней. Она как раз оперлась на стену и, с яростью, стала стаскивать свои туфли. У меня всегда страдала сумка, но с туфлями Кэсси меня явно в разы переплюнула. К счастью, камин не горел, потому что туфли свои она решительно бросила в его сторону.

— Хорошо, — на удивление спокойно ответила та. Не веря, я смотрела на неё во все глаза. Заметив это, она сверкнула глазами уже в мою сторону. — Что-то не так?

— Да нет, — ответила я, делая вид, что не из-за неё округлила глаза. — Пытаюсь подсчитать кое-что.

— И что же? — Из вежливости спросила Кэсси, но было видно, что это её не очень интересует. Пока что. Сейчас ей не хотелось ни с кем разговаривать. На мне срываться она не хотела, я чувствовала это, однако желала скорее скрыться в своей комнате. Ей было легче успокоиться с книгой на кровати, но я хотела показать, что она всегда может на меня положиться. И хотелось самой успокоить её. Тем более было чем, не то чтобы успокоить, отвлечь.

— Та так, — я неопределённо пожала плечами, делая вид, что это мелочь. — Просто пытаюсь понять, сколько лет нашему куратору, но это тебе, наверное, интересно не будет.

Кэсси, до сих пор пытающаяся не смотреть на меня, заметно всполошилась. Сумка из её рук выпала, а она убежала на кухню.

— С меня кофе, а ты выкладывай! — Донёсся её вопль. Я довольно усмехнулась, и повернулась к компьютеру.

Через несколько минут наяда прилетела, как будто умела летать, буквально сшибая всё на своём пути, пытаясь скорее добраться до меня. Хотя она ещё и не понимала, явно, как я пыталась подсчитать, однако эта тема её, похоже, всегда интересовала.

— Так что и как? — Спросила она, усаживаясь рядом со мной.

— А вот что, — выдохнула я, указывая на монитор, на котором сейчас отображалась страница преподавателя. — Профессор уже тридцать лет занимает имя Эрота, не женат, сам англичанин, а дату рождения я ищу.

Кэсси внимательно слушала, что я ей говорю, и при фразе о его свободности её глаза вспыхнули.

— Тут всё просто можно решить. — Протарахтела она мне на ухо. — Наша продолжительность жизни около пятисот лет. Эрот — бог любви, это имя должно передаваться молодому парню.

— То есть, — не отвлекаясь от поисков, я ухватилась за её мысль, — ты имеешь в виду, что…

— Это имя передают лет в восемнадцать, — думала она вслух.

— И если он занимает его тридцать лет, то ему около пятидесяти? — Закончила я её мысль, думая о том, что мой папа всё-таки выглядит намного старше, хоть он разница у них всего лет двадцать, примерно. — Ой, он принял меня.

— Ты о чём? — Оторвалась Кассандра. — А в общем да, он как раз примерно на пятьдесят и выглядит. По нашим меркам.

Мда, до неё явно не дошло, что я только что сказала. И произошедшее с Кристианом, видимо, её уже тоже не волнует. Феноменально. Иногда мне казалось, что у этой девушки в голове автоматический переключатель.

— Эрик Фаунтлори в Сети принял мою заявку в друзья, — медленно повторила я, стараясь не смотреть на неё.

— Эй! — Дошло до неё. — С чего бы ему добавлять тебя?

— Наверное, из-за того, что мы с ним сегодня разобщались. — Пробормотала я, разглядывая его аккаунт. Сейчас мне стало доступно больше информации, которую не терпелось просмотреть.

Кэсси сидела в кресле, округлив глаза от удивления, и явно пытаясь понять, что же произошло у нас всего за одну пару. А ничего. Просто он не вызывал у меня никаких романтических чувств, сегодня мне было с ним очень легко, как оказалось. Как бог любви и влечения, думаю, он это почувствовал. Я взглянула на подругу.

— Не забывай дышать, — рассмеялась я и начала рассказывать о моём походе в библиотеку. Так же я показала ей свой пропуск до пятого уровня. — Он сказал, что у меня аспирантский доступ. Это значит, что уровней больше?

— Не на много, — ответила заметно повеселевшая подруга. — Всего уровней, если верить моей маме, семь. Как раз на последний уровень она отдала несколько старых свитков.

— Уж ей-то я точно доверяю… — Пробормотала я.

— Ага, — согласилась девушка, — а обычным студентам доступно всего три уровня.

— Всего? — Переспросила я, смотря на неё как на сумасшедшую. — Ты там хоть раз была? Я, например, и за всю жизнь столько не прочту!

— Я же образно!

— И да, он родился восемнадцатого апреля.

— Даааа? — Протянула она, пододвигаясь ближе к монитору. — Будем вместе праздновать.

Я рассмеялась, понимая, что это первый мужчина за долгое время, который так понравился Кэсси. Мы ещё некоторое время просидели, изучая Сеть, и, кроме Колина, как подметила Кассандра, среди аспирантов было много симпатичных парней.

— Смотри, они как на подбор в твоём вкусе! — Философствовала она. — Боги знали о твоём поступлении заранее и готовились, подбирая соответствующий персонал.

Но не только это мы заметили. Как правильно сказали преподаватели, практически всю необходимую литературу можно было изучать и в Сети, а также она легко скачивалась. Однако это была лишь основная литература, либо не полная. Для углублённого изучения, особенно по своей специализации, лучше было брать книги из библиотеки (ну ладно, скачать их тоже можно было, но необходимо разрешение, чтобы тебе открыли полный доступ к изучению какой-либо дисциплины). Весь артикул по дисциплине представлялся тут же, имелись и отрывки.

И здесь находилась не только учебная или мифологическая литература. Было очень хорошо то, что литературу можно было найти абсолютно любую, на вкус разных людей. В библиотеке находились как классические экземпляры, так и книги, которые только-только поступили в продажу. Поэтому я уже поставила себе галочку: отправиться на исследование библиотеки. И начать с лёгкого, общедоступного, предвкушая нахождения чего-то интересного на нижних уровнях. Аспирантский пропуск — дело хорошее, но, надеюсь, Сондра мне поможет, а то лабиринт библиотеки я не запомню. И сомневаюсь, что к нему предлагалась карта.

Остаток дня мы провели возле камина, продолжая разговаривать обо всём, что нас интересовало и впечатляло. Эрик Фаунтлори был не последним в этом списке, а, скорее даже, первым пунктом. Как правильно заметила моя подруга, тут все парни как по заказу: брюнеты со светлыми глазами. А что? Я ведь девушка свободная!

Но невольно в мои мысли ворвался один брюнет, который мог запросто пленить, даже без обороны. И не важно, что я его не знала, хотя для меня было странно увлечься незнакомым человеком. Судя по всему, мне предстоит познакомиться с ним, но я не знала, могло ли что-то выйти. Как мы прочитали на сайте, богам и аспирантам запрещено встречаться со своими студентами, но это правило было более терпимо во втором случае.

И нет, вопреки надеждам моей наяды это был не Колин Деверо, к которому меня, однако, сильно влекло. Это был огонь в глазах, немного замаскированный пеленой льда, который всегда привлекал меня.

Почему-то этот парень показался мне смутно знакомым, хоть я была уверена, что никогда раньше не видела его. Уверена, такое чувство возникало у многих, но… Даже через фотографию я чувствовала, как взгляд аспиранта цепляет.

«Не смей снова искать его!» — Приказывала я себе, чтобы не узнавать его имени, не стараться узнать о нём хоть что-нибудь.

Но и брат Нейта оставил неизгладимое впечатление, что отрицать я не могла, и Кэсси радовалась этому больше, чем я. Как для девушки, не интересующейся парнями, у меня было слишком много поводов для мыслей, и мне не казалось, что в ближайшее время я разберусь с тем фактом, что мне нравится Брендон, не смотря на все его минусы. Когда-то я влюбилась в его образ, и пока что ничто не могло…

Улыбка Колина ворвалась в мои мысли, старательно тесня Брендона. Возможно, всё было не так плохо, как я думала, однако пока что не стоило надеяться на что бы то ни было. Сейчас мне следовало больше переживать о том, как не налажать, чем я и планировала заняться. А, ещё не стоило забывать, что теперь мне будут постоянно говорить об Эроте, а подобные темы из уст Кэсси могли попросту стать пыткой.

Бог любви действительно мне понравился, и, казалось, он считает, что действительно такое отношение к студентам намного лучше. Всего за два дня я увидела, что так считало мало богов, удерживая дистанцию от подрастающего поколения. Наверное, в этом всё же был смысл, потому что они — члены Совета.

ГЛАВА 7

До того, как я приехала в Элизиум, я очень любила смотреть различные фильмы про древних богов. Во многих фильмах главная троица (Зевс, Посейдон и Аид) представлялись в виде мужчин с длинными бородами, и вот только в последнем мне попался молодой Посейдон.

Этот фильм называется «Война богов», в котором рассказывалось об одержимом властью царе, жаждавшим низвергнуть богов Олимпа с помощью титанов. Как всегда, находится герой, который помогает богам спасти ситуацию. Однако богов в фильме было мало, основными являлись Зевс (куда без него — Верховный Бог ведь!), Афина, Арес и Посейдон. Вот последний меня заинтриговал, если так можно сказать, ведь Келлана Латца я, скорее, представила бы в роли Ареса. То есть в плане бога морей создатели фильма отошли от укоренившихся стереотипов, которые, до сих пор, так же управляли моей жизнью. Если судить строго, то даже в мультфильме про русалочку Тритон — некое воплощение Посейдона. Вот откуда все стереотипы в детях!

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 180
печатная A5
от 680